Тьма-2. Новая жизнь
Полина Бунас

© Полина Бунас, 2023

ISBN 978-5-0060-0627-0 (т. 2)

ISBN 978-5-0060-0628-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава номер 17

Письмо

Ещё одна спокойная ночь без всякой там нечисти. Но меня никак не покидает чувство, что Ларс что-то задумал. Он точно от меня что-то скрывает: прошлой ночью я поймала его на улице, и он не ответил, что ему было нужно.

«Люди просто так не ходят по ночам, тем более в одиночку. Неужели он такой же трус как все и собрался сбежать?»

Я наконец вхожу в этот скромный человеческий домишко, где мне приходится «жить». Две средние пустые комнаты и две маленькие, в которых я была лишь один раз. В доме ничего нет. Только пустые серые стены.

«А мне для жизни ничего и не надо… я и так умею делать множество бесполезных человеческих штучек. Кстати, о людях, надо всё-таки помочь Ларсу – зайду, скажу ему, что уезжаю. Можно и между городами пожить. В крыше над головой я не нуждаюсь, без общения тоже как-то протянула несколько тысяч лет. Всю жизнь так… Уже привыкла…»

Я опять приобретаю твёрдую оболочку, хоть и не люблю этого делать. Этот вид так давит. А ведь это – всего лишь маска, хорошо ещё больше трещины скрывать не надо.

Я подхожу к дому Ларса и ловлю лёгкий шок: дверь раскрыта, а пол залит чем-то красным. Я сомневаюсь, что это может быть кровью. Олеся не могла его убить – она в ужасе выбегала отсюда, едва ли заметив меня тогда. Рядом с порогом дома валяется стержень с остатками красных чернил.

«Вот он значит какой! Сбежать решил! Такой же, как и все остальные – трусливый человечишка!»

Я трескаюсь от злости, а на пальцах рядом с ногтями выскакивают маленькие шипы. Мне нельзя злится. Я не должна испытывать этого чувства.

Живя среди людей, я поняла, что люди очень любят пояснять свои действия, даже если их об этом не просят. Так что думаю, что можно попытаться найти записку или что в этом роде.

Я молча захожу в дом мужчины и быстро оглядываю прихожую. С моего последнего прибывания здесь ничего не изменилось кроме пятен на полу. Могу признать, что по человеческим меркам Ларс довольно хорошо замёл следы побега. Но одну деталь всё же не учёл.

Я подымаю стержень и запихиваю его в одну из своих трещин. Внутри у меня всё ровно пусто, а тьма способна разрушить что угодно. Достаточно нескольких секунд на то, чтобы пластмассовая трубочка рассыпалась и испарилась в воздухе. Я всё ровно ничего не почувствую.

Мне достаточно десяти минут чтобы обойти весь дом несколько раз. Тут нет никаких записок или зацепок. Но я же знаю Ларса – он не станет обходить эти человеческие принципы. Записка должна быть, только вот вопрос где?

«Свой» дом я получила года три назад и за всё это время ни единого раза не воспользовалась тем синим ящиком на заборе. Люди вроде говорят, что эта вещь предназначена для почты. Впервые я отваживаюсь открыть эту старую коробку. Я не жду многого. Максимум что там будет – это пару пожелтевших газет и писем. Раз… два… и… Пусто!

«За три года мне вообще ничего не пришло. Даже как Мина я никому не нужна…»

Под платьем по мне быстро пробегается ещё одна маленькая трещинка.

Тут я замечаю бумажку, упавшую на землю. Это помятый конверт без каких-либо надписей: ни адреса, ни подписи.

Мне не приходилось раньше читать писем, только книги. Я аккуратно раскрываю конверт.

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —

Дорогая моя, не знаю правильно ли будет называть тебя Тьмой, особенно сейчас…

Я очень жалею, что не сказал тебе это в живую: «Милая Мина, или Тьма, как тебе угодно. Кажется, я влюбился в тебя…»

Мне самому очень трудно в это поверить. Уверен, что и тебе будет трудно представить это, но это так. Я не знаю, что с собой делать – у меня больше нет сил молчать. Пусть ты и не человек, пусть ты страшна и бессмертна, ты должна понимать каково это любить и даже не знать взаимна ли эта любовь.

Увы, я знаю, что мы не можем быть вместе: ты – Тьма, а я – всего лишь простой человек. Однако моё желание быть с тобой сильнее любой невозможности. Я нашёл выход, но это слишком рискованно… Я могу уже никогда не вернутся…

Не пытайся искать меня – это бесполезно. Даже не думай об этом… Не смей меня искать! У тебя всё ровно не выйдет, как бы не хотелось в это верить…

Мне больно об этом думать, но кажется я иду на верную смерть и только чудо может мне помочь сделать то, что я задумал…

Возможно, я никогда не вернусь. Не расстраивайся, если я не приду. Будь счастлива…

На всякий случай прощай, Тьма… Прощай, моя милая, прощай, Мина…

Ларс

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — —

«Он влюбился в меня?! неужели меня можно любить?

И он решил умереть?! Из-за любви ко мне он решил умереть?! Да как он…

Так. Куда он мог пойти? Что может быть страшнее меня? Я же чудовище, мертвец, нечисть… Нечисть! Тэлакрисс – город нечисти.

О, какой же Ларс идиот! Неужели он думает, что если умрёт, то все его проблемы решаться?!»

Я не знаю когда именно Ларс сбежал из города, поэтому первое, что я делаю – это туман с проходом в Тэлакрисс.

Пройти через туман для меня легче лёгкого, а вот сделать его… всё ровно, что пить воду – трещины забиваются, из них наружу вылазит что-то влажное. А само горло остаётся в это время пустым. Неприятно и противно…

Полминуты и я в Тэле. И здесь всё тоже самое: все начинают вопить, убегать, выпускать когти, шипеть, рычать… Все стараются защититься и защитить кого-то, все стараются убежать от меня как можно дальше. Все ругаются.

«Такая же нечисть, как я, а так же, как люди боятся и ненавидят».

Я быстро прохожу по улицам городка, игнорируя его жителей. Все боятся – никто мне не мешает. Я обошла весь город, но не нашла ни Ларса, ни следов недавнего убийства.

«Какое облегчение… Его здесь не было. Но тогда, где же он?»

Лучший способ найти что-нибудь – это залезть повыше. Я впитываюсь в стену самого высокого из ближайших зданий и словно змея, извиваясь из стороны в сторону, подымаюсь на самую крышу.

Здесь обзор хороший, но разглядеть что-то мелкое вдалеке трудно. Креме высоких зданий соседнего города ничего не видно. Хотя… нет! Не очень далеко от города виднеется два пятна примерно одного размера. Правда, одно из низ более светлое и узкое, а другое – темнее и шире. Судя по обстановке вокруг хотя бы одно из тех существ – нечисть.

«Опять нечисть? Ну что ж, может быть я найду пять лишних минут. Масарити тоже нужна помощь…»

Здесь, наверху, я не могу сделать туман. Придётся спускаться.

«Вообще я не боюсь высоты, но как-то страшновато отсюда спускаться».

Обычно я скатываюсь вниз по стене, но тут стена большая.

«Раз. Два. Три».

Я неуверенно скатываюсь вниз.

Не знаю, что произошло, но я вдруг впервые за несколько тысяч лет осталась довольна той эмоцией, которую испытала. Было весело…

«Весело… Нет! Мне не до веселья – у меня много дел и я не заслужила. Нужно Ларса искать».

Я быстро делаю туман и как можно быстрее вхожу в него.

– Противная нечисть! – я слышу человеческие крики, как только вхожу в туман.

Это голос… Ларса?!

«О, Боже! Хоть бы успеть».

Я ускоряю шаг. В ответ крику слышится рычание, сначала агрессивное, а после какое-то испуганное.

– Туман? – ну да, живое человеческое удивление.

Ещё один шаг и я выхожу к месту нападения…

Глава номер 18

Уговор

Гута. Вечно голодный японский демон из старой мифологии. Он настолько сгорблен, что его кисти волочатся по земле, а колени не разгибаются вовсе. Слава Богу, гуты – одни из самых медленных демонов.

Лишь увидев меня он забывает про добычу и отступает, как можно дальше. Даже запах человеческой крови, который обычно сводит демонов с ума, ему не интересен.

– Как ты? Что? Откуда ты взялась? – я вижу, что Ларсу больно говорить – у него кровь течёт изо рта.

Я молча приобретаю твёрдую оболочку, превращаясь в так называемую Мину.

– Что ты здесь делаешь? – удивлённо выдаёт Ларс.

Гута, заметив, что мужчина не боится меня, начинает рычать и под ужасной жаждой крови приближается к нам.

Ларс с неподдельным человеческим страхом прячется за мной.

Я молчу. Из трещин на ладони я тонкой лентой резко высовываю свою тёмную часть и обвиваю демону запястья и шею. Он рычит и всхлипывает от боли. Его вены, и так готовые выпрыгнуть, лопаются. У гуты течёт кровь откуда только можно. Тёмная мутная бордовая кровь. Его ярко-красные глаза бледнеют, покрываются неживой пеленой. Он пытается отойти, но сил уже не хватает. В конечном итоге демон перестаёт сопротивляться.

Я отпускаю гуту, и тот без всяких движений валится на землю.

– Что ты творишь?! Мина, зачем ты это сделала?! – парень испуганно кричит и выходит чуть вперёд, – Он мёртв?!

«Как обычно».

– Я не знаю, – я перевожу взгляд на тело гуты, которое медленно тает и впитывается в землю мутной жидкостью, – Ну… Скорей всего.

– Зачем ты это сделала?

Я молчу.

– Ты, – неуверенно начинает Ларс, – Ты спасла меня?

– А ты что помирать собрался? – люди же так говорят.

– Это мои проблемы! – ну он и грубиян.

– Хорошо. Если ты не понял объясню ещё раз: проблемы других – это мои проблемы.

– Ага. То есть твои проблемы – это заботы других.

«А я об этом и не думала никогда. Люди тогда б утонули в моих проблемах».

– Чужие проблемы – это мои проблемы, а мои проблемы – это то, с чем я сама должна справиться.

«Я всю жизнь так и жила».

– Но это неправильно, – упрекающе говорит мужчина, – Не обязательно делать всё самой. Ты не одна.

– Я всегда одна, – строго говорю я.

По руке у меня пробегается ещё одна маленькая трещинка.

– А что будет, если ты отступишь от этого правила?

Мне нечего ответить.

– Ты ради других даже убивать согласна? – злостно высказывает Ларс.

– Если б я не сделала этого ты бы умер, – я повышаю голос, – И, если б отступила от своего правила тебя бы уже в живых не было, как и многих других.

– Чего ты кричишь на меня?

«Но я не кричала. Я решала его проблему – я помогла ему. А он ругается. Что я сделала не так?»

– Ларс, возвращайся обратно.

– Нет. Я не вернусь туда, – спокойно отвечает он, – Я уезжаю. Как Анна. Мне нечего больше делать в Масарити.

– Тогда тебе в другую сторону, – говорю я, когда он берёт рюкзак и начинает идти.

– У тебя не спросил.

«Значит всё-таки в Тэлу намылился».

– Тебя в Тэлакрисс подбросить? – сухо спрашиваю я.

– Откуда?! – он злится и ускоряет шаг.

«Говорил же, что любит меня, а я ему уже мешаю».

Меня смущают его кровавые пятна, а другую нечисть они будут смущать ещё больше. Недолго думая, я «колдую» бинты из своей тёмной плоти.

– Держи, – я быстро подхожу к Ларсу и протягиваю бинты ему.

– Мне не надо. Я не мумия.

– Если ты собрался в Тэлу, то возьми. Там живёт много вампиров и демонов, а они сходят с ума при виде открытой раны или запахе крови.

– Ладно убедила, – Ларс неохотно протягивает мне свою окровавленную руку.

– Может ещё и расскажешь, что произошло? – прошу я, приступая к работе.

Судя по его лицу, он не очень хочет рассказывать.

– Это было жутко, – и это всё, что Ларс говорит, – И в Масарити я возвращаться не собираюсь, – твёрдо прибавляет он.

– Я тебя не заставляю, – сразу же выдаю я, – только скажи, что тебе понадобилось в Тэле.

– Тебе не надо пока об этом знать, – грубо высказывается он.

– Не хочешь говорить – не надо. Но тогда я иду с тобой.

– Нет! Ты возвращаешься в город.

– Смерть не решает проблемы. Я не хочу, чтобы ты умирал, – я не уверена, что он действительно меня любит, но я люблю его, – Хочешь – брось меня, делай больно, но себя береги. Если я тебе не нужна – я пойму. Но ты нужен мне, и я прошу тебя это понять.

– Хорошо, давай тогда выясним несколько вещей, – спокойно предлагает Ларс.

– Как прикажешь.

– Первое: до города нечисти можешь меня проводить, но в город я пойду один.

– Я поняла.

– Второе: ты узнаешь, что мне там нужно, но потом. Это будет большим сюрпризом для тебя.

– А он приятный? – спрашиваю я, едва он заканчивает говорить.

– Возможно. Но он будет полезен нам двоим.

– Ладно, – не очень-то верится.

– И третье, – хмыкает мужчина, – Я никогда тебя не брошу.

«Никогда не бросит? Ну это уже полный бред. Когда-нибудь он всё-таки бросит меня. не может же он встречаться со мной вечно. Рано или поздно, но я надоем ему – люди ведь надоедают друг другу со временем.

Или ещё хуже он захочет детей? Но я никогда не рожу ребёнка. И замуж он нечисть не позовёт…

Да и тем более, не известно кем я в следующий раз окажусь. Ларс же встречается с Миной, а не с Тьмой. А тут бац! И я каким-нибудь пауком стану. И что тогда? Он с паучихой встречаться будет?! Нет… С Тьмой что ли?! Ещё лучше!»

– Ну, ты со мной? Мина, – окликает меня мужчина.

– А? Да, конечно.

***

– Стой! Стой! Стой! – устало кричит мне Ларс.

– Что случилось?

– Не забывай я всё-таки человек.

– И что?

– Если ты никогда не устаёшь, то я уже ужасно устал!

«Но я тоже могу уставать. Например, я ужасно устала от всей моей жизни, от его молчания и от вечно окружающих меня страха и ненависти. И много ещё от чего».

– А ты можешь… это… ну… сделать огонь из своей силы? – он затрудняется спросить – не знает, как правильно сказать.

– Нет, – ну я не брезгливая и так всё понятно.

– Ну тогда сходи за хворостом. А я пока отдохну. Тебе объяснить, что я хочу?

– Сухие ветки. Мне проще: от моих касаний всё портится и высыхает.

– ну вот и отлично. Разожжёшь костёр, а я согреюсь. А-то от тебя холодом веет.

«Ну и наглость. Ты разожжёшь, а я согреюсь… Ещё и я виновата в том, что он замёрз!»

Я, конечно, ухожу, но что-то мне подсказывает, что с ним опять что-то такое случится…

Глава номер 19

Русалка

Я стараюсь действовать как можно быстрее – люди, конечно, могут быть сильными, но нечисть всегда сильнее. Тэлакрисс не так уж и далеко отсюда, да и к тому же уже начинает темнеть.

Вскоре я натыкаюсь на речку. А точнее на широкую реку с мутным бродом и медленным течением. В таких реках обычно водятся русалки… Ох, не к добру это.

Я быстро завязываю охапку хвороста и вешаю за плечи. Мне нужно поспешить обратно.

Когда я возвращаюсь напротив Ларса уже сидит какая-то девушка.

Это русалка. Её отличают шрамы на щеках – в этом месте у неё под водой открываются жабры. В остальном она похожа на человека. У неё даже русые волосы – видимо ещё не успели позеленеть. Недавно превратилась. Но это на суше она такая красавица, а в воде у неё будет хвост, как у тритона, жабры и перепонки между пальцами. Русалок часто путают с морскими сиренами.

На сколько я знаю, русалки не всегда злые, но у них есть привычка топить в реках мужчин. Лучше подождать немного.

– Умоляю вас, юноша, – она говорит нежно и печально, – Не надо меня трогать.

Она медленно встаёт с камня, на котором сидела и отходит от Ларса подальше.

– Что с вами? – Ларс подходит к ней ближе.

– Я не должна рассказывать об этом. Мне больно вспоминать это. Мне больно.

Русалка говорит на больших выдохах, падает на колени и ладони, но специально лицом от Ларса.

«Да она просто смеётся».

Она действительно смеётся, пытаясь зажать рот рукой, чтобы было не так слышно.

«Какая плохая актриса».

– Может вам помочь, девушка? – Ларс обеспокоенно вертится вокруг её.

«Да чем ты ей поможешь? Она ж смеётся».

– Вы в порядке? – продолжает мужчина.

Русалка уже кусает пальцы, лишь бы перестать смеяться. Работает. Но не сразу.

– Мне плохо, – наконец тяжело выдыхает русалка, – Воды…

«И всё-таки злая. Я уже знаю, что будет дальше: она попросила воды – сейчас Ларс даст ей какую-нибудь бутылку, а она якобы случайно прольёт всё. Затем русалка расскажет про реку и либо заставит Ларса взять её с собой, либо пойдёт за ним следом – помогать другим русалкам его утопить».

– Куда?! – я выхожу к ним, даже не превращаясь в Тьму.

– Девушка с трещинами? – русалка вскакивает и испуганно выпучивает глаза.

– Что? – Ларс поворачивается ко мне, – Мина?

– Вы знакомы? – нечисть уже и забыла про свой план.

– Мина, что ты здесь делаешь? – человек.

– Спасаю тебя, – громко отвечаю я, – Если ты не заметил, она – русалка. И судя по тому, что она сейчас делала, злая.

– Ты следила за мной?! – она взрывается криком.

– Я наблюдала.

– Как ты? – злится нечисть.

– У тебя шрамы от жабр, – поясняю я, начав раньше, чем она договаривает, – а рядом я нашла реку.

– Да кто ты такая, жалкая смертная? – угрожающе произносит она.

Я растворяю часть своей оболочки. Моё лицо и кисти становятся чёрными и неосязаемыми. А на груди скапливается дым.

– Жалкая смертная? – произношу я, намеренно раздваивая голос, – Сама-то давно умерла?

Русалка шарахается и делает несколько шагов назад. Она скалит зубы и нагибается, поджимает плечи, как люди.

Я не собираюсь нападать на неё, но она закрывается руками и дрожащим голосом орёт:

– Чудовище!

«Чудовище… Нечисть, а туда же. Я ж такая же нечисть, как и ты. Чего ж вы все меня боитесь?»

Я обратно достраиваю свою твёрдую оболочку, а затем отхожу в сторону. Стою, жду. Мне ведь некуда торопиться – меня никто нигде не ждёт. Всем своим видом я стараюсь показать русалке, что та может идти, если никого не тронет.

А она настырная – делает несколько шагов, но не в сторону реки, а в сторону Ларса. Осторожно тянет к нему руки.

«Вот же вредная… Ей дали свободу, а она за старое!»

Я даже не буду ничего говорить. Только тихо растворяю часть руки, а русалка, заметив это, всё же отходит от парня.

«Она хоть и мёртвая, а всё же умна, как живые люди. Среди славянской нечисти такое встречается крайне редко».

Закатив глаза и по-детски надув губу, она наконец уходит.

– Что это сейчас было? – Ларс стоит в полном шоке.

– Я ж не убила её, – что ему опять не нравится?

– Да, я не про это. Как ты узнала, что мне нужна помощь?

– Я нашла реку недалеко отсюда.

– И как это связано?

– Речка. Русалка. Да и к тому же вечер. Темно уже – вот нечисть всякая и вылазит.

– Кстати, про вечер…

– Сейчас займусь твоим костром.

«Молчит. Ему только это и нужно. Я его спасла, а он напоминает мне о работе, которую вообще должен был сделать сам – это же ему нужно, а не мне. Хоть бы раз кто-то „спасибо“ сказал».

Я молча начинаю заниматься этой работой, хоть и ужасно не хочется.

– Может поговорим? – предлагает Ларс, садясь рядом с огнём, когда я заканчиваю.

– Что ещё нужно? – спокойно спрашиваю я.

– Ничего. Я просто хочу поговорить с тобой. Как тогда на свидании.

– Не надо, как на свидании, – даже вспоминать этот позор не хочется.

– Ну да. Не лучший пример. Ну ведь… Нет. Это ещё хуже было.

«Я не удивлюсь, если он думал про тот случай, когда я его в туман сводила. Туман…»

– А что тебе нужно в Тэлакриссе? – я резко возвращаюсь к старой теме, – Если что-то стоящее я и подбросить могу. Через туман.

– Действительно стоящее, но тебе пока рано знать, что это. А через твой туман я больше никуда не пойду! Ни один живой не сможет через него пройти!

«Ни один живой? Но Ларс же тоже живой. И он прошёл. Какие же странные эти люди – сами себе противоречат».

– Почему ты это от меня скрываешь? – я – дура, думала, что хоть кто-то мне доверяет.

– Ну, тебе правда не надо знать об этом раньше времени, – опять оправдывается, – Ну это сюрприз.

– Если я тебе надоела так и скажи. А лучше сразу бросай. Я не хочу мешать тебе и быть обузой или камнем на шее.

– Ты мне не мешаешь.

– Но я надоела тебе? Верно? – не умею я долго быть нужной.

– Нет! Всё хорошо. И помнишь? Я же обещал, что никогда тебя не брошу.

– Люди нарушают обещания.

– Да пойми ты, это любовь.

«Это рабство. Добровольное рабство, как говорят люди. Я и так много лет добровольно прислуживала людям, но Ларс видимо научился пользоваться этим. Он просто пользуется моей любовью».

– Ну может всё-таки поговорим нормально? – а Ларс никак не унимается, – Чисто по душам.

– По душам? А у меня есть душа?

Не знаю, что такого я сказала, но Ларс чего-то начинает хихикать.

– Говорить по душам – значит болтать без темы. Просто о том, что хочется.

– Я не должна чего-то хотеть.

– Расскажи о своих проблемах, например.

«Если я расскажу о всех своих проблемах он точно меня бросит».

– Не нужно. У меня всё в порядке, – если б только.

– Ну ты же должна желать чего-то! – он начинает злиться, будто я виновата в чём-то.

– Я не знаю.

«Если б ты только знал, чего я желаю…»

Глава номер 20

Буду молчать…

(1,5 года назад)

– Поэтический конкурс? Анастасия, о чём вы? – я и так сильно отличаюсь от людей, а там я ещё и растрескаюсь у всех на глазах.

– Мина, я зашла десять минут назад, и ты так прекрасно читала стихи! – она совсем не понимает о чём говорит.

– Анастасия, я умоляю вас. Я же читала Пушкина. Ну кто может плохо его читать? А на конкурсе просят написать стихотворение самостоятельно.

– Да ладно тебе, – блондинка вообще меня не слушает, – Ну что тебе стоит написать эти два-три столбика?! А с тем, как ты читаешь, ты точно выиграешь.

– Послушайте, Анастасия Аркадьевна, конкурс через два дня, а я даже темы не знаю. И к тому же…

– Тема: «Тайное желание или давняя мечта», – перебивает меня женщина, – ты обязана принять участие. Ты такая тихая – тебя не видно и не слышно. А это твой шанс выйти в свет!

«Это люди хотят выйти в свет! Меня и так все знают. Мне не нужно славы – я и не хочу этого. Я же просто тень. Разве я не должна быть в тени?»

– Анастасия Аркадьевна, мне это не нужно.

– Нужно! Ещё как нужно!

– Меня вполне устраивает моя жизнь.

«Если б ещё жизнь была, а мучения…»

– Ради меня хотя бы поучаствуй, – говорит блондинка, – Я всё ровно тебя сегодня запишу!

Она уже не желает меня слушать. Анастасия радостная уходит, оставляя меня одну.

«Я точно выдам себя и мне опять придётся пересчитывать трещины. А после и новое пристанище искать. Вечно меня выгоняют из-за таких человеческих глупостей. Надоело…

Тайное желание… Я желаю любви. Хотя бы глоточек. Чёрт с ним, с этим глоточком, хоть полкапельки любви я должна была заслужить!

Есть люди, которые говорят, что за каждую каплю слёз нужно получать по две капли любви. А я наплакала Мёртвое море, а любви так и не получила!

Я хочу, чтобы меня любили. Просто любили и всё. Как остальных».

– А может я и приму участие в этом конкурсе.

***

Я сажусь писать стихотворение этой же ночью. На это уходит не больше пятнадцати минут – строки льются сами. Но я сорок раз перечитываю.

Я ведь должна написать от слов Мины – человеческой девушки, которой я притворяюсь. Но на самом деле я же Тьма. И скрывать это очень трудно. В какой-то момент я просто выкидываю половину текста. Именно эта часть от слов только Мины.

«И всё-таки мне что-то не нравится. Разве люди мечтают о таких вещах? Нет… на сколько я знаю, многие люди мечтают о каких-то совершенно не понятных и не всегда нужных им вещах. Большинство людей мечтают о славе, богатстве, красивой одежде или дорогих украшениях. Они думают о том, как на них посмотрят другие. Но никто не хочет думать о том, что было бы им полезно. И почему никто не хочет думать о том, какие она и как они смотрят на других?

А есть люди, которые, наоборот, так заняты собой, что на остальной мир у них нет ни единой свободной минуты. Но может есть и другие люди? Люди, у которых всё наоборот. Хотя, когда ты отстрадаешь жизнь, а после отдаёшь всё время и силы миру, а на себя у тебя не хватает времени тоже очень плохо. Особенно, когда у мира нет времени на тебя».

После этих мыслей по мне пробегает ещё одна огромная трещина. Ну всё хватит! Пора учить.

***

На конкурсе было очень много участников. Здесь собралось около сотни людей для выступления и ещё больше зрителей.

«Сколько же здесь людей. Я точно тресну и всё. По-другому быть не может. Кошмар…»

– Эй, ты готова? – Анастасия неожиданно подходит ко мне сзади, – Не волнуйся.

– Зачем ты меня записала?

– А что ты не готова?

– Я готова, – готова опозориться и сгореть от стыда на глазах всего города.

– Вот и прекрасно! – радостно восклицает женщина, – У тебя есть ещё время повторить. Ты будешь последняя. Сразу после меня.

«Она тоже участвует? Тогда зачем же она меня сюда позвала? У Анастасии и так полным-полно конкурентов. Зачем же ей лишние соперники? Какие же странные эти люди».

Перед Анастасией человек сорок. Я уже услышала множество красивых, но довольно коротких стихов. Люди выходят так уверенно и так уверенно читают свои стишки, будто бы каждый день выступают на сцене по сто раз.

Я вижу, как кто-то нервничает перед выходом, но на сцене они все рассказывают весело и ярко. Словно после конкурса все их желания сбудутся.

А я не нервничаю. Я ещё не так много пожила среди людей, чтобы испытывать их чувства. Я смотрю, как говорят люди, правде в глаза и абсолютно уверена, что проиграю и опозорюсь. Я вообще не хотела участвовать.

– И так, а сейчас участник номер девяносто три, – объявляет громким голосом, ведущая концерт, девушка.

На сцену выходит Анастасия. Она такая весёлая. На лице у неё сияет счастливая улыбка. Женщина светится, как огромный солнечный зайчик.

«Чему она так радуется?»

Женщина даже стихотворение написала про солнце. Её стих так похож на остальные – короткий и весёлый. Два столбика. Я вспоминаю свой стих и мне кажется, что я нарушила правила – он совершенно не похож на эти.

– А теперь наш последний участник, – говорит таже женщина после ухода Анастасии, – И так, участник номер девяносто четыре.

Я с сомнением выхожу на сцену. Все с удивлением смотрят на меня.

«Ещё бы. Я ведь ни как они».

Люди, сидящие в зале, все такие открытые и весёлые. В яркой одежде и с красивыми причёсками. А я в скромном, закрытом старом сером платье и волосы завязала в тугую косу.

Я боюсь людей после всего, что они мне сделали, а сейчас мне ещё страшнее. Но всё же я неуверенно начинаю читать:

– Буду молчать,

Закрывая лицо руками…

Буду молчать,

Ведь кричать я устала.

Чувств у меня больше нет:

Ни грусти, ни страха, ни боли!

Даёшь всем по сто монет,

А никто про тебя не помнит…

Мне надоело быть

Просто бездушной куклой!

Я хочу знать, что кому-то

Я всё же буду нужной.

Мне надоело видеть

Чужую улыбку, объятья…

О, как я хочу получить

Своё безграничное счастье!

Я хочу знать, как звучит

Мой не звучавший смех!

Мне надоело быть

Тенью прохожих всех…

Я – просто тень – ненужный,

Мутный остаток ночи…

Скажите, разве ей нужно

Слезами заполнить очи?

Разве мне нужно горе?

Или быть может счастье?

Друзья всегда со мною —

Ночь. Тишина. И ненастье.

Маленький шарик – слезинка

Солёней, чем Мёртвое море…

Нету в душе моей искры.

Есть только боль и горе,

Глухое молчанье,

Холод – мороз по коже…

Сердце в печали…

Душа, наверное, тоже…

Хочу я забыть навсегда

Обиды и боль, и тяжесть…

Что б не страдать никогда,

Что б живёшь, а вокруг тебя – радость…

Но лучше молчать,

Чтобы тебе не попало…

Я буду молчать,

Хоть терпеть я устала…

Я начала плакать ещё на предпоследнем столбике. И вот я стою на пустой сцене, вся в слезах, а люди напротив в полном шоке.

«Сейчас они взорвутся хохотом и будут показывать в меня пальцем».

Но этого не происходит. Я быстро спускаюсь со сцены и ухожу прочь.

***

Я тогда так и не узнала, кто выиграл…

Глава номер 21

Старые знакомые

– И как ты всю жизнь без мечты прожила? – спрашивает Ларс.

– Не знаю, – да стыдно мне признаться, что я тоже чего-то хочу, – Я уже один раз говорила о своём желании. Пусть и то слов Мины, но всё же… одного раза должно быть достаточно.

– Достаточно? – с сарказмом переспрашивает Ларс.

– На всю мою жизнь.

– На всю жизнь? Но ты бессмертна.

– И что с того?

– Твоя жизнь – целая вечность! То есть за всю жизнь, за всю эту вечность, ты только один раз признала, что чего-то хочешь?

– Два, – перебиваю я.

– Чего?

– Два раза признавала. Включая несколько секунд назад.

– И всё? Этого же мало.

– Этого достаточно, – нет, это слишком много – я не должна чего-то хотеть.

– Как ты ещё с ума не сошла?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.