Домов застывшая громада
Лев Фунчиков

© Лев Фунчиков, 2024

ISBN 978-5-0060-1426-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Город

Длись в белой ночи Ленинграда
Неповторимая краса :
Домов застывшая громада,
Светящиеся небеса!

Вода покрыта светлым глянцем,
Всплеск осторожный о гранит…
И мост ладоши в небо тянет,
Где бледная звезда стоит.

Внизу ж темнеют силуэты
Влюблённых,
Пары у воды.
Неужто в серебристом свете
Чего-то ждут дома, сады?

Так ко всему причастна нега!
Над городом вот вспыхнет даль…
Он так похож на человека,
Который, стоя, задремал.

Белому Андрею

Среди словесных упражнений
Я слышу, словно, выкрик твой,

Какой-то миллион сомнений, —
Невероятный и живой!

Детство

Всё ночью снилось детство!..
Сирены нудный вой.
В подвале восьмилетний
Мальчишка чуть живой.

Всю ночь во сне терзали
Фугасы тишину.
В подвале проклинали
И темень, и войну.

Над низким сводом гулко
Ломился в дом металл…
И сыпал штукатурку
На головы подвал.

И обрывался резкий
Больших снарядов свист…
Неслышно,
Занавеску
Вспугнув,
Зеленый лист

На стол мне бросил ветер.
Пахнул цветочный мёд…
Чу! Детство, детство где-то
За окнами идёт.

Над клумбами шагает
Под звучный гам весны.
Я рад! Оно не знает,
Что есть такие сны.

***
Одеяло на пол
С голых плеч ползёт.
Мишка косолапый
Тапки стережёт.

В выгоревшей майке
Спит малыш. Устал.
Верный солнца зайчик
В волосах застрял.

Спит малыш. Мне слышно
Тикают часы.
Стрелки строго к книжкам
Сдвинули усы.

Тихо в этом мире
Всем известных слов.
Пусть идёт в эфире
Только стук часов.

А в окне за рамой
Мир полей, росы…
Только мишка, мама,
Зайчик и часы.

В картинной галерее

Здесь беспорядочно раскиданы
Как бы небрежными руками
Обыкновенные мазки
В обыкновенной бронзе рамы.

Но шаг назад – и перед глазом
Одно живое полотно,
Как будто в стенке и не нами
Наружу выбито окно.

В будущем

Пройду я к вам по городам и паркам,
По этим нескончаемым лесам,
Под радугой-дугой парадно-яркой,
По правильно расчерченным полям.

Жизнь над землёй прекрасная восходит,
И в ней звучать серебряным стихам.
Настало время пышным хороводам,
Любовной музыке и ласковым словам!

***
Как будто не было и лета,
Туманно-красных вечеров!
И от заката до рассвета
Неловких угловатых слов.

Как будто вовсе не ловили
Мы сетью звёздною луну.
А в полночь вовсе не судили
За прикасание к вину.

И, вправду, завершилось лето
Неповторимых вечеров…
Явилась осень вся одета
В листву, туман прохладных снов.

В городском парке

Здесь с десяти свои законы,
Здесь с десяти свои права,
Здесь каждый вечер всем влюблённым
Сад по скамейке выдавал.

Свои деревья в час свиданий
Он защищал, вдруг тишиной.
Над группой вечно старых зданий
Любил беседовать с Луной.

Я не Владыка Лучезарный!
Эх! Поднимись я до того,
Я б саду вынес благодарность
За всеприемлевость его!

               * * *
Дождь свернул свои длинные нити…
Отгремев, затихла Нева.
В небе, стаявшем и размытом,
Разрослась на глазах синева.

Вся нетронутая, густая,
Ещё влажная от дождя
Размахнулась, дома обнимая,
Взгляд в бездонную глубь уводя.

Город, мокрый от ливня, замер,
Синеву над собой увидал.
К ней невидимыми губами
Молчаливо, жадно припал.

Жадно пил её, что было мочи,
Позабыв обо всём другом,
От полудня до самой ночи —
Любопытным мансардным окном.

Он вбирал её просто лужей
С непросохшей ещё мостовой.
Покорял широкой и дюжей
Полногрудой своей Невой.

А с моста – глазами девчонки,
Той, что, голову вскинув вверх,
Наблюдала, как тает тонкий
След от облака в синеве.

            * * *
Раз, наверно, в сотый
Разлился свисток.
Скрипнули ворота.
Прогремел замок.

Тихо. Всё застыло.
Замерла листва.
Здравствуй ночь,
Вступила ты в свои права!

Тополя достойно
Встали у воды.
У Авроры стройной
Вечности следы.

Клумба под гипнозом
Мраморной луны.
Стекленеют розы
В мире тишины…

Как-то утром надо
Ребус разгадать:
Как в стене-ограде
Выход отыскать?

***
Размелованы квадраты,
Расчертили тротуар…
В паутине их когда-то
Тонконогим я скакал.

Что ж сейчас: большой, их сетки
Осторожно сторонюсь.
Верно, собственное детство,
Невзначай, стереть боюсь!

***
Однажды так, случайно
Посмотришь и поймёшь,
Что мир необычаен
И редкостно хорош!

Да кто-же, кто откроет
Все двери красоты?
Снежинок что за рои
Осыпали кусты?

На рукаве, как будто
Топазы заблестят…
Какое ж, это утро!
И я чему так рад?

Когда-нибудь

И объявит диктор: <<Вниманье!
<<Межпланетный>> вышел на старт.
Пассажирам без опозданья
Предлагаю занять места.>>

Весь в попытках найти газету
Отыщу свободный вагон!
Где-то рядом грохот ракеты!
Мчится вниз знакомый перрон.

Далеко внизу заискрится
Белой шапкой полюса снег…
Я скажу своей проводнице:
<<Разбудите меня на Луне!>>

На проспекте

Нехотя слетает
С неба мокрый снег.
Зимний день встречает
Кировский проспект.

Дружно побелели
Нити проводов.
Улицы одели
Кружевной покров.

Площадь побелела…
Бойкий светофор
К козырьку приделал
Меховой убор.

А мальчишки с гиком
Мчатся на урок.
Раскатали мигом
Маленький каток.

В раздумье

Был дождь. Машины увозили
Куда на спинах небосвод?
В асфальте крыш засилье было,
И их весь день топтал народ.

Вода спешила вниз у окон,
Железом кровельным гремя.
Дождь расчертил
штрихами
стёкла
И липы жёлтые помял.

И листья странствовали в лужах,
Метался капель ураган…
День, липкой сыростью простужен,
Глядел в раздумье сквозь туман.

У канавы после войны

Ржавая колючка
Как-то свилась вон…
И к тому же в кучке
Горсть пустых патрон.

На полях окрестных
Жизнь давным- давно!
В бункерах облезлых
Спелое зерно.

Грузовик вон споро
Меж хлебов летит,
Поле песней гордо
Хвастаться спешит!

И кузнечик тоже
На колючку сел,
Помолчал немножко
И… запел.

* * *
Пень обогнув, тропинка узкая
Внезапно влево убежит,
Где на краю крутого спуска
Нас встретит вереск и самшит.

Протянут лапы ели мудрые,
Смолой пахучей одарят,
Берёзонька зеленокудрая
Среди подружек встанет в ряд.

И мне навстречу белоногая
Из елей строгих убежит,
Обнимет,
Телом лёгким дрогнувши,
Янтарным соком ублажит.

Свалюсь хмельной ли,
Запрокинувшись
В густую мягкую траву!
Над головой моей вершиною
Качнёт белянка синеву!

И поплывут,
в глазах
качаючись,
Туманы, ели, небеса…
И всё вокруг, что величается
Издревле – русская краса!

<<ВОТ ЧЕЛОВЕК – ОН ИСКАЛЕЧЕН, В РУБЦАХ ЛИЦО…>>

Девчонок мраморные лица
Кто в восемнадцать любил!
Но я-то (вот что за тупица!)
Был от другой любви без сил.

Сергей Орлов – лицо как маска
(Лицо горевшего в огне),
Танкист, творец стихов прекрасных
На этой пламенной войне.

Был лейтенантом в танке брошен
Отстаивать наш мир земной.
Когда горит весь танк, то сложно
Вести непримиримый бой.

По всем статьям освобождённый
От службы в армии
Поэт,
Стихи писавший исступлённо,
Несчастьям говоривший <<нет!>>

Таким его на Невском видел,
Общался с ним, таким, в <<Неве>>.
В нём не было к другим обиды —
Он представлял наш трудный век.

В стихах его друзья танкисты,
И Млечные Пути пылят,
У Карбусели бой небыстрый,
И девушки с улыбкой взгляд.

Паромщик, госпиталь, метели,
Сосновых станций бытиё,
И поезда, и сны —
На деле,
Как будто это всё моё!

Как будто я всё это прожил,
И в танке вместе с ним горел…

Покуда жизнь не подытожил, —
Со мною этот беспредел.

Изборская крепость и туристы

Изборск! Вот и крепость внезапно предстала,
Когда-то не всех она в Псков пропускала.
Столетья со стенами делали дело,
И сыплется камень строительный белый.
А стены, когда-то внушавшие ужас,
Теперь вас загадочно только окружат.
И стрелы, и копья, и ядра свистели,
И люди бессчётные те не робели.
Убитые, что под обрыв улетали,
Они про меня ничего и не знали!
Я вижу в стене суперстарые кладки,
Где камни уже понемножечку шатки.
Века пролетели лавиною гордой,
Но мастера труд остаётся упорный.
Как складывать камни те бережно сложно!
Сдирали не раз с него плёткою кожу!
И кровь проливалась, и пот выходил,
Но крепость Изборскую он возводил…
Туристы в безмолвье на стены глядят…
Но ядра, и копья, и стрелы – молчат!

* * *
Лето гибнет в известных красках,
В лодках пляжный песок застыл,
Ах, кустарник этот нечастый
Ветер весело оголил!

Это Репино, Комарово,
Едем дальше – Зеленогорск!
Волны лижут берег.
Сурово
Наступает сосновый бор.

Отключаешься от чего-то,
Это просто так… Вот и всё!
И становишься беззаботным,
Как вот этот мелкий песок.

Электричек смычки пугают,
Отдыхающие бредут…
Мир, в который и приезжают,
И курортным место зовут!

* * *
Продлись ты чудо, бабье лето!
Как резво падает листва!
Потоки и тепла и света,
И в желтом – реки, острова.

Бредёшь какой- то несерьёзный,
Но отмечаешь, узнаёшь…
Нет первых признаков мороза,
Весь мир нездержанно хорош!

Всё это лето перед смертью
Уже идёт на эшафот!
Всё, что ещё в нём не померкло,
Поёт, последний раз поёт!

На яхте <<Александрия>>

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.