Дмитрий Суслин
И снова Коржики!

Прыжок с водопада

Вы любите аттракционы? Мы с Лешкой тоже их обожаем! Просто с ума сходим. Если бы у нас был миллион рублей, мы бы его весь до копеечки на аттракционы истратили. И все время на них проводили бы. А что? Вот было бы здорово! Жаль, что у нас нет миллиона.

Как-то в последний день третьей четверти, то есть перед самыми каникулами, прибежал ко мне на большой перемене Лешка.

– Дим, дай десять рублей, – попросил он. – Я хочу купить в буфете Ламтишку.

Ламтишка, это такая вкусная конфета. Большая и воздушная.

Дело обычное. Мама мне всегда дает денег еще и для Лешки. Она говорит, что они у меня будут в большей сохранности. Это верно. Если Лехе сразу утром все деньги отдать, он их утром все и потратит. А потом будет выпрашивать:

– Дим, дай пять рублей! – или – Дим, дай червонец! Я ватрушку хочу.

Но дело не в этом. Только я полез в карман за монетами, как вдруг подбегают к нам Ванька Парандеев и Катя Лемминг. Оба радостные и возбужденные.

– В парке новый аттракцион открылся! – выдохнула Катя.

– Ага, – поддакнул Ванька. – Называется «Прыжок с водопада»! Мы после уроков идет опробовать. Вы с нами?

Мы с Лешкой переглянулись. И глаза у нас загорелись.

– А сколько стоит? – встревожился я.

– В первую неделю скидки, – затараторила Катя, – всего пятьдесят рублей.

Да, цена действительно заманчивая, и мы с братом тут же согласились и больше в этот день уже в буфет не ходили. Надо было деньги экономить, чтобы на «Прыжок с водопада» хватило. Пришлось обойтись без Ламтишки.

А по школе уже пошел слух о новом аттракционе, очередь в буфет изрядно поредела. Тетя Люда, которая в нем работает, даже удивилась. Обычно перед ее стойкой всегда такая веселая свалка происходит, многочисленные руки с деньгами к ней тянутся, лица мелькают, и все галдят, хоть уши затыкай. А тут вдруг всего два пятиклассника остались.

Так всегда бывает, когда в нашем парке отрывается новый аттракцион. Ведь он недалеко от школы находится. Всего через четыре дома. Еле мы с Ванькой дождались конца последнего урока. Как только звонок прозвенел, мы бросились в раздевалку, затем во двор. Здесь мы с Лешкой встретились.

– А где Катька? – завертел головой Ванька. – Вечно ее ждать приходится.

– Не надо ее ждать, – вздохнул Лешка. – Она с нами не пойдет, потому что за ней папа зашел и куда-то там ее забрал.

– Жаль! – искренне расстроился Ванька. – С девчонками на экстремальном аттракционе интереснее. Они так здорово визжат.

– Ой-ой-ой! – обиделся за свою подружку Лешка. – А как будто ты не визжишь? Еще похлеще любой девчонки орешь.

– Это я то? – вытаращил глаза Ванька и даже грудь колесом выгнул.

– Ты то! – с вызовом заявил Лешка и тоже грудь выпятил.

Я поспешил их примирить:

– Ладно вам спорить! Все мы орем, как и полагается. Если на экстриме не орать, сердце может выскочить. Да и не интересно без крика! Погнали быстрее, а то там очередь накопится.

Тут Ванька и Лешка сразу согласились, и мы рванули к парку. И опоздали. Эх! Очередь уже была длиннющая и толстенная. Даже целых две очереди. Одна в кассу, другая к входу в аттракцион. Почти половина нашей школы толпилась у «Прыжка с водопада». И еще наверно половина всего города. И откуда только люди узнали?

Нечего делать. Мы встали в очередь, увидели, что она идет прямо вдоль бассейна с «водопадом», и развеселились, потому что глазеть на то, что там творилось, было жуть как интересно. Во все глаза мы смотрели, как в индейскую пирогу загрузились человек пятнадцать, и она поплыла к высоченной горе, это и был водопад, потому что с нее низвергались струи воды. Пирога медленно взобралась на самую вершину водопада, затем стремительно понеслась вниз. Все, кто был в пироге, закричали и завизжали, а те, кто был внизу, засмеялись. И мы тоже засмеялись.

Пирога врезалась в воду прямо рядом с нами, и в нас полетели холодные брызги воды. Теперь завизжали и закричали мы. Еще бы! Нас окатило с ног до головы. А потом мы начали хохотать.

Очередь двигалась вперед, и пока мы стояли, то вдоволь насмотрелись на пирогу, насмеялись и накричались. И когда подошла наша очередь, мы были изрядно подмоченными.

И вот к великой радости, настал и наш черед. Нам выдали дождевики, затем мы с волнением в душе погрузились в пирогу, кстати, в ней было очень мокро, но мы уже на это даже внимания не обращали. Сели на свои места, взялись за руки и покатили вперед. Ух и здорово! Теперь уже мы гордо смотрим на тех, кто стоит в очереди. Жаль только что пирога уж больно быстро движется. Мы не успели даже оглянуться, как уже были на самой верхотуре. Тут уж у нас дух захватило. Высота была такая, что наш город был виден как на ладони. Снизу водопад не казался таким высоким.

– У-у-ра! – закричали и завизжали и мы, и все кто с нами прыгал с водопада.

Взлетел вверх хрустальный фонтан из брызг, мы закричали еще громче, а потом нам велели выходить из пироги.

– Эх, почему все самое лучшее в жизни так быстро проходит? – стал сокрушаться мой младший брат. – Раз и все дела!

– Это точно! – согласился Ванька. Он хотел еще что-то сказать, но вместо этого громко чихнул.

– Ты чего это чиха… – хотел спросить я, – ап-чхи!

Это я тоже чихнул. И мы с Ванькой засмеялись. А Лешка не засмеялся. И я тут я увидел, что у него зубы стучат.

– Ты чего замерз? – заволновался я.

– Ага, – икнул Лешка, и у него на носу появилась капля.

Тут до нас дошло, что мы на этом дурацком аттракционе сильно отсырели, если не сказать промокли.

– Побежали домой! – сказал я и почувствовал, как у меня начало щекотать в горле.

Мы прибежали домой, и дома оказалась, что я сильно кашляю, а у Лешки болит горло. К вечеру и у Лешки и у меня поднялась температура…

В общем, мы заболели. Ванька, кстати тоже. И все весенние каникулы провалялись в постели, принимали всякие противные лекарства, и даже перенесли больнущие уколы, и каждый день нас мама заставляла пить куриный бульон.

Я его теперь на дух не выношу.

Туалет

Наша учительница по математике Нина Васильевна очень не любит, когда у нее во время урока в коридор отпрашиваются по всяким неотложным делам. Она сердится, хмурится, и в итоге не разрешает.

– Для неотложных дел существует перемена! – заявляет она каждый раз. – А сейчас ваше самое неотложное дело – математика – царица наук.

Спорить с ней мало кто осмеливается. Приходится терпеть и ждать звонка.

Вот на английском языке никаких проблем нет! Наталья Ивановна запросто отпускает. Главное – отпрашиваться надо по-английски:

– Мэй ай гоу аут?

– Йес, – отвечает она. – Ю кэн.

И никаких проблем! Иди себе по своим неотложным делам.

Но злоупотреблять тоже не надо. А то мне сначала так понравилось отпрашиваться по-английски, что я стал это делать на каждом уроке, а однажды даже отпросился дважды. И ничего! Наталья Ивановна отпустила, только сильно нахмурилась. Тогда я понял, что чересчур увлекся и перестал отпрашиваться.

Но с математичкой не так!

Отпрашивайся, не отпрашивайся, Нина Васильевна все равно из класса не выпустит. Поэтому никто и не отпрашивается.

Однажды мы с Ванькой так набегались во время перемены, и так при этом увлеклись, что не заметили, как урок начался. Мы едва успели в класс раньше учительницы забежать и встать у своей парты.

Как всегда, строгая Нина Васильевна вошла в класс, прошла на свое место, оглядела нас, ровно ли и прямо ли мы стоим, и сказала:

– Садитесь!

Мы плюхнулись на свои места. Учительница тоже села, взяла со стола очки, надела их и открыла журнал. Сейчас домашнее задание проверять начнет. Все затаили дыхание.

Кроме нас с Ванькой.

Мы не смогли дыхание затаить, потому что все еще не отдышались. Сидим и пыхтим как паровозы. А ведь это опасно – пыхтеть. Услышит нас математичка и, чего доброго, к доске вызовет домашнюю задачу решать.

Но и тут нам повезло. Не вызвала нас Нина Васильевна. Петрухина Никиту вызвала и Машку Калашникову и еще Ваську Попова и Таню Немойкину. Последними она назвала Колю Васильева и Вику Андрееву. Вышли они все шестеро к доске, и стали задачи решать, которые нам на дом задали.

Вы наверно удивитесь, что так много народу вызвали. И напрасно, потому что у нас на математике всегда так. Доска у нас длинная на две стены – места всем хватает. Иногда даже по восемь человек у доски работают. А Нина Васильевна проверяет, не сходя с места, только очки на лоб поднимает, а потом обратно опускает и оценки ставит.

Пока ребята решают домашние задачи, мы решаем новые задачи. Так что работа в классе кипит как на заводе.

И тут я понял, что мне не до задачи. Совсем другие мысли появились у меня в голове. Слишком забегались мы с Ванькой на перемене и совершенно забыли самые неотложные дела сделать. И тут они о себе напомнили. Сначала слегка, почти незаметно, но потом, когда я обратил внимание на это дело, оно сразу усилилось и через пару минут мне стало просто невмоготу.

– Ой, – поделился я своей тревогой со своим соседом по парте, – кажется я в туалет захотел!

Смотрю, а у Ваньки тоже лицо каким-то напряженным сделалось.

– Я тоже, – ответил он и покраснел. – Это потому что мы с тобой воды напились из фонтанчика. А все ты виноват! Давай соревнование устроим, кто больше выпьет!

«Караул»! – мысленно воскликнул я. – Как же мы так лопухнулись, воды напились и в туалет сбегать забыли? Вот ведь беда какая! Ведь перед математикой в туалет сходить – святое дело, как говорит моя мама. И вот теперь это святое дело приспичило нас прямо на уроке у Нины Васильевны.

Посмотрел я на часы. Прошло всего пять минут. Еще целых сорок минут терпеть до конца! Смогу ли я? Наверно да. Главное отвлечься на что-то важное и нужное и думать только об этом. А что? Как часто бывает во время интересной игры, обо всем забываешь и ни на что внимания не обращаешь! Подумаешь, туалет! Мы бывало по два часа терпим и ничего! Хотя, говорят, это очень вредно.

И я приготовился терпеть. Но не тут-то было! Задачи по математике как-то совершенно не подходят к тому, чтобы отвлечь от мыслей о походе в туалет. Не увлекают они меня так, как например компьютерная игра. Что тут поделаешь? Нет у меня такой любви к математике.

А между тем в туалет хотелось все сильнее и сильнее. Я заерзал на месте. Смотрю и Ванька ерзает.

– Кажется у меня сейчас потоп будет, – простонал он. – Просто мочи нет!

Кажется надвигалась катастрофа! И если она произойдет… у меня даже волосы на голове дыбом встали от этой мысли.

И тут нас Таня Немойкина выручила.

– А у меня мел закончился! – заявила она, хлопая в ладони, чтобы отряхнуть мел.

Нина Васильевна выдвинула ящик своего стола, заглянула в него, немного пошарила рукой, потом вопросительно глянула на класс:

– Кто сходит на вахту за мелом?

Я первым вскинул руку и бешено затряс ею в воздухе:

– Можно я? Можно я? Можно я?

Еще несколько рук поднялись и послышались возгласы:

– Можно я? Нет я!

Но всех опередил Ванька. Пока мы трясли руками, он без всякого разрешения вскочил на ноги и бросился к выходу.

– Уже иду, Нина Васильевна! – бормотал он на бегу. – Уже иду!

Учительница даже сказать ничего не успела, а он уже был за дверью и громко побежал на вахту.

Счастливый!

И вот ведь какой хитрый! Раз и решил свою проблему. Ведь туалет рядом с вахтой находится. Я разочарованно опустил руку. Ваньке-то хорошо! А мне что делать? Ждать, когда опять мел кончится? Так ведь его сейчас Ванька целую коробку принесет.

Я чуть не взвыл от досады и от нетерпения. Что же мне делать?

У меня даже живот заболел от отчаяния. А ведь это идея! Я сейчас подниму руку и скажу, что у меня живот болит и отпрошусь к нашему школьному врачу. Но через секунду я от этой идеи отказался, потому что вспомнил, как в начале года у меня заболела голова, и я отпросился к врачу. Нина Васильевна тогда так распереживалась, что не только отпустила меня с урока, но и сама тоже пошла вместе со мной в медкабинет, потому что по дороге со мной может произойти что угодно.

– А вдруг ты в обморок упадешь? – объяснила она. – И будешь лежать в коридоре беспомощный и умирающий. Нет уж! Сама тебя лично сдам врачу с рук на руки.

Так оно и было. Так что, если она сейчас меня к врачу поведет, я уже точно не выдержу и даже до медицинского кабинета не дойду.

Надо что-то другое придумать.

И тут вдруг само собой у меня получилось. Я осторожно, чтобы не увидела учительница, вынул свой телефон из чехла, который крепится к брючному ремню, и пальцы мои забегали по виртуальной клавиатуре дисплея.

«Сейчас по улице будут вести слона!» – набрал я сообщение и послал его в группу нашего класса.

«Вжик!» – пронеслось по классу. И все ребята стали тихонько и незаметно от учительницы доставать свои телефоны и смотреть, что за новость такая пришла. И сразу же класс охватило волнение.

И тут в класс как буря ворвался Ванька.

– Ты чего так долго? – спросила его Нина Васильевна.

Ванька только рукой отмахнулся:

– На вахте мела не было, и я завхоза искал.

Я про себя хмыкнул. Знаем, знаем какого завхоза ты искал и где! А Ванька положил на учительский стол целую коробку с мелом и бросился к окну, встал у него и стал глазеть.

– Я что-то не поняла! – нахмурилась Нина Васильевна. – Ты это чего?

– Так ведь слона же ведут! – воскликнул Ванька. – Слона ведут живого!

И тут класс не выдержал, и все ребята тоже повскакали со своих мест и бросились к окнам. Даже те, кто у доски стоял побежали. У окон образовалась давка.

– Слона ведут! Слона ведут! – повторяли мальчики.

– Где? Где? – восклицали девочки и вставали на цыпочки, чтобы не пропустить самого интересного. – Мальчики, что вы все закрыли! Дайте и нам посмотреть.

– Слона ведут? – Нина Васильевна тоже направилась к окну. – Интересно! Откуда у нас слон?

На какой-то момент я вдруг тоже чуть не поверил, что по улице ведут слона и не бросился к ребятам, но вовремя опомнился, вышмыгнул из класса и пулей помчался в туалет. Добежал! Без аварии. И с наслаждением освободился от того, что меня так мучило все эти последние минуты. До последней капли!

Ух! Счастье какое!

Но расслабляться было рано. На ходу застегивая брюки, я побежал обратно в класс. И мучила меня только одна мысль.

Успею или не успею?

Успел!

Ребята и Нина Васильевна все еще стояли у окна и высматривали слона. Мне даже стыдно стало. Получается я всех обманул. Надо было исправлять ситуацию. Я достал телефон и быстро набрал новую новость:

– Оказывается, его по другой улице ведут!

Через несколько секунд по классу прошелся вздох разочарования.

– Э-э-э! – тянули все. – По другой улице! Это получается в десятой школе его увидят, а не мы.

– Да, – согласилась Нина Васильевна и с подозрением посмотрела на Ваньку, – действительно безобразие! Но теперь ничего не поделаешь, и мы все возвращаемся к задачам, потому что математика это что?

– Царица наук! – ответили мы хором и принялись решать задачи.

Горе луковое!

Все началось на «Окружающем мире». Это такой школьный предмет, на котором дети изучают всякие леса и поля, небо, зверей и птиц – в общем, природу. Маргарита Павловна, Лешкина учительница, дала второклассникам задание что-нибудь вырастить в домашних условиях и показать на следующем уроке, который будет через неделю.

Лешка, как только домой пришел из школы, сразу стал приставать ко мне с вопросами:

– Что и как я могу вырастить, да еще и в домашних условиях? Что там у тебя было во втором классе? Чего ты там выращивал?

Но я только отмахнулся:

– Не было у нас такого задания! Ничего я не выращивал! И, вообще, мне некогда – у меня назавтра у самого много уроков задано. Особенно по математике. Семь номеров, из которых два – задачи! Так что ты лучше у мамы спроси, когда она с работы придет, чего тебе выращивать.

Вечером, только мама переступила порог, Лешка сразу ее озадачил:

– Что мне вырастить?

– Это ты о чем? – не сразу поняла мама и вопросительно посмотрела на меня (так всегда бывает, когда она Лешку понять не может).

– Это им на окружке задали, – объяснил я, принимая у мамы сумки с продуктами.

– Да-да! – горячо подхватил Лешка. – По окружке! Я должен вырастить что-нибудь культурное. В домашних условиях. И чтобы быстро! Уже через неделю домашнюю работу показать надо.

Мама опять посмотрела на меня:

– Дима, у вас во втором классе такое задание было?

Я отрицательно покачал головой.

Все-таки Лешке намного легче учиться, чем мне. У меня все тетрадки за все классы хранятся специально для того, чтобы Лешка в них мог подглядеть. Он и подглядывает, и списывает, и хорошие отметки получает. Везучий! Это мне все самому первому и в одиночку учить приходилось. А Лешка идет уже проторенным путем. Хорошо быть младшим братом!

А теперь он только рукой махнул в мою сторону:

– Не было у него такого задания. А если бы и было, я бы запомнил. Так что теперь только на тебя вся надежда.

Мама задумалась:

– Да, припоминаю. Что-то у нас подобное было на природоведении.

– На чем? – удивились мы.

– Когда я училась в школе, у нас был предмет, который назывался природоведение, – объяснила мама.

– Это когда же было? – засмеялся Лешка. – В глубокой древности!

– В какой еще древности! – возмутилась мама. – Что ты мелешь? Вас послушать, так я уже древняя старуха, что ли?

– Но ведь ты училась в прошлом веке! – в свою очередь удивился Лешка. – Это ведь ужас как давно было!

– Леха, – мама нахмурилась, – ты хочешь меня обидеть?

– Конечно, нет! – горячо уверил ее Лешка. Он даже немного испугался, крепко обнял маму и стал тереться лбом о ее руку. – Никто тебя обидеть не хочет, мамочка.

Когда он так делал, мама всегда начинала гладить его по голове как котенка. Вот и сейчас она его погладила и даже поцеловала в макушку. Лешка обрадовался, что на него больше не сердятся, и снова за свое:

– Так что вы там делали в прошлом веке на этом самом природоглядении?

– Природоведении! – поправила мама и улыбнулась. – Сейчас вспомню.

– Давай вспоминай! – Лешка даже покраснел от волнения. – Чего вы там в старину делали?

Мама вздохнула:

– В старину, мой дорогой сыночек, я в твоем возрасте лук на окне выращивала.

Мы с братом сильно удивились.

– Лук на окне? – спросил я. – Это как?

– Да очень просто. Берешь луковицу, кладешь ее в стакан с водой и ставишь на подоконник.

– А почему на подоконник? – спросил Лешка.

– Потому что растениям необходимы в первую очередь вода, свет и тепло, – стала рассказывать мама. – Вода в стакане, свет из окна, тепло от батареи. К тому же, на подоконнике места много. Вот почему!

– Ура! – запрыгал от радости Лешка. – Даешь лук на подоконнике!

Но тут уже засомневался я:

– А где лук взять?

Лешка сразу перестал радоваться, и его глаза наполнились тревогой:

– Да, где мы лук возьмем?

Тут мама рассмеялась:

– Где-где! Разве не знаете, где находятся овощи? В холодильнике!

– Ура! – снова закричал Лешка. – Конечно, в холодильнике! Где же им еще быть?

Он бросился на кухню, распахнул дверцу холодильника и полез в нижний овощной ящик.

– Так, – деловито бормотал он, копошась среди пакетов, – где у нас тут лук? Что-то я его не вижу. Мам! Тут его нет!

– Ищи внимательнее! – мама крикнула это уже из ванной комнаты, куда она зашла, чтобы помыть руки.

– А вот и нет! – засопел Лешка. – Морковь есть, картоха есть!..

Он всегда вместо картошки говорит «картоха» и никогда не обижается, если я его пытаюсь дразнить Леха-картоха или Лешка-картошка. Он картошку очень любит. Особенно жареную, вприкуску с соленым огурчиком. Так что для него, что коржик, что картошка, все не обидно.

– А лука нет!

– Эх ты! – вмешался я и вытащил пакет с луком. – Вот же он!

Лешка облегченно вздохнул, шмыгнул носом и вытащил из пакета самую большую золотистую луковицу.

– Теперь мне нужен стакан с водой.

И он подбежал к подвесному шкафу с посудой, поставил табурет и полез за стаканом.

– И мне стакан достань! – крикнул я ему. – Я тоже буду лук на окне выращивать. А то безобразие получается. Мама выращивала, брат будет выращивать. А я что? Я тоже буду выращивать.

И тоже выбрал из пакета луковицу посимпатичнее. Затем мы с Лешкой вырезали круглые картонные кольца, наполнили стаканы водой и положили луковки так, чтобы их низ был в воде, а макушка глядела наружу.

– Теперь давай отнесем их на наш подоконник! – сказал я.

Мы побежали к себе в комнату и поставили стаканы с луком на подоконник к самому стеклу. И тут Лешка опять встревожился.

– А где свет? На улице-то темно уже! Тепло есть! Вода есть! А света нет! Не вырастет наш лук!

– Свет будет завтра! – попытался я его успокоить. – Утром солнышко взойдет, и будет тебе свет.

– Да мне свет, может, и вовсе не нужен! – воскликнул Лешка. – Я могу и так жить, а вот лук без него расти не будет! Ему он нужен уже сейчас.

И тут меня осенило.

– Давай поставим настольную лампу! – предложил я.

– Давай! – обрадовался Лешка. – Димка, ты гений! Вот что значит – старший брат! Всегда найдет выход!

Лешка так расчувствовался, что даже меня обнял.

Мы поставили нашу настольную лампу на подоконник, так чтобы ее свет падал прямо на лук.

Лешка положил подбородок на подоконник, уставился на лук и засопел. Я тоже пристроился рядом, и мы стали вдвоем на лук смотреть. Через некоторое время Лешка спросил:

– Растет?

– Само собой! – подтвердил я.

– А откуда ты знаешь, что он растет? Ты что, видишь?

– Видеть не вижу, но сам посуди. Вода есть?

– Есть.

– Тепло есть?

– Есть! Батареи очень даже горячие.

– Свет есть?

– Есть!

– Вот видишь? – уверил я Лешку. – Раз у него все есть, что надо культурному растению, значит, оно растет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.