Андреас Х. Шмахтл
Бельчонок, Медведь и охапка приключений

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Author: Andreas H. Schmachtl

Original title: Hörnchen & Bär. Haufenweise echt waldige Abenteuer

Illustrated by Andreas H. Schmachtl

© 2021 by Arena Verlag GmbH, Würzburg, Germany. www.arena-verlag.de

© Издание на русском языке, перевод. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2023

* * *

Глава первая, в которой Бельчонок впервые идёт рыбачить понарошку

С недавних пор в лесу завелось какое-то бормотание. Пожалуй, историю стоит начать именно так. А ещё нужно сказать, что это был очень хороший лес. Возможно, даже лучший в мире. Чего там только не было: и озеро, и речка, и бесчисленные ручейки, и покрытые мхом скалы и валуны, и заросли черники, и густой подлесок, и, конечно, деревья. Много-много деревьев. Целая куча деревьев, если можно так выразиться. Деревья всех видов и размеров росли здесь вперемешку. И те, что с иголками, например сосны, пихты и тисы. И те, что с листьями, например буки, каштаны, клёны и дубы.

На одном из этих деревьев жил Бельчонок. Спал он в уютном-преуютном дупле наверху. Чай пил на одной ветке, читал – на соседних: той, что рядом, той, что за ней, а ещё на тех, что наверху и снизу. В развилках больших веток у него сушилось бельё, а чуть дальше слева хранилась энциклопедия. В самом укромном дупле Бельчонок устроил кладовую с припасами. А ещё он любил сидеть на макушке дерева и играть на флейте.

Конечно, Бельчонок жил на дереве не один. У него были соседи: Хетти, крошечная птичка крапивник, и Хоп, древесная лягушка квакша. Хетти порхала с ветки на ветку, а Хоп прилипал к стволу то тут, то там. Обычно в тех местах, где его меньше всего ожидаешь встретить. А ещё в дупле у самых корней обитали три сони. Впрочем, вернёмся к бормотанию!

Бельчонок слышал это бормотание и прежде. Но обычно сквозь сон и в такую рань, что просто пропускал мимо ушей. Честно говоря, его это не слишком занимало. Ну бормотание и бормотание, подумаешь, не просыпаться же ради такой ерунды. Хотя… Откуда же оно всё-таки взялось? Внезапно Бельчонку стало ужасно интересно.

Он выглянул из уютного-преуютного спального дупла и увидел, что прямо под деревом проходит Медведь.

– Привет, Медведь! – крикнул Бельчонок, свесившись вниз с самой верхушки дерева.

– Здравствуй, Бельчонок! – отозвался Медведь, задрав голову.

– А вот это бормотание, – начал Бельчонок, – оно тут, случайно, не с тобой?

– Да, вполне возможно, – кивнул Медведь.

– А может быть, это ты тут с ним, – заметил Бельчонок. Порой ему в голову приходили ужасно умные мысли.

Медведь призадумался и согласился:

– Может, и так.

– Точно. В общем, вы тут вместе. А куда вы, кстати, идёте? – не унимался с расспросами Бельчонок.

– На озеро, – ответил Медведь.

– Ух ты, на озеро! – восхищённо навострил ушки Бельчонок. Он стрелой сбежал вниз по стволу и спросил: – А зачем?

– Бормотание обычно сворачивает на полдороге. А я иду на рыбалку, – объяснил Медведь и показал одной своей лапой на удочку, которую держал в другой своей лапе.

Бельчонок никогда прежде не видел удочек. Да и про рыбалку слышал впервые. Обычно, встретив незнакомое слово, он заглядывал в энциклопедию. Но её под рукой не было, так что он просто спросил:

– А что это такое – рыбалка? Что ты там делаешь?

– Хм, дай подумать… – сказал Медведь, – сижу в лодке, опустив удочку в воду, и жду, когда клюнет рыба.

– Совсем один? – удивился Бельчонок.

– Чаще всего да, – ответил Медведь. – Я люблю быть один.

– Я тоже. Можно мне с тобой? – спросил Бельчонок.

– Конечно, – кивнул Медведь. – А удочка у тебя есть?

– Вряд ли, – сознался Бельчонок.

– Ну ничего.

Медведь подобрал какую-то палку и привязал к ней верёвочку.

– Возьми эту.

Бельчонок растерянно посмотрел на свою первую в жизни удочку и признался:

– Вообще-то, белки не рыбачат.

– Даже понарошку? – спросил Медведь.

Бельчонок всерьёз призадумался и спустя какое-то время – не слишком долгое и не слишком короткое – решительно заявил:

– Понарошку, пожалуй, рыбачат.

– Ну вот и ты рыбачь понарошку, – предложил Медведь.

– Ладненько, – сказал Бельчонок. – Но…

– Но… что? – вздохнул Медведь.

– Но, вообще-то, белки не любят рыбу. Они любят жёлуди, – огорчённо объяснил Бельчонок. И с надеждой добавил: – Как думаешь, в озере водятся жёлуди?

– Нет, – ответил Медведь.

– Но мне так хочется поймать жёлудь, – сознался Бельчонок.

– Тогда просто привяжи его к удочке заранее, – предложил Медведь.

Бельчонок пришёл от этой идеи в восторг и тут же привязал к удочке самый красивый жёлудь, какой удалось найти. Наконец они впервые отправились на рыбалку вместе. Бормотание, кстати, и правда свернуло на полдороге. А Бельчонок с Медведем сели в лодку, налегли на вёсла и гребли, пока не добрались до середины озера. Отныне они делали так почти каждый день. Бельчонок рыбачил понарошку и всегда возвращался с уловом в виде жёлудя. А Медведь, как и прежде, мог побыть в одиночестве. Вернее, теперь в двадиночестве.

Двадиночество

Глава вторая, в которой Бельчонок жмёт на кнопку

Конечно, Бельчонок всегда говорил, что его дерево – это его дерево. И в каком-то смысле так оно и было. Но вы уже знаете, что между ветвями, сучками, листьями, в трещинках коры и дуплах водились и прочие лесные обитатели. Например, сони. Если судить по названию, можно подумать, что эти зверьки только и делают, что спят. На самом деле спали они лишь днём, а ночью выбирались из дупла и шли по своим соньим делам. Но в это время спал уже сам Бельчонок, так что с тремя обитателями маленького дупла у корней он ни разу не встречался. И даже о том, что их именно трое, мог только догадываться. С другой стороны, каждый год на Рождество он получал от них открытку с тремя подписями. А ещё иногда принимал за всех трёх сонь почту – потому что днём, в отличие от них, бодрствовал.

Вот и сегодня утром, выбравшись из уютного-преуютного спального дупла, Бельчонок обнаружил под деревом какую-то коробку. «Наверняка это для сонь», – решил он. Они получали ужасно много писем и посылок. Бельчонок приготовил себе чай, а потом спустился за коробкой, принёс её наверх и положил между ветвями. И вдруг обнаружил, что та адресована вовсе не соням, а ему самому! Кто же мог отправить такую большую посылку? Бельчонок призадумался:

– Неужели я снова забыл о собственном дне рождения?

Такое с ним однажды уже случалось. То есть могло бы случиться, если бы не Медведь, который тогда напомнил ему о празднике ореховым тортом. Впрочем, это совсем другая история. Поэтому вернёмся к сегодняшнему дню и, конечно, к посылке.

Бельчонок осторожно постучал лапкой по коробке и даже приложил к ней ухо. Может быть, отправитель просто ошибся адресатом? Ну да, всё ясно – посылка наверняка предназначалась не ему.

А раз так, Бельчонок решил для начала выпить чая. Сесть и спокойно выпить чашечку чая – всегда хорошая идея. Вот и сейчас, едва сделав первый глоток, Бельчонок хлопнул себя по лбу и воскликнул:

– Ой, да ведь это же мой тостер!

В следующую секунду Бельчонок с чашкой в лапе уже стоял у коробки. А через две уже открыл её и, навострив ушки от любопытства, заглянул внутрь.

– Что это у тебя там? – спросил чей-то голос. Бельчонок от страха съёжился и чуть было не выругался вслух: «Нельзя же вот так прилипать к чужим посылкам, Хоп!»

Впрочем, он был так рад, что ему не хотелось ссориться.

– Это мой новый тостер!

Бельчонок гордо вытащил из коробки блестящий красный прибор.

– А зачем тебе тостер? – удивился Хоп.

– Чтобы поджаривать тосты, разумеется. Зачем же ещё? – ответил Бельчонок.

Видимо, древесные лягушки просто не в курсе, что каждой белке нужен тостер. Поэтому Бельчонок решил объяснить:

– Каждой белке нужен тостер. Лучше всего – красный.

– Вон оно что! – наморщил лоб Хоп.

Бельчонок принялся внимательно разглядывать своё приобретение. Итак, тостер был красный. О таком Бельчонок и мечтал, такой и заказывал. Наверху у прибора было две щели. Туда полагалось засовывать ломтики хлеба. Сбоку рычажок: если на него надавить, ломтик хлеба скроется внутри тостера. Рядом маленькое колёсико: если его покрутить, температура увеличится или уменьшится. Любишь тосты посветлее, крутишь в одну сторону, поподжаристее – в другую. И наконец, аварийный выключатель. Это на случай поломки, если вдруг из тостера потянет гарью и повалит тёмный дым.

Но потом Бельчонок дошёл до лучшей детали и восхищённо воскликнул:

– Уи-и-и-и, турбокнопка!

В этот момент Хоп решил прилипнуть где-нибудь подальше от Бельчонка и его турбокнопки. Хоп! И Хоп скрылся из вида.

Бельчонок этого даже не заметил. У него были дела поважнее: поскорее испытать новенький тостер в деле. К счастью, хлеб он купил заранее – сразу после того, как заказал тостер. Нескольких ломтиков в пакете уже недоставало. Ещё бы, ведь посылку пришлось ждать так долго…

– Что ж, пора! – решил Бельчонок.

Он перенёс тостер на ветку для завтрака и с огромным удовольствием принялся тестировать тостер. От радости он напевал песенку. Вот такую:

У Бельчонка всё в порядке,
Пум-пурум, тирлинь-динь-дон,
Как у капустницы на грядке,
Пум-пурум, тирлинь-динь-дон,
А сейчас он как возьмёт,
Пум-пурум, тирлинь-динь-дон,
На турбокнопку как нажмёт,
Пум-пурум, тирлинь-динь-дон.

Что ж, так он и поступил. Едва ломтики хлеба скрылись в тостере, Бельчонок нажал на турбокнопку. И делал так потом каждый раз! Как и положено всякой турбокнопке, при нажатии она загорелась ярко-жёлтым. Класс! Изнутри тостера послышалось многообещающее гудение. Нагревательные элементы мгновенно раскалились и покраснели. Видимо, в этом и заключалась турбосущность кнопки. В любом случае не успел Бельчонок и глазом моргнуть, как тосты подрумянились и выпрыгнули из тостера. Они подскочили высоко-превысоко, описали большую дугу в воздухе и приземлились где-то далеко в чаще.

– Супер! – воскликнул Бельчонок озадаченно и в то же время восхищённо. – Нужно немедленно повторить.

И вот новые ломтики хлеба уже в тостере, турбокнопка нажата и горит ярко-жёлтым, нагревательные элементы раскалены, раздаётся гудение – и опля! Тосты снова выстрелили в небо и скрылись из вида.

Бельчонок пришёл в полный восторг. Он, конечно, и раньше догадывался, что с турбокнопкой можно придумать много всякого прекрасного. Но на самом деле всё, честно говоря, оказалось даже лучше. Поэтому следующие ломтики хлеба немедленно отправились прямиком в тостер, чтобы поджариться в турборежиме. И всё снова засветилось, раскалилось, загудело, а потом тосты улетели в лес и пропали.

– Всё идёт просто отлично, – решил Бельчонок.

И он правда так думал. Вот только его живот, похоже, придерживался другого мнения, судя по весьма громкому урчанию. Когда же от корней дерева стал подниматься восхитительный запах поджаренного хлеба, урчание усилилось. Там, внизу, парочка лесных мышей с удовольствием уплетала один из тостов, намазав его маслом и черничным вареньем. «Ох, пахнет и впрямь превосходно», – подумал Бельчонок.

Чуть поодаль какой-то барсук радовался свежему тосту, который нежданно-негаданно приземлился прямо на пороге его норы. Насколько Бельчонку удалось разглядеть, барсук ел свой внезапно свалившийся на голову завтрак с клубничным вареньем.

– Наверняка это тоже очень вкусно, – подумал Бельчонок.

И желудок с ним громогласно согласился. Что ж, в пакете оставалось ещё два хлебных ломтика. И уж их-то Бельчонок собирался съесть сам.

Надо было лишь дождаться, когда тосты взлетят в воздух, и в нужный момент их поймать. В конце концов, белки отлично умеют прыгать и ловить всякое на лету.

Так что Бельчонок опустил рычажок, нажал на турбокнопку и замер в напряжённом, словно тетива лука, ожидании. Время тянулось, как резина. Но зато потом всё произошло одновременно. Раздался тихий щелчок, нагревательные элементы погасли, рычажок подскочил вверх, а вместе с ним и хлебные ломтики. И прежде чем Бельчонок успел подпрыгнуть, схватить их на лету, да и вообще хоть что-нибудь сделать, последние тосты, как и все предыдущие, улетели в лес. И это было совсем не «супер» и вовсе не «отлично», ведь Бельчонок не на шутку проголодался. Он понуро сидел на своей ветке для завтрака с чашечкой чая и красным тостером, но без единого тоста. На мгновение ему показалось, что даже прекрасный новый тостер и отличная турбокнопка не спасут это невесёлое утро.

Бельчонок тяжело вздохнул над чашкой чая. Тут появился Медведь. Он пришёл, чтобы позвать Бельчонка на рыбалку.

– Всё в порядке? – спросил Медведь.

– Ну так себе, – ответил Бельчонок. – У меня новый тостер, – объяснил он. – Красный. И у него есть турбокнопка. Это супер. Вот только тоста мне ни одного не досталось. Потому что все они выскочили из тостера и улетели далеко в лес.

– Я знаю, – ответил Медведь и протянул Бельчонку два тоста. Они восхитительно пахли и были намазаны золотисто-жёлтым мёдом.

– Они что, долетели до твоей берлоги? – удивился Бельчонок.

– Ага, – ответил Медведь. – Хочешь?

– Ещё как! – обрадовался Бельчонок и взял подрумяненные ломтики хлеба с мёдом. – Всё-таки классный у меня тостер.

– Классный, – согласился Медведь. – А без турбокнопки тосты, пожалуй, не будут улетать к моей берлоге. Давай ты в следующий раз просто не станешь её нажимать?

– Вряд ли я смогу удержаться, – сознался Бельчонок. – Давай лучше поступим так: я приготовлю свежие тосты, а съедим мы их у тебя?

– Можно и так, – усмехнулся Медведь.

Бельчонок взял удочку, откусил кусочек тоста и зажмурился от удовольствия. Как же вкусно! «Просто турбовкус!» – довольно подумал он.

Перекус на двоих

Глава третья, в которой море волнуется

«Что ж, к счастью, сегодня мне не нужно развешивать бельё», – подумал Бельчонок во вторник, высунув нос из уютного-преуютного спального дупла. Потому что во вторник в лесу поднялся свирепый ветер. Он так разбушевался, что даже сорвал несколько листьев. И хотя осенняя пора, когда листва на деревьях окрашивается в яркие цвета, ещё не пришла, прямо в лапы Бельчонку спланировал какой-то необычайно яркий листок. И не просто яркий, а разноцветный.

Бельчонок даже немного испугался. Но лишь на одну секундочку. Потом он подпрыгнул, ловко поймал листок прямо на лету и стал внимательно его изучать. Оказалось, что это листок не из тех, что растут на деревьях! И разноцветным он был лишь с одной стороны. Бельчонок разглядел на нём волны. Волны бились о высокие скалы. А на скалах стоял какой-то круглый дом с большим фонарём на самом верху. Всё это вместе смотрелось очень странно.

В следующий момент ветром принесло Медведя. Представляете, какой он был свирепый? Ветер, конечно. Не Медведь! И прежде чем Медведь успел что-то сказать, Бельчонок сунул ему под нос разноцветный листок и спросил:

– Медведь, а это что?

– Это маяк, – ответил Медведь.

– Ух ты… Маяк! – удивился Бельчонок и навострил ушки.

В несколько прыжков он спустился по стволу, взял свою удочку и отправился с Медведем на озеро. Бельчонок то и дело поглядывал на маяк. Он никогда прежде не видел ни одного – только слышал о них.

– Значит, это и есть маяк, – пробормотал Бельчонок себе под нос. – Ты уверен?

– В общем, да, – ответил Медведь. – А что?

– Ну, понимаешь… – ответил Бельчонок, – просто я раньше думал, что они немного больше. И круглее. И по меньшей мере… – тут Бельчонок стрелой взлетел по стволу ближайшего дерева, – вот такой высоты!

Медведь задрал голову и крикнул вслед Бельчонку:

– Всё верно. Это же просто фотография маяка.

Бельчонок мигом спустился обратно.

– Так бы сразу и сказал.

Когда они проходили мимо трёх сосен, Бельчонок спросил:

– А зачем вообще нужны маяки?

Медведь ответил:

– Чтобы корабли не сбивались с пути даже во время шторма.

– Ясно. Я и сам мог бы догадаться, – сказал Бельчонок.

А когда они проходили мимо скалы с небольшим водопадом, ему захотелось узнать кое-что ещё.

– А где располагаются маяки?

– Обычно прямо у моря, – объяснил Медведь.

– Логично. Ведь там часто случается шторм, – решил Бельчонок. – А кто зажигает свет на маяках?

– Так называемые смотрители, – сказал Медведь. – Они там за всем следят. Насколько я знаю, иногда смотритель даже живёт на маяке. На одном этаже обедает, на другом – читает. А спит, наверное, на самом верху. Ну, ты понимаешь.

– Ещё бы, – подтвердил Бельчонок.

Что-что, а это он мог понять лучше всех на свете. Ведь его дерево было почти как маяк. Почти… Правда, на верхушке у него ничего не светилось. А жаль! И всё-таки эта мысль Бельчонку ужасно понравилась.

– Смотритель… Класс! Думаю, мне тоже нужно стать смотрителем.

– И почему меня это не удивляет? – вздохнул Медведь.

Наконец они добрались до озера. Обычно его поверхность была гладкой как зеркало. Но сегодня из-за свирепого ветра на нём появилась рябь. А когда Медведь сел на вёсла и начал грести, до них даже долетали крошечные капли.

Бельчонок прищурился и с заговорщицким видом прошептал:

– По-моему, надвигается сильный шторм.

– Да ну? – удивился Медведь.

– Совершенно точно, – уверенно заявил Бельчонок. – Я же смотритель. Мне ли не знать!

– А я-то думал, это всего лишь лёгкий ветерок, – сказал Медведь, но всё же не стал закидывать удочку, ведь Бельчонок тут же нашёлся с ответом:

– Да, немудрено перепутать. Но мы и моргнуть не успеем, как этот лёгкий ветерок превратится…

– …в настоящий шторм? – спросил Медведь.

– Вот видишь, ты сам это сказал! – ответил Бельчонок. – А мне следует немедленно вернуться на мой маяк – то есть на дерево – и за всем проследить. Ты не мог бы отвезти меня к берегу?

– Конечно, – сказал Медведь и отвёз.

На этот раз Бельчонок возвращался домой один – прежде такого никогда не случалось. При этом он, конечно, куда больше торопился, чем по пути на озеро. И неспроста. Свирепый ветер свирепствовал всё сильнее. В какой-то момент листва зашелестела так сильно, что Бельчонок услышал настоящий шум моря. Там, где ещё недавно мягким ковром расстилался мох, теперь вздымались волны – по крайней мере, так это видел Бельчонок. Он перепрыгивал с одного дерева на другое, словно это были одинокие каменные глыбы на скалистом взморье. Попутно он даже спас из волн двух мышей и маленького ёжика. По крайней мере, он так думал. Обрадовались ли те спасению на самом деле, никто так и не узнал. Слишком уж они были ошеломлены тем, что внезапно оказались на верхушке дерева. Бельчонок усадил их на ветку и крикнул: