Ольга Щелканова
Самый лучший праздник

Зиму Светка с детства не любила. Северный городок, в котором она жила, уже в ноябре был полностью засыпан снегом и совсем не ноябрьский морозец щипал за щеки и нос. Казалось, что все время стоят сумерки – и ранним утром, когда Светку, закутанную колючим шарфиком по самые глаза, везли на санках в ясли. И когда забирали домой в шестом часу вечера. На улице всегда было темно, и лишь редкие фонари отбрасывали свой тусклый, рахитичный свет на дорогу. Из-за холодной погоды и резкого, пронизывающего ветра ясельную малышню очень редко выводили на прогулку, и Светка, с ногами забираясь на подоконник, теплым своим дыханием растапливала маленький островок на замерзшем окне, и через этот «глазок» смотрела на пустынный двор. Весь мир, такой необъятно-широкий и захватывающе-интересный в другие времена года, зимой сужался до размеров этого крохотного кружка на покрытом ледяными иероглифами стекле.

Единственным, что примиряло Светку с зимой, были зимние праздники – Новый год и Рождество. Последние дни декабря, сверкающие, затейливо подмигивающие огоньками гирлянд, шуршащие мишурой, пахнущие хвоей и фруктами, были наполнены счастьем и ожиданием чуда.

Готовиться к торжеству начинали заранее, и эти приготовления вызывали у Светки еще больший восторг, чем сами праздники. Вечерами Светка с мамой сидели за кухонным столом и делали немудреные украшения – вырезали снежинки из белой гофрированной бумаги, лепили цветные фонарики, оборачивали серебряной фольгой шишки, собранные в лесу еще летом. Уютно светил оранжевый абажур, похожий на огромный мандарин, заставляя вспыхивать разноцветными искрами блестящие спиральки серпантина и длинные ленты мишуры.

Все тогда казалось сказочным. И принесенная папой живая елочка, поначалу робкая, съежившаяся, с ледяными, колкими иголочками, но постепенно от тепла все более смелеющая, распушающая свои темно-зеленые веточки. И ледяные скульптуры в парке, изображающие Деда Мороза со Снегурочкой и разных диковинных зверей. И бенгальские огни, которые можно было зажигать прямо в комнате – они весело шипели и трещали, разбрасывая вокруг себя сонм ослепительных маленьких звездочек. И Светка визжала от восхищения и радостного испуга.

Елку Светка наряжала сама по принципу «Красоты много не бывает», развешивая на гнущихся от тяжести зеленых ветках все имевшиеся в наличии елочные игрушки, и, – как последний штрих, – накидывая на елку водопады серебристого «дождика». Напрасно родители уверяли Светку в том, что из-за обилия игрушек и украшений совсем не видно самой хвойной красавицы. У Светки на этот счет было собственное мнение. Елочные игрушки были для нее, как старые, давно знакомые приятели. И как можно было оставить в коробке смешного клоуна на прищепке, или отважного космонавта в красном скафандре, ведь все они тоже хотят встретить Новый год и Рождество! Многие игрушки были совсем старые, еще из папиного и маминого детства, но даже такие, потертые и потерявшие перламутровый блеск, они были для Светки милее, чем любые другие.

А череда новогодних утренников – сначала в детском саду, потом на работе у папы и мамы, и наконец, общегородская елка, проходившая в местном драмтеатре! Карнавальные костюмы Светке мама придумывала и шила сама. И Светка становилась то застенчивой Дюймовочкой в смешном, голубом колпачке-колокольчике, то задорной Красной Шапочкой в кокетливой клетчатой юбочке, то благонравной Мальвиной в пышном платье с оборками, из-под которого выглядывали забавные кружевные панталончики. А когда Светка училась в первом классе, мама и вовсе превзошла себя. Несколько вечеров подряд она шила восхитительное платье с роскошной, длинной юбкой, а папа смастерил из крепкой проволоки кринолин. Когда на Светку водрузили это сооружение, и пышная, многоярусная юбка скрыла ее ножки в нарядных туфельках, все ахнули. Светка выглядела хрупкой и трогательно-прекрасной, как маленькая испанская инфанта с картин Веласкеса.

А подарки! Заветные кулечки с конфетами и мандаринами, получаемые от Деда Мороза на утренниках, моментально потрошились и тут же возле елки поедались. А дома Светку ждали сюрпризы от мамы и папы, любовно завернутые в блестящую оберточную бумагу. Эти подарки вручались под бой курантов, но были еще и другие – самые желанные, самые заветные. Их Светка находила наутро после рождественской ночи. Обычно волшебные дары оказывались под елкой, а кто их туда положил – было тайной. На все Светкины вопросы родители лишь недоуменно пожимали плечами и делали большие глаза. Долгое время Светка считала, что все эти чудеса – дело рук рождественской феи.

Самым поразительным подарком от феи был стеклянный снежный шар. Внутри него жила настоящая зимняя сказка – маленькая избушка, заметенная снегом по самую крышу, пушистая елочка, под которой притаился пугливый зайчонок. Светка сразу подумала, что этот крошечный домик в шаре и есть жилище самой феи. Иначе как объяснить это чудо: стоило слегка встряхнуть шарик, и все таинственным образом оживало, на избушку и елочку падали, кружась и сверкая, пушистые снежинки. Светка смотрела, как завороженная, на эту белоснежную карусель, в надежде хоть раз увидеть саму фею, танцующую Вальс Снежинок, но, увы, фея не показывалась. Зато Светкины желания, загадываемые в рождественскую ночь, исполняла исправно – все были живы, здоровы и любили ее, Светку. Этот шарик до сих пор остался для Светки одним из символов счастливой и беззаботной детской поры…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.