# Ангелы звёздного неба

Андрей Ра

Древние корабли с остатками человечества плывут в безграничном пространстве космоса, в поисках новой колыбели.

Две девушки из диаметрально разных миров – дочь капитана и старший инженер заключённая на самой нижней и опасной палубе вынуждены работать вместе, чтобы улучшить жизни экипажа с пассажирами.

Выстоит ли с трудом выстроенная чистая и искренняя дружба в столкновении грядущим «спасением» человечества?

## Ангелы звёздного неба


Андрей Ра


Космическая сказка, вдохновлённая творчеством группы «Анрил»


## Вводные данные о полёте эскадрильи

Краткая сводка, о полёте до:


Планета Хеатш была уничтожена техногенной катастрофой и осталась без атмосферы.

Перед гибелью планеты с двух ближайших спутников эскадрилья из 9 кораблей – 8 носителей класса «Бегемот» и «Флагман» покинули звездную систему.


Год 438 с начала экспансии. Корабли столкнулись с первыми проблемами износа.


Год 711 с начала экспансии. В непригодность пришел первый корабль–носитель. Отказ главного генератора повлек за собой отключение систем жизнеобеспечения. Жертв – два миллиона двести одна тысяча шестьсот двенадцать человек..

Экипажи остальных кораблей разобрали выведенный из строя корабль на пригодные запчасти. Данное действие затормозило экспансию на девять лет.


Год 1358 с начала экспансии. Вышло из строя ещё три корабля. Износ уже некоторых важных частей не подлежал ремонту. Их население частично распределено по остальным судам. Введена жесткая система правления с большим сводом ограничений.

Жертв – четыре миллиона сто сорок восемь тысяч триста шесть человек.

Исправные запчасти были интегрированы в рабочие корабли. Данное действие затормозило экспансию на двадцать три года.


Год 1989 с начала экспансии. Вышло из строя два корабля. Износ центрального ядра в одном из них привел к цепной реакции взрывов. Потерявшее управление судно столкнулось с соседним.

Жертв – семь миллионов семьсот пятьдесят две тысячи один человек.

Экспансия остановилась для сбора деталей и материалов, уцелевших в катастрофе. Данное действие затормозило экспансию на тридцать восемь лет.


Год 2020 с начала экспансии. Революция на оставшихся кораблях установила жёсткий диктат высшего офицерского состава экипажа. Принята уставная монархия, реформы по сокращению численности населения кораблей – Работа на благо корабля и общества есть жизнь, в остальном случае ты бесполезный паразит. Введены ограничения на размножение.

Жертв – один миллион сто тысяч человек.


Год 2076 с начала экспансии. Открыты биотехнологии. Рабочий класс и основные силовые структуры заменяют на синтетические прототипы. Это упрощает контроль правящего класса.


Год 2076 с начала экспансии. Жесткое подавление восстания рабочего класса и чистка рядов от инакомыслящих.

Жертв – шестьсот пятьдесят шесть тысяч

пятьсот два человека.


## Эпизод 1

Она плыла во тьме, отдавшись странному чувству невесомости. Девушка наслаждалась этим моментом, как и сотни раз до этого. Завораживающее ощущение небытия и лёгкости. Предохраняющий трос дёрнул её тело обратно, и Люмин открыла глаза. Бескрайний космос, усыпанный миллиардами искр, всегда поражал воображение своей величественностью и необъятностью. Огромное количество скоплений мерцали перед взором. Звёзды, казалось бы, все одинаковые на фоне туманностей, но каждая издавала едва едва уловимый и особый оттенок, что отличал её от сестёр. Блуждающей во тьме пространства было не под силу представить, что когда–то люди жили на маленькой планетке, вращающейся вокруг одной из таких искорок.

Девушка раскинула руки и вдохнула полной грудью, окунаясь в этот незабываемый миг полностью. Выходы в открытый космос всегда расслабляли и стирали все передряги, но момент был испорчен треском коммуникатора.

– Люмин, возвращайся, фильтр в скафандре старый – не выдержит… – прозвучал в помехах знакомый голос.

Предохранительный трос вновь натянулся и стал медленно подтаскивать путешественницу к древнему кораблю, что уже чуть более двух тысяч лет скитается в космосе, в поисках новой колыбели для человечества.

Девушка бросила последний взгляд на мириады звёзд и развернулась, чтобы протиснутся в узкий технический шлюз. Магнитные ботинки тяжело коснулись пола, и дверь закрылась за её спиной.

– К тому же, уже достаточно времени прошло, могут заподозрить, – произнёс Дживс, когда его напарница вошла в отсек. – Я тоже тут тоже рискую, выпуская тебя.

Пацан сидел на полу и сражался с затворами на трубе давления, что герметизировали шлюз. Золотистые волосы прилипли от жары ко лбу, и капли пота стекали по лицу юноши, собирая грязь.

– И что они сделают? – усмехнулась девушка, снимая шлем старого скафандра.

– Отправят тебя обратно, но уже в чём мать родила, – огрызнулся работяга на старшую по званию. – Сдать бы тебя, чтоб место инженера было вакантным.

– Мечтать не вредно, балбес, – криво усмехнулась она. – Ты тут в ссылке, как и я. И я бы очень сильно удивилась, если бы на этой всеми забытой палубе появился кто-нибудь, кроме тебя.

Взяв разводной ключ, он с силой надавил на запирающий клапан, чтобы никто не мог догадаться о прогулках Люмин.

– Не налегай, а то сорвёшь, капни маслом для начала. Тут всё на добром слове держится, – ответила ему старший инженер палубы 38. – Не бухти, я тебе выдам дополнительный жетон на паёк.

– На десерт хочу или алкоголь, – недовольно проворчал работник, смазывая клапан.

– Ну, ну ты цену-то не завышай так, даже мне на подобные жетоны надо месяц работать, а алкоголь тебе рано ещё. Да и не к чему, – спокойно ответила собеседница на его реплику, избавляясь от скафандра.

– Уж и поворчать нельзя, – улыбнулся Дживс, складывая инструмент обратно. – Жарко было?

– Да, я вся мокрая, видимо, охлаждающий элемент уже своё отжил, – кивнула Люмин, выжимая огненно–красные волосы, собранные в длинных хвост. – Сможешь найти замену?

– Постараюсь, но это тебе не вентиль скомуниздить, – ответил парень, поднимаясь с пола.

– Ну-ну, как я люблю говорить, не бухти, – девушка потрепала его по волосам. – Тебе воздастся.

– Да, да, конечно, – тускло произнёс работник. – Но, если меня поймают, в космос один я гулять не пойду.

– Вот и чудно, будет мне компания, – усмехнулась Люмин, застёгивая рабочий комбинезон. – Ты на сегодня всё проверил?

– Да, давление в норме, в зоне 2–17 счётчик барахлит немного, а так более-менее, – отрапортовал Дживс о проделанной работе ранее.

– Хорошо поработали, теперь можно и поесть, – вновь одарив его улыбкой, Люмин направилась к двери, ведущей из отсека.

– Поработали, как же… – недовольно проворчал он, поднимая тяжёлый ящик с инструментами, и поспешил за начальницей. – Я работал, а ты дрыхла полдня, а потом в космосе гуляла. Не справедливо.

– Такова твоя доля, балбес, – не поворачиваясь, ответила девушка. – Я могу гулять в космосе, а ты за пределами этой палубы и заметь на совершенно законных основаниях. Вполне справедливо, если это вообще можно назвать справедливостью.


## Эпизод 2

Сайрус Торн стоял у панорамного окна в своём кабинете, и любовался плывшим в космическом пространстве по соседству с ними кораблём. Если бы тот вдруг вышел из строя, то их экспансию пришлось бы затормозить на несколько, а может и более лет. Смотря, что останется от соседа. Хотя, конечно же, капитан флагмана экспансии не желал потери очередной единицы, по крайней мере, на своём веку.

Мужчина глотнул односолодового виски и, расправив пышные усы, крепко затянулся сигарой, выпуская облако едкого дыма. Алкоголь и табак уже не приносили ему того мнимого удовольствия, что и раньше, но от привычек отказаться Сайрус не смог. Отвернувшись от смотрового иллюминатора, он направился за свой стол, продолжая вполуха слушать ежедневный утренний отчёт своего помощника.

– Каиль, ты специально все самые плохие новости оставляешь напоследок? – спросил капитан, откладывая сигару в пепельницу. – Ты же знаешь, все эти пьяные дебоши и мелкие кражи меня совершенно не интересуют, что случилось на 17й палубе?

– Нет, сэр, я иду в хронологическом порядке, – никак не смутившись, ответил подчинённый, отрывая взгляд водянистых глаз от планшета. – В 23:12 на палубе 17 произошел взрыв одного из кислородных баков, система пожаротушения блокировала отсек и откачала воздух, дабы огонь не распространился.

Каиль Фергс сложил свой планшет и убрал в карман кителя, тем самым показывая, что его отчёт закончен. Сайрус меж тем разглядывал насаженную на зубочистку оливку, словно бы не интересуясь происходящим.

– Сколько погибших? – скучающим голосом спросил старший по званию, прекратив играть в гляделки с оливкой.

– Вся ночная смена, 42 человека, – ответил подчинённый и сгорбился, будто бы это была его вина.

Торн откинулся в кресле и вновь взял сигару, задымив ею, как паровоз. К большому количеству смертей он уже привык, а вот потеря тепличного парника на 17ой палубе негативно скажется на жизнях остального экипажа.

– Пошли семьям пострадавших по корзине фруктов и по бутылке шампанского, – произнёс Сайрус, выпуская дым, и потянулся к своему стакану. – Ну может, там, грамоту или медальку какую придумай, чтобы гордились. Пусть старший инженер палубы с воодушевляющей речью выступит.

– Вы сегодня весьма щедры, – удивился Каиль. – Но думаю, шампанское излишнее. Работяги привыкли к самогону, что они прогоняют через охладительные реакторы, поэтому не прочувствуют изысканности подаренного напитка.

– Убедил, замени тогда на дополнительную пайку для каждого члена семьи, – кивнул Торн, осушив махом стакан. – Мне не нужны очередные волнения. Какова официальная версия?

– Халатность и усталость.

– Это правильно, износа на таком высоком уровне быть не должно, – взяв графин, капитан вновь налил себе виски и развалился в своём кресле. – Что случилось на самом деле?

– Неприятная досада, судя по камерам наблюдения, один из новых синтетиков засбоил и выстрелил в бак, – ответил помощник своему командиру, переминаясь с ноги на ногу. – Мозги уже проверяются на предмет ошибок в программе или внешних факторов сбоя.

– Кто в курсе? – послышался голос Сайруса из облака дыма.

– Только внутренняя безопасность и мы с вами сэр, – неуверенно произнёс Фергс.

– Каиль, я знаю тебя уже двадцать лет, говори? – сердито потребовал капитан, туша сигару в пепельнице.

– Одна журналистка всё никак не прекратит совать нос не в своё дело…

Начал изъяснятся помощник, но его собеседник вновь махом опрокинул стакан, громко поставил его на свой стол. После чего резко встал и, заложив руки за спину, вернулся к окну.

– Как ты изворотливо начал, издалека, Каиль, любишь ты это, – произнёс с улыбкой в усах мужчина, глядя на бездонную красоту космических переплетений звёзд. – Говори прямо. Моя дочь вновь лезет туда, куда ей пока не следует.

– Именно так, сэр, – выпрямился помощник, почувствовав себя более-менее в безопасности. – Боюсь её наследственное упорство и дотошность, а также чрезмерное чувство справедливости по юности могут навредить проекту синтетиков, авторитету командования и непосредственно вашей репутации.

– Да, я и сам уже об этом думал, – согласился Сайрус Торн со своим подчинённым. – И уже появились мысли о том, как отвлечь её от всей этой темы.

Постояв с минуту в тишине и наблюдая за космическим пейзажем, капитан вновь вернулся к столу, наполнил стакан и протянул помощнику, тот вежливо отказался, как и всегда. Сайрус знал, что Каилю нельзя пить из–за болезни, но предлагал ему каждый раз. Ему нравилось наблюдать за его тощим лицом, когда здравый смысл бывшего алкоголика борется с непомерным желанием.

– Поделитесь же своими соображениями, сэр? – попросил собеседник у вышестоящего по званию, чтобы быть в курсе происходящего.

– Да в принципе ничего такого, – спокойно ответил Торн, усаживаясь обратно. – Скажу ей, что пора уже взять ответственность и заняться делом, чтобы корабль увидел будущего капитана в лучшем свете…

– Она не знает? – перебил Фергс Сайруса и сразу же сгорбился от его сурового взгляда. – Простите, сэр.

– Конечно, не знает, Араши ещё не готова к такой информации, – сердито произнёс капитан и достал новую сигару. – Так вот, дам ей невыполнимое задание. С её… как ты там сказал? Дотошностью? – дождавшись кивка от подчинённого, мужчина продолжил: – Моя девочка на несколько недель, а то и месяцев зароется в бумагах, графиках, списках и технических планах. Забыв про всё на свете. Тут ведь, как и с остальными пассажирами, главное дать цель и хорошую мотивацию.

– Очень здравая идея, – согласился с планом капитана помощник.

– У меня других и не бывает, – рассмеялся Сайрус Торн.


## Эпизод 3

Двери лифта разошлись в сторону и Араши Торн вышла в коридор, ведущий к каюте капитана. Два синтетика, стоящие по бокам двери, подняли оружие, но через несколько секунд, поняв кто перед ними, опустили винтовки.

– Отец вызывал меня, – произнесла девушка искусственно созданным охранникам, подходя к двери.

Один из них кивнул и, проведя картой доступа по считывающей панели, открыл ей проход. Дочь Сайруса Торна вошла в его каюту и кабинет одновременно. Его она, как всегда, застала перед смотровым окном.

– Араши, иди скорее сюда, – позвал капитан, не оборачиваясь.

Девушка подошла к мужчине, готовая спросить: «зачем он её позвал?», но у неё перехватило дух от вида за иллюминатором.

Огромная белоснежная комета пролетала мимо них в угрожающей близи. Такой близи, что даже их сосед спустился ниже, под флагман, чтобы не быть задетым сопровождающими сияющего исполина осколками. Ледяной, угловатый гигант отражал свет и переливался в этом чёрном полотне космоса. Ультрафиолетовое излучение дальнего светила в этой системы ионизировало остаточные частицы космического тела и создавало белоснежный искрящийся хвост из пыли и мелких обломков кометы.

– Красота, созданная в этом пространстве за миллионы лет до нашего рождения, – произнёс Сайрус. – Вряд ли мы сможем увидеть нечто подобное ещё хоть раз в жизни.

– Отец, разве разумно лететь в такой близко от неё?

– Всё просчитано, не волнуйся. Она дальше, чем кажется, – усмехнулся капитан. – Я уверен, что сейчас каждый на всех трёх кораблях, кто может, конечно, наблюдает за этим чудом природы. В наши дни не хватает чувства прекрасного для воодушевления.

Араши отошла от отца, чтобы не чувствовать едкого запаха его сигар и практически прислонилась к окну. В чём–то её папа был прав. Девушка за свою жизнь видела множество красот космоса: от переливающихся всеми цветами туманностей, до необъятных пульсирующих звездных гигантов. Даже небывалой красоты редкий космический ветер не мог сравниться с тем, что она видела сейчас. Немыслимых размеров космическая скиталица пролетала мимо, оставляя шлейф мерцающей пыли. Их экспансию можно было также сравнить с этой прекрасной кометой, что размерами не уступала, скорее всего, всем трём кораблям. Они также бесцельно брели в космосе, вот только оставляли за собой не мерцающий дивный хвост, а цепь мусора и отходов.

– Зачем ты меня позвал? – спросила наконец дочь у отца, с трудом отвернувшись от великолепия, что раскинулось за окном.

– Да, перейдём к делу, милая, – мужчина так же отвернулся от проплывающей мимо кометы и направился к своему столу. – Араши, тебе уже семнадцать, ты взрослая девушка и пора взять на себя ответственность.

– Если ты сейчас вновь будешь меня сватать за очередного сына из командования других кораблей, то разговор окончен, – с небольшим раздражением произнесла девушка.

– Нет-нет, что ты, – улыбнулся Сайрус. – Я понял, что это дело пустое. Я позвал тебя для более серьёзной задачи.

Араши взяла стул с мягкой обивкой и подтащила к столу отца. Поскольку тот обычно предпочитал, чтобы его подчинённые стояли перед ним.

– Ты же знаешь, что я не вечен и рано или поздно тебе придётся принять моё звание по наследству и командовать этим кораблём, – заговорил отец, но усевшаяся напротив него дочь перебила его.

– Так ты опять заводишь эту старую шарманку…

– Шарманку? – удивлённо спросил Сайрус, услышав незнакомое слово.

– Это был такой инструмент… музыкальный, коробочка с ручкой, её крутить надо было, – пояснила девушка и изобразила игру на древнем инструменте. – Недавно вычитала пословицу в архивах и решила узнать, что это.

– Ты, как всегда, меня поражаешь, но я не об этом, – усмехнулся Сайрус и затушил неприятную его дочери сигару.

– Нет, отец – это образование на кораблях страдает, – парировала Араши. – Люди начинают забывать простейшие вещи и зачем всё это выживание в целом. Простого луча надежды на светлое будущее недостаточно. Знания гаснут в умах людей, как звёзды в глубинах космоса.

– Красивые слова, достойные будущего капитана, – улыбнулся отец, глядя на дочь.

– Тебе записать? – с улыбкой спросила она. – Я просто говорю, что нужны общеобразовательные реформы, помимо обучения выживанию. Может статься так, что когда эта экспансия найдёт свой дом, то не будет знать, как жить вне корабля и зачем.

– Я подумаю над этим, – кивнул капитан, видно было, что ему не нравиться в какую сторону пошёл разговор. – Дело в том, что, когда ты примешь командование, экипаж уже должен знать тебя, как решительного и ответственного лидера.

– О, да! – улыбнулась собеседница и продолжила в немного издевательском тоне. – Я помню, что ты отправил 711 человек на прогулку без скафандра за пределы корабля, принимая должность у деда. Действительно решительное и ответственное дело.

– Араши, – суровым голосом отдёрнул отец её. – Это были возмутители спокойствия, бунтари. Они несли только разрушение и анархию. К тому же они как раз и убили твоего деда, не считая несколько тысяч других людей, что просто исполняли свой долг перед пассажирами.

– Да, да, история умалчивает все факты этого инцидента, – продолжила гнуть свою линию начинающая журналистка. – Поэтому ты окружил себя синтетиками. Беспрекословными и верными солдатами, а всё что только можно было упрятал под грифом секретно.

Дочь взяла графин и, ехидно улыбаясь, наполнила отцу стакан. Побагровевший Сайрус сделал изрядный глоток и всё же сдержал себя в руках.

– Ты просто мала ещё, чтобы это понять, – спокойно ответил он своей ей. – Ты не видела того разброда и аварий, что случались ранее. Благодаря мне ты, дитя спокойного времени, как и многие. Ты хоть и моя дочь, но не забывай о субординации.

– Ладно, пап, не закипай. Прости, задела за живое, чтобы это не значило, – извинилась Араши перед своим отцом, поняв, что заигралась словами. – Так чего же ты хотел от меня?

– Наш корабль хоть и флагман, но его вместимость не более миллиона человек, сейчас у нас, согласно последней переписи, проживает миллион двести тысяч и несколько сотен с десятками человек, – начал свою речь Сайрус. – Пассажирам тесно.

– Переоборудуйте бальные залы, спортплощадки и бассейны на верхних палубах, тогда и место появится, – снова перебила она капитана острым замечанием.

– Ты же знаешь, что даже при всём своём желании я не могу этого сделать, – тяжело вздохнул мужчина, но Араши почувствовала фальшь своего отца. – И на соседние «бегемоты» никого отправить мы не можем. У них перенаселение на несколько миллионов уже.

– Так, и к чему ты клонишь? – спросила девушка, решив больше не злить собеседника едкими замечаниями.

– Палуба 38, она не жилая и в аварийном состоянии. Я хочу, поручить тебе изучить её техническое состояние, – принялся разъяснять Сайрус ей свой план. – Проверь документацию, списки наших ресурсов… – он задумался, поглаживая пальцем усы. – Да, что угодно лишь бы сделать эту палубу хоть немного пригодной к жизни или более устойчивой, чтобы там без опаски можно было устроить склад и разгрузить верхние этажи.

– Хм… дело действительно серьёзное, – задумалась девушка над словами отца.

– Поэтому я и могу поручить это задание только тебе. Ты как никто лучше копаешься в бумагах, списках и прочей белиберде, анализируешь и сопоставляешь. Я за тридцать лет командования, так и не добился успеха, но я верю, что ты справишься, – воодушевляющее произнёс капитан и глотнул виски из стакана. – Только представь, как тебя будет встречать экипаж. Не просто девочка, что унаследовала звание, а настоящий спаситель. Тот, кто подарил людям более комфортную жизнь. Араши, это большой прикуп доверия, в моей работе просто дефицитный товар.

– Отец, ты явно что–то темнишь. Слишком уж всё красочно расписал, – с недоверием посмотрела девушка на него.

– Араши, ты самое ценное, что у меня есть, – с укором произнёс мужчина. – Я хочу только блага тебе и…

– Да не старайся, пап, – улыбнулась дочь. – У тебя только заготовленные речи хорошо выходят, но должна признать твой план действительно стоящий, и я возьмусь за это дело.

– Вот вся документация, – капитан протянул собеседнице планшет и добавил: – Информацию на бумажных носителях синтетики принесут тебе в каюту.

– Ну что ж, тогда не буду терять время, – чересчур воодушевлённо, нежели того хотелось, произнесла Араши, поднимаясь на ноги.

Дочь откозырнула отцу на манер подчинённого и быстрым шагом покинула кабинет. Сайрус же, тяжко вздохнув, вновь закурил и подтянул к себе стакан. Всё прошло не так гладко, как он думал, но всё же удачно. Теперь уже его девочка надолго забудет своё баловство в виде журналистики и о синтетиках, а главное, как проходит их производство. Когда она уже повзрослеет, наберётся опыта и зачерствеет, тогда он сможет рассказать ей все тайны командования в надежде, что та сможет понять и принять эту точку зрения.

Подняв стакан и замостив сигару под усами, Сайрус Торн вернулся к смотровому иллюминатору, чтобы лишний раз насладиться видом проплывающей мимо кометой.

## Эпизод 4

Дживс сидел на металлическом полу в центральном блоке и ждал возвращения Люмин. Старший инженер, видимо, ушла на обход, снять показания с датчиков, пока он закупался на верхних палубах. Покопавшись в сумках, парень достал пакетик с шипучим порошком и усмехнулся в предвкушении.

– Иди сюда, красавица, – не в силах сдержать улыбку, проговорил помощник инженера.

Разорвав пакетик, он запрокинул голову, высыпал содержимое в рот. Смешавшись со слюной, субстанция зашипела и затрещала, вызывая нестерпимое чувство щекотки. Житель палубы 38 засмеялся и, подавившись, с трудом проглотил остатки, чтобы не выплёвывать их.

– Дживс! – прокричала Люмин, отталкивая в сторону неработающую дверь между отсеками. – Я тебя сейчас убью!

Словно разъярённая фурия, девушка налетела на парня с пинками и кулаками. Вошедшая была промокшей с ног до головы. Её разгорячённая кожа приняла раскрасневшийся оттенок, под стать цвету волос. Избивая помощника, старшая по званию не скупилась на нецензурные выражения и походу совсем не сдерживалась в своей силе.

– Ай–ай! А-а-а-а-а-а!!! Люмин, за что? – прокричал парень, еле–еле спасаясь от её ударов.

– Ты какого чёрта смазал запорные механизмы на заслонках теплоотвода?! – рявкнула девушка на него, прекратив осыпать того пинками.

– Ты же сама говорила, что тут всё плохо…надо смазать, прежде чем… – чуть ли не плача, выговорил Дживс, всё ещё защищаясь в ожидании удара.

– Дебил, твою звезду ж! – вновь вскричала старший инженер и отвесила помощнику увесистый подзатыльник. – Запорные механизмы должны быть тугими, чтобы заслонки не открывались!

– Прости, я думал… – начал было вновь оправдываться провинившийся, но в ответ получил только лишь пинок в бок.

– Я там чуть не сварилась из–за тебя! – наградила Люмин очередным подзатыльником парня. – Ещё раз подобное… я тебе обещаю, лично выкину в космос, и никто о тебе даже не вспомнит.

Девушка успокоилась и выпрямилась, чтобы поправить выбившиеся непослушные волосы. Посмотрев на Дживса, старший инженер поняла, что перегнула палку. Глаза у того были на мокром месте, а из рассечённой брови потекла кровь, наверняка и синяки под одеждой появятся.

– Ладно-ладно, извини, вытрись, – Люмин бросила ему почти чистую тряпку. – Впредь без моего ведома ничего не смазывай. Понял?

– Да, – жалобно произнёс помощник, вытирая бровь.

– Всё–всё, Дживс, я упокоилась, извини. Не стоило так сильно тебя бить. Мир? – спокойным голосом произнесла она, подавая руку парню. – Слушай, я там чуть не сдохла из–за тебя, так что имею право злиться, – инженер убрала проигнорированную Дживсом руку. – Всё, прекращай смотреть на меня, как кролик на удава.

– Удава? –спросил собеседник, не поняв о чём речь.

– Ну это такое опасное животное было… как толстый шланг в два три метра длиной, – пояснила Люмин и задумалась над правильностью сказанного.

– Как шланг? – переспросил пацан и, поняв, что больше его бить не будут, поднялся. – Что без рук и ног?

– Ага.

– Чем же он тогда опасен так? – не унимался с расспросами помощник. – Взял его, раскрутил и об стену шмяк.

– Ну этот гад вроде бы обворачивался вокруг жертвы и душил её, пока кости не треснут, – копалась в чертогах памяти девушка, беря в руки одну из тяжеленных сумок собеседника. – Потом уже, когда ты дёргаться прекращал, просто заглатывал целиком.

– Дичь, какая–то, – только и выговорил Дживс, беря вторую свою поклажу и направился за начальницей.

– Да не то слово, – кивнула Люмин. – Я в книге ещё видела картинки каких–то кенгуру. Описание не нашла, но на вид просто машина смерти какая–то. Особенно с их боксёрскими перчатками.

– Какими? – вновь переспросил подчинённый у неё.

– Да мне почём знать, название только прочитала, – немного раздражённо произнесла та. – Здоровые такие, с твою голову почти. Такой в морду влетит, явно без зубов останешься.

Жители палубы 38 дошли до её центрального холла, единственного места, не считая личных кают, где у них была мебель и закинули сумки на стол.

– Такс, посмотрим… что–тут у нас… – пробормотала старший инженер, копаясь в сумке с запчастями. – Так клапаны – это хорошо, набор болтов с гайками не помешают, новые насадки на ключи – ты просто герой, фильтра на замену, о, патрубки – супер. Завтра в 1-12 их заменишь, – проверив всё содержимое, девушка посмотрела на парня и спросила, чтобы уж убедиться в очевидном наверняка: – Охлаждающего элемента не было?

– Не-а, их переложили в другое место, но я уже приметил это место. В следующий раз попробую притырить, – ответил Дживс ей. – Сегодня Граб на смене был, а он за каждую пылинку трясётся, как за свою собственную. Да и выменять их всё равно особо не на что.

– Ясно, – кивнула Люмин, расстроившись. – Но всё равно молодец. С этим хламом мы отсек 2–17 спасём, на некоторое время, а то наша жилплощадь уменьшается из года в год.

– Угу, – кивнул собеседник. – Зато мне вот что удалось стащить.

Помощник протянул старшему инженеру пакет с шипучкой, и та словно малый ребёнок сразу же выхватила его у него из рук. Жители палубы 38 вскрыли пакеты и одновременно засыпали их содержимое в рот. Помещение наполнилось щелкающими звуками, шипением и довольными возгласами. Люмин зажмурилась, чтобы вытерпеть сводящую с ума щекотку.

– Я выиграла! – победно подняла девушка руки, проглотив остатки порошка последней. – Сегодняшний душ мой, а ты – в вечерний обход.

– Эх, ну ладно, – проворчал Дживс. – Вот только завтра я точно моюсь, а то от меня уже воняет, а если отходами охладителя мыться, то потом кожа, как пластиковая пару дней.

– Договорились, – кивнула Люмин. – Чего ещё притащил, по глазам вижу, что не всё.

– Да, выторговал за литьевую пластину, что ты с реактора системы жизнеобеспечения на 40-й палубе скрутила, – парень вручил ей планшет. – Там концерт классической музыки, у тебя такого точно нет. И какая–то энципедия по растениям.

– Энциклопедия, – поправила помощника старший инженер и обняла того на радостях. – А вот за это тебе большое даже спасибо!

– Да я знаю, что ты любишь такое, – улыбнулся Дживс, высвобождаясь из её объятий. – Мог и кучу сладостей набрать или ещё чего полезного вместо.

– Не бухти, достанешь мне охладитель для скафандра, я тебе ещё чего-нибудь ценного скручу, – бросила за спину Люмин, уже выходя из отсека с планшетом руках.

Девушка ушла в соседнюю секцию, где оборудовала своё жилище. Включив запись концерта, она завалилась на кровать и растворилась в мелодичных звуках неизвестных ей инструментов. Ну как неизвестных, на картинке-то она их видела, а вот в живую – нет. Старой музыки было достаточно и современной тоже, но настолько живой, оркестровой уже практически не создавали. Плывя в мыслях вместе с мелодией, Люмин растворялась в ней и представляла различные картины зелёных лугов, синих морей и снежных вершин, что видела в книгах. Музыка завораживала её и дарила чувство свободы, подобно выходу в открытый космос. Даровало хоть какое–то мнимое чувство независимости и лёгкости. Ведь в отличии от её помощника, ей было запрещено покидать 38ю палубу. Тюрьма девушки медленно сокращалась отсек за отсеком. Возможно, ей даже не удастся дожить до старости, прежде чем местная система жизнеобеспечения выйдет из строя. Тревог было много, но в такие моменты они полностью растворялись, унося Люмин сказочное путешествие по красотам былого мира, коего она воочию никогда не видела.


## Эпизод 5

Араши стояла в тесной кабинке лифта, который, казалось бы, спускался целую вечность на нужную ей палубу под номером 38. Вот уже почти месяц она копалась в бумагах, графиках и списках, чтобы понять, как привести эту площадь в удобоваримое состояние и люди могли жить там или хранить инвентарь с ресурсами, без опаски потерять всё это разом. По всем её расчётам и прогнозам, палуба должна была выйти из строя ещё три года назад, но девушка в своём расследовании нашла ежемесячные отчёты от местного старшего инженера, хотя по всем бланкам 38я была не жилой. В итоге, дочь капитана поняла, что нужно спуститься и посмотреть, что там происходит, поскольку документация зачастую может скрывать реальное положение дел в угоду писавшему её.

Кабина лифта со скрежетом остановилась. Араши потянулась к кнопке открытия дверей, но в какой–то момент опустила руку: «Что если она ошиблась?». Тогда при открытии лифта её просто выкинет в безвоздушное пространство. «Может стоило сначала послать синтетиков для проверки?». Девушка стояла, застыв в нерешительности, но до её слуха донёсся грохот и приглушённые крики. Тогда она уже уверенно нажала на кнопку и шагнула в душное пространство 38й палубы.

– Дживс, мать твою, криворукий ты кусок идиота! – кричала девушка с пышными красными волосами, гоняясь за молодым парнем с большим гаечным ключом на перевес.

– Прости, Люмин, это случайно вышло! – извинялся помощник инженера, стараясь, чтобы широкий стол отделял его от разъярённой начальницы.

– За случайно бьют отчаянно! – прекратив попытки достать парня, старшая по палубе бросила в того ключ и, убедившись в том, что не попала, уже спокойнее продолжила: – Где я тебе теперь микросхемы на блок памяти возьму? Без них мы так и будем с открытыми дверьми жить. Малейшая разгерметизация, в любом отсеке и всё, вся палуба, считай, накрылась.

Красноволосая девушка присела, разглядывая повреждённые платы на полу, судя по всему, на них упал ящик с инструментами.

– Я могу предоставить вам новые, – проговорила Араши, и единственные жильцы палубы 38 обернулись на незваную гостью.

– Твою ж звезду. Дживс, ты только посмотри, какую фарфоровую куколку к нам занесло, – удивлённо проговорила старший инженер и выпрямилась.

– Люмин, это дочка нашего капитана вообще-то, ты бы это, – тихо проговорил помощник. – Поосторожнее с выражениями.

– Дочь капитана – не звание, а привилегия, причём ничем не заслуженная, – с раздражением ответила ему начальница и направилась к гостье. – На одежде ни пятнышка, кожа чистая, а нежные ручки явно ничего тяжелее вилки не держали.

Она обошла Араши, осматривая с головы до ног. Та, в свою очередь, почувствовала себя крайне смущённой от такого близкого осмотра и обсуждения, будто её здесь и нет. Девушка с верхних палуб не привыкла к такой неприязни.

– Да, ты права, – заговорила наконец Араши, глядя в глаза красноволосой собеседнице. – У меня ещё нет звания, но рано или поздно будет, но перед этим я хочу реанимировать эту палубу и сделать её жилой…

Слова незваной гостьи вызвали бурный смех у старшего инженера 38й, и даже её юный помощник позволил себе лёгкую усмешку, залезая с ногами на стол.

– Твою ж звезду… ты слышал, Дживс? У нас тут оптимистичная идеалистка, – Люмин отошла от Араши и, развернув стул у стола, уселась напротив неё. – Девочка, палуба 40 имеет дыру в корпусе на 27 отсеков, на 39й сдохли всевозможные системы, а здесь же… – она прервалась на нервную усмешку. – Скрутили всё, что можно при эвакуации, эта палуба вымирает день за днём. Её не спасти.

– Ты ошибаешься, – возразила дочь капитана, всё так же стоя перед инженером, как на допросе. – По всей документации, это место уже должно быть мёртвым, но вот я здесь и что я вижу: Храбрый инженер и его помощник спасают это место всеми своими силами, как могут. Даже несмотря на всю угрозу своего положения. Думаю, если им помочь, то эта палуба будет спасена.

Единственные жители 38й палубы вновь подняли сказанное их гостьей на смех, но та терпеливо выждала без возражений. Что-что, но в одном Люмин была права, у Араши не было звания и она ничем не отличалась от обычных пассажиров, только своей привилегией по праву рождения. Если взять иерархию корабля, то даже старший инженер была более ценным членом экипажа, нежели она.

– Синеглазка… – начала говорить девушка с красными волосами, но дочь капитана перебила её.

– Араши, меня зовут Араши Торн, – она попыталась вложить всю строгость в свой голос, но вызвала лишь очередную усмешку.

– Имя надо ещё заслужить, – отозвался Дживс, ковыряясь в каком–то механизме. – Я три года был шпенделем, мелким и какой–то там улиткой, – помощник инженера заткнулся под суровым взглядом начальницы, но, когда та всё же отвернулась, продолжил бубнить. – А также бесполезным, криворуким, пустоголовым, балбесом…

– Не бухти, а то снова потеряешь это право, – раздражённо бросила Люмин своему напарнику через плечо. – Так вот, куколка, ты там бумажки когда свои изучала, моё досье не видела, что ли?

Араши отрицательно покачала головой, поскольку действительно не нашла в архивах ничего о жителях 38й палубы.

– Я старшим инженером здесь записана лишь номинально, поскольку эта палуба – моя ссылка и тюрьма, – произнесла она и, уже понизив тон, продолжила: – Так–то мне уже в космосе лет десять, как положено болтаться, а Дживс никому не нужный сирота, на которого скинули обязанности пополнения моих запасов. Мы не храбрецы тут, а просто стараемся выжить в этом звездеце. Да, шпендель?

– Ну блин, напомнил, теперь пару недель так называть меня будет, – проворчал помощник, но кивнул в знак согласия.

– Хм… – задумалась Араши и решила наконец пройтись, чтобы мельком осмотреть центральный блок 38-й палубы.

– За что тебя сюда сослали? – спросила она наконец у Люмин.

– Не твоей орбиты дело, – резко ответила девушка с длинными красными волосами. – Надо будет – в бумажках своих найдёшь.

Незваная гостья вновь задумалась. Сопоставив ту немногую информацию, что получила от жителей 38-й палубы, и то, что она знала по отчётам, сразу поняла, что они в отчаянии. Хоть и не показывают этого. Эти двое вынуждены жить здесь, в ожидании внезапной смерти каждый день. Для начала нужно предложить им что-нибудь весомое, чтобы смягчить, а там уж они и сами захотят стать героями корабля.

– Хорошо, – повернулась дочь капитана к собеседнице. – У меня сейчас нет звания, но, рано или поздно, оно перейдёт ко мне по наследству. Тогда уже экипаж корабля будет приветствовать меня и реабилитировшегося инженера с его помощником, что спасли эту палубу и сделали жизни десятков тысяч людей лучше, – проговорила Араши, подходя к собеседнице. – Полное прощение, звание и возможность вернуться на верхние палубы, если вы поможете мне. Как тебе такое предложение, Люмин?

– Мы живём здесь вдвоём и нам норм, – жестом старшая по палубе приказала Дживсу захлопнуть варежку обратно. – С чего нам делить нашу огромную жилплощадь или позволить её заставлять всяким хламом? Говоришь-то ты складно, но где гарантии?

– Заключим с тобой официальный договор, который вступит в силу, как только я приму командование у своего отца, – произнесла Араши первое, что пришло в голову и, немного подумав, решила отрезать им пути к отступлению. – Или я вернусь сюда со взводом синтетиков и более мастеровитыми инженерами с верхних палуб.

Люмин резко встала и схватила дочь капитана за горло, смотря на неё с высоты своего роста. Всё произошло так неожиданно, что испугавшийся помощник свалился со стола.

– Не угрожай мне, Синеглазка, – произнесла старший инженер. – Если бы ты так могла сделать, то сделала бы, но у тебя ведь нет такой власти? Это этаж для изгоев, и не удивлюсь, если ты тут по такому же поводу.

Араши мысленно согласилась с собеседницей. Поскольку и сама думала, что отец поручил ей это дело дабы отвлечь от расследований насчёт синтетиков. Только будущий капитан уже твёрдо решила сделать всё возможное, чтобы принести благо своим пассажирам. От стабильной палубы, гораздо больше пользы нежели от разгромной статьи. Согласиться с Люмин она тоже не могла, поэтому решила уже использовать своё привилегированное положение в обществе как блеф.

– Я могу попросить отца, – твёрдо заявила дочь капитана, выдержав суровый взгляд оппонента в словесной дуэли. – И да, он не знает, что я здесь, но внутренняя безопасность корабля быстро отследит, куда я пропала, – решила сразу предвосхитить дальнейшие угрозы в свой адрес гостья с верхних палуб. – Не думаю, что лифт на 38-ю так часто спускается.

Старший инженер долго стояла, смотря в глаза своей собеседнице, пытаясь раскусить её. Перепугавшийся Дживс уже перебрал десяток вариантов их казни за угрозу дочери капитана. Араши же не уступала в твёрдости своей позиции – она спасёт это место, и они ей в этом помогут. Напряжение между девушками росло, с каждой секундой распаляя и без того жаркую атмосферу палубы. В итоге, тихо фыркнув, старший инженер отвела взгляд зелёных глаз от ярко-синих собеседницы.

– От тебя даже пахнет нежностью, – отпустила наконец её Люмин и отвернулась к столу. – Я даю тебе список необходимого, ты предоставляешь всё, что в нём есть. Без вопросов. Дополнительные пайки и более полезный–бесполезный хлам с верхних палуб, за который этот пустоголовый сможет выручить хорошую цену, – озвучила старший инженер свои условия. – Если хочешь грезить о геройстве и спасении палубы, то пожалуйста. Мы же будем делать свою работу и выжимать из тебя максимум выгоды для себя, – девушка с красными волосами повернулась к дочери капитана. – Только так и никак иначе.

– Идёт, – кивнула Араши.

– Вот и чудно, – улыбнулась Люмин. – Теперь, Синеглазка, разворот на сто восемьдесят градусов и пошла отсюда, – старшая палубы покрутила пальцем и указала на выход. – Принеси что–то полезное мне с Дживсом для начала и не забудь про договор.

Поняв, что разговор окончен, незваная гостья развернулась и вернулась в кабину лифта. Предательски дрожащий палец нажал на кнопку первой палубы и двери на 38-ю закрылись.

Разговор вышел более нервным, чем девушка предполагала, но всё же она добилась своего. Если для начала работы, ей надо умаслить подарками этих двоих, то в этом Араши не видела проблем. Девушка руками зачесала тёмные волосы, что прилипли от жары ко лбу назад и позволила себе улыбнуться. Первая гайка в задании от отца закручена, но предстоит ещё много работы.


## Эпизод 6

– Так, соединяем эти цепи, – Люмин указала отвёрткой на провода, подходящие к блоку памяти. – Потом перекидываем перемычку на резистор и выставляем выход напряжения на минимум.

– Почему это? – вопросил помощник инженера, наблюдая за её работой. – Разве не лучше повыше, чтобы быстрее работало?

– Лучше, – согласно тряхнула красной копной волос девушка. – Ты проводку нашу видел? Если там что-то замкнёт и загорится, то система безопасности заблокирует двери и откачает воздух. Соответственно, ты труп, – Люмин недовольно нахмурилась и бросила через плечо второму наблюдател:. – Синеглазка, отойди, свет загораживаешь.

Араши, что с интересом наблюдала за работой единственных жителей палубы 38, вздрогнула от неожиданности, но всё же сделала шаг назад. Пока она решила не конфликтовать с инженером и стараться всячески потакать ей, чтобы наладить более дружеские отношения. С Дживсом у неё вышло подружиться проще. Она, по факту, просто купила его лояльность за сладости и отцовскую сигару. Парень был сам по себе прост и общителен, но в присутствии начальницы сильно тушевался.

С Люмин добиться тёплых отношений пока не выходило, даже после множества полезных деталей и атрибутов, улучшающих их быт. Девушка, жившая уже одиннадцать лет на этой палубе без права выхода, видимо, разучилась доверять и общаться без издёвок. Араши, несмотря на это, всё же не теряла надежды, смягчить её одичавший характер и найти к ней подход. Времени достаточно, чтобы изучить старшего инженера. Хоть она и казалась волевой и сильной, гостья 38й понимала, что девушка с красными волосами пытается скрыть за этой ширмой старые раны. По своим журналистским каналам и через привилегии по праву рождения, дочь капитана смогла лишь найти небольшую запись в архиве о ней.

«Люмин Спар – осуждена за участие в несанкционированном собрании и принятие/хранение запрещённых веществ. Плюс подрыв социальной среды и деятельность порочащая авторитет командования».

Араши Торн очень удивила такая формулировка приказа по отношению к четырнадцатилетней, к сожалению, ничего сверх накопать ей не удалось. Данные о казнённых уничтожаются сразу после приговора, чтобы не засорять сервера кораблей. Поэтому если бы не её ежемесячные отчёты, то заключённую 38-й палубы можно было бы на всех основаниях считать мёртвой. Информации о переводе Люмин не было, значит, случилось что–то внештатное, не для протокола, или она здесь на незаконном основании.

Только вот любопытство и упорство Араши не позволило ей оставить всё как есть. Порыскав в архивах ещё немного, девушка смогла найти много записей о смертных приговорах в тот день. Единственное, что их всех объединяло это возраст в четырнадцать лет. После этого журналистке уже не составило труда выйти на событие «Плач матерей». Приказом её отца, выходом в космос было казнено 93 человека, выпускников технической академии. Поскольку журналистка имела доступ к более расширенной информации со своей стороны, то вывод пришёл очень быстро – высшие чины корабля просто избавились от лишних ртов. Накрутив вину на подростков, что устроили вечеринку по поводу окончания учёбы. Жестокость командования и её отца сильно поразила тогда Араши.

– Готово, закручивай, – торжественно произнесла Люмин, выпрямляясь.

Её помощник, положив в рот очередной леденец, что принесла им гостья, схватил защитную пластину панели управления и принялся закручивать гайки. Накрутив первую, он сразу же получил подзатыльник от начальницы.

– Смазать не забудь, бестолочь, резьбу сорвёшь, – с небольшим раздражением произнесла она. – Синеглазка нам сейчас многое может поставить, но это не повод портить имеющееся.

Дживс согласно кивнул и быстро выполнил распоряжение старшего инженера, после чего собрав раскиданные инструменты отошёл от главной двери центрального блока 38-й палубы.

– Итак, момент истины, – улыбнулась Люмин и повернула переключатель, включая питание дверей.

Все трое с надеждой и интересом посмотрели в длинный туннель, что проходил почти по всей площади 38-й. Через некоторое время проржавевшие местами двери со скрежетом принялись закрывать отсек за отсеком. Дживс радостно воскликнул и посмотрел на Люмин, но та позволила себе лишь лёгкую улыбку полную своего превосходства, Араши же наградила парня одобрительным кивком.

– Поздравляю, – произнесла дочь капитана корабля. – Считаю, что первую победу нужно отметить.

Девушка с верхних палуб подошла к автоматической тележке, с помощью которой доставила сюда множество запчастей и еды для своих новых товарищей, и открыла последний ящик. В нём скрывалась бутылка шампанского и торт.

– О! Я всеми руками за, – светясь от счастья и предвкушения, помощник направился к темноволосой девушке, но старший инженер схватила его за ворот.

– Тут ещё много работы, надо смазать все двери и очистить их от ржавчины, – строго произнесла она.

– Люмин, такое событие, не омрачай, – начала было говорить Араши. – Это наша первая победа…

– Это лишь отсрочка и спокойный сон, – фыркнула жительница 38-й палубы. – Закатывать «вечеринки» после каждой мелочи не целесообразно и тупо.

– Ну Люмин! Твою ж звезду… – взмолился её подчинённый. – Это же торт! Когда я ещё отведаю торта!

– Делайте, что хотите, – вздохнув, произнесла красноволосая девушка и отпустила парня.

Люмин, подняв ящик с инструментами, молча вышла из центрального блока, подпортив радостный момент маленького триумфа, но долго грустить Дживс не смог. Уже через минуту он с любопытством крутился вокруг кондитерского изделия, ожидая, пока Араши его нарежет ровными кусками.

Сама же гостья с верхней палубы мысленно корила себя за легкомыслие. Она предложила отметить небольшое достижение, но совершенно не подумала, что, скорее всего, именно это и вызовет ужасные воспоминания в памяти Люмин, о «Плаче матерей». Том дне, когда у неё вся жизнь изменилась и погибло множество её друзей и знакомых.

– Да не переживай, она привыкнет, – с набитым ртом проговорил парень, отвлекая Араши от томных мыслей. – Я так первый месяц вообще боялся выйти из центрального блока. Как она меня тиранила поначалу.

– Спасибо за поддержку, – улыбнулась девушка собеседнику. – Вкусно?

– Очень!

Дочь капитана протянула жителю 38-й палубы металлическую кружку с шампанским и, задумавшись, отклонила её.

– А тебе пить ещё не рано? – поинтересовалась журналистка.

– Рано, но сегодня такой день, – поглатывая очередной кусок, восторженно произнёс Дживс. – Наша первая победа из череды последующих успехов!

Араши улыбнулась и отдала ему шампанское.

– За 38-ю палубу! – произнесла девушка тост и пригубила немного, поскольку не очень любила алкоголь, но на некоторых официальных встречах приходилось.

– Если хочешь расположить Люмин к себе быстрее, то я знаю, что нужно достать для неё, – проговорил парень, перекладывая очередной кусок торта в себе в тарелку. – Только это будет стоить тебе ещё одну сигару… нет, давай две.

## Эпизод 7

Люмин медленно шагала посреди кричащей и толкающейся толпы бывших учеников. Взвод новых синтетических стражей командования толкал её и других идущих к центральному стыковочному шлюзу.

«Эти подростки, должны были стать нашим светочем в будущем, но они замыслили немыслимое! Свергнуть устои нашего корабля…» – звучал голос пропагандиста из динамиков коридора.


Безликим синтетикам приходилось, не только гнать осуждённых вперёд, но и сдерживать вопящих матерей и отцов, что пытались пробиться к своим детям.

«…распространив наркотические вещества по системе вентиляции, они собирались…» – рассказывал якобы их план голос представителя командования, чтобы все понимали, за что их казнят.

Послышались звуки электрошокеров и заряжаемых иглострелов, чтобы сдержать совсем уже разбушевавшуюся толпу.

«Мы бы заняли ключевые должности на всех уровнях, для захвата…» – заметила Люмин признание одного из знакомых, что был где–то в этой толпе, проходя мимо экрана вещания.

«Зачем он это говорит? Ничего подобного не планировалось. Они просто веселились, отмечая окончание учёбы. Да был алкоголь, но это не повод для выхода в космос», – крутилось у неё в голове.

Идущая на смерть поёжилась, вспоминая, как синтетики били её электрическими дубинками, пока она не подписала протянутую ей бумагу. Судя по виду говорившего на экране, над ним работали более старательно. Возможно, на остальных ещё были рычаги давления в виде угроз, направленных на родных и близких. У девочки с красными волосами же такой роскоши не было.

«Наша доблестная внутренняя безопасность долго следила за заговором, чтобы поймать всех бунтовщиков разом…» – не унимался динамик оправдывать лживыми словами их казнь.

Всех осуждённых протолкнули в широкий основной стыковочный шлюз корабля. Когда-то были надежды, что они смогут выйти через эти двери на новую планету, в прекрасный мир, что станет их домом. Сейчас же массивные стальные двери отделяли только от ледяной смерти.

Люмин протолкнулась среди кричащих и рыдающих товарищей по несчастью к самой двери, чтобы быть первой. Если уж ей суждено умереть, то она хотела, чтобы последним, что она увидит было прекрасное мерцание звёзд. Чтобы перед взором была величественная красота губительного космоса, а не мёртвые тела знакомых и друзей.

«…с тяжёлым сердцем командование принимает решение, положить конец этой деспотично-анархической заразе нашего с вами общества…» – всё ещё звучал красивыми словами голос из динамика где–то за её спиной.

Двери с шипением закрылись, предвещая скорый конец. Механизмы шлюза пришли в действие, готовясь, впустить холодную смерть на заготовленный пир, но не открылись. Красноволосая девочка обернулась, увидев полоску света. Перегородка шлюза приоткрылась, и несколько синтетиков, расталкивая подростков, стали пробираться вперёд.

– Люмин Спар, пройдёмте с нами, – проскрипел механический голос, когда они дошли до неё.

Искусственная рука стальной хваткой схватила осуждённую и потащила на выход. В преддверье смерти многие уже в отчаянии стали бросаться на синтетиков, послышались выстрелы и несколько счастливчиков умерли мгновенно. Люмин же механические стражи выволокли из шлюза и передали в руки приземистому мужчине в широких очках.

– Профессор Слойки? – только и спросила она удивлённо.

– Позже, Люмин, – произнёс спаситель, пряча её под широкий халат, в который был одет.

Быстрым шагом вместе с мужчиной, девочка прошла вдоль ряда синтетиков, что выстроились стеной с щитами, отделяя толпу несогласных с казнью от места её проведения. Когда они свернули в один из боковых технических коридоров, то всё вокруг потонуло в криках боли и отчаянья. Люмин поняла, что приговор привели в действие, но она избежала общей участи.

– Почему? – спросила девочка по фамилии Спар у своего спасителя, спустя некоторое время.

Мужчина остановился, снял халат и нагнулся, чтобы не смотреть на неё с высока.

– Люмин, я заплатил очень высокую цену за то, чтобы вытащить тебя, – мягко произнёс он. – Сейчас не время медлить, я позже всё объясню.


«Дорогая Люмин, мне недолго осталось жить, и поэтому этим письмом я прощаюсь с тобой. Я был обязан твоему отцу своим званием и положением на этом корабле. Всей своей жизнью. Я спас тебя тогда, чтобы отплатить ему за доброту и почтить его память. Я понимаю, что последние годы твоего заключения – это не то, о чём ты мечтала, и я считаю преступлением так хоронить твой талант. За эти шесть лет ты добилась больших успехов на 38-й. Теперь, когда меня не станет, я не смогу тебя посещать, но направлю к тебе помощника. Я верю, что рано или поздно вы вдвоём сможете сделать невозможное и спасти эту палубу. Тогда ты уже сможешь вернуться полноценным героем и вновь стать частью экипажа. Береги себя Люмин.

Профессор Слойки».


Заключённая 38-й палубы быстро отклонила от себя старое и мятое письмо, чтобы слёзы вновь не упали на него. Прошло уже столько лет, она не помнит, как выглядели мать и отец, но помнит профессора Слойки, друга их семьи, что подарил ей жизнь и образование. Когда она получила это письмо, то старый друг больше никогда не приходил к ней. Вместо него в помощь девушке сюда прислали Дживса. Сначала инженер принимала его в штыки, но быстро свыклась с ним, всё-таки шесть лет в одиночестве оставили свой странный след на ней. Сегодня очередная памятная дата прошлого, в этот день одиннадцать лет назад произошли те ужасные события. Последние годы Люмин просто закапывалась с головой в работу, чтобы не думать об этом, но не сегодня. Сегодня ей было особенно тяжело, возможно, всё из–за Синеглазки. Её дурное желание спасти 38-ю напомнило о старом друге, который, казалось бы, уже канул в темноте воспоминаний, но девушка с верхней палубы пришла и вскрыла зажившую рану.

Входные двери в каюту инженера с натужным скрипом разъехались в стороны и впустили незваную гостью, которая уже стала, как бельмо на глазу у жительницы 38-й.

– Люмин, прости, у тебя передатчик сломан, чтобы позвонить, – тихо заговорила с ней Араши.

Красноволосая девушка убрала письмо профессора под подушку и вытерла слёзы.

– Уходи, – грубо бросила она собеседнице, не оборачиваясь.

– Конечно, – кивнула дочь капитана, но быстрым шагом подошла к ней. – Я просто оставлю это здесь.

Гостья положила небольшую металлическую коробочку рядом с ней и молча вышла из каюты. Люмин изначально была не интересна очередная подачка фарфоровой куколки, но синий отсвет, что пробился в щель приоткрытой крышки подарка, очень уж заинтересовал. Старший инженер открыла её полностью и, сама того не ожидая, прекратила дышать.

– Дживс! – прокричала она в коммуникатор, вскакивая с кровати. – К техническому шлюзу НЕМЕДЛЕННО!

Люмин захлопнула коробочку с двумя охлаждающими элементами для скафандра и выбежала из каюты так быстро, что чуть не сбила с ног Араши.

Девушка с верхних палуб не привыкла столько бегать и уж тем более ей не удалось поспеть за старшим инженером. Когда она прибыла в нужное место, то Дживс уже работал над запорами большой трубы, а Люмин облачалась в скафандр.

– Маслом капни, – напомнила Араши парню вместо его начальницы и обратилась уже непосредственно к ней: – Ты ведь в курсе, что выход в космос без предписаний запрещён?

– Конечно, – не прекращая одеваться, ответила жительница 38-й палубы. – Синеглазка, ты, когда мне охладитель несла, что думала, я его в чайник вставлять буду?

– Нет… просто, – Араши замолчала, поскольку не знала, что ответить.

Гостья с верхней палубы так хотела угодить старшему инженеру, что даже не задумывалась над предназначением её подарка. Судя по уже отрепетированным действиям, Люмин выходила в космос достаточно часто. Хоть она и говорила с ней со стандартным для неё раздражением, но темноволосая девушка видела, как у той искрятся глаза от предвкушения, и сама по себе Люмин прямо-таки и светилась от счастья. Видимо, это очередная вещь, с которой Араши придётся смириться.