Личный секретарь
Галеб

© Галеб, 2023

ISBN 978-5-0060-0180-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Юноша возвращается с военной службы, во время которой влюбился в девушку, что живёт в другой стране. Он не уверен, помнит ли она его до сих пор, но, полный решимости найти любимую, он ищет способ заработать деньги на дорогу. Друг устраивает парня в кинологический центр на должность секретаря. Но начальница, влиятельная и успешная женщина средних лет, заинтересована не только в его должностных способностях, но и в волнующей молодости, а ещё… в умение хранить секреты. Околдованный женскими чарами, молодой человек ведёт борьбу между влечением к ней и моральными принципами. Поддастся ли он искушению и отречётся от далёкой возлюбленной или останется твёрд в убеждениях и поборет вспыхнувшую страсть? И на что он пойдёт из верности начальнице?

Произведение «Личный секретарь» основано на реальных событиях и написано в жанре короткий любовно-эротический роман. Некоторые эпизоды и диалоги вымышлены и добавлены в произведение в художественных целях. Любые совпадения случайны.

© Автор текста и иллюстраций в книге – Галеб. Все права защищены. 2023

Глава 1. Вакансия

Мне было чуть за двадцать, когда я вернулся домой с военной операции на Ближнем Востоке. Несмотря на свой юный возраст, я успел наглотаться ужасов войны, пройдя огонь, воду и медные трубы. Возмужавший и дисциплинированный, но ужасно уставший, я был рад покинуть чужие земли. Я вышел из самолёта и наконец—то, спустя два нескончаемых года, ступил на родную северную землю, чувствуя себя и счастливым, и слегка растерянным. Я ушёл служить по контракту почти сразу после гимназии, ведомый идеей сделать что—то значимое в своей жизни. И хотя я гордился своей службой и полученным опытом, я отказался продолжать военное дело, а потому был слегка не уверен в том, чем займусь в гражданской жизни.

Меня встретила мама, сестры и брат. Они крепко обняли меня, сказав, что гордятся и что сильно соскучились по мне. Я тоже по ним скучал. Но ещё я скучал по ней, девушке, что случайно встретил во время службы и в которую влюбился. Она жила в другой стране, и я не знал, взаимны ли наши чувства, но очень хотел спросить её об этом и сделать предложение руки и сердца. Я понимал, что первым делом мне нужна работа. Ведь именно благодаря оплачиваемому труду я мог поехать к ней и обещать не только вечную любовь, но и материальную стабильность.

Проведя дома несколько последующих дней и вдоволь пообщавшись с родными и друзьями, я приступил к поиску работы. Логичным выбором на тот момент казалась сфера охранных услуг, ведь высшего образования у меня ещё не было, зато был боевой опыт и крепкое тело. Да и мой товарищ очень кстати работал в секторе охраны. Я обратился за помощью к нему. Он перезвонил буквально через день и сообщил, что есть вакансия в кинологическом центре при отделении МВД, загадочно сказав, что и зарплата, и работа мне придутся по душе:

– Ассистировать начальнице будешь! Женщина властная, но добросердечная. По званию майор. Почти одна среди мужчин… ну и собак! Ей нужен человек, что будет стоять горой за её хрупкими женскими плечами. И за это она готова отлично платить!

– Так я охранник или ассистент?

– Пока что ты не то и не другое. Они проводит собеседования по понедельникам ровно в восемь! А завтра как раз понедельник! Скажешь, что объявление вычитал в газете! Да, и не забывай улыбаться!

Не до конца поняв своих служебных задач, я всё же записал недлинный адрес кинологического центра и завалился спать пораньше, дабы предстать перед начальством полным энергии и сил.

Оделся я просто, но строго: сорочка, да и костюм в темно—синих тонах. Начистил до блеска оксфорды, сбрил щетину, налил в ладони одеколона и хлопнул ими по щекам. «Что ж в путь!» – решительно сказал я отраженью в зеркале и взял за ручку дипломат, в котором бережно хранил свой школьный аттестат и лаконичное резюме. Других заслуг перед гражданским социумом я пока не имел.

Здание по адресу, который дал мне друг, располагалось за чертой города. Я ехал до него около часа, сменив три транспорта в пути. Прибыв на место, я обогнул шлагбаум, отмечающий закрытую территорию, и, прошагав какое—то расстояние, увидел металлическую изгородь, а за ней массивное двухэтажное здание. На его белом фасаде большими буквами было написано название кинологического центра. На кованых воротах – замок с кодовой панелью. «И что за код?» – подумал я, слегка рассерженный от неожиданной преграды. Я посмотрел вокруг, а рядом не души. «Буду другу звонить!» – решил я и, раздражённо копаясь в кармане брюк в поисках мобильного телефона, не заметил парня, возникшего словно ниоткуда. Он чуть насмешливо спросил:

– Не ты ли новый секретарь?

– Я ассистент, – ответил я растерянно, – или охранник?! Точнее, просто кандидат на хоть какую—то работу здесь!

Гипотетический коллега ухмыльнулся и, ничего не сказав, набрал несложный код. Пересекая внутренний двор, мы с ним успели познакомиться. Он работал в отделе IT и сказал, что часто сталкивается с начальством и знает, что предыдущий секретарь был послан ею на три буквы. Парень проводил меня в приёмную на втором этаже, через которую и находился путь к кабинету начальницы. В приёмной было пусто: ни стульев, ни дивана. Лишь одинокий стол у запылённого окна. Я выглянул в него, услышав звонкий лай. На небольшой лужайке, прямо под окном, резвились щенки породы лабрадор. «Вот это круглые мешочки счастья!» – нечаянно сказал я вслух, безмерно очарованный щенками.

– Любишь собак? – раздался женский голос за спиной.

Я обернулся. Предо мной стояла женщина лет сорока пяти, среднего роста, с чуть выдающимися скулами и серым цветом глаз. Военная форма сидела как влитая на её подтянутой ладной фигуре.

– Люблю! – ответил я и протянул в знакомство руку.

– А я под униформой женщина! – «отрезала» она, смутив меня малопонятностью ответа, ну а затем, узрев моё недоуменье, негромко рассмеялась. – Обычно женщинам целуют руку, но ты слишком молод, чтобы это знать! Пройдём в мой кабинет!

Начальница направилась к двери, где на златой табличке виднелась гравировка её должности и имени. Смущённый необычностью знакомства, я поспешил за ней, невольно задержав очарованный взгляд на грациозной походке на невысоких каблучках.

Перед началом интервью, пока майор усаживалась в кресло, я приоткрыл свой дипломат и вытащил тонюсенькую стопку документов.

– Мне не нужны дипломы! – возразила вдруг она. – Давай поговорим!

– Конечно! Но о чём? – спросил я удивлённо.

– Мне нужен секретарь: красивый, юный, юморной! Догадливый, но достаточно умный, чтоб не совать свой нос, куда не надо! Чтоб мне с любой работой помогал и чтоб другие бабы мне завидовали!

«Больше похоже на мальчика по вызову, чем на секретаря!» – подумал я:

– Может, я у вас охранником поработаю? Я ведь служил!

– И кто ты у нас по званию? – спросила она, загадочно флиртуя и, перегнувшись через стол, прикрыла мне губы кончиками пальцем. – Хотя не надо, не отвечай, я буду звать тебя своим лейтенантом!

– Почему лейтенантом?

– По той причине, что я майор и кем бы ты ни был, будешь рангом ниже, но так, чтобы звание твоё достойно звучало!

Я промолчал, не зная, что ответить, но в голове мелькнула мысль, что женщина то ли с бурной фантазией, то ли слегка с «приветом». Однако с такой обворожительной внешностью сие поведение было сложно назвать минусом, скорее заманчивой перчинкой.

– Охранник мне не нужен, у меня для охраны собаки есть, – села она обратно на стул и вернула серьёзный тон. – Ты итальянским языком владеешь?

Когда—то в школе я учил итальянский, но по беспечности юности не думал, что он мне пригодится в будущем, а потому и не особо старался его запомнить. Я взял в руку протянутый мне ею листок с иностранными словами, целью которого служила оценка моих лингвистических способностей на этом языке. Я смотрел на него, не моргая, наверное, самыми круглыми «шарами», которые только могли получиться из моих миндалевидных глаз. Я начал читать… читать и запинаться, читать и додумывать смысл.

– Ради Бога, не терзай мои уши! – прервала пытку майор. – Кофе—то заваривать умеешь?

– Умею! – ответил я, красный от стыда за свой итальянский. «И зачем я вообще на нём читал?! В моей стране этот язык большая редкость! Мог бы сказать, что не знаю его! Но нет, мне ж хотелось показать ей себя!».

– Ну, раз умеешь кофе варить и сам красавчик, да ещё и лейтенант, то я готова дать тебе шанс! – она начеркала на бумажном листе щедрую зарплату за мои услуги и протянула его мне. – Подумай и дай ответ завтра утром!

– Спасибо! – ответил я и поторопился покинуть её кабинет.

Двоякое чувство владело мной всю дорогу: с одной стороны, я был доволен зарплатой, да и работа казалась несложной, но слишком неформальная манера майора общаться со мной навлекала на мысли о «подвохе». Будучи уже взрослым мальчиком, я стал подозревать, что этой женщине требуется вовсе не секретарь, а юный любовник. Соглашусь, что дама весьма обольстительна, с изюминкой некого доминирования, которое так и хочется обуздать! Однако могу ли я себе позволить эти мысли? Ведь в глубине души я обручён с другой? Да и насколько это допустимо из соображений рабочей этики? А может, мне всё просто показалось? Она ведь не делала мне деликатных предложений!

Весь день моя голова была занята тяжёлыми мыслями и рассуждениями о морали. Уже перед сном, не выдержав натиска совести и разума, я позвонил товарищу, что посоветовал сходить на интервью, и, рассказав ему, как оно прошло, спросил:

– Мне кажется или майор мне предложила вакансию секретаря с подтекстом, где между строк читается призыв к служебному роману?

– Так разве это плохо? Красивая, реализованная в жизни, со связями и ДЕНЬ—ГА—МИ!

Акцента на последнем аргументе нельзя было не заметить.

– У меня девушка есть, которую я хочу взять замуж!

– Ну, майор тебе женитьбу и не предлагает! Работай в своё удовольствие, в прямом смысле слова. Заработаешь и окольцуешь свою ненаглядную! Если та, конечно, ещё тебя помнит и ждёт!

– Так ты мне спать с майором предлагаешь?

– Ты ей пока что кофе приноси! Другой бы на твоём месте ей сам намекнул на интимные отношения! Но раз ты у нас сторонник строгой нравственности – тяни кота за яйца: не спи с ней, но интерес к себе поддерживай! Глядишь что—то да успеешь заработать! Пойми, с работой сейчас сложно, особенно для тех, кто не имеет корочек с ВУЗов.

Договорив, я положил мобильный на тумбочку у кровати, и по—прежнему балансирующий на тонкой грани между духовной нравственностью и материальной нуждой, но решивший попробовать, рассудил: «Друг прав! Надо начать работу, а дальше и пойму, чего майор действительно желает. А отказать всегда успею!». С решимостью я поставил будильник на раннее утро, готовый дать свой положительный ответ начальнице при очной встрече и приступить к обязанностям её личного секретаря.

Глава 2. Двойственность

На следующее утро я проснулся ещё до будильника, вырванный из сна лёгким волнением перед озвучиванием окончательного ответа по работе начальнице. Я все ещё немного сомневался из—за двоякости сложившегося впечатления от вчерашнего интервью, но до полной решимости отказать мне не хватало слышать голос далёкой возлюбленной. Сев на край кровати, я потянулся рукой до тумбочки, на которой оставил мобильный телефон. Первой под мои пальцы попалась пачка сигарет. «Не буду курить, сначала позвоню!». Сонными глазами я набрал её номер, тот, что она оставила при коротенькой встрече. Гудки, гудки, безответные гудки из утра в утро. Я бросил телефон на кровать и затянул крепкую самокрутку. Привычка такая, армейская. «Почему же нет ответа? Неужели она дала мне неверный номер? Обманула? Ошиблась? Что не так? – я опёрся локтем о колено и отчаянно повесил голову. – Может она съехала? Как бы то ни было, буду считать сие за знак. Знак, что возьму работу!». Зазвенел будильник. Затушив сигарету, я заправил постель. Ещё одна армейская привычка отслужившего парня.

Сегодня я одел свой лучший костюм. Раз я уж решил браться за дело, то должен произвести хорошее впечатление на начальницу! Я мог бы позвонить и дать ответ, но мне казалось это неучтивым по отношению к женщине, ещё и майору.

Дорога до кинологического центра, как и вчера, казалась мне вечностью то ли от шума толпы забивающий транспорт, то ли от лёгкого мандража перед началом новой жизни в гражданском обществе. Сойдя на своей остановке, я вновь миновал шлагбаум и подошёл к кованым воротам с кодовым замком, но уже без заминки набрал необходимый код. Во внутреннем дворе сегодня было оживлённо. Справа, где вчера огромная площадка была абсолютно пустой, сегодня двое инспекторов—кинологов дрессировали лабрадоров. Откуда—то возникли и деревянные препятствия, и похожие на груз дощатые ящики, и даже муляжи животных и человеческих тел. Тренировка шла за выдвижным забором с железными прутьями. И хоть четвероногие сотрудники заметили меня, приветствоваться личным контактом, нам пока было не суждено.

Я зашёл в здание центра и, было направился к лестнице на верхний этаж, как вдруг меня окликнул тонкий голосок с левого конца коридора.

– Молодой человек, подождите! – бежала ко мне худенькая девушка с бумагами в руках. – Я получила распоряжение поприветствовать Вас в нашем кинологическом центре, и, оформив договор, выдать Вам бейджик и ключи от приёмной и сейфа!

– Вы заведующая отделом кадров? – несложно догадался я.

Девушка кивнула и мило заулыбалась.

– Пройдёмте в мой кабинет! – чуть припрыгивая от спешки, она метнула обратно в свою комнатушку в конце коридора, и я последовал за ней.

– Вы сказали «поприветствовать», но откуда Вы знали, что я приду? Я ведь мог и просто позвонить, а мог и подавно отказаться! – не наигранно удивился я.

– Начальница сказала, что всё решено и Вы её новый личный секретарь! Я знаю только это и выполняю то, что мне было поручено!

«Вот ведь самонадеянная!» – то ли возмутился, то ли восхитился я уверенностью майора.

– Весь пакет документов, бейдж и ключи Вы получите после обеда! – любезно объявила она мне, когда я подписал последний лист длинного договора.

– Послушайте, я не буду возвращаться сюда днём за этим! Когда мне приступать к работе? Тогда и заберу!

– Вы уже вступили в свои рабочие обязательства! – приветливо улыбнулась она.

«Вот это скорость! – думал я, поднимаясь по лестнице к приёмной. – Отлично! Теперь у меня есть работа и хорошая зарплата, и вскоре я поеду искать потерянную в чужеземных просторах любовь!».

Сегодня всё было иначе, чем вчера: оживлённее, многолюднее, беспокойнее. У меня создалось впечатление, что я попал в сказочный мир, где всё внезапно заработало и ожило. Ещё вчера щенки и взрослые псы резвились у вольеров на лужайке позади здания, а сегодня вовсю тренировались на площадке у главных ворот. Вчера коридоры были тёмными и пустыми, с закрытыми тяжёлыми дверьми никем не надписанных кабинетов, а сегодня, точно по волшебству, все комнаты нашли своих хозяев, зычно талдычащих кому—то рабочие аргументы. Больше всего меня удивила приёмная! Я помнил ее пыльной и пустой, с заброшенным столом у мутного окна. Сегодня же передо мной открылась ухоженная гостиная с диваном, журнальным столиком и кофейным аппаратом на небольшом шкафчике слева. Рабочий стол утяжелил беспроводной телефон, компьютер и ваза с цветами. А на свежевымытом окне висели бежевые занавеси. Я сделал шаг назад из приёмной, дабы убедиться, что верно зашёл. Всё так! Или совсем не так! Я подошел к аппарату кофе, чтобы опробовать его и, возможно, проснуться ото сна наяву. В шкафчике под кофейником был сам кофейный порошок, сахарный песок, пиала шоколадных конфет и молоко в одноразовых треугольных пакетиках.

Заправленная кофемашина деловито закряхтела, и комнату наполнил чудесный аромат. «Какая благодать! – закрыл я глаза от удовольствия. – Свежий кофе, чистый кабинет, приятные коллеги! Похоже, здесь всё совсем не так мрачно, как мне показалось вчера! Да и в трусы мне пока что никто не залез!»

– Освоился уже? – прервал моё наслаждение знакомый голос майора, уже по традиции внезапно прозвучавший из—за моей спины.

– Доброе утро! Извините, я попробовать хотел… Будете кофе? – спросил я, почувствовав стыд за то, что самовольно хозяйничал здесь, не получив на то одобрения своего начальства.

– Да перестань ты! Мы не в армии, хоть и готовим щенят к ответственной службе! А кофе буду! Только чёрный! Без сахара и молока! – она присела на краешек стола и стала пристально разглядывать меня, готовившего её чашечку к подаче.

Я, как и она, любил кофе чёрным, только к нему ещё конфетку взял. Посчитав невежественным сесть в присутствии руководящей дамы, я встал возле неё с чашкой в руках.

– А ты, оказывается, сладкоежка! – прокомментировала она мой интерес к шоколадной вкусняшке.

– В стране, где я родился, к напиткам подают сладкое, сухофрукты и печёное, которое зовётся пахлавой.

– Так ты не местный?

– Мой отец северянин, я живу здесь с детства, но во мне течёт как западная, так и восточная кровь!

– Какое интересное смешение культур! Так, стало быть, у тебя горячее сердце и холодный разум! Какой ты необычный, лейтенант! – она положила руку мне на грудь и взглянула на меня с особой флиртующей томностью в глазах.

Сердце под пиджаком дико забилось, польщённое прикосновением ласковой руки, но мозг растерянно звенел в тревожной голове. Я деликатно кашлянул и, осмотрев скорым взором комнату, ляпнул первое, что пришло на ум:

– Я вижу, Вы тут убрались! Спасибо, но я мог бы сам!

– Ты же не думаешь, что я самолично прибирала! – искренне захохотала начальница и, заметив моё неудобство, убрала руку с груди, вернув покой моему пульсу. – У нас для этого уборщик есть! Ведь тебе должно быть приятно трудиться здесь… во всех смыслах, не так ли? – она встала со стола и, обведя указательным пальцем каемочку моей чашки, направилась в свой кабинет.

Я не мог запретить себе проводить её взглядом. Её походка – уверенная, грациозная, с покачиванием обольстительных бёдер вновь заставила сердце дико биться в груди. «Стыдно! Стыдно любоваться не своей женщиной! – упрекнула меня совесть. – А есть ли у меня она? Моя женщина? – возразила жестокая память, напомнившая мне о безответных звонках.

До полудня было спокойно. Майор уехала по неизвестным мне делам, ну а в приёмную никто не звонил и не заходил. Было тихо настолько, что я заскучал. Интернет к концу 2000—х ещё не был настолько масштабен и многогранен, и в основном им пользовались по работе. Из всенародных «болталок» был скайп и несколько русскоязычных программ, однако переговариваться мне было не с кем. Я решил спуститься вниз и пообщаться с коллегами, тем более что по часам у меня начался перерыв.

Так как здание находилось за чертой города, в округе не было ни кафе, ни ресторанов, и каждый приносил еду с собой. Я не знал, что приступлю к работе сразу, а потому не взял обед. Спустившись на первый этаж, я сразу же нашёл столовую, ибо оттуда доносился шум микроволновки и весёлые разговоры отдыхающих сотрудников. Познакомившись с каждым, я выяснил, что всего нас восемнадцать.

– Не слишком большой штат! – заметил я, принимая кусок мясного пирога от услужливой коллеги, пожалевшей голодного меня.

Все за столом тихонько засмеялись:

– Так а что тут делать? – вскрикнул ещё со вчерашнего дня знакомый мне айтишник. – Наш главный работодатель – районное отделение МВД, а задача – готовить собак для службы. У нас тут вкалывают только собаковеды, – ухмыльнулся он, поглядев на улыбнувшегося в ответ старшего инспектора—кинолога, – правда и в деньгах получают они больше остальных!

– Да! – кивнул инспектор и гордо назвал сумму ежемесячного оклада, которая к моему удивлению была равна и моему, однако я об этом промолчал.

– А можно мне с собаками повидаться? – спросил я, почти напрашиваясь на приятное времяпровождение, заодно отводя разговор от зарплаты.

– Доедай пирог и пошли! Заодно перекурим! – коротко ответил кинолог.

Со столовой мы вышли в небольшой служебный коридор, не видный с главного входа. Я удивился, заметив таблички на дверях «Медпункт для собак», «Собачья кухня», «Место отдыха кинологов».

– Да, да, – подтвердил мои мысли инспектор, – с этой стороны здания размещается сам питомник с необходимыми услугами по содержанию собак. Повар уже наготовил и подал четвероногим подопечным еду: мясо, бульон, крупы и овощи – всё для полноценного развития собачьего организма!

– Круто! – восхитился я, никогда не думавший, что кинологический центр это так серьёзно. Мне всегда казалось, что это просто место для тренировки собак. А тут целый комплекс!

– Собаки живут у нас в специальных вольерах, к которым мы сейчас и выйдем, ещё есть щенятник для их малышей. Но у каждой особи есть свой хозяин из МВД, который посещает центр для совместной тренировки с питомцем, да и просто для приятного времяпровождения, зачастую даже с семьёй. Собак со стороны тренировать или приводить в центр настрого запрещено, только рождённых здесь и только для служебных целей!

Мы вышли к небольшим вольерам, в каждом по одной собаке.

– Мы держим всех восьмерых раздельно, потому как у каждой свой характер и темперамент. Находясь вместе, они становятся менее послушны, иногда устраивают бунт. Ну и, конечно, сучек держим вдалеке от кабелей, потому как мальчики и девочки всегда найдут, чем заняться наедине, а мы, работники, должны контролировать рождаемость. Кстати, – кинолог закурил и передал мне зажигалку, чтобы я мог поджечь и свою самокрутку, – ты же служивый парень, должно быть строгих убеждений, и чести. Мне интересно, зачем тебе это?

– Что именно? – раздражённо спросил я, сразу поняв, что это намёк на служебный роман с майором.

– А сам не догадываешься? Начальнице секретари—то не нужны, ей особо не в чем ассистировать. А вы приходите молодые, уверенные, красивые! Твой предшественник, любимец майора, был настолько зазнавшимся близостью к ней, что не здоровался ни с кем! Зарплату получал вдвое выше обычного секретаря. А секретарь—то ведь от слова «секрет». Улавливаешь? А ещё вынюхивал всё да выслеживал! Похоже, полез в большее, чем положено, вот и вылетел отсюда! За любопытство и жадность попало!

– А было что вынюхивать?

– Тоже вылететь хочешь? – засмеялся он, выразительно зашмыгав носом, точно что—то скрывая, – Нет, я своей работой дорожу! И семьёй дорожу, которую мне содержать надо, а лет мне уже немало, чтобы новый источник заработка искать! У тебя есть семья?

– У меня любимая девушка есть, и очень нужны деньги, чтобы отправиться к ней и сделать предложение! А вот романа с начальством нет, я просто выполняю свои рабочие задачи!

– Ну, полагаю, что ты пришёл по адресу, да и не всё романом ограничивается, сынок! Деньги ведь можно делать разными способами, если есть мозги и отсутствует жадность – вдруг замешкал кинолог и, не докурив, затушил ботинком сигаретный бычок. Я оглянулся и увидел, что к нам идёт майор!

– А я думаю, где мой секретарь? А он тут, у вольеров! – с долей упрёка сказала она, подойдя вплотную ко мне.

– У меня перерыв! – ответил я, убеждённый, что в этот час имел право находиться там, где мне хотелось. – Я ещё щенков посмотреть хотел!

– Оставь нас! – точно приказав, отправила она старшего инспектора—кинолога обратно в здание и обратилась вновь ко мне: – Я сама покажу тебе щенят!

Я последовал за майором к низкому вольеру, напоминавшему домик для гномов: у него было крыльцо и обнесённая забором с прутьями внутренняя площадка, а дверь в сам кирпичный домик была деревянной, на обычном замке. Будучи высокого роста, я почувствовал себя великаном, ступив на территорию этого домика. Мы сели на крыльцо, чтоб опуститься на уровень двери, и начальница открыла дверцу ключом. Будто маленькие шарики повыпрыгивали из вольера щенки лабрадора. Я взял на руки одного из них, самого круглого и пассивного. Гладя его бархатную кремовую шерсть, я спросил у майора:

– Почему моя зарплата выше, чем у среднестатистического секретаря?

– А кто назначил планку того, какой она должна быть?

– Я получаю столько же, сколько кинолог, хотя не делаю и 10% его работы!

– Ты работаешь здесь первый день! Откуда тебе знать свою нагрузку?

– Скажите честно, Вы рассчитываете на роман и платите мне за постель? – испытывая жуткую неловкость за свою прямоту, задал я ей вопрос, ответ на который мне был критично необходим.

– Плачу за постель? – залилась она звонким смехом, запрокинув голову от потехи. – Да если ты, дорогой, познаешь мою страсть, то сам будешь доплачивать за то, чтобы она никогда не кончалась! Нет, за постель я доплачивать не стану, ибо моё внимание есть благосклонность к подчинённому!

– Тогда с чего высокая ставка? – оборвав её самолюбование, продолжил я расспрос.

– Не вздумай болтать об этом! – серьёзно сказала она. – Для окружающих у тебя обычная зарплата! Ты что, подписывая договор, не утрудился его прочитать? Всё то, что сверху, я плачу тебе сама! А плачу я за то, что ты моя правая рука и будешь в курсе моих безобидных женских тайн! И это вне зависимости от того, насколько ты хорош в постели! – она вновь захохотала и, оставив меня без конкретного ответа, намекнула на то, что нам пора возвращаться к работе. – Бесплатный сыр лишь в мышеловке, лейтенант!

Чувство подвоха вновь овладело мной. Почему—то стало не по себе, ибо я понял, что личный секретарь нужен майору не только для любовных утех, но и для чего—то более неэтичного, а не дай Бог, и криминального! «Возможно, именно об этом и судачил инспектор—кинолог, явно и сам затянутый в авантюру! Хотя, какой может быть криминал в тренировочном собачьем питомнике? По—моему, у меня уже паранойя! – рассуждал я про себя, поднимаясь в приёмную за майором. – И всё же, как она хороша! Деловая, самодовольная и знающая себе цену!» – я не мог отрицать того, что её слова о страсти не оставили меня равнодушным. И хоть я этого не показал, но в глубине души, а, похоже, и тела, во мне взыграло любопытство узнать, насколько зависимым я мог бы стать, познав её волнующие ласки.

Глава 3. Сделка

Утро следующего дня не отличалось оригинальностью: будильник, телефон, гудки, гудки, гудки. Я пришёл на работу вымотанный безответными звонками возлюбленной, пресытившейся неоправданностью надежд и не желающий более чувствовать себя упрямым глупцом, давно позабытым ею. Оканчивая военную службу, я думал, что именно любимая девушка станет моим светлым проводником в гражданскую жизнь, но, судя по всему, она была моим светом там, когда мне хотелось домой, и останется там, запечатанная памятью, как прелестное воспоминание.

Поздоровавшись с коллегами, встреченными в коридорах, я зашёл в приёмную. Сегодня притащили сейф, ключи от которого я получил ещё вчера. Весьма необычно, но он выглядел торжественно и красиво, обмотанный красной лентой с бантом. К банту была прикреплена записка: «Сладкому лейтенанту сладкого дня!». Удивленный и плохо понимающий, что бы это могло значить, я открыл дверцу сейфа и обомлел: на верхней полке красовался дивный металлический поднос с арабским орнаментом, уложенный пахлавой и другими восточными сладостями, пахнувшими мёдом, орехами и заботой. «Боже!» – не сдержавшись, воскликнул я.

– Ты доволен? – как всегда внезапно из—за моей спины прозвучал голос майора.

– Это неожиданно и очень приятно! Благодарю Вас за внимание, но не стоило беспокоиться!

Она подошла вплотную и опрокинула меня в кресло, а затем, встав у меня меж колен и наклонившись к мочке моего уха, соблазняюще прошептала: «Это тебе поздравление с новым местом работы и пожелание: всего самого отборного и вкусного, как это печёное, выполненное на скорый заказ искусными восточными руками».

Я волнительно, но до безумия сладко сглотнул.

– Ну же! Попробуй! – продолжала майор искушать меня и, всё ещё наклонившаяся к моему плечу, завела утончённые пальцы за борт пиджака.

Я положил в рот кусочек сладкого. Тонкие слои роскошно приготовленной пахлавы растаяли у меня на языке, подарив вкусовое наслаждение, заставившее прикрыть глаза. И только я сделал это, как почувствовал прикосновение её нежных губ к моим устам. Не веря ощущениям, я медленно разомкнул дрожащие веки и убедился, что мне не почудилось. Однако, на удивление самому себе, не супротивился лёгкому поцелую.

– Я хотела познать сладость Востока, – заигрывающе оправдалась она, глядя мне прямо в глаза. Сердце билось всё сильней, и я почти положил ладонь поверх её руки, но она резко прервала минуту слабости и, отшагнув назад, сказала: «Ну, а теперь время кофе! И вскоре придёт клиент. Подготовься, будешь записывать наш диалог!». Я просто кивнул, не успев переключиться на деловой мотив и всё ещё разгорячённый ею. Майор ушла в свой кабинет, а я скинул пиджак с тяжёлых плеч и набросил его на колени, дабы скрыть следы мужской страсти от посторонних глаз, а может и от самого себя. Я вроде бы уже смирился, что та, которую люблю, не хочет меня знать, а номер телефона был дан мне из вежливости, ну или она просто не сумела отказать. Тем не менее, понять что-то разумом не значит суметь объяснить это сердцу и оно не желало измен.

Чуть позже в приёмной раздался телефонный звонок, первый за моё время работы здесь. «Надо же, он умеет звонить!» – саркастично подумал я, вытирая пальцы после пахлавы о салфетку и тянясь к нетерпеливо звенящей трубке.

– У меня встреча с майором! Сейчас же откройте ворота! – скомандовал поставленный мужской голос.

– Я её личный секретарь, а не охранник здания, чтобы ворота Вам открывать! Наберите код сами и заходите! – я назвал цифры, позволившие клиенту зайти, и лишь затем подумал, что для секретаря был слишком резок и прямолинеен.

Через пару минут в приёмную вошёл солидный мужчина в офицерской форме, а из—за его спины показалась невысокая худенькая дама гораздо младше него.

– Как Вы разговариваете с важным посетителем и почему нам, как всегда, не открыли ворота? И кто Вы такой? Новый бездарь—секретарь? Похоже, что мы с супругой обратимся в другой кинологический центр, ибо в компетентности Вашего у нас накопилось куча сомнений!

На возмущённый крик, сопровождаемый брызгами слюней недовольного клиента, из своего кабинета вышла начальница и обратилась к парочке: «Простите, он новенький, но будет наказан! Пройдёмте в кабинет и обсудим дела!». Она плавно провела по воздуху рукой, приглашая гостей пройти в её рабочую обитель.

«Подай кофе!» – досталось мне строгим, хлестнувшим гордыню голосом.

Зато низкорослая супруга клиента, похожая на мелкую собачку при животастом хозяине, кокетливо мне подмигнула, прежде чем забежать за мужем в кабинет.

С одной стороны, меня охватывал стыд, и щеки пылали огнём самокритики: «Ну что за кретин! Ведь мог бы и помягче ответить! В конце концов, мужик имел права потребовать обслуживания, ведь он клиент!». А вот с другой стороны, я думал: «На гражданке никто не имеет права приказывать мне! Урок ему будет, что с людьми пообходительнее надо! Только поймёт ли он его, этот урок?». Я разлил свежесваренный кофе по трём чашкам на аккуратных блюдцах, вытащил из шкафчика сахарницу, молоко и конфеты и, уложив всё это на поднос, был готов к элегантной подаче. Однако элегантной она не получилась, ибо я никогда не думал, что нести нагруженный поднос так сложно. С каждым моим шагом, кофе подпрыгивало в чашках, угрожая разлиться на кремовые блюдца, а сахарница истерично звенела, ударяясь боком о вазу со сладостями. Даже на военной службе я не испытывал такого напряжения от концентрации на предмете, вернее, стольких мелких предметах в руках. Ещё одно препятствие – дверь в кабинет майора! Её же надо как—то открыть, балансируя этой «гранатой без кольца» на одной ладони! Порядком вспотевший, я донёс поднос с кофе гостям и неуклюже, но очень старательно поставил его на стол:

– Кому сахар? Кому молоко? – не слишком изящно уточнил я вкусы присутствующих.

– Сами разберемся! – прорычала сквозь зубы майор. – Бери бумагу и записывай!

«Ишь разозлилась не на шутку! – комментировал я про себя гнев алых губ и колкость серых обольстительных глаз. – Поцеловать бы её сейчас, такую красивую в негодование! И не так, как утром, а настоящим страстным поцелуем! Чтобы эти прелестные губы ещё пуще горели огнём! Боже, о чём я думаю!»

«Ты записываешь?» – вырвала она меня из сладострастных раздумий.

Стараясь более не отвлекаться, я записывал всё, о чём судачили майор и клиенты. Речь шла о тренировках двух лабрадоров, которые могли бы перейти под их покровительство и должны были служить на пограничной полосе, обыскивая тех, кто попытался бы ввезти в страну незаконный товар.

– Я сомневаюсь в том, стоит ли на это задание брать лабрадоров. Раньше у вас и овчарки были! Знал бы, что их теперь нет, не пришёл бы сюда! – недовольно буркнул ворчливый мужик.

– Наши лабрадоры смогут учуять незаконные вещества точно так же, как и овчарки! Здесь дело не в породе, а в умение инспектора—кинолога натренировать собаку на определённый запах! – желая удержать клиента, а от того заметно нервничая, возразила майор.

– Они такие симпопульки! Давай их возьмём под попечительство! – прорезался голос супруги клиента.

– Тебе лишь бы морда милая была! – укорил жену офицер, но, судя по мягкому, точно масленому взгляду, он был готов ей услужить. Надо было лишь надавить на него чуток.

– Лабрадор в первую очередь охотник, поэтому его нюх ничем не уступает «немцу». Кроме того, обычно люди напрягаются, заметив в толпе человека с овчаркой, и здесь Ваша супруга права: лабрадор выглядит мило и дружелюбно! Мало кто знает, что он натаскан на служебные операции, а потому эта порода не вызовет на границе ни подозрений, ни мурашек по коже, и с лёгкостью подобравшись к людям, определит преступника! – решительно вступил и я в беседу.

Задумавшись, клиент потёр рукой расплывчатые щёки, после чего заметил:

– Твой необученный манерам секретарь, похоже, дело говорит! Согласен взять двух кобелей «на пробу»!

– Отлично! – приподняв правую бровь, улыбнулась майор и на пару с клиентом начала оформлять документы. А всё это время жена офицера глядела на меня своими круглыми глазками из-под «мальвиньих» ресниц и кокетливо накладывала в узкий ротик шоколадные шарики.

После ухода гостей майор подытожила моё поведение:

– Ну что ж, за дерзость и своевольство, неподобающее секретарю, придётся наказать тебя, а вот за заключение отличной сделки готова поощрить!

– И какова награда? – слегка иронично поинтересовался я.

Ощутив щепотку насмешки в моём тоне, майор хитро улыбнулась и, гордо приподняв подбородок, сказала:

– Я поощрю тебя доверием. Поверь мне, это много стоит! А ты заслужил! Твой аргумент о располагающей внешности лабрадоров был очень кстати! И да, я видела, как маленькая сучка смотрела на тебя, кусая шоколад. Наверно, представляла, как ты зубами, словно крупный кобель, эффектно стягиваешь лиф с её костлявых плеч. Уверена, благодаря этой мечте наш кинологический центр станет единственным местом, представляющим услуги их семье, ибо она захочет видеть тебя, а муженёк, по-прежнему влюблённый в свою легкодоступную жёнушку, будет идти на поводу!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.