# Долина кошмаров. Том 1 – Абсурдное путешествие

Артем Нэль

Я ненавижу попаданцев. В какой-то момент их стало слишком много. Один из них даже стал королем, устроив почти бескровный переворот и заставив аристократов объявить, что он призван в наш мир для того чтобы спасти королевство.Я знал, что это обман. Но, как и остальные, не стал заступаться за отжившую своё монархию. Вместо этого я пытался вести бизнес с иномирцами, скупая их артефакты и технологии. Но новому королю это не понравилось. Вскоре его слуги пришли за мной, и теперь они сбросят меня в адскую бездну со связанными руками. Ну и пускай. Я уже был в аду. И знал, что там меня ждут старые знакомые и новые возможности.UPD: Второй том – лунная хижина, добавлен в черновики, готовы первые две главы.

## Пролог

(время чтения ~ 50 секунд)

– Кража государственной собственности, попытка кража королевской реликвии, подстрекательство к мятежу…

«Последнее – выдумка. Наверняка они добавили этот пункт чтобы выслужиться перед начальством».

– …контрабанда ценных металлов, контрабанда алкогольной продукции…

«Удивительно, как легко нынче нарушить закон занимаясь обычной предпринимательской деятельностью».

– …мошенничество, фальшивомонетчество…

Государственный обвинитель продолжил зачитывать длинный список моих преступлений. Я не раз и не два представлял эту сцену в своей голове и думал, что безжалостное обвинение будет подробно порицать меня за каждое преступление, некоторые из которых действительно были вопиющими. Но вместо этого они накопали что могли, добавили собственных фантазий с парой нераскрытых дел и решили сбросить меня в адскую бездну со связанными руками.

Была в этом какая-то злая ирония. Приговор хоть и был для меня заслуженным, но ни один нормальный суд не посчитал бы его таковым.

– …распространение контрафактной алкогольной продукции, склонение к употреблению контрафактной алкогольной продукции, появление голым в общественном месте…

«Да ладно, один раз было. И я тогда дал щедрую взятку».

Монотонный голос обвинителя уже порядком наскучил. Захотелось, чтобы все это быстрее закончилось.

– …и государственная измена. За все эти преступления вы приговариваетесь к изгнанию в адскую бездну. Приговор не подлежит обжалованию. Вы желаете произнести последние слова?

Я посмотрел в глаза обвинителю и паре конвоиров, стоявших рядом с ним. В этих глазах не было ничего интересного. Не было даже понимания своих действий. Они просто делали то что им приказали не задумываясь над правильностью происходящего. И конкретно в этом случае они были правы, ведь я действительно заслужил свой приговор. Но мне стало страшно при мысли о том скольких невинных они бросили в эту бездну смотря на них такими же пустыми глазами.

«Наверняка они стали такими под влиянием короля-иномирца. Может когда-то они действительно хотели честно исполнять свой долг, но теперь…»

Я усмехнулся, поняв, что мне на ум все-таки пришли последние слова. Я захотел позлить этих дураков прежде чем отправиться в ад.

– Смерть королю-иномирцу. Пусть все попаданцы будут прокляты!

Я выкрикнул эти слова и прыгнул в пропасть не дожидаясь пока меня столкнут. В аду меня уже ждали старые знакомые и новые возможности.

## Глава 1. Незнакомое лицо

Я падал довольно долго. В прошлый раз это заняло меньше времени. Хотя тогда я спускался на лифте и по идее свободное падение должно было пройти быстрее.

Непроглядная тьма окружила меня со всех сторон. Чем дольше я падал, тем меньше чувствовал сопротивление воздуха, так что в какой-то момент стало казаться, что я просто парю посреди бесконечной черной пустоты. Таким был путь в ад для тех, кто попадал туда не после смерти, а в результате изгнания.

В последнее время к этому способу прибегали все чаще. Изгнание в ад звучало лучше и справедливее чем смертная казнь, и было дешевле чем содержание тюрем или любой другой исправительной системы. К тому же, эта мера поднимала рейтинг правителя в глазах общественности.

Король-иномирец вообще уделял много внимания своей репутации. Но если монархи до него пытались произвести впечатление лишь на элиту, то нынешний правитель активно делал себе имя в народе, который поддерживал его реформы какими бы безумными они ни были.

Но это было вполне объяснимо. В глазах народа попаданцы часто представлялись героями. Они были сильны, умны и обладали невероятными качествами из иных миров, которые возносили их выше обычных смертных.

Их нарекали спасителями стран и народов. Заступниками веры и государства. Вершителями справедливости или любой другой расплывчатой херни которой средний человек не может даже дать внятного определения.

И лишь немногие трезвомыслящие люди понимали, что попаданцы в сущности своей – это самовлюбленные куски дерьма способные лишь повторять то чему они научились в своих родных мирах.

Конечно, в большинстве случаев их знания действительно оказывались полезны, но эти идиоты никогда не удосуживались тем чтобы подумать о долгосрочных последствиях своих действий. Они просто являлись в наш мир и начинали сыпать чудесами как из рога изобилия, ожидая взамен беспрекословного обожания.

И они его получали.

Не удивительно, что каждый чего-то стоящий попаданец в конце концов становился частью политической элиты. Группы влияния боролись за них так, как никогда не боролись ни за один ресурс. Технологии других миров давали новые перспективы. А перспективы манили власть.

Со временем это привело к тому, что иномирцы начали требовать не только обожания, но и преклонения. И они его получили. А преклонение от подчинения отделял всего один маленький шаг.

И этот шаг был сделан нашим нынешним королем. Он чертовски умело организовал свое повышение со статуса советника до статуса монарха. Осуществить этот фокус было легко. Верные новому королю элиты провели почти бескровный переворот и объявили, что их претендент был призван в наш мир именно для того чтобы возглавить государство и спасти его от неминуемого распада, тогда как предыдущий король просто вцепился в свою корону и не стал бы отдавать ее даже под угрозой развала страны.

Сначала в это никто не поверил. Потом появились те, кто утверждал, что истина лежит где-то посередине, что было вполне разумно. В конце концов все просто смирились и решили посмотреть, чем это закончится. Новому королю успешно удалось сместить предыдущую династию и даже избежать гражданской войны.

И тогда он начал проводить реформы. Жесткие, но чертовски эффективные реформы. Началась эпоха частного капитала. Еще никогда в истории торговцы не получали таких привилегий как при короле-иномирце. Если ты умел зарабатывать деньги – то любые двери для тебя были открыты. Освоение иномирных технологий пошло ускоренными темпами и стало еще больше набирать обороты, ведь попаданцы продолжили проникать в наш мир неся с собой новые знания.

Многие из них тем или иным путем попадали на государственные посты и хоть подобная кадровая политика давала свои плоды, она была слишком безответственной. Это стало окончательно ясно, когда один из попаданцев возомнил себя королем демонов и воспользовавшись своим положением умудрился открыть врата в ад.

Все уже начали готовиться к последней битве добра и зла, но король-иномирец проявил чудеса кризис-менеджмента. Он самолично отправился в ад и заключил с демонами соглашение. Его страна начала покупать в аду серу для производства топлива и взрывчатки, а демоны обязались обеспечить безопасные и бесперебойные поставки в обмен на золото и души грешников которых сбрасывали в адскую бездну.

Все были в выигрыше. Кроме тех, кого сбрасывали в ад лишая шанса на раскаянье.

Я грустно усмехнулся и посмотрел вверх, пытаясь рассмотреть хотя бы слабый отблеск света из мира откуда меня изгнали. Я знал, что рано или поздно это случится. Именно поэтому я позаботился о том, чтобы заранее обзавестись связями в аду и не попасть в рабство к демонам потеряв свою душу. И все же сейчас, думая о причинах случившегося, я начал замечать в планах короля-иномирца все больше изъянов.

Например, некоторые компании изъявили желание отправлять своих работников в ад для увеличение темпов добычи серы, и никто не задавался вопросом насколько этично заставлять людей работать в аду. Все задавались лишь одним вопросом – насколько это будет прибыльно.

С другой стороны, демоны также желали развивать свой бизнес и требовали открыть постоянное представительство ада в мире смертных.

Многие религии тут же выступили против такой идеи, но среди них не было одной доминирующей. Я подозревал, что король-иномирец просто купит одну из них, реформирует и сделает своей персональной государственной религией, таким образом все-таки позволив демонам легально попадать в мир смертных.

«Однако, для меня это уже неважно».

Я так и не увидел свет своего родного мира, сколько бы не пытался вытянуть голову в свободном падении. Но когда я шевельнулся очередной раз из-под одежды вылетел амулет висящий у меня на шее. Держащая его цепочка порвалась, но я спешно вцепился в нее зубами чтобы не упустить столь редкую вещь.

Когда-то этот амулет тоже принадлежал попаданцу, но я не знал кому именно. А все потому, что сам я занимался тем, что перепродавал хлам который попаданцы приносили с собой из иных миров.

Этот бизнес был чертовски прибылен. Если какой-то попаданец оказывался слишком самонадеян и находил в нашем бренном мире свою смерть, то его вещи рано или поздно попадали ко мне. А я перепродавал их с огромной наценкой, доставляя покупателю путем контрабанды.

Не то чтобы мой выбор профессии был осознанным, скорее я следовал общим трендам. Поскольку ни одна религия в нашем мире не была доминирующей, у общества не было каких-то общих ценностей которые признавались бы всеми без исключения. Но благодаря королю-иномирцу и его реформам одна такая ценность у нас все-таки появилась.

Этой ценностью стала жажда наживы.

Все граждане королевства крутились как могли и копили монеты чтобы осуществить свою мечту которая была у каждого своя, но в то же время одна на всех – накопить столько, чтобы никто уже не мог смотреть на тебя свысока. И я тоже к этому стремился.

Вот только, кажется слуги короля заметили мой небольшой бизнес и решили подмять его под себя. Именно поэтому меня так быстро обвинили и сбросили в бездну. Суду и стражникам просто было дано указание избавиться от неудобного предпринимателя занимающего прибыльную нишу.

– И вот теперь…

Свободное падение закончилось. Я вдруг понял, что больше не парю, а лежу на твердой поверхности, и тьма вокруг меня стала более материальной.

– …я в аду.

Подтянув колени к груди я вывернул руки так чтобы узел веревки оказался передо мной. С помощью зубов я освободил руки и смог подняться на ноги. Взглянув на тот самый амулет я заметил, что на нем изображено что-то похожее на бобра обнимающего репу.

«Еще одна странная попаданская символика, думать над которой нет смысла».

Я убрал амулет в карман и осмотрелся. И сразу понял, что у меня проблемы. Место где я оказался не было похоже на знакомую мне часть ада. Здесь не было привычного запаха серы, океанов лавы или других запоминающихся деталей.

Лишь огромные темные скалы со всех сторон, и серый песок под ногами. Я подумал, что этот песок может быть пеплом, оставшимся после сжигания миллиардов смертных душ.

Немного привыкнув к мраку я понял, что темные скалы являются стенами ущелья, из которого был только один выход. К нему я и направился, но на первом же повороте меня ждал сюрприз.

На пути из ущелья стоял человек. Он был одет в длинный походный плащ, а на голове была белая маска с четырьмя демоническими рогами. В его левой руке была цепь, а в правой меч, лезвие которого было изогнуто на конце, из-за чего по форме напоминало крюк.

«Ловец душ».

Встреча с таким как он не сулила ничего хорошего. Ловцы душ занимались тем, что отлавливали души смертных и продавали их в рабство демонам. Прямо сейчас у меня не было способов избежать той же судьбы при встрече с кем-то из них, поэтому я начал аккуратно отходить назад до того как меня заметили.

Ловец медленно поворачивал голову осматривая разные направления. Казалось, он что-то искал. Как только он посмотрел в мою сторону, я понял, что он видит меня даже не смотря на то, что вокруг темно и я затаился.

Человек в маске бросился ко мне столь стремительно, что я отреагировал с опозданием.

«Черт!»

Я бросился бежать не разбирая дороги. Ноги утопали в песке, поэтому двигаться было тяжело. Я не стал оборачиваться, боясь что преследователь уже настиг меня и может в любой момент нанести удар.

Как оказалось, так и есть. Я не успел пробежать и десяти шагов как понял, что меня схватили за шиворот. Через секунду мое тело обвила холодная цепь, которая, казалось, обладает собственной волей.

– Постой! Подожди! Мы можем договориться!

– Я так не думаю.

Его голос был человеческим. А значит у меня еще были шансы. Если бы этот ловец оказался демоном, то вариантов у меня не было бы совсем. Но пока я еще мог заговорить ему зубы.

– Я контрабандист! Я уже был в аду и знаю, как все устроено. Я могу обеспечить тебе стабильный приток новых душ…

– Души? Меня не интересуют новые души. Меня интересуешь конкретно ты.

– А…

Он наклонился так чтобы наши глаза и лица оказались напротив друг друга. После этого он вдруг снял маску, и я увидел его лицо. Это был мужчина лет сорока, на лбу которого уже появились морщины, а на висках седина. Он внимательно рассмотрел мое лицо обратив особое внимание на левую щеку.

Чисто машинально я сделал тоже самое. И мысли в моей голове остановились от увиденного. На его левой щеке прямо по середине была родинка. Точно такая же как у меня самого.

***

Спустя пару минут он снял с меня цепь и убрал меч в ножны. Мы вместе пошли по дну ущелья к выходу, но ситуация не стала менее абсурдной. Скорее наоборот.

– Да кто ты такой?

Отойдя от шока, я все-таки сумел обратиться к нему и задать вопрос. Но ответа я не получил.

– Эй.

– Закрой рот и не шуми. Мы в не самом безопасном месте.

Я подошел чуть ближе и уже шепотом сказал:

– Я знаю, что мы в аду. Кстати, скажи хотя бы где именно.

Подойдя ближе я снова рассмотрел родинку на щеке. Она была в точности такая же как у меня. Но разглядеть другие черты лица в полутьме было сложно.

– Мы не в аду. Не совсем.

– Что? Но где тогда?

– Какую часть из «закрой рот и не шуми» ты не понял?

Я замолчал, но только для того чтобы обдумать происходящее. Лицо, голос, рост и походка этого человека казались не просто знакомыми, они будто были моими собственными.

Но это было слишком странно. Я слышал о демонах которые любили подобные трюки, но как правило они были довольно могущественны, и никто из столь сильных обитателей ада не заинтересовался бы простым контрабандистом.

«Стоп. Он ведь сказал, что мы не в аду».

Я сразу почувствовал себя хуже, когда понял, что мой план по спокойному прибытию в ад провалился. Теперь я даже не знал где я. И не знал, что за существо идет рядом со мной.

«Демон или смертный? Или… может еще кто похуже?»

Мы подошли к выходу из ущелья, и я увидел, что недалеко горит костер. Пламя было очень слабым, но я все-равно смог рассмотреть вокруг него несколько силуэтов.

Неожиданно ловец душ потянул руку к моему горлу. Я успел отреагировать и схватил его руку, но это не помогло. У меня просто не хватило силы чтобы остановить его.

– Какого черта ты…

Он схватил меня за шиворот и начал водить рукой по шее. Вдруг его глаза блеснули холодным и жестоким светом. Я увидел это даже в темноте.

– Где амулет?

– Какой амулет?

Стоило спросить, и я почувствовал острую боль в районе лодыжки. Ловец душ пнул меня так чтобы нога подкосилась, и я упал на колени. Одной рукой он все еще держал меня за шиворот, а с помощью второй он обнажил меч и приставил его лезвием к моей щеке, а потом и к горлу.

– Ты что, думаешь я идиот и не позаботился о самом главном? Я не исчезну если убью тебя. Или если это сделает кто-то другой. Сейчас твоя жизнь стоит меньше чем любая из попаданских безделушек которыми ты торговал.

«Он знает». По спине прошла волна холода.

– Говори где амулет.

Лезвие надавило на щеку чуть сильнее. Тонкая струйка крови потекла под воротник.

– В кармане. Вот он. Был в кармане.

Свободной рукой я вытащил амулет с бобром обнимающим репу, и ловец душ тут же отобрал его. Я потер свою шею и убедился, что порез на ней неглубокий и смерть от кровотечения мне не грозит.

Ловец тем временем начал внимательно рассматривать амулет. Я не думал, что эта вещь может обладать большой ценностью, поскольку конвоиры даже не удосужились снять его перед тем как бросить меня в бездну, но ловец рассматривал его с большим интересом.

Вдруг он сжал его в руке, и бобер с репой сломался пополам. Кажется, внутри него было что-то спрятано. Рассмотрев находку ловец удовлетворенно кивнул и убрал ее в карман.

Я тем временем уже смог подняться на ноги.

– Эй, ломать чужие вещи…

– Чужие? Я забрал свою собственность. Ты все равно не знаешь, как с этим обращаться.

Почти каждая его фраза вводила меня в ступор. Этот человек только что назвал амулет свой собственность. Он также знал, что я был контрабандистом. И у него была точно такая же родинка как у меня.

Но больше всего меня поразило другая фраза:

«Я не исчезну если убью тебя».

– С этого момента твоя ценность сильно уменьшилась. Твоя смерть может повлиять на мои планы, но совершенно точно не приведет к их провалу. Договоримся так: старайся не сдохнуть, а я тебе помогу если усмотрю в этом пользу.

Я находился в ступоре, поэтому нервно кивнул, не особо понимая с чем именно согласился. Тем временем одна из фигур у костра поднялась со своего места и направилась к нам.

– Вернулся-таки. И не один…

К нам подошел очень низкий человек, лица которого я не видел из-за темноты. Он подошел прямо ко мне, и я понял, что дело было не в его росте, а в неестественной форме тела. Голова у него была посажена ниже чем у обычного человека, а на спине у него был горб.

– Ах-ха-ха! Да ну нахер! Правда ведь, мелкий Вайл! Эй, смотрите, он правда тут!

Горбун обратился к сидящим у костра фигурам. Все они посмотрели в нашу сторону, но никто не встал, чтобы подойти ближе.

– Боссу, объясни ему ситуацию. Я пойду на ночную охоту, буду ближе к утру.

– Будет сделано.

Горбун наигранно отдал честь, а ловец душ пошел в сторону противоположную костру. Его фигура растворилась во тьме так быстро, что я не заметил, как он исчез.

– Хе-хе-хе. Ты, наверное, дико напуган, и не понимаешь что происходит? Это нормально. Особенно здесь, в долине кошмаров.

«Долина кошмаров? О нет…»

Впервые у меня в сознании возник проблеск понимания. Если я действительно оказался в долине кошмаров, то это было гораздо хуже, чем ад. Во много раз хуже.

– Но мелкому Вайлу не стоит волноваться. Добрый Боссу расскажет ему все что нужно знать. Наклонись-ка.

Я наклонился к горбуну приготовившись слушать. С опозданием я понял, что он назвал меня по имени, хотя я не представлялся. Более того он назвал меня мелким. Только я захотел спросить его об этом, как вдруг горбун замахнулся и отвесил мне пощечину столь сильную, что я упал на песок из-за его удара.

– Хо-хо-хо! Да мелкий Вайл оказывается слабак! Намного слабее своей старшей версии…

«Старшей версии. Старшей. Версии».

Мысль, которую мой здравый смысл отказывался воспринимать всерьез, всплыла наружу. И озвучил ее кто-то другой. Из-за этого она звучала более убедительно. Горбун не остановился:

– Боссу давно хотел надавать по щам Вайлу и наконец-то сделал это! Замечательное чувство. Ради таких моментов стоит жить!

Горбун радостно рассмеялся и начал подпрыгивать от восторга.

– Мелкий Вайл настолько слаб, что Боссу запросто может избить и обоссать его если захочет…

Горбун подошел ближе и встал так, чтобы отблеск костра частично осветил его лицо. Он злобно улыбнулся. В полумраке его улыбка выглядела столь жуткой, что мышцы ног, рук и живота задеревенели сами собой. Я понял, что мне любой ценой надо встать на ноги. Но тело не слушалось.

«Ну же!»

Ценой огромного волевого усилия мне удалось подтянуть под себя ногу и взглянуть горбуну в глаза. Он был ниже меня на две головы, но смотрел при этом сверху-вниз.

– Хе-хе-хе. А мелкий Вайл не безнадежен. Это хорошо. Переживать мелкому Вайлу также не стоит. Боссу – благородный горбун, он не писает на беззащитных если те сами об этом не просят.

Он вдруг вытянул руку и за шкирку поднял меня с земли. В этот момент я мог думать только об одном:

«Почему? Ну почему все сложилось именно так?! Я ведь просто хотел спокойно попасть в ад, а теперь меня грозит обоссать какой-то горбун».

***

Той же ночью горбун подтвердил свои слова. Я действительно оказался в долине кошмаров.

Обычно долиной называли ровную местность между двумя горами, как правило образованную с помощью реки, которая текла между ними. Долина кошмаров была исключением и одновременно не была им.

Можно сказать, что двумя горами между которыми она пролегала, были ад и царство сновидений. Спящий, что заплутает в своих снах слишком сильно, рисковал оказаться именно здесь в последствии попав в ад и не проснувшись. Я слышал о таких случаях.

С другой стороны, могущественные демоны могли попасть сюда из ада и проникнуть в сны смертных преследуя собственные цели. Такое тоже случалось, хотя и реже. Все-таки демоны имели более эффективные и менее хлопотные способы воздействия.

В любом случае, что демону что невезучему смертному нужно было преодолеть область лежащую между снами и адом – долину кошмаров.

Многие смертные считали это место выдумкой. Если бы я сам не был контрабандистом и не бывал в аду, то был бы из их числа. Но я знал, что долина кошмаров существует. Однако я и предположить не мог что сам когда-нибудь сюда попаду.

– Это всегда так. Все, кто попадают в долину кошмаров, не хотят сюда попадать. Заметь, я не сказал, что они делают все возможное чтобы здесь не оказаться. Напротив, многие приходят сюда сознательно. Но как правило, это вынужденная мера на которую идут по принципу выбора наименьшего зла.

Боссу, который оказался более сговорчивым чем ловец душ, объяснил мне более подробно что такое долина кошмаров:

– Законы физики, время и пространство, причинно-следственные связи, логика и здравый смысл. Забудь о них! Ничто из этого не работает в долине кошмаров! Это место соткано из страшных снов, которые видели смертные прежде чем попасть в ад. Долина наполнена хищными тварями и проходимцами, чье существование бросает вызов самому мирозданию. Сюда попадают те, кого изгнали из ада или те, кто посчитал ад слишком скучным местом для пребывания.

Как я понял, Боссу сам был из таких. Я видел много безумцев за время работы контрабандистом, но таких как он – никогда.

Вскоре костер погас, и все обитатели лагеря разбрелись по палаткам. Я засыпал с мыслью о том, что ночью горбун доберется до меня, выполнит свою угрозу, а потом убьет чтобы досадить тому, кого он назвал моей старшей версией.

Но мои опасения не оправдались. Я проснулся через несколько часов из-за того, что мой сон был очень беспокойным. Боссу спал недалеко от меня и к своему облегчению я проснулся полностью сухим.

Я вылез из палатки пытаясь понять сколько сейчас времени. Небо стало оранжевым, но я не видел на нем солнца или других источников света.

– Бесполезно. В долине кошмаров нет солнца, младший Вайл.

Спокойный и размеренный голос прозвучал рядом обращаясь ко мне. Повернув голову в его направлении я заметил молодого человека, одетого в черные кожаные доспехи. Он курил трубку и смотрел прямо на меня своими желтыми глазами.

– Эм… доброе утро?

Я не знал, как правильно его поприветствовать, но знал, что стоит проявить вежливость.

– Хе-хе, не сказать чтобы доброе. Мы в самом непредсказуемом и странном месте какое я могу вообразить. Но твоя вежливость заслуживает похвалы.

Парень посмотрел на меня спокойным оценивающим взглядом. Казалось, что он сравнивает меня с кем-то чей образ всплыл у него в памяти. Я подумал, что этот образ принадлежит тому, кого назвали моей старшей версией.

– А ты…

– Майер. Я тот, кому предначертано стать твоим союзником. По крайней мере, таково мое предположение.

Он затянулся и выпустил огромное облако дыма. Я никогда не видел, чтобы человек выпускал столько дыма из легких. То ли дело было в его трубке, то ли этот парень не был человеком в привычном для меня смысле.

– Предначертано стать союзником? Что ты имеешь в виду?

– Боссу не рассказал тебе о других обитателях лагеря, верно? Это было мудро с его стороны. Вообще, я все чаще думаю, что этот горбун гораздо умнее чем кажется.

Майер ухмыльнулся уйдя от ответа на мой вопрос.

Я же посмотрел по сторонам обеспокоенный его словами о других обитателях лагеря. Но рядом с нами никого не было. Лишь присмотревшись я заметил, что на краю лагеря сидит одинокая фигура, закутанная в плащ. Она казалась еще меньше чем Боссу, и я подумал, что эта фигура принадлежит кому-то кто совершенно точно не является человеком.

– Ожидаешь увидеть среди нас демонов, оживших кошмаров и прочих местных обитателей?

На губах Майера играла все та же спокойная ухмылка. Казалось, он наслаждается моей растерянностью.

– Я вчера повстречал… кое-кого очень похожего на меня.

– Ты про свою старшую версию? Это и есть ты. Просто старше лет так на пятнадцать.

– Но как это возможно?!

Майер удивленно посмотрел на меня и вдруг рассмеялся. Мне стало не по себе, когда я подумал, что его смех разбудит тех, кто сейчас спит в палатках.

– Ах, какое наслаждение. Наблюдать за молодой и растерянной версией ворчуна Вайла. Я знал, что это будет весело, но чтобы настолько…

Он снова выдохнул огромное облако которое полностью скрыло его от моих глаз. Я отошел чуть в сторону чтобы не потерять Майера из виду, но понял, что его уже нет передо мной. Он будто растворился в дыму.

Стоило это заметить и дым резко прекратил рассеиваться. Он стал собираться у меня за спиной и когда я обернулся то понял, что Майер уже стоит там. Казалось, его тело превратилось в дым и заново материализовалось у меня за спиной.

«Вот так фокус».

Он посмотрел мне прямо в глаза и сказал:

– Ты не первый и далеко не последний кто встречает здесь альтернативную версию себя. Не пытайся анализировать происходящее используя привычный тебе шаблон мышления. Причинно-следственные связи не работают в долине кошмаров. Или… они работают не так как ты привык.

– Что ты имеешь в виду?

– Со временем ты поймешь. Но только со временем. Пока же, привыкай работать с тем чего не можешь понять. Отныне мир вокруг тебя является не только непознанным, но и непознаваемым.

Он вновь выдохнул облако, и я заметил, как его тело превращается в дым и растворяется в воздухе. На этот раз он не материализовался у меня за спиной, а просто исчез.

– Хрр… какой шумный дым…

Я обернулся на голос и увидел, как из палатки вылезла девушка примерно моего возраста. Ее заспанные глаза смотрели на меня с равнодушием, но я подумал, что она выглядит очаровательно.

Я никогда раньше не видел женщин которые выглядели бы так хорошо по утрам. Ее заспанная красота казалось настолько естественной и неподдельной, что на секунду у меня перехватило дыхание.

– Разбудил меня своим смехом и свалил, никаких манер. В-у-а-а.

Она зевнула и вылезла из палатки. А я почувствовал тяжесть в животе. Сама мысль о том чтобы заговорить с ней отдавалась болью где-то в области желудка.

Она потянулась всем телом словно кошка. В тот же момент я заметил, что ее ногти очень длинные и отливают холодным серебренным светом. Они были похожи на когти и от этого ее сходство с кошкой стало еще более очевидным.

– Ты – младшая версия Вайла, верно?

– Э… ага.

Я ответил ей, хотя внутренне еще не принял тот факт, что являюсь чьей-то «младшей версией».

Обычно я не вел себя с женщинами так глупо, даже с такими красивыми. Вероятно, проблема была в тех необычных обстоятельствах в которых мы сейчас находились. Мозг просто не успевал обрабатывать информацию и подбирать сколько-то адекватный вариант поведения.

Я сделал вдох пытаясь собраться с мыслями и начать думать холодной головой.

– Понятно. Ты, наверное, сейчас охреневаешь от происходящего. Я бы тебя пожалела, но пользы от этого не будет никакой.

Она улыбнулся и развела руками. Этот жест выглядел настолько искренним и естественным, что мне сразу захотелось все-таки получить немного жалости. Хотя бы чуть-чуть.

«Да хватит. Соберись уже».

Я хлопнул себя по щекам и тяжело вздохнул, чтобы прийти в чувства. Девушка передо мной по-прежнему казалась единственным добрым существом в долине кошмаров, но теперь я стал контролировать это чувство отдавая себе отчет в том, что этот образ может быть обманчив.

– Хе-хе. Ты еще не проснулся, да? Наверное, тебе даже кажется, что все это – просто дурной сон?

– Да не то чтобы. Я уже бывал в аду и знаю, что долина кошмаров реальна.

«Хотя, где-то на половину она действительно состоит из снов».

– М… вот как… так Вайл был контрабандистом? Как я и думала. Слушай, а давай бартер! Я расскажу тебе о других обитателях лагеря, а ты взамен расскажешь о себе то, что старший Вайл никогда бы не рассказал. Понятно, что у тебя мало причин мне верить, но ведь и я не могу быть уверена в том, что ты расскажешь правду.

У нее на губах была легкая и дружелюбная улыбка. Глаза светились любопытством так, что я почувствовал себя безоружным перед ее предложением. Тем более, что оно действительно выглядело выгодным, если сначала она выложит информацию мне и только потом я начну делиться чем-то с ней.

– Предложение неплохое, но…

Внутри палатки раздался шорох. Недавно оттуда вылезла сонная девушка, но теперь я понял, что внутри был кто-то еще. Настроение за секунду стало паршивым.

Вдруг из палатки вылезло нечто, похожее на огромного паука. Его лапы отливали серебряным светом и передвигались крайне неестественно. Присмотревшись получше я понял, что этот паук механический. Его тело было сделано из металла, а лапы передвигались с помощью подвижных креплений, соединяющих их с корпусом.

– Что за…

Паук начал бегать по песку вокруг меня. Вскоре, он переключился на сонную девушку. Та лишь присела на одно колено и погладила безжизненный кусок металла. В этом жесте было столько нежности, что я сразу подумал о том, что этот кусок металла не такой безжизненный как мне показалось.

– Что такое Кармочка? Тебе не нравится младший Вайл?

Паук сделал неопределенное движение лапками и оптимист внутри меня надеялся на то что это было отрицание.

– Так дело в другом?

Хозяйка паука подцепила своими когтями одну из панелей и аккуратно ее извлекла. Увидев внутренности механизма я понял, что это устройство гораздо сложнее чем все что я видел до этого.

– Вот как. У тебя конденсатор перегорел. Сейчас исправим. Майер, дай огня пожалуйста.

После ее слов произошло странное событие. Над остатками вчерашнего костра вдруг начал сгущаться дым. Его было мало, но он казался очень плотным. Будто некая невидимая сила специально пыталась сжать этот дым в определенной точке пространства.

Я моргнул и увидел, как дым начал впитываться в сгоревшие угли. Вскоре они вспыхнули и костер начал набирать силу. Я будто наблюдал горение, обращенное назад во времени. Дым впитывался в горящие угли, которые становились только сильнее и жарче.

– Благодарю.

Она подошла к костру и сунула руку прямо в горящее пламя. Я хотел предупредить девушку об опасности, но вовремя сдержался подумав о том, что она знает, что делает.

Так и вышло. Ее серебряные когти начали поглощать жар костра, раскаляясь и приобретая оранжевый цвет. Вскоре костер снова погас. Ее рука была цела и невредима, но вот когти теперь выглядели раскаленными до предела. Они впитали в себя жар костра обращенного назад во времени.

– А как…

Пораженный этим событием я не смог сдержаться. Хуже того, я не смог даже грамотно сформулировать то что хотел спросить. Просто стоял с открытым ртом как идиот.

– У Майера спроси, это он у нас спец по таким штукам. У меня другая специальность.

Когти на ее правой руке были раскалены, но левая рука казалась нормальной если исключить наличие на ней острый металлических когтей. Она вынула из кармана две небольшие баночки и отдала их мне.

– Подержи пожалуйста.

– Эм? Хорошо.

Она поднесла раскаленные когти к внутренностям паука, после чего очень аккуратно прикоснулась к ним. Я увидел, как небольшое металлическое соединение плавится из-за соприкосновения с ее когтями.

– А что ты…

– Паяю плату. Не отвлекай пожалуйста.

Она опустила раскаленный коготь в одну из банок что я держал. В нос ударил резкий запах хвойного дерева. Я понял, что с этого момента и до конца моих дней эта девушка будет ассоциироваться именно с этим запахом.

Она продолжила ковыряться во внутренностях паука, время от времени опуская когти в баночки и регулируя их температуру. В то же время, левой рукой она убирала с раскаленных когтей остатки металла и странной хвойной смеси которую использовала. Кажется, она заменила внутри паука какую-то деталь.

– Так, вроде все. Стало лучше?

Она посмотрела на паука, и он ответил жестом отличным от того что я видел раньше. Кажется, это было согласие.

– Вот и чудно. Можешь отдохнуть пока я…

Теперь паук сделал жест который я уже видел – отрицание. Вдруг его лапки начали складываться, а из верхней части корпуса появилась пара винтов вроде тех, что я видел на ветряных мельницах. Только эти винты выглядели гораздо сложнее и были выплавлены из металла.

Сначала я сомневался, но теперь ясно осознал, что эта техника не из нашего мира. Эта машина явно попала сюда вместе с кем-то из чертовых попаданцев.

Винты начали раскучиваться, и паук взлетел. Вероятно, я восхитился бы его четким вертикальным взлетом если бы не мрачные мысли о той, кто стоял сейчас прямо передо мной.

– Так ты… попаданка, да?

– А? Нет. Ну… не совсем.

Она снова посмотрела на меня, но уже более рассеянно. В какой-то момент она приоткрыла рот, и поднесла один из когтей к губам. В тот же миг я услышал шипение, и она вскрикнула:

– Ай! Горячо.

Она тут же закусила нижнюю губу и погрузила когти правой руки в песок.

– Блин, больно-то как.

Она вынула когти из песка и попыталась подуть на них чтобы избавиться от жара. Но это было тяжело сделать из-за обожженной губы, которую она все еще держала закусанной.

Увидев как она мучается, я тоже опустился на колено и аккуратно подул на ее когти. Она посмотрела на меня так удивленно, будто это было что-то немыслимое, хотя я сам хотел лишь проявить вежливость.

«Все-таки она обожглась именно из-за моего вопроса. Надо хоть как-то проявить участие».

Возможно, я среагировал бы иначе если бы она призналась, что была попаданкой. Но она ответила: «Нет. Не совсем». И этот ответ разжег мое любопытство. Мы оказались друг напротив друга, сидя на песке. Между нашими лицами было не больше тридцати сантиметров, а я до сих пор даже не знал ее имени.

– А ты добрее чем… эм… тот, кем станешь в будущем.

– Эм… ладно… спасибо… наверное.

– Да, так себе похвала получилась. Чтобы сгладить эту неловкость, давай приступим к выполнению нашего уговора.

Она внезапно поднялась и подошла к палатке в которой я пытался спать.

– С Боссу ты, наверное, уже знаком да? Полагаю, это наш храбрый воин пинался во сне и не дал тебе нормально выспаться.

Я действительно не мог уснуть из-за него. Но по другой причине.

– С Вайлом… то есть, со старшим Вайлом, тебя знакомить бессмысленно. Тем более, что сейчас его здесь нет. С Майером ты вроде уже знаком. Он много успел рассказать тебе?

– Да он вообще ничего не рассказал. Просто нес какой-то бред о долине кошмаров и о том, что здесь на работают…

– …законы физики, время-пространство и причинно-следственные связи. Да-да-да. Кучу раз слышала тоже самое. Частично он прав, долина кошмаров – это место абсолютного хаоса, но значительная ее часть состоит из снов смертных. Они, в свою очередь, подвержены хотя бы минимальному влиянию логики и здравого смысла, так что не верь дымку на слово.

– Ты сама знаешь, что в большей степени я прав, чем нет. Трудно найти такого смертного, чье подсознание подчиняется здравого смыслу. Еще сложнее найти его сон, и еще сложнее сделать так, чтобы этот сон оказался в долине кошмаров.

Рядом с нами появилось облако дыма, из которого материализовался Майер. Его желтые глаза смотрели прямо на меня.

– Ты волен сам делать выводы о происходящем. В долине кошмаров это самый правильных подход. Но не пытайся выстроить какой-то шаблон для постоянного восприятия и оценивания воспринятого. Это прямой путь в бездну.

– Ну… тут конечно да, не могу не согласиться. Но не стоит также думать, что долина кошмаров – это нечто однородное и происходящий здесь хаос всеобъемлющ. Есть некоторые исключения из этого правила.

Они посмотрели друг на друга и пришли к молчаливому согласию. После этого их взгляды сразу переместились на меня. И я уже знал какой вопрос хочу уточнить.

– Майер, верно? Почему ты сказал, что мы с тобой будем союзниками?

«Хотя, кажется он выразился как-то иначе. Что-то насчет того, что нам предначертано стать союзниками».

– Ой, а мне тоже интересно. С каких пор наш дымок стал таким сентиментальным?

– Хе-хе. Вы можете узнать эту информацию у старшего Вайла. Почему бы вам не поступить именно так?

Я попытался задуматься над его вопросом, но не смог. Просто потому что все еще не принял тот факт, что тот старикан действительно является моей старшей версией.

– Он не расскажет. И ты прекрасно это знаешь.

– Тогда с чего бы мне раскрывать вам информацию, которую старший Вайл не хочет разглашать? Как его союзник, я не могу пойти на что-то настолько подлое.

Мы посмотрели на Майера, и я испытал легкий ступор. Его слова были логичны и не логичны одновременно.

– Давайте лучше узнаем кое-что более интересное. Грань вероятности, подойди к нам пожалуйста!

Он обратился к фигуре, все это время сидевшей у края лагеря. Она поднялась с песка, но все равно показалась мне очень маленькой. Ее лицо было скрыто капюшоном плаща, но когда фигура подошла я понял, что она еще меньше чем я думал. Во весь рост она едва доставала мне до пояса.

Майер стянул с нее капюшон, и я обомлел от удивления.

На меня смотрела девочка лет десяти, с ясными серыми глазами. Эти глаза испускали невероятное свечение, которое заставило остановиться все мысли у меня в голове. Серый свет в ее глазах порождал вихрь, который затягивал мое сознание куда-то на глубину. Туда, где моя личность медленно растворялась в океане вероятного и невероятного.

Всего на миг я стал полностью пустым. Точнее, я не мог быть пустым, поскольку никакого «меня» уже не было. Его место занял нескончаемый поток информации, который постоянно увеличивался. Казалось, что внутри этого потока есть ответ на любой вопрос и нет во вселенной такой тайны которую я не смог бы разгадать. Погрузившись в этот поток я почувствовал, будто стал самим осознанием. И все же, среди этого потока вдруг возникла мысль, которая совершенно точно принадлежала мне и никому больше:

«Теперь… я действительно осознал все тайны вселенной? Но даже если так… сам-то я… кто такой?»

Я вернулся в реальность, мигом утратив ощущение абсолютного всезнания, но получив взамен осознание собственного я.

– Ого. Не плохо тебя шандорахнуло. Не смотри ей долго в глаза, иначе превратишься в Бога и растворишься в океане бытия.

– Глупая шутка.

– Ты так уверена, что это была шутка?

Двое моих собеседников препирались, тогда как я пытался осознать произошедшее. Только что я перестал быть собой, и это было ужасно. Потом я стал чем-то большим, и это не вызвало никаких эмоций, поскольку никакого меня уже не было. Потом я снова стал собой, и это принесло еще больше страха, чем когда я перестал им быть.

– Да что за черт…

Я попытался поднять взгляд, но снова увидел лицо девочки и тут же отвел глаза, парализованный инстинктивным страхом.

– Так всегда в первый раз. Не волнуйся, больше такого быть не должно. Ты конечно можешь специально смотреть ей в глаза и растворяться в океане абсолютного знания, но это глупо. В лучшем случае ты станешь сумасшедшим.

Майер положил руку мне на плечо и выдохнул на голову облако дыма. Странно, но мне стало легче. Казалось этот дым вбирает в себя все напряжение и страх, чтобы потом они осели где-то очень далеко в прошлом, в месте которое уже давно перестало существовать.

Я с трудом поднял взгляд и снова увидел лицо девочки. Сияние ее глаз никуда не делось, но теперь я мог отвести взгляд и не сосредотачиваться на нем.

– Перед тобой Грань вероятности. Она – единственное существо в долине кошмаров которое хоть немного заслуживает доверия. Лучше не обижай ее.

Майер наклонился и прошептал эти слова мне прямо в ухо. Казалось, каждое его слово было небольшим облачком дыма которое сквозь кожу и кости проникало прямо в мой мозг.

– А теперь самое интересное. Скажи нам, уважаемая Грань, каков шанс того что этот Вайл станет именно той версией себя, какую мы все знаем?

– 37.4%

– Ух ты… больше чем я ожидал.

– Что… что это сейчас было?

С трудом подавив остатки страха я встал на ноги и посмотрел на Грань вероятности. Она снова казалась маленькой безобидной девочкой, но я все равно старался не смотреть ей в глаза.

– Будущее не предопределено. По крайней мере здесь, в долине кошмаров. Каждое событие имеет определенную степень вероятности. Эта девочка – грань, которая определяет эту вероятность.

– Не вводи его в заблуждение. Грань просто может подключаться к инфополю долины кошмаров, транслируя полученные оттуда знания.

– Хе-хе-хе, ты тоже пытаешься искать разумное объяснение там, где его нет. Кажется, у вас с младшим Вайлом есть много общего…

Я не обращал внимания на их диалог. Собравшись с силами, я глубоко вдохнул, посмотрел на Грань вероятности и задал вопрос, который сам рвался из меня с тех пор как я пришел в себя:

– Кто ты?

Собеседники посмотрели на меня в замешательстве. Девочка не ответила. Она лишь смотрела своими серыми глазами, сияние которых пробуждало внутри меня бесконечный хтонический ужас потери собственного я.

«И в то же время… этот свет немного притягивает».

– Она не ответит. У нее нет того, что ты привык называть «личностью». Ты можешь задавать ей только такие вопросы…

Майер явно хотел что-то спросить, но осекся. Он отвел взгляд в сторону, задумавшись, после чего все-таки спросил:

– Какого вероятность того, что младший Вайл станет тем, из-за кого вся наша группа погибнет, не выбравшись из долины кошмаров?

– 1.1%

– Хм… больше чем я ожидал.

– У тебя самого 2.3. Может не будешь лицемерить, дымок?

– Ах… если я перестану лицемерить… то что же от меня останется?

Майер затянулся трубкой, выдохнул облако дыма и растворился в нем.

Я посмотрел на девушку с когтями, которая выглядела недовольной.

– Не принимай близко к сердцу. Моя вероятность стать причиной провала – 3.1%. Если у тебя есть доступ к Грани вероятности, то глупо не пользоваться теми данными, которая она дает.

– Но как… как она ее высчитывает?

– Ты думаешь я знаю? Есть только гипотеза о подключении к инфополю, но вот с ее вычислительной мощностью у меня затык… эй, малявка…

Она вдруг взяла девочку за подбородок и посмотрела ей прямо в глаза. Я всей душой ощутил, что сейчас произойдет что-то плохое. Но я ошибся. Они спокойно смотрели друг на друга, не отрывая взгляд.

– Какова вероятность того, что я когда-нибудь пойму, как ты высчитываешь вероятность?

– 0.00000673%

Она грустно улыбнулась и пожала плечами.

– А какова вероятность того, что это поймет младший Вайл?

– 96.8%

– Ого! Прогнозы больше 90% – это большая редкость. Впрочем не удивительно, учитывая что она путешествует с твоей старшей версией. Именно Грань вероятности была первой кого я увидела рядом со старшим Вайлом.

Она улыбнулась, будто вспомнила что-то забавное.

– Кажется, вам предстоит долгая и интересная история. Мне даже немного жаль, что я не стану ее частью.

– С чего ты взяла?

– Если я не пойму как работает Грань вероятности, то вряд ли наши с тобой пути пересекутся надолго. Хотя… можно же спросить!

Она довольно ухмыльнулась и обратилась к Грани вероятности:

– Если допустить, что мы оба выберемся из долины кошмаров, какова вероятность того что после этого мы с младшим Вайлом захотим продолжить общение?

– 67.8%

– О! Кажется, мы с тобой все-таки поладим. Какое облегчение.

Она улыбнулась чуть хитрее и посмотрела на меня с вызовом:

– Что-ж, я выполнила свою часть сделки и рассказала тебе обо всех обитателях лагеря, которые сейчас здесь. Твоя очередь.

– Подожди. Ты ведь ничего не рассказала о себе.

Я даже имя ее так и не узнал.

– Так это и не входило в условия нашей сделки.

«Я расскажу тебе о других обитателях лагеря, а ты взамен расскажешь о себе то, что старший Вайл никогда бы не рассказал».

«Вот блин».

– Ладно, признаю. Но я был бы рад, если бы ты представилась хотя бы из вежливости.

Она еле слышно вздохнула, чуть скривила губы и произнесла:

– Ладно. Я – демон, который завладел телом попаданки, которую ты видишь перед собой.


***

Тиссифона. Таким было ее имя, хотя она сама просила звать себя Тисса.

Раньше она была демоном, жила в аду и выполняла свои демонические обязанности. Но в какой-то момент ей не повезло. Тисса отправилась в царство сновидений и решила попасть туда в виде духа, чтобы не пересекать долину кошмаров в своем физическом теле.

Когда она вернулась в ад, то выяснила что была убита во сне. Ее тело было отдано адским тварям, а дух потерял свое пристанище.

– В таком виде я могла только вернуться в царство сновидений. Но там не любят демонов, поэтому в конце концов я оказалась в долине кошмаров.

Ее место в аду было отобрано, а царство сновидений не собиралось терпеть у себя демона утратившего тело. Поэтому она оказалась здесь. С каждым днем ее дух слабел, и она уже отчаялась от попыток найти новое тело.

– Я даже пробовала вселяться в мертвых и стать нежитью, но мне никогда не удавались подобные трюки.

Когда она уже должна была исчезнуть, то наткнулась на попаданку которая каким-то образом оказалась в долине кошмаров. Она не знала ее имени, но знала, что та иногда переносит свое сознание в механизм с которым путешествует – металлического паука.

В эти моменты тело девушки оставалось полностью беззащитным, лишенным духа и в то же время живым. Тисса, находящаяся на грани смерти, не могла не воспользоваться шансом.

– Так я украла тело которое принадлежало попаданке Кармине, а ее душа оказалась заперта в теле механического паука. Как думаешь, что произошло потом?

Итог был предсказуем. Металлический паук был мощным артефактом, который Кармина взяла из своего мира, продвинутого в плане технологий. Он не только позволял владельцу переносить внутрь сознание, но также был чрезвычайно эффективен в качестве оружия.

Поэтому, когда Кармина поняла что произошло, она мгновенно схватила Тиссу которая уже украла ее прежнее тело.

– Весь абсурд был в том, что она не могла убить меня, ведь для этого пришлось бы уничтожить собственное тело. Как в него тогда вернуться – не понятно. Как изгнать меня и забрать тело назад – тоже. Вот и получилось, что я неплохо так ее подставила.

Тисса грустно улыбнулась и отвела глаза.

– …я не хотела, чтобы так получилось. Просто… выбора не было. Наверное, умирать я не хотела еще больше…

Дальше она рассказала о том, как они с Карминой пришли к соглашению. Попаданка в теле паука не могла убить демона, захватившего ее тело. Сама Тисса так же не могла просто взять и сбежать, поскольку Кармина всегда чувствовала где находится ее прежнее тело и легко могла найти его.

Они оказались друг у друга в заложниках и решили, что должны найти обоюдовыгодный выход из ситуации.

– Именно поэтому я присоединилась к Вайлу. Он дал мне доступ к Грани вероятности, которая может помочь в поисках решения. Кроме того, в долине кошмаров много невероятных артефактов и знаний, которые могут быть полезны. Вот как-то так.

Она пожала плечами и снова стала выглядеть беззаботной. Так, будто только что ей стало гораздо легче.

– А ты, наверное, подумал что я ужасающий демон, укравший душу и тело невинной девушки чтобы поиздеваться над тобой?

– Нет! Я так не думал.

– Да ну? Что-то твое лицо в момент моего признания говорило об обратном.

Она подвинулась ближе и с наигранным недоверием посмотрела мне прямо в глаза.

– Ты думал, что я злодейка, да? Ах… нет… еще хуже! Ты, наверное, подумал, что я мужик в теле женщины!

– Да нет же! Я не думал ни о чем подобном!

– Да ну… Грань вероятности, какова…

Она прервалась чтобы оценить мою реакцию. Я пытался выглядеть спокойным, ведь все ее обвинения были беспочвенны.

– Ладно… иногда лучше не знать точных цифр. Так и быть, я поверю тебе на слово, молодой Вайл. Но только потому что ты сам был со мной честен.

Я уже рассказал Тиссе о том, как я попал сюда и при каких обстоятельствах уже бывал в аду. Позже она уточнила у нашей спутницы вероятность того что я лгу. Она была минимальна и Тисса даже извинилась за то, что решила проверить меня таким образом.

Теперь она рассказала мне свою историю и сказала, что я тоже могу подвергнуть ее проверке. Но у меня не было такого желания. Если бы она хотела соврать – придумала бы что-то менее несуразное.

«Кроме того, если я хочу задавать Грани действительно интересные вопросы о новых знакомых, то делать это надо не у них на глазах».

Хоть на небе и не было солнца, оно уже давно стало ярко-оранжевым. Казалось, оно раскалилось словно сталь и вот-вот начнет плавится стекая с небосвода. Из палатки вылез горбун с которым я познакомился вчера. Он не стал меня приветствовать, лишь взглядом дал понять, что заметил, и начал собирать лагерь попутно готовя на костре завтрак.

Как я понял, именно Боссу был ответственным за уборку лагеря и провиант.

– Вайл… то есть старший Вайл, просил передать чтобы после завтрака мы выдвигались в сторону мертвой рощи. Он и Хаген будут ждать нас там.

Из ниоткуда вдруг появилось облако дыма, из которого материализовался Майер. Он, судя по всему, отвечал за разведку и передачу информации благодаря своей способности превращаться в дым.

– Хаген?

– Последний член отряда с которым ты еще не знаком.

– Хаген – благородный воин. Боссу считает, что он достоин уважения в битве и в мире. Вам есть чему у него поучится.

Горбун сделал замечание, и я не знал сколько значения ему стоило бы придать.

– Озвученное мнение получено из плохого источника, но я вынужден с ним согласиться. Твоя старшая версия доверяет Хагену в бою, думаю твое доверие он тоже заслужит. Можем спросить у Грани…

– Плохой источник? Ха! Дымок пытается очернить благородного воина-горбуна?

– При всем желании, уважаемый горбун, но я не смог бы очернить твой образ благородного воина больше, чем делаешь это ты сам.

– Пф! Сколько слов и все впустую. Дымок не понимает, что такое быть благородным воином. В нем нет ничего настоящего. Его слова – лишь дым, что рассеется под взглядом благородного воина, а сам он – пепел который осядет на песке.

Мы с Майером удивленно посмотрели на Боссу. Тот начал аккуратно раскладывать завтрак по чашкам. Казалось его не интересует наше мнение, и он озвучил его больше для себя чем для нас.

Майер взял свою порцию и даже кивнул горбуну в знак благодарности.

– Рад был с тобой пообщаться, господин горбун, но я отправляюсь обратно к старшему Вайлу. Не мог бы ты дать мне еще порцию для него?

– А-а-а… дымок хочет сам все сожрать? Боссу знает, что хочет, но не может из-за того, что боится старого Вайла. Боссу поделится с дымком своим кулинарным шедевром.

Майер взял вторую порцию, устало улыбнулся, превратился в дым и исчез.

Тем временем Боссу отдал порции мне и Тиссе, и мы начали завтракать. Вкус у его «шедевра» был очень специфический. Я захотел уточнить ингредиенты этого блюда, но передумал вспомнив что мы находимся в долине кошмаров.

Я также заметил, что летающий паук Тиссы, который на самом деле был попаданкой Карминой, так и не вернулся после того как улетел утром. Я было хотел уточнить этот момент и поговорить с Тиссой, но Боссу обратился ко мне раньше:

– Эй, мелкий Вайл!

Его обращение было раздражающим, но пока я не знал стоит ли с ним пререкаться и не станет ли от этого только хуже.

– Что такое?

– Боссу приносит свои извинения за то, что ударил тебя вчера. И грозил обоссать…

Тисса вдруг перестала есть и удивленно посмотрела на меня. Момент ужасающего стыда.

– Боссу был вынужден так поступить, поскольку не знал уровень подготовки мелкого Вайла. Теперь Боссу знает, что мелкий Вайл не воин. По крайней мере пока. Старая версия Вайла гораздо сильнее мелкой. И сильнее Боссу. И всех в этом лагере.

– Тут он прав. Однажды мы спросили Грань какова наша вероятность всем вместе победить старшего Вайла в бою. Ответ был – 2.7%.

– Потом подлый дымок начал показывать свою гнилую суть. Он начал добавлять к ситуации засаду, предательство и ранение старого Вайла.

Я посмотрел на Тиссу. Мне было интересно знала ли она об этом.

– Майер этого не скрывал и потом при всех пересказал результаты самому Вайлу. Насколько я помню, при нападении из засады наши шансы были 4.7%. При его ранении и нашем нападении из засады 15 с чем-то процентов.

– Ого. Надо полагать, моя старшая версия куда сильнее чем кажется?

– Он путешествует с Гранью вероятности. Так что, скорее он просто готов ко всем возможным вариантам и сам уменьшает шансы негативного исхода для себя. Сверяясь с информацией, полученной от Грани, он принимает решение о взятии в отряд того или иного человека. Не сомневаюсь, вчера он долго беседовал с ней перед тем как уйти в каньон искать тебя.

– Страшная девочка пугает глупых дылд цифрами. Глупо верить той, кто и лгать-то не умеет.

«Че, блин?!»

Он явно хотел придать этим словам какой-то смысл. И у него явно не получилось.

– Страшная девочка пугает вас вероятностью, сковывая вашу волю. Но воля и есть то, что создает вероятность. Отказываясь от нее, вы ограничиваете свою свободу и свои шансы на успех. Благородный воин не стал бы заниматься такими глупостями.

Боссу сказал это и вернулся к еде. Наша реакция его нисколько не волновала. Я подумал о том, что даже если бы вокруг никого не было, он разговаривал бы сам с собой.

– Ну… я не совсем поняла, что он хотел сказать…

В глазах Тиссы читалась другая фраза:

«Вообще-то, я совсем не поняла, что он сказал».

– …но в любом случае, победа над старшим Вайлом и победа над ним без потерь – это кардинально разные вещи. Даже при идеальной ситуации, когда наш шанс был больше 15%, шанс того что мы одолеем его без потерь не поднимался больше 0.1%

– Ха! Думаешь, когда старый Вайл вступит в свою последнюю битву, кто-то из его врагов сможет уйти оттуда живым? Вайл – сильный воин. Слишком сильный, чтобы смерть забрала его также легко как остальных.

– Хех…

Тисса выдохнула, смирившись с тем, что Боссу будет теперь вставлять свое мнение по поводу и без.

– Может ты сам тогда расскажешь, как познакомился с ним? Дымка здесь нет, и мы не знаем этой истории, уважаемый воин-горбун.

– …и если можно… мне хотелось бы узнать откуда у тебя такой титул.

Боссу явно был из той породы сумасшедших, которым лучше подыгрывать. Другие члены отряда относились к нему вежливо, и даже уважительно. Я понимал, что так сложилось не просто так. Вероятно, любая критика в адрес Боссу могла обернуться тем, что ночью этот горбун сделает с тобой что-то ужасное. А утром еще и плюнет в твой завтрак.

– Хм… мелкий Вайл думает, что благородный воин – это титул? Он ошибается. Благородный воин – это выбор который сделал Боссу. И он не может рассказать о том, как сделал его. Это личное.

Он вдруг перестал есть и подошел ко мне. Я тут же пожалел о том, что полез к нему с вопросами.

– Мелкий Вайл – не воин. Но он и не дурак. Вместо цепи и меча он использует слова и логику…

Он подошел вплотную и резко втянул воздух носом. Боссу начал меня обнюхивать, и я почувствовал, как внутри все сжалось от гнева и отвращения.

– …да, от мелкого Вайла пахнет деньгами и ложью. Плохой запах, но лучше, чем от старого Вайла. Тот пахнет кровью и серой. Боссу думает, что мелкий Вайл станет лучше, чем старый. У него есть для этого все шансы.

Его лицо было очень серьезным. Боссу положил руку мне на плечо и чуть тряхнул меня, мол: «Держись, еще не все потеряно».

Я снова оказался близок к ступору из-за его действий.

– Эй, воин-горбун, я спрашивала не о Вайле, а о тебе. Может ответишь на мой вопрос?

Тисса только что стала первой кто назвал меня не младшим, а просто Вайлом. На душе стало чуть легче. Даже уродливая рожа горбуна не смогла омрачить это приятное чувство.

– Хм… Боссу не видит пользы в том, чтобы рассказывать о себе девочке-демону. Пользы не будет ни для Боссу, ни для вас, ни для старого Вайла. Боссу не будет заниматься такими глупостями.

«Какой все-таки скрытный горбун», подумал я, но тут же отвлекся на странное ощущение у себя во рту. Там было что-то, чего быть не должно. И оно шевелилось. Я тут же выплюнул содержимое на песок, и увидел, что среди пережеванной еды оказалась маленькая ящерица.

– Вкусняшка!

Боссу моментально метнул вилку в бедную ящерицу, пронзив ее насквозь. Мы с Тиссой лишь пораженно наблюдали за происходящим. С опозданием она посмотрела в свою тарелку и начала нервно перебирать ее содержимое.

– Какого хрена, горбун…

Я потерял контроль и выразил свое возмущение. Но Боссу было плевать. Он поднял с земли пронзенную ящерицу, отряхнул ее от песка и съел. Мне захотелось блевать от его действий. Тисса же, просто вежливо отвернулась, но больше не притрагивалась к еде.

– Хм… да… эта ящерица говорит с Боссу. Она попала в чашку мелкого Вайла не просто так. У него действительно есть шансы стать великим воином. Лучшим воином, чем старый Вайл…

– Кажется, он хочет сделать тебя своим учеником.

Тисса дала это предостережение полушепотом. От этого оно звучало еще более зловещим.

Боссу смотрел на меня пронзительным взглядом, будто чего-то ждал. Но я не хотел реагировать. Я вообще не хотел как-то с ним взаимодействовать. Этот горбун только что стал самым отвратительным существом которое я встречал в жизни.

– Мелкому Вайлу будет тяжело. Но он не сдастся. Он будет вставать из пепла ради того во что верит и ради тех, кого любит…

Он вдруг кинул взгляд в стороны Тиссы, которая все еще сидела отвернувшись. После этого посмотрел прямо на меня и подмигнул. Мне захотелось разбить тарелку о его голову.

– …в конце концов, мелкий Вайл станет достойным воином. Может быть, во время своей последней битвы, Боссу будет стоять с ним плечом к плечу против смерти. И это будет великий день.

***

Вскоре лагерь был убран и Боссу сложил все вещи в тележку которую тащил за собой по песку. Мы с Тиссой тоже взяли некоторую часть груза, а Грань вероятности пошла вперед налегке. Все вместе мы двинулись к месту где уже должен был ждать нас Майер.

Вскоре в небе появился небольшой металлический объект. Он подлетел прямо к нам, и я увидел, как его пропеллеры превращаются в паучьи лапки.

– Как обстановка?

Паук сделал пару движений лапками и Тисса удовлетворенно кивнула. После этого паук направил на меня свой единственный механический глаз, сделанный из стекла. Тисса уже объяснила мне что этот глаз называется объективом и с его помощью душа Кармины наблюдает за происходящим.

Я не был уверен в своих выводах, но мне казалось, что она следит за мной с любопытством.

«А есть ли вообще у нее эмоции? Остается ли человеком тот, кто перенес свою душу в тело из металла?»

– Могу я поговорить с ней? А то…

Я не смог подобрать подходящих слов. Просто я чувствовал себя неловко зная, что чья-то душа наблюдает за мной через этот маленький стеклянный глаз.

– Можешь, но это сложно. Тебе придется заучивать жесты-ответы и способы общения.

Тиссу явно не обрадовал мой вопрос. Она выглядела удрученной.

– Я уже знаю, что двойное движение передними лапами – это согласие, а задними – отрицание.

Я запомнил эти жесты в тот раз, когда она общалась с Карминой утром.

– А ты наблюдательный. Но давай лучше так: сначала задай все интересующие вопросы Грани вероятности, чтобы нам не пришлось мучиться и переводить ответы. Потом я могу устроить вам диалог.

– Хорошо. Просто… так случилось, что я очень плохо отношусь к попаданцам. И не скрываю этого.

Тисса уже знала это благодаря тому, что я сам все рассказал по условиям нашей сделки. Но Кармина была не в курсе, и я решил, что будет правильно заранее об этом предупредить. Стеклянный глаз смотрел на меня так же любопытно как раньше.

– …но я вижу, что у тебя очень необычная ситуация, и вы пришли к очень необычному компромиссу. В общем… я хочу сказать…

«Блин. Сам ведь не знаю, что хочу сказать. Зачем вообще рот открыл?»

– …ты хочешь сказать, что твоя неприязнь вызвана вполне объективной причиной – попаданцы сильно испортили тебе жизнь. Но при этом, ты допускаешь, что не все из них плохие и не будешь делать о ней преждевременных выводов. Я права?

Она не только в точности поняла чего я хотел, но и обличила это в слова гораздо лучше чем смог бы я сам. Стоило бы поблагодарить Тиссу, но сначала я должен был закончить мысль:

– Да. Ты совершенно права. Я хотел сказать, что раньше не общался ни с кем из них лично, поэтому допускаю что могу ошибаться. В то же время я заранее прошу прощения, если скажу что-то нелицеприятное.

Паук начал оживленно двигать лапками, обратив свой взор к Тиссе.

– Она говорит, что понимает твои чувства, и сама не в восторге от того что устраивает попаданцы. Она ведут себя как…

Паук начал жестикулировать еще активнее.

– Я не буду это озвучивать. Скажу просто, что ведут они себя плохо. В общем, твоя вежливость учтена и принята к сведенью. Кармина полагает, что если ты станешь той версией Вайла что мы знаем, то в будущем мы сможем стать союзниками или даже друзьями.

«Вот как… друзьями да…»

– Слова и логика, мелкий Вайл. Не дай другим поразить тебя своим же оружием.

Я не хотел продолжать этот разговор. Особенно после того как в него вмешался горбун. Благо, вскоре перед нами возникло облако дыма, и я уже знал кто из него появится.

Майер спокойно подошел к тележке и поставил на нее две пустые миски.

– Голодный дымок все-таки схомячил все в одиночку?

– Ах, благородный горбун, даже если бы я мог поделиться твоей стряпней со всеми грешниками ада, то не стал бы этого делать. Им и так не повезло, да и я не настолько жесток.

Боссу и Майер посмотрели друг на друга холодными взглядами. Их перепалки были в какой-то степени наигранны, но с каждым разом я все больше чувствовал напряжение между ними.

– Но сейчас важнее другое. Преодолев еще пару дюн, вы увидите группу ловцов душ. Хаген у них.

– О нет!

Тисса искренне забеспокоилась, Боссу тоже выглядел недовольным. Лишь Майер не изменил своей спокойной и надменной улыбке.

– Ваша задача – занять позиции для боя. Врагов около тридцати, оружие стандартное для ловцов душ. Командование будет устранено Вайлом в начале боя. Он, Хаген и Боссу займутся уничтожением основных сил. Мы с Тиссой прикрываем и осуществляем зачистку. Младший Вайл…

Он посмотрел на меня так, будто только сейчас вспомнил о моем существовании.

– …насчет тебя нет указаний. Просто наблюдай за происходящим и не мешай нам, хорошо?

– Как будто у меня есть выбор…

– Правильно. Его нет. Вопросы?

Вопросов не было. Я впервые видел, чтобы Майер вел себя властно и отдавал указания. Но подумав я понял, что он просто передает приказы моей старшей версии. Эта догадка подтвердилась его последней фразой:

– Начинаем бой по сигналу от Вайла.

***

Мы оставили тележку и медленно начали передвигаться между дюнами чтобы остаться незамеченными. С правого фланга за нами наблюдал Майер превратившийся в дым. С левого Кармина, которая теперь так же выполняла роль разведчика. Нам удалось подобраться к врагу незамеченными.

Их действительно было около тридцати. Все они были одеты в те же плащи и маски которые я уже видел. На поясе у каждого из них висел меч изогнутый в форме крюка, но я не заметил, чтобы у кого-то были цепи, подобные той которой меня связали вчера.

– Боссу идет на позицию. Девочка-демон, прикрой нас с воздуха.

– Поняла.

Тисса надела странные полуметаллические очки, которые помогали ей лучше кооперироваться с Карминой, и взяла в руки пульт управления. Боссу же просто исчез, стоило мне лишь на секунду отвести от него взгляд. Казалось, Горбун растворился в воздухе так, как делает это Майер.

Я остался наедине с Тиссой, но не посмел бы отвлекать ее от выполнения боевой задачи. Вместо этого я сосредоточился на группе ловцов. Многие из них стояли вокруг безголового тела, лежащего на земле.

Обезглавленный был одет в черные пластинчатые доспехи. Его рука мертвой хваткой сжимала длинную черную алебарду.