Vera Scharl
Дама с котами

Эпиграф

«Как бы там ни было, несомненно, что проблема страха – узловой пункт, в котором сходятся самые различные и самые важные вопросы, тайна, решение которой должно пролить яркий свет на всю нашу душевную жизнь».

Зигмунд Фрейд, цитата из книги «Введение в психоанализ»

Сегодня я была у психолога. Я хожу к нему раз в неделю уже больше года. Это четвертый психолог за пять лет. Результаты хождения: я перестала общаться почти со всеми близкими друзьями, осталось несколько знакомых. Все люди меня начали бесить. Потому что если мне что-то не нравится, то мне нужно людям об этом говорить, а мне не нравится это говорить, и я не хочу сталкиваться с негативной реакцией. Это замкнутый круг какой-то. И чем больше я общаюсь с психологом, тем больше запутываюсь.

Сразу после сеанса я чувствую себя плохо, потому что поднимаются давно забытые чувства и негативные эмоции. У меня сильный озноб, иногда трясет так, что не могу идти, иногда я иду и плачу, жалею себя. Думаю, почему я такая сложная, что нет «никаких» результатов. Так же не может быть? Психолог говорит, что я хочу слишком быстрых результатов. Да, чёрт возьми! Да, я хочу быстрых результатов! После пяти лет психотерапии, твою мать! Невероятная скорость.

Хотя я лукавлю. Результаты, всё-таки, есть, жить стало легче, я стала понимать себя. В то же время, чем больше я понимаю себя, тем больше осознаю сколько ещё мне нужно капаться в себе и работать над проблемами. В итоге то, что я хотела, так и не случилось.

В целом я довольна своей жизнью, но мне бы хотелось найти мужчину для отношений. Возможно, вы думаете, что я сижу без действий, нет. Я хожу на свидания. Я завсегдатай женских тренингов, но не тех, где учат дышать маткой, а тех, где обучают психологии мужчин, общению, обольщению. Но всё мимо. Каждое моё свидание – это юмореска, дикое приключение, если это можно так назвать. Когда я рассказываю подругам, они смеются, говорят, что нужно писать об этом книгу.

Мне самой иногда кажется, что разве может так не везти? Понимаю, что во мне что-то не так, раз уж я такие бриллианты выискиваю.

Ещё я веселая, добрая, открытая, доверяю людям. Жизнь так и не смогла меня ничему научить. Я легко впускаю, и тяжело отпускаю, потому что мучиться мне уж очень нравиться. Я впадаю в крайности. Для меня не существует середины: есть только чёрное и белое. Либо так, либо никак. Я ужасно категорична. Иногда прикусываю язык в разговоре, видимо, чтобы казаться лучше, чем я есть на самом деле. Хотя на самом деле для меня важно только моё мнение. Как иначе? Я у себя одна, я самый любимый и близкий человек для самой себя. Вот даже сейчас я оправдываюсь, как будто не могу себе позволить быть собой: категоричной, самовлюблённой, со своим мнением, жалеющей себя.

Всё. Хватит. Я свободна. Я позволяю себе жить. Я разрешаю себе чувствовать, переживать эмоции, ошибаться и, чёрт возьми, быть не идеальной.

В аэропорту

Проснувшись утром в хорошем расположении духа, я сделала зарядку, приняла контрастный душ и пошла в просторную гостиную-кухню, чтобы сделать завтрак. Я готовила сырники и напевала. Настроение было весенним не только от того, что сегодня 27 марта, но и потому что 28 я улетала в Париж.

Это не первое моё путешествие во Францию. Я уже посещала Париж, Ниццу, Канны и даже Монако. Я люблю путешествовать, обожаю Францию. Если бы мне задали вопрос: «В чем смысл жизни?» Мой ответ был бы: «В путешествиях, в познании себя через окружающий мир».

Когда я посещаю другие страны, то со мной происходят такие невероятные вещи, которые не могли бы случиться в повседневной жизни. Поездка – это всегда испытание, выход из зоны комфорта. Эти трудности нас развивают. А награда за переживания во время путешествия – это приятные воспоминания, эмоции и знакомства.

Я собралась в Париж, чтобы откатать новую Шенгенскую визу и по возможности назначить несколько свиданий. Да, мне уже немного за сорок, но я не теряю надежды встретить того самого, с которым мне будет лучше, чем одной.

Для сайта знакомств мне нужны были хорошие фотографии. Перед поездкой я сходила на фотосессию к профессиональному фотографу и с нетерпением ждала результата.

От фотостудии в WhatsApp новых сообщений не было. Напомнила, что очень жду готовые фото. «Скорее всего, регистрироваться на сайте буду уже во Франции», – подумала я и села за компьютер, чтобы проверить время вылета своего рейса.

Мой перелет был сложным: Санкт-Петербург-Ереван-Париж. Здесь мне нужно было бы вставить объяснение, почему я не лечу прямым рейсом, также проще и быстрее. Так вот, прямых рейсов из России в Европу больше нет из-за санкций. Если я начну что-то пояснять, то либо моя книга никогда не увидит свет, либо я буду чалиться на нарах, либо похожая комбинация из первых двух пунктов. Мои современники и так знают причины, а про будущие поколения я не думаю. За мою короткую жизнь так сильно переписывали историю, что от полной ненависти до абсолютной любви проходило всего несколько десятилетий. Недавно в новостях видела, как открывали памятник Владимиру Ильичу Ленину. Занавес.

Рейс Санкт-Петербург-Ереван перенесли с трех на шесть утра. Пересадка в Армении была длинная, поэтому я обрадовалась, что смогу поспать подольше дома. Попыталась зарегистрироваться, но у меня не получилось. Интуиция подсказывала, что нужно звонить в авиакомпанию. После нескольких попыток и сорока минут ожидания, трубку взял молодой человек. Он сообщил, что мой рейс отменён, предложил вылететь из Москвы сегодня ночью. Я согласилась. Через 15 минут голая бегала по квартире, спешно собирала чемодан, параллельно сушила волосы и радовалась тому, что, всё-таки, улечу сегодня.

Я неисправимый оптимист. В любой ситуации ищу позитив. Думаю, это облегчает жизнь и меня. Но это не значит, что я принимаю всё как есть и плыву по течению, вовсе нет. Я борюсь с несправедливостью, ставлю амбициозные цели, не опускаю руки перед препятствием. Жизнь – не сахарный пирожок. Я ещё не встречала людей, у которых было всё гладко и легко. Но одно поняла точно, что другой жизни, других родителей, другого детства, другого прошлого у меня уже не будет, поэтому перестала о чем-либо сожалеть. Я сосредоточилась на настоящем. Безусловно, у меня есть планы на будущее, но важно для меня только то, что есть сейчас. Потому что прошлое не изменить, а будущего может не быть. Научила этому меня одна история, рассказанная моей бывшей коллегой.

Наталья была в командировке в Архангельске с другими сотрудниками. После трудового дня ребята поехали в аэропорт. Возле аэропорта была, возможно, и есть сейчас, прекрасная пивоварня, где можно посидеть, выпить пива и скоротать время до вылета. Что и сделала Наталья и часть коллег. Все довольно много выпили, обмывая успешные сделки, веселились и не заметили, как посадка на рейс закончилась. Пришлось покупать новые билеты за свой счёт и ждать следующего рейса в Петербург. Этот факт не мог ни омрачить приятный вечер. Но самое ужасное было впереди. Через несколько минут после взлета самолёт упал, все кто были на борту погибли, в том числе часть коллег Наташи. Это был сильный удар. Коктейль смешанных чувств: дикого горя и счастья, что она не села в тот самолёт.

Я никогда не узнаю, что меня ждёт за следующим поворотом, поэтому наслаждаюсь жизнью прямо сейчас.

В Москве я узнала о переносе рейса на 6 утра. «Де-жа-вю», – я медленно по слогам произнесла, стоя у табло, улыбнулась и подумала: «Хорошо, что не отменили», – и пошла искать кафе, где скоротать несколько часов до вылета.

Обычно в моменты ожидания я читаю книги, поэтому меня совсем не огорчало то, что на несколько часов смогу погрузиться в роман Милана Кундеры «Невыносимая лёгкость бытия». История мужчины что-то общего имела и с нашей российской реальностью, поэтому довольно сложный для восприятия текст мне, как говорится, зашёл. Я сидела в кафе, пила облепиховый чай и, не отрываясь, читала.

Незаметно к моему столику подошла женщина в черном платье оверсайз.

Женщина с притворной улыбкой спросила: «Можно присесть?»

Я посмотрела ей в глаза, слегка улыбнулась: «Да, конечно». И опустила глаза, но внимание моё мгновенно переключилось на женщину. На вид её было около пятидесяти пяти. Она была изрядно помятая: отеки на лице и синяки под глазами от алкоголя и недосыпа, седые корни волос около трех сантиметров сначала переходили в рыжий, а затем в насыщенный темно-каштановый цвет, отросшие ногти с блестящим лаком были неаккуратно подкрашены у основания. Довольно крупные, но изящные серьги из состаренного серебра оттягивали дряблые мочки ушей. Несколько колец на пухлых пальцах, от которых вверх поднимались жирные яркие вены. Элегантная дизайнерская сумка бордового цвета, выдававшая былую роскошь гардероба, бы потрепана неменьше хозяйки. Резкий запах восточных духов, пота и алкоголя донёсся до моего носа, когда её рыхлая фигура опустилась на кресло рядом.

Женщина бесцеремонно прервала моё чтение: «Диана», сказала она и вопросительно уставилась на меня.

Я перевела взгляд от книги на женщину: «Лера». Ведь я не хотела с ней общаться. Но ядовитое обаяние некоторых персон окутывают нас дурманящим мороком. Вот бы поставить границу, отказаться общаться, но нет. Все, кто пытаются избавиться от состояния жертвы, меня поймут. Ты смотришь в глаза хищника, понимаешь, что он сейчас тебя съест, но не можешь отвести взгляд. Это пограничное состояние. Ты замираешь и полностью подчиняешься. Всё по старой схеме, которая повторяется раз за разом. Ты уже не владеешь собой, страх делает тебя марионеткой в руках другого человека.

Диана поправила платье, перекинув ткань с груди на спину, слегка приподнявшись над креслом: «Я лечу в Санкт-Петербург. А Вы?»

Я незаинтересованно: «В Париж».

Диана оживилась и одновременно уколола меня завистливым взглядом: «Ах, всегда мечтала побывать в Париже. Париж – город мечты: романтика, мода, музыка, архитектура, культура и конечно же фантастическая кухня. Но я не люблю сложности, не хочу заморачиваться с визой и сталкиваться с другими неудобствами».

Внутренний голос говорил мне: «Не ввязывайся в разговор, все признаки токсичности на лицо, но я, естественно, не послушала».

Я с доброй улыбкой вступила в заранее проигранный спор: «Чтобы визу в Европу получить нужно несколько документов и визовый сбор оплатить, особенно ничего делать не нужно, Европа не Америка».

Диана с заметным раздражением, высоким тоном выделяя каждое слово «Я», сказала: «Просто, не понимаю, почему Я должна что-то делать, предоставлять какую-то информацию, чтобы приехать в Европу? Почему Я должна доказывать, что мне можно туда въехать? Что они о себе возомнили вообще? Почему они решают, кого пускать, а кого нет?»

У меня округлились глаза: «Мне кажется, это нормально. Есть много негативных случаев, связанных с гражданами нашей страны и не только нашей. Другие государства таким образом хотят обезопасить себя. В этом нет ничего такого. Иностранцам ещё сложнее получить визу в Россию».

Диана, даже не пытаясь понять мои аргументы, перебила: «Мне всё равно, что им сложнее. Я люблю путешествовать без проблем. Чтобы всё было включено и никаких виз, стыковочных рейсов и прочей мороки».

Я подняла глаза к верху и безнадежно произнесла: «Ну тогда летайте в Азию. Это же Ваш выбор».

Диана ещё больше разозлилась: «Это не мой выбор. Это они не могут сделать нормальные условия, чтобы я приехала к ним в страну». Она тяжело вздохнула: «Ох, если бы мой муж нормально зарабатывал, и мне не приходилось бы вкалывать на двух работах, то всё было по-другому. Когда я выходила замуж он был перспективным бизнесменом, у нас была шикарная квартира в центре города, машина, постоянный доход. Прошло тридцать лет и всё та же квартира, только обшарпанная, машина не на ходу и никаких денег».

Я слегка возмутилась: «Но ведь это тоже Ваш выбор продолжать жить с этим мужчиной? Если Вас что-то не устраивает, то Вы всегда можете уйти.»

Диана с обреченностью в голосе: «Если бы могла, я бы уже давно ушла. Где мне жить? С мамой в деревне? Я просто не могу уйти. Я привыкла жить в центре, меня всё устраивает, кроме мужа», она ухмыльнулась: «Я хочу, чтобы он зарабатывал деньги, и не пил мою кровь. Мне надоело ругаться с ним из-за этого. Мне надоело выпрашивать подарки, я хочу, чтобы он сам хотел их дарить. Разве это сложно? Ведь я для него всё делаю».

Я сидела в остолбенении. Логика женщины была понятна: виноваты все, а она королева. Вы встречали таких людей? Может, Вы узнаете себя? Я тоже была такой. Много лет назад все мои друзья и родственники говорили мне, что я само совершенство (хотя, объективно, было над чем поработать), но мне, просто, не везёт с мужчинами. Ха-ха-ха, как же они и я заблуждались.

К сожалению, всё не так. Если что-то или кто-то в жизни тебе не нравится, то задай вопрос. Почему ты ещё здесь или почему ты ещё с ним? Похоже, это твой выбор. Ты с ним и здесь, потом что тебе это зачем-то нужно. Посмотри в зеркало и спроси себя. Зачем? Но пока ты не увидишь ответа в зеркале, пока ты не веришь, что это ты – хозяйка или хозяин своей жизни, то проблему не решить. Так и здесь, дама хотела переложить ответственность за своё несчастье на других людей. Я хочу, но, чтобы без проблем, а если сложности, то буду обвинять кого-то другого, чтобы ничего не делать для изменений в своей жизни. Это довольно частое заблуждение. На самом деле, никто нам не поможет, кроме нас самих. Да, это сложно выходить из токсичных отношений. Я сама не понимала, что нахожусь в них. Очень часто мы работаем с детскими травмами, которые причинили нам родители. Но друзья могут влиять гораздо сильнее на нас. Все почему-то зациклились на родителях, но наши братья, сестры и друзья детства проводили с нами больше времени. Иногда мы даже не понимаем, что лучший друг является абьюзером. И самые длинные токсичные отношения у нас были с лучшей подругой, а вовсе не с мужчиной. С мужчиной я жила десять лет, а с подругой мы общаемся с первого класса. Поверьте, это было сложно осознать. Чем ближе и дороже тебе человек, тем труднее понять, что это абьюз. Но рано или поздно это придётся принять, разорвать отношения и двигаться дальше.

«Вы можете встретить другого мужчину, и уйти к нему», – предложила я.

«Где нормальные мужчины?» – спросила Диана.

«Везде. Можно на сайте знакомств зарегистрироваться», – сказала я. Диана рассмеялся, «Неужели? Да там одни нищеброды и извращенцы».

Я напряглась: «Но если Вы так думаете, то именно такие мужчины и будут к Вам притягиваться, чтобы у Вас не было возможности усомниться в своей правоте. Но ведь бывают и другие?»

Диана, не скрывая недовольства, что я не разделяю её взглядов: «Вы таких встречали?»

Я уверенно: «Конечно, много».

Диана, хитро улыбаясь, как будто нащупала козырь в рукаве: «Вы замужем?»

Я, не подозревая подвоха, ответила: «Нет».

Диана, не скрывая удовольствия, саркастическим тоном медленно произнесла: «И даже бойфренда нет?»

Я почему-то стала оправдываться: «Нет, но это ничего не значит».

Диана рассмеялась с чувством полного превосходства. Мне стало неприятно от этого. Внутри себя я говорила: «Остановись, не трать на неё энергию и время».

Но Диана хотела испить моей крови до последней капли: «Вот видите, у меня опыт, а у Вас всего лишь теория без доказательств».

Я решительно ответила, кивнув головой: «Да… Мне пора». У Дианы перекосилось лицо от растерянности и злобы. Я встала из-за столика и пошла в сторону подальше от этой женщины.

Она фыркнула мне в след: «Какая бестактность, так не делается, прервать резко разговор, это обидно».

Чем больше я отдалялась от стола, тем легче мне становилось. Присев за столик в другом кафе, я успокоилась, улыбнулась и подумала: «Обида – это что-то детское. Наверное, Диане было тяжело в детстве, раз она не может отказаться от этой пагубной привычки – обижаться. Взрослые люди не обижаются. Они либо принимают этот мир, таким какой он есть, либо исключают из своей жизни людей, предметы, места, которые доставляют им дискомфорт».

Я позволила Диане вывести меня из душевного равновесия. Но, рассеяв дурманящий морок от её природного очарования, я предпочла выскользнуть из токсичных объятий этой дамы, тем самым исключив её из моей жизни.

Вы подумаете, что я психолог, раз так разбираюсь в людях и могу их оценивать. Нет, отнюдь. Просто, со многими похожими проблемами я уже встречалась лицом к лицу, и победила их. Сейчас я беру ответственность за свою жизнь и мне это нравится.

Через одиннадцать часов я приземлилась в аэропорту Парижа имени Шарля-де-Голля.

Случайные знакомства

Первое место, которое я решила посетить в Париже, был католический храм Базилика Сакре-Кёр. Храм был построен в конце девятнадцатого века в римско-византийском стиле. Находился он на холме Монмартр в самой высокой точке Парижа.

От «Фор Д'Обервиль» по розовой ветке метро я доехала до станции «Сталинград», сделала пересадку на темно-синюю ветку и вышла на станции «Анвер». Есть два варианта добраться до Базилики Сакре-Кёр: по длинной каменной лестнице, уходящей в небо, и на прозрачном фуникулёре, который за несколько минут перемещал туристов от подножия холма Монмартр до площади перед Базиликой. Поскольку я была довольно долго в дороге и всё это время сидела, то я с великим удовольствием неспешно стала подниматься по ступенькам. Внизу я встретилась глазами с молодыми человеком с пышной шевелюрой. Мелкие черные кудряшки торчали на его голове, как пружинки. Я подумала, что это забавно.

Поднимаясь, я иногда останавливалась и смотрела по сторонам. Вид был потрясающий. Чем выше я поднималась, тем количество эндорфинов в моей крови становилось больше. Где-то на середине пути стояли афрофранцузы, продавали сувениры и воду. Один парень подскочил ко мне и начал предлагать купить красную нить для загадывания желаний. Я слегка улыбнулась и вежливо по-французски отказалась покупать: «Нет, благодарю». Как вдруг парень схватил мою руку, чтобы завязать нитку без моего желания. Я стала вне себя от ярости, натянулась, как струна, резко одернула руку и кинула на парня уничтожающий взгляд. Он оторопел, отпрянул и ротировался. Я быстро пошла по ступенькам на верх, прокручивая случившееся, и возмущаясь в слух. Когда я немного остыла, то подумала, что я – молодец: смогла постоять за себя. Нужно уметь себя защитить, не боятся дать отпор. Слишком много стало людей, которые безцеремонно нарушают наши границы. Важно одергивать их сразу, не думая о вежливости и последствиях. Они же делают, что хотят, значит, это правило и в их сторону также работает.

Базилика Сакре-Кёр – это невероятно красивый храм без всякого преувеличения. Когда я стою на ступенях и смотрю на это фантастическое сооружение из белого камня на ярко-синем небе с двумя бирюзовыми всадниками на колоннах перед входом, у меня захватывает дух. Безусловно, это одно из мест притяжения в Париже, куда хочется возвращаться вновь и вновь. Из-за толпы туристов невозможно сделать хорошего фото: обязательно чья-то голова влезет в кадр. Чтобы сменить ракурс, я повернулась на 180 градусов и подошла к перилам с навесными сувенирными замками. С этого места открывался потрясающий вид на Париж. Серо-синие облака нависли над городом, предвещая скорый дождь. Я закрыла глаза и с жадностью вдыхала разряженный воздух. Мне казалось, что он пахнет морем.

Ко мне подошел молодой человек и неожиданно заговорил: «Привет. Ты такая красивая».

Я немного смутилась, его лицо было мне знакомо: «Привет. Благодарю».

О, это тот кудрявый парень, с которым мы встретились глазами внизу холма. «Так неожиданно», – подумала я.

Парень смотрел на меня восхищённо: «Вы невероятно красивая. В Вас всё прекрасно: и внешность, и одежда, и волосы, и глаза, и улыбка. Вы само совершенство. От Вас исходит свет».