# Дар небес

Лора Руцкая

Действие происходит в 90е годы на Таджико-Афганской границе. Молодая жена пограничника влюбляется в армейского офицера. Роман развивается стремительно и охватывает большое количество участников и событий того времени.

## Глава 1

Грузовой военный борт "Москва-Душанбе" стремительно взмывал в высь. Спокойно и ровно гудели моторы. Самолет плавно поднимался. Далеко позади остался аэропорт Шереметьево, а вместе с ним и все наши сомнения по поводу того, взлетим мы или нет.

Надо сказать, что перед отлетом мы изрядно помотали нервы для того чтобы попасть на борт и улететь, заметьте, совсем не на курорт, а в горячую точку нашей страны. Но тут, конечно, надо отдать должное нашей бюрократии, которая, по всей вероятности, очень основательно пустила корни в нашем государстве, и, не смотря на то, что советские времена давно ушли в прошлое, великолепно процветает.

Мы заранее записались на военный борт, но в аэропорту выяснилось, что нас в списках нет. И тогда нам пришлось пустить в ход всю свою сообразительность, чтобы изначально попасть в автобус, отъезжающий к самолету, а затем и на сам борт. Как буд-то бы мы ехали не на войну, а летели на курорт.

И вот все позади. Далеко-далеко за горизонтом осталась Москва – дождливая, слякотная, неприветливая этим летним днем столица нашей Родины, город, в котором я родилась, выросла, где прошла моя юность. Самолет набирал высоту, и город в иллюминаторе становился все меньше и меньше. От благоустроенного быта я, сломя голову, летела в неизвестность. И все это для того, чтобы быть с человеком, которого, по сути дела, никогда и не любила, но с которым, тем не менее, связала свою судьбу крепкими узами брака. Нельзя, конечно, сказать, чтобы я совсем не испытывала к нему чувств. Была привязанность, уважение, какие то еще нежные чувства. Но, самое главное, мне всегада хотелось иметь рядом надежного человека, на которого я могла бы положиться в любой ситуации. Это все я нашла в своем муже Сергее. А в любовь с недавнего времени, я перестала верить. После неудачного брака, как мне казалось, по большой любви, от которого у меня остался маленький сынишка. Вся моя нерастраченная любовь в этой жизни принадлежала только ему. Я решила, что чувства – это не самое главное. И без этого можно построить крепкую семью. Да и мама всегда мне об этом говорила. «Самое главное – чтобы муж тебя любил. А остальное приложится».

Сидя на жесткой лавке грузового борта, среди многочисленных людей в военной форме, я подумала, что, наверное, сошла с ума, бросив все и полетев в наше мирное время в республику, где идут военные действия. Но иначе я не могла. Это противоречило моим понятиям о долге и совести. Еще в детстве мне внушили одну простую истину: "Жена всегда должна быт рядом с мужем, иначе семья не может быть крепкой. Я боялась потерять свой маленький мирок, с таким трудом созданный мною, боялась потерять опору в жизни. И поэтому, когда Сергей позвонил и сказал:

– Приезжай, здесь вполне можно жить. Я тебя жду! – я не медлила не минуты. Мое место там, с ним, мы все должны делить поровну. Отправив своего четырехлетнего сынишку в Екатеринбург, к родителям мужа, я очень быстро собрала свои вещи.

Сослуживец Сергея Антон, возвращался из отпуска вместе со своей женой и они предложили мне лететь с ними. И вот мы летим!

Самолет все дальше и дальше уносил меня от родного города. Внизу плыли облака и в иллюминатор ослепительно светило солнце. Внезапно я поймала себя на мысли, что мне совсем не жалко расставаться с привычной Московской суетой. Я летела к мужу и надеялась на лучшее. Мне казалось, что побыв вдвоем в экстремальных условиях, без сына, мы сможем лучше понять друг друга и, чем черт не шутит, может быт мне и удастся познать это загадочное чувство "Любовь".

– О чем задумалась?

Этот внезапный вопрос отвлек меня от моих мыслей. Я повернулась к Антону. Он широко улыбнулся и сказал:

– Не переживай, все будет нормально, через час будем на месте. Вот увидишь, там не так уж и страшно и вполне можно жить.

Я улыбнулась ему в ответ. Приятно было осознавать что кому-то не безразлично мое душевное состояние.

– Да все в порядке. Только бы Сергей в аэропорту встретил.

– Да хорошо бы было, если бы не пришлось добираться до заставы своим ходом, – вступила в разговор жена Антона Света. – Я умру от страха, если так случится.

Я посмотрела на Свету. Это была темноволосая симпатичная девушка с очень обаятельной улыбкой. Она была не намного моложе меня. Мне было 24 года, а ей 20. Но казалась на столько наивной и юной, что можно было подумать что между нами целая жизнь. Я даже позавидовала ей немного: она то точно знала зачем летит. Летела потому что любила и не представляла себе жизни без своего Антона. Наверное это и есть счастье, когда можешь отдавать свою любовь, да и не только любовь, но и всю себя без остатка любимому человеку и взамен получаешь то же самое. Я попыталась развеять Светины сомнения и сказала:

– Не переживай, с твоим Антоном не попадешь!

В воздухе повисла неловкая пауза. Ни кто из нас точно не мог знать, что в аэропорту нас встретит Сергей и нам не придется искать ночлег в чужом недружелюбном городе.

Паузу прервал Антон:

– Успокойтесь, девчонки. Все будет нормально. Вы же пограничницы и все тяготы военной жизни должны воспринимать спокойно.

Мы замолчали. Каждый думал о своем. Я закрыла глаза и постаралась отвлечься от тревожных мыслей. Шум моторов и монотонный гул голосов в самолете действовали успокаивающе и я задремала…

Мне снился дом: мама, папа, сынишка. Все вместе мы гуляли по зеленой лужайке у ослепительно голубого озера. Мой сын собирал цветы и смеялся и я смеялась вместе с ним, потому что мне было хорошо и удивительная легкость чувствовалась во всем теле… Вдруг все исчезло. Я огляделась и увидела, что стою одна посреди чужого города и по близости нет ни одного человека. Меня охватили ужас и паника. Я почувствовала небольшие толчки, похожие на землетрясение и… проснулась.

Самолет заходил на посадку. Громко гудели двигатели и чувствовались плавные толчки. Я взглянула в иллюминатор. Внизу расстилался удивительный, ярко освещенный солнцем город с непривычной для меня архитектурой, резко отличающейся от европейских городов.

Еще некоторое время мы кружили над аэропортом. Потом самолет резко пошел вниз, на столько резко, что я даже испугалась, не падаем ли мы. Но тут надо отдать должное военной авиации. Военные борты летают ни так как гражданские: резкий, почти вертикальный взлет и такая же посадка, ну по крайней мере, по мои ощущениям. Нет той плавности, с которой парят гражданские лайнеры, все быстро и четко. Ну на то они и военные летчики. Тем не менее, шасси коснулись земли и стальная птица плавно покатилась по ровному асфальту посадочной полосы. Мы почувствовали резкое торможение и через несколько мину самолет остановился.

Все потихоньку начали пробираться к выходу. Огромная дверь грузового самолета поднялась вверх и в лицо пахнуло раскаленным сухим воздухом. Чем ближе мы подходили к выходу, тем горячее становился воздух, как буд-то бы мы подходили к распахнутой настежь двери в парилку, которую только что как следует протопили. У меня в голове мелькнула мысль: "Как можно жить в такой жаре?" После дождливой и прохладной Москвы Таджикистан мне показался просто пеклом. Но когда я вышла из самолета, все мои черные мысли тут же развеялись.

Первое что поразило мен, как только я огляделась это горы. Огромные заснеженные вершины гор, плотной стеной видневшиеся на горизонте и простиравшиеся так далеко, на сколько можно было видеть. Казалось, весь город окружен плотным кольцом этих каменных великанов. Над нами раскинулось ярко голубое небо без единого облачка, и вся эта картина была на столько завораживающей, что даже не верилось в то, что люди здесь могут стрелять друг в друга. Света остановилась рядом со мной и тоже завороженно смотрела на эту красоту.

– Посмотри, какая красота! – сказала я, – Правда? ни чего подобного я ни когда не видела.

– Да! красивый вид.

Тут в наш разговор вмешался Антон:

– Марин, ты лучше посмотри, кто вон там стоит.

Я обернулась в ту сторону, куда указывал Антон и увидела Сергея, который не спеша шел к нам. Мой муж ни когда не считался красавчиком. У него была обыкновенная незапоминающаяся внешность. Ростом он был ниже среднего. По этой причине я, выходя вместе с ним, редко одевала обувь на каблуке переживая по поводу того, что смотрюсь выше его. Светлые, пшеничные коротко по-военному постриженные волосы и серые глаза. Фигура его была приземистой и казалась какой-то нескладной. Но во всем его облике светилась такая доброта и открытость, что его неприглядная внешность отходила на второй план. Быстрым шагом я пошла к нему на встречу. В этот момент мне показалось, что я не видела его уже целую вечность и очень соскучилась. Меня захлестнули теплые и нежные чувства. Мы поравнялись друг с другом. В глазах Сергея светилась радость. Я обняла его и поцеловала. На этом все нежности были закончены, т.к. к нам подошли Света с Антоном и все вместе мы направились к машине, стоявшей неподалеку.

За рулем сидел мужчина восточной внешности, у него были черные, прямые зачесанные назад волосы и большие карие глаза. На вид ему было лет 30. Он дружелюбно поздоровался с нами. Мы погрузили сумки в багажник и машина тронулась.

Взглянув на мужа, я увидела его глаза, светящиеся счастьем. Он очень любил меня. Я знала это прекрасно. Он ни когда не кричал о любви, а всегда доказывал это делом. Сергей вообще был немногословен и всегда говорил: «Зачем кричать о своих чувствах. Кто по-настоящему любит, ни когда не кричит об этом. Нужно просто делать все ради любимого человека и он сам почувствует на сколько он тебе дорог». Так он всегда и поступал: помогал мне по хозяйству, когда выдавалась свободная минутка, занимался с сыном. Делал все, чтоб как можно больше облегчить наш нелегкий пограничный быт. А жить на границе действительно было нелегко. Многие жены не выдерживали и уезжали. Особенно на Дальневосточных заставах, где мы раньше служили. Я была благодарна Сергею за всю его нежность и заботу. Но, тем не менее, чего то мне в нем не хватало. Наверное, просто любви к нему. Я всегда очень сожалела о том, что не могла ему дать того, что он давал мне. Но попробуйте приказать своему сердцу полюбить того или иного человека за определенные качества. Оно ни за что вас не послушает. Потому что, как я теперь уже знаю, любовь не подчиняется никаким законам и принципам. И, порой влюбляешься безумно в того, кто этого совсем не достоин.

Мы выехали из аэропорта и помчались по улицам Душанбе. Глядя в окно машины, я невольно отвлеклась от своих мыслей и залюбовалась красотой этого восточного города. Всюду фонтаны, розы, дома непривычной архитектуры, акации, плодовые деревья, арыки вдоль дороги, мангалы с дымящимися на них шашлыками и со всех сторон льется восточная музыка. Можно было подумать, что все это сошло со страниц какой-то восточной сказки.

Я взглянула на Свету, сидевшую рядом со мной. Ее красивое лицо, обрамленное черными кудрями было настороженно и сосредоточено. Я решила немного разрядить обстановку и сказала:

– По-моему, здесь все очень необычно, непривычно для нас, но все же красиво. Как ты думаешь?

– Здесь все чужое… – задумчиво ответила Света и замолчала.

Машина выехала на загородное шоссе и помчалась по нему с такой скоростью, что захватывало дух. Пейзажи за окном быстро сменяли один другой. Но одно было неизменно: желтая выжженная солнцем трава и невысокие деревья тутовника с бурыми от жары листьями. Постепенно сгустились сумерки, с их приходом спала и невыносимая жара. На улице стало темно и за окошком уже трудно было что-то разглядеть.


## Глава 2

Когда мы приехали на заставу, было уже очень темно. Ночь на юге наступает быстро. Летом, как только солнце скрывается за горами, а это 8 часов вечера, ночь опускается на землю и окутывает все кругом своим звездным покрывалом.

Мы проехали через шлагбаум мимо часового, стоявшего на посту, и оказались на территории заставы. В сгустившихся сумерках было невозможно что-либо разглядеть. В свете луны, огромным фонарем светившейся посреди черного неба, мне показалось все унылым и мрачным.

Машина остановилась возле небольшого одноэтажного здания в котором не было окон, это было помещение складов В темноте я не могла его как следует разглядеть. Мы вышли из машины и стали озираться вокруг. Все было окутано ночным сумраком. Вся территория заставы как буд-то бы утонула в этой липкой и душной темноте, ни где ни горело ни одного фонаря. А свет луны был слишком тусклым и можно было видеть только темные силуэты деревьев, вырисовывавшиеся на фоне серого бетонного забора. Неподалеку светились окна одноэтажного кирпичного здания, это было помещение заставы. Дальше ни чего не было видно.

Сергей с Антоном стали выгружать наши вещи из машины, непринужденно переговариваясь между собой, отпуская иногда остроумные шуточки по поводу военной жизни. Саид с веселыми, на восточный манер, шутками, им помогал.

Мы со Светой переглянулись и встали поближе друг к другу. Было как то жутковато находиться вдали от благополучной и размеренной городской жизни на самой границе, где в любой момент, как мне тогда казалось, могла просвистеть пуля и оборвать жизнь любого из нас.

Я немного отступлю от повествования и скажу, что была очень напугана сообщениями в средствах массовой информации о Таджикистане и считала, что здесь днем и ночью идут бои. Но, к счастью для меня, во всех телевизионных сообщениях сгущались краски и Таджикистан не был на столько враждебен, на сколько я себе нафантазировала.. Даже наоборот, народ здесь был очень дружелюбным и гостеприимным. Но, по скольку я была так запугана и все представляла себе в мрачных красках, то ночная тьма и невероятно давящая тишина действовали на меня угнетающе. Меня вдруг с невероятной силой потянуло обратно домой, в нашу небольшую уютную квартирку, где было мирно и спокойно и не нужно было ни чего опасаться…

Внезапно раздался громкий возглас Антона:

– Посмотрите ка, сам начальник вышел нас встречать! – весело крикнул он и двинулся на встречу человеку, идущему к нам со стороны здания заставы.

Незнакомец был среднего роста, одетый в камуфляж. Темные волосы его были зачесаны на бок. Он шел к нам не спеша, засунув руки в карманы. Когда он подошел ближе, то оказался молодым мужчиной, лет 25-ти с очень приятной внешностью и дружелюбной улыбкой.

– С приездом! – весело сказал он. – Как добрались? Давайте знакомиться. Я – Сергей, начальник заставы.

– Марина.

– Ольга.

Я почувствовала какое-то притягивающее обаяние от этого человека. Что-то было в нем такое… завораживающее. В каждом его жесте чувствовалась интеллигентность. Интуитивно я почувствовала, что отношения у нас с ним сложатся замечательные. И, забегая вперед, скажу что не ошиблась.

– Девчонки, очень здорово, что вы решились приехать. Наконец-то в нашем почти сугубо мужском коллективе (если не считать моей жены) будут еще 2 очаровательные женщины. Честно говоря, моя Татьяна уже давно жалуется на то, что ей надоело быть в единственном числе среди мужчин. Я думаю, она будет очень рада вашему приезду. Правда сейчас на в госпитале, в Душанбе, но скоро вы с ней познакомитесь.

– В госпитале? – взволнованно спросила я, – надеюсь, с ней ни чего серьезного?

– Да нет, просто профилактика. Ни чего страшного. Ну что пошли смотреть жилье?

Вся речь Сергея была на столько проста и искренняя, что я забыла обо всех своих недавних страхах. Я поняла, что здесь совсем другие отношения между людьми; добрые, честные, искренние. Каждый старается поддержать другого, протянуть ему руку, чтобы тот не оступился.

После суетливой московской жизни, где каждый сам за себя и сам по себе приятно было осознавать, что, оказывается есть у людей еще и другие ценности помимо материальных. И, наверное, действительно стоило приехать сюда ради того, чтобы почувствовать это.

Мы поблагодарили Саида и двинулись в сторону жилья, приготовленного для нас. Квартирой это конечно, было назвать сложно, но я давно привыкла к заставской жизни и поэтому совершенно спокойно восприняла реальность. Мы прошли через калитку бетонного забора и оказались в небольшом дворе. Здесь тоже все тонуло в ночном мраке. На фоне тусклого света луны вырисовывались очертания деревьев и два строения. К одному из них мы и направлялись. Это был деревянный дом на две квартиры. Мы поднялись по ступеням и взошли на крыльцо. Где-то, вдалеке послышался леденящий душу вой шакала. У меня по спине невольно пробежал холодок.

Все прошли в дом¸ а я задержалась на крыльце, наслаждаясь ночной прохладой. Конечно «прохлада» в этой местности понятие относительное, но, тем не менее, ночью дневная жара немного спадает и дует небольшой ветерок, приятно холодящий опаленную солнцем кожу. Стоя так в ночной тишине и вглядываясь в сонный полумрак, я невольно залюбовалась этой южной ночью.

Восточные ночи особые, не такие как у нас, в средней полосе. Казалось что небесный купол простерся надо мной так низко, что звезды можно потрогать руками. Ветерок, шелестя листьями, напевал свою колыбельную песню деревьям, кустам, траве, уставшим от дневного зноя. Темно-желтая луна на фоне черного неба казалась огромным воздушным шаром, зацепившимся за крышу дома. Все вокруг дышало покоем. Трудно было представить себе что здесь, среди этого сказочного великолепия и покоя идет война.

Внезапно я почувствовала чье то прикосновение, обернулась и увидела мужа.

– Ты чего тут одна стоишь? Пошли, а то мы тебя там заждались – заботливо произнес он и обнял меня.

– Да вот любуюсь. Красиво и необычно, – мечтательно ответила я.

– Скоро ты к этому всему привыкнешь. Ну что, пойдем?

Мы вошли в дом и прошли на кухню. Мужчины уже сидели за столом и оживленно беседовали. На столе были расставлены пиалы емкостью примерно 200 грамм и стояла бутылка водки таджикского разлива. Света суетилась, выкладывая на стол то, что у нас осталось от провизии, которую мы захватили с собой из Москвы. Когда я увидела всю эту картину, то очень удивилась, подумав: как можно пить водку в такой духоте? В доме было действительно очень душно, по сравнению с улицей, даже не смотря на раскрытое настежь окно. Правда в последствии, прожив в этом климате полтора года, я поняла, что водка очень даже не плохо тут идет.

Мы все уселись за стол и начальник предложил первый тост.

– Давайте за знакомство, – весело произнес он.

– Хотелось бы узнать, как к Вам лучше обращаться, – осведомилась я. – На Вы и по имени отчеству или можно просто Сергей?

– Вообще-то, я не люблю, когда красивые женщины обращаются ко мне на Вы. Поэтому я бы предложил на «ты». Вы знаете, девчонки, начальник я здесь Только для ваших мужей и только на заставе. А вообще-то, мы здесь все живем одной дружной семьей. К тому же, мы все почти ровесники. И потом, если мы сидим с вами за одним столом, пьем водку, так неужели мы будем обращаться друг к другу на «Вы»? … Что-то мы отвлеклись. Давайте все же выпьем за знакомство.

После таких дружелюбных слов начальника обстановка стала более непринужденной. Для меня все здесь было ново: и такая дружелюбная атмосфера, и непривычные взаимоотношения начальника и подчиненных, и… третий тост, который здесь было принято пить молча за погибших и ни кто это традиции ни когда не нарушал.. Я почувствовала, что попала в какой-то другой мир, где люди живут по иным законам и принципам. Здесь помнили и чтили тех, кто погиб в Авганистане, Таджикистане. А ведь в других городах нашей страны, где все было мирно и спокойно, люди ни когда об этом не вспоминают. И даже пренебрежительно фыркают, говоря: «Мы вас туда не посылали. Могли бы и не ехать…» В нашей огромной стране, в недалеком прошлом такой мирной, дружелюбной и открытой, в последнее время что-то очень сильно изменилось, все встало с ног на голову. Мы разучились ценить простые вещи: любовь, дружбу, преданность. Мы разучились бескорыстно помогать друг другу. Мы стали все переводить на деньги. А что такое, по сути деньги? Бумага! Стоит ли ради нее убивать, предавать, ненавидеть? Казалось бы, чего не хватает? Мирное небо над головой, все хорошо, живи да радуйся. Но в бесконечной суете и погоне за материальными ценностями, мы все забыли, что и в мирное время где-то гибнут наши ребята, совсем еще юные и ни чего не познавшие в этой жизни. Может забыли, а может просто предпочитали не думать об этом, потому что это все так далеко, что кажется нереальным. Но здесь, когда на твоих глазах гибли люди, было просто невозможно об этом не помнить.

Мои размышления прервал треск автоматной очереди, раздавшийся, казалось, совсем рядом, а затем сильный грохот, от которого даже стекла зазвенели. Мы со Светой испуганно переглянулись.

– Не бойтесь, – успокоил нас начальник, – это армейцы из N-й дивизии развлекаются. Вы с ними еще познакомитесь. Вообще-то, они ребята хорошие, но когда выпьют, оружие от них надо прятать. Уж очень у них руки чешутся пострелять по противоположной стороне.

Я была потрясена услышанным. Так много разных впечатлений за один день. Это было слишком. Я почувствовала усталость во всем теле. Мне нужно было выспаться, чтобы завтра с новыми силами окунуться в эту новую и непривычную для меня, но тем не менее привлекательную, таящую в себе столько неизведанного жизнь.

Так для меня начался новый период в моей жизни, необычный, полный новых событий, незабываемый и в то же время трудный и опасный. Началась моя жизнь на N-ой пограничной заставе Пянджского погран отряда. С этого момента жизнь для меня стала делиться на до… и после… Все что было до приезда сюда было каким-то несерьезным, наивным и детским. А все что случилось после приезда стало для меня на столько значимым, что все эти эмоции и ощущения я помню до сих пор.


## Глава 3

На следующий день я разобрала свои вещи, и мы со Светой попытались придать уют нашему новому жилищу: помыли полы, постелили половики, приготовили обед. Надо сказать, что дом был 2-х квартирный, но пригодной для проживания была только одна квартира, поэтому нам пришлось пока жить всем вместе, как в общежитии. Но меня это ни сколько не смущало, даже наоборот, со Светой было веселее. И вот порядок наведен. И в этой, показавшейся мне с первого взгляда мрачной и неуютной квартире, запахло жизнью, повседневной семейной суетой. После уборки мы решили немного осмотреться на заставе и вышли за калитку. При свете дня она уже не показалась мне столь унылой и мрачной, даже наоборот, все было очень ухоженно. Все бордюры и стволы деревьев у основания побелены, спорт городок свеже выкрашен. Правда, вокруг самой заставы пейзаж был довольно унылый. Трава под нещадно палящими лучами солнца пожелтела и превратилась в солому. Листья на деревьях были бурыми от пыли. А на небе не было видно ни облачка, только палящее солнце и невыносимая жара, которая слегка спадали лишь к вечеру, да и то не на столько чтобы можно было насладиться прохладой.

С момента нашего приезда прошло несколько дней. Меня одолевали противоречивые чувства: с одной стороны я понимала, что поступила правильно, приехав сюда. Я знала что нужна Сергею и он мне был нужен. Но, с другой стороны, я не чувствовала удовлетворения от наших с ним отношений. Уезжая из Москвы, я надеялась , что жизнь в экстремальных условиях больше сблизит нас, но все происходило как раз наоборот. Мне хотелось более пылких чувств и их проявлений с его стороны. В силу своего темперамента, я всегда была человеком импульсивным и энергичным. А Сергей наоборот был очень спокойным и молчаливым. Я пыталась объяснить ему, что меня не устраивает его молчаливая любовь. Мне нужно слышать о том, что он меня любит, нужно чувствовать это каждую минуту. Но он упорно меня не понимал, а может просто не хотел понимать. Даже супружеские отношения наши были практически на нуле. Я была в отчаяние. Но, тем не менее, оберегала наш маленький мирок и не хотела его разрушать, надеясь, все-таки на лучшее.

Это сейчас я понимаю, что если в душе нет любви, не чувствуешь ты ни чего к человеку, то ни откуда эти чувства уже и не возьмутся. Когда ты живешь без любви, просто понимая головой, что все стабильно, все хорошо, он хороший папа для ребенка, он хороший муж, со стороны кажется что у вас все замечательно и только ты знаешь, что не живешь, а существуешь, что нет полета, нет радости от прожитых вместе лет. И каждый раз, подсознательно в толпе ты ищешь глазами того единственного, к которому бы тянулась душа.

Но вернемся к нашему повествованию. В таких думах и мыслях прошло две недели. В один из замечательных солнечных дней, когда две наши небольшие семьи были в полном составе дома и собирались обедать, в нашу дверь раздался стук. Я открыла. На пороге стоял начальник заставы Сергей, а рядом с ним я увидела светловолосую девушку с короткой стрижкой и очень живыми зелеными глазами.

– Знакомьтесь, моя жена Татьяна, – представил ее Сергей.

– Очень приятно, – ответили мы со Светой в один голос.

– Рада с вами познакомиться, – весело прощебетала Таня и протянула нам тарелку с фруктами. – Это вам, угощайтесь. Привезла из Душанбе. Уверена, что инжир вы здесь еще не пробовали. – Она прошла на кухню и с довольным видом уселась за стол

– Антоха, как в отпуске отдохнули? – бросила она через плечо Антону, который входил в кухню.

-Да нормально отдохнули. Если б денег дали больше, было бы лучше…, – отшутился он.

Сергей не стал присаживаться, и, сославшись на служебные дела, удалился.

Сидя за столом, Таня стала внимательно нас разглядывать. Во всех ее движениях чувствовалось столько энергии и задора, что мне показалось, как буд-то это солнечный лучик вдруг прыгнул к нам на кухню.

– Ну что, девчонки, уже освоились тут? – спросила она, – У нас весело… – она чуть призадумалась, – Да, конечно две хозяйки в квартире – не дело, будете ругаться. Ты, Антоха, давай соседнюю квартиру ремонтируй. Там тоже жить можно и разъезжайтесь.

Таня очень мне понравилась. С ее приходом почувствовалось какое-то оживление, как буд-то свежий ветер вдруг ворвался в наше душное помещение. Она была среднего роста, стройная и очень живая и подвижная. Создавалось такое впечатление, что все крутится вокруг нее. Она на столько притягивала к себе, что казалось мы знакомы с ней всю жизнь. Может быть поэтому за небольшой промежуток времени у нас с ней завязались дружеские доверительные отношения.

На следующий день после знакомства, Таня предложила показать нам городок Дусти, располагавшийся в 15 минутах езды от заставы.

– Поехали, посмотрите как там люди живут, а за одно купим овощей, фруктов, ну и еще чего-нибудь. Не все же сидеть на заставе.

– Ты знаешь, мне как-то страшновато. По телевизору такое говорили… И стреляют тут, и местное население не очень дружелюбно… Как то мне не по себе, – неуверенно произнесла я.

– Да, мне тоже страшновато, – добавила Света.

– Ерунда. Что вы телевизору верите? – громко возмутилась Таня, – Я тут уже столько лет живу… Да, в 1993 г. Было страшно: и стрельба была и убить могли… Ну да ладно, потом как-нибудь расскажу. А сейчас все мирно. И население нормально относится. Они ведь тоже понимают, что им тут без нас плохо было бы. Благодаря нам у них, по крайней мере, хоть обстановка стабильная. Ладно, поехали. Все увидите сами.

Мне очень нравился Танин оптимизм. Своей энергией и жаждой жизни она заражала окружающих. Всего лишь сутки прошли с того времени, как она вернулась из госпиталя, а жизнь на заставе закипела, закрутилась вокруг нее.

Мы все дружно погрузились в заставской УАЗик вместе с начальником заставы, он ехал старшим, так было положено. Машина тронулась с места, неспеша выехала за территорию заставы и понеслась по грунтовой дороге, поднимая за собой клубы пыли. От заставы мы повернули на асфальтированную дорогу и машина прибавила скорости. По обе стороны тянулись деревья тутовника, за ними расстилались поля, которые обрабатывали вручную в основном женщины. По обочинам дороги можно было увидеть пешеходов, направлявшихся в сторону города. Таня объяснила, что транспорт в этой местности ходит редко, а свои машины есть очень не у многих и поэтому из отдаленных кишлаков люди добираются кто как может: кто пешком, кто на велосипеде, а кто побогаче, на ишаке, запряженном в повозку. Для меня было очень странно, что в наше прогрессивное время люди добираются до города столь примитивным способом.. По всему было видно, что цивилизация до сюда почти не дошла. На полях стояли примитивные глиняные мазанки-времянки, очень многие люди ходили босиком. Во всем этом чувствовалась нищета и заброшенность.

Некоторое время мы проехали молча, каждый был погружен в свои мысли. Но вот на горизонте показался столб с надписью «Дусти». Машина неслась на большой скорости и через короткий промежуток времени мы уже ехали по главной улице города. По всему было видно, что этот город некогда процветал. Вдоль дороги тянулись арыки, над ними, склоняясь стояли ивы. Они наклонялись на столько низко, что ветвями своими касались воды. Всюду цвели розы. Я даже разглядела вдалеке фонтан, правда вода из него уже не била. Архитектура зданий была привычной для азиатских городов.

Позже, когда я познакомилась с местными жителями, то узнала, что некоторое время назад, в советские времена, город Дусти был цветущим и ухоженным. Жили там в основном европейцы, преимущественно немцы. А потом, когда Союз развалился, все пришло в упадок, многие жители уехали в Германию, на свою историческую родину. Да и война не добавила прелести этому городу. Теперь о былом великолепии напоминали только фонтаны, в которых не было уже ни капли воды, да клумбы с розами, за которыми люди еще ухаживали, стараясь сохранить хоть что-то. С первого взгляда было видно, что здесь царит нищета и разруха, впрочем, точно так же как и в Российской глубинке. У людей не хватало средств к существованию, не хватало элементарного: лекарств, продуктов, квалифицированной медицинской помощи. Пожилые люди, отчаявшись прожить на свои скудные пенсии, которые, впрочем, почти не выплачивали, несли все что можно из дома на рынок, чтобы хоть как-то прокормиться. Город, конечно, произвел на нас весьма унылое впечатление.

Машина подъехала к воротам базара и остановилась.

– Выгружаемся! Приехали. – скомандовала Таня. – Учтите, девчонки, на востоке любят торговаться, могут даже бесплатно отдать свой товар, если увидят, что вы торговаться умеете.

Мы вышли из машины и огляделись. Мне не очень то понравилось, что Таня разговаривает с нами с высока. Я сама была по натуре лидером и не любила, когда мной кто-то пытался командовать. Но, надо было отдать ей должное, она прожила здесь уже 2 года и многое повидала за это время. Как я потом узнала, однажды ей даже заставу в ружье поднимать пришлось. Так что, наверное, она имела право вести себя здесь как хозяйка.

Мы двинулись к воротам базара. Здесь было очень оживленно. Вообще восточный базар достоин отдельного описания. Торговля начиналась прямо от ворот. Торговцы овощами и фруктами выстроились по обе стороны от входа. Кто-то стоял, громко предлагая свой товар,, а кто-то сидел прямо на земле. Такого обилия фруктов и овощей я ни когда раньше не видела. А, самое главное, все было на столько дешево, что купить на нашу зарплату можно было хоть весь базар. Тут были и отборные помидоры, огурцы, редька, яблоки, груши, персики, абрикосы, виноград. Невдалеке высокой горкой были сложены арбузы и дыни. И все было на столько свежее и ароматное, сразу было понятно, что только с дерева или с грядки. Торговля шла очень оживленно. Базар шумел. Люди торговались с присущим им восточным темпераментом: усиленно жестикулируя и громко крича.

Мы прошли вдоль овощных рядов, выбирая овощи и фрукты. Среди многочисленных торговцев мы заметили торговца, который продавал куриц-несушек.

– Девчонки, давайте купим кур. Приготовим лапшу. – предложила Таня, – посидим все вместе.

– Это же несушки. Зачем они нам? – удивилась я.

– И правда, – поддержала меня Света, – зачем нам несушки? Если только в сарае их поселить и яйца собирать. Давайте лучше охлажденных купим.

– Девочки, здесь нет ни охлажденных, ни свежемороженых, только такие: – засмеялась Таня, – Так что берем этих. Сейчас я научу вас торговаться,– Она направилась к продавцу:

– Почем куры?

– Пять, дэвушка. Бэри, хорощий, – весело ответил таджик.

– Нет, дорого. Давай по четыре, – не согласилась Таня.

– Нэт, что ты? И так дешево отдаю.

– Ну как хочешь. Пошли, девчонки, дальше. – Таня развернулась и пошла в противоположную от продавца сторону. Мы отправились за ней. Я недоуменно посмотрела на нашу новую подругу:

– Зачем мы ушли? Ведь все равно больше ни где на базаре кур нет. Надо этих брать. Поду маешь, на тысячу больше, на тысячу меньше.

– Похоже, мы останемся сегодня без лапши, – усмехнулась Света.

– Вы не понимаете местной специфики, – медленно проговорила Таня, – когда торгуешься, то тут уже дело принципа. Это для них как ритуал. Обязательно надо торговаться. Он все равно нам уступит. Просто мы подойдем к нему позже. Мы сейчас по рынку походим, а он подумает. Я ведь тут уже не первый год живу, привыкла к местному каллориту.

Мы не стали с ней спорить и пошли дальше, купили овощей и фруктов и решили возвращаться к машине. На обратном пути снова подошли к продавцу кур. Он уже нас узнал и улыбнулся.

– Ну что, не надумал кур дешевле отдать? – спросила Татьяна.

– Нэт, пять!

И тут Таня пустила в ход все свое умение, обаяние и красноречие. Мы даже не ожидали, что это будет на столько темпераментно и громко. Вокруг нас начал собираться народ. Торговля на рынке почти прекратилась. Мы оказались в центре внимания. Кто-то поддерживал продавца и кричал: «Торгуйся!», Кто-то поддерживал нас и советовал: «Отдай дешевле, а то больше ни кто не купит». На миг мне показалось, что мы просто разыгрываем представление, которое идет по определенному сценарию.

Конечно же продавец, видя такой темперамент в русских девушках (А надо сказать, что мы тоже не остались безучастны к происходящему), не смог устоять и уступил. Это была наша первая в этой стране, хоть и маленькая, но победа. И, надо сказать, что в глазах местного населения мы очень выросли. А это уже было немало. Теперь, когда мы приезжали на базар, нас уже узнавали и это, конечно же, было приятно.

С Таней мы стали неразлучными подругами. На какое то время, я даже забыла о своих личных переживаниях. С ней было просто, легко и весело. Своим необузданным темпераментом и неуемной жаждой жизни она завораживала всех окружающих. Создавалось такое впечатление, что все события на заставе вращаются вокруг нее. Она заполняла своей энергией все пространство. Меня перестало тянуть домой. Я больше не боялась стрельбы и тягот военной жизни, даже невыносимая жара перестала на меня действовать угнетающе. У меня на душе вдруг стало легко и спокойно. Я не знала почему так случилось, почему эта озорная зеленоглазая девченка смогла вдохнуть в меня столько жизни и энергии. Да, в общем-то, я и не пыталась в этом разобраться. Я просто была рада тому¸ что в этом далеком краю теперь у меня была подруга, которая меня понимала и которую понимала я. Прошло совсем немного времени со дня нашего знакомства, но мне казалось, что мы знаем друг друга уже целую вечность.

В один из вечеров мы с Таней вдвоем сидели у нее на кухне и пили чай с замечательным пирогом, который она испекла. Мы весело болтали о всяких мелочах, затем в разговоре наступила небольшая пауза и Таня направила разговор в другое русло:

– Ты извини, Марин, но с самой нашей первой встречи я хочу тебя спросить: ты такая симпатичная, обаятельная, энергичная…. Сергей – полная тебе противоположность. Как вы уживаетесь? Вернее, я хотела спросить…., – она замялась.

– Ну теперь уже договаривай, раз начала, – произнесла я, – Ты хочешь спросить по любви я вышла за муж или нет?

– Ты прости, я не хотела тебя обидеть. Просто так явно видно, что его общество тебе в тягость.

– Да ладно, не извиняйся. Меня, почему-то, часто об этом спрашивают. Не ужели так заметно?

– Не знаю. Я заметила.

Мы немного помолчали. Таня с интересом смотрела на меня. Мне не очень хотелось разговаривать на эту тему, но видя ее нетерпение, пришлось ей ответить.

– До Сергея я была замужем, как мне казалось, по любви. – Начала я свой рассказ, – Но ни чего хорошего из этого брака не получилось. Мы были слишком юны. Ему хотелось гулять. А я сразу же после свадьбы забеременела. В общем, это долгая история. Родился сын и мы развелись. Даже года вместе не прожили. А Сергея я знала еще до замужества, знала что он в меня влюблен. После моего развода мы с ним встретились. Он сказал, что до сих пор меня любит. А у меня просто не оставалось выбора. Я жила с родителями, которые, конечно же обеспечивали меня и моего сына, но не забывали постоянно мне об этом напоминать. Поэтому я просто решила, что с Сергеем мне будет лучше, да и отец он для моего сына хороший. Я его уважаю как человека, может, со временем, смогу полюбить.

Таня достала из пачки сигарету и закурила.

– Нет, – грустно, но твердо произнесла она, – если любви нет, глупо думать, что через некоторое время она вдруг появится. Возможно, он просто не твой человек.

– Он хороший, мне с ним спокойно.

– Хороших много, но любим мы, как правило, не за то, что он хороший. Любим просто непонятно за что. Однажды вдруг встречаешь человека и понимаешь, что он твой. Я понимаю, что мы слишком мало знакомы, для таких откровенных бесед. Но мне бы хотелось, чтобы мы друг другу доверяли. Тем более, что здесь не Москва и ни кто не за что осуждать тебя не будет. Здесь жизнь меряется другими мерками и осудить тут могут только подлость по отношению к своим друзьям.

На некоторое время у нас воцарилось молчание. Я тоже достала сигарету из пачки и закурила.

– У меня такое ощущение, – задумчиво сказала я, – что я вообще ни когда не испытывала чувство сильной любви. Были какие-то детские увлечения, но это все несерьезно. Мне 24 года, но за свою жизнь я не разу не была полностью счастлива, все было как-то относительно: вроде, одно хорошо, а другое не очень. Мне сравнивать не с чем. Сергей замечательный человек, но ты права, мы с ним разные. Он не понимает чего я от него хочу и считает, что я просто придираюсь. И когда ночью он отворачивается и засыпает, мне просто кричать хочется от нестерпимой тоски.

Я замолчала. Слезы катились у меня из глаз, но на душе вдруг стало легче, как буд-то камень свалился у меня с души. Ни кому я еще не рассказывала о своих душевных переживаниях, даже маме и бабушке, самым близким для меня людям. А вот ей захотелось рассказать. Не знаю почему, но с Татьяной хотелось говорить откровенно.

– Ни чего, – тихо произнесла Таня, – все в конце концов встанет на свои места. Я думаю, здесь ты сможешь отвлечься от своих мрачных мыслей. Вообще-то у нас на заставе весело. По соседству с нами стоит армейский батальон. Ребята часто заглядывают к нам в гости. А с ними не за скучаешь.

– Ты знаешь, – ответила я, – я с ними не знакома, но со слов твоего мужа: армейцы – это просто бедствие на заставе. Напьются, стреляют…. И вообще делают все что хочется. Мы когда служили на дальневосточных заставах, там ни кого кроме нас не было и было очень спокойно. Правда скучно, хоть на луну вой..

Таня рассмеялась:

– Да¸ они ребята лихие, без приключений жить не могут. Но зато с ними весело. И вести себя они умеют галантно. В общем, отличные парни, сама убедишься.


## Глава 4

Через некоторое время Таня с мужем уехали в отпуск. Застава без нее конечно, опустела. Жизнь снова показалась мне унылой и скучной. Света была очень наивна и с ней невозможно было поговорить о моих проблемах. После начальника в отпуск должен был идти мой муж, и я начала считать дни до этого события, с каждым днем все сильнее скучая по дому и своим близким.

Сергей почувствовал мое состояние и предложил мне оформиться на военную службу.

– Тебе, наверное, очень скучно целыми днями сидеть дома?– однажды за ужином сказал он, – зная твою натуру, я представляю как тебе хочется какой-то деятельности.

– Конечно, роль домохозяйки меня совсем не устраивает, – задумчиво ответила я, – но, что делать? Потерплю. Поедем в отпуск – развеюсь.

– Есть возможность пойти служить по контракту. На заставе есть 2 должности телефонисток. Вы со Светой могли бы работать. Если хочешь, позвоню в отряд, узнаю.

– Конечно хочу! – воскликнула я. – Мне всегда нравилась военная служба. Если это возможно, я с удовольствием.

После нашего разговора прошло некоторое время. И вот, наконец, вопрос был положительно решен. Заполнив необходимые бумаги, мы стали ждать результатов.

Время тянулось медленно. Наша жизнь на заставе шла своим размеренным ходом. Я скучала по Татьяне. Мне не хватало ее задора, энергии, веселого неунывающего характера. Наша заставская жизнь шла как-то чересчур размеренно и скучно. Один день сменял другой, не принося с собой каких-то изменений. Все было обыденно. Правда мы, наконец-то познакомились с армейцами, стоящими возле нашей заставы. Они оказали довольно неплохими ребятами. Несмотря на нелегкие полевые условия службы, они не теряли своего задора и оптимизма. Все были достаточно молоды, чтобы переживать из-за таких пустяков, как бытовые условия, любили отдохнуть и повеселиться, правда и без выпивки тоже не обходилось. Ну а уж когда выпьют, тут правильно начальник говорил, оружие им в руки давать нельзя, сразу же начиналась стрельба, да такая, что у нас окна звенели. Но мы на них за это не обижались и отношения у нас сложились теплые и дружеские. Все мы были примерно ровесники. Ребята офицеры были открытые и дружелюбные. К тому же, в отличие от пограничников, у них всегда был запас горючего и они не отказывали нам в просьбе свозить в город на рынок. К тому же, армейская точка была нашей опорой и поддержкой в случае нападения с противоположной стороны.

Армейский полк базировался в г.Курган-Тюбе, а к нам на границу они выезжали на месяц. Один месяц 1-й батальон, другой месяц 3-й батальон и роты тоже часто менялись. Поэтому за небольшой промежуток времени мы познакомились и подружились с очень многими офицерами и девчатами армейского полка. Живя в жаре в палатках без кондиционеров среди песка и пыли, они очень любили в свободное время приходить к нам на заставу, чтобы после жары и духоты посидеть в прохладном посещении, где работал кондиционер, да и просто иногда поесть домашней пищи, от которой многие из них за время службы в полку почти отвыкли. К тому же, армейцы, как правильно сказала Таня, были парни хоть куда: галантные, обходительные. А ведь женщина по своей природе так устроена, любит, когда на нее обращают внимание и делают комплименты. Так что, конечно, нам эти ребята нравились. Только одно в них было плохо: у них была удивительная способность создавать на заставе проблемы. Как только они появлялись, обязательно что-нибудь происходило.

Однажды днем мы со Светой сидели на кухне, изнывая от невыносимой жары и ломая голову над тем, что бы такого приготовить на ужин. В дверь громко постучали, и, не успели мы ответить: «Войдите!», – как на пороге появился Саша, очень хорошо знакомый нам старший лейтенант из армейского полка. Мы обрадовались его приходу, потому что это всегда сулило что-нибудь интересное: то шашлыки с песнями и танцами, то поездку в г.Дусти, то еще что-то, от чего мы приходили в восторг. В общем, от него можно было ждать любых интересных и интригующих предложений.

– Привет, девчонки! – весело произнес он, – К вам можно?

– Конечно заходи! – так же весело крикнула Света.

– Только мы еще ужин не готовили, – добавила я, – Можем предложить чаю.

– Нет, спасибо, я не хочу. Я пришел к вам с просьбой.

Мы с интересом посмотрели на него. А Саша, тем временем, продолжал:

– У меня завтра день рождения….

– Поздравляем! – крикнули мы в один голос со Светой.

– Спасибо! Завтра у вас будет возможность…. Я не договорил. Завтра день рождения, к тому же через месяц я перевожусь в Москву. Предлагаю завтра вечером устроить гулянку по этому поводу.

Мы со Светой озадаченно посмотрели на него, и, выдержав небольшую паузу, я сказала:

– Гулянка – это здорово. Но, на сколько я понимаю, стол накрывать на всю ораву придется нам. На сегодняшний день из женщин здесь только мы….

– Это как раз то, о чем я хотел вас попросить, – вкрадчиво сказал он, – Вы ведь у нас незаменимые. Ну куда мы, мужчины без вас, женщин?.... А продукты все я привезу завтра утром.

Он произнес это так вежливо и выражение лица его при этом было на столько смиренным и обаятельным, что отказать ему было просто невозможно. Единственным условием с нашей стороны было, чтобы он приехал завтра утром и помогал чистить и резать овощи. И оно было им принято с большим энтузиазмом

На следующий день рано утром Саша привез нам все необходимые продукты на БТРе, и, сказав, что скоро вернется, уехал обратно. Но ждать его пришлось неимоверно долго. Приехал он только к обеду, когда все уже было почти готово, но приехал в таком состоянии, что не мог пошевелить ни рукой ни ногой. Он был жутко пьян. Каждая клеточка его организма, видимо, впитала в себя такую дозу спиртного, от которой любой душман на противоположной стороне упал бы замертво. А он ни чего, стоял еще на ногах. Ну что было с ним делать? Мы решили отправить его обратно. Какой из него был помощник в таком состоянии? Он упорно не хотел уезжать, но мы настояли на том, что ему нужно выспаться перед праздником, иначе он просто не сможет присутствовать на собственном дне рождения. Он согласился с нашими доводами и уже собрался уходить, но тут я решила на всякий случай спросить:

– Саш, у тебя в БТРе есть водитель? Или ты сам за рулем?

Он посмотрел на меня удивленным взглядом и ответил:

– Конечно сам!

Мы развели руками. Тут оставалось только удивляться выносливости русских офицеров, которые, в общем то, испокон веков отличались удалью, силой и раздолбайством, особенно это присуще было пехоте во все времена. У офицеров же наших дней осталась удивительная способность управлять военной техникой в любом состоянии. Здесь нужно отметить, что в то время в горячие точки направляли офицеров из разных округов по приказу командующего и из них формировали полк. Так вот как бы вы думали, кого отправляли командиры частей в первую очередь? Самых лучших, дисциплинированных и ответственных?! Как бы не так. Такие нужны были самим. В первую очередь любой командир старался избавиться от проблемных. Вот такие орлы и приехали служить в Таджикистан Но не факт, что проблемный человек – не грамотный профессионал. Как я потом увидела, все ребята были большими профессионалами своего дела. И еще один важный момент: не было в их взаимоотношениях подлости, предательства, подставы и пр.

Но вернемся к нашему повествованию. Что бы мы делали на границе без таких орлов, которые находясь в таком стоянии как Саша, только одним своим видом могли до такой степени напугать оппозиционеров, что оружие применять даже не потребовалось бы.

– Саш, ты оставь БТР на заставе, а сам иди пешком, – сказала Света, – тут ведь недалеко. Зачем лишний раз рисковать?

Он недоуменно посмотрел сначала на Свету, потом на меня и заплетающимся языком произнес:

– Если я такой пьяный, то как же я дойду? Лучше доехать…, – И это был убийственный аргумент, с которым мы спорить не решились.

– Ну конечно, ехать, оно лучше, чем идти, – с улыбкой произнесла я. – Просто я за нашу заставу волнуюсь. Ты можешь, чисто случайно, что-нибудь снести.

– Не беспокойтесь, все будет как надо!

С этими словами он вышел на улицу и пошел в сторону заставы нетвердой походкой.

Мы со Светой продолжили приготовления к празднику, тихо беседуя между собой. Не прошло и пяти минут, как раздался страшный грохот. Мы выбежали из дома и побежали в сторону заставы посмотреть что же с лучилось, а когда увидели, то слов у нас уже не было. Остались одни эмоции. БТР Саши стоял на том месте, где совсем недавно были ворота, а последние лежали под колесами этой боевой машины. Саша стоял возле своего боевого друга и недоуменно разводил руками, при этом бормоча какие-то слова извинения. Тут же на крыльцо заставы выбежал мой муж и застыл, широко раскрыв глаза и, видимо, вспоминая самые русские слова, как нельзя кстати подходящие для этой ситуации.

Таким образом, как я уже говорила выше, офицеры Курган-Тюбинского полка были ребята мировые, но проблем заставе они доставляли больше, чем душманские банды с противоположной стороны. Но зато с ними было весело и время летело незаметно.

Скоро в нашем женском полку прибыло. Из отпуска вернулся солдат-контрактник Семен и привез с собой жену и сына.

Поначалу Галя, а именно так ее звали, мне очень не понравилась. Это была светловолосая молодая женщина 22 лет, среднего роста. Ее мутно серые глаза смотрели на мир, казалось, с каким-то укором и грустью. С ней было трудно о чем-то разговаривать не потому что она была наивна (скорее наоборот), а потому что просто не было тем для разговора кроме бытовых. В дополнение к заурядной внешности она имела и заурядное мышление. Иногда встречаются в природе такие экземпляры, которым Господь, казалось бы не дал ни чего: ни ума, ни таланта, ни красоты, ни обаяния. Но взамен всех этих качеств такие люди приобретают невероятную жизнестойкость и цепкость. И, идя по жизни, они пробивают себе дорогу всеми доступными средствами. Такой была Галя. У них с Семеном был сын Олег, маленький щуплый светловолосый мальчуган лет 3-х. Т.о. они стали полноправными членами нашего коллектива. И, хотелось нам того или нет, с ними приходилось считаться. Но меня присутствие Гали не очень обременяло, потому что я предпочитала общаться со Светой. Со временем наши отношения с Галей, конечно же переросли в более дружеские и теплые, поскольку, приходилось жить бок о бок и делить все радости и горести на всех. Но это уже было потом. А пока меня эта семья не очень интересовала.

Через некоторое время мы со Светой, получив звание рядового, начали свою службу на заставе. Для меня все это было ново и интересно. И я, наконец-то смогла забыться и отвлечься от своих проблем. Время полетело быстро и незаметно. Оно понеслось как стремительный горный поток. Наступил сентябрь, но не задерживаясь в поле моего зрения, он промелькнул, не отмеченный ни какими событиями. Ему на смену пришел октябрь…


## Глава 5

За всеми заботами и повседневной суетой я даже не успела оглянуться, как наступила осень. В России осень сулит немного солнечных деньков, летучие паутинки, золотой листопад и, затем, свинцовое небо и бесконечные моросящие дожди. В Таджикистане же осень является продолжением лета, правда не таким жарким. С ее наступлением все живое вокруг может наконец-то позволить себе отдохнуть от этой изнуряющей жары и вдоволь насладиться умеренно теплым днем и свежей прохладой ночью. Дожди же начинают идти только в середине ноября.

На дворе стоял октябрь. Мы наслаждались этой долгожданной упоительной прохладой. Наконец-то кондиционеры в наших квартирах могли отдохнуть. Света с Антоном к этому времени перебрались жить в соседнюю квартиру, и эта теперь была в полном нашем распоряжении.

В один из таких великолепных октябрьских дней вдруг раздался стук в дверь, и на пороге моей квартиры возникла Таня, похудевшая, посвежевшая и отдохнувшая. Ее лицо сияло улыбкой.

– Привет! – сказала она весело, – Ну вот мы и вернулись. Как вы тут поживаете?

– Привет, – ответила я с такой же искренней радостью и обняла ее, – Я так по тебе соскучилась.

– Я тоже. – Ну что ж, сейчас мы немного отдохнем, разберем сумки, а вечером, я думаю, надо будет отметить наш приезд. Мы привезли вкусненького и подарки.

– Конечно, вы отдыхайте с дороги, а мы что-нибудь приготовим на вечер…

Я была рада, что Таня снова здесь. В нашей будничной размеренной жизни снова почувствовалось оживление. И снова, точно так же, как в день нашего первого знакомства, свежий порывистый ветер ворвался в мою квартиру и в душу, невероятно быстро разметав все мои сомнения и тревожные мысли. Каждый день мы жили в ожидании чего-то веселого и интересного. Таня была невероятно энергичным человеком и сидеть на месте не могла ни минуты. Ее душа требовала праздника, веселья, постоянной активной жизнедеятельности.

К нам на заставу стали чаще заезжать гости из армейского полка, потому что все знали: если Таня на заставе, там весело.

Однажды днем, я собиралась на службу. Вдруг раздался телефонный звонок. Я подняла трубку и услышала Танин голос:

– Привет! Зайди ко мне на пять минут. Я тебя кое с кем познакомлю.

– Тань, я не могу. Мне на службу в 12 заступать. Не успею. Давай вечерком заскочу.

– Вечерком поздно будет. Ну на пять минуток. Я тебя с такими орлами хочу познакомить…

– Ну ладно. Только на пять минут, – не устояла я. Чего-чего, а уговаривать Таня умела. Мне стало интересно что ж там за орлы такие? Я собралась на дежурство, одела форму и, выйдя чуть пораньше, отправилась к Тане.

Я поднялась на крыльцо и постучала в дверь

– Заходи! – услышала я веселый Танин голос.

Я открыла дверь. Таня уже шла по коридору мне на встречу. Подойдя ближе, она шепнула мне:

– Сейчас я тебя познакомлю с отличными ребятами. Пошли в комнату.

Я прошла за ней. В комнате на креслах уютно расположились два молодых статных офицера. Они о чем то беседовали с Таниным мужем Сергеем.

–Познакомьтесь, – весело прощебетала Таня, – это Марина, жена нашего Сергея и моя подруга!

Мужчины отвлеклись от своей беседы и посмотрели на меня. Я была смущена такими откровенно оценивающими взглядами абсолютно незнакомых мне и весьма привлекательных молодых людей. Один из них тут же поднялся из кресла, подошел ко мне и, поцеловав руку, произнес:

– Максим. Очень приятно познакомиться с такой привлекательной девушкой.

– Марина, не слушай его. Максим ни одной красивой женщины не пропускает. Лучше обрати внимание на меня. Самый красивый мужчина полка перед тобой. Андрей. – представился второй офицер.

– Ну уж прямо и красивей нет? – весело произнесла Таня. – Ты, Андрюха, не зазнавайся. Мы тоже женщины ого-го! Правда, Мариш? – Я скромно промолчала. Мне, почему-то очень неловко было в компании этих симпатичных офицеров, взгляды которых были откровенно оценивающими. Я не привыкла к такому вниманию. К тому же, в силу своего воспитания, я ни когда не позволяла себе такого откровенного кокетства. Может быть, поэтому многие мужчины боялись ко мне подходить, считая меня слишком серьезной. Но я не была слишком серьезной, просто всегда боялась казать очень доступной. Хотя сейчас, с возрастом, понимаю, что все это ужасная глупость и юношеские комплексы…

– Мариш, Андрюха у нас самый настоящий бабник, – прервала паузу Таня, – Так что не стоит ему доверять… – мы все дружно рассмеялись. Андрей посмотрел на меня внимательно и пристально, как бы оценивая. От его взгляда по спине у меня побежали мурашки.

– Присаживайся,– сказал он после небольшой паузы, вставая и уступая мне свое место.

– Да я бы с удовольствием. Но мне, к сожалению, нужно идти на службу, – ответила я уклончиво.

Я чувствовала себя как то неловко от такого пристального мужского внимания. Может быть от того, что молодость – это не только бесшабашность, но и скромность, какая то целомудренность. Это тот период, когда ты еще не избалована вниманием мужчин на столько, что тебе это становится скучным. Когда все еще может случиться впервые. Не смотря на то, что была уже не в первый раз замужем, я не испытала еще настоящего чувства любви. И в тот момент, мне показалось, что я, как раз нахожусь в преддверие его. Это было ново, маняще…. Но хотелось побыть одной.

Эти два мужчины, с которыми меня познакомила Татьяна, были галантны, обходительны. Они, конечно не были принцами из сказки, да этого ни кто и не ждал, но в них обоих чувствовался чисто мужской характер: мужественность, сила, обояние… Что еще нужно женщине, чтобы почувствовать себя слабой, нежной и хрупкой? Именно эти качества мы очень редко встречаем в современных мужчинах.

Максим был высоким шатеном, крепкого спортивного телосложения. У него были крупные мужественные черты лица и улыбка, светящаяся обоянием. Андрей был среднего роста, широкоплечий, крепкий, подтянутый с рыжими мелко вьющимися волосами. Они были внешне совершенно разные , но одно их объединяло: мужественнсть и чувство уверенности в себе, как сейчас модно говорить, брутальность.

Попрощавшись с Таниными гостями, я отправилась на службу. Но еще очень долго, сидя в душном помещении дежурной комнаты прокручивала в памяти моменты знакомства. Мне было очень приятно ощущуть, что в глазах мужчин, я выгляжу привлекательной женщиной и мое замужество не сколько не мешает им бросать на меня вожделенные взгляды. Это очень льстило моему самолюбию. Но к вечеру, все эти романтические мысли развеялись и пришлось вернуться к суровой действительности. А она была такова: муж – замечательный добрый, порядочный человек, сын, который любит папу. А вся эта романтика хороша для свободных, необремененных ни какими обязательствами девушек.

Вечером, после дежурства, я, как обычно, зашла к Тане. Мы уютно устроились у нее на кухне поболтать, попить чаю и выкурить сигаретку, другую…

– Ну как тебе мои знакомые? – спросила она осторожно.

– Очень даже ничего! Только взгляды у них чересчур откровенные. Прямо раздевают глазами! Особенно Андрей, – произнесла я смущенно.

– Да это же прекрасно, когда мужчина на тебя так смотрит! Значит ты в его глазах, как женщина, чего то стоишь. Ты, знаешь, Марин, такое ощущение, что ты воспитывалась где-то в монастыре. Тебе 24 года. Ты – молодая привлекательная женщина. Почему мужчины должны смотреть на тебя подругому? Ты же сама сказала, что к мужу любви не испытываешь. Вот и присмотрись к Андрею. А вдруг судьба? – произнесла Таня и рассмеялась. – Между прочим, ты ему очень понравилась.

– С чего это ты взяла?

– Он сам сказал!

Я вопросительно посмотрела на Таню.

– Мужчин много. И нравиться я могу многим. Сын у меня один. И он любит папу. Так что люблю не люблю…. Меня уже ни кто не спрашивает. – твердо произнесла я.

– Он что тебе не понравился? – удивленно спросила Таня.

– В том то и дело, что понравился. Я просто боюсь за себя. Если я влюблюсь, моя семейная жизнь покатится под откос. И еще не известно хорошо ли будет моему ребенку от этого. Я ведь сейчас не только за себя отвечаю, но и за него. Тебе трудно меня понять. Вот будут у тебя свои дети, ты тоже так рассуждать будешь. – Таня заметно погрустнела.

– Не дает мне Бог детей. Даже и не знаю будут ли. Я проверялась. Врачи говорят, все нормально… Но нет же дете!…

– Ни чего, раз все нормально, будут. Всему свое время. – успокоила я ее.

– А все таки к Андрею присмотрись. Он хоть и бабник, но МУЖИК! Понимаешь? С большой буквы мужик! Сейчас таких мало. Да и папа у него много может, дядька в верхах сидит. Карьерный рост ему обеспечен. А что твой Сергей? Ни туда, ни сюда!

– Да разве в этом дело? Нет, я так не умею. Если человека любишь, разве задумываешься, выгодно тебе это или нет?


Таня слушала меня внимательно, жадно ловя каждое слово. По всей видимости, эта тема задела ее за живое.

– Вообще, если честно, я не понимаю, о каком Андрее может идти речь. – жестко произнесла я. – Я замужем! Все! Для ведь это тоже не секрет.

Таня пристально посмотрела на меня.

– Ты знаешь, – задумчиво произнесла она, – не всегда в жизни все идет по плану. Иной раз случается такая ситуация, что не только сама жизнь, а и все наши представления о ней круто меняются. Впрочем… Я тебя ни на что не уговариваю. В этой ситуации все зависит только от тебя. Если сама не захочешь, ни чего не будет. Хотя, может быть жизнь дает тебе шанс, упустить который будет очень обидно.

Мы замолчали. Я не знала, что ей ответить. Мысли путались в моей голове, в душе было смятение. А ведь она действительно права: судьба дает нам ситуацию, но только мы сами решаем, как в этой ситуации поступить. И тут действительно зависит все от самого человека, от того, какое он решение примет. Не нужно слушать ни чьих советов, нужно просто прислушаться к себе. Ни кто не знает тебя так, как ты сам… Эти мысли вихрем пролетели в моей голове и, мне показалось, что все вдруг встает на свои места. Но это было мимолетное чувство, которое быстро меня покинуло. Но мне больше не хотелось говорить обо мне.

– Послушай, – прервала я молчание, – а ты сама, если бы тебе кто-то понравился, смогла бы жить двойной жизнью?

– Если честно, – произнесла Таня, загадочно улыбнувшись, – то у меня роман с Максимом.

Я бросила на нее вопросительный взгляд.

– Ни чего удивительного. – невозмутимо сказала она. – Я просто позволила себе в него влюбиться, потому что моя семейная жизнь показалась мне слишком пресной. Конечно, очень тяжело вести двойную игру. На зато какое счастье снова любить пылко страстно, гореть, а не тлеть и чувствовать с его стороны такой же отклик.

Таня замолчала. Ее глаза горели, на щеках выступил легкий румянец. Было видно, что эта молодая женщина счастлива тем, что любит и любима. Она живет одним днем. А дальше жизнь сама расставит все по своим местам. И я даже от души позавидовала тому, что она может так глубоко и остро чувствовать и эти чувства окрыляют ее, делают сильной и уверенной в себе.

Мы разошлись, когда было уже далеко за полночь. Но лежа в постели и, слушая храп своего уставшего мужа я еще долго думала о том, что же это за чувство такое «любовь»? Неужели оно может быть на столько сильным, что преображает человека, делает его чище, обаятельней и красивей?


## Глава 6

На следующее утро, проснувшись, я все еще находилась под впечатлением нашего разговора с Таней. И, неся дежурство в тесном помещении комнаты связи, я прокручивала в мыслях события прошлого дня.

Придя домой, я решила навести порядок в квартире. Но не прошло и получаса, как в дверь постучали.

– Войдите! – крикнула я. В квартиру вихрем ворвалась Таня.

– Бросай свою уборку! – возбужденно произнесла она. – Нас приглашают на экскурсию!

– Кто? – удивилась я.

– Приехали Андрей с Максимом. Приглашают нас прокатиться на БТРе к ним на точку, на учебный центр на Халкояр. Поехали?

Таню было не узнать. Глаза ее блестели каким то дьявольским огоньком, на щеках играл румянец. Во всех ее жестах и словах чувствовалось восторженное возбуждение. Я отбросила в сторону швабру, которой была вооружена, собираясь помыть полы.

– Ну раз приглашают, не вижу причин отказываться. А мы что же, вдвоем с тобой едем? Или Свету с Галей тоже удостоили такой чести?

– Ну конечно же, они нас всех пригласили! – ответила Таня. – Вот только нашим мужьям не повезло, у них, как всегда, служба. Ну ладно, я пошла. А ты давай переодевайся и выходи, нас ведь уже ждут. – с этими словами она вышла и направилась к своему дому.

Я не заставила себя долго ждать, и, быстро переодевшись, вышла к зданию заставы.

На улице стоял удивительный осенний денек: теплый, солнечный. На деревьях весело щебетали птицы, радуясь таким теплым и ласковым лучам солнца. На душе у меня было легко и весело.

Таня была уже на месте и весело болтала с Максимом и Андреем. Рядом с ними стоял мой муж с начальником и Антон со Светой и Галей.

– Здравствуйте всем, кого не видела! – весело произнесла я, подойдя к компании и беря мужа под руку.

– Добрый день, Мариш! – улыбаясь сказал Максим. Андрей молча кивнул и пошел заводить БТР.

– Что-то Галя с Семеном задерживаются. – обеспокоенно произнесла Таня.

Но вот наконец и наши опаздывающие присоединились ко всей компании. БТР уже громко рычал, готовый рвануть с места.

– Ну что, едем? – произнес Андрей, сидя за ручем этой мощной машины. Его голос прозвучал так ровно и низко, что у меня аж мурашки побежали по спине.

– Девчонки, смотрите аккуратно. – наставительным тоном произнес начальник. – Тут не Россия. Машину и обстрелять могут.

Сергей сжал мою руку.

– Садитесь лучше внутрь, – сказал он, озабоченно глядя на меня.

– Нет, на верху интересней! – ответила я. – Да ты не волнуйся, все будет нормально.

– Ну все, девчонки, целуйте мужей. Обратно мы вас уже не вернем, нам самим такие красивые нужны. – крикнул весело Андрей из люка БТРа, – Поехали!

Мы дружно залезли на броню и машина плавно тронулась с места, набирая скорость, она понеслась по грунтовой дороге, поднимая за собой клубы пыли.

А вы кода-ни будь, дорогой читатель, ездили на броне БТРа? Ощущения, скажу я вам, непередаваемые. Ни на одной легковой машине вы так не прокатитесь. От быстрой езды захватывало дух. И поначалу, мне было страшновато. Но эта огромная железная махина шла так плавно и ровно, что от моих страхов скоро не осталось и следа. Ветер свистел в ушах, развивая волосы. Наслаждаясь скорость, я вспомнила высказывание классика: «Какой же русский не любит быстрой езды!» И с удовольствием с ним согласилась.

Мы продолжали лететь, не сбавляя скорости. Немного придя в себя от первых ощущений, я загляделась на Андрея. Он сидел внутри БТРа за рулем таким образом, что голова и торс были над броней. Мне приятно было смотреть на него со спины. Можно было, не опасаясь встречного взгляда, разглядеть каждую черточку рельефа его тела. Он показался мне таким спокойным, строгим и подтянутым, что я просто залюбовалась им. К тому же из верхней одежды на нем была одета только тельняшка без рукавов и моему взору представали обнаженные загорелые широкие плечи, которые мне вдруг захотелось погладить руками. В какой-то момент он мне показался таким родным и близким, как будто мы давно с ним были знакомы. Но это было так давно, что я даже и не помню то время. От этих мыслей становилось не по себе, и я постаралась переключить свое внимание на пейзаж, расстилавшийся по обе стороны дороги. Но мысли ни как не хотели идти в другом направлении. «Что со мной происходит?» – подумала я? – «Что в нем такого? Возможно, я просто среагировала на слова Тани о том, что понравилась ему Да мало ли сколько женщин ему нравится?» Я старалась отвлекаться, но от него как будто шли какие-то биотоки, направленные в мою сторону. Хотя я и не видела его глаз, но чувствовала, что весь он внутри напряжен.

Я посмотрела на Таню с Максимом. Они сидели рядом и его сильная широкая ладонь покрывала ее маленькую ручку, которой она держалась за крышку люка. Их глаза блестели, а лица выражали такой покой и счастье, что казалось будто для них весь мир сосредоточен сейчас друг в друге. Было приятно смотреть на них в такой момент. По их лицам и поведению можно было безошибочно сказать, что эти люди сейчас влюблены друг в друга. И, мне кажется, им было все равно куда ехать, лишь бы вместе.

Дорогой читатель, я предвижу ваш осуждающий взгляд и реплику: «Как же так? Мужья служат, охраняют границу. А жены…» Мы были молоды, нам было по 24 года. А в этом возрасте кажется, что всегда можно все начать с начала. И есть еще столько времени, чтобы поменять жизнь. Никогда нельзя осуждать любовь. Она берется из глубины души и остановить ее невозможно. Иногда ты даже сам не понимаешь откуда у тебя столько эмоций. Плохо, когда человек делает что-то по расчету. А когда по любви, то сама любовь все оправдывает.

За чередой своих мыслей, я и не заметила как на горизонте показался военный объект. Это был учебный центр Халкояр. Андрей сбавил скорость и мы не спеша въехали на территорию армейской точки.

Я огляделась. Здесь было ужасно пыльно. Все помещения находились в палатках, вкопанных в землю. А техника стояла под брезентовыми тентами. Сверху палаток и тентов была натянута маскировочная сеть.

– Приехали! – крикнул Максим, спрыгивая с БТРа и подавая руку Тане, – Вот тут, девчонки, живут самые классные парни, орлы, можно сказать. Они с Андреем помогли нам спуститься с машины.

Мы огляделись вокруг. Пейзаж здесь ничем не отличался от того, к которому мы привыкли на заставе. Кроме того, вокруг не было видно никаких признаков жилья. Только брезенты, о которых я писала выше.

– Ну что, девчонки, пойдемте за мной. Я покажу вам где живут настоящие офицеры. – сказал Андрей и направился к одной из палаток. Мы спустились по импровизированным деревянным ступенькам. Андрей отодвинул брезентовую занавеску, закрывающую вход, и ы вошли внутрь. Обстановка там была самая походная: на земле были настелены доски, на которых стояли четыре кровати и небольшой стол. В палатке находилось еще несколько офицеров.

– Да, – протянула Таня, – тяжела походная жизнь.

– А что делать? – ответил Максим. – В таких вот условиях приходится жить самым замечательным офицерам. Если бы мы не приезжали к вам на заставу, то вообще погибли бы. – рассмеялся он, выставляя на стол нехитрую армейскую провизию. – Я думаю, что пообедать вы с нами не откажетесь. – произнес он, выставляя на стол неизменную бутылку водки таджикского разлива.

– Ну от такого обеда кто ж откажется, – поддержал его Андрей.

Все рассмеялись. Обстановка становилась все более непринужденной. Ребята вели себя на столько открыто и просто, что казалось, будто мы знаем друг друга уже очень давно. Света с Галей тоже повеселели, и пошли изучать местность вокруг городка. А мы со Светой взялись помогать ребятам накрывать стол. Когда все приготовления были закончены, мы все дружно уселись за стол. И полилась непринужденная беседа, перемежавшаяся веселыми шутками и остротами на тему военной жизни. Время пролетело совершенно незаметно. Нам пора было возвращаться.

– Спасибо за гостеприимство, – сказала Таня. – Нам у вас очень понравилось. Давайте теперь все вместе поедем к нам на заставу. Устроим сегодня праздник. Мы с девчонками чего-нибудь вкусненькое приготовим.

– Можно считать, что мы уже в пути. – весело крикнул Максим. – Правда, Андрюха?

– Послушай, Макс, мы не можем все уехать. – медленно и задумчиво произнес Андрей, иногда поглядывая на меня. – Кто-то из нас должен здесь остаться. Комбат в отъезде. Нельзя оставлять расположение без офицеров. Я – командир роты, ты – командир батареи. Давай решим кто останется.

– Девчонки, вон стоит БТР, вы пока садитесь, – произнес Максим, – а мы тут переговорим.

Мы пошли к машине и заняли свои места. Таня села рядом со мной и мы с ней внимательно стали наблюдать за сценой, происходящей между мужчинами. Все остальные тоже удобно устроились на броне и стали ждать развязки, отпуская иногда остроумные шуточки по этому поводу. Но мне было совершенно не до шуток. Я очень хотела, чтобы Андрей поехал с нами. Мне хотелось снова почувствовать то притяжение, которое я ощутила в начале поездки и от которого захватывало дух. Мне было страшно, что та искорка, которая, как мне казалось, промелькнула между нами может вдруг просто исчезнуть в никуда. В тот момент я забыла обо всем на свете и была поглощена только тем волнением и смятением, которое творилось в моей душе.

Таня прервала мои размышления:

– Я же тебе говорила, что ты Андрюхе понравилась, и, по-моему, даже очень!

– Ну то, что он хочет поехать, еще ни о чем не говорит, – попыталась возразить я, – просто ему не хочется одному здесь оставаться, когда все будут отдыхать.

– Ты его совсем не знаешь. А я уже год с ним знакома. Так что поверь мне на слово. Потом сама убедишься, что я была права.

Мы замолчали. Мне и хотелось, чтобы она была права и не хотелось одновременно. Я почувствовала, что меня очень тянет к этому мужчине. Это было новое для меня ощущение, совершенно не похожее на все, что было раньше. Мне хотелось видеть его как можно дольше, быть с ним рядом, проникнуть в его мысли, почувствовать то, что чувствует он. Но, с другой стороны, я боялась, что дав волю своим чувствам, уже не смогу контролировать ситуацию.

Через несколько минут два «самых обаятельных» мужчины, видимо, договорились между собой, потому что оба уверенной походкой направились в нашу сторону. Максим тут же запрыгнул на БТР и скомандовал водителю:

– Заводи!

– Ты что это, Андрюха, не едешь с нами? Покидаешь? – игриво спросила Таня.

– Однозначно! – зычным голосов ответил Андрей, – Чего с вами ехать? Вы все замужем. А нам неженатым холостых надо искать. – попытался отшутиться он. Но в его глазах я совсем не заметила веселья. ОН взглянул на меня очень пристально, и, как мне показалось с какой-то тоской, а затем произнес:

– Счастливо доехать. Привет мужьям! – сказав эту фразу, он резко развернулся и пошел прочь, не оборачиваясь.

Машина загудела и медленно тронулась с места. На улице был шикарный октябрьский вечер. Заходящее солнце на последок ласково гладило своими лучами иссушенную за время жары и растрескавшуюся таджикскую землю. Все вокруг дышало покоем. Казалось, природа замерла в ожидании ночи. И только у меня на душе была невыносимая тоска. Казалось бы, ну чего так переживать из- за совсем почти незнакомого мужчины. Но мне, почему-то казалось, что я знаю его очень давно и именно его мне все эти годы не хватало.


## Глава 7

К тому моменту, когда БТР плавно подкатился к воротам заставы, я полностью взяла себя в руки, рассудив, что все, что Бог не делает – к лучшему. И совсем не стоит вбивать себе в голову всякую ерунду.

Мы накрыли стол прямо на улице под виноградником. Сгустившиеся сумерки совсем не доставляли нам неудобства, потому что над столом были зажжены лампы. Территория перед ДОСами (домами офицерского состава) наполнилась шумом, смехом, музыкой и вообще хорошим настроением. Таня была, что называется, «в ударе». В этот вечер она просто поражала всех своими остроумными шутками. Ее звонкий смех заражал всех окружающих. Они с Максимом периодически обменивались многозначительными взглядами, понятными только им одним. Я не уставала поражаться ее задору, энергии, бесконечной жаждой жизни, часть которой, казалось, передавалась и мне.

Веселье было в самом разгаре, когда мы услышали шум приближающегося БТРа, а через некоторое время мы увидели выходящего из-за дома Андрея и еще несколько офицеров.

– Ну что, не ждали? – крикнул он, весело улыбаясь.

– Ждали! Ждали! – ответила Таня. – Проходите садитесь.

– Да от тебя, Андрюха, как от смерти, никуда не денешься! – шутливо произнес Максим.

Андрей подошел к столу и сел рядом со мной.

– Что, незамужних женщин не нашел? Пришлось на заставу ехать? – улыбаясь, спросила его я. Он пристально посмотрел мне в глаза и, немного помолчав, ответил:

– Таких, как здесь, нет больше. Ну, я думаю, мы об этом еще поговорим.

В тот момент заиграла медленная музыка.

– Разрешите Вас пригласить! – сказал Андрей, протягивая мне свою широкую мужскую ладонь.

Отказать такому мужчине просто не было сил, и мы пошли танцевать. Он нежно, но уверенно обнял меня за талию. Я положила руки на его мужественные широкие обнаженные плечи, до которых сегодня днем мне так хотелось дотронуться и меня, как будто, ударило током. Мне снова показалось, что мы знакомы уже целую вечность и что именно сейчас рядом со мной находится тот человек, за которым я пошла бы на край света, даже не задумываясь. Мы танцевали молча, глядя друг другу в глаза. Да тут и не нужно было слов. Сейчас я бы очень многое отдала за то, чтобы повторить это мгновение. Но, увы, все в нашей жизни проходит и остаются одни лишь воспоминания. Ничему уже не суждено повториться.

Играла замечательная песня группы Нэнси «Дым сигарет с ментолом». Мы танцевали, и мне было так здорово рядом с ним, что хотелось, чтобы эта музыка никогда не кончалась. Поддавшись своим чувствам, я непроизвольно рукой сжала его плечо. Он чуть остановился и пристально посмотрел на меня. В этот момент мы все поняли без слов. Это была любовь, возникшая внезапно, как гром среди ясного неба. Она подхватила нас и понесла, как стремительный поток. И мы не в силах были его остановить. Эта страсть была на столько сильной, что остановить ее я была не в силах. Да и зачем? Такая страсть подобна разбушевавшейся стихии, удержать которую человеку не под силу. Я до сих пор не могу понять из чего она возникла и почему. Хотя этот вопрос, наверное, лучше оставить философам. Любовь – это самое большое чудо на земле. Одно слово, взгляд, жест и внутри тебя возникает искра, которая, пробегая от тебя к нему, разгорается в огромное пламя, потушить которое, кажется, не может ничто на свете.

Когда музыка закончилась, Андрей проводил меня на место и сел рядом.

– Надеюсь, я не сильно тебя скомпрометирую, если посижу рядом? – шутливо спросил он.

– Посиди. Это место на сегодня вакантно. – улыбаясь ответила я. – К тому же, ревновать не кому, мой муж уже ушел спать. Он не любит долгих гулянок.

– Ну что ж, тогда на этот вечер я буду твоим кавалером. Не возражаешь?

– Это зависит от того, как ты будешь себя вести.

– Я буду очень приличен. – произнес Андрей, резко выпрямившись и состроив сосредоточенную гримасу.

– Тогда ладно. – кокетливо ответила я.

В тот момент я почувствовала, что между нами, как будто началась какая-то игра, правила которой диктовал он. Нас обоих со страшной силой тянуло друг к другу. Но, вместо того, чтоб поговорить о своих чувствах, мы говорили о всякой чепухе, о совершенно незначительных вещах. Мы как будто разыгрывали какую то сцену, которая шла по определенному сценарию. И в ней мы были два актера, которые на публике, глядя друг другу в глаза, говорят заранее выученные фразы, а не то, что думают.

Конечно, сейчас я понимаю, что мы были в достаточно сложном положении. В глубине души мы оба чувствовали, что безумно нравимся друг другу. Но ни один из нас не признавал этого. Да и мой статус замужней женщины не давал мне возможности с головой окунуться в эти новые эмоции. Да и Андрей, я думаю, понимал, что в нашей жизни, по мимо эмоций есть еще социальный статус, реальные условия, в которых мы находимся. Одним словом, сильные, ниоткуда вдруг появившиеся эмоции, не повод рушить семью.

Тем не менее, вечер удался на славу. Мы с девчонками проводили наших гостей до БТРов и пожелали им счастливого пути.

– Счастливо, девчонки, скоро увидимся! – крикнул Андрей Максим молча подмигнул Татьяне и махнул нам всем рукой.

– Ничего ребята! – с восхищением произнесла Галя, до сих пор абсолютно отстраненно наблюдавшая за всем происходящим, когда машины скрылись уже в ночной мгле и только по шуму моторов можно было догадаться, что отъехали они не далеко.

Мы с интересом посмотрели на нее. За всю поездку она не произнесла почти ни слова. И мне даже показалось, что им со Светой скучно в этой компании.

– Галь, а тебе кто больше понравился? – вкрадчиво спросила Таня.

– Андрей, – мечтательно ответила Галя. Мы с Таней переглянулись.

– А почему Андрей? – Спросила она. Он ведь на внешность так себе. Страшненький. И вообще твой Семен в сто раз лучше.

– Я не говорю, что Семен хуже. Просто я за него не по любви выходила. У нас село отдаленное, мужиков мало, а в город не очень-то наездишься. Далеко. Вот и пришлось выходить за того, кто взял. А в такого как Андрей можно влюбиться.

– А я бы своего Антоху ни на кого не променяла! – вмешалась в разговор Света. – У нас все в порядке, все по любви. Мне, кроме него ни на кого и смотреть то не хочется.

– Да все они, девчонки, одинаковые! – уверенным тоном произнесла Таня. – Пока ухаживают, влюблены – в облаках летаешь. А как только начинаются семейные будни, все! И куда вся романтика девается? Насмотрелась я на это. Много есть примеров. Потому в любовь неземную не верю. В семье нужна стабильность. Главное, чтобы муж по карьерной лестнице продвигался. В этом я готова помогать. А романтику… И на стороне можно найти. Все равно это все не на долго. Да и на одной романтике не проживешь.

Еще немного поговорив на эту тему и убрав и перемыв посуду, мы разошлись по домам. Каждая осталась при своем мнении.

Я долго еще не могла уснуть. Слишком много было впечатлений, от которых голова шла кругом. Я думала о том, какие мы, все-таки разные, хотя почти ровесницы. Насколько разное у нас всех понимание жизни. У Тани в приоритете материальные ценности. И если встанет выбор: любовь или материальные блага, она, не задумываясь выберет второе. Света – романтик. По ней сразу было видно, что за своим мужем она пойдет на край света и совершенно не важно, как у него будет складываться карьера, она все равно будет рядом. А Галя, видимо, была совсем не счастлива с мужем. Ей хотелось любви, хотелось, чтобы кто-то любил ее, оберегал. И, мне казалось, она готова была броситься к первому встречному, который, мог ей дать хоть что-то. Мне было удивительно…. Это ж надо додуматься, выйти замуж за Семена, потому что больше не за кого? Это ж какую надо низкую самооценку иметь? В прочем, я никогда никого не осуждала. Я всегда считала, что, не побыв в чужой «шкуре», невозможно понять почему тот или иной человек так поступает. Вот и у Гали, возможно, были на это причины. Для меня самой тоже в приоритете была любовь, семейные ценности. Я выросла в семье, где отношения родителей были построены именно на любви. А у меня так не получалось. Я подумала об Андрее. А вот интересно, получилось бы с ним? Почему меня так сильно к нему тянет? Неужели возможно влюбиться за такой короткий срок? С такими мыслями незаметно для самой себя, я уснула.


## Глава 8


На следующий день у меня был выходной. Я решила, наконец то заняться уборкой, которую вчера так и не удалось завершить. Отбросив все романтические мысли и вооружившись шваброй, я принялась за мытье полов. На улице стоял чудесный солнечный день, и я открыла настежь все окна и дверь на кухне. Хочу уточнить, что в нашей квартире было два входа. Один на кухне, а другой в коридоре. Но через коридор, почему-то заходили только мы с мужем. Все остальные предпочитали заходить через кухню. Настроение у меня в этот день было приподнятое. Мне хотелось насладиться каждой капелькой этого приветливого и радостного дня.

Через открытое окно до меня донесся шум приближающегося БТРа и, через некоторое время я увидела Макса и Андрея. Они, не заметив меня, поднялись к Тане на крыльцо, и, постучавшись, вошли. Я поняла, что уборке и сегодня не суждено быть законченной. «Ну и ладно, – подумала я. – Никуда они не денутся, эта швабра и этот немытый пол!» Рассудив так, я пошла приводить себя в порядок. Через некоторое время зашла Таня.

– Привет! – весело прощебетала она. – Убираешься?

– Да нет, уже бросила это дело.

– Видела кто приехал?

– Видела!

– Андрюха просил тебе передать привет! – вкрадчиво произнесла Таня.

– Спасибо. Только привет? – прищурившись посмотрела на нее я.

– Нет, не только. Он хочет с тобой увидеться. Пошли ко мне? За одно и перекурим.

– Хорошо. Ты иди. Я сейчас приду, – ответила я, почувствовав, что мне нужно привести свои чувства в порядок.

– Не задерживайся. Андрей этого не переживет! – весело крикнула Таня. Сказав это, она быстро выпорхнула за дверь и легкой быстрой походкой пошла к своему дому.

Я сняла со стола табуретку и присела на нее. Со мной творилось что-то странное. Мысли путались в голове, лицо горело, в висках стучало. «Что со мной происходит?» – подумала я, – «Неужели почти совсем не знакомый мне мужчина мог вызвать во мне такую бурю эмоций? Разве такое может быть? Ведь я совсем его не знаю. Почему же при одном его имени я теряю голову?» Сердце бешено колотилось в груди. Я подошла к зеркалу и внимательно оглядела себя. Затем сделала несколько глубоких вдохов, чтобы унять волнение и направилась к Таниному дому.

Дверь была приоткрыта, и от туда до меня доносились обрывки веселого возбужденного разговора и Танин смех.

Я вошла. Все трое расположились на кухне с сигаретами, вокруг них висела дымовая завеса. Первое что я увидела в этом тумане, было улыбающееся лицо Андрея.

– Наконец то моя любимая женщина пришла. А я уже не на шутку испугался, что тебя не увижу.

Я присела на табурет рядом с Андреем и мое сердце, которое и без того бешено колотилось, вдруг стало готово выпрыгнуть из груди, когда я увидела как при моем приближении задрожала его рука, которой он держал сигарету. Не в силах унять дрожь, и от этого, видимо, почувствовав себя неловко, Андрей быстро затушил сигарету и сунул руки в карманы.

«Значит он тоже волнуется» – подумала я. – «И значит вся эта напускная веселость и бесшабашность – просто маска, под которой скрывается романтичная и тонкая душа». Но как бы он не пытался скрыть свои чувства, от Таниного проницательного взгляда не ускользнуло ничего.

– Ну что ж ты, Андрюха засмущался? Аж дар речи потерял. Маришка у нас, конечно, красивая женщина, но не надо же так на это бурно реагировать! – произнесла она и рассмеялась. Андрей тоже улыбнулся.

– Вот вечно ты, Танюха, всю романтику испортишь, произнес он с напускной беспечностью. – Ну нравится мне эта женщина. Что ж теперь поделаешь? Никуда от этого не деться.

– Марина, не верь ему! – вмешался в разговор Максим, весело смеясь. – Ему все красивые женщины нравятся.

– Ты, Макс, не вмешивайся! – весло парировал Андрей. – Может я жениться хочу! А что? Я парень холостой, мне жена нужна! Пойдешь за меня замуж? – спросил он, повернувшись ко мне.

– Не пойду. – с улыбкой ответила я, – куда же я своего мужа дену? У нас закон не разрешает двух мужей иметь.

– А вы венчались? – спросил Андрей. Чувствовалось, что он пытается справиться с волнением, но ему это плохо удается.

– Нет, мы не венчались. У меня муж не крещеный

– Ну так это же замечательно! Значит мы с тобой повенчаемся.

– Ну, если только ты обещаешь мне море цветов, – весело ответила я и подмигнула Тане.

– Однозначно! Для такой женщины ничего не жалко. – задорно произнес Андрей и поднявшись с табуретки начал прохаживаться по кухне. Мы все дружно рассмеялись.

– Девчонки, есть предложение. Не хотите прокатиться до рынка в город, чуть подальше, чем ваш ближайший? – предложил Максим. – Марин, ты там точно не была.

– Нет. – ответила я.

– Ну вот и посмотришь заодно.

Танины глаза заблестели озорными огоньками. Ее лицо выражало такой восторг, что я не в силах была отказать. Хотя мне и самой хотелось подольше побыть с Андреем. Я посмотрела на него. Его лицо, на первый взгляд было совершенно спокойным и казалось даже равнодушным ко всему происходящему, но судя по напряженно ходившим желвакам на его скулах, я поняла, что ему совершенно не все равно, что я отвечу.

Каким-то внутренним чутьем я поняла, что в этой поездке между нами произойдет что-то важное. И сейчас я должна была решить остаться ли мне верной женой и продолжать скучную и неинтересную жизнь пусть и с надежным, добрым, хорошим, но нелюбимым мужчиной, или же, отдавшись на волю захватившего меня чувства окунуться в бурный поток страсти и нестись на встречу новым и неизведанным ощущениям.

В воздухе повисла напряженная пауза. Все с нетерпением ждали моего решения. Таня с Максимом потому что от этого зависело проведут они сегодняшний день вместе или нет. А Андрей… Ну тут было все ясно и без объяснений. Как бы он не старался, ему не удавалось скрыть ту страсть, которая зародившись так недавно, уже бушевала в нем со страшной силой. Всего несколько дней прошло со времени нашего знакомства, но нас на столько тянуло друг к другу, что мы не в силах были скрыть этих чувств. Сейчас, когда он был рядом со мной, для меня не существовало никого. Я просто не в силах была отказаться провести с ним день.

– Нужно Свету с Галей пригласить. – произнесла я негромко, – А то они обидятся, что без них уехали. Да и всем спокойней так будет. – добавила я, понимая, что этого просто требует этикет. Хотя очень хотелось послать его к Черту. Но, к сожалению, в нашей жизни очень много условностей. И даже, если мы совершенно свободны в своих желаниях, то по рукам и ногам связаны обязательствами, условностями, правилами, которые, к сожалению, нарушить не в праве. И, что самое обидное, эти правила диктует нам не наше сердце и душа, а общество, в котором мы живем. И, если уж мы живем в нем, то приходится жить по этим правилам, хочешь ты того или нет. Вот такой вот сложный закон. Его мы усваиваем с детства. Хотя, могу вам точно сказать, что когда ты влюблен очень хочется плюнуть на все законы и правила и делать то, чего требует твоя душа.

– Ты рассудительная, – улыбнулся Андрей. – Мне такие нравятся.

– Ладно, Андрюха. У тебя сегодня еще будет время с Маришкой пообщаться, – вмешалась Таня. – Я пойду к девчонкам схожу, а ты иди собирайся, – кивнула она мне. – А ты, Андрюха, заводи машину. Такая честь вам выпала. Самые красивые женщины с вами едут.


## Глава 9

Когда вы молоды и безрассудны, да еще и безумно влюблены, жизнь кажется вам сказкой. Весь мир прекрасен и все в нем для вас: и солнце, и ветер, и звезды и птицы в небе – все, что вас окружает, куда не взгляни, все это ваше.

Я никогда не устану повторять, что любовь – это самое прекрасное чувство на земле. Тебя как будто подхватывает какая-то неведомая сила, какой-то безумный ураган и несет, несет, несет… Ты еще не знаешь куда он летит, где кончается, но тебе это совершенно не важно. Ты просто завороженно подчиняешься его власти и мечтаешь только об одном: чтобы это не кончалось никогда. Когда сама счастлива, хочется, чтобы все вокруг тебя смеялись, чтобы всем было хорошо. Окунувшись с головой в свои чувства, ты просто не хочешь замечать, что кому-то от этого может быть горько и больно. И этот кто-то – твой муж, который совершенно не разделяет твоей восторженности и очень боится тебя потерять. Ведь он любит, и не понимает почему вдруг все изменилось. Хотя, возможно, и понимает, но просто предпочитает не знать этого. Он просто боится узнать причину. Ведь тогда с этим что-то нужно будет делать…