Андрей Голенищев
В утробе тьмы

Глава 0. Отчет

Человек полагает предел тьме и тщательно разыскивает камень во мраке и тени смертной.

(с) Книга Иова 28:3

Грудь, увешанная медалями, издавала металлический, победоносный звук с каждым уверенным шагом главнокомандующего. Двери с номерами и без каких-либо опознавательных табличек кто там сидит и чем занимается по обеим сторонам от него оставались позади и еще столько же впереди. Бесконечное множество мертвых комнат внутри тошнотворно длинного коридора с приглушенным, умирающим светом. Каждый корпус отделяла перегородка со стеклом шириной в 150мм и специальным ключом доступа – единственный ориентир, что ты не попал в непрекращающийся лимб. Аарон проходил их одну за другой по красной ковровой дорожке. На предпоследнем отрезке этого длинного пути, рядом с лифтом на небольшом пятачке стояла статуя основателя нынешнего государства с огромным крестом в левой руке и опущенным автоматом в правой, а за ней на стене висели фотографии погибших за свободу офицеров и генералов.

Дойдя до конца шестого этажа и пройдя очередную перегородку, охраняемую тремя госгвадцами он зашел в лифт и опустился до -20 этажа. Металлические двери бомбоубежища со скипом и усердием приоткрывались, приветствуя гостя в чертогах такого же металлического и полого коридору. Кабинетов по бокам не было, только бра, освещающие каждые пять метров небольшой участок дороги, которая, к слову уходила все ниже и становилась все хуже. Дышать было непросто, воздух достигал 100% влажности, а кислорода в нем катастрофически не хватало, так еще это невыносимое зловоние сырости и плесени, перемешанное с запахом острого чили и жаренного мяса.

Впереди появлялись бегающие из кухни в кухню повара, охранники, контролирующие каждый их шаг и увешенные с головы до ног оружием и легким аналогом экзоскелета с идентифицирующими датчиками в забралах. Новая комната открылась столами и шкафами из массива дуба, красными коврами, ярким светом, падающим вниз с золотых люстр и отражаясь в золотых колоннах, полах и стульях. Аарон прошел в самый её конец и коснулся книги «Агрессия, или Так называемое зло», потянул ее на себя. Левая сторона стеллажа отъехала в сторону на пятьдесят сантиметров и главнокомандующий протиснулся сквозь маленький проход в крохотную коморку, с темно-красным приглушенным светом, портретами святых на стене, красным углом и тяжелым спертым воздухом, впитавшим запах лаванды и дыма от ароматических палочек. И там в темноте, нависая над собственным столом, появилось морщинистое лицо президента.

– Див, – сказал Аарон голосом с нарастающей интонацией.

– Главнокомандующий, – ответил он тихо.

– Набрал сопляков себе в охрану? Уж не думаешь, что они защитят тебя от разгневанной толпы?

Див заерзал на стуле и ответил неуверенно и запинаясь:

– Мне нужно было сделать выбор.

– И почему этот выбор не пал на армию и сол… Это что у тебя на лице? Запрещенная Карьендония¹?

– Нет, – замахал он головой. – Конечно, нет. Аналог. Н-н-наша разработка.

– Послушай. Мы потеряли контроль в большинстве окраин на Земле, бунты переходят в города. Сектор за сектором. Твои архаровцы вообще нихуя не могут. Я улыбаюсь, но я абсолютном бешенстве!

В дверь зашел молодой человек с прилизанной прической и усами под носом. В руках он держал поднос со стаканами виски и салатом Цезарь. Когда молодой человек ушел, Аарон сказал:

– Ты что ебешь этого Гитлера с говном на голове? Див, мы тонем в ебанной войне, внутри городов нет даже МТОБовцев, не говоря уже об обученных солдатах.

– Солдаты охраняют наши границы, ты знаешь, – ответил президент и нажал на кнопку старинного телефона и попросил принести ему шесть вариантов его готового портрета. – Сокрименты… – вновь сказал он, переведя усталый взгляд на Аарона.

– Сокрименты – маленький городишка у Плутона. Они вымрут быстрее, чем маврикийские дронты.

– Маврикийские дронты, способные создавать кровожадный искусственный интеллект, помещать его в инопланетную оболочку и убивать раз за разом твоих солдат на границах моей страны.

– Это были разовые акции. Сейчас наши дипломаты активно ведут переговоры. Но если ты считаешь, что отсутствие атак на нашу границу в течение последних трех лет – это плохая работа, ты можешь свернуть их миссию, затем открыть свой чемоданчик и нажать ебучую красную кнопку. Так что хватит ныть и дай распоряжение взять пару батальонов с Европы и с Нараньеса.

– Я поручу это Брауну. А ты продолжай заниматься проектом N.

Див схватился за голову и закашлял.

– Мигрени? – спросил Аарон.

– Всего понемногу. Выступать на людях сплошной геморрой. Ладно, что принес?

Без стука в кабинет вошел все тот же молодой человек с прилизанной прической и усами под носом и занес первые две картины.

– Ты его ебешь! – закричал Аарон и повисло молчание. – Этот шкед даже не стучит.

Див закивал с задумчивым выражением лица, словно соглашаясь с какими-то своими внутренними мыслями, через десять секунд он очнулся и попросил парня принести ему следующие две и нажал на кнопку под столом. Десятью секундами позже раздались глухие выстрелы. Главнокомандующий обернулся и сказал:

– Со своим сыном ты бы так не поступил, а он между прочим его ровесник. Где он, кстати?

– Занимается благотворительностью в нищих городах.

Раздался стук в дверь.

– Вой… – Див закашлял. – Войди, еб твою мать! И перестань стучать.

Новый молодой человек мало чем отличался от предыдущего, разве что был чуть помоложе.

– Здесь Вы чуть злее, сэр.

– Бери эту, – сказал Аарон. – Станешь, как большой брат.

– Не, не хочу. Принесите мне что-нибудь более нейтральное с едва заметной улыбкой.

Молодой человек откланялся, взял четыре картины под мышку и удалился.

Аарон вытащил небольшой конверт и бросил его на стол президента и сказал:

– Тут все, чего мы пока добились.

Див открыл конверт взглянул на него, поправляя очки, потом повернулся к главнокомандующему и сказал:

– В двух словах по N проекту, что там?

– Там про Guns and Magic. И я тебе не мальчик на побегушках. Надеюсь не загнешься к нашей следующей встрече, – ответил Аарон и ушел.

Див согнулся над своим столом и так и остался сидеть, пока молодой человек не вернулся с новой парой портретов. Президент их осмотрел и сказал:

– Давай лучше тот, злой, на который главнокомандующий Аарон показал.

– Да, сэр.

– И еще…

– Да, сэр.

– Прочитай что тут написано.

Молодой человек взял доклад под грифом секретно.

– Зачитать или…

– Своими словами, – сказал Див, наматывая круги указательным пальцем, едва поднятой над столом руки.

Глаза молодого человека забегали, он почесал усы и приступил к рассказу:

– Тут говорится, что игрок под псевдонимом Ронни, он же Блейк, привлек внимание некой расы, под кодовым названием «Орки». В Пустыне Неприл он убил одного из верховных владык и получил загадочный амулет. На тот момент, о его функциях он не знал. К несчастью, Ронни, он же Блейк, был замечен товарищем этого самого владыки с кодовым названием «доппельгангер», который пошел по пятам убийцы и попал в Отрон – столицу Авангарда, где произошла кровопролитная битва. Люди одержали над монстром вверх. Затем Ронни, он же…

– Я понял. Блейк. Не надо повторять мне по сто раз. Говорю, своими словами.

Молодой человек вытер пот со лба, закивал и продолжил:

– Ронни совместно с гильдией Top Secret полетели в крепость Варнасосто, откуда они планировали направится в подземелье под горами Ородрим Еоул для того, чтобы выйти на новую землю и обосноваться уже в ней. Однако на самолет совершил нападение дракон и вся команда потерпела крушение, оказавшись в лесу… ну и название… Ель-го-ре-ом-бдон.

– ИИ дает местности имена на эльфйиском. Моя инициатива.

– Превосходно, сэр. Так, посмотрим. В общем, в лесу они потеряли двух членом команды и узнали, что орки устанавливают там тотемы, которые распространяют ловушки-проклятия, вид темной магии. От нее-то амулет, полученный Ронни в самом начале доклада, и защищает. Уже в крепости двух погибших членов отряда заменили на двух офицеров: владыку – Вайлина, он же, Роберт, и руководителя отрядами поддержки – Иллисеха, он же Андрей.

– Андрей? Редкое имя. А фамилия какая? Не Андропов ли?

– Андропов.

– Тот Андропов, который в Совете Федерации работал, а потом был моим секретарем по безопасности, этот Андропов?

Молодой человек занервничал и замахал головой, пожимая плечами.

– Ты чего дергаешься, как паралитик, отвечай.

– Я… я… не знаю.

– Ладно, а Блейк, он кто?

– В информации сказано, что он бывший солдат из отряда МТОБ. Работал под руководством Тириэла, своего отца. После смерти всех членов группы, ушел в отставку.

– И Аарон говорит мне, что Сокрименты не опасны! Это между прочим они их там всех перебили, а сопляка запугали и нам вернули.

– Зачем им это? – спросил молодой человек, а глаза его широкие от страха и так и говорят, мол, какого черта я пытаюсь поддержать разговор с президентом всей солнечной системы.

– Чтоб напугать нас.

– Глуп-п-пая затея.

– Глупая?

– Я хотел сказать…

Див махнул рукой и крикнул:

– Знаю, что ты хотел. Язык поглубже в мой сфинктер засунуть. Продолжай уже дальше читать.

– Ладно. Эм… Вот… Пока отряд исследовал подземелье, на крепость напал дракон, Готон, он же Алдор, и Летторанган, он же Лорри, его почти победили, но пощадили в последний момент.

– Зачем?

– Ну… тут сказано, для того, чтобы не испортить с ними отношения.

– И как, не испортили?

– Хм… ничего не вижу. Тот только написано, что прилетел второй дракон и сжег их.

Див закашлял и стал массажировать виски у себя на голове, говоря тихим голосом, мол, продолжай. Молодой человек продолжил:

– Исследовательский отряд разделился на группу по двое. Ронни пошел с Иллисехом. Они наткнулись на одну интересную пещеру, в которой проходили испытание на подсознательном уровне. Судя по всему, прошли, но что именно им это дало, пока неясно.

– А Казимир, чем он занимается?

Молодой человек перечитал наспех документы и пожал плечами.

– О нем ничего.

– Короче пустая трата моего времени, а не доклад.

– Да, сэр.

Див взглянул на икону Богоматери Андрея Рублева, а потом спросил:

– А какой у тебя уровень секретности?

– Третий, сэр.

– Хорошо, вступай и покажи Сэму, портрет.

Молодой человек поклонился и ушел, а президент подождал две минуты, не отрываясь от иконы, а потом нажал кнопку под столом.

Глава 1. «Бездонная пропасть забвения»

– Давай. Заходи. Не стой в дверях, – сказал Андрей.

– Мне к тебе по имени или псевдониму обращаться? – спросил Блейк, осматривая квартиру товарища и вдыхая едкий запах мочи и кала, пропитавший обои, одежду и ковры.

В комнате справа он увидел разбросанные вещи и НВДС-313², склонившегося над полом, на котором виднелись свежие пятна крови. Робот-андройд выливал из отверстия на левой ладони воду со специальным моющим раствором прямо на тряпку, которая с легкостью справлялась с задачей. Лицо этого создания человеческого казалось настолько безжизненным и безразличным к происходящему, насколько это можно себе представить. Жуть, подумал Блейк, когда это самое лицо со скрипом повернулось в его сторону, моргнуло двумя датчиками, которые имитировали зрение и отвернулось, продолжая свою работу.

– По имени, – медленным и протяжным голосом ответил Андрей, пытаясь скрыть одышку. – Идем… Туда… На кухню.

Блейк направился вперед по длинному коридору, минуя несколько комнат, гардеробных, а также платформу-лифт, с функцией подъема вверх и вниз на один этаж. Квартира оформлена в темных тонах с малым количеством освещения и с большим количеством неосвоенного пустого пространства. Разные вещи и книги валялись криво-косо невпопад на полках шкафов, которых было так много, что можно с уверенностью сказать, что они заменяли восемьдесят процентов стен. В спальне над кроватью висел черно-белый портрет пожилой женщины.

– У политиков, как погляжу, пенсия повыше, чем у солдат.

Андрей остановился, обернулся и посмотрел на Блейка непонимающим взглядом. После недолго молчания он пришел в себя и ответил:

– У нас и денег больше и жизнь дольше.

– И сахар слаще.

Блейк продолжил идти за Андреем, который едва передвигал своими тоненькими дрожащими ногами. На его руках и на оголенном торсе виднелись царапины, обработанные зеленкой и синяки от огромных, до совсем мелких. Если на этом теле когда-то и были мышцы, то теперь они сморщились и высохли.

Когда оказались на кухне, Андрей приказал ИИ приготовить поесть и сварить кофе. После чего, они сели за барный столик друг напротив друга. Спустя минуту молчания, Блейк сказал:

– Хуево выглядишь.

– Себя-то видел? Куда подевался твой глаз?

– Спрашиваешь у солдата почему у него отсутствует та или иная конечность? Как по мне ответ на поверхности.

– И то верно.

– А с тобой что? Работа довела?

Андрей издал грустный смешок. Глаза его уставились в стол. Так он сидел несколько секунд, словно с головой погрузившись в бездонную пропасть забвения, темную и не пропускающую свет, и где-то там в этом гнетущем мраке разрушающегося подсознания крутились сцены из его жизни на протяжении последних десяти лет. В такие моменты, Андрей казался потерянным и слабым, но как только мысли приходили в норму, он отвечал бодрым и ясным голосом, пусть немного и замедленным.

– Можно и так сказать. Микроинсульт, – ответил на выдохе, – сукин сын. Понимаешь? Соображаю туго, хожу медленно, а моя семья только и ждет, пока я на тот свет отправлюсь, чтобы всю эту квартиру получить. В какой-то момент, уж не знаю в какой именно, твоя жизнь становиться дешевле места, в котором ты живешь. В мое время стариков уважали, приходили за советом. Не то что сейчас… не то…

– Видели бы они, как их старик убивает монстров и спасает людей магией света, тут же мнение свое поменяли.

Андрей улыбнулся и когда к нему подошел робот-повар модели СТБС-13³ и принес выпечку, он вытащил из трусов плазменный пистолет и передал ему, сказал, чтоб положил в сейф.

– Ничего личного, – сказал Андрей, повернувшись к Блейку. – Думал, это они за мной пришли. К слову, забыл спросить, ты что-нибудь есть или пить будешь?

– У меня кефир с собой. Мне этого хватит.

Андрей порезал овсяный кекс и воткнул в него вилку и нагнулся к нему и засунул в рот первый кусок.

– Не хочешь узнать, как я тебя нашел? – спросил Блейк.

– Не, не хочу. Нашел и молодец, – ответил Андрей с набитым ртом и минуту молчания спустя сказал. – Сколько у нас времени?

– Чаще всего, я возвращаюсь в игру спустя четыре часа. Полчаса я пытался найти тебя и место, где ты живешь, еще полтора часа летел до сюда. Так что у нас не больше тридцати минут.

– Так мало спишь?

– Не скажу, что я вообще сплю. Скорее пребываю в мире кошмаров.

– Тогда, – сказал Андрей, облизал пальцы и засунул еще один кусок себе в рот, – ближе к делу.

Блейк сжал кулак и увидел бумажную пачку сигарет рядом пепельницей на столе.

– Разве они не запрещены законом?

– Законы не распространяются на тех, кто их принимает. Хочешь попробовать?

– Нет. Мне дороги мои 15 минут жизни.

– Заебешься столько жить.

Андрей хлопнул в ладоши. Дверь в другую комнату приоткрылась и оттуда вышел робот-повар и взял пепельницу с сигаретами и подошел к барной стойке.

– Спасибо.

Андрей вытащил сигарету, достал зажигалку и сделал первую затяжку. Содержимое папироски, напоминающее смесь опилок и табака, затрещало. Дым вошел в легкие и задержался там на пару секунд. Затем он вытащил фильтр изо рта и с довольным видом причмокнул и выдохнул.

– У меня на нижнем этаже небольшая плантация табака. Так что… если передумаешь… где меня найти ты знаешь.

Блейк поморщился от сигаретного запаха и решил, что больше терять время на разговоры о том, о сем, он не хочет:

– То, что знание драконьего языка передалось нам в этот мир уже понятно. Но еще мне передался дар предвидения.

Андрей положил сигарету в пепельницу, засунул в рот кусок кекса и спросил:

– Предвидения? Я не ослышался?

– Да. Навык срабатывает тогда, когда мне угрожает опасность. Внезапно в голове пролетает вероятное будущее, на которое я способен повлиять.

Андрей постучал пальцами и отвернул голову и посмотрел на непрозрачные черные занавески, за которыми сверкнул белый свет молний, а спустя несколько секунд раздался гром. Он взял обратно свою сигарету и затянулся, как можно сильнее. Его зрачки чуть расширились и стали, как показалось Блейку, чуть яснее, словно в них вернулась жизнь.

– Знание языка, дар предвидения и все это за один день. И как такое прикажете понимать? Как ошибку разработчиков? Или нечто, сделанное намеренно?

– Я теми же вопросами задаюсь.

Андрей сделал последнюю затяжку и затушил бычок, закручивая его в стеклянную поверхность пепельницы. После чего его рука направилась в сторону кекса.

– Ты сказал, что тебе передался дар предвидения в реальный мир, выходит он ранее уже сработал, так?

– Да. Я хотел выйти из квартиры, коснулся ручки и в голове разыгрался вероятный исход, в котором я открываю дверь на лестничную клетку, а соседи, разговаривающие там между собой, вытаскивают оружие и направляют его на меня. Когда я вывел камеру наблюдения из спящего режима, то снаружи увидел у одного из них пистолет и выходить передумал.

– За тобой следят, но на прямой контакт не идут…

– Они выжидают.

– Тогда тут два варианта развития событий. Первый: разработчики знают то, что знаем мы. Они следят со стороны за нашим поведением. Из чего следует, что Guns and Magic – это какой-то тайный эксперимент над людьми. В действительности, мы уже наблюдаем тот факт, что игра изменила тебя настоящего. То есть чисто в теории они могут наделять людей суперспособностями или программировать их так, как им самим нужно. Второй: разработчики не знают, то, что мы знаем, ибо с таким они раньше не встречались. В таком случае, теорий о том, что на самом деле происходит огромное множество. От самого безобидного, типа, ошибки в технологиях, которые проектируют все ощущения виртуального мира на наши органы чувств и которые требуется немедленно исправить, если же они достанут доказательства, чем как раз и занимаются. До того, ну, не знаю, скажем, до того, что Талак – это реальная планета, данные о которой нашли хакеры, а мы все – невольные искатели ее загадки. При этом, чтобы создать наших персонажей на орбите летает супер-биолаборатория, которая бы постоянно создавала клонов наших персонажей после смерти, почти с таким же уровнем и запасом маны.

– Сомневаюсь, что изменение природы людей – самый безобидный вариант. По счастливой случайности или намеренно, но это меня пугает. Но, а что, если Талак и правда существует? Восстания, хакеры, вся эта безумная детализация, история, книги. Может ведь такое быть?

– Не принимай желаемое за действительное. Многое там можно найти в любой нормальной MMO. За исключением изучения языка и дара предвидения. Тут-то и возник просчет. Как бы то ни было, что в первом случае, что во втором, скорее всего нас “проведают”. И не ровен час, как в течение этой недели, а то и раньше кто-то из нас выйдет из VR и обнаружит вокруг себя столпившуюся кучу солдат с генералом во главе и немалым списком требований или же нечто подобное, но сделанное намного тоньше. Чтобы там ни было, все это слишком загадочно.

Блейк замолчал. Сердце билось как бешенное, а дыхание наоборот, замедлилось. Он делал небольшой вдох и выдох, словно боялся, что если будет делать иначе, то это выдаст его тайные желания.

– Вот что меня во всем этом пугает, – продолжил Андрей. – То, что может работать на благо, может работать и на зло. Удача, что мы прошли испытание Эймерлин и получили все то, что получили, но представь другую сторону медали. Скажем, ловушки-проклятия или некое заклинание меняющее сознание сразу. Как это будет отражаться на нас?

– Думаю, если с каким-нибудь игроком нечто подобное случилось, мы бы точно об этом услышали из новостей.

На поверхности барной стойки открылась крышка и вслед за ней поднялась кружка с горячим кофе. Андрей сдул пар и сделал маленький глоток.

– Все сводиться к одному – знают разработчики или не знают.

– Значит будем ждать.

Андрей сделал злобную улыбку и ответил:

– По опыту скажу, политики и главнокомандующие – это народ с огромной властью и маленьким терпением. Они будут наблюдать со стороны, как мы меняемся, если уже это не делают. Так что единственное, что мы можем – это добывать, как можно больше информации и обсуждать ее. Лучше в живую. Таким образом, кто бы из нас с ними не повстречался, у него будут козыри в рукаве.

– Я сделаю несколько записей о том, что нам уже известно и в дополнение составлю список наших догадок и фактов, на которых формируется наше мнение. Если со мной что-то случится, все узнают то, что знаем мы.

– Верно. Я поступлю аналогичным образом.

– Есть еще что-то, что я должен знать?

Андрей потер пальцы друг об друга, сделал глоток кофе и закурил еще одну сигарету.

– Если так подумать, игроки в начале релиза через столько прошли: пытки, насилие, жестокие убийства и прочее. Многим досталось. Сильно досталось. Разработчики целый месяц тянули с вводом хоть каких-то ограничений. Я сам, пользуясь связями и оставшимся влиянием, писал жалобы на особенно жестокие случаи. Интересно, возвращался ли кто-то после этого в игру…

– У меня серьезные подозрения на этот счет. Если тебя где-то выебали в жопу, повесили или медленно отрезали голову ножом, то ты вряд ли туда вернешься, м?

– Да, но ты бы написал заявление в полицию или в СМИ или обратился к врачам с какой-нибудь психологической травмой.

– Может такое и было, только дальше разговоров это не продвинулось.

– Черт…– сказал Андрей, а в его глазах появилась нотка страха. – Получается, что те игроки, которые научатся использовать магию, влияющую на подсознание игрока, смогут влиять не только на персонажа в игре, но и на человека в реальности. Поистине пугающая сила. Особенно, если этот “кто-то” поймет свои возможности.

– Ты слишком драматизируешь. Одно дело игроки, другое дело, то, через что прошли мы.

– Нужно сконцентрироваться на тех, кому повезло не так как нам. Если это подтвердится…

– Я здесь тебе не помощник.

– Само собой. Ты у нас одиночка и до исследовательского похода ты вряд ли о магии что-либо знал. Я проверю свои доклады и попробую связаться с жертвами. Там видно будет.

Блейк кивнул в знак согласия и посмотрел на время и сказал, что ему пора. Андрей вызвал такси и пока провожал гостя до лоджии, упал и разбил себе нос. Так несколько минут и пролежал, несмотря на попытки Блейка привести его в чувства.

– Роман? – спросил Андрей. – Когда ты успел прийти?

– Я Блейк.

Глаза Андрея распахнулись широко, а зрачки были все теми же бесцветными и едва зрячими. Нижняя челюсть повредилась о зубные имплантаты верхней и изо рта потекла кровь и челюстные ошметки.

Все роботы в доме собрались вокруг них и один достал шприц и воткнул содержимое Андрею в плечо, вторую иглу он воткнул в живот. Другие достали нитки и иглы и зашили раны и обработали их. Последние подняли хозяина на ноги, вытерли кровь и взяли его грязную одежду.

– Ты как? – спросил Блейк.

– Не помешает поспать чуток. Предлагаю встретиться через семь часов, я хоть и близок к смерти, но поспать люблю. И на всякий случай… то, что произошло между нами и Эймерлин – обычное боевое испытание, мы за него кроме опыта ничего не получили, понял? Все, иди. Такси, вон, стоит.

Глава 2. «Распятая мораль»

Прекрасное родится и умирает; рождаясь, оно начинает как бы быть и растёт, чтобы достичь полного расцвета, а, расцветши, стареет и гибнет. Не всегда, правда, доживает до старости, но гибнет всегда.

(с) Блаженный Августин

Шестью месяцами ранее…

Мужчина (Псевдоним «Могильный камень», глава гильдии Хашашины, уровень 17, 73%, четвертое место в рейтинге военной победы, ранг: военачальник) стоял на выжженной земле, окруженный десятками каменных глыб в три метра и более высотой, словно некогда в это место обрушился метеоритный дождь и так и застыл в вечности, в безвремении. В правой руке Могильный Камень держал длинную косу (на ее рукояти отчётливо виднелось два рунических знака, первый в своем иероглифе имел пять черточек, похожих на жилы, по которым течет мана, второй имел столько же, но по виду отличался), в левой – ППС-43. На голове цилиндр, на спине плащ. Тело все в лохмотьях и засохшей крови. Он вытащил лезвие косы из головы умершего офицера защиты, и затем на его персонаже навис штраф за ПК.

Перед ним образовалась группа из семи игроков с псевдонимами: Гра, Готон, Вайлин, Бернави, Хебаньяк (в белой маске с царапинами и небольшими прорезями для глаз), Леттаронган и Mercyaa.

– Зря вы встали на этот путь, – сказал Могильный камень. – Политика – игра грязная.

Хебаньяк атаковал первым. Он достал два пистолета и открыл огонь. Мужчина резкими движениями увернулся от выстрелов, а траекторию последней пули сместил лезвием копья. Готон присмотрелся и заметил, как тело врага покрылось прозрачной фиолетовой аурой, и первая руна на рукояти его оружия в этот момент засветилась сильнее обычного, а затем одна черта иероглифа потухла, остальные потускнели, но полностью вслед не угасли. Могильный Камень телепортировался за спину Бернави и отрубил ему голову. Следующую атаку он направил на Вайлина, но того спас от смерти щит Гра. Mercyaa и Готон отбежали на небольшое расстояние и достали автоматы Фёдорова и открыли огонь.

– Он блять телепортироваться умеет, – сказал Вайлин. – Как это возможно?

– А то, что он от пуль уворачивается, тебя не смущает? – спросил Гра. – Слишком круто для семнадцатого уровня.

Могильный камень закружился зигзагами на месте и отпрыгнул в сторону и спрятался за камнем дожидаясь, пока вторая руна откатится, а игроки начнут перезаряжаться. С первыми звуками падающих на землю магазинов, он выбежал из укрытия нацелил дуло ППС-43 и выпустил очередь. Игрок Mercyaa умер на месте, а его тело обратилось в пыль. Затем мужчина использовал телепортацию и оказался за спиной Гра и отрубил ему обе ноги – чуть ниже колена – и едва не попался на лезвие меча Вайлина и пистолетный выстрел Леттаронгана. Но успел схватить раненного и бронированного бедолагу за волосы и защититься его телом. Готон сменил позицию, дабы не задеть пулями товарищей и продолжил стрелять, но Могильный камень телепортировался снова и исчез.

– Ты успел посчитать откат телепортации? – спросил Хебаньяк.

– Бляха. Не знаю, – ответил Вайлин, сжимая губы и крутя головой. – Сука. Где-то десять секунд.

– Нужно перегру…

Враг появился из-за укрытия на высокой скорости и тремя пулями просверлил дыры в лице Леттаронгана – который явно не ожидал, столь скорое нападение – и скрылся. Готон прижался спиной к одному из камней, выглядывал и выпускал небольшие очереди в место, где предположительно находился враг, не давая тому подобраться к остальным. Хебаньяк тем временем начал двигаться по друге с противоположной стороны, стреляя на подавление. «Решили зажать меня», – сказал Могильный камень и сориентировался по местности, проводя в голове быстрый анализ в каком месте он будет легкой мишенью. Вайлин пошел в лобовую, думая куда тот в следующий раз телепортируется.

Хебаньяк нажал на кнопки в ручках пистолетов и оба магазина упали на землю, он потянулся к поясу и выдернул чеку гранаты и стал удерживать спусковой рычаг, перезаряжая один пистолет свободной рукой. Готон поступил точно также. Вайлин рухнул на противника сверху, размахивая мечами, разрезавшими лишь воздух и издающими вибрирующий металлический звук при столкновении лезвий о камень. Могильный Камень отразил весь натиск и с помощью магических заклинаний «Скорость ветра» и «Бешенный ритм» приготовился нанести в ответ смертельный удар. На его удивление Готон оказался за его спиной и открыл сплошной огонь. Мужчина увернулся от каждой пули, сделал два кульбита назад и тело его испарилось. В этот раз первая руна не активировалась. Уследить бы за второй еще. Мимолетная тишина пронеслась дуновением по раскаленной и скалистой равнине, а в воздухе прокаркали птицы Матафайре, ожидая начало трапезы.

– Следите за рунами на его оружии, они – ключ к его силе, – сказал в голосовой чат Готон, прежде чем ощутил лезвие косы, разрубающее его нижний таз.

ИЛС показал 2 секунды до выхода из игры по причине «смерть», и он разжал спусковой рычаг гранаты. Могильный камень заметил ловушку, и как только Готон испарился, а взрыв еще не раздался, он легким движением схватил гранату в воздухе и бросил ее в сторону Хебаньяка. Прогремел взрыв.

– Вот мы и остались один на один, – сказал.

Вайлин засунул мечи в ножны и достал из-за спины АС-44 и открыл огонь и заметил, как руна на косе активировалась и создала фиолетовую аура вокруг своего владельца. Мужчина запрыгал в кульбитах, уворачиваясь от каждой пули, а те от которых увернуться не смог, отразил лезвием оружия. Когда магазин автомата Судаева опустел, Могильный Камень остановился и направил дуло ППС-43 и выстрелил в ответ. Вайлин успел спрятаться за валуном и секундой позже увидел своего оппонента, появившегося перед его лицом и сообщение на черном экране: «Ваш персонаж погиб».

Послышался вой ветра и небольшой камнепад со стороны гор. Могильный Камень выпрямил спину и расправил плечи и выдохнул. Он посмотрел на рукоять косы, последняя черта иероглифа второй руны потухла. Затем он открыл ИЛС, нашел в списке друзей персонажа Кайрос (19 уровень, 88%, первое место в военном рейтинге) и написал: «Дело сделано».

Через несколько секунд мужчина увидел над собой открывающийся белый портал и светлую руку с мизинцем и большим пальцем сомкнутыми между собой, опускающуюся к нему все ближе. Эхом разразилось название заклинания «Прощение Владыки».

Божественное сияние исчезло, и в интерфейсе появилось сообщение: С Вас снят ПК дебафф. Контракт закрыт исполнителем без проверок.

– Ну вот и славно, – сказал он и сбросил с себя верхнюю одежду и использовал заклинание «увековеченье». На его обнаженной спине появились пять новых псевдонимов, коих было уже больше сорока. Все выписаны столбцом, как на могильном камне.

Когда мужчина оделся, в голову ударила мысль:

– Почему пять?

Предупреждение: эффект заклинания «Скорость ветра» прекратился; эффект заклинания «бешенный ритм» прекратился.

Он огляделся и увидел за камнем красные глаза Хебаньяка, смотрящие на него сквозь белую маску. Могильный Камень оскалился. Ведет запись видео через интерфейс.

– А я-то думал, как ты вечно остаешься без ПК дебаффа. Отныне ты, Кайрос и вся ваша шайка покинете ваши посты и не будете баллотироваться в верховных офицеров. Вряд ли остальным игрокам понравится то, чем вы промышляете за кулисами.

– Ты что же, малыш Хебаньяк, решил мне угрожать?

С этими словами, не дожидаясь ответа, мужчина побежал вперед сломя голову, замахнулся косой, но цели не достиг. Хебаньяк увернулся от режущего удара в кульбите и отпустил спусковой рычаг гранаты и отпрыгнул в сторону. Через три секунды прогремел взрыв. Все остались живы. Когда пыль и дым рассеялись, Могильный Камень без единой царапинки сбил пыль с одежды, а вокруг его тело вновь сияла фиолетовая аура.

Не телепортировался. Значит, глаза меня не подвели. Вторая руна выдохлась.

Хебаньяк подошел к вещам Вайлина и засунул свой пистолет обратно в кобуру и поднял мечи.

Сейчас я узнаю тайну твоей скорости.

– Хочешь потанцевать? – спросил Могильный Камень и бросил ППС-43 и схватил рукоять косы двумя руками.

Завязалось сражение. Лезвия сталкивались ежесекундно. Летели искры. Скрип металла резал уши. Из-под ног вздымалась пыль, осколки камней разлетались по сторонам. Они кружили в танце, парили и опускались на землю. Выдавали свой максимум, ускоряясь в темпе, и замедлялись, разрывая дистанцию.

Что-то не так… – подумал Хебаньяк и заметил, как свет первой руны по чуть-чуть тускнеет.

В небесах сверкнула зеленая молния и раздался первый гром. Лезвия оружия вновь столкнулись и ни на одну секунду более не умолкали, они вопили и кричали, неслись вперед, как стадо неотесанных варваров, они жаждали смерти врага, хотели увидеть страх в его глазах и испить его крови. Облака начали сворачиваться в трубочку и опускаться до земной тверди в страшных ураганах. Но даже природа оказалась не в силах остановить эту битву.

Могильный камень первый сбил темп. Хебаньяк, воспользовавшись шансом, извернулся, схватил рукоять косы и выхватил её и отбросил её в сторону и накинулся на безоружного, нанося один колющий удар за другим. Мужчина отступал, читал движения противника по глазам, уворачивался долго и сдаваться не думал.

Он становится все медленней.

Хебаньяк в пылу битвы не успел заметить, как в ладонях его противника скопилась мана и взорвалась и ослепила его на мгновение, но именно этого мгновения оказалось достаточно, чтобы Могильный Камень успел отбросить его в сторону и побежать к своей косе. Хебаньяк ринулся за ним, оказался намного быстрее и когда мужчина нагнулся, чтобы поднять оружие, острие меча оказалось в двух сантиметрах от его спины.

Это конец.

Внезапно фиолетовая аура покрыла тело мужчины и меч отлетел в сторону, словно его выбил незримый гравитационный импульс. Могильный Камень в приседе развернулся, махнул косой снизу-вверх и разрубил маску Хебаньяка пополам и отпрыгнул.

– Тебе сколько блять лет? – спросил он, увидев старческое, изуродованное лицо. – Выглядишь хуже некуда.

– Ты не уворачивался от пуль. Ты отталкивал их аурой.

– Балл за наблюдение.

Глаза Хебаньяка засветились огнями дьявола, его персонаж замерцал, то появляясь, то исчезая на одном и том же месте, словно завис в системе. После чего его параметры изменились, и магия с нуля поднялась до двух пунктов. Их взгляд столкнулся.

– Пора погрузиться в мир хаоса и отчаяния… – жутким голосом сказал он и произнес заклинание. – «Псевдо реальность»!

Скалы тотчас исчезли, буря прекратилась. Мужчина моргнул, а после нашел себя прикованного к деревянному столу в одних трусах. Над ним навис Хебаньяк и достал нож и стал разрезать его кожу и кусками бросать на землю.

– Ебать! Нихуя себе! – закричал Могильный Камень с выпученными глазами и окутанный невиданной болью. Хебаньяк заткнул ему рот кляпом. Вокруг начали появляться копии мужчины, у некоторых отсутствовали глаза, у других горели волосы, ноги, руки, все кричали и растекались либо в луже собственной крови, либо в огне, словно сыр в печи, и всю эту плеяду ощущений он испытывал на себе одновременно.

Когда Хебаньяк отрезал скальп и содрал кожу с лица, мужчина выплюнул кляп и выдавил из себя заклинание:

– «Магия иллюзий. Перерождение»!

Мир вернулся в прежнее состояние. Могильный Камень упал все еще ошарашенный случившимся. Перед ним в нескольких метрах стоял Хебаньяк, который секундой позже схватил меч и побежал вперед. Я не ранен, я не ранен, – повторял тот, - начни уже шевелиться, блятский рот! Лезвие меча остановилось в паре сантиметров от его шеи. Он отразил удар, сидя на коленях и вскочил на ноги, прочертив в прыжке косой восьмерку. Хебаньяк разорвал дистанцию.

– Ладно, признаю. Ты умеешь скрывать таланты, но я бы для убедительности еще под идиота косил. Но главный вопрос не в этом, а в том, что ты хочешь узнать, как у меня получилось развеять заклинание и остаться в реальности целым и невредимым, м?

Только Хебаньяк открыл рот, как мужчина телепортировался ему за спину и отрезал ему ноги, а затем голову и улыбнулся и сказал:

– Я знал, что магию иллюзий, которую ты используешь, может победить только точно такая же магия. К моему счастью я ее изучил месяц назад и, если бы ты не заткнул мне рот, мои мучения прекратились куда быстрее. В общем, я просто переродился в твоем мире, дабы излечиться от ран в этом. Наложение сторонней иллюзии в мире иллюзий нарушает баланс заклинания, и оно прерывается. Последний совет, – сказал он и сел на корточки и взял с земли горсть праха и смотря на нее продолжил, – с врагом нужно драться, а не болтать. К тому же я и без рун умею телепортироваться.

Могильный камень посмотрел на быстробегущие облака и почувствовал, как потяжелел воздух. Надвигалась погодная аномалия: Кислотный дождь. Он достал палатку и спрятался в ней и подумал: Почему этот старик не использовал свою силу сразу? У них бы было больше шансов… Если только… Могильный Камень улыбнулся. Не хочешь делиться силой, малыш Хебаньяк? Не хочешь.

Мужчина открыл ПМ и написал Кайросу:

Плохие новости.

***

Блейк вернулся домой и после в течение следующих двух часов подготавливал свой козырь, но столкнулся с проблемой таймера. В этом случае ему потребуется подтверждать свое существование через специальное приложение каждое n-ое количество времени на компьютере, который находится у него дома. И исход у такого плана один (в представлении Блейка): к нему заявляются представители внутренней полиции и пытаются его убить, а после просто уничтожают всю технику в доме, отчего план терпит крах. Ибо приложение нельзя настроить таким образом, чтобы при уничтожении компьютера сработал бы триггер на отправку информации в СМИ.

Поэтому после еще одной пары часов размышлений Блейк нашел иной вариант – присоединиться к независимому облачному сервису, расположенному на девятой искусственной колонне солнечной системы автономного округа Форсан. Софт разработан фирмой Cosmic Gongyan и легко настраивается под нужды пользователя. Вытащить оттуда информацию у международной власти будет практически невозможно, даже с ордером. С техникой дома она никак не взаимодействует. Блейк поместил в приложение зашифрованные данные, синхронизировал их со своим интерактивным браслетом ПДЗ⁴-2 на руке и поставил условие, если его пульс понизиться до нуля, то в течение часа, вся сохранённая информация разлетится по глобальной сети.

После чего он завалился на час в кровать, поворочался и, решив себя более не мучать зашел в игру.

Загрузка…

Информация #47: в некоторых подземельях отсутствуют финальные боссы. Такие места называются «Фармзоной», так как там можно встретить огромные скопления монстров, которых можно убивать до бесконечности.

Загрузка продолжается…

Информация #48: подземелья с финальными боссами будут считаться пройденными, как только оный будет повержен. После чего подземелье уходит на откат для всех игроков.

Осталось совсем немного…

Обновление от 09.09.2311.

Изменение: по многочисленным просьбам высокоуровневых игроков мы добавили в магазин Авангарда арсенал периода войны во Вьетнаме.

Напоминаем, что оружие Первой Мировой войны доступно игрокам с первого уровня; Второй мировой войны – игрокам с десятого уровня; войны во Вьетнаме – игрокам с двадцатого уровня.

Загрузка завершена.

Ронни открыл глаза и выбрался из своего убежища. Рядом находился Иллисех в своей палатке, храпел со свистом. Привычки реальности переносится в игру? – подумал он и поморщился. Затем Ронни осмотрел пространство вокруг него еще раз. Двери распахнулись. Остальное без изменений.

– ИИ.

– Слушаю Вас.

– Есть ли какие-нибудь новости от исследовательского отряда или гильдии Хашашинов?

– Информация недоступна.

Ронни посмотрел на время. Иллисех вернется в игру примерно через полтора часа. Он решил никуда не уходить, остаться на месте. Расстегнул рюкзак, вытащил оттуда стальной шомпол в пластиковой оплетке. Затем положил на землю Barrett M107A1, предварительно вытащив магазин и патрон из патронника. При помощи шомпола пропустил через ствол (от казны к дулу по естественному движению пули) поочередно три патча, смоченных щелочной смазкой, затем подождал пять минут и взял патчи, но уже сухие, прогонял их один за другим до тех пор, пока они не начали выходить чистыми.

Все это дело заняло у Ронни двадцать минут. В поисках нового занятия он вспомнил о книге, которую нашел в пустыне Неприл. Ника наверняка отправила ее на аукцион, – подумал он и проверил: вывел ИЛС из спящего режима, зашел в нужную вкладку и настроил фильтры. Успех. Она действительно находилась в продаже под неизвестным названием и на неизвестном языке. Впрочем, таких книг, как оказалось было всего шесть и если бы Блейк не вспомнил обложку, то на этом бы история и закончилась. Возможно, подумал он, стоит купить их все, на будущее, но денег у меня не так, чтобы много. Люди, занимающиеся куплей-продажей всегда понимали ценность неизвестных артефактов, а потому ставили на них космические цены, ибо в будущем может случиться так, что вещи эти будут стоить куда дороже, а может и дешевле, всё на страх и риск покупателя.

– ИИ.

– Слушаю Вас.

– Если я куплю книгу под лотом №313, ты сможешь ее оцифровать и дать мне ее полистать через интерфейс?

– Данная книга в любом случае доступна только в электронном виде. Твердый переплет продавец решил оставить себе. Если же говорить более глобально, то книги, попадающие на аукцион, оцифровываются прежде, чем показываются потенциальным покупателям. Так что ответ – да. У Вас появится новая вкладка рядом с бестиарием. Там Вы ее и найдете сразу после совершения сделки.

– Расскажи мне тогда вот еще что. Почему одни книги оказываются на аукционе, а другие в бесплатном доступе в библиотеке Авангарда?

– Все зависит от продавца. Он может передать книгу, написанную им самим (чаще всего это гайд по прокачке или по использованию какого-то типа магии), либо найденную где-либо за символическую плату в библиотеку и с каждого прочтения получать небольшой доход, либо выставить ее на аукцион, тем самым передав все авторские права покупателю.

– Я понял. Спасибо.

– Всегда к Вашим услугам.

Ронни купил лот №313 за 340.000 CP, после открыл цифровую копию книги в ИЛС, выбрал первую страницу и начал читать.

***

День 1-й.

Нртвиндст, волею Драконов Всевышних, в коих мы не верили, замка Их могущественного, находящегося в небесах к северу от Фринзповых островов забытых, я – первый избранный Ими, пишу тебе. Хочу, чтобы тебя в будущем настигла та же благодать, что и меня сейчас от Их имени.

Всю жизнь, Нртвиндст, мы были слепы и не знали правды, но она открылась для меня в самые мрачные из дней моих. Тогда, когда сидел я в клетке размером с дворец Нарглака, что в южной пустыне и думал о том: увижу ли я свет или тьма нависнет надо мной до вздоха моего последнего. Я рад, что ты не пошел в поход со мной, ибо все те, кого считал я своими друзьями предали меня и отдали на съедение Им.

Но Они мудры и милосердны, я умолял Их разрешить мне стать Их почитателем и Драконы согласились. Я прошел церемонию под землей, в самых недрах тьмы. В тех местах находился источник, наделивший меня Великим Благословением. Отныне и вовеки веков я буду создавать из грязи воду, а из камня хлеб. Мы не будем голодать, но будем помогать тем, кто в этом нуждается, во славу Драконов.

Мое откровение, которое дали мне Они, чтобы показать рабам Своим, чему надлежит быть вскоре, и которое Они дали как знамение, послав меня – Пророка Своего на землю обетованную.

Будет блажен ты, Нртвиндст, ибо ты первый читающий слова этого пророчества и надеюсь в будущем, ты примкнешь ко мне, к Пророку. С этой самой поры Пророк есть имя мое. Первое слово на новом языке в новом мире, которому я тебя обучу, как обучу и другому.

С этого момента отсчет времени Наш более не верен, и так сегодня не 13 ноября 3401 года от зарождения первого сознания, а двенадцатый день по календарю Райзека – Верховного Дракона – 13877 года. Мир, куда древнее, чем мы думали, и это первая истина, которую я дарую тебе и коих я открою еще немало и буду писать тебе до тех пор, пока я, Пророк, выполню миссию, возложенную на меня. Скоро я сойду на землю в северной части города Окниприс и отправлюсь к тебе на юг, пройдя горный хребет Нкнраф. Буду идти пока не встречу тебя лично.

***

Ронни с трудом разбирал, что там написано – все названия не имеют ничего общего с теми, которые существуют сейчас, по крайней мере из известных. Однако он заметил, что дворец Нарглака, судя по всему, находился в пустыне Неприл. Горный хребет Нкнраф, скорее всего это горы Ородрим Еоул и если посидеть и поразбираться, то возможно, эта книга расскажет ему предысторию существ, ранее живших на Талак, однако насколько это ‘ранее’ сказать невозможно, ибо никаких дат, соотносящихся с календарем людей нет. Интересно, какой расы тот, кто пишет все это. Почерк же, к слову, тоже оставлял желать лучшего, как и слог. Обе эти причины объясняют почему чтение происходило так медленно, что в действительности плохо, постольку поскольку разработчики (если отталкиваться оттого, что они не знают о его даре языка) могут понять, что он на самом деле читает, а не просто листает страницы.

Тогда Ронни открыл ИЛС, зашел на аукцион и, не жалея большую сумму своих накоплений, скупил все книги. Открыть их и полистать он не успел. Прошло уже два часа и Иллисех вернулся в игру, собрал свою палатку из полиэфирной ткани и поприветствовал друга. О своих покупках Ронни решил пока не сообщать.

Не тратя время напрасно, они зашли в открытые врата и направились вперед по дороге. Новый тоннель оказался куда больше предыдущих. Круглый, широкий. Если представить тут рельса, то тут вполне могли бы поместить и ездить поезда, впрочем, скорее всего через год, когда этот поход будет вспоминаться, как страшный сон, эту идею кто-то, да и воплотит в жизнь.

Пространство вокруг освещали магические белые кольца, установленные друг от друга на расстоянии в десять метров и расположенные вдоль всей оси тоннеля. Они направляли путников к маленькой горящей звездочке впереди, подобно незримым ангелам летающих в кольцах эмпирея, с той лишь разницей, что этому свету победить тьму вряд ли под силу.

Маленькой звездочкой оказался цветок похожий на ромашку. Его лепестки сияли ярче прожектора на маяке. Он потянулся на встречу путникам.

– ИИ.

– Слушаю Вас.

– Ты знаешь, что это за растение и какие у него свойства?

– Да, – ответила ИИ, – Вы можете создать отдельный канал связи с персонажем Иллисех и разрешить мне голосовой доступ, я расскажу вам обоим.

Ронни произвел настройку и они услышали женский голос:

– Цветок называется «Лач Мерил», в переводе означает «Пламенеющая Роза». Впервые, его заметили рядом с озером Та'эсель. Очевидец утверждал, что перед тем, как цветок вырос и обрел свое ослепительное сияние, в этом месте кружили существа похожие на гарпий бело-металлического цвета, а когда они улетели за облака, лепестки распустились. Когда же очевидец сорвал Пламенеющую Розу, локация озера в радиусе нескольких километров погрузилась во тьму на две недели, а потом «Лач Мерил» вырос снова и свет вернулся в те края. Больше цветок никто не срывал. Пламенеющая Роза символизирует конец света, буквально, за которым следует одна только тьма.

– Ну понятно, – сказал Иллисех. – А целебные свойства какие-нибудь у него нашли?

– На данный момент единственный экземпляр находится в главной лаборатории в Отроне в алхимическом районе и принадлежит гильдии Мастиф. Кроме его свойства ярко-светить, находясь в земле, никто ничего более не обнаружил.

– Что думаешь? – спросил Иллисех безразличным, тихим и монотонным голосом, сверля взглядом цветок.

Ронни закрыл голосовой канал связи и ответил:

– Засуну себе в рюкзак, может и пригодится.

– Слышал притчу про осла на дороге?

– Нет.

– Точно не скажу, но сюжет был такой. Едет мужик на повозке, встречает на пути осла, слабого такого. Останавливается и думает, взять не взять с собой. «Пригодиться, наверно», – сказал он и взял осла. Через год он возвращается на этот же путь и оставляет осла на том же самом месте со словами: «Не пригодился». Ты понимаешь к чему я веду?

– Да, – ответил Ронни и сплюнул и сел на корточки и сорвал цветок и все тут же заполонила чернота, густая, точно смола. Лепестки «Лач Мерила» потухли одновременно с кольцами, которые освещали тоннель до этого. Стебель, оставшийся в земле, сгнил и рассыпался. Оба застыли, слушая, как шуршат их ботинки по каменистой поверхности дороги.

– Ну ебана, – выругался Иллисех.

– С нас не убудет, все равно я к темноте уже привык.

Иллисех использовал призыв световой сферы и отправил ее им обоим за спину и сказал, когда они направились вперед:

– Я тут вот о чем еще подумал, у доппельгангера, который оставил тебя в живых в лесу был такой же амулет, как и у тебя, верно?

– Похож, но не один в один.

Иллисех пощелкал пальцами погрузился в раздумья. На потолке, по мере продвижения, обнажались из тьмы сталактиты, и чем дальше они шли, тем большие их становилось. Их белая и острая форма напоминала дьявольские клыки, которые в этой жуткой черноте вот-вот схлопнутся и проглотят свою добычу. Всё вокруг, казалось, несло в себе угрозу и неровен час, как тьма распахнет незримые ворота ада кромешного и оттуда, без предупреждения, выползет наружу самый страшный кошмар, что можно себе представить и вот он, возьмет, да и лишит этих двух путников, утонувших в водах неотвеченных вопросов и непонимании мира, жизни. Ибо на то природа и существует, дабы напомнить человеку, что он мал и слаб, а все его прогнозы сбываются лишь в периоды затишья.

– Монстры начали к тебе относиться иначе, как только у тебя появился амулет, так?

– Только сознательные, в бестиарии их раса называется «Орки», в которую входит еще несколько подрас.

– Интересно, сколько всего этих амулетов? Полагаю, чуть больше, чем два. Скорее всего амулет наделяет тебя каким-то привилегированным статусом в их глазах. Узнать бы каким.

– Уверен, шанс спросить еще представится.

Иллисех вздохнул и остановился. Ронни прошел чуть дальше и развернулся в пол-оборота и увидел темный силуэт товарища, освещенного со спины светом сферы и спросил:

– Чего встал?

– Записываю в блокнот все неизвестные, чтоб не забыть о них. Их последнее время много накопилось.

– Пришлешь мне чуть позже?

– Без проблем.

Темный, душный тоннель извивался, точно раненный китайский дракон в небесах, уводя путников по своим прогнившим, зараженным скверной, кишкам, где в темноте зловонных внутренностей таились полчища паразитов, хищников и падальщиков, которые от голода и безумия нападали друг на друга, рвали острыми когтями глотки, а затем вытаскивали первым делом сердце из тела жертвы и устраивали себе трапезу, закусывая потом требухой.

Хоть маленькие монстры были жестокими и кровожадными, Иллисех с Ронни внимания на них не обращали, пускай веселятся сколько душе угодно, главное, чтобы их не трогали. А у тех в свою очередь и в мыслях подобного не было, ибо как только оба путника оказывались в паре метров от какого-нибудь Ламансаига (пещерное существо с носом пеликана и телом летучей мыши), тот ощущая разницу в количестве маны, отпрыгивал куда подальше и сверлил их своими маленькими булавчатыми глазами, опасаясь, что те заберут его пищу.

Тоннель сужался и расширялся в течение часа, а затем на стенах начали появляться тусклые бледно-желтые огни факелов, они замедлили шаг.

– Интересно, что ждет нас впереди.

– После Эймерлин вряд ли меня что-то еще удивит так сильно, – сказал Ронни.

– Присмотрись вперед, – прошептал Иллисех и жестом остановил товарища и ткнул пальцем на какое-то неизвестное существо, наполовину сокрытое тенью. Его ноги, руки и тело состояли из гнилых корней, тонких и скрипящих. Ростом не ниже пяти метров, и в тоннеле оно стояло в согнутом положении, в три погибели. Верхняя часть головы повторяла форму человеческого черепа, а вместо челюсти длинные ветки, воткнутые в тело мертвого на земле монстра. По их маленьким и едва заметным венам существо всасывало кровь, издавая демонический гул. Оно пило так увлеченно и жадно, что не замечало ничего вокруг.

– Что делать будем? – прошептал Ронни, но звон в его голосе присутствовал.

– Ну можем оценить обстановку, пообщаться перед битвой, как это в фильмах делают.

– А затем внезапно остановимся в середине и обсудим умения врага и новую стратегию против него?

– Ага, а потом тебя убьют, а я буду скорбеть над твоим телом минут пять.

– А монстр будет на тебя смотреть и ждать.

– Да, так все и будет.

Оба посмеялись и Иллисех без дальнейшего обсуждения призвал три световые сферы и использовал заклинание «Пробитие». Монстр, заметив атаку, отпрыгнул назад и врос в потолок таким образом, что, если не видеть происходящего несколькими секундами ранее, можно было бы предположить, что там просто растут лианы или плющ.

– Он нас за идиотов держит? – спросил Ронни.

– Не знаю.

Иллисех пустил две сферы вперед, взорвал их. Пространство озарилось ослепительным светом, которое после заклинания «Sacra flamma» превратилось в белое пламя и сожгло монстра дотла.

– Насколько жестокие, настолько и тупые.

– Интересно, жестокость как-то коррелирует с интеллектом?

– Жестокость приходит тогда, когда слова перестают иметь вес. В политике я такое встречал ни один раз и каждый раз убеждался, что это самая большая наша ошибка.

– На военных операциях все иначе.

– Да, но солдаты – это запущенный процесс, который не остановить. А запускается он вышестоящими командирами. Поэтому и говорю: самая большая ошибка.

Они подошли к жертве и распознали в ней маленького бесполого монстра, неизвестного системе. Его глаза выколоты, язык отрезан, оба крыла оторваны, а из спины вытекала бардовая кровь. В многочисленных сквозных дырах в теле вздувались и лопались пузыри, а в резанных ранах в районе ног и живота можно было разглядеть внутренности и кости. Монстр шипел и стонал в унисон, а его конечности непроизвольно дергались. Ронни достал пистолет Стечкина и его полоса опыта прибавилась на 5%.

– Много же за него дали.

Иллисех увидел в ИЛС запись: Ваш уровень повышен до 16! Поздравляем! Он никак не среагировал, только сплюнул на труп и вытащил два сканирующих чипа и сказал: «Займемся ими».

Далее на пути в течение пары минут они наблюдали почерневшие останки, прах, обагренные кровью стены, десятки изуродованных существ Морнажар и еще несколько Ламансаигов. Все валялись в разных позах, в которых застигла их смерть. Некоторые уже распухли и гнили, другие обескровлены и освежёваны, готовые в любую секунду стать блюдом на пиру.

За камнем на два часа, Ронни услышал писк, и там он обнаружил маленькую крыску. Ее лапки кто-то оторвал, а тельце прибил тоненькой веткой к земле, словно доску пригвоздил. Он вытащил охотничий нож и отрезал ей голову, затем воткнул сканирующий чип и пошел дальше.

Еще через полчаса сделали перерыв, восстановили выносливость. Костер разожгли рядом с какой-то дохлой сюрреалистичной тварью. Из ее головы выкатились мозги, рот разорван до ушей, большая часть тела состояла из трухлявых веток и корней.

– Видимо они засыхают после смерти, – сказал Иллисех.

– И становятся отличным топливом для путников, – ответил Ронни и оторвал ее руку и бросил в огонь.

Так они сидели, смотря друг на друга сквозь языки пламени и думали о чем-то о своем, время от времени отрывая от мертвого монстра куски его тела или его внутренностей. Одинокие, бренные, томящиеся души в забытом богом месте, словно грешники в утробе самой преисподней.

– А твое заклинание, которое воссоздает внешность существа при жизни, его можно вот на этого чудика использовать?

Иллисех монотонным голосом, не отрывая взгляд от огня, ответил: «Можно».

– Не хочешь узнать, каким он был раньше? – спросил Ронни и сорвал небольшую часть его кожи, точно кору с дерева и подкинул в огонь.

– Нет.

Дым от костра вздымался до потолка и расползался по нему туманной пеленой, что уходила в мелкие трещины и дыры. А языки пламени, подобно рукам грешников во время молитвы тянулись к небесам, окутанные безмолвной тишиной этого мира. И никто их не слышал, и никто не обращал на них внимания, но почему-то они не останавливались и не сдавались.

– У меня ведь параметр магии поднялся, – сказал Ронни. – А я до сих пор не использовал ни одного заклинания. Я читал статью, что управлять магией все равно, что управлять сном. Но вопрос, как научиться управлять сном? Это очень сложно. Затем я вспомнил, как Латлудиус однажды проговорился, как пользуется магией он. Будто ты представляешь в голове то, что должно произойти дальше, а затем, если маны на это хватает, все срабатывает.

Иллисех задумался и отвлекся на несколько секунд на мерзкий запах сгоревшего ливера и странный вой неподалеку и ответил:

– Мне кажется так оно и есть.

– Получается, что параметр «реакция» влияет на скорость каста?

– С чего ты это взял?

– Ну, тебе же нужно быстро среагировать в зависимости от обстоятельств, потом представить какой-нибудь защитный щит и только после этого, он сработает.

– Я не думал об этом в таком ключе, но звучит правдиво. Однако, ты же не думаешь, в то время, когда стреляешь? Ты на подкорке понимаешь, куда полетит пуля и что произойдет. Твой мозг это просчитывает. Если долго использовать магию, то она будет работать, как выстрел из винтовки.

– Я читал, что осознанные сновидения влияют на психику, это правда?

– Да. Люди, которые каждую ночь контролируют свои сны сходят с ума.

– А в игре – это так?

– Пока что еще нельзя судить наверняка, но, если у меня изо рта потекут слюни, а речь станет бессвязной, значит все правда.

Ронни подбросил еще немного сухих внутренностей монстра и продолжил:

– Я думаю, магия здесь имеет много негативных последствий. Если мы так быстро нашли одно, то скоро найдем второе и третье. Так обычно и происходит, чем глубже капаешь, тем лучше понимаешь все риски. Магия должна быть дополнением, а не основным оружием.

– Хочешь попробовать? – спросил Иллисех. – Представь, что язык пламени превращается в круг и двигается, словно змейка, по той же траектории, что и твой указательный палец. Затем подумай над тем, как заклинание кончится, и вуаля, готово. Главное избавься от любых других мыслей в голове.

Ронни так и поступил и вытянул указательный палец и пламя ему подчинилось и покрутилось в воздухе и врезалось в стену, после чего потухло.

– Неплохо для первого раза, – сказал Иллисех.

Ронни улыбнулся.

Как только пришла пора двигаться дальше, они бросили в костер тело монстра – предварительно его отсканировав – посмотрели, как оно шипит и плавится, и как глаза раздулись до неестественных размеров и лопнули, и направились вперед.

В течение следующего часа на пути никого не встретили, а чуть погодя Ронни почувствовал сквозняк, прохладный и мягкий. Даже воздух стал каким-то разряженным.

– Ты тоже это почувствовал? – спросил он.

– Думал, показалось. Идем.

Они ускорились в шаге. Тоннель сужался и когда оба не смогли идти рядом, Ронни встал впереди.

– Там выход, – сказал, – видишь?

– «Бесшумная поступь», – произнес заклинание Иллисех, затем подождал пять секунд и произнес следующее, – «Массовое покровительство». Это на всякий случай.

Ронни достал винтовку и снял ее с предохранителя. Двигался на корточках. Иллисех за ним, готовый ко всему. Из пещеры впереди послышались звуки, когда прислушались, то поняли, что это не драконье наречие, и не вопли бессознательных монстров, а гомон, издаваемый игроками на своем родном языке.

– Они обсуждают какие-то мечи, – прошептал Ронни и скривил гримасу, – какого черта тут происходит?

– Быстрее доползешь до выхода, быстрее узнаешь.

– Ладно, – ответил и пошел вперед.

Дойдя до небольшого выступа, напоминающего язык великана, Ронни взглянул вниз. Он застыл, между бровями появилась складка, лоб наморщился еще сильнее.

– Это что блять вообще за хуйня?

***

Иллисех немного подвинул Ронни и посмотрел вниз. Там он увидел арену, которая парила над землей. Под ней лежала куча трупов разных рас и монстров, невиданных ранее. А на ней расположился огромный лагерь с множеством палаток перед которыми сидели кузнецы, алхимики и оружейники. Каждый занимался чем-то своим. На двенадцать часов, около десятка игроков бегали и прыгали с оружием в руках через самодельные препятствия. Другие, что находились чуть левее, тренировали реакцию и уворачивались от прямых колющих атак мечей. На восемь часов красовался золотой пирамидальный храм, на каждом уровне которого лежали монстры, напоминающие статуи при входе, только одни были с разорванной грудной клеткой и выпотрошенными наружу внутренностями, а другие с отрезанной головой.

В самом центре этого тренировочного лагеря стоял металлический крест, а на нем прибитый гвоздями (на которых, если внимательно присмотреться, то можно увидеть рунические символы) по рукам и ногам промежуточный монстр-босс (предположительно) с опущенной головой. Его длинный язык вытянули и приковали к левому плечу охотничьим ножом. Судя по внешности – эльфийка, – подумал Иллисех. Кожа темная, глаза и длинные волосы белого цвета. Вдоль всего ее обнаженного тела виднелись засохшие ручейки крови, колотые раны, пулевые отверстия, а в некоторых местах она уже начала гнить и разлагаться. Ступня левой ноги лежала отрезанная перед ней. Рядом с этой бедолагой подвергнутой изрядным пыткам, сидел менестрель и играл на укулеле. Он мастерски перебирал струны, а музыка лилась подобно небесному ручью по голубому небу. Магическая и невероятная.

На потолке виднелась небольшая дыра. Иллисех заметил, как один из кузнецов прикрепил к БПЛА меч, а затем отправил его наверх.

– Это что блять вообще за хуйня? – спросил он.

В самой нижней части платформы, несколько людей в белой форме и мечами в руках отпиливали конечности монстрам, похожих на пауков. Кожа у этих существ – серая, под ней просвечивались дугообразные ребра; глаза, рот, уши, нос отсутствовали на лице. На нем вообще ничего не было. ИИ сообщила, что данные об этих монстрах поступили в бестиарий три часа назад. Они считаются сильными противниками, чьи конечности могут превращаться в лезвия и растягиваться на три метра вперед. Там же висел флаг с названием гильдии. Когда Ронни обратил на него внимание он сказал:

– Это точно ни один из моих кошмаров?

Внизу он увидел игрока, возглавляющего рейтинг военной победы – WildDron (уровень: 27, 32%). Он, руки в боки, стоял прямо под ними с поднятой кверху головой и рассматривал с улыбкой на лице новоприбывших гостей. Когда Ронни встретился с ним взглядом, к лидеру гильдии 666 подошел Fremaho (23 уровень 97%, место в военном рейтинге 14, с недавних пор входит в должность первого заместителя).

Уровни растут, как на дрожжах.

– Вам помочь спуститься вниз? – спросил Fremaho на повышенных тонах.

– Да, – ответил Иллисех.

Маг вытянул руки перед собой и произнес заклинание «Уменьшение гравитации».

Когда Иллисех и Ронни слетели на платформу, вокруг них столпились солдаты, одетые в военную форму с ДП-27 в руках. Самый маленький уровень, который смог найти Ронни был двадцать первый.

– Давно не виделись, боец, – сказала Xenonna (23 уровень, 97%, место в военном рейтинге 12).

Ронни повернулся в ее сторону и качнул головой в знак приветствия.

– Вы что здесь делаете? – спросил Fremaho.

Иллисех осмотрел игроков вокруг. Все перестали заниматься своими делами, стояли напряженные, указательные пальцы на курках, а со стороны, где сидел менестрель началась песня под бренчание укулеле:

Тьма плыла в места, неведомые нам

И там она, в незримой и неведомой дали,

У моря полного смолы, о коем знать мы не могли,

Из черных туч густого мрака, извергла ливнем страшным, кровавые тела.

Я сел на камне, присмотрелся,

В тот дальний и жестокий мир,

В чьих водах мрака, крови, гнили, дорогу проложили,

Для тех кто праведен, но слеп, погибшие в обжорстве лжецари.

– У нас тот же вопрос, – ответил Иллисех. – Не говорите мне, что не слышали об Альянсе гильдий, которые собирались прямо перед единственным входом в это подземелье.

– Ты кого-нибудь видел перед входом, Denzie? – спросил WildDron делая акцент на букве “о” и “р”.

– Нет.

– А ты, Fremaho?

– Никто мне путь не преграждал.

– Мы нарушили какие-то правила? – спросил WildDron. – ИИ меня ни о чем таком не предупреждал.

– Я говорю о правилах не игровых, а правилах этических. Последние два месяца мы собирали сильных игроков, обучали новичков с нуля, тратили свое время ради того, чтобы зайти в это подземелье и выбраться по ту сторону гор. А вы, зная, что вас никто не потревожит, в периоды сборов, спокойно пробрались сюда, поднимали уровни, проводили исследования и ни с кем ничем не делились. Не знаю, как в вашем мире, но в моем, если кто-то старается поступать правильно, на благо всех остальных, ему стоит помогать, а не пользоваться его добротой, особенно если этот «кто-то» работает в правительстве и имеет власть куда больше, чем вы можете себе представить. Народу такое не понравится, когда они об этом узнают.

Игроки насторожились еще сильнее и стали приближаться к незваным гостям с угрожающим видом, но дула никто еще не поднял. Ронни расправил плечи и встал полубоком и плавно положил левую руку на кобуру с пистолетом. Fremaho сощурился и почувствовал, как у Иллисеха мана, наполняющая воздух, начала собираться во всех частях его тела и преобразовываться в свет.

– Мы игровые новости не читаем, – сказал Denzie (23 уровень, 97%, 13 место в рейтинге военной победы), – нам это за ненадобностью. И здесь мы базу основали полгода назад. К тому же ты вряд ли можешь предугадать, как народ отреагирует. Игрокам нравятся смелые поступки, так что если решишь о нас рассказать, то вперед и с песней.

– Если кто-то из вас поднимет на меня или на моего товарища оружие, здесь начнется бойня. Но она ведь никому из нас не нужна, верно? – спросил Иллисех.

Игроки остановились. Напряжение росло. Из толпы вышел игрок с псевдонимом «Могильный камень» (уровень 22, 17%, 103 место в рейтинге военной победы) и киркой на плече (в рукояти которой светились ярко-синим цветом четыре руны), в шахтерской одежде и с сажей на лице. Говорил он быстрым, четким и бесстрашным голосом.

– Есть правило. Когда правительство или любой представитель верховного эшелона говорит нам что делать или как думать, я делаю совершенно наоборот. Потому что на самом деле добро, которое вы якобы делаете для народа, на самом деле работает исключительно на ваши нужды. И как только ваша цель будет достигнута, все о ком вы якобы заботитесь оказываются выброшенными на произвол судьбы.

Иллисех повернулся к нему и ответил:

– Офицеров на Талак выбирают игроки, которые им доверяют, а мы в свою очередь делаем все, дабы их не подвести. Сам прекрасно понимаешь почему. Но если кто-то из офицеров нынешних или прошлых поступил с тобой несправедливо, он понесёт за это ответственность. Не расскажешь, что случилось?

Все ждали ответа Могильного камня. Ронни видел, как его зубы стиснулись, губы побелели.

Едва сдерживает эмоции?

– Вы вторгаетесь на нашу личную территорию, бросаетесь обвинениями, а потом угрожаете бойней? Как-то не по офицерски, не думаешь?

– Если бы 666 не играли в темную, ничего бы из этого не случилось.

Кирка Могильного Камня загорелась фиолетовым цветом. Игроки все чаще начали переглядываться между собой. WildDron и Fremaho стояли с каменными выражениями лиц, а затем лидер гильдии засмеялся, словно Санта Клаус, раздающий детям подарки на празднике и крикнул:

– Расслабьте булки, мужики! Какие-то мы здесь уж слишком напряженные! Давайте все успокоимся, переведем дух. Иллисех, Ронни, идем в нашу палатку, там выпьем водки и поговорим, как нормальные, сдержанные люди. Окей? Окей.

Могильный камень сплюнул и ушел. Остальные, как один, поставили ДП-27 обратно на предохранитель, синхронно развернулись – каждый в свою сторону – и ленивой походкой отправились обратно по своим делам, словно сломанные НПС, которых система перезагрузила и отправила на первоначальную точку, выявив в них критическую ошибку.

Xenonna подошла к Ронни и уставилась на его снайперскую винтовку и сказала:

– Barrett M107A1. Полуавтоматическая снайперская винтовка. Впервые произведена США в 2011 году. Калибр .50 BMG. Скорость выстрела 853 метра в секунду. Эффективная прицельная дальность два километра. Да, тут у тебя теперь еще и глушитель. После нашей последней встречи я только и мечтала посмотреть эту диковинку вблизи еще раз. Дашь пострелять? Хотя бы два раза на курок нажать. Я заплачу двойную стоимость пули, нет. Тройную!

Ронни повернулся в ее сторону и посмотрел в эти жадные глаза.

– Не сейчас.

Xenonna сделала грустную гримасу, хмыкнула и уходя сказала: «Не сейчас – это не никогда. Ловлю на слове».

WildDron, Denzie, Fremaho, Ронни и Иллисех зашли в палатку и уселись в большие походные стулья, расставленные вокруг небольшого столика. На столешнице стояла бутылка водки – осушенная на половину – и несколько железных и стеклянных стаканов.

– Если в реальности пить каждый день, начиная с шестнадцати лет, одну стопку водки, – начал WildDron, – по статистике ваша жизнь уменьшиться примерно на 23 года. Вы знали об этом?

– Нет, – ответил Иллисех.

Denzie наполнил стаканы, и они втроем чокнулись и залпом выпили 50 грамм. Ни единой капли не оставили.

– Хорошо, что в игре это не так. Видите, м? Ни одного здоровья не отнялось. Хотя эффект сохранился. Не зря же в Писании говорилось: «Пей вино свое с радостью в сердце». Наконец-то мы достигли этого уровня. Правда, у нас тут не вино, но мы и не в Римской империи. Мы на Талак, а Талак – родина бравых и безбашенных, так ведь парни?

– Так точно, – сказал Fremaho. – Выпьем за это. Destroyer! – крикнул он во весь голос. – Пиздуй сюда.

Пока все ждали еще одного игрока, снаружи снова раздались звуки укулеле и новый текст:

Не верь кровавому закату на Талак,

Не верь его красивым краскам,

Ведь он все знает и молчит,

Смотря, как тонем мы в ночи.

Не верь ему, не верь горам,

Им все равно на путь твой, нрав,

Они не слушают – глухи,

К твоим мольбам о силе безграничной.

Для них, все мы – всего лишь игроки,

Блуждающие в утробе царства тьмы, как Данте в кругах ада.

И нам величие Талака не понять, не надо даже и пытаться.

Оружие, война и смерть – вот то, что может нам поддаться.

В палатку вошел игрок в лохмотьях и с двумя катарами, подвешенными на ремне по обоим бокам таза. Иллисех открыл его профиль и увидел двадцать шестой уровень, 81% и слегка обомлел.

– Мы тут пьем за безбашенность, – сказал Fremaho.

Destroyer перенесся к стакану на такой скорости, что долю секунды после его рывка, в воздухе оставалась его прозрачная копия.

– Не пропущу ни одного тоста за безбашенность! – крикнул он, выпил залпом и с силой поставил стеклянный стакан на стол.

За ним, с не меньшей силой, поставили стаканы и остальные члены гильдии и вытерли тыльной стороной ладони рты.

– Ронни, – сказал Destroyer и кивнул в его сторону и получил такой же кивок в ответ.

Иллисех поднялся и сказал:

– Я бы хотел с вами кое-что обсудить.

Все уставились на него и замолчали и в этой тишине разнеслось новое четверостишье:

Не о сражениях мне надо петь и не о павших крепостях на плато!

Но почему-то сердцу хочется узреть,

Побои, пепелище, конец,

В лучах алого заката.

WildDron поднялся и засмеялся и сказал:

– Слушай, мы тут в игре, а не на политических дебатах в которых решается судьба мира. Окей? Окей. Пойдемте с нами. У нас тут ритуал сейчас начнется, поприсутствуете. Бонусы всем! Идем! Ну же.

Иллисех, Ронни пошли за Destroyer, Denzie и WildDron на выход. Они обогнули палатки, в которых алхимики что-то бурно между собой обсуждали, прошли мимо кузниц, под звуки полыхающего горна и шипящей в воде стали и оказались перед распятой эльфийкой. Она не двигалась, ничего не говорила, даже пальцем не дрогнула.

WildDron засунул в рот указательный и большой палец и засвистел. Звуки вокруг утихли. Игроки закинули автоматы за спину, мечи бросили на землю и направились к ним. Уже через пять минут, вокруг подвешенного монстра собрались все присутствующие в тренировочном лагере.

– Вы когда-нибудь видели менестрелей, господин офицер отрядов поддержки? – спросил лидер гильдии 666, а игроки вокруг заулыбались во все рты.

Иллисех обратил внимание на игрока с укулеле в руках. Возраст его вряд ли можно было определить из-за раскраса на лице, который имитировал шутовскую маску: вокруг глаз черный макияж с вертикальными красными полосками, две линии на кончиках рта, изображающие широкую улыбку, такого же цвета, во внутренней части зеленого плаща висели базовые короткие мечи, шутовские штаны с красными и черными ромбами, и такая же шапка. На поясе виднелась флейта металлического цвета, где вместо отверстий находились руны. Жуткий и комичный внешний вид. Все как полагается.

– Только читал.

– Плохо! Очень плохо! Менестрель! Бренчи, бренчи для нас всех! Песню, что проникает в самые потаенные уголки нашей души! – закричал бравым голом WildDron и после этих слов все игроки затопали ногами, а на каждый второй удар они издавали грубый возглас похожий на “Хм”.

Менестрель – с псевдонимом Том (уровень 23, 2%, 56 место в списке военной победы) – провел пальцами по струнам, и все затихли, а он запел:

Сижу я в каменных чертогах,

Передо мной горит огонь,

Я вижу свет, товарищей и око,

Кружащие искрами надо мной.

Я тут вот, о чем подумал…

О том, что будет, что прошло.

О том, как исчезает родной город

И воспоминания о нем.

Теряются друзья, семья, ландшафты,

Перекрестки, фонари.

Мечты, стремления, победы,

Посиделки до зари.

Отныне прошлое в тени,

Воспоминаний глухой треск,

Его незримый исполин,

Покинул мозг мой наконец.

Теперь, исхода в жизни моей два:

Смерть, погибель, крах и мгла

А может будет в ней и свет?

Жар жизни, пламени рассвет.

Здесь Бога нет и нет ткачих,

Здесь только мы – судьбы творцы.

Здесь правил нет, но есть плоды.

Здесь только мы – огня искры.

С последними словами, вокруг всех игроков в тренировочном лагере, закружились белые маленькие светлячки, распыляя в воздухе светящуюся пыльцу. Иллисех ощутили на себе влияние какого-то положительного эффект и продолжил наблюдать за происходящем. Ронни следил за Томом и приметил, что перебирать струны тот не перестал.

WildDron вытащил из ножен Цвайхендер и рубанул монстра-босса по животу. Из глубокого разреза вывалилась гора кишок, и эльфийка закричала. Он повернулся к гостям и сказал:

– Представляю вашему вниманию саморегенерирующегося монстра босса!

С этими словами он сделал две колотые раны в районе солнечного сплетения и горла. Лезвие вонзал, как можно медленней и смотрел в распахнутые глаза существа. В результате оно не выдержало и заорало так, как могла бы орать лишь разгневанная банша или женщина, что потеряла любовь всей жизни. Затем несколько игроков выстроились в ряд и один за другим подходили к ней и выстреливали в понравившуюся им часть тела по одному патрону. Ронни заметил, как руки и зубы у первых двух дрожали. Во рту, наверно, суше, чем в пустыне, – подумал. У следующих троих в глазах читался страх, но уверенность. Последний – единственный, кто оказался самым хладнокровным. Он отправил пулю, таким образом, что нижняя челюсть начала свисать с одной стороны, а с другой отвалилась. Зубы разлетелись на осколки.

Днем тренируют силу, а вечером тренируют дух. Так что ли?

Xenonna тем временем оказалась за спиной Ронни и прошептала: «Дай хоть одну пульку потратить». Он обернулся, снял Barrett и бросил оружие ей в руки.

– Один выстрел.

Она поймала винтовку с явным удивлением на лице. Затем улыбка ее растянулась, а она захохотала и закричала:

– А ну все в сторону, бомжи! Ваша царица идет карать врага!

WildDron поклонился и жестом руки пригласил ее подойти к боссу. Xenonna сняла предохранитель и, в позиции стоя, на расстоянии в тридцать метров от цели, сказала:

– Сейчас ты такое на себе испытаешь, подруга.

Эльфийка орала. Слюни струями вытекали из ее разбитой челюсти вместе с остатками зубов. Глухой хлопок. Металл зазвенел и в тот же момент почернел, искры полетели во все стороны, вспыхнул едва заметный огонь, а игроки увидели на кресте вмятину с другой стороны. Рунические гвозди, удерживающие жертву, не выдержали давление и выскочили. Тело монстра-босса рухнуло.

– Никого там не задело? – спросила Xenonna.

– Порядок, – ответили ей.

Она поставила винтовку на предохранитель и бросила ее обратно в руки Ронни и подошла к боссу и увидела, как большая часть её спины исчезла, а внутренности (те, что еще не выпали) перемешались в кашу и почернели, в некоторых местах затухали маленькие огоньки.

– Святы-опяты! – закричала она. – А ты шалун, Ронни. Не простые у тебя .50 BMG, верно?

Он кивнул.

Эльфийка лежала на земле. Из ее рта вытекала кровь, она мычала. Затем WildDron к ней подошел и сказал:

– Пора заканчивать, а то бафф этой прекрасной песни вот-вот пропадет.

Он замахнулся Цвайхендером и воткнул лезвие ей в шею, затем послышался едва слышный и короткий пшик, словно кто-то спичку рядом зажег, и голова с выпученными глазами отделилась от тела и покатилась по земле и остановилась у ног Иллисеха. Тот дернулся и отпрыгнул назад.

– Не бойся, святоша. Она зомби. Через два дня будет как новенькая.

Ронни открыл внутриигровой интерфейс и обнаружил, что полоса его опыта увеличилась на 13%. Он проверил остальных. Xenonna, Denzie, Fremaho и Умка получили новый уровень – 24, 13%. Полоска опыта WildDron обновилась до 41%, у Destroyer до 91%. У Иллисеха и вовсе полоса опыта скакнула до 41%.

Так вот как они так быстро поднимают уровни.

– Мужики! – крикнул WildDron. – Верните ее на крест. А то как-то не по-людски ей на земле валяться.

Два кузнеца достали инструмент и принялись за работу. Остальные игроки начали расходиться. К WildDron подошел игрок Умка и что-то прошептал ему на ухо, затем тот позвал гостей обратно в палатку. Ронни направился за ним, а Иллисех еще пару минут стоял без движения и смотрел на выпученные глаза отрубленной головы, пока к ней не подошел кузнец и не поднял её, как поднимают шар для боулинга и не сказал:

– Если ей башку не отрезать, опыт фиг придет. Поэтому развлекаемся как можем, а тебе бы выпить не помешало. Ты какой-то впечатлительный.

– Да, выпить мне и правда не помешает, – ответил Иллисех и направился к остальным.

Умка, WildDron, Denzie, Xenonna, Destroyer и Fremaho осушили новые стаканы с водкой и начали шутить между собой и смеяться во весь рот. Ронни сидел рядом, положил Barrett прикладом к земле, приобняв ствол левой рукой.

Когда офицер отрядов поддержки вернулся, WildDron протянул ему рюмку.

– Спасибо, – ответил Иллисех и выпил.

Все смотрели на его лицо.

– Даже не поморщился, – сказала Xenonna.

– У меня русские корни, – ответил Иллисех.

Все в унисон запели песню из одного единственного звука «А».

– Вот знаешь, – начал чуть погодя WildDron. – Нравишься ты мне, священник. Пить умеешь, говоришь складно. Но вот не могу понять твоего уныния. Возьмем, к примеру, Иисуса. Окей? Окей. Общался он как-то с Богом сорок дней и ничего не ел. После разговора, приходит к нему бес и говорит, мол, сделай из камней хлеб, поешь. Он отказался. Затем Иисуса отправили на высокую часть храма и сказали, падай, ангелы тебя все равно спасут. Он не стал. Затем его перенесли на гору и сказали: «Все царства и сокровища мира тебе отдадим», и тут он устоял. Отказавшись от подобного предложения, я лично бы загрустил, но не он. Он, истощенный и уставший отправился путешествовать по городам, и в течение своего пути, чего он только не видел: и болезни, и горечи, и смерть. Иисус не падал духом, не погрузился в депрессию и не ударился в философские мысли. Он просто помогал всем, чем мог. Держался молодцом, даже воду в вино превратил. Святой человек. А в итоге его предали и убили! А что он? М? Воскрес. Пошел ли он мстить? Нет. Унывал ли он после всего? Ни черта подобного. Понимаешь? Жизнь была у него не сказка, это факт. Но если он не унывал, то какое право вообще у людей быть грустными? Даже если к их ногам в онлайн игре прикатилась оторванная голова зомби.

– Я просто не вижу смысла в такой вопиющей жестокости. Она ничем не обусловлена. Если уж и мучить монстров, то на благо знаний.

– И многих ты так уже помучил? – спросил Fremaho

– Не было возможности. Обычно я работаю с трупами. Видели тех двух, что висели недалеко от большой развилки?

– Припоминаю, – ответил Denzie.

– Они не испытывают эмоций, поэтому для вас и не представляют ценность. Но именно они дали нам базовые понятия о том, как мы используем магию. – Иллисех сделал паузу и продолжил. – Прожилки на вашем теле. Рядом с венами. Чем чаще вы используете заклинания, тем более явно они проявляются.

Fremaho посмотрел на свои ладони, а затем на ладони Xenonna.

– Будь я проклят, – шепотом сказал он.

– А затем, мы встретили одно священное место и изучили трупы там. Оказалось, что, если использовать магию очень много и очень часто, вот эти прожилки закупориваются или выгорают, и в таком случае произойдет неминуемая смерть персонажа. А еще страшнее то, что те игроки, кто использует магию по принципу контроля сна, скорее всего сойдут в скором времени с ума. К тому же, для создания заклинаний нам не обязательно использовать только ладони или рот. Существа в этом мире используют тело полностью. Таким образом растягивают свою жизнь и работоспособность конечностей и внутренних органов на дольше, без потери мощности.

– Например, пускают огненный шар из живота?

– Можно и так. Священник на том озере использовал свое сердце, как накопитель маны и перенаправлял ее в посох, тем самым уменьшая влияние побочного эффекта на свое истощенное тело. Хотя оно, впрочем, вряд ли функционировало, как надо. Так к чему это я веду? Я унываю не потому, что вы издеваетесь над зомби, я унываю, потому что вы не хотите воспользоваться этой уникальной возможностью, дабы узнать об этом мире больше.

Все, кроме WildDron засмеялись.

– Уел он тебя, – сказала Xenonna и похлопала лидера по плечу, а тот выпил стопку водки и сказал с более серьезным выражением лица:

– Этого тоже сможешь изучить?

– Как только он восстановится.

– Тогда не будем упускать эту возможность, – ответил WildDron и улыбнулся так, словно волк оскалился перед своей жертвой.

Ронни вышел из палатки и услышал знакомое жужжание БПЛА. Дрон поднялся до потолка с прикрепленным к нему на стальных нитях оружием, повилял из стороны в сторону, прицелился и улетел в небольшое отверстие. На весь периметр тренировочного лагеря стали раздаваться шум и оханье игроков, звуки выстрелов и шум мечей. Маленький военный городок под землей ожил.

Через пять минут к Ронни присоединился Иллисех и сказал, что через несколько часов он в противостоянии с Top Secret попытается перевесить чашу силы на сторону Tough Rise, а пока он выйдет из игры и отдохнет.

– До встречи, – добавил он и разбил палатку и ушел в оффлайн.

Ронни вернулся к эльфийке, распятой на кресте и несколько минут наблюдал, как ее тело мало-помалу восстанавливается: шейные позвонки срастались с хрустом, мышечные ткани на лице соединялись с нижней челюстью, где уже заново появлялись новые зубы. Он опустил взгляд на истоптанную землю, где обнаружил пустую гильзу, сел на корточки, поднял ее и покрутил перед глазами так, словно рассматривал самый ценный в его жизни артефакт. Со спины к нему подошла Xenonna.

– Жалеешь о том, что дал мне пострелять?

– Если бы чувствовал сомнение, – ответил он, поднимаясь, – не дал бы нажать на спусковой крючок.

– Я возмещу. Путь тебе все равно длинный предстоит.

– Вы тут .50 BMG создаете?

Она усмехнулась так, что послышалось хрюканье.

– Нет. Я просто закажу из магазина Авангарда. Погоди минуту.

– Там нет патрон такого калибра.

– Не было до последнего обновления. Теперь есть.

Ронни не поверил ушам. Он открыл ИЛС, зашел в игровой магазин, настроил фильтр и взгляд его застыл. Xenonna не соврала. В описании к .50 BMG говорилось, что они отлично подойдут к новому оборонительному оружию ДШК, которое используется для обороны частых территорий, таких как: деревни, замки, блокпосты.

– Заказала тебе один магазин. Им, конечно, до твоих еще далеко, но лучше это, чем ничего.

– Спасибо.

Глава 3. «Сильные мира сего»

Можно с легкостью простить ребенка, который боится темноты. Настоящая трагедия жизни – когда взрослые люди боятся света.

(с) Платон

Два гоблина-охранника, широких и коренастых, стояли у деревянных ворот (в нижней части которых будто бы специально проделали дыру-проход и заострили концы сверху и снизу так, чтобы это выглядело, как пасть монстра; впрочем в магическом мире все что не делается, особенно то, что выглядит жутко, зачастую имеет практическое применение, так что без одобрения этих двух, никто зайцем пройти не осмелится, по крайней мере ни одного такого случая замечено не было) в паре метров от указателя с надписью «Добро пожаловать в Вернет Гобел⁵» и травили друг другу разные байки. Оба одеты в длинные пальто, темно-синие кепки восьмиклинки, в руках держали копья со стальным магическим наконечником в виде полумесяца, на лице у одного блестел пирсинг, у второго блестело все остальное: большие кольца на пальцах, амулеты на шее, браслеты на обоих запястьях из разных драгоценных металлов: золота, серебра и прочего того, что способно отражать лучи солнца.

По меркам гоблинов, деревня Вернет Гобел не маленькая, но и не большая. Её, как требовал регламент безопасности, окружали невысокие каменные стены с рвом из зыбучего песка и башнями, на смотровых площадках которых виднелись выключенные прожектора с опущенными линзами. Там на верхнем ярусе боевого хода трепетался на ветру рваный навес, наспех сшитый из кожи Топронов (ездовых буйволов) и покрашенный в красно-желтый цвет. За стенами уже с самого утра бегали и веселились дети. А те, что были чуть постарше забирались в небольшие комнаты с бойницами, ставили телескопы или доставали бинокли (местность на многие километры окрест была ровная, без высоких холмов, скал и лесов, лишь на линии горизонта просматривались горные хребты и темные чащи) и разглядывали небо с бескрайними далями в поиске диковинных монстров или жутких битв, которые раз в год, да и случаются.

За главными воротами, в черте города, виднелся деревянный донжон с установленным и спрятанным под навесом купольной крыши странным орудием, напоминающим артиллерийское дуло, в которое уже успела забраться ребятня и высунув правую руку вперед, представляла, как вылетит из нее и переместится на другой конец континента. Как становилось понятно издалека любому пришедшему в этот край гоблину, регламент безопасности в деревне никто не соблюдал, точнее не соблюдал его в той мере, в какой требовалось соблюдать регламент.

Вернет Гобел – родной дом многих поколений, в котором все чувствовали себя отлично и умиротворенно. Мало когда случалось, чтобы кто-то из местных навсегда покидал эти края и не возвращался, как и мало когда в эти края кто-то забредал (все-таки эта деревня являлась самой южной деревней гоблинов на востоке континента). Разве что время от времени появлялись всякие заплутавшие и голодные оборванцы, проезжающие мимо торговцы или скитающиеся паломники. Первые надолго не задерживались, а последних часто не пускали, ибо боялись, что те запудрят мозги детям (культ предков гоблинов не позволял внедрять альтернативы в укоренившуюся веками систему верований). Зато, если к ним зайдет какой-нибудь инженер или исследователь из другой страны и иной расы, а такое тоже случалось, в деревне начинался пир. Да, именно пир. Гоблины обожают технологии и обожают тех, кто может поделиться новыми разработками.

Вернет Гобел – укромное местечко, отдаленное от столицы, ничем не выдающееся, ничем не отличающаяся от других. Неприметная, невзрачная, обычная. Одним словом – гоблинская деревенька на отшибе. Здесь можно зайти и поглядеть товар в нескольких кузницах или выбрать алхимические зелья в бунгало, где обитали местные безумцы (в хорошем смысле слова), еще тут есть врачебные пункты, современные средства передвижения и множество деревянных домов на сваях.

С эры засухи, что случилась пару веков назад сразу после Великой войны, земля долгое время пребывала в затвердевшей и потрескавшейся форме. Вода испарилась, реки и озера исчезли. Однако это только подтолкнуло местных умельцев к действию. За первое столетье, гоблины проложили массивную систему железных дорог, как для трамваев: для передвижения внутри деревни; так и за её пределами: между ближайшими населенными пунктами. Еще они поставили столбы, провели электричество, создали аллеи, где посадили деревья и кусты, проложили бордюры из камня, а также протянули систему водоснабжения при помощи акведуков и подземных коммуникаций.

Несмотря на индустриализацию, сельское хозяйство в Вернет Гобел тоже поддерживалось на высоком уровне: скот ранним утром выгоняли за стены деревни, где контролировали их размножение, доили из них молоко, а также разрешали питаться той странной травой, что выросла сравнительно недавно, и никто не понимал, можно её есть или нет, но как сказал глава этой деревни, если никто до сих пор не умер, то и пускай едят. «Что не происходит, все к лучшему».

Так день сменялся ночью и наоборот. Время и жизнь протекали в рамках обычности. Все было тихо и мирно, пока на горизонте эти два коренастых гоблина, что стояли у деревянных ворот и охраняли свою родную деревню, не увидели человека в синем берете – как у художника средних веков, – в синем парадном дублете, обшитом дорогим шелком и украшенный вышивкой, с широкими и красными рукавами, черными штанами. В руках он нес растение похожее на живую мандрагору. Держал он ее за волосы, а точнее за листья на голове, в рот воткнут кляп – чтоб не орало на всю округу – и зафиксировал его при помощи кожаного ремешка, обмотанного вокруг головы и затянутого до предела.

Гоблины-стражники уставились на этих двух странных существ, двигающихся по направлению к ним, замолчали и прищурились. Когда это инопланетное создание подошло к посту охраны на расстояние в один метр и поправила деревянный мост своих очков, который напоминал скрещенные ключи, и поклонилось, они добродушно сказали на очень ломанном драконьем наречии:

– Хто ты такой бушь? Куда идешь и не калик ли ты часом?

– И шо это за страннóе монстр у тебя в руке, м?

Человек отвел взгляд, поднял свободную руку на уровень груди и вытянутым указательным пальцем начал тыкать в пустоту.

– Мож пойла бодрящего иму?

– Да, точно. Выглядит он обезвоженным.

Второй стражник отошел с поста и пролез через ворота в деревню, первый продолжал стоять. Через пару минут человек словно пришел в сознание и на чистейшем драконьем наречии сказал:

– Доброго времени, о стражник гоблинской деревни. Рад с тобой познакомиться. Я представитель новой расы, которая проживает на этом континенте в самой южной его части. В руке у меня мой маленький трофей, который я нашел в лесах неподалеку. И нет, я не калик и не проповедую никакую религию.

Человек достал из-за пазухи скомканный клочок бумаги и передал его и продолжил:

– Вы не могли бы мне помочь? Я ищу того, кто смог бы мне рассказать побольше о данном предмете.

Второй стражник вернулся с большой глиняной кружкой в руках и передал ее гостю. Тот поблагодарил и выпил и понял на вкус, что это очень горький стаут с шоколадом.

– Он шо нить сказал?

Первый гоблин показал второму рисунок амулета с надписью FuruGoverst (означает «Поглощающий темноту»).

– Видал такое когда-нить?

– Ну ша, первые такое видал.

Они расправили клочок бумаги, аккуратно его сложили и передали обратно и сказали:

– Нет. Мы знать не знаем шо это.

– А как вы думаете, господа, кто бы мог помочь мне в этом деле?

Один гоблин отмахнулся и сказал:

– Штука выглядеть магическая. Так не по нашей части. Иди к амазонкам, дворфам или доллгилгаладам. Пади хто из этих знает шо. У них ведь шо не год, то какой-то конфликт назревает или перепалка или они кого убить хотят или мир изменить. Постоянно в какой-то жопе оказываются и все из-за магии, прям как наши собра́тьй в лесах. Но к ним луше не ходи. Они слегка, – гоблин покрутил обеими ладонями с оттопыренными пальцами около ушей и пожал плечами и улыбнулся.

– Веровно веронво, говоришь, – сказал второй. – Мы народ за технологии, не за магию. В геополитику не лазим двести лет как, идать черна она и мерзка. Если кто из наших знает, то только верховные.

– Вы народ мирный, как я погляжу, и добрый, – ответил человек и допил кружку стаута и вытер пену с верхней губы.

– Мирной то мирный, а воеват все рано приходитца. Понимаешь, о чем я? Тут на западе из-под земли постоянно какая тварь прибежит, начнет скот жрать и за детьми гонятца, – сказал гоблин и ударил трижды кулаком в грудь, вибрируя губами и продолжил, – страшного нишего не случалось, ток пугають.

– Печально слышать.

– Вы к нам надолго?

– На день, может два. У вас есть гостиницы?

– Есть друже, есть. Идем за мной, провожу.

***

Вайлин и Латлудиус после нескольких часов блуждания во тьме по бесконечным тоннелям оказались перед входом на арену. В центре они увидели существо со шлемом в виде солнца, золотыми доспехами, белой юбкой, покрытой «шкурой дракона» такого же цвета. В руках оно держало японское оружие яри и смотрело на туловища человекоподобных монстров, закованных в чем мать родила в скалистые стены и потолок. Они свисали вниз головой, а по ступням струился огонь. Все что-то кричали, стонали от боли. Вайлин заметил: в воздухе, словно на веревочках, висели маленькие огоньки на равном друг от друга расстоянии – сверху, снизу и по бокам, образуя куб с множеством точек внутри, – и не двигались. После чего он предположил, что по-настоящему живых в этом месте нет.

– Сможем пробраться на другой конец арены без битвы? Там проход дальше есть.

Латлудиус осматривал арену и ощущал непередаваемое чувство страха в груди.

– Что-то мне не нравится это место, – ответил он.

– Смотри, – сказал Вайлин.

На другом конце арены из входа выползло существо с серой кожей из-под которой виднелись дугообразные ребра. Четыре длинные ноги и четыре руки в виде лезвий. Глаза, рот, уши, нос отсутствовали на лице. Оно полезло на стену, пробежало по потолку, а затем спрыгнуло в противоположном конце арены, задев вовремя падения несколько огоньков. Не прошло и секунды, как крики закованных существ усилились, земля задрожала.

– Эта тварь бежит на нас. Валим.

– Поздно уже, – ответил Латлудиус.

Существо приближалось на огромной скорости. Вайлин достал мечи, а Латлудиус достал зажигалку и приготовился. Внезапно для них обоих активизировался монстр-босс. Он во мгновение ока переместился к врагу и, закрутившись под ним вихрем, отрезал лезвием оружия все его конечности разом. Переместился вновь и нанес колющий удар в голову, падая метеоритом сверху вниз. Финальная атака пришлась по спине. Позвоночник хрустнул. Новая телепортация перенесла хранителя этой арены обратно в самый центр, где он словно погрузился в летаргический сон.

Телепортируется на огоньки, которые выполняют роль маячков. Интересная механика.

На потолке появились сталактиты. Они растянулись до самого низа арены и схватили тело существа и затащили его в недра каменного царства. Минуту спустя в том месте появились поломанные ребра, выпученные наружу и конечности, направленные в разные стороны.

– Ну нихуя себе, – сказал Вайлин.

– Предлагаю вернуться сюда попозже, – сказал Латлудиус.

– Впервые полностью поддерживаю твою инициативу.

Они поставили саморазвертывающийся сканер ранга B и ушли.

***

Когда Иллисех вернулся в игру, в тренировочном лагере стояла тишина. Большинство игроков разбили палатки и ушли в оффлайн. Раны существа, распятого на металлическом кресте, уже хорошенько затянулись, а нижняя челюсть не свисала вниз.

– Готов? – спросил Ронни, подойдя к нему из-за спины.

Иллисех развернулся и сказал:

– Нам бы осмотреться тут.

Ронни пожал плечами и ответил:

– Ну пойдем, глянем, чем промышляет самая сильная гильдия на сервере.

Они зашли в пустые кузнечные палатки и не увидели ничего кроме мечей, щитов и доспехов. У алхимиков нашли непонятные банки, которые даже ИИ не смогла идентифицировать.

– Пахнет бензином.

– Ты знаешь, как пахнет бензин?

– Да. Мы с отцом как-то в VR собирали напалм из загущенного бензина. Пахло там примерно так же.

Когда закончили осмотр, заметили Тома. Он сидел на крыше пирамидального храма и наблюдал за ними. На этот раз его музыка была без слов. Проходящие мимо игроки – очевидно живущие в другом часовом поясе, от чего страдали, так как самые интересные события проходили без их участия – бросали подозрительные взгляды и перешептывались между собой.

– Какие здесь все нервные.

– Если бы по твоей территории разгуливали чужаки, вряд ли ты бы им ковровую дорожку постелил и экскурсию провел, м?

– Я бы просто не стал разбивать лагерь перед армией, которая направляется в это место.

– Только если бы не был уверен, что они тебе по зубам.

Ронни и Иллисех прошли на южный край, где на столах валялись разрубленные тела монстров. Заклинание «анализ» ничего нового не показало. «Оратио» тоже. Внутри лаборатории в зале они увидели множество полок и десятилитровых банок, в которых плавали законсервированные мертвые представители подземного мира, как в кунсткамере. Иллисех заметил, что не все они целые, где-то он увидел только ногу или голову, а где-то глаз или мозг.

– Знаешь, о чем это нам говорит? – спросил Иллисех.

– О том, что все здесь есть люди с наклонностями Петра Первого?

– О том, что они здесь очень давно и промышляют не только поднятием уровней, а также сбором информации об окружающей среде.

– И какую же информацию об окружающей среде несет в себе изуродованный и четвертованный монстр?

– Чтобы понять страну, сначала нужно понять людей, которые в ней живут. Тут тоже самое. Если они поймут, как функционирует определенная часть существа, что в этом мире живет сотню лет, они смогут с помощью магии либо повторить его навык, либо изменить ДНК тела таким образом, чтобы они могли повторять их умения. Один монстр – это не проблема, но, если игрок будет иметь в наличии десять и пятнадцать особенных умений, он начнет создавать серьезные проблемы и вносить дисбаланс. Я, к слову, так и изучил магию света. Мои люди четыре месяца назад в одном из подземелий наткнулись на существо, которое на тот момент казалось неуязвимым. Никто из наших не мог его победить. Оно умело летать, вместо головы на его плечах парила световая сфера, вокруг которой крутилось в воздухе еще пять аналогичных поменьше. Лечение, отражение атак, мощные заклинания. Мы, ценой жизни сотни игроков, сумели его схватить, перенести в лабораторию и там начали ставить на нем эксперименты. Малоприятное, но очень полезное занятие.

– Ты же вроде говорил, что исследуешь одних лишь мертвых.

– Я сказал «обычно» я работаю с трупами.

– А почему прямо не сказал?

– Я так и сказал.

– Пиздец, чем дальше в лес, тем больше дров.

– Не надо просто вкладывать свои мысли в чужие ответы. Тогда и разочарований будет меньше.

Ронни не ответил, он подошел к какому-то замызганному трупу с разрезанной грудиной и содранной кожей, схватил двумя руками его грудь и немного ее приоткрыл. Наружу вышел запах гнилой, еще не переработанной еды.

Иллисех встал рядом с товарищем, пододвинул его и взглянул:

– Внутренние органы не так уж и сильно отличаются от человеческих, разве что тканевый покров намного толще, а вены напоминают небольшие провода, по которым бежит мана. Канальцы не выжжены и не порваны, значит существо молодое.

– Неужели разработчики подумали, что кто-то будет вскрывать пойманных монстров?

– Да это самое очевидное, что можно сделать. Когда средневековые люди изучали медицину, они ведь не на цветочках экспериментировали. Тут то же самое.

– Это все же игра. Тут вещи и деньги из тел должны падать.

– А еще существа должны исчезать и перерождаться через какое-то время на том же самом месте, но это не происходит. Новые правила – новый подход.

Зайдя в самую дальнюю и самую маленькую комнатушку, они услышали звуки ударов металла о камень и обнаружили за шкафом небольшой проход вниз под землю. Пока они бесшумными шагами вступали вниз по твердому грунту, шум нарастал. Спустя три минуты они наткнулись на десяток игроков во главе которых был один с голым торсом и рваных шортах, работающий с полной отдачей. Его спина исписана непонятными именами, псевдоним знакомый – «Могильный камень». Когда все затихли, он повернулся к ним и вытер пот и потянул спину. Иллисех почувствовал, как на входе начали собираться все члены гильдии 666, находящиеся сейчас в онлайн, высказывающие свое недовольство уже в полный голос.

– Эти вот имена, – сказал Ронни, – это имена игроков, которых ты убил, повесил и изнасиловал, пока ИИ не внесла запрет на подобные действия? Работал на гильдию Хашашинов?

Могильный Камень подошел к незнакомцам и остановился в полуметре от них. Лицо не выражало эмоций, но в глазах пылала ненависть.

– Слышал я истории о тебе, – продолжал говорить Ронни без какого-либо проявления страха. – Говорят, ты выполнял грязные дела предыдущего Владыки, пока его корабль не пошел на дно. Вот только он оказался не из тех, кто тонет вместе с командой, не так ли? Рад, что тебя хоть где-то приняли. Великий воин, который вынужден копать тоннель в этой жопе. Кстати, куда он должен вести?

Все шахтёры взялись двумя руками за кирки, а их тела вместе с оружием, инкрустированном рунами, покрылись фиолетовой аурой.

– А я вот слышал, что тебя развела девчонка шестого уровня в пустыне.

Ронни улыбнулся, а Могильный Камень продолжил:

– Только сейчас ты вступил на серьезную сцену и перед тобой противник посильнее.

Ронни открыл наспех ИЛС и просканировал его параметры:

Сила – 6

Ловкость – 12

Реакция – 3

Магия – 2

Идеально распределил, – подумал он и ответил:

– Ты прости, если я не трясусь от страха, но сейчас мы – представители игроков Авангарда, а твой спектакль кончился полгода назад. Советую начать сотрудничать. Любая информация может оказаться на вес золота. А там гляди Иллисех замолвит за тебя пару слов и вернем тебя на прошлую должность. Так ведь, Иллисех?

– Зависит от цены информации.

– Валили бы вы отсюда, пока живы.

В палатке наверху послышался топот тяжелых доспехов, а десятью секундами позже внизу появился WildDron и Умка с оружием в руках.

– Какого черта вы творите? Сюда нельзя заходить.

Иллисех повернулся к лидеру гильдии и увидел на потолке синюю жилу и поморщился и перевел быстро взгляд и сказал:

– Ронни, ты кого-нибудь видел перед входом? Может там висела табличка «не входить»?

– Нет, – ответил он, не отводя взгляд от Могильного Камня, – ничего не висело и никто мне путь не преграждал. А что? Мы нарушили какие-то правила? ИИ меня ни о чем таком не предупредил.

WildDron сплюнул и выдохнул и сказал:

– Идем. Поговорим, что вы там с нами хотели обсудить.

– А вот эта танцовщица с нами пойдет? – спросил Ронни.

– Ты хочешь потанцевать со мной? Я только за.

– Ронни, ебаный ты в рот, идем уже.

Они направились к выходу, а Могильный Камень так и стоял, смотря им в след.

***

WildDron опустился на стул первый, плюхнулся на него, словно царь на свой трон, и ударил ладонями по своим стальным коленям – остальные сели вслед за ним – и сказал:

– Ты хотел поговорить, Иллисех. Мы все слушаем.

– Гильдия Tough Rise планирует закрыть это подземелье, убить главного босса и найти выход по ту сторону гор. – Он сделал небольшую паузу, осмотрел присутствующих, все молчали и слушали. – Сейчас гильдия Top Secret наращивает свои силы у подножья. Они планируют убить всех и каждого, а затем заполучить монополию на нетронутые земли. Этого нельзя допустить.

– То есть другими словами, ты предлагаешь нам убить курицу, которая несет золотые яйца? – спросил WildDron. – Убить главного босса – значит, завершить подземелье, вход в которое закроется для всех на неделю, а может и на две, после чего, далеко не факт, что все останется в том же виде, в котором и было. Но что еще интереснее, так это то, что ты, хоть и тонким намеком, но пытаешься сказать нам, что хочешь сделать то же самое, что и они.

Ронни, как и все, слушал переговоры, держа в руках свой Barrett, и поймал жадный взгляд Xenonna, которая не отрывалась от его оружия.

– Сейчас у вас одна курица, а я предлагаю вам курятник, – ответил Иллисех. – Если мы выйдем за пределы гор без членов гильдии Top Secret, перед нами распахнуться тысячи километров неосвоенной земли, новые города, расы, с которыми можно сотрудничать и подземелья, куда опаснее этого. Будущая гильдия Ронни, Tough Rise и 666 будут первыми. Вы получите места в правительстве, новые возможности, уважение игроков. Да все что угодно. Этим мы и отличаемся от них, потому что умеем делиться.

– Если перейти на язык деталей, то что ты от нас хочешь? – спросил Denzie.

– Заблокируйте движение Хашашинам и помогите нам разобраться с Top Secret.

Умка прокашлялся и привлек внимание и сказал:

– Наемники разгуливают по подземелью?

– Да.

– Это доказывает, что они связаны с Top Secret, разве не так? Почему бы вам не наложить на них ПК дебафф и не избавиться?

– Раньше мы бы так и поступили, но дракон уничтожил всех наших людей и офицеров. Так что теперь у подножья стоит две сотни магов в крепости Леттарангана и при первой возможности, эта армада отправится сюда и ни какой ПК дебафф, враг расы их не остановит.

– Так или иначе, любая битва подразумевает смерть, а смерть подразумевает возрождение в Отроне. Путь откуда не близкий и не дешевый. Это большой риск.

– На той стороне хватит и одного члена гильдии с правом на использование внутригильдейного счета. Но я не думаю, что до этого дойдет с вашими уровнями и навыками.

– Ты знал, Иллисех, что на Талак 80% игроков – бедняки не достигшие и пятого уровня? – спросил WildDron. – Каста бедных крестьян, которым нужно лишь повеселиться. Сходить в подземелье, умереть и сходить еще раз, после чего арендовать комнату и поиграть с друзьями в настольные игры. Затем они выпьют и решат, что мир на Талак – место не справедливое, но очень свободное. Они возьмут пару глоков, с мыслью в голове, что им никогда не достичь того, чего достигли игроки на самом верху, и начнут заниматься ПК.

– И для чего мне эта информация?

– Для того, чтобы ты понял. Мы живем на Талак. Здесь человека проще убить и обокрасть, нежели добиться результатов с помощью переговоров, мирных соглашений и создания равноправных договоренностей. Все эти игроки перебегают из одного города в другой. Некоторые маленькие деревеньки, основанные первопроходцами и не защищенные ИИ, они сжигают дотла. Крестьяне гневаются, когда буржуазия наращивает капитал. И чем больше наш капитал, тем злобнее они. В следствии чего все начинают наращивать боевую мощь, дабы противодействовать боевой мощи другого. Что потом? Взрывы, войны, убытки, потери и сожаления. Реальный мир, виртуальный. Все едино. Умные богатеют, глупые злятся и завидуют. Ведь это они должны были зайти в игру первыми, они должны были убить всех монстров и прокачаться. Никому даже в голову не придет тот факт, что все первопроходцы давно в оффлайне, за исключением парочки, один, кстати, сидит в этой комнате, не так ли, Ронни?

Он промолчал, а Иллисех ответил:

– Мне плевать на сумасшедших.

WildDron слегка улыбнулся и продолжил:

– Политик, который говорит, что ему плевать. Ну хотя бы честности тебе не занимать или глупости. Слушай, на Талак всего лишь две гильдии на самом деле имеют практически все, что мы сейчас видим: крепости, блокпосты, подземелья, города и поселки. ИИ, скажи мне, каким объемом имущества владеет Tough Rise. – Он немного выждал и сказал. – Три крепости. Одна у Неприл, другая у входа в подземелье Ородрим Еоул и третья недалеко от Отрона. Еще у вас несколько боевых арен, свой банк и торговая площадка и, господи, на какой черт вам шесть деревень, м? Сейчас узнаем… А, вот оно что. Кузницы и наемные рабочие. Господи, 40% рынка ремесленных доспехов и оружия, выпускаются под эгидой вашей гильдии. Не мало, так ведь? Как ты думаешь, что случится, когда все мы пройдем по ту сторону гор? Все злобные психопаты с глоками и автоматами увидят гильдию Tough Rise, спросят ИИ о том же, о чем спросил я и поймут, что вам принадлежит львиная доля всего в этом мире. «Как же они богаты!» – воскликнут они. – «Чертовски богаты!» – поддержат другие. «Надо делиться», – скажут третьи. «У всех все должно быть поровну», – ответят четвертые.

– В этом мире побеждает сильнейший и умнейший.

– Иллисех, ты правда думаешь, что, придя с оружием в руках они будут в чем-то разбираться и дискутировать? Убьешь ты их раз, убьешь два. Им в отличие от тебя терять нечего. Даже жизнь здесь ничего не стоит, если твой уровень на минимуме. А потому ты и тебе подобные будете сидеть в игре по 20 часов и валить избавляться от волн игроков каждую минуту в течение месяца. Да, будут и те, кто воспользуется вашими услугами, порталами и прочим. Но как только станет понятно, что вы не тянете. Они захотят взять часть пирога себе. Не говоря уже про то, что все эти психопаты, на которых тебе плевать – твои избиратели. Начинает доходить?

– Нас поддержит система Авангарда. Через ИИ мы поставим запрет на сражения в наших землях. А тем недовольным мы поможем пройти новые земли и прокачаться. Все будут в плюсе и все будут довольны.

– ИИ не поможем вам снова набрать голоса, а значит и ПК дебаффы раздавать направо и налево вы не сможете. А вот на вас смогут. И где ты вообще видел запрет на бои? В Отроне вы покупали земли, которые ранее принадлежали Авангарду. Именно поэтому в столице мы не видим на каждом углу разбои и бойни. Запрет сохранился. Но вот земли за горами, они Авангарду не принадлежат. Мы вообще не знаем чьи они, может мы придем, а потом окажется, что другая раса иметь над ними контроль. Понимаешь, к чему я веду? Вы живете в огромном замке, у вас в парламенте все должности и люди. Вы все время думаете о своей репутации, как на вас посмотрят люди и будут ли вас судить за нечестную игру. Вы живете так, словно вы цари этого мира. А что насчет нас? Мы в 666 просто сидим в подземелье, капаем тоннель, иногда выходим на веселые эвенты, тренируем своих людей. У нас их, кстати, не две тысячи, как у вас. Всего двадцать семь. У нас нет деревень, банкиров и земель. Не потому, что это дорого для нас. А потому, что у нас есть мозги. И сейчас, сидя здесь, передо мной и моими товарищами, скажи, кто из нас, по-твоему, богаче и влиятельнее?

– Мне все равно, кто из нас богаче и влиятельнее.

– Как и все равно, что грядет эскадрилья злобных и разгневанных игроков, которым нечего в этом мире терять? Как и все равно, что на самом деле весь этот поход и вся эта затея, создана для того чтобы преумножить свою власть и капитал? Люди хоть и тупые, но не слепые. Недовольных будет масса. Я не хочу тратить деньги на потенциально сожженные и бесплодные земли и головную боль. Я тебе объясню, что такое настоящее богатство. В первую очередь – это связи во всех уголках этого мира. Во вторую – понимание и осознание нужд не только своих, но и других. В третью – это информация во всех сферах. Богатство – это не деньги, дружище, и не власть, как ты считаешь. Мы невидимые и при этом спроси любого, кто сильнее и влиятельнее, Tough Rise или 666? – WildDron поднял указательный палец вверх и сделал трехсекундную паузу. – Люди задумаются.

– Тогда вам придется нас убить, потому что иначе мы продолжим исследовать эти места и рано или поздно еда в вашей кормушке закончится.

– Убьем, чтобы потом, каждая собака знала где мы находимся и что мы делаем? Нет. Я не пойду против нашей идеологии. Человек создан для того, чтобы адаптироваться, какими бы обстоятельства ни были. Но пока, я не вижу смысла покидать это место. Его время еще не пришло. Надеюсь, ты не опустишься до угроз и шантажа, а, господин офицер отрядов поддержки?

Иллисех замолчал на несколько секунд и ответил: «Нет. В таком случае, спасибо вам за гостеприимство. Скоро мы отправимся дальше», и ушел.

– Пошел отчитываться своему командиру? – спросил Destroyer.

– У них иерархия.

– Иерархия – это серьезно.

– Пиздец, как серьезно.

Ронни встал со стула, поза открытая, Barrett в руках, лицо спокойное и не выражающее эмоций. Он взглянул на Xenonna, которая накручивала бигуди и потряхивала левой ногой и сказал:

– Я не извинился перед вами за то, что случилось в Отроне. ИИ присудила мне победу, и я получил награду за убийство монстра. Но его убийство – это наша общая заслуга. Мы с вами товарищи по оружию, люди, которым я смог бы довериться в бою. Сейчас мы находимся на пороге глобальных изменений. На Талак мы все чаще встречаем сильных, умных монстров, которых даже огромным рейдом было бы сложно победить. Наше оружие становится бесполезным, а наши заклинания все еще не достигают той силы, которой мы бы хотели обладать. Xenonna, ты ведь чувствуешь то же самое, что и я, верно?

Она немного смутилась, но кивнула головой в ответ.

– К тому же, сейчас все имеют свои тайны и свои козыри. Наверное, если бы люди могли объединить усилия и поделиться накопленными знаниями, они бы достигли куда больше, не так ли? С нашей последней встречи я в этом убедился. Не объединись мы тогда, Отрон вероятнее всего бы не справился. С тех пор, как наши пути разошлись, я стал лучше понимать себя и чувства других, тех, кто желает стать сильнее.

Denzie, Xenonna и Fremaho засмеялись в голос.

– Ронни, да ты должно быть шутишь?

– Ты что, заразился псевдо добротой от своих дружков политиков? Не знал, что ты способен выдать такую речь.

– Он просто прошел проф. подготовку ораторского искусства у наших главнокомандующих.

Ронни закинул Barrett за спину кивнул и сказал:

– Я не из тех, кто шутит. И не из тех, кто наплевательски подходит к делу. Хотите шутить? Шутите дальше. Разговор окончен.

Когда он направился к выходу, огромная стальная туша WildDron преградил ему путь и указал на стул и сказал:

– Я бы хотел тебя дослушать. Если позволишь.

Ронни еще три секунды стоял и смотрел на него, после чего вернулся на свое место, и не торопясь продолжил:

– Я не политик. Я – обычный солдат, поэтому буду говорить прямо. Я встречал существ, которые живут по ту сторону гор. Они сильные и безжалостные. С тем арсеналом, который есть у нас, их не победить. В реальном мире, как и на Талак, гонка вооружений – прямой путь к прогрессу и силе. У нас нет права отставать.

– Каков же твой план? – спросила Xenonna.

– У меня в Отроне есть кузнец. С ним мы создали много разного оружия: от пистолетов до автоматов и винтовок. Он отличный специалист и в скором времени создаст мою с ним гильдию. Все чего он хочет – творить и наслаждаться видами, всего чего хочу я – получить силу. Мы с ним на одной волне. Кузнеца зовут Дофферсной, вы скорее всего слышали о нем. – Все в палатке закивали. – Вот что я предлагаю. Я передам ему свои наработки по огнестрельному оружию двадцать первого века, которого ни у кого сейчас нет и попрошу создать его для вас. Затем, я выйду отсюда и попрошу своего товарища Иллисеха обучить ваших магов основам магии света. Взамен, вы поможете конкретно мне и план будет несколько отличаться от плана, предложенного вам ранее.

– О каком оружии ты говоришь? – спросил Denzie.

– Снайперские винтовки CheyTac M200 Intervention, автоматы DDM4V11, созданные на базе AR-15, а также Пистолет-пулемет SIG Sauer MPX. Такому снаряжению позавидует любой, включая офицеров.

– Ебушки-воробушки, – сказала Xenonna, а ее глаза от удивления вот-вот вылезут из орбит.

– Это хорошее оружие? – спросил WildDron.

– Да это… это как… Фламберг от мира мечей средневековья. Просто космос, – ответила она. – Ты правда на это способен, Ронни?

– Да.

Умка что-то прошептал на ухо WildDron. Тот подумал самую малость и сказал:

– Это уже поинтереснее предложение. Мы сегодня прям нарасхват, да, господа?

Все заулыбались, пытаясь скрыть внутреннее возбуждение.

– Одна только проблема. Многие из нас политикам не доверяют. Хитрые они больно.

– А вы заключаете договор со мной. Я проконтролирую, чтобы все пункты договора исполнялись точно так, как сказано.

– Берешь на себя такую ответственность? – спросил WildDron. – Ронни, вот оно тебе больно надо, а? Мы ведь с тобой соперники. Ты, как и мы, хочешь занять первое место в военном рейтинге. Таким предложением ты роешь себе могилу.

Ронни повернул голову, подождал несколько секунд и ответил:

– Не оружие определяет мастерство и навыки, как и удочка не обещает улов. Если сейчас мы не начнем шевелиться, всё к чему сведется игра – это будут подземелья сверху до низу забитые тренировочными лагерями. Только вот тренировки практического опыта все равно не дадут.

– Допустим мы согласимся на твое предложение. Что дальше?

Вдруг Fremaho поднялся со стула и жестом приказал всем молчать. Он выбежал наружу, все остальные за ним.

– «Смертельные ранения», – сказал он и из земли появилось несколько каменных игл, острых и тонких. Они полетели в сторону верхнего выхода, откуда ранее пришли Ронни и Иллисех. Теперь оттуда высунулся призрачный паук. Прогремел небольшой взрыв. Игроки в тренировочном лагере стали пересматриваться между собой. По тоннелю прошлось глухое эхо. Иллисех сузил глаза, глядя на выступ и на исчезающий прах монстра.

– Что произошло?

– Ты чего так взъелся из-за букашки? – спросил Умка.

– Это не букашка. Это магия слежения. За вами, парни, следят. Видимо Top Secret мало вам доверяет. Проклятье, Top Secret знают, что мы здесь, – сказал Fremaho.

WildDron, скривившись в лице, уставился в сторону выхода.

– Каков шанс, что они нас сдадут?

– Сто процентный.

– Будущее толкает нас вперед, Ронни. Соглашусь, пожалуй, на твое предложение.

– Предложение? – спросил Иллисех, подойдя к ним и глядя на товарища.

– Я чуть позже все объясню, – ответил Ронни.

– Идем, – сказал WildDron, – расскажешь поподробнее свой план.

Все вернулись в палатку. Иллисех остался на том же месте, где и стоял.

Лидер гильдии 666, прежде, чем начать разговор, отвел Ронни в сторону и тихо сказал:

– Послушай меня, парень. Ты сказал, что ты солдат. Но это уже не так. Ты бизнесмен, который умеет воевать. Ты просто пока этого не понял. И как любой бизнесмен такого типа, ты будешь идти до самого конца, пока не потеряешь свой рассудок и все, что таким трудом достиг. Я тебе предложу лишь раз. Ты и твой кузнец, вы вместе можете вступить в 666 и добиться того, чего желают ваши сердца, в противном случае свернув на перекрестке раз, обратно ты вернешься только тогда, когда потеряешь все, когда останется Ронни и его Barrett. Все начнется заново, но путь, который я открываю тебе сейчас, будет уже закрыт.

– Я свое будущее вижу иначе.

– Бизнесмены по своей природе ничем не отличаются от павших ангелов. Они пожертвовали своей свободой, дабы быть под властью Сатаны. Они предали себя и свою суть, а у таких конец один – вечный огонь. Ничего не напоминает? Наш мир, где бы мы ни были – это библейская история, которая повторяется из раза в раз с разными декорациями. И как сказано было: «И низвержен был великий дракон, древний змей, называемый дьяволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним.» Мой тебе совет, чем меньше людей над тобой, тем ты свободнее.

– А как по мне, человек – существо саморазвивающееся. В десять лет он не такой, как в двадцать, а в двадцать, он не такой, как в тридцать. Опыт, люди и события, которые его окружают имеют вес и лепят его из года в год. Человек не стоит на месте. Его взгляды меняются. А ты предлагаешь мне стать тем, кем я был ранее, называя подобное свободой. Так что я тебе тоже цитатой отвечу, хоть и не библейской: «Змея, которая не может сбросить свою кожу, должна умереть. Также и умы, которым не дают изменить свои убеждения; они перестают быть умом.»

– Ницше.

– Ницше.

– Ты свой путь сам выбрал, – сказал WildDron, показывая жестом сесть с остальными, – так что давай, рассказывай, что там у тебя на уме.

– Сначала условия. Ваша гильдия взамен на переход на ту сторону, обязываются не убивать меня или Иллисеха, а также еще кое-что очень важное.

– Еще кого-то пощадить?

– Как раз наоборот. Кого щадить не надо.

Глава 4.

«Sī vīs pācem, parā bellum»

В конце концов, те немногие, кто обучен боевым действиям, более предрасположены к победе, а грубое и необразованное население всегда подвергается резне.⁶

© Публий Флавий Вегеций Ренат

Человек открыл глаза, когда первые лучи солнца пробились в окно. Вставать он не хотел. Матрас на кровати оказался на редкость мягким и удобным. С улицы доносился гул местных жителей, крики детей, взрывы хлопушек, стук колес проезжающих трамваев и звон колокольчиков, подвешенных на них. Еще ни с того ни с сего где раздался звук напоминающий кукареканье петухов, но человек подумал, что, показалось. На завтрак он съел твороженные сырники и выпил зеленый чай. Когда вышел наружу с мандрагорой в руке, то увидел на крыльце местную ребятню, конфетти, воинов и старейшину.

– Доброго утра, господа! – сказала человек и сделал низкий поклон.

– Дя, оно и взаправду доброе, – крикнул ребенок и захлопал в ладоши и достал серп из-за спины и начал резать воздух с криком и ором.

– Мы бы хотели с вами поговорить, – сказал старейшина, и человек удивился его чистому драконьему наречью. – Бодрящего напитка?

– Не откажусь. Спасибо.

Старейшина засвистел и что-то там крикнул и как-то странно махнул рукой, изображая зигзаг или дугу. Все жители, собравшиеся напротив инопланетного создания, сели на землю и затихли. Человек сел на ступеньках – одну ногу вытянул, другую согнул и положил на нее руку – его окружили дети, странно хихикая на опасно близком расстоянии от его лица.

– Ты сказал моим бойцам, что твоя раса расположилась на юге нашего континента?

– Все верно.

– Давно ли?

– Чуть больше года.

– Зеленые еще.

– Я бы так не сказал. Мы вполне цивилизованные и я тому яркий пример.

– Расскажи нам, какие вы? Почему до сих пор мы никого не встретили, чем с вами можно поторговать и в чем ваша особенность?

Человек поправил очки и усы под носом, затем ему принесли стаут, и он сделал пару глотков и приступил к рассказу.

– Наша раса очень разная, она бывает добрая и почтительная, а бывает крайне злая и разрушительная. Нас нельзя описать двумя прилагательными, а понять, что происходит в нашем сознании еще сложнее. Кто-то готов помогать от души и безвозмездно, а другой направит оружие и начнет… ну… – человек посмотрел на большие и круглые глаза гоблинских детей, которые внимательно его слушали, – творить плохие вещи, понимаете? Не видели вы нас, потому что путь нам преградили горы, но скоро, по моим подсчетам через месяц, мы преодолеем данный рубеж и заселим много земель. Успеете еще от нас устать.

– Как же так полушается, шо вы такие развные? – спросил один из воинов и попросил еще одну кружку бодрящего напитка. – Я не понимать, вас бояться али как?

– Относитесь с осторожностью, хитростью и не лезьте на рожон. Все будет хорошо в таком случае. Господин старейшина, Вы спросили о нашей особенности. Мы любим технологии…

Тут все жители вдруг начали переговариваться шёпотом и улыбаться.

– И мы тожа! – сказал мальчик. – Мы тожа! Мой папа кузнец! Он самый клутой в деревне! Я покажу тебе наше оружие! Оно супер-пупер сильное!

Человек погладил гоблинского мальчика по лысой голове и продолжил:

– А еще мы перерождаемся после смерти. Нас невозможно убить.

На этот раз все затихли и испугались.

– Это противоречит законам природы, – сказал старейшина. – И что же нам делать, если придет представитель твоей расы со злыми намерениями и начнет творить здесь плохие вещи?

Человек грустно вздохнул с нейтральным выражением лица и спустя пять секунд сказал:

– Какими бы опасными они не казались, но на территории ваших земель и любых других, на которых есть сознательные цивилизации, зла причинять они не будут. Ручаюсь за это.

– Как же ты можешь говорить, что вы разные, а потом ручаться, что никто не причинит нам вреда? Ты ведь не умеешь контролировать ум всех и каждого из них.

Человек улыбнулся и поднял указательный палец вверх и ответил:

– Вообще-то… я могу.

Все заохали и зашептались.

– Но не переживайте, – сказал мужчина, – я могу контролировать только представителей своей расы.

– Так хто же ты?

– Я? – снова засмеялся человек. – Я – Бог и создатель.

– А чщем с вами торговать-та можно?

– Оружием, господа. Мы Боги любим оружие.

– Не продемонстрируете, господин бог? – спросил старейшина.

– Продемонстрирую, но только одному из вас, ибо такова моя воля.

– Кому же?

– Ему, – сказал человек и показал на мальчика, который ранее рассказал, что его отец – лучший в деревне кузнец.

– Он же совсем юное дитя!

– И это в нем самое прекрасное.

***

В кузнице висели десятки разных серпов, мечей, копий, луков и посохов. Еще человек заметил нечто напоминающее формой дробовик без отсека для магазина, патронника и затвора – только корпус, дуло и курок. Он лежал в разобранном состоянии, а его детали выглядели хуже некуда, гнутые, измазанные маслом и все исцарапанные.

Создатель всего этого, он же владелец заведения, вместе со своей женой ковали и зачаровывали классическое оружие ближнего боя, секретная технология которой хранилась в их семье уже долгие века.

– Думал, вы работаете только над холодным оружием. Вот это, – человек показал на дробовик, – выглядит, как уменьшенный прототип пушки, что на высокой башне спрятана при входе.

– Глаз намотан, друже. Хочу запомниться миру. Понимаешь? Сделать мини версию, чтобы она делала та-та-та-та, да? Быстро стреляла, но слабо. Зато в руках держать можна.

– А что за символы на лезвиях оружия?

– Руническая магия. Так мы ей-йо называть. Руны подвластны только гоблинам. Наша разработка.

– Как они работают, если не секрет? – спросил человек.

– Каждая руна иметь черточки. Вишь? Три, четыре, шесть и так далее. Каждая черточка означать одно применение заклинания. Владелец вливать немного маны для активации определенной руны, и она срабатывать один раз.

Человек почесал подбородок и спросил:

– А сколько стоит вот тот маленький нож?

– Те отдам за шесть товарных медальонов.

Мужчина снова замолчал и задумался и чуть погодя сказал:

– Я новенький в этом мире. Как я могу заработать здесь деньги?

– Ты бессмертный и не знать, как заработать? На шо ты вечность портатил?

Человек улыбнулся и пожал плечами.

– Бартер, друже. В пекло нож. Я отдам тебе лучшее, шо есть у мэня. Но в обмен, ты поможешь нам побить монстрил там на востоке. Мы боимся с ними сражаться, а ты бессмертный. Смекаешь?

– Смекаю. Я возьму вашего сына? Я обещал показать ему свое оружие. Будет хорошая демонстрация. Если ему понравится, подарю его вам, как жест доброй воли.

– Я тебя не знать и сына с тобой отпускать не буду.

– Тогда нам нужно поближе познакомиться, верно? Где тут лучшие бодрящие напитки?

Гоблин расплылся в улыбке.

***

Огромное количество высокоуровневых игроков скопилось около небольшой наспех возведенной арены, находящейся неподалеку от Отрона. Вокруг них лес, ветер и странные завывания слабых монстров, разносящиеся эхом по этой глуши, хотя явить себя они боялись. Еще в километре от них располагалась знаменитое подземелье – Сансокрай, где прокачивались толпы новичков. Сейчас очередь, растянувшаяся вдоль просеки на несколько сотен метров, только увеличивалась. Конечно, никому из игроков стоять так и ждать было не обязательно, ибо очередь регулирует искусственный интеллект и внутриигровые скрипты, однако же многим из них нравилось использовать реализм по полной. И никто из стоящих там даже не подозревал, что за событие происходит рядом. Небо над головами окрасилась в голубые краски впервые за долгое время. И вот, все они, вся эта толпа высокоуровневых игроков застыла в ожидании одного события – выступления своих лидеров.

Первым на подиум вышла Менада, рядом с ней находился Сидящий Бык, молчал, скрестив руки на груди, и сканировал всех собравшихся своим орлиным взором, держа обе руки на рукоятках мечей. Гомон людей, сидящих на травянистом поле, угасал. Они разделились на два лагеря. Те, что находились слева – игроки гильдии Top Secret в количестве 150 человек. Те, что справа – игроки гильдии «Солдаты» в количестве 100, одетые в одну и ту же полевую форму и с одинаковым оружием для каждой роли: снайперы с винтовками Ли-Энфилд №4, пехотинцы с StG-44. Еще в их рядах где-то затерялись связисты, медики и разведчики, но их было так мало, что и считать смысла нет. Откуда же появилась гильдия «Солдаты» никто наверняка не сможет ответить, разве что только: «Она всегда была». Ничем не выделялась, ничего сверхъестественного не делала.

– Друзья, – начала свою речь Менада, – рада вас сегодня видеть. Я не мастак говорить громкие речи, скорее писать их на форуме, поэтому я тут написала пару слов в блокноте, так ведь все делают, правда? Чтобы не облажаться перед публикой. В общем… ах… клеше на клеше. Думаю, я забью на это дело. Скажу одно: в лесу Ельгореомбдон завесились полчища орков, они используют боевую магию и метки-ловушки, расположенные на земле, на деревьях, камнях. Да где угодно. Это их самое опасное оружие. О нем вас вскоре проинструктируют и после отправят в электронной форме руководство, чтобы вы ничего не забыли. Однако это лишь верхушка айсберга. Основная проблема – орки заражают лес. Он гниет, разлагается и нам пока не известно, как его спасти и что случится, если мы не справимся. До того, как мы все тут собрались, в таком большом количестве, я вместе с небольшой группой разведала территорию, но потерпела поражение. Враг не дал нам пробраться до места, откуда все началось и куда мы скоро направимся. Но с таким большим количеством профессионалов, нам ничего не страшно. А теперь давайте послушаем лидера гильдии «Солдаты». Думаю, ему тоже есть, что сказать.

После речи Менады в ИЛС игроков двух гильдий появилось новое задание: Спасти лес.

На сцену из занавеса вышел воин. Его лицо скрывал не то противогаз, не то шлем, с одной длинной прорезью для глаз, внутри которой стояло черное светоотражающее стекло. Тело покрывала легкая броня, усыпанная разными ремнями и мешками полностью набитыми запасными магазинами, гранатами и прочим снаряжением. В руках он держал штурмовую винтовку StG-44, как и все пехотинцы его гильдии. Вышел весь потрепанный, грязный, словно пару минут назад выбрался из затяжного боя в болотистой местности. Те игроки, что никогда не интересовались историей Талак, вряд ли бы поняли, кто перед ними, а перед ними был первооткрыватель, исследователь – Ламо. Один из первых игроков, зарегистрированных в игре. Популярнее него в то время вряд ли кого можно было сыскать. Некто поговаривал, что не осталось уже на Талаке неисследованных Ламо мест. Он был везде, но после событий в лесу Ельгореомбдон он пропал на длительный срок и вот легенда снова вернулась в строй.

Ламо (уровень 15, 2%) включил микрофон перед собой, и все игроки услышали его хрипы, тяжелые и глубокие вздохи, вслед за которыми последовал грубый мужской голос:

– Не ожидал, что я соглашусь вернуться в то место, о котором хотел забыть. Последний раз мой исследовательский отряд в Ельгореомбдоне работал над созданием утопического поселения, до тех самых пор, пока все мои товарищи один за одним не начинали сходить с ума, после чего не начали бросаться друг друга с целью убить. Ни лекарства, ни платные эликсиры восстановления, ни найденные священные места, ничто не могло остановить это безумие. Тогда-то страх заразил наши ряды, как чума. Все игроки приходили в ужас от одной только мысли, что он окажется следующим, кто испытает на себе реальное помешательство и жуткую боль перед смертью.

Это чувство до сих пор со мной. С другой стороны, для меня и для вас всех это возможность завершить, возможно один из самых загадочных и сложных квестов в игре и побороть этот кошмар раз и навсегда.

Вот еще, что. Выходите. Давайте! Хочу еще представить вам двух моих помощников – Кроб и Киппор. Думаю, всем и так понятно, что их нужно слушать. Мы с ними многое прошли вместе. Опыта им не занимать. Да. Кхм. – Ламо захрипел и продолжил. – Раньше единственной нашей тактикой в битвах, которой мы активно пользовалась – бросаться на амбразуру. Не зная, выживем или нет. Не зная, что нас ждет за тем поворотом или под кустом. Где находятся ловушки врага и какой эффект они окажут. Мы называли это проклятием исследователя. Рад сообщить, что теперь информации прибавилось. Но встает вопрос: знаем ли мы, как правильно вести бой против сильного противника? Знаем ли мы, как правильно распределять отряды, ресурсы? Нет. Никто из нас не имел опыта ведения масштабных войн. По-отдельности, может мы что-то и сможем сделать. Но все это тщетно, ибо теперь мы часть единого целого. Нам нужен лидер, такой, какого даже я бы послушался. К всеобщему счастью я его нашел. Прошу на сцену.

Ламо захлопал в ладоши, и гильдия «Солдаты» его поддержала. Менада взглянула на Сидящего Быка с лицом полного недоумения.

– Ты знаешь о ком он?

Индеец махнул головой в знак отрицания.

– Мы еще даже не выдвинулись, а он уже диктует правила.

– Ты можешь смотреть вверх в поисках вдохновения или смотреть вниз в отчаянии, но не смотришь в сторону в поисках информации.

– Что это значит блин вообще?

Не дождавшись ответа Менада увидела невысокого человека, лысого и с орлиным носом. Она скорчилась, открыла ИЛС и там увидела, что мимо нее проходит военачальник Леттаронган.

Ламо учтиво дождался гостя и затем передал ему микрофон.

– Не так давно, как вы знаете, гильдия Top Secret и Tough Rise рука об руку сражались с драконом. Многому эта битва меня научила. Но самое главное, чем раньше вы осознаете эту мысль, тем будет лучше для всех, а именно: все мы люди, и когда нам грозит смертельная опасность, будь то игра или реальная жизнь, мы теряемся и пытаемся спасти свою жизнь. Инстинкты самосохранения и избегании сильной боли всегда берут верх над разумом. Но именно в такие моменты во многих из нас рождаются герои – те игроки, способные забыть о страхе и помнить о том, что кроме «убей или будь убитым», есть третий вариант – сострадание, которое часто теряется в период боевых сражений, о котором часто забывают, когда находятся на пороге смерти. В битве с драконом победило именно оно. И вот вторая вещь, важная, которую я понял уже тогда, когда изменить что-либо был не в силах: на Талак не всё, что дышит хочет нас убить. Если нам придется сражаться, я поведу Вас, если у нас будет шанс поговорить, не снимайте свое оружие с предохранителя. И помните, в первую очередь умирают те, кто пытается сбежать. Будьте честными с собой и другими, уважайте правила Guns and Magic. На встречу великим свершениям! На встречу истории, которую мы с вами напишем!

К Летторангону подошли его верные друзья – Дора, Рамзай, Джек, Беллона, а после они все вместе ушли под аплодисменты игроков.

– У вас есть немного времени, чтобы передохнуть. Через десять часов вы получите распоряжение, в каком отряде состоите и какая роль вам будет отведена. Не потеряйтесь. Теперь расходимся, – сказал Ламо и тоже ушел.

Менада проводила солдат и военачальника взглядом. Несколько минут ничего не говорила, потом выругалась, написала гильдии Top Secret: «Расходимся».

***

Леттаранган, вернувшись в свою палатку после длительных переговоров, еще несколько часов сидел над картой, думая, как все могло измениться за пару недель. К тому же Менада не казалась ему человеком, который все рассказывает, а значит будет то, что раскроется в последний момент и, возможно, станет всеобщей проблемой. Но кто расскажет всю правду? Остается лишь один человек из исследовательского отряда.

Вайлин, в твоей группе паренек, Ронни, как ты считаешь, ему можно доверять?

Через пару минут пришел ответ:

Мы разделились на пары. Напиши Иллисеху, он сейчас с ним, ему виднее.

Леттаранган написал тоже самое офицеру отрядов поддержки и через час получил ответ: «Да».

Добавь его в голосовой чат, я хочу с вами поговорить.

…

…

Вы получили приглашение в голосовой чат. Игрок: Иллисех. Принять?

…

…

Меня слышно? – спросил Леттаронган.

– Да.

– Да.

Леттаронган на пару секунд замешкался и подумал, что голос какой-то у Ронни знакомый, где же он его слышал? Но оставил мысли в стороне и приступил к делу:

– Хочу от тебя узнать, что случилось в лесу. Но не основную версию, а настоящую.

– А основная версия какая?

– Сидящий Бык и Менада заразились ловушками проклятиями. Ваша группа пыталась их спаси разными способами, но все оказалось тщетно.

– Так и было.

Иллисех взглянул на Ронни и сказал ему в обход голосового чата.

– Леттаронган хороший мужик и отличный лидер. Даже если ты признаешься в сговоре против Вайлина, он тебя никогда в жизни не сдаст. Помоги ему и поверь, от этого ты только выиграешь.

– Ладно, расскажу все немного поподробнее…

***

– Ронни, – сказал в заключении Леттаранган, – теперь все становится на свои места, и скажу, как есть – они тебя подозревают. И жаждут найти тому подтверждение не меньше, чем выполнить задание по очистке леса.

– Обо мне не беспокойся, беспокойся о монстрах у тебя на пути. Скорее всего они куда сильнее дракона, с которым ты сражался, а еще они поменьше его ростом, значит проворнее и по ним будет сложнее попасть, так что шансов у вас почти нет, хотя я бы сказал у вас их вообще нет.

– Хорошо. Спасибо за помощь, я постараюсь тебя прикрыть, но, если сказанное тобой – правда, в чем я не сомневаюсь… Люди скорее поверят тому, что увидят своими глазами. Ты понимаешь?

Информация: игрок Ронни покинул чат.

– Обращайся, если будут вопросы, – сказал Иллисех и закрыл голосовой канал.

Леттаранган еще пару часов обдумывал всю полученную информацию, склонившись над картой, где нашел черные точки (места с тотемами) и выделил их. Затем он выделил Тирис⁷ и после отправился в лагерь, где отдыхал Ламо со своими помощниками и спросил Кроба об этом месте.

– Я и забыл о его существовании, – сказал тот. – Но вроде как они излечивали всякие болезни… Киппор, ты не помнишь?

– Помню кого-то мы вылечивали, но пади узнай, от чего именно.

– Вовремя проклятия глаза у игроков становятся фиолетовыми.

– Слишком давно это было. Не могу сказать наверняка, был такой симптом или нет. У меня не сохранилось никаких записей о тех временах.

– Ясно. В таком случае двигаемся в следующем направлении. В начале мы пройдем через чащу Нугрилаван, она приведет нас в долину Торилл, где будет относительно безопасно. Это что касается монстров, но вот ландшафт не жалует. Там уйма гор, сопок, холмов, оврагов и прочего. Я на карте провел линию, по ней все и пойдем. Надеюсь проблем не будет, учитывая, как быстро в этом лесу всё меняется. Далее, основной проблемой на пути будет грот. Для такого количества игроков, он слишком узкий, поэтому мы с помощью магов построим мост, огибающий вершину горы. Как перейдем на ту сторону все станет куда серьезнее. Там нас уже могут поджидать вражеские разведчики, поэтому гильдии разделятся и будут двигаться, как можно незаметнее в чащу Раегдантавар, – Леттаранган хотел продолжить говорить, но увидел на лицах Кроба и Киппора сожаление.

– Раньше это место было раем, – сказал Ламо.

– А теперь там полная жопа.

– Вы видели, что случилось с нашими постройками? – спросил Киппор. – Менада выкладывала на форум фотографии.

– Остались лишь руины, что подмяла под себя природа, которую в скором времени подомнут под себя те, кто ей научился управлять.

– В Раегдантаваре появляются первые метки-ловушки. Я вместе со своей командой будем идти впереди, если на что-то подобное наткнемся, то отметим место. К тому же, если я проморгаю, а вы нет, напомню, вот первый скриншот, видите количество букв? Это активная ловушка. А вот второй – тут букв меньше, соответственно ловушка не активна. Помечайте все. Синий маяк – пустышка, красный – опасность. Далее. Через некоторое время мы окажемся вместе, где раньше был первый тотем… Во-о-от здесь. Да. Черная точка. Нужно узнать восстановился он или нет. Потом мы проверим все остальные. Top Secret отправятся на три часа. Мы с вами идем на север. Но не доходя до центрального тотема, мы разобьем лагерь около Тириса. Вот здесь. Если моя теория верна, то там мы сможем излечить зараженных игроков. Затем часть пойдет на девять часов, остальные на двенадцать. Будем действовать по обстановке. Приоритетная задача – устанавливать сканеры не ниже ранга S. Таким образом мы будем лучше видеть картину. Разведчики пойдут первыми, они этим займутся, помимо прочего, за ними пойдут все остальные. В бои не лезем, людей не теряем. В каждой группе должен быть свой медик.

– У нас их почти нет, только полевые, те, кто лечит без магии, а Top Secret вряд ли своих дадут.

– Если у них будет в избытке, то дадут.

– Может подключить Бернави или Иллисеха?

– Бернави вышел из доверия Владыки, а Иллисех сейчас на задании в горах. Работаем с тем, что имеем.

– Ладно, добро.

– Добро.

– Я пойду к Менаде и расскажу ей про план.

– Надеюсь она не сильно обидится. Говорят, она была не рада тебя увидеть.

– Ее проблемы. Удачи вам, парни.

– Удачи, командир.

Глава 5. «Непроходимая завеса»

“Путь в рай начинается в аду”

©Данте Алигьери

Загрузка…

Информация #15: Лидер гильдии может быть изгнан со своего поста системой в случае нарушения правил контракта, который он собственноручно подписал.

Загрузка продолжается…

Информация #16: Также лидер гильдии может сменяться каждые три месяца. Для этого его помощникам или приближенным лицам достаточно открыть голосование и выбрать кандидата. Если кандидат набирает больше 50% голосов “за”, то система назначает его новым главой.

Загрузка завершена.

Vvy и Фаоландан шли по верхнему уровню пещеры, похожую на лабиринт, где полы, камни и сталактиты отливали янтарно-желтым оттенком на фоне нависшей тьмы над головой. Запах внутри резал им ноздри, воздействуя на все органы дыхания – смесь аммиака, гуано, грибков и плесени. Создавалось впечатление, что, если бы этот запах захотел лишить кого-то жизни, он сделал бы это без особых усилий.

Оба ступали настолько тихо, насколько позволяла им их амуниция. Дыхание затаили. Vvy решил снять латные саббатоны и ощутил под ногами неровную, с множеством острых камней и неровностей, дорогу. Нужно было очень постараться, чтобы не поранить или не вывихнуть себе ступню и не свалиться с криками вниз, туда, где проходила толпа существ с перевернутой на 180 градусов головой, своим видом напоминая неудавшихся доппельгангеров. Они издавали истошный шум, гул и вой, столь сильный, что он заполнял собой все пространство, напоминая ансамбль полумертвых певцов, исполняющих последнюю хоровую песню, за упокой собственных, грешных душ.

На середине пути Vvy опустил голову и попытался тщательно оценить обстановку.

Черт, да их здесь даже больше, чем в начале, сотня, может две, упадем, и они нас заживо в клочья порвут. К тому же между первым и вторым уровнями расстояние в четыре-пять метров. Чуть что, они наверняка до нас допрыгнут.

На семь часов от себя Vvy увидел небольшую комнату, охрана которой выглядела крайне пугающей. Их тела состояли из корней деревьев, что поглотили внутрь себя черепа и ребра различных подземных обитателей. Ладони, как шипованные дубины. Существа стояли и не двигались, пока одного из них не затрясло, и он не напал на стоящего рядом собрата. Завязалось сражение, которое минутой позже закончилось победой второго.

В комнате за ними показались две статуи. У обоих перед вытянутой рукой парил шар, заполненный странной субстанцией. Первый – зеленой, на 30%, второй – красный, на 80%. Затем между ними сверкнула молния и начался природный катаклизм в миниатюре – ураган оранжевого цвета, чьи ветра в течение нескольких минут сменили свое состояние сначала на жидкое, а потом и вовсе на твердое. Получилось некое подобие янтаря, внутри которого таилось древнее создание. Спустя несколько секунд, стенки минералоида треснули, прогремел взрыв и когда дым рассеялся, Vvy разглядел на том месте существо, ничем не отличавшееся от тех, что блуждали внизу. Фаоландан же обратил внимание, что количество странной субстанции в шарах сократилось. Зеленая уменьшилась до 10%, а красная снизилась примерно до 22%.

Они решили насколько это возможно быстрее миновать пещеру и, добравшись украдкой до самого конца, почувствовали, как сквозь них пронесся слабый сквозняк. Vvy спросил, одевая обратно на себя латные саббатоны:

– Ты почувствовал?

– Да. Воздух не затхлый. Словно дует снаружи.

Они бросились вперед по сужающемуся тоннелю, который вел их все выше и выше. С каждым новым шагом, оба ощущали на себе прохладный свежий воздух и усиливающиеся звуки ветра. Сердца наполнились надеждой.

– Неужели мы нашли выход?

– Ахренеть! Бежим. Бежим быстрее!

Через десять минут Vvy и Фаоландан увидели свет в конце тоннеля, увидели покрасневшие облака и лучи солнца на закате.

– Поверить не могу, – сказал Vvy и остановился и засмеялся.

***

– Ронни, ты чем думал, когда им это предлагал? – громким шепотом прокричал Иллисех, когда тот вышел из переговорной палатки полчаса спустя и рассказал все товарищу.

– Тем, что не все игроки жаждут преумножить количество и объем их земель. Некоторые просто жаждут стать сильнее.

– Я не хочу учить этих маньяков магии света.

– Они и без тебя рано или поздно ее выучат. Думаешь, мало жадных до денег магов?

Иллисех повернулся к товарищу спиной и взглянул на выход, а затем боковым зрением уловил восстанавливающегося на кресте монстра-босса.

– Сначала изучим её, – сказал он. – Вероятно, мы сможем вытащить из неё какую-нибудь информацию.

– Попробуем поговорить?

– Вряд ли в этом мире хоть кто-то понимает язык людей.

Они подошли к эльфийке, чье тело восстановилось уже до той степени, что следующая её казнь не за горами. Ее мертвецки-живые глаза двигались из стороны в сторону, словно кого-то искали, кого-то, кого бы она с радостью казнила столько же раз, сколько казнили ее. Убедившись, что рядом этого адского создания нет, она взглянула на храм. Иллисех посмотрел туда же и заметил там Тома, который поигрывал на укулеле и исподлобья посматривал на них.

– Он что, вообще не выходит в оффлайн?

– Давай ближе к делу.

Иллисех коснулся лба монстра и использовал заклинание «анализ». Ронни был уверен, что эльфийка откусит ему ладонь, но этого не произошло. Она то ли его не замечала, вися мирно и покорно, то ли приняла свою учесть: снова и снова умирать, даже после смерти, пока чудо ее не спасет.

– Она впитывает ману также, как и те два парня, что висели у развилки.

– Только гораздо быстрее, как я понимаю, иначе 666 мы бы встретили еще у входа.

– Да. Мана, что летает в округе составляет меньшую часть, я бы даже сказал слишком незначительную. А вот основной приток магической энергии приходит ей целенаправленно по каким-то непонятным каналам под землей, а затем частично возвращается обратно. Получается неполная циркуляция.

– Возвращается к боссу-некроманту? – насупившись спросил Ронни.

– Возможно, а возможно и к некому автономному предмету, как тотемы, о которых ты рассказал Леттарангану. Получается первое, что нам, как исследовательскому отряду требуется – это понять механику подземелья. Но пока рассуждать об этом рано. В голову приходят десятки теорий. Так или иначе, пока она – явный представитель существ типа «промежуточный босс», она зомби, и она не превратилась в бездушный кусок плоти, следует вывод, что до этого “нечто” никто еще не добрался. – Иллисех и замолчал на несколько секунд и продолжил с расстроенным тоном голоса. – Впрочем, это и так понятно… Черт. Это подземелье куда больше, чем я себе представлял. Насколько же мы тут застряли?

Ронни, поворачивая головой на полсантиметра влево и вправо, убедился, что их никто не подслушивает. Как-то слишком тут тихо, – подумал он и ответил в голос:

– Стараюсь об этом не думать.

Иллисех продолжил анализ и после недолго затишья он поморщился, напрягся и сказал:

– Вот интересный феномен. Наша эльфийка, благодаря отосланной ей мане, восстановилась уже до такого уровня, что может самостоятельно шевелить всеми своими конечностями. И теперь меньшую часть маны, она тратит на мелкие порезы и ушибы, а излишек сохраняет в своих канальцах на теле, видимо для внезапной атаки при удобном случае, – он сделал паузу и продолжил. – Если бы члены 666 перед её убийством не отстреливали и не отрезали конечности, она наверняка напала бы на них в полную силу.

– Хочешь сказать, что их жестокость сыграла им на руку?

– Я хочу сказать, что они вероятнее всего проанализировали ее точно так же, как это сейчас делаю я. Только в отличие от них я владею магией света, а это значит…

– Что они хотят узнать больше и выставляют себя дурочками.

Иллисех отправил небольшое количество маны для усиления слуха. Никого, кроме Тома и шахтеров. Все спят.

– Из чего следует логичный вопрос: что они на самом деле задумали и в какой блудняк нас сведет подписанный с ними договор. Еще этот тоннель под палаткой, оружие с рунами, менестрель в шутовских одеждах, который песнями повышает полученный опыт. Я полагал, что больше нас вряд ли кто-то знает об этом мире, а выходит, что мы и половины не знаем из того, что знают игроки из трех шестерок.

Иллисех сжал кулаки, в лице не изменился. Все не отрывался от эльфийки, а та начала следить за ним.

– Зачем устройству подвергать ее таким мучениям из раза в раз и делать врага сильнее?

Ронни скрестил руки и посмотрел на монстра-босса и ответил:

– При жизни она, наверное, была красивая.

– Хочешь сказать, что тут замешан некромант, наделенный человеческими чувствами и слабостями? Хм… Вполне вероятно, – он сделал паузу, собираясь с мыслями, и продолжил. – В таком случае можно попробовать применить мое новое усиленное заклинание… У него правда слегка странное название. Набор букв. Сделал для того, чтобы никто его не своровал.

– Лучше скажи, что оно делает.

– Эмоции проявляются у нас не только в жестах и выражении лица, но и в физиологических признаках. Например, во время страха, в кровь выделяется адреналин, во время счастья, серотонин и так далее. Заклинание выпускает пучок света, который синхронизирует мои органы чувств и органы чувств другого через мана каналы. Таким образом я пойму, испытывает ли некромант эмоции, ибо его мана течет в его жилах и его эмоции, скорее всего, наделяют ее.

– С этого надо было начать еще десять минут назад.

– До мо’ос эсформит ком, ⁸ – сказал Иллисех и в его руке появился яркий свет.

Глаза эльфийки распахнулись. Мышцы лица напряглись, зубы оскалились, в лице пронеслась нотка безумия и жажда убийства. Она рявкнула, как озлобленный хищник, загнанный в угол, начала дергаться, кричать и трястись.

– Разозлился, – сказал Ронни, пристально наблюдая за поведением монстра-босса.

– Кому бы понравилось, когда к нему лезут в душу.

– Так что ты почувствовал? Любовь?

– Нет. Он отразил заклинание.

– Чтобы там ни было, он ведь может дать ей умереть, а возродить после, в любой удобный момент. Тут что-то не ладится.

– Может прервав связь однажды, второй раз не восстановишь?

– Не помню, чтобы некромантия где-либо работала по такому принципу.

– Тоже верно, – сказал Иллисех, открыл интерфейс, проверил свои параметры и продолжил. – Судя по обстановке вокруг, в прошлом тут проходило не мало боев. К тому же моя полоса опыта и без магии менестреля заполняется быстрее, нежели в предыдущих тоннелях или пещерах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Фирма, создававшая элитные очки. Ее филиалы закрылись еще в 2298 году, когда выяснилось, что ее администрация в тайне ото всех создала несколько военных заводов спонсирующих повстанцев и террористов.

Вернуться

2

Робот уборщик. Андроид 2 поколения, созданный еще в 2281 году. Устаревшая модель. Но считается одной из самых долговечных.

Вернуться

3

Робот-андроид, созданный на базе 313 и прошитый на готовку.

Вернуться

4

Пульс, давление и здоровье.

Вернуться

5

Южная деревня

Вернуться

6

Etenim in certamine bellorum exercitata paucitas ad uictoriam promptior est, rudis et indocta multitudo exposita semper ad caedem.

Вернуться

7

Каменные изваяния меж пригорков. В середине каждого месяца, под ними можно найти родник, вода которого очищает от любого недуга, основываясь на словах их первооткрывателя Кроба.

Вернуться

8

(С драк. Языка) Почему ты не даешь ей умереть?

Вернуться