Юлия Филатова, Алина Бородина
Перекрёсток

ГЛАВА 1

Daily Chronicle вот уже тридцать лет еженедельно появляется на прилавках лондонских магазинов, предоставляя читателям широкий выбор статей на самые различные темы. Изначально газета выпускалась под названием Business Chronicle и рассказывала о бизнес-индустрии. Но по мере роста и компании, и прибыли было принято решение о расширении: газету переименовали в Daily Chronicle и выделили четыре подразделения, которые стали выпускаться с подзаголовками Traveling, Politics and Society, Business, Entertainment. С годами популярность издания только росла, офисы становились все больше, а штаб пополнялся. Несмотря на солидный возраст издательства, здесь всегда были открыты двери для молодых и амбициозных журналистов, одна из которых, двадцатичетырехлетняя Мари Миронова, пришла сюда сразу после окончания Лондонского университета примерно год назад. Будучи выпускницей с наивысшим средним баллом среди своих однокурсников, она мечтала о том, как ворвется в мир журналистики и покорит всех своим талантом. Более того, ей пророчили такое будущее все преподаватели, подмечая, с какой легкостью девушке дается писательство. Но никому так и не довелось увидеть ее способностей, так как с самого первого дня она занималась либо исследовательской деятельностью, либо личными поручениями начальника.

Ее маленькое рабочее место всегда было завалено стопками бумаг с различными заметками, вырезками и возможными названиями статей. И, хотя энтузиазм ее был велик, а способности к написанию статей – выдающимися, руководители упорно не замечали ее готовности и желания создавать свою работу, а не дополнять чужую. Должность помощника не сильно радовала Мари, но, благодаря своему трудолюбию и стремлению учиться, она никогда не жаловалась и всегда выполняла поручения раньше положенного срока, ожидая того, что ее наконец-то заметят и сделают полноценным журналистом. Ее маленький кубикл¹ находился рядом с офисом одного из самых преуспевающих журналистов данного издательства, Уильяма Бейкера. За свою карьеру он тронул своими статьями огромное количество читателей, что принесло ему большой успех, а его имя стало автоматическим показателем успешности публикации. Из-за этого обстоятельства здесь очень дорожили таким сотрудником, всегда давая ему на выбор самые интересные темы. И любой, кого он брал на работу помощником, считался невероятным счастливчиком, но не все знали, что на самом деле приходит с этой должностью.

К выбору своего ассистента Уильям Бейкер подходил очень тщательно, особенно учитывая, что они менялись стабильно раз в год, а иногда и чаще. В офисе даже стали делать ставки, насколько долго продержится новичок.

Перед тем, как стать ассистенткой Уильяма Бейкера, Мари пришлось пройти строгий отбор в три этапа собеседований. Она была уверена в своем резюме, так как имела высокий средний балл, несколько стажировок за плечами и отлично продуманное эссе о себе. Когда ей пришло электронное письмо с тем самым приглашением на собеседование, Мари не могла найти себе места от радости. Перед интервью она перебрала весь свой гардероб, в котором оказалось всего несколько вещей, подходящих для офиса. И в чем она раньше ходила на стажировки? Однако за год работы в издательстве она все-таки приобрела необходимые блузы, брюки и юбки.

Первое собеседование проходило в офисе Уильяма Бейкера. Мари считала, что пунктуальность – это важная черта любого журналиста, поэтому специально вышла из дома на полчаса раньше и приехала в издательство за некоторое время до назначенного. Уильям Бейкер с первого взгляда приметил эту девушку, даже не зная ее имени, среднего балла или количества стажировок. Миленькая, маленькая и с такими огромными глазами, что ее взгляд располагал к себе с первой же минуты.

– Это что у вас там в сумке, жвачка? Поделитесь? Какой у вас любимый гель для душа? А зачем вы волосы в хвост завязали? Лучше бы распустили. Вы кто: кошатница или собачница? Я вот больше рыбок люблю. Меньше мороки, – примерно так и началось долгожданное собеседование, где знаменитый и талантливый журналист задавал абсурдные вопросы. Это она уже потом узнала, что каверзные вопросы, задаваемые начальником, пытающимся поставить в неловкое положение кандидатов, имели своей целью отсеять слабых.

Мари сначала пыталась переводить тему, спрашивала про издательство и требования к кандидатам, но вскоре поняла, что здесь что-то неладно и стала отвечать в том же стиле, в каком Бейкер задавал вопросы.

– А зачем вам только рецепт борща? Хотите, я с вами поделюсь еще рецептом сэндвичей с курицей? Да, я из России, но, надеюсь, вы не верите в стереотип про злых русских. На самом деле мы – душки, ворчим, правда, много. И не улыбаемся, – саркастично отвечала Мари.

На второе собеседование, куда Бейкер позвал ее еще на первой встрече, Мари приехала, принарядившись: в новых черных брюках, которые пришлось подрезать по длине, и белой блузке. Однако ни на ее наряд, ни на прическу, которую она так долго заплетала возле зеркала, ни на макияж, занявший у нее почти час, никто даже не взглянул.

– Сделай мне чашечку кофе. Принеси мне те бумаги. Налей мне воды. Распечатай этот документ. Сделай ксерокопию этой статьи. Найди ближайшее кафе к этому зданию, – именно так и прошло ее второе собеседование, продлившееся целых три часа. Все оставшиеся кандидаты один за другим провалили задания Бейкера, за исключением трех человек. К счастью для Мари, она оказалась в их числе и смогла удивить Бейкера своей быстротой, находчивостью и умением варить наивкуснейший кофе.

На самом последнем этапе у Мари стояла задача не из легких: взять интервью у Уильяма Бейкера. Еще «зеленая» выпускница журфака должна была взять интервью у опытнейшего журналиста. Она перерыла весь интернет, прочитала все его статьи и не спала ночами, готовясь к главному дню в своей жизни. В тот день образ получился скромный – из того, что имелось в гардеробе, ведь большая часть накоплений ушла на аренду комнаты, в которой она тогда жила.

В ее волосах никогда не было ни одного завитка, их словно тянуло гравитацией вниз, поэтому она решилась завить себе волосы плойкой. Правда, Мари забыла, как в последний раз, сделав подобное еще дома, во Владивостоке, ее родном городе, она в итоге получила совсем непрезентабельный вид… Так что теперь пришлось прятаться под беретом. Всю дорогу до издательства она ругала себя за то, что решила взять в руки плойку. Будь она проклята!

– Бонжур, мадам, – Бейкер не упустил возможности подшутить над ее новым аксессуаром.

– Бонжур, мсье, – Мари лишь поправила берет, делая вид, что так оно и надо.

Уильям Бейкер от всех своих трех кандидатов, вышедших в финал, слышал одни и те же вопросы: как вы решились стать журналистом, какая ваша любимая статья, кто ваши кумиры. Мари не была исключением. Она явно нервничала в начале интервью, замечая заскучавшее выражение лица будущего босса. Но, смекнув, она вспомнила про одну статью, которую Бейкер написал еще в начале двухтысячных. Мари пришлось залезть в самые дебри интернета, чтобы откопать полную версию, но тема ее не на шутку удивила.

– В 2002 году вы написали статью «Блог – будущее журналистики», где верно подметили, насколько большую роль сыграет Интернет для СМИ.

Он удивленно раскрыл глаза и выпрямился. Такого поворота журналист явно не ожидал.

– Вашу статью достаточно негативно приняли, и было много отрицательных отзывов. Как вы считаете, почему так произошло?

– Хм, ответ прост: моя статья опередила свое время. Люди не были готовы к тому, что Интернет настолько прочно закрепится в нашей жизни. Но сейчас мы можем видеть, насколько я был прав, – Уильям Бейкер самодовольно улыбнулся и понял, что перед ним сидит его будущий ассистент.

На собраниях издательства, проводившихся два раза в неделю, всегда обсуждались возможные темы для нового выпуска. По славному стечению обстоятельств за день до нынешней планерки журнал «Форбс» выпустил свой ежегодный список «тридцать до тридцати», где перечислил тридцать самых перспективных бизнесменов, которым не исполнилось тридцати лет.

– Надеюсь, все уже прочитали новый выпуск «Форбс», – предположил главный редактор газеты, стоявший с печатной копией журнала в руках.

– Я так и думал, – сказал он, получив в ответ положительные отклики сотрудников. – Тогда нам нужно быстро решить, кто из них станет звездой нашего номера. Ваши предложения?

Последовало бурное обсуждение кандидатур, оказавшихся в этом списке. Отложив тех, о ком издание уже делало публикации, а также тех, кто, по мнению собравшихся, не достоин солидного внимания их газеты, они выделили несколько кандидатов. И все присутствующие на собрании сошлись во мнении, что самая интересная личность в этом списке – это молодой владелец сети гостиниц The Eagle's.

– Уилл, ты как? Возьмешь себе статью? – спросил главный редактор Аарон Чейс.

– У меня уже столько тем на горизонте, я же не могу разорваться, – протяжно пожаловался Бейкер. – Я думал взять статью про лондонский филиал Thandie’s или нового босса Kaleb and John’s. Но я подумаю и до вечера сообщу вам свое решение, – он вальяжно встал со своего места и покинул совещание, не дожидаясь его окончания.

Когда дверь закрылась за его спиной, от сотрудников посыпались привычные негодования: «Ну, как обычно, только Уилл так может», «Бейкер покинул здание», «Бедняжка, заработался совсем, последнюю статью три месяца назад выпустил».

Зайдя в свой кабинет, Бейкер оставил дверь открытой, что означало: «Мари, зайди ко мне». Миниатюрная темноволосая девушка с большими карими глазами в строгом костюме и на высоких каблуках в тот же миг подскочила со своего стула и, захватив блокнот и ручку, помчалась в офис босса.

– Да, мистер Бейкер, – она вошла в кабинет.

– Вот возможные темы для статей. Выбери ту, которая тебе нравится больше.

Мари не ожидала такого предложения – до сегодняшнего дня он никогда не давал ей выбора. «Может, у него хорошее настроение», – подумала девушка, но такие мысли быстренько улетучились, как только он возопил: «Ну, что стоишь? Вперед! И дверь за собой закрой!»

Мари, отодвинув стопку бумаг, расчистила часть стола и положила перед собой листочек Бейкера. Впервые перед ней стояла такая задача: решить, какая статья станет главной в выпуске. «Нужно выбирать по-умному», – подумала она и принялась читать заметки с идеями для будущих статей.

– Скандал с долгами лондонского филиала Thandie’s, – проговорила она себе под нос, а затем поставила подпись «Возможно».

– Смена руководства в Kaleb and John's. Бейкеру будет неинтересно, – и она зачеркнула эту строку.

– «Форбс: тридцать до тридцати»: история А. Орлова, сеть гостиниц The Eagle’s, – пробубнила она. – А. Орлов…

В памяти Мари возник образ школьного друга – обладателя такой фамилии. Неужели это он?

Миронова сразу же обратилась за помощью к компьютеру и начала искать это имя на просторах интернета. Каково было ее удивление, когда на экране появились фотографии молодого человека – высокого, элегантного брюнета с очаровывающими голубыми глазами и загадочной ухмылкой, появляющегося на всех картинках в стильных костюмах и отполированных туфлях, с дорогими часами на запястье и различными запонками из золота и серебра. Мари не могла перестать листать снимки и разглядывать его.

– Это правда ты? – прошептала она, обращаясь к фотографиям на компьютере, все еще не веря своим глазам. Девушка зашла на страницу с описанием его личности и стала внимательно изучать информацию.

«Артём Александрович Орлов (род. 23.05.1982, 25 лет, г. Владивосток) – американский предприниматель русского происхождения, бизнесмен, миллионер, CEO сети гостиниц The Eagle's, филиалы находятся в США, Канаде и России. В 2007 году занял 8-е место в списке Форбс «тридцать до тридцати».

Прочитав текст, Мари почувствовала, как в горле встал ком, а глаза начали слезиться, появилось легкое волнение – она поняла, как долго запрещала себе вспоминать о прошлом. Мари не могла поверить, что это именно тот человек, которого она когда-то знала; тот, из-за кого ее первые дни в Лондоне были наполнены невыносимой мукой… Ее первая любовь, тот самый Артём Орлов. В воспоминаниях, нахлынувших от просмотра фотографий, всплывало то, что, казалось бы, было давно практически утеряно: дружба, так стремительно переросшая в любовь, и чувства, с такой силой охватившие их, что все остальное теряло всякое значение. Эти воспоминания, которые она так упорно игнорировала, сегодня оказались вестником прошлого, спрятанного на дальнюю полку в глубинах памяти, где оно покрылось толстым слоем пыли.

Охваченная моментом, в несвойственной для себя манере она поддалась порыву и, не постучавшись, решительно зашла в офис к мистеру Бейкеру, чтобы сообщить, какую тему она выбрала.

– Неудивительно … – приподняв бровь, самоуверенно пробубнил босс, а затем задумался и продолжил. – У меня есть время до февральского выпуска…

Развернувшись на стуле и оказавшись к ней спиной, он забормотал себе под нос: – Собрать информацию, назначить интервью, договориться с фотографом, взять интервью…

Он тяжело вздохнул: – Написать статью…

Пока Бейкер размышлял вслух, Мари, не проронив ни слова, ждала дальнейших указаний. Резко повернувшись к девушке лицом, тот воодушевленно продолжил: – Ты уже можешь начинать собирать информацию про него. Бейкер посмотрел на свои наручные часы: – Ох, а я уже опаздываю на важную встречу!

Он стал собираться на ходу.

– Когда вернусь, обязательно посмотрю твои заметки и присоединюсь к тебе, – и он вышел, не попрощавшись, оставляя ее одну в своем кабинете.

Предполагая, что сегодня начальник уже не вернется, она выключила свет, вышла из его офиса и направилась к своему рабочему месту, где в ближайшие дни ей предстоит разузнать все возможное об Артёме Орлове.

Переложив весь груз работы на плечи помощницы, Уильям Бейкер без каких-либо угрызений совести отправился в командировку, зная, что к его приезду вся подготовительная работа будет уже сделана. Мари, приходя в офис раньше всех и уходя последней, ежедневно выполняла все поручения Бейкера, отправленные им по электронной почте, не подозревая никаких скрытых мотивов в его поведении.

– Опять ты за него всю грязную работу делаешь? – Мари увидела сочувствующее лицо Сандры, с которой они вместе ходили на кофе-брейки.

– Через тернии к звездам, по-другому никак, – она пожала плечами, и на ее лице проскользнула мимолетная улыбка.

– Ты смотри, не успеешь моргнуть, как под твоей статьей окажется его имя, – дружественно предостерегла ее более опытная коллега.

– Ой, да ладно! Такого быть не может! – усмехнувшись, пролепетала Мари, не зная, что Сандра, которая проработала в издательстве довольно долгое время, вполне осведомлена о всех хитростях Бейкера.

Статьи про Артёма, которые Мари так внимательно читала на протяжении нескольких дней, сформировали совершенно новое впечатление о нем. Его интервью хоть и изобиловали фактической информацией, все равно казались какими-то загадочными, как будто что-то очень важное незримо ускользало, едва заявив о своем присутствии. То, как он отвечал на вопросы, вызывало у нее еще больший интерес – чувствовались и его несомненные ораторские способности, и легкая тень насмешливого превосходства над журналистами. Он умел ловко перескочить с одной темы на другую, саркастично ответить на неуместный вопрос, но при этом неизменно оставлял впечатление умного и хорошего собеседника. Сейчас он казался совершенно другим человеком, не похожим на того, кого она знала. А знала ли она его?

Уильям Бейкер появился на своем рабочем месте после достаточно продолжительного отсутствия, и его уже ожидала папка с тщательно отобранным, несколько раз проверенным материалом, отсортированным по категориям, которые были отмечены разноцветными стикерами – так Мари промаркировала разные сферы деятельности Артёма Орлова. Расширенные глаза босса очень много сказали о том, насколько Мари переусердствовала и как мало было его желание изучать всю предоставленную информацию.

– Мм, мм, – артистично показывал заинтересованность Бейкер, а в голове подсчитывал количество страниц. «Сколько ж меня не было?» – не то, чтоб он действительно не помнил, но все же был изрядно удивлен, как она успела накопать столько материала. Подняв глаза, он увидел ассистентку, ждущую одобрения.

– Что ты еще здесь делаешь?

– Жду дальнейших указаний, – неуверенно пролепетала Мари.

– Каких указаний?

– Нужно же назначить интервью, договориться с фотографом. Все, что вы перечисляли.

– Разве ты еще этого не сделала? – он прищурил глаза и принял суровый вид.

Растерявшись, Мари начала заикаться и твердить, что он этого не поручал. А босс с наслаждением смотрел на ее попытки оправдаться.

– Расслабься, – на его лице появилась довольная улыбка. – Я уже обо всем договорился. Я связался с его командой, и мы решили выпустить статью к открытию The Eagle’s в Лондоне.

Неожиданно Бейкеру в голову пришла гениальная идея, каким образом он может повысить свою продуктивность.

– Какие мы с тобой молодцы! Так быстро подготовили материал. К февральскому выпуску успеем и две другие статьи написать.

– Две другие?

– Зачем выбирать, когда можно написать все три статьи. Сейчас возьмемся за московский филиал Thandie’s, а потом за нового босса Kaleb and John’s, – он оторвал кусочек бумажки, неразборчиво что-то настрочил, отдал помощнице и выставил ее за дверь со словами: «Приступай к работе». Отложив папку об Орлове подальше, он выдохнул, предвкушая окончание своего тяжелого рабочего дня.

Мари быстро накидала начальнику список вопросов по статье о Thandie’s и, посмотрев на часы, радостно присоединилась к Сандре на кофе-брейк. Но вопросы остались без ответов, поскольку мистер Бейкер, по неудачному стечению обстоятельств, решил уйти с работы пораньше, в два часа дня.

ГЛАВА 2

– Ты записала, что я сказал? – Бейкер стоял у нее за плечом и диктовал задания. – Пиши дальше. Сегодня еще забери из химчистки мое пальто, затем отправь посылку, она лежит у меня на столе, и не забудь купить мне новую клавиатуру, моя что-то совсем не…

– Уилл, срочно! – из ниоткуда появился запыхавшийся главред Аарон Чейс. Он схватил Бейкера за плечо и отвел за стенку кубикла.

– У нас бомба! – волнительно шептал Аарон, но Мари было все прекрасно слышно, хотя девушка и делала вид, что это не так.

– Мы сейчас получили наводку от анонимного источника, что Брендон Хант, вот этот самовлюбленный шеф-повар, на открытии своего ресторана в Москве сексуально домогался до нескольких девушек. Нужно срочно лететь в Москву и провести расследование, пока другие издания не перехватят тему.

– О, отлично! Какая деликатная история! – Бейкер разыгрывал свою привычную схему: поддержать руководство и свалить статью на других. —Думаю, что Сандра отлично справится с этой задачей!

– Причем здесь Сандра? Я пришел к тебе. Ты – наш лучший журналист, такую историю я могу доверить только тебе.

– Я, конечно, бесспорно мог бы написать прекрасную статью, но я же не могу объять необъятное. У меня и так три статьи на горизонте.

– Как раз сможешь наверстать упущенное за те три месяца, когда ты не написал ни слова, – Аарон Чейс посмотрел на него осуждающе, и Бейкер прикусил язык.

– Но… но количество – не значит качество. Если я буду одновременно готовить четыре статьи, какой-то из них явно будет уделено недостаточно внимания.

– Правда? Потому что я готов поспорить, что вчера именно от твоей Мари слышал, что материал к статье о The Eagle’s уже готов, и ты на радостях решил объять необъятное и взялся еще за две?

Бейкер поперхнулся и кинул едкий взгляд в сторону Мари, которая стала быстро набирать текст, будто бы ничего и не слышала.

– Аарон, пройдем ко мне в кабинет. А то мало ли кто услышит про такую историю… – он презрительно покосился на Мари, – и расскажет о ней неизвестно кому.

Они зашли в кабинет, а Мари наконец выдохнула и рухнула головой на стол. Гнева Бейкера было не избежать. Из-за нее все планы Бейкера на следующую неделю пойдут под откос. Ему придется отменить свои встречи и пропустить юбилей коллеги, чтобы подготовиться к этой статье.

– На следующей неделе мы едем в Москву! – саркастично сообщил мистер Бейкер, провожая своего коллегу.

– Мы? – Мари оторопела.

– Да, дорогуша, мы! – он воодушевленно приобнял помощницу и помахал уходящему главреду.

– В Москву? – непонимающе переспросила Мари.

– Да, в Москву, – вздохнул он от ее тугодумства. – У тебя со слухом нет проблем?

Мари покачала головой, пытаясь осмыслить услышанное.

– У нас наполеоновские планы! Будем расследовать сексуальные домогательства известного шеф-повара. Составь список сотрудников, с которыми нужно назначить интервью. Но, – он погрозил пальцем, – держи это в секрете! Я знаю, какой у тебя длинный язык, – он фыркнул. – Куча работы и всего три дня! Собирайся, мы вылетаем в понедельник!

Начальник ушел. Радостная, Мари обмякла в кресле и не смогла сдержать улыбку. Жизнь налаживается: она впервые едет в командировку и наконец-то возвращается в родную страну.

В России она не была уже семь лет. Смекнув, что, возможно, ей еще не скоро может выпасть снова такой шанс, она открыла календарь и рассчитала, как можно совместить командировку со встречей с сестрой и братом. Всё это время они живут в разных странах, а виделись всего пару раз, значит, такую возможность упускать нельзя.

Девушка открыла Фейсбук и написала сообщение своим родным: «В понедельник я лечу в Москву! Всего на три дня, но нам нужно обязательно увидеться. Жду не дождусь нашей встречи!». Мари каждую минуту обновляла страницу, ожидая, пока кто-то прочитает и ответит ей на сообщение, но никто этого так и не сделал. Ей не терпелось поделиться с кем-то хорошими новостями, поэтому она побежала к кубиклу Сандры.

– Сандра! – Мари облокотилась на стенку.

– Подожди минуту, – Сандра сосредоточенно что-то печатала. Ее тяжелые очки постоянно падали на переносицу, и она на автомате их поправляла. Густые темные волосы были собраны в тугой пучок на затылке, но одна прядь все никак не хотела следовать правилам, и Сандра раздраженно убирала ее за ухо. – Говори.

Мари подбежала к подруге поближе.

– Кажется, я еду в свою первую командировку, – Мари еле сдерживала энтузиазм.

– Поздравляю! – воскликнула Сандра. – Скоро?

– В понедельник, – Мари, словно ребенок, сжимала кулачки от переизбытка эмоций. – Но подробности после…

Мари приложила палец к губам, давая Сандре понять, что рассказывать никому нельзя, и вприпрыжку побежала на рабочее место.

– Так нечестно! Потом мне все расскажи, – крикнула ей вслед подруга.

– Ах, эти первые годы работы… – ностальгически произнесла Сандра.

Вечером Мари в сотый раз проверила Facebook и наконец увидела долгожданные ответы. Брат Костя был как всегда краток: «не могу я в Польше». К его манере письма – без пунктуации и разделений текста на предложения – Мари уже привыкла, ведь для нее было уже счастьем, что ответ он ей прислал сегодня, а не спустя месяц, как ему было свойственно.

Затем Мари увидела ответ от своей сестры Леси: «Это прекрасно! Я не смогу забрать тебя из аэропорта, но мы обязательно должны встретиться. Когда ты сможешь? Даже если не сможешь, выкраду тебя ночью и пойдем в бар! Напиши мне сегодня». Мари написала ответ, признавшись, что пока не знает своего расписания и сможет обсудить все нюансы только по прилету, но абсолютно точно будет держать связь с сестрой.

Не дождавшись ответа от Леси, Мари включила Skype и позвонила пользователю «Надежда Михайловна Миронова».

– Мама! – крикнула Мари, увидев на экране любимое лицо. Мама сидела в потрепанном жизнью красном халате, который она купила еще до того, как Мари уехала в Лондон. Сколько бы новых домашних вещей ни появлялось в гардеробе мамы, этот халат переживал любую, неизменно выигрывая в конкуренции.

– Мариша, привет, дорогая моя, – мама надела свои круглые очки, чтобы получше разглядеть дочь. – Как я рада тебя видеть! Что-то ты исхудала совсем…

– Исхудала? Да я, наоборот, набрала два кило!

Мари внимательно рассматривала маму: ее короткие каштановые волосы, которые пережили бесчисленное количество химических завивок, большие карие глаза, худые пальцы, на которых всегда красовались утонченные кольца. В следующем году маме исполнится сорок пять, еще один юбилей, но на этот раз Мари поставила перед собой задачу во что бы то ни стало приехать во Владивосток и отпраздновать его вместе, с мамой.

– Ты хорошо кушаешь? Как твоё здоровье? Хватает ли тебе денег? – беспокоилась тем временем мама.

– Мам, ты же меня об этом позавчера спрашивала. У меня всё в порядке. Расскажи лучше, как ты вчера сходила в театр? Как московская постановка?

– Ой, очень хорошо. Актёры – настоящие таланты, я даже в самом конце расплакалась. Но дорогое, конечно, удовольствие. И заканчивается поздно, и автобусы эти. Ай, ты и сама знаешь, как они ходят.

– А как ты домой добиралась?

– Нас Ириша забрала на машине.

– На машине? – удивленно спросила Мари. Со старшей сестрой Ирой Мари общалась не так близко, как с Костей и Лесей, но благодаря маме она знала практически все о ее жизни.

– Я же совсем тебе забыла рассказать. Нам же неделю назад одобрили кредит. И мы сразу же поехали выбирать машину. Позвали дядю Женю с нами, мы же с Ирой вообще ничего в этом не понимаем, – мама махнула рукой. – Хорошо, что брат у меня механик. А то бы мы с Ирой навыбирали…

Мари с мамой рассмеялись.

– В общем, Ира теперь наш семейный водитель.

– Ничего себе, как круто! – у Мари тоже были права, но водила она только инструкторскую машину. – Надо будет позвонить Ире, поздравить. Как там у нее дела?

– Недавно в администрацию города устроилась работать… А я же тебе уже это рассказывала, – мама снова махнула рукой. – А вчера я познакомилась с ее новым парнем.

– А что с Сергеем?

– Как будто она мне рассказывает. Я только и успеваю знакомиться с её новыми парнями. Как перчатки меняет, ей-богу. То ли дело вы с Лесей. Хоть от вас внуков получу.

– Мам, какие внуки? Ты о чем? – Мари встрепенулась.

– Ну… Вы уже четыре года как с Сойером вместе. Какой-то он у тебя странный. Давно уже пора было замуж позвать. А он всё тянет и тянет.

– Мама, мне в прошлом месяце только двадцать четыре исполнилось. Какая свадьба?! – Мари схватилась за голову. Почти каждый их разговор сводился к этой теме.

– Я в девятнадцать уже Иру родила.

– Мам, ну ты о чем. Сейчас уже другое время, другое поколение. Мне карьеру строить надо, а не замуж идти. Я же знаю Сойера. Если мы поженимся, то он меня точно домохозяйкой сделает. У него в семье все женщины такие. Так я точно не хочу.

Об отношениях с Сойером мама знала лишь только хорошее, все недостатки Мари тщательно скрывала. Сначала он казался настоящим принцем на белом фольксвагене: милый, красивый, чуткий, семейный, он был словно частью её самой. Он заполнил пустоту в её сердце, которая появилась после переезда в Лондон. Первое время в Англии она была страшно одинока, ей не хватало семьи, любви, вдобавок ко всему это время было омрачено разбитым сердцем.

Мари потребовалось немало времени, чтобы восстановиться, собрать себя по кусочкам и вновь по-настоящему влюбиться. Но спустя некоторое время мелодия заиграла по-новому. Словно в ней затихли все прежние музыкальные инструменты, и полнота произведения сузилась до ритма барабана, предвещающего что-то неладное. Ей слышались отголоски пианино, скрипок, виолончелей, а в голове звучал только бой барабана, удар за ударом.

– Сойер такой завидный жених. Высокий, красивый, спортивный. Ещё и на доктора учится, такая достойная профессия. Надёжный, из хорошей состоятельной семьи, с таким мужем будешь, как за каменной стеной. Ох, Мари, чтобы я отдала за такую жизнь: сидеть дома, воспитывать детей и не о чем не беспокоиться. Не то что мы с твоим папой, царство ему небесное. Пахали всю жизнь, как лошади. Каждую копеечку откладывали. Вас четверых нужно было одеть, обуть, накормить. Тебя и Лесю к репетиторам отправить, Иру на танцы, а на Костины мотоциклы сколько денег ушло… – хотя мама и говорила о своих жизненных трудностях, но по ее лицу было видно, насколько счастливой и наполненной была ее жизнь.

Нависла щемящая пауза. Мари покрутила на запястье старые папины наручные часы, символ её связи с родителями. Хоть она и находилась за тысячи вёрст от родительского дома, эти часы всегда ей служили напоминанием о том, что близкие всегда рядом.

– Ладно, давай не о Сойере. Я тебе почему позвонила, у меня суперские новости. Меня отправляют в командировку в Москву.

– Ах, какая ты умничка, – восторженно произнесла мама. – Я так тобой горжусь! Ты же сможешь с Лесей увидеться!

– Да, мы с ней уже договорились.

Послышался скрежет ключа в дверном замке. Мари обернулась: на пороге стоял лучезарный, светящийся от улыбки молодой парень.

– Oh, my god! Hello! – Сойер подбежал к Мари, обнял её сзади и поцеловал в макушку, помахав в камеру.

– Здравствуй! Ой, Hello! How. Do. You. Do? Ой, какой красивый, – она стала щёлкать пальцами, подбирая нужное слово, – a jacket!

Надежда пыталась рассмотреть жениха Мари и села чуть ближе.

– I'm fantastic. Thank you! How are you? I haven't seen you in a long time.

Женщина так внимательно посмотрела на экран компьютера, как будто там сейчас появится перевод. Но в тот же миг её внимание сместилось на гавкающую под боком собаку.

– Ой, Златочка, моё солнышко, прости меня, – она ласково погладила золотистого спаниеля. – I'm sorry, Coейр. Мари, я побежала. Мне нужно срочно выгулять нашу девочку.

– Да, ладно, мам, беги. Пока-пока! – Мари с нежностью посмотрела на маму со Златой.

– Пока-пока! – сказал Сойер по-русски и помахал рукой. Мари послала воздушный поцелуй и отключила скайп.

ГЛАВА 3

Мари закрыла ноутбук и потянулась поцеловать Сойера. Она нежно провела руками по его светлым коротким волосам и сразу же почувствовала, что он подстригся.

– Тебе идёт! – Мари охватила руками его лицо и провела по нему пальцами. Он улыбнулся, и на его лице появились ямочки.

– Я так по тебе соскучился, – зевая, сказал он.

– Сойер, я… – она намеревалась поделиться новостями.

– Я – мигом в душ, а потом поговорим, – он кинул сумку и захлопнул дверь ванной.

Сойер учился на последнем курсе Оксфордского университета, жил в общежитии на территории кампуса и изредка на выходных или на праздниках приезжал в Лондон.

Мари же въехала в свою съемную квартиру полгода назад и с тех пор она точно знала, как пройдут ее выходные. В пятницу вечером приезжал Сойер с заранее подготовленным планом, выходные они проводили вместе, и он уезжал в воскресенье днем. Интересно, что план Сойера будто был выгравирован на камне и являлся чем-то неоспоримым. Поначалу Мари была в восторге от идеи сбежать ото всех и укрыться в своем маленьком гнездышке, наслаждаясь каждой секундой, проведенной с дорогим ее сердцу человеком. И пока ее друзья и коллеги вели активную социальную жизнь: танцевали в клубах, ходили на концерты, срывались в другой город, совершенно забывая о работе, и просто жили, Мари чувствовала себя птичкой в запертой клетке. Каждый раз, когда она хотела взмахнуть крыльями, ее сразу же возвращали на землю.

– Сойер, завтра на Уэст-Энде будет «Нотр-Дам де Пари», пойдем? Еще есть билеты! А потом можно зайти на выставку «Золотой век кутюр». Кирстен с парнем ходили, говорят, что очень круто!

– Мари, ты же знаешь, как я предпочитаю проводить выходные. Я так долго к тебе ехал, чтобы мы наконец остались наедине, – эта отговорка повторялась из раза в раз вне зависимости от его самочувствия, заставляя Мари чувствовать себя виноватой.

– Может быть, мы хотя бы сходим в бар завтра вечером?

– Солнце, что за абсурд!

Мари так хотела вдохнуть в их отношения новую жизнь, сделать что-то несвойственное им, что-то романтичное и спонтанное, но Сойер не осознавал, что каждый его отказ все больше отдаляет девушку от него.

– Ты как-то неважно выглядишь, – озабоченно сказала Мари, когда Сойер вышел из душа.

– Боже, как я устал. Сегодня какой-то адский день. Я пропустил свой поезд, пришлось садиться на поздний. Измотан, как никогда.

– Тебе чай или кофе? Что будешь?

– Воду, спасибо, – он уже прилег на диван, облокотившись на мягкие подушки, пока Мари мыла посуду.

– Представляешь, на работе мой начальник предложил мне поехать в командировку! – восторженно делилась она своими маленькими победами. – И в понедельник мы летим в Москву. Я, честно говоря, не ожидала такого. Я так рада! Уже написала Лесе с Костей, позвонила маме, да ты и сам это видел. У Леси на меня грандиозные планы, надеюсь, что получится встретиться с ней. Сойер… – она кричала через громкие звуки льющийся воды, гремя тарелками. – Сойер, ты меня слушаешь?

Мари хотела продолжить свой эмоциональный рассказ, но, повернув голову, увидела, что парень спит, уютно зарывшись в подушки. Ее взгляд потух, в нем застыло разочарование.

Мари домыла посуду, накрыла своего парня пледом, выключила свет и пошла в свою крохотную спальню. Ее тревожили мысли о том, как в последнее время проходит ее жизнь. Ей всего двадцать четыре, а она полгода не может провести выходные, не согласовав их с Сойером. Лежа в кровати, она представляла, как разозлится Сойер, узнав, что эти выходные для нее тоже будут рабочими.

Проснувшись, Мари сразу же села за ноутбук, совмещая завтрак с важными поручениями Бейкера.

– О, ты уже встала, – удивленно воскликнул Сойер, вернувшись с пробежки. Мари кивнула, даже не оторвавшись от монитора.

– Ты завтракала?

Мари кивнула на свою чашку кофе.

– А мы что, сегодня не разговариваем? – он ухмыльнулся и, снова не получив ответа, подошел к ней вплотную, обнял и начал целовать.

– Сойер, не сейчас, – он отпрянула от него.

– Ммм… – он растерялся. – Ты сейчас серьезно?

Он подсел к ней и начал смотреть на нее в упор, не отводя взгляда.

– Я тебе вчера обо всем рассказала, – она неподвижно сидела на месте и продолжала работать.

– Это что, розыгрыш какой-то?

– Серьезно?! Я тебе так долго вчера рассказывала о своей командировке в Москву, а ты просто в какой-то момент заснул. Не знаю, что ты там успел услышать. Но мне было очень неприятно, – она наконец посмотрела в его глаза.

Сойер видел, что Мари ждала извинений, но за что ему было извиняться? Может, он и слышал, как она начинала что-то рассказывать вчера, но бессмысленно было признаваться в этом ей. Она бы только сильнее разозлилась и стала капризничать, как любила делать это. В таких ситуациях он предпочитал промолчать, дать ей время успокоиться и только затем начинать конструктивный диалог.

– Хм, ты правда едешь в командировку? – задумчиво спросил он после долгого молчания. – Ты уверена, что справишься? У тебя же нет как такового опыта. Ты всего год работаешь.

У Мари от удивления глаза на лоб полезли. Как он мог такое ей сказать?

– Не пойми меня неправильно, – продолжил Сойер, – это прекрасно, что тебе дали такую возможность. Но насколько ты готова ехать в командировку спустя лишь год работы?

– Какая я счастливая девушка, что мне достался такой чуткий парень, который меня поддерживает во всём, – Мари гневно закрыла ноутбук и стала скидывать все свои вещи в сумку.

– Мари, ну что ты начинаешь? Куда ты собираешься?

– Сегодня и завтра я буду работать. Ты приехал зря, – она схватила свою сумку и разъяренно хлопнула входной дверью.

Весь день она провела в офисе, а вернувшись домой вечером, оказалась в пустой квартире. Вещей Сойера не было, как и его самого. Однако на столе стояла ваза с небольшим букетом цветов, а рядом книга, на которой лежала написанная от руки записка.

Мари!

Не так я хотел, чтобы закончился наш уикэнд. Надеюсь, ты сегодня успешно поработала. Я желаю тебе удачи в твоей первой командировке.

Я люблю тебя!

Сойер.

На Мари нахлынуло дежавю. Именно так и заканчивались все их ссоры. Сойер считал, что, купив ей букет цветов, он избежит ненужных ссор. Он всерьез не воспринимал ее переживания и часто думал, что она накручивает себя по пустякам. В порыве чувств и эмоций Мари не могла сформулировать четко и ясно свои мысли, как того хотел Сойер. Ему нужны были цифры, факты и конкретика, таким уж он был человеком.

Она со злостью скомкала записку и вышвырнула ее в мусорку. Сколько можно сбегать от серьезного разговора? У нее было такое дикое желание высказаться, поговорить о чувствах, о проблемах. Но она постоянно сталкивалась с полным равнодушием. В этот раз девушка решила, что не будет писать ему первая, с нее хватит.

ГЛАВА 4

В аэропорту Хитроу Уильям Бейкер огорошил свою помощницу новостью, что их поездка в Москву не состоится. Как? Почему? Неужели Сойер был прав? Ей казалось, будто это какая-то злая шутка судьбы. Она же так готовилась к своей первой командировке, потратила все выходные на подготовку к интервью, а сейчас ее вместе с чемоданом отправляют обратно домой.

– Но состоится поездка в Варшаву! – воскликнул босс и ободряюще похлопал Мари по плечу, заметив ее потерянное выражение лица.

– Что?! – глаза Мари округлились. Ничего уже как будто не имело смысла. – В Варшаву? А почему в Варшаву?

– Потому что там будет проходить бизнес-саммит, – Бейкер говорил так, словно Мари должна была знать ответ на свой вопрос.

– А что с Москвой? Что случилось?

– Ох, Мари, мы прекрасно проведем время в великолепной столице Польши, пообщаемся с бизнесменами, – расписывал великолепные перспективы Бейкер, приобняв помощницу.

– Мистер Бейкер, почему вы уходите от ответа? Почему мы не летим в Москву?

– Ох… – Бейкер тяжело вздохнул, отвечая с явной неохотой, – я принял трудное решение и отдал статью Сандре. Ведь она женщина и сможет лучше прочувствовать тонкую женскую натуру. Каким бы прекрасным журналистом я ни был, именно женщина-журналист сможет выстроить доверительное отношение при такой деликатной теме.

– А зачем же я все выходные потратила на подготовку к интервью? – вся ее уверенность вылетела в окно. Она так надеялась проявить себя в этой командировке, показать, на что способна, а по итогу оказалась в патовой ситуации.

– Ты подготовила хороший фундамент для Сандры.

– Для Сандры… – промолвила Мари.

Ее как будто предал близкий человек. Почему Сандра ей ничего не сказала? Почему не предупредила о том, что забирает статью и командировку Мари?

– Чем же я вам смогу помочь в Польше, если я совсем не осведомлена?

– Ой, дорогуша, настоящий журналист сможет работать в полевых условиях. Я покажу тебе мастер-класс, – он сделал ей ручкой и оставил наедине с ее огромным, потрепанным жизнью зеленым чемоданом.

Предвкушая спокойный полет с бокалом красного вина, Уильям Бейкер, довольный и расслабленный, направился в бизнес-класс. Он все выходные придумывал махинации, как же избавиться от статьи про сексуальные домогательства и, наконец, этим утром, разговаривая с Сандрой, его осенило. Теперь можно было не беспокоиться и поехать развеяться в Польшу. Все же Варшава – один из его любимых городов, да и от ассистентки можно будет избавиться на раз-два. Статья про бизнес-саммит напишет себя сама, такой репортаж он может с легкостью сделать за час, а с московской темой пришлось бы знатно повозиться.

Мари же, сдав вещи в багажное отделение, с волнением прошла в эконом-класс, протиснулась в самый хвост самолета и заняла свое место. При взлете она все еще сидела, погруженная в свои мысли, и убеждала себя в том, что все будет хорошо. Но почему бы не взглянуть на ситуацию с другой стороны? Она же хотела в командировку, хотела спонтанности, вот ей и «два в одном». Получите, распишитесь. Зачем она нервничает и расстраивается? Пусть все и не идет по плану, ведь планов в ее жизни и так предостаточно. Нужно расслабиться и дать волю случаю. Может быть, из этой поездки выйдет что-то стоящее.

Достав из сумки подаренную Сойером книгу Кристофера Винна «Я никогда не знал этого о Лондоне», она увидела послание.

Дорогая Мари,

Надеюсь, эта поездка станет тем толчком в карьере, которого ты так долго ждала. И пусть эта книга будет напоминанием о нашем городе.

С любовью, Сойер.

Мари передернуло. В какой раз он проделывает это с ней: шлет милое послание и ждет, когда она успокоится и обо всем забудет. И за столько лет он ни разу ни за что так и не извинился.

Она подальше убрала его книгу и открыла ноутбук. Впереди два часа полета, и пришло самое время закончить пост, который она все никак не может доделать уже несколько месяцев. Ей всегда было легче выразить свои чувства на бумаге, а когда ты переезжаешь в новую страну, теряешь связь с семьей, перестаешь общаться со старыми друзьями, чувства накапливаются, как снежный ком. И чтобы хоть как-то от них избавиться, Мари создала свой личный блог, где писала обо всем на свете: чувствах, фильмах, книгах, работе, друзьях, путешествиях. Хоть блог и не пользовался огромной популярностью, а подписчиков было всего несколько сотен, Мари ответственно подходила к публикации постов и делала это на постоянной основе, еженедельно.

Мари открыла черновик поста, который планировала выложить в блог еще два месяца назад, но никак не смогла доделать его. Когда она прочитала книгу Йейтса Ричарда «Дорога перемен», то сразу поняла, что ей обязательно нужно написать о ней пост, вот только она не ожидала, как сложно это будет сделать, ведь сюжет книги так сильно откликался в ее сердце.

Дорога без конца и края

Бывают такие произведения, которые могут перевернуть ваш мир с ног на голову и оставить после себя неизгладимое впечатление. Таким произведением для меня стала книга Ричарда Йейтса «Дорога перемен». Сюжет захватил меня с первой главы и затронул все струны моей души, даже те, о существовании которых я не знала.

Особое внимание в книге заслуживает любовная линия. Взаимоотношения главных героев описаны понятно и просто. Все начинается с того, как двое увлекаются друг другом, и этот интерес перерастает, как часто случается, во влюблённость.

Но сколько живёт любовь? В какой-то момент Фрэнк и Эйприл создают семью. Любящая и гармоничная пара, Уиллеры вызывают восторг у окружающих. Но со временем красивыми и счастливыми они остаются только на людях, тогда как за закрытыми дверями их брак начинает трещать по швам. Серый будничный оттенок постепенно замещает собой все яркие краски, которыми была так наполнена раньше их жизнь. Ссор становится больше, а счастливых моментов меньше, семейный быт и конфликты перечеркивают все хорошее. Они одновременно живут и рядом, и врозь, видя перед глазами не друг друга, а выдуманные ими же образы. Их семейная жизнь создана по шаблону идеальной семьи, все расписано наперед и делается для галочки, потому что так надо, так диктует общество, правила. Они начинают мучать себя, играть несвойственные роли, которые совершенно им не идут, забывают о своих мечтах и желаниях.

Эйприл и Фрэнк делают последний рывок на пути к счастью, они находят выход из казалось тупиковой ситуации, но сталкиваются с непониманием общества, которому неважно, кто они и что значат их внутренние желания. Они живут в мире стереотипов и штампов, они не выбирают себя и свое место в этой жизни, они лишь пытаются стать частью этого огромного механизма под названием «общество».

Что происходит, когда чувства остывают? Может быть, в этот переломный момент нужно намного крепче держать своего человека за руку и не отпускать? Пережить кризис и делать все, что ты можешь и даже больше, стараться изо всех сил. Я четко вижу картину: ты стоишь на перроне поезда и просишь не уезжать, а твой человек все равно садится в уходящий поезд, вы еще держитесь за руки, прощаетесь, поезд начинает гудеть и трогается с места. Но ни ты не можешь сесть в вагон, ни твой любимый не может сойти с него. Поезд начинает плавное движение, и ты, в попытке удержать то, что уже давно остыло, бежишь изо всех ног и пытаешься не отпускать его руку. Но как бы ты ни старался, поезд не остановится, не сбросит скорость и не поедет назад. Ты смотришь, как он стремительно несется прочь, но не можешь даже крикнуть вслед «Остановись», ведь понимаешь, что его уже не вернешь.

Что происходит, когда умирает любовь? Возможно, что она вовсе не умирает, а остается жить на искусственном жизнеобеспечении где-то далеко в душе. Ты хранишь её и ждёшь… ждёшь, когда же утерянное, утраченное и невысказанное чувство очнется и наполнит пустоту в сердце…

– Дамы и господа! Говорит командир корабля. Наш полет завершен, – пассажиры наконец расстегнули ремни и стали ожидать сигнала на выход из самолета.

Уже в аэропорту Варшавы Мари почувствовала себя матерью одиночкой с избалованным ребенком. Бейкер уселся на массажное кресло и не намеревался даже и пальцем пошевелить, чтобы помочь ей. Мари, как лихорадочная, бегала по аэропорту: нашла обменник, купила две симки, заказала такси и принесла боссу неоправданно дорогой кофе.

– А что так долго? – Бейкер лениво протянул руку, забрал свой кофе и нехотя поднялся с кресла.

– Здесь невозможно ничего найти, – с одышкой сказала Мари. По ее виду можно было подумать, что она за полчаса пробежала целый марафон.

– Дорогуша, нет ничего невозможного, – Бейкер приобнял помощницу, а сам посмотрел на часы, проверяя, сколько времени потребовалось ей на все его задания.

Уже подъезжая к отелю, расположенному в старейшем районе Варшавы – Старом городе, Мари отвлеклась от завораживающих видов, старинных соборов и величественных памятников и вспомнила о главном плюсе неожиданной поездки: она может увидеться со своим братом! Глаза Мари засияли от счастья, а на лице непроизвольно появилась широкая улыбка.

– А ты чего такая радостная? – прищурился Бейкер.

– Да так, – ответила Мари. – Рада командировке!

Бейкер ухмыльнулся и подумал: «А то! Едем-то отдыхать, а не работать».

Варшава встретила журналистов на удивление прекрасной погодой. Не знала бы Мари, что сейчас декабрь, то подумала бы, что приземлилась прямиком в осеннюю столицу Польши. Природа словно забыла, что должна приносить холод и мороз, и решила на несколько дней порадовать жителей и гостей столицы солнечной и теплой погодой.

Такси остановилось возле главного входа в гостиницу, больше похожую на какой-то исторический памятник, нежели на современный отель. Бейкер сделал глубокий вдох и сразу же улыбнулся.

– Ах, этот варшавский аромат! Как же я скучал, – он нерасторопно последовал на ресепшн.

– Мистер Бейкер… – договорить она не успела.

Ее начальник взмахнул рукой, показывая, что она совсем не вовремя со своими допросами.

– Встретимся позже, – и он исчез из поля зрения.

Мари осталась одна со своим огромным чемоданом. Получив ключ от номера, она последовала к лифту. Постукивая каблуком, она все ждала и ждала, когда же кабина подъедет, пока к ней не подошел камердинер.

– Извините, лифт не работает.

– Как не работает? – Мари ошарашено взглянула на свой чемодан, а затем на крутую спиральную лестницу и приготовилась бросить багаж прямо здесь, ведь на четвертый этаж тащить его она не собиралась.

– Мы приносим вам свои извинения. Мы доставим ваш багаж к вам в номер, не беспокойтесь.

Мари выдохнула от облегчения, но увидев, как мужчина средних лет, явно не атлетического телосложения, затаскивает ее неподъемный груз на последний этаж, испытала неловкость.

– Вы к нам надолго, да? – спросил он.

– На два дня, – она виновато улыбнулась и развела руками. – Может, вам помочь?

Мари явно было не по себе.

– Нет, нет. Что вы, я сам.

Наконец чемодан был доставлен. Не поскупившись на чаевые, Мари щедро поблагодарила камердинера и осмотрела свою скромную комнату. Девушка не была избалована роскошью, поэтому ее вполне устроили двуспальная кровать, небольшая прикроватная тумбочка, миниатюрная ванная комната и большое окно, впускающее много солнечного света. Первым делом Мари подошла к окну и оглядела исторический район: вид на уютный дворик с узкой дорогой и старинными постройками производил приятное впечатление, и она улыбнулась.

Из ручной клади Мари достала небольшой ежедневник с мотивационной надписью «Через тернии к звездам” и внесла в список стран, где она уже побывала, Польшу.

Англия.

Шотландия.

Испания.

Франция.

Бельгия.

Германия.

Нидерланды.

Польша.

В свой телефон Мари вставила новую, польскую, сим-карту и наконец набрала номер Кости. Длительные гудки её немного напрягли. Не будет же он игнорировать еще и звонки?

– Алло? – в трубке она услышала бодрый голос брата.

– Алло! Костя, привет! Я в Польше! – звонко пела Мари, не в силах сдержать радость.

– Ааа, – протянул он. – Это кто?

– Это я, Мари! – ликовала она.

– Эээ, а что ты в Польше делаешь? Ты же в Москву собиралась? А где ты в Польше? Может, тебя забрать? – допрашивал он.

– Я в Варшаве, в командировке, с начальником. Москва отменилась, так что я здесь.

– О, круто! Я тоже сейчас в Варшаве, давай подъеду?

– Было бы здорово, но я же здесь по работе. Как я могу взять и уйти, – Мари совершенно не знала, что ей предстоит здесь делать, но точно была уверена в том, что она не может подвести мистера Бейкера, который явно возлагает на нее большие надежды.

– Ну, сейчас два часа. Можно пообедать. Ты же можешь на обед отпроситься? – в трубке послышалось, как заводится машина. – Где ты?

– Да я даже не знаю. Как-то неудобно. Может быть, вечером?

– Вечером я уже дома, в Быдгоще², буду. Либо сейчас, либо никогда, – твердо ответил Костя. – Все, я еду. Говори адрес.

Костя Миронов был из тех людей, кто за словом в карман не лез. Он всегда был человеком слова и дела. Мари прекрасно знала, что сейчас он уже где-то на полпути к ней. Ей оставалось лишь сказать название отеля и пойти отпрашиваться у Бейкера. Но найти своего несносного босса у Мари вышло только через полчаса после того, как она обежала весь отель в его поисках.

– Ой, Мари, посмотри на этот прекрасный сквер, – Бейкер стоял у входа в отель с сигарой во рту. – Какая архитектура, изумительно!

Укутался он так, будто на улице было минус тридцать, в то время как Мари выскочила на улицу в одном свитере.

К главному входу подъехал блестящий черный седан Audi, из которого вышел молодой парень в расстегнутой синтепоновой куртке и уверенной походкой направился вперед.

– Мари! – он радостно помахал рукой, увидев издалека сестру.

– Не успела приехать, а уже на свидание собралась, – забавлялся Бейкер. – Ничего себе скорость!

– Мистер Бейкер, да вы что такое говорите? Это мой брат, – не успела Мари представить его, как Костя уже оказался рядом и протянул руку ее боссу.

– Уильям Бейкер, приятно познакомиться, – Бейкер в ответ протянул свою.

– Костя, – они обменялись рукопожатием.

– Приятно познакомиться, – с сильным русским акцентом проговорил брат.

– Привет! – он тепло обнял Мари и притянул к себе. – Как вам у нас в Польше?

– Ох, чудесно! Очень люблю этот район, – расхваливал Бейкер любимый город. – А вы здесь живете?

– Да, – ответил Костя. – Недавно сюда переехал на ПМЖ, а раньше только на время работы приезжал.

– О, и кем же вы работаете?

– Костя – гонщик, – с гордостью произнесла Мари и положила голову на плечо брата. – Занимается спидвеем с детства.

– Как интересно. Да у вас в семье одни таланты! – Бейкер усмехнулся.

– Ну да. Пробиваемся, а что делать еще, – таких самовлюбленных персонажей Костя видел насквозь. – Отпустите Мари пообедать?

– Да, конечно, Мари. Иди обедай. Святое дело с семьей время провести, – Бейкер оценил прямолинейность Кости, который расположил его к себе с первой минуты.

– А как же работа? – озабоченно спросила Мари.

– Саммит будет только завтра к полудню. Там и встретимся. Адрес тебе в СМС вышлю.

– Спасибо, мистер Бейкер! – радостная, она попрощалась с боссом и повела Костю в свой номер.

– И это тот самый начальник, которому ты слово боишься сказать? – Костя рассмеялся.

– Это он с тобой такой душка, а на работе тот еще дьявол, – Мари впопыхах открыла чемодан и стала скидывать вещи в рюкзак.

– Я же смогу у тебя на ночь остаться! – она положила косметичку, фен, пижаму, дополнительный свитер на случай, если будет холодно, пуловер на случай, если будет тепло, и платье на случай, если они куда-нибудь поедут. В рюкзаке уже не хватало места, а нужно было запихнуть еще расческу, ноутбук, два ежедневника, пенал и книгу.

– Что ты мелочишься, бери уже чемодан с собой, – Костя жевал гостиничное яблоко.

– Ну да, что-то многовато получилось… – Мари суетливо смотрела вокруг.

– Что же выложить? – она почесала затылок.

– Ну ты копуша! Бери уже что-нибудь, да пошли обедать.

– А мы пообедаем у тебя дома или поедем в ресторан? – Мари смотрела на платье, которое вытащила из рюкзака.

– До меня три часа ехать! Я умру с голоду, пока доедем. Пошли! – он откинул ее сумку на кровать, вручил ноутбук и направил к двери.

– Но как же…

– У меня все есть! – он захватил с вешалки ее куртку и захлопнул дверь.

Вместо ресторана, к которому Мари была не подготовлена, ведь платье осталось в номере, Костя остановился у местного McDonald’s и сделал огромный заказ: два бургера, по две порции картошки фри и наггетсов, два стакана кока-колы.

– У тебя новая машина? – Мари осматривалась вокруг, пока Костя за обе щеки уплетал бургер.

– Угу, – с полным ртом промычал брат.

– Ну все, погнали, – доев последний кусок, он вытер руки салфеткой и нажал на педаль газа.

Пока Костя пересекал перекресток за перекрестком, Мари внимательно рассматривала город с его уникальной атмосферой. А когда она наконец проголодалась и потянулась за картошкой, то обнаружила только пустую коробочку.

– А где картошка?

– Кто успел, тот и съел, – Костя вывернул руль и выехал на трассу.

– До Быдгоща ехать часа три, – парень по-ребячески улыбнулся. – Посмотришь, где брат живет.

– Я как будто бы сплю, – Мари поудобнее устроилась на мягком кожаном сиденье. – До сих пор не верится, что это взаправду.

– Мари, просыпайся уже! Ты в Польше! – он сильнее нажал на педаль газа и рванул вперед по пустой дороге. – Давай рассказывай, как тебя сюда занесло? Почему ты не в Москве?

– Леся! – вскрикнула Мари, схватившись за голову. – Я забыла ее предупредить, что не приеду! Можно, от тебя позвоню?

– Да, звони, – он протянул ей телефон. – Привет передавай.

Мари набрала сестру.

– Алло, Леся! Привет, это Мари. В общем, моя командировка в Москву провалилась, вместо этого мы полетели в Польшу. Сейчас я с Костей, он тебе привет передает! – Мари протараторила и с улыбкой посмотрела на брата. – Да, хорошо. Костя, тебе тоже привет! Давай созвонимся потом по скайпу, чтобы сейчас деньги не тратить. Все пока!

– Оперативно, на тебя не похоже. Что с тобой случилось? – Костя улыбался во весь рот.

– Что это еще значит? – возмущалась Мари.

– Ты вечно по три часа собираешься!

– Ой, кто бы говорил, – передразнивала сестра.

– Да я – как метеор. Всегда за минуту готов.

Оставшееся время в пути они спорили, кто из них быстрее собирается, пока Косте не позвонили. Мари слушала, как он бегло говорит на польском языке, и ни слова не понимала.

Девушка с любовью смотрела на брата и не верила, как быстро они повзрослели. Перед ней сидел успешный, уверенный в себе мужчина, у него уже была своя квартира, своя машина, он успел пожить и в России, и в Польше. Его каштановые волосы переливались на солнце, пробивающееся через лобовое стекло, а золотисто-карие глаза внимательно изучали дорогу. Его голос на польском по-прежнему звучал также добро и весело.

Она все еще помнила его мальчишкой, с его смешными шутками и подколами, которые так и слетали с языка. Его добрый взгляд и улыбка, никогда не сходившая с лица, все еще напоминали ей о том самом мальчике, с которым они раньше делили комнату. В детстве она знала его лучше всех из семьи, и как бы ей хотелось вернуть те моменты, когда они дурачились в комнате, ссорились из-за его разбросанных носков или ее развешанных по всем стульям вещах, как постоянно подшучивали друг над другом.

Когда она уезжала из Владивостока, то захватила с собой целый фотоальбом, и в моменты грусти или тоски всегда смотрела на маму, брата и сестер, и ей становилось легче. Мама на всех фотографиях никогда не выглядела расслабленной, ведь ее задачей было собрать всех детей для общего снимка, Костя светился от счастья, Ира позировала, как настоящая модель, Леся не любила фотографироваться и пыталась закрыть лицо книгой, а Мари всегда ставили по центру, так как была самой маленькой.

– Я сейчас быстро заеду в мастерскую, надо кое-что туда завезти и потом – домой, – Костя выдернул Мари из ее воспоминаний.

– Мы уже приехали, кстати, – он рассмеялся, глядя на ее задумчивое лицо.

– А я с тобой хочу! Можно?

– Конечно.

Они зашли в гараж Кости, и Мари не могла поверить своим глазам. Куда ни глянь, везде все сияло, словно Костя проводил здесь дни и ночи, натирая все вокруг до блеска. Мастерская была для него особым местом, он мог проводить здесь часы, подготавливая оборудование к гонкам, разбирая запасные части. Сейчас, зимой, когда до гонок осталась всего пара месяцев, в мастерскую можно было прийти, чтобы просто поглазеть на мотоциклы, свои трофеи и немного поскучать по спорту, которому Костя посвятил всю свою жизнь. Гараж гонщика – это не просто место, где можно хранить свое оборудование и инвентарь, это место, которое может показать самый настоящий характер спортсмена.

Оглядывая все вокруг, Мари в каждой детали видела Костю. Она так и представляла, как он аккуратно раскладывает одну деталь к другой, развешивает формы, в которых гоняет, расставляет кубки с различных соревнований. Ни к чему в своей жизни он не относился настолько серьезно, как к спидвею. С самого детства он обожал зарываться с головой в мотоцикл и вместе с папой разбирать и заново собирать его. Мари вспомнила хаос, который всегда царил на стороне Кости, когда они в детстве жили вместе: с трудом заправленная кровать, разбросанные вещи, школьные учебники по всему столу. Но такого хаоса никогда нельзя было найти в их гараже.

– Здесь у меня диски сцепления, шестерни, ключи, – рассказывал Костя, показывая ей мастерскую. В его золотисто-карих глазах горела искорка радости от того, что выпала возможность показать сестре место, которым он так гордится. Он с таким энтузиазмом рассказывал о своих инструментах, показывал блестящие спидвейные мотоциклы, что Мари не могла сдержать улыбку.

– Вау, Костя, так здесь у тебя круто, – восхищалась сестра.

– А там что? – она указала на отдельную комнату.

– Там рамы, вилки – запасаюсь на новый сезон, чтобы потом не пришлось ремонтировать старые. Проще заменить, чем отремонтировать.

– Какие красивые… – Мари подошла к отдельной вешалке, где висели красно-черно-белые комбинезоны с названиями спонсоров. – Ты в новом сезоне остаешься в своей команде?

– Да, недавно контракт подписал, – Костя вот уже несколько лет после переезда в Польшу гонял за команду «Полония Быдгощ»³.

– А в России будешь ездить?

– Да, планирую, но пока еще ничего не подписывал.

– Почему?

– Мне сразу две команды в этот раз предложили за них гонять, – он расплылся в улыбке.

– Да ладно? – Мари не верила ушам. – Ты что это, намерен родной «Восток»⁴ бросить? И как это понимать, мистер? – она стукнула его по плечу и улыбнулась.

– Да я пока еще ничего не решил. Вроде бы и пришло время попробовать что-то новое, но и отказываться от возможности почаще бывать во Владике тоже не хочу.

– Я вообще не могу тебя в другой команде представить. Твое имя уже как синоним «Востока». Я помню, как мы всей семьей ходили на твою первую гонку. Сколько тебе тогда было, пятнадцать?

– Пятнадцать, – Костя кивнул головой.

– Мы тогда с Ирой и Лесей залезли на боксы и сверху кричали во все горло, а мама, помню, ни в какую не захотела с нами в закрытый парк идти и сидела нервничала на трибунах, – Мари засмеялась. – Она потом рассказывала, что ее чуть инфаркт не хватил, когда ты упал в каком-то из заездов.

Костя лишь улыбнулся, с ностальгией вспоминая первые шаги в карьере, ведь до того, как пересесть на спидвейный мотоцикл, он долгое время занимался мотокроссом.

– Как я скучаю по вам всем, – Мари взгрустнула. – Мне вас так не хватает рядом.

– Кста-а-а-ти… – Костя загадочно взглянул на сестру. – Это пока еще неофициально, но мне поступило предложение от британской команды.

Мари ошарашенно посмотрела на брата и напрочь потеряла дар речи. Нет, это точно какой-то сон. Не может же ее жизнь за несколько дней перевернуться с ног на голову. Это просто невозможно!

– Эй? – Костя пощелкал пальцами у нее перед лицом. – Ты куда пропала?

– Я… у меня нет слов, – Мари накинулась на брата с объятиями. – Костя, это было бы невероятно! А что за команда? Из какого города? Мы бы смогли с тобой чаще видеться?

Мари уже продумывала в голове план действий.

– «Ипсвич Уичес»⁵.

– Ах! – воскликнула Мари. – Ипсвич же вообще недалеко от Лондона, туда постоянно ездят поезда, можно где-то за час добраться.

Костя рассмеялся, узнав в этих словах свою сестру: одна идея может разжечь в ней настоящий огонь.

После мастерской Мироновы поехали к Косте домой. Он поселился в новом застраивающемся районе, где все здания выглядели абсолютно одинаково и ровно ничем не отличались друг от друга. Однако для Мари дом Кости был особенным – здесь жил ее брат.

– У меня еще ремонт, так что не пугайся, – пробурчал Костя, как только они очутились на пороге.

Квартира действительно была совершено не обставлена: пустые стены, кладовку прикрывала строительная пленка, дивану в гостиной составляли компанию лишь телевизор с беговой дорожкой и велотренажером, в спальне стояла одинокая кровать, а на кухне, кроме чайника и микроволновки, ровным счетом ничего не было.

– У тебя все есть, да? – передразнила брата Мари. – Костя! Почему ты не дал мне взять свою сумку?

– У тебя не сумка, а багаж целый. Ты же только на ночь сюда, а утром я тебя обратно отвезу, – Костя махнул рукой и от усталости рухнул на диван. Мари сразу же пристроилась рядом, открыла пачку чипсов, которую прикупила по дороге, и протянула Косте.

– Не, я с фастфудом на сегодня – все, к сезону надо готовиться, – он напряг мускулы и засмеялся.

– Ничего себе! Ты к бодибилдингу готовишься или к спидвею? – подшучивала Мари. Костя действительно был в отличной спортивной форме, было видно, что все свое время он распределяет между мастерской и спортзалом.

Оставшийся вечер Мироновы провели, лежа на диване, просматривая «Ультиматум Борна», а на утро уже мчались обратно в Варшаву.

– Ну все, я тебя тогда жду в Ипсвиче этой весной! – Мари взъерошила брату волосы и крепко обняла его. Парень засмеялся.

– Увидимся, – садясь в автомобиль, проговорил Костя, широко улыбаясь. На прощание он помахал ей из окна автомобиля и уехал.

Зарядившись от общения с Костей и вернувшись в Варшаву, Мари была готова свернуть горы, но, к ее великому сожалению, Бейкер не собирался включать ее в свои планы. На саммите он отдельно от нее брал у всех интервью, делал записи, а ей только и успевал отдавать поручения: «Принеси воды, повесь пальто, возьми кофе, подай сумку, убери диктофон».

В Варшаву она приехала полная надежд на новый виток в карьере, но оказалось, что Сойер был прав. Она еще не готова к такому, и Бейкер это прекрасно видит. Единственным плюсом из всей поездки оказалась семейная встреча.

ГЛАВА 5

Все выходные после прилета в Лондон она провела в полном одиночестве под теплым одеялом, с ведерком мороженого, ни разу не покинув квартиру.

В понедельник, не без помощи крепкого кофе приведя себя в состояние «как огурчик», Мари вернулась в офис, где вечно кипела и бурлила издательская жизнь. Ступив в узкий проход, она осторожно пробиралась через близко расположенные столы, заваленные стопками бумаг, и суетящихся повсеместно сотрудников. В офисе, как всегда, стоял гул: непрекращающиеся звонки телефонов, печатающие принтеры и оживленные разговоры журналистов.

– Как дела, Кэтрин? Привет, Марк! Сьюзи, классный костюм! Как выходные, Джейк?

Приятно было снова оказаться в родном офисе.

– Ну, как съездили? – послышался радостный голос Сандры.

– Лучше не спрашивай, – Мари скорчила гримасу. – А ты как съездила?

«В мою командировку…» – подумала Мари.

– Мари, меня саму только в понедельник утром этой новостью ошарашили. Я даже не успела тебе позвонить, сразу на самолет – и в Москву, – Сандра ее приобняла. – Ты такая умничка, так хорошо подготовила материал. Я Бейкеру это тоже сказала!

– Мари! – из-за двери с табличкой «Уильям Бейкер» раздался привычный призыв.

– Легок на помине, – девушка улыбнулась и заглянула к начальнику. – Да, мистер Бейкер?

– Заберешь мой костюм из химчистки? – спросил он, будто бы давая ей право выбора.

– Да, конечно, – и это был единственный правильный ответ.

– Вас ожидает важный вечер? – увидев, что шеф пребывает в хорошем расположении духа, Мари набралась смелости поддержать светскую беседу.

– О, да! – он явно находился в предвкушении какого-то события. – Какое же удовольствие я получаю от общества претенциозных, манерных богачей, которые не в состоянии говорить ни о чем и ни о ком, кроме себя.

Мари улыбнулась, отметив иронию в его словах.

– На какое мероприятие вы идете? – с интересом спросила она, незаметно для себя вовлекаясь в непривычно легкий разговор с боссом.

– Твой мальчик с обложки пригласил меня на свой рождественский корпоратив в The Eagle’s, – всем своим видом Уильям Бейкер показывал, насколько гордится таким приглашением.

– Мистер Бейкер, это прекрасно! – искренне порадовалась Мари. – Это такая отличная возможность оживить статью!

– Что ты имеешь в виду? – как бы невзначай спросил Уильям.

– Невероятно! – девушка села напротив начальника, облокотившись локтями на стол, и Бейкер удивился ее дерзости. – Можно взять интервью у его коллег, узнать, что они о нем думают, поговорить с ним самим в неформальной обстановке.

Мари не на шутку разошлась.

Как бы тщательно Бейкер ни старался избегать работы, она всегда его настигала в самый неподходящий момент. Но сейчас его журналистское чутье подсказало, что идея Мари звучит действительно стояще, хотя и срывает его грандиозные планы на незабываемую ночь со сливками общества. Но Бейкер не был бы собой, если, пораскинув мозгами в ускоренном режиме, не нашел бы тотчас блестящий выход из ситуации.

– У тебя есть вечерний наряд?

– А… для чего?

– Не думаю, что в джинсах можно явиться на корпоратив.

Помощница опешила от такого заявления.

– Мы вместе будем исследовать работу этого механизма, вместе и возьмем интервью у нашей звезды из журнала «Форбс»! – девушка даже не заметила, как оказалась за дверями его кабинета.

Мари Миронова ни в одном возможном исходе не ожидала такого поворота. Первой мыслью было ворваться в кабинет Бейкера и отказаться от посещения мероприятия, но, трезво взвесив все «за» и «против», она поняла, каким важным шагом в ее карьере может стать эта так неожиданно представившаяся возможность. В мыслях Мари пронеслось: «В конце концов, мы, возможно, и не встретимся с …, это же статья Бейкера».

Сделав все дела и съездив за костюмом начальника, Мари отпросилась с работы пораньше – было необходимо направиться на поиски подходящего платья. Обойдя десятки привычных для нее магазинов одежды, она поняла, что предстоящее мероприятие требует совсем иного размаха. А иной размах – значительных трат. Едва войдя в двери бутика от Valentino, Мари опешила: «Я что, в музее?». Цены привели ее в состояние легкого ужаса и, выбежав из магазина, как ошпаренная, она бросилась искать бутики, приближенные к доступной ей ценовой категории. Поблизости отыскался бутик Michael Kors, где Мари и обнаружила тот самый наряд: классическое черное маленькое платье а-ля Коко Шанель.

– Это все? – вежливо, с широкой улыбкой, спросила девушка на кассе. Мари кивнула.

– Может быть, вас заинтересует наша новая коллекция классических лодочек? Или можем подобрать подходящий к вашему образу клатч.

– Нет, спасибо, только платье, – Мари натянуто улыбнулась и протянула кредитную карту.

Выходя из бутика, она пробубнила на родном языке: «Лондонские цены никого не щадят».

– Да не говори, – согласился охранник.

Мари в замешательстве покосилась на мужчину в черном костюме и с рацией на поясе. Дружелюбно кивнув, но не проронив ни слова, девушка немедленно удалилась. «Ну и денек», – она зашла в подземку, аккуратно держа в руках пакет от Michael Kors.

Уже дома, ухватив пару минуток свободного времени, Мари прилегла на кровать, пытаясь хоть немного отдохнуть после сумасшедшего дня, и включила фоном телевизор. На экране возник никто иной, как владелец The Eagle’s, молодой миллионер, известная персона, успешный бизнесмен и, по совместительству, ее бывший парень. Мари с легкой гримасой недовольства переключила канал, но снова увидела перед собой его лицо.

– Серьезно? – возмутилась она, но немного заворожено посмотрела на экран. – Нет, надо готовиться!

Мари выключила телевизор, вставила диск в музыкальный центр и, легко двигаясь в такт музыке, стала собираться. Процесс создания прически, нанесения макияжа и подбора аксессуаров настолько ее увлек, что Мари даже пропустила пару звонков от своего босса. Этого Бейкер не стерпел, он поднялся к ней на этаж и разъяренно задолбил во входную дверь.

– Сколько времени я должен еще тебя ждать? – яростно возмущался Бейкер, весь такой глянцевый в своем стильном костюме и кожаных туфлях. – Что копаешься? Я тебя уже пять минут жду в такси!

Мари накинула пальто, завернулась в шарф, надела шапку и высокие зимние сапоги, схватила сумочку и выбежала за начальником на лестницу. На первом этаже до нее дошло, что пакет с туфлями остался дома.

– Я забыла туфли! – произнесла Мари, замирая от ужаса.

Бейкер сурово взглянул на нее и закатил глаза, показывая, что его терпение закончилось ровно пять минут назад, когда он, собственно, и приехал за ней.

– А зачем оделась, будто в ссылку в Сибирь едешь? – он посмотрел на нее взглядом, словно серьезно сомневался в ее умственных способностях. – Ты вообще понимаешь, что на мероприятия такого масштаба вот это, – он покрутил рукой в воздухе, явно указывая на ее теплый шарф и вязаную шапку, – не надевают.

– Но… зима на улице. Холодно, – растерялась Мари.

– Ты здесь сядешь в такси, а там из такси выйдешь и сразу войдешь в здание, – учил Бейкер фишкам богатой жизни помощницу-недотепу.

Мари удрученно молчала, смущаясь от своей неосведомленности в таких делах. Видимо, досчитав в голове до десяти и успокоившись, Уильям продолжил:

– Иди за своими туфлями и сними это все!

Помощница убежала домой.

– Боже мой, «я забыла туфли», – бубнил себе под нос Бейкер, забираясь в машину.

Выполнив все указания, уже в дверях Мари быстро обернулась, глянув в зеркало по старинному русскому суеверию. К ее удивлению, несмотря на ограниченный бюджет и достаточно малое количество времени, потраченного на сборы, выглядела она хорошо. Сегодня она отдала предпочтение своей любимой и проверенной прическе, решив, что мудрить с неизвестным ей только «аукнется»: верный утюжок, служивший ей еще с первого курса, помог выпрямить окрашенные в темный оттенок волосы и добиться здорового блеска. Мари заправила за ухо выбившуюся прядь и проверила макияж: легкие небольшие стрелки, пышные черные ресницы и губы алого цвета. «Да, так на работу не сходишь, – подумала Мари, – хорошо, что не забыла, как рисовать стрелки». Туфли на высоком каблуке девушка надела впервые с выпускного и молилась, чтобы не свалиться.

«Ну, с Богом», – успокоила она себя и закрыла дверь.

Было все так, как и описал Бейкер: холода она и не почувствовала, быстро забежав в такси и выбежав из него по приезду. Входя в переполненный гостями зал, они, а в большей степени Бейкер, решили разделиться, чтобы быстрее и эффективнее выполнить задачу, намеченную на сегодняшний вечер.

– Если увидишь его первая, сразу звони мне, – приказал Бейкер и отправился к бару. Увидев босса через несколько минут с рюмкой водки в руках, Мари опешила и тяжело вздохнула.

– Мистер Бейкер, – девушка постучала его по плечу, и от неожиданности мужчина поперхнулся. – Мы же собирались разделиться.

– Мы и разделились, – он поставил выпивку на барную стойку. – Я же сказал, как найдешь, звони. Уже нашла?

– Мистер Бейкер… – не оставляла попыток Мари.

– Успокойся, дорогуша, – содержимое рюмки мгновенно исчезло где-то в глубинах Бейкера. – Тебе тоже не помешало бы. Водка – лучшее топливо журналиста. Учись у старших, – и он протянул ей другую рюмку.

– Мистер Бейкер… – она не понимала, что происходит.

– Хватит уже с этим «мистер Бейкер». Пей и пошли, – он вручил ей «топливо». Мари посмотрела на водку.

– Вы серьезно?

– Вполне. Пей. Я настаиваю, – произнес Бейкер с нажимом и улыбнулся.

– Может, хоть тогда ты оставишь меня в покое, – шепотом пробормотал он себе под нос.

Девушка беспомощно стрельнула глазами по сторонам, неожиданно для самой себя вдруг набралась смелости и впервые в жизни выпила спиртной напиток перед начальством. Бейкер в ответ весело рассмеялся и, взяв ее под руку, еще раз повторил:

– Как найдешь его, позвони мне…

И легонько подтолкнул ее на другую сторону зала.

Мари внимательно осмотрелась, изучая гостей и делая вид, что ищет Артёма. Но поиск Орлова не увенчался успехом, и она обрадовалась и огорчилась одновременно: ей очень хотелось избежать этой встречи, но не меньше она желала, чтобы Бейкер выполнил свою часть работы и поговорил с героем их материала в непринужденной обстановке всеобщего веселья, а может, и наладил с ним более тесный контакт – чем больше им удастся узнать об Артёме, тем интереснее и содержательнее может получиться статья. Проходя мимо богатых леди и джентельменов, она слышала, что везде обсуждают Орлова, бизнес, политику, новые тренды; без остановки звенят бокалы с шампанским, и то и дело раздается негромкий смех.

Ее внимание привлек знакомый голос. Обернувшись, она увидела Уильяма Бейкера в кругу пафосных британцев, что-то убедительно им вещающего и, очевидно, совершенно забывшего об интервью. Бейкер был в центре внимания и, безусловно, наслаждался собой. Подойди Мари поближе, она услышала бы, как он искусно пользуется собранной ею информацией и рассыпается в похвалах Орлову, стараясь влиться в общество миллионера.

Музыка так и манила, приглашала потанцевать, что и делали многие из собравшихся, и Мари тоже скользнула на танцпол. Но оказалась она там больше не для танцев, а для маскировки, стараясь слиться с толпой и остаться незамеченной ни боссом, ни бывшим бойфрендом. Чем дольше она оставалась на вечеринке, тем сильнее нервничала – вероятность встречи с Орловым все больше возрастала и пугала ее.

Среди танцующих обращала на себя внимание миловидная девушка с огненными волосами, в дорогом ярком платье и с зажигательным спутником. Что-то было в ней неуловимо знакомое – Мари подошла чуть поближе, но та уже затерялась среди гостей, и журналистка не успела рассмотреть ее лицо. Оглядываясь в поисках заинтересовавшей ее незнакомки, Мари вдруг в дальнем углу зала увидела того, ради кого, собственно, сюда и пришла. Артём Орлов стоял в окружении незнакомых ей людей и о чем-то с ними живо беседовал; выглядел он точно так, как и на тех картинках, которые Мари рассматривала в интернете: роскошный костюм, небрежно уложенные по последним голливудским трендам волосы, дорогие часы. Ему было за что платить стилистам – образ, продуманный до мелочей, явно демонстрировал высокий социальный статус, что смутило Мари, но его поведение не указывало на особое положение в обществе: Артём мило общался с коллегами, искренне смеялся и казался простым и открытым.

Мари заметалась, не зная, что ей делать: стоит ли подойти к нему или вовсе уйти? С самого начала она знала, что не хочет видеться и разговаривать с ним, но была уверена, что брать интервью у Артёма будет ее босс, не она – это знание служило своеобразной ширмой, за которую она пряталась от своих страхов. Но сейчас, когда девушка находилась всего в нескольких метрах от Артёма, в ее голове проносились совершенно другие мысли: его дружелюбный настрой и милая улыбка побуждали ее все-таки оставить страхи и подойти к парню. Внезапно она поймала себя на мысли, что было бы интересно поговорить с ним спустя столько лет и узнать, как у него дела. На нее нахлынула ностальгия: в былые годы она очень много времени проводила с его семьей. Неожиданно для себя Мари поняла, что уже идет по направлению к Орлову. В голове мгновенно созрел план действий: подойти, поздороваться, мило пообщаться – ведь они и правда старые знакомые – и уже потом позвать Бейкера.

Но пока Мари размышляла, медленно двигаясь в сторону Артёма, тот уже стоял в стороне и разговаривал по телефону. Закончив разговор, он услышал, как кто-то зовет его по имени.

– Артём, – женский голос звучал радостно и воодушевленно. Он обернулся и в приглушенном свете не понял, кто перед ним стоит.

– Да? – он пытался разглядеть ее лицо.

Мари, увидев его реакцию, замешкалась и разволновалась: поняв, что он ее не узнал, она откинула свой план и начала импровизировать, решив продолжить беседу в ином русле.

– Здравствуйте. Лондонская газета Daily Chronicle, – она показала бизнесмену свой пропуск журналиста, на который он даже не взглянул.

– Уделите, пожалуйста, пару минут, – стараясь сохранять спокойствие, говорила брюнетка, совсем позабыв о своем боссе, который в это время наслаждался налаживанием контактов за бутылкой вина.

Артём задумался, вспоминая название этой газеты: он удивился, откуда перед ним в такой неподходящий момент появилась журналистка из лондонского издания и просит его об интервью на чистейшем русском без малейшего акцента? Когда девушка заправила волосы за ухо, и на нее совсем ненадолго упал свет прожекторов, он наконец смог разглядеть ее большие карие глаза и узнал Мари.

– Лондонская газета, говорите? – не подавая виду, что узнал ее, он сказал по-русски и усмехнулся. – Ради меня прошли курсы русского языка?

– А я ваша соотечественница, – с улыбкой ответила Мари, недоумевая, почему он смотрит на нее, как на незнакомку. – Давайте перейдем на английский, если вам так удобнее.

– Почему вы просите сейчас провести интервью? – уточнил он, чем застал Мари врасплох. «Сейчас?» – спросила себя Мари. – «Почему Бейкер не предупредил его?». Она начала лихорадочно придумывать варианты ответа.

– Мы подумали, что не стоит упускать такую возможность – увидеть вас в нерабочей атмосфере. Читателям это обязательно понравится, —надеясь на удачу, проговорила Мари.

Артём прекрасно скрывал свои эмоции, не показывая, как сильно ему хотелось закончить этот нежеланный разговор. Перед ним стояла девушка, с которой он попрощался много лет назад. Он помнил, как сложно ему было в то время поставить точку в их истории, и переживать это заново не хотел. Он взглянул на часы, как бы проверяя, не пора ли ему уходить, но стрелки показывали обратное. К тому же, еще предстояло сказать речь для гостей, так что бежать было некуда. Еще раз взглянув на стоящую перед ним журналистку, он неохотно ответил, всем видом демонстрируя свою занятость.

– У меня не так много времени. Вам хватит пяти минут? – Орлов мог бы запросто отказаться, но все-таки ему было чертовски интересно, что же будет дальше.

– Вполне, – она облегченно выдохнула. – Не хотите отойти? А то здесь так шумно.

Они присели на диванчик, расположенный чуть поодаль, и Мари включила свой диктофон. Она сосредоточилась, выкидывая из головы все лишнее, и настроилась на работу.

– Так как интервью проходит в достаточно неформальной обстановке, я бы хотела затронуть вопросы более личного характера, – начала проговаривать в микрофон журналистка. – Мы уже и так знаем, что вы – очень успешный бизнесмен, но как бы вы описали Артёма Орлова вне бизнеса? Какие качества скрываются за строгим и серьезным владельцем сети гостиниц The Eagle’s?

– Вне работы я – обычный житель Нью-Йорка, влюбленный в свой город. Я хожу в те же самые кафе и парки. Посещаю те же самые выставки и фестивали. Много езжу в командировки, редко вижусь с семьей и друзьями.

– Но сегодня, насколько я заметила, вы были окружены большой компанией. Могу ли я предположить, что это были ваши друзья?

– А я смотрю, вы наблюдательны, – он усмехнулся. – Как я и сказал, такие встречи происходят довольно редко.

– То есть Нью-Йорк вы считаете своим домом?

– Безусловно. На данный момент там сосредоточена вся моя жизнь, —он понял, как соскучился по любимому городу.

– Разве вы не считаете Лондон своим домом, работая здесь? – он аккуратно сделал акцент на ней.

– Хорошо подмечено, – улыбнулась в ответ Мари.

– Охарактеризуйте себя в двух словах, – продолжала девушка.

– Влюбленный в работу.

– Бывают ли у вас моменты, когда хочется опустить руки? Наверняка в вашей профессии достаточно много стрессовых ситуаций.

– В такие моменты нужно просто перебороть себя и идти вперед, – спокойно отвечал он, периодически рассматривая ее и замечая что-то новое. Ее волосы были длиннее и темнее, чем в детстве, сегодня он впервые увидел ее в строгом платье и на высоких каблуках.

– Считаете ли вы себя примером для подражания? – продолжала Мари.

– Определенно нет, – кратко ответил он.

– Почему нет? Ваша жизнь кажется такой идеальной: выпускник университета «Лиги плюща», известная персона, успешный CEO, в данный момент состоите в отношениях, – зачастила она, и он улыбнулся, глядя на выражение ее лица. – Я бы сказала, вы подаете прекрасный пример.

– Все мы с изъянами. «Жизнь не имела в виду сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее», – закончил он цитатой.

– Какой у вас прекрасный вкус, – она узнала любимого писателя. – Любите Ремарка?

– А кто его не любит? – с улыбкой ответил парень, и они впервые переглянулись.

– И то верно, – она поддержала беседу. – Зачастую герои Ремарка живут своей прошлой жизнью, оглядываясь назад. Есть ли что-то, что бы вы хотели изменить в своем прошлом?

– Нет. Все поступки и ошибки, совершенные в прошлом, сделали меня тем, кем я сейчас являюсь, – с уверенностью ответил брюнет. – Как говорят, без прошлого нет будущего.

Журналистка посмотрела на него, задумавшись о своем прошлом и о том, как она была в корне не согласна с собеседником.

– Вы помните момент, когда поняли, что Нью-Йорк стал вашим домом?

– Когда впервые оказался окруженным настоящими друзьями, – он вспомнил лето первого курса, когда жизнь для него казалась еще беззаботной и счастливой.

– Если бы вы могли выбрать другой жизненный путь, какую профессию вы бы выбрали?

– Думаю, что профессию режиссера, – задумавшись, ответил Артём. В этот момент Мари внимательно посмотрела на него, вспомнив школьную мечту мальчика Артёма и пытаясь разглядеть в нем сегодняшнем черты его юности, но он прервал ее размышления: – Впрочем, это всего лишь детская мечта.

– И все же в прошлом в спутницы своей жизни вы выбрали именно режиссера, – подметила журналистка, не подозревая, насколько болезненна была эта тема для Орлова. Его настроение мгновенно переменилось, и он замолчал.

Мари, не заметив этого, продолжила свою мысль:

– Насколько я осведомлена, она снимает свой первый полнометражный фильм, который в какой-то степени описывает ваши отношения. Как…

– Здесь я вас остановлю, – холодно сказал Орлов. – Моя личная жизнь входит в список запрещенных вопросов…

– И вам следовало бы это знать, – продолжил он высокомерно.

– Я прошу прощения, – спокойно ответила Мари, увидев, как поменялось его выражение лица. Она хотела продолжить, но Артём резко встал со своего места.

– Мне пора идти, – на этих словах Мари быстро последовала его примеру и тоже поднялась, протянув ему руку и расстраиваясь, что повела себя непрофессионально.

– Спасибо за интервью, – они пожали друг другу руки.

– Спасибо, что вторглись в мою личную жизнь, – он таинственно улыбнулся, оставляя ее одну. И, пока он отдалялся, растворяясь в толпе, Мари, не сводя глаз, смотрела ему вслед. Словно голливудская звезда, Артём Орлов покинул своих обожателей и скрылся в темноте, оставив их в ожидании. Она почувствовала себя всего лишь одной из многочисленных персон, ежедневно мелькающих в его жизни, и разочарованно вздохнула. К ней пришло осознание неоспоримого факта, что особое место, которое она когда-то занимала в его жизни, давно уже ей не принадлежит.

В голове не укладывалось, что эта встреча была реальностью. Произошедший разговор кардинально отличался от ее представлений. Горькое послевкусие от встречи натолкнуло на мысль: «А может и хорошо, что он меня не узнал».

Шумные разговоры, смех и музыка снова ворвались в ее мир и напомнили ей, где она находится. И только сейчас Мари сообразила, что натворила. Девушка стояла в оцепенении, чувствуя, как ее охватывает ужас от необдуманного поступка. Какого черта она без разрешения босса безрассудно провела несогласованное интервью и поставила под удар все, над чем так долго и кропотливо работала, тем самым проявив чудовищную некомпетентность?

Сжав руки, она тяжело вздохнула и представила, как совсем скоро разъяренный Бейкер, разочаровавшийся в ее профессионализме, уволит ее и даже не даст возможности оправдаться. Но что она может сказать в свою защиту?

«Он пытался уйти, но я его остановила», – первая мысль показалась неправдоподобной.

«Я вас не нашла, но решила, что вы будете не против маленького интервью», – слишком натянуто.

«Вы были в стельку, и у меня не оставалось выбора», – жесткая правда здесь точно не подходит.

«Вам не кажется, что, проделав столько работы, я заслужила задать пару вопросов?» – он слишком самовлюблен, чтобы купиться на такое.

«Я всего лишь хотела внести красок в вашу и без того прекрасную статью», – может, стоит взять пример с Бейкера и польстить?

Набравшись храбрости, журналистка на свой страх и риск направилась к гостям, рассчитывая найти босса подвыпившим и подобревшим. Но, пока Мари долго и неохотно пробиралась через толпу, мистер Бейкер уже успел красочно презентовать себя самому важному человеку на вечеринке, вернуться за барную стойку, заказать очередной бокал вина и пофлиртовать с сидевшей рядом барышней. Неторопливо он наслаждался терпким напитком и компанией очаровательной незнакомки.

– Мистер Бейкер, – позади него послышался тихий голос. По его продолжительному и растянутому возгласу было сразу понятно, насколько надоедливая ассистентка сейчас некстати. Глубоко вдохнув и набравшись терпения, он резко повернулся.

– Ты что, телефоном не умеешь пользоваться? – раздраженно вырвалось у него.

– Мистер Бейкер, извините… – она пыталась подобрать верные слова, видя, насколько он недоволен.

– Может, я пропустил твой звонок? – наигранно спросил он, взяв телефон в руки.

– Дорогуша, ты видишь пропущенный вызов? – Бейкер показал телефон своей спутнице, втягивая ее в эту комедию. Она растерянно покачала головой.

– Вот и я не вижу, – произнес он, повернувшись к журналистке и театрально разводя руки в стороны.

Непрерывное напряжение, преследовавшее ее весь день, в итоге достигло своего пика. Прихоти Бейкера и его безответственное отношение к работе, противоречивая встреча с Орловым, а теперь еще и замаячившая перспектива предстоящего увольнения сильно надломили ее. Впервые за долгое время девушка не смогла больше сдерживаться, и по ее щеке покатилась слеза, которую она быстро смахнула.

– Если бы я хотел увидеть водопады, я бы поехал в Канаду, – он закатил глаза и вывел Мари из бара.

– Ну что, дорогая моя, нафлиртовалась с красавчиком? – усмехаясь, колко спросил Бейкер.

– Мистер Бейкер, я не … Я не хотела упускать возможность внести красок в вашу и без того изумительную статью, – торопливо вспоминала она свое оправдание.

– Мне бы следовало тебя уволить, – с непривычной для него жесткостью сказал Уильям Бейкер. Глаза журналистки расширились и наполнились слезами.

– Но тебе повезло, что я сегодня в хорошем настроении, даже несмотря на все твои выходки, – он повысил тон.

Мари вздрогнула, ожидая перечисления всех своих недочетов, что было в фирменном стиле мистера Бейкера.

– У тебя была одна задача: найти и позвонить. Что было в этом непонятного? – возмущался босс. – К кому ты там еще подошла взять интервью? К его заместителям, пиарщикам, стилистам?

Мари виновато молчала.

– Ты подставила под удар не только мою, – это слово он особенно выделил, – репутацию, но и нашего издательства! С твоим взбалмошным характером тебе только в желтую прессу идти! Ты представляешь, как мне было неловко узнать от него самого, что моя ассистентка додумалась самостоятельно, без моего ведома, подойти к нему с расспросами, да и еще на запрещенные темы? Чем ты вообще руководствовалась? Глазки построить, пофлиртовать или меня подставить?

– Все, пока еще чего не начудила, иди домой, – он оставил ее, бубня себе под нос: «Дернуло же меня ее с собой взять».

Уильям Бейкер выдохнул с облегчением, когда избавился от назойливой и ослушавшейся ассистентки. Удачное стечение обстоятельств не могло не радовать британца. Знала бы Мари, что встреча Бейкера и Орлова произошла совершенно случайным образом, когда журналисту в очередной раз всего-навсего повезло, и у бара он встретил раздраженного Артёма со стаканом виски в руках.

Сгорая от стыда, Мари быстро спустилась в гардероб за своим пальто. О чем она вообще только думала? Стоило ли оно того? Девушка так поспешно удалилась с мероприятия, что и не заметила, как такси уже мчит ее домой. Сердце колотилось в бешеном темпе, глаза слезились, хотелось лечь на кровать, свернуться калачиком, обнимая подушку, и расплакаться всласть. Сдерживая слезы перед таксистом, она смотрела в окно и сжимала в руках свой бейджик. Мари опустила глаза и взглянула на ламинированную карточку, где черным по белому было написано: «Мари Миронова. Daily Chronicle».

Она не хотела ломать голову, действительно ли Артём ее не узнал, прочитал он ее бейджик или нет, ведь тот человек, которого она встретила, уже не был тем самым Артёмом Орловым из их общего прошлого. Сегодня перед ней предстал чужой и холодный молодой человек, идущий по жизни с фальшивой улыбкой. Почему он был так спокоен и учтив, если на самом деле хотел от нее избавиться, о чем, видимо, и рассказал Бейкеру? Несмотря на его декларируемую дружелюбность и расположенность, она пришла к выводу, что все его четко подмеченные комментарии и тонкая ирония были всего лишь маской, надеваемой им для привычного общения с прессой. Перечитав столько хвалебных статей, возносящих молодого миллионера до небес, она представляла его почти таким, как и раньше, как в памятном прошлом. Но сегодня ей открылась его обманчивая натура, из-за которой она чуть не потеряла любимую работу.

Как ей смотреть завтра в глаза мистеру Бейкеру? Чем объяснить свой проступок? Вдруг он больше не захочет с ней работать, и ее переведут в другой отдел? Бесконечный поток вопросов не оставлял ее в покое всю дорогу домой.

– Мы приехали, – послышалось с переднего сиденья.

ГЛАВА 6

Я стою неподвижно, мне не хватает сил, чтобы сделать хотя бы один шаг. Мои ноги зарыты в песок, а впереди бескрайнее бушующее море. Волны бьют по моим замерзшим ногам, выпускное платье все намокло, а я не могу сдвинуться и с места. Внезапно я очутилась возле дома Артёма. Я кричу, зову его, но в его комнате темно. Протерев глаза, я снова смотрю на дом, но на его месте стоит заброшенный и ветхий барак. Где Артём? Как мне его найти? Медленно попятившись назад, а затем облокотившись на перила, я еще раз смотрю в окно. Боль не утихает, а шторм в моей душе не прекращает бушевать, тогда я вырываюсь и бегу, не оглядываясь назад. Вдруг свет озаряет мои глаза. Машины сигналят что есть мочи. Я оказалась посередине дороги. Я закрываю глаза и перемещаюсь на набережную возле моря. Вот я уже плыву на глубину и заныриваю, пытаясь продержаться без воздуха. Я вынырываю, закрываю глаза и уже лежу в мокром платье на холодном песке. Меня окутывает тоска и боль. Начинается дождь.

– Ты меня настолько ненавидишь? – передо мной стоит Артём в его любимых светлых джинсах и рубашке нараспашку, его черные, как уголь, волосы развеваются на ветру, а глаза, как молнии, сверкают в темноте.

– Артём… – я не могу промолвить больше ни слова.

– Ты меня настолько ненавидишь, что врала мне при каждой нашей встрече? Смотрела мне в глаза, шутила, целовала меня и врала?

Дождь усиливается. Ветер обжигает мое лицо.

– У тебя даже не хватило смелости сказать мне об этом в глаза!

– Если бы ты знал, что происходило в моей голове последние месяцы, если бы только мог представить себе, какой груз у меня был на сердце, когда я каждый вечер, ложась спать, думала о том, как сказать тебе о своем отъезде, – мой голос дрожит, как, впрочем, и все тело.

– Чем я заслужил к себе такое отношение? Я узнал об этом от постороннего человека. Что я здесь вообще еще стою?! – он отворачивается, намеревается уйти, но я останавливаю его. Хватаю за руку и стараюсь удержать.

– Артём, – мой голос прерывается, – выслушай меня, не уходи.

– Лучше бы мы не начинали, потому что все наши отношения, которые были – мираж, – Артём по-прежнему стоит спиной ко мне, я не знаю, что сказать, что сделать, чтобы его остановить, понималя, что он ускользает от меня, что он больше не повернется. И через мгновение я больше не чувствую его руку в своей. Его больше нет.

Будильник уже гремел минут пятнадцать на всю квартиру. Мари резко подскочила с кровати, оглядываясь вокруг. Она в Лондоне, в своей квартире. Она почувствовала облегчение, это всего лишь сон, в отличие от вчерашних событий. Они крутились в голове, как заевшая пластинка, снова и снова возвращая ее к встрече с Артёмом, суровому Бейкеру, шансу потерять работу и к вечерней истерике дома на диване. Под боком зазвенел сотовый.

«Доброе утро, любимая! Готова к рабочему дню?», – на экране высветилось сообщение от Сойера после недели молчания.

«Явился – не запылился», – подумала девушка.

Мари долго прикидывала, что ответить. «Спасибо, что спросил про командировку. Съездила отлично, встретилась с братом», «С работой? С работой все нормально. Ты был прав, как всегда», «Я, кстати, вчера видела своего бывшего парня, а потом мне приснился ужасный кошмар, но ты же ничего не знаешь о нем. Ты вообще ничего не знаешь». Она набрасывала в голове неправдоподобные саркастичные варианты ответа.

«Спасибо, у меня все норм», – сухо ответила она в итоге.

«Я желаю тебе хорошего дня! И напоминаю, что на Рождество вся моя семья ждет тебя с нетерпением. Очень скучаю и люблю…»

«Ага», – ответила Мари. Она до сих пор злилась на него. Ей совершенно не хотелось встречаться с его семьей. Как она может улыбаться его маме, папе, бабушке, дедушке, сестрам, когда у них такой бардак в отношениях? В прошлом году они так замечательно провели время в его семейном доме в Форт-Уильяме⁶, она познакомилась с его родными и наслаждалась общением с ним. И как же сейчас она сможет обманывать их?

Мари включила бодрящую музыку, стараясь выкинуть все негативные мысли из головы, и пританцовывая, пошла в ванную, но, увидев свое отражение в зеркале, ахнула. Глаза красные, лицо опухшее, волосы лохматые.

– Же-е-есть! – протянула она и поблагодарила бога за косметику. Правда, жесткие временные рамки не дали Мари возможности досконально проработать свой образ, и девушка ограничилась тональным кремом, консилером, румянами и тушью.

Мари немного замешкалась, остановившись у входа в здание Daily Chronicle, и ощутила то же самое волнение, которое испытала в свой первый рабочий день год назад. Глубоко вздохнув и взяв себя в руки, она вошла в офис, где ее радостно приветствовали коллеги, которые, конечно же, были «ни сном, ни духом» о вчерашнем происшествии. Но, погруженная в свои мысли, она проходила вдоль рабочих столов, пропуская приветствия и замечания мимо ушей и лишь дежурно кивая в ответ, так как могла думать только о том, что предпримет в отношении нее Бейкер.

Мари с тревогой подошла к своему столику и краем глаза посмотрела в сторону офиса босса. Горевший в офисе свет и закрытая дверь не говорили девушке ни о чем хорошем. «Хоть бы он был не у Уордхолла», – молилась Мари, включая свой компьютер.

Первым делом, как и обычно, она открыла электронный ящик, проверяя поручения Бейкера, и улыбнулась, увидев длинный список дел от начальника. Кажется, гроза миновала, по крайней мере, сегодня она точно еще работает. Рассылка издательства, письма от коллег, спам, новостная лента. Мари долго просматривала новые сообщения. Но одно письмо не подходило ни под одну категорию. Открыв его, Мари не поверила своим глазам…

Мари, привет!

Я так удивилась, когда узнала, что ты работаешь в Daily Chronicle и пишешь статью про нашу гостиницу и брата. Это так круто! Я рада, что ты осуществляешь свою мечту. Не могла поверить своим глазам, увидев тебя на корпоративе в The Eagle’s. Я не сразу тебя узнала, но, когда поняла, что это ты, тебя уже не было.

Столько лет прошло, как мы не виделись. Я сейчас в Лондоне. Было бы здорово встретиться и посидеть за чашкой чая. Очень хочу тебя увидеть. Может, завтра вечером?

Очень жду твоего ответа!

Фаина Орлова.

Вот кого Мари вчера увидела на танцполе! «Фаина теперь рыжая? И работает с Артёмом?».

– Так. Стоп! – она немедленно остановила себя, вспомнив вчерашнее фиаско. Оно стало бесспорным доказательством ее жизненного девиза: «Прошлое должно оставаться в прошлом». Теперь ей уж точно не хотелось иметь ничего общего с Орловыми: ни с Фаиной, ни уж тем более с Артёмом. Поэтому она решительно закрыла вкладку с письмом, свернула почту и принялась за работу, стараясь забыть, что в папке «Входящие» лежит напоминание о старой подруге.

Весь день она трудилась, не покладая рук и не покидая свой кубикл. Тонны бумаг, десятки открытых вкладок, неразборчивые заметки Бейкера, любезно оставленные им утром. Она ничего не успевала. Офис пустел, свет выключался, а стрелки на часах приближались к восьми. И только тогда Мари подумала, что лучше завершить оставшиеся дела дома.

Проехав пять остановок метро, она с пакетами, наполненными статьями и набросками, вышла на своей станции и сразу же ощутила холодный зимний ветер. Укутавшись в свой большой красный шарф, который брат привез прямиком от мамы из Владивостока, Мари ускорилась и направилась к дому.

Прожив в этом районе год, она знала, как быстрее добраться до своей квартирки, и ходила не по главной улице, а через маленький тихий сквер, который вел к трехэтажному квартирному зданию. Поэтому уже через пять минут Мари оказалась на пороге своего арендованного жилища. Все ее вещи и сумки сразу же были брошены на пол, а сама девушка, сделав пару шагов, оказалась на диване в своей гостиной. Планируя полежать десять минут, а затем взяться за работу, она укрылась пледом и устроилась поудобнее. Но за последнее время организм Мари настолько вымотался, что был в корне не согласен с ее планом: девушка не заметила, как провалилась в мир снов.

Разбудил ее неожиданный и очень громкий звонок, от чего она резко подскочила, и побежала к дверям, чтобы поскорее закончить эту пытку. Мари настоятельно просила всех знакомых стучать в дверь и оставить этот мерзкий звонок в покое. В последний раз она слышала его три месяца назад, когда старенький кран подвел и потек, что обернулось серьезным недовольством для соседки снизу и огромным счетом за физический и моральный ущерб для Мари. Проделки крана стоили ей месячной зарплаты.

В полусне она пробралась к двери и с осторожностью приоткрыла ее.

– Привет! – из коридора раздались громкие протяжные голоса. Перед ней стояли невысокая девушка со струящимися по плечам мелированными кудрями и темноволосый парень в распахнутой куртке, из-под которой виднелась синяя толстовка с символикой футбольной команды Манчестер Юнайтед. В ногах мельтешил, радостно приветствуя хозяйку, пес. Неожиданный визит университетских друзей, Джона и Кирстен, ошарашил хозяйку дома. Мари открыла дверь, приглашая гостей войти, но сейчас же увидела беспорядок, который устроила ранее.

– Подождите секунду, я уберу, – она обхватила вещи и сумки и унесла их в спальню, тем самым освободив проход.

Гости тем временем уже расположились в небольшом зале, соединенном с прихожей и кухней. Кирстен со своей мохнатой собакой заняли весь диван, так что Джону ничего не оставалось, как сесть за кухонный стол. Мари впопыхах вернулась в гостиную.

– Какой приятный сюрприз! – Мари улыбнулась и подошла погладить Чарли.

– Я же говорил, – радостно обратился Джон к Кирстен с его фирменной улыбкой чеширского кота. Подруга в ответ протянула ему пять фунтов. – Со мной не надо спорить!

– Сегодня же не… – Мари озадаченно посмотрела на них, вспоминая, какой сегодня день недели.

– 18 декабря? Да, именно оно, – вводила в курс дела Кирстен, поправляя свои густые и непослушные кудрявые волосы.

– Ребята, простите, я забыла, что мы собирались встретиться, – извинялась Мари. – Будете чай? Печенье? Виски?

– Виски по вторникам? Это ваша новая традиция? – шутила Кирстен. – Много я пропустила.

– Ах, если бы, – вздохнула Мари.

– Мне сейчас не помешал бы стакан виски, – бурчала она, вспоминая свои сумасшедшие рабочие будни.

Хозяйка дома включила чайник и достала три разномастные веселые кружки с шутливыми надписями, а затем стала выбирать, какой чай предложить гостям из своей большой коллекции.

– Мари, у тебя такая милая квартира, – Кирстен с любопытством осматривалась вокруг.

– Чарли уже облюбовал твой диванчик, – подруга почесала своего пса, который неподвижно залег среди мягких подушек и теплого пледа, впрочем, не сводя с собравшихся любопытных глаз. – Устроишь мне тур?

– Можно я? – Джон энергично подскочил со стула и встал посередине квартиры, пока Мари накрывала на стол. Парень развел руками и улыбнулся. – Вот и вся квартира!

–Джон! – девушки укоризненно вскрикнули в унисон.

– Ладно, ладно. Слева от меня кухня, – он сделал шаг влево и дотронулся до кухонного шкафчика.

– Позади меня прихожая, – шагнув назад, он приоткрыл тумбочку с обувью. – Вещей здесь немного. Мари у нас копит на путешествия. Но зато тратит деньги вот на это старье, – он указал на винтажный комод для одежды, стоявший напротив дивана. – Ты бы знала, как мы с Сойером его тащили с блошиного рынка. Четыре квартала по жаре через толпы туристов! А потом она нас повела через скверик, где мы еле протиснулись с этим «зверем». Но это еще полбеды. Дам тебе совет, Кирстен. Если ты живешь на третьем этаже в старом здании без лифта и с узкими лестницами, не покупай мебель. Что еще? Слева дверь в ванную, справа в спальню. Сцена. Занавес.

– В следующий раз тогда встречаемся у тебя в твоем огромном особняке за городом, – съязвила Мари, защищая свои уютные апартаменты, которые любила всем сердцем.

– Да ладно, дай ему позлорадствовать. Он просто завидует, – Кирстен прищурилась и с улыбкой взглянула на Джона.

– К вашему сведению, – начал парень, направляясь к накрытому столу. – Я скоро переезжаю в новую квартиру. Подруги переглянулись, уверенные в том, что Джон ни на что и ни за что не променяет свою лачугу, но промолчали.

Ребята заняли все имеющиеся стулья за столом и стали мило болтать обо всем на свете.

– Когда я первый раз зашла в аудиторию, на меня все так покосились странно, потому что думали, что я тоже студентка. Надо было видеть их лица, когда я начала пару, – Кирстен рассказывала о своей годовой стажировке в Италии, где она учила студентов английскому языку.

– Ну, конечно. Ты максимум на восемнадцать выглядишь, – Мари любила делать комплименты друзьям.

– Ничего, потом я их поставила на место, и они у меня по струнке ходили, – Кирстен победно улыбнулась.

– Еще бы, ты тот еще крепкий орешек, – шутил Джон.

– Джон, а что там у тебя за новости? Рассказывай уже! – требовала Кирстен.

– О, девчонки, у меня все круто! Меня повысили до ассистента продюсера новостного подразделения ВВС! – улыбка озарила все его лицо.

– О-о! Класс! – подруги захлопали, восхищаясь успехами Джона.

– Поздравляю! – искренне радовалась Мари, а сама вспомнила своего вредного босса, который только грузил ее черновой работой, не давая развиваться и идти вперед. Весь год она пахала, как вол, в надежде, что ее заметят, но чуда не случилось.

– Надо будет отметить! Когда там Сойер приезжает? – поинтересовалась Кирстен.

– Я на выходных ездил к нему в Форт-Уильям, – подмигнул Джон.

– Он туда опять уехал на каникулы. Так что отпразднуем вместе уже после Рождества, – Мари натянуто улыбнулась.

Всего год назад ребята все вместе стояли на пороге новой жизни, где не было больше места их любимому общежитию, Лондонскому университету и длительным, почти ежевечерним посиделкам. Каждый получил диплом магистра и пошел своей дорогой: Мари – в издательство, Джон – на телевидение, а Кирстен – в преподавание. Их частые посиделки прекратились, и сейчас они стали теми, кто заранее планировал вечерние встречи после работы, тщательно изучая свои занятые рабочие будни и выискивая пару часов на приятную беседу с друзьями. Возможно, именно из-за этого Мари так не хотелось отпускать ребят и напоминать им о позднем часе. В спальне ее ждали бумаги, над которыми предстояла долгая и кропотливая работа, на часах стрелки показывали полвторого ночи, а Мари мысленно убеждала себя, что успеет все сделать: и поболтать с друзьями, и поработать. Теплая компания успокоила ее и словно расставила все по своим местам: будто не было этих безумных дней, встречи с бывшим, возможности увольнения и письма от давней подруги. Вот они, Джон и Кирстен, ее настоящие друзья, ее лондонская жизнь, а все остальное совершенно неважно.

Мари взяла в руки свой мобильный телефон, нашла прочитанное утром письмо и, наконец-то подобрав, как ей казалось, нужные слова, напечатала:

Фаина, привет.

К сожалению, встретиться не получится. Но я очень рада, что у тебя все хорошо. Надеюсь, ты отлично проведешь время в Лондоне.

С наступающим Рождеством и Новым годом,

Мари.

Никаких отговорок и оправданий. Такой ответ ей показался наиболее логичным.

Отложив телефон, она взглянула на друзей и расплылась в улыбке. И неважно, что ей предстояло провести полночи за работой, а завтра выживать благодаря «Ред Буллу» и кофе. Такие моменты были слишком ценны, чтобы не пытаться продлить их подольше.

ГЛАВА 7

– Держите, девушка… – Сандра заботливо протянула подруге большой стакан крепкого ароматного американо и два пончика в бумажном пакетике, добытые спозаранку в соседней кофейне. – На тебя смотреть невозможно…

Журналистка и правда выглядела непривычно вялой. Темные круги под глазами, небрежно схваченные резинкой волосы и замедленная реакция – комбо-набор человека, попавшего в плен безостановочной работы и обстоятельств, внезапно ставших непредсказуемыми. Тем не менее, Мари тщательно держалась и старалась не подавать виду, как устала. Она по-детски заглянула в пакет и не на шутку обрадовалась, увидев там любимые пончики с шоколадной крошкой. Сандра всегда знала, чем ее подбодрить.

– Ты – мой спаситель! – пробормотала Мари, зевая. – Я только благодаря тебе и выживаю.

– Что правда, то правда, – та мило улыбнулась. – Ты в последнее время сама не своя.

– Я приду в себя, когда то, что было, уйдет насовсем, – разглагольствовала Мари, думая о ворвавшемся в ее жизнь прошлом. Журналистка опрокинула голову на спинку своего стула и проговорила куда-то вверх: – Боже, пусть они уйдут насовсем.

Сандра в недоумении смотрела на Мари, не понимая, о чем это она.

– Ты опять всю ночь работала? – с жалостью спросила девушка.

– Вчера наконец-то встретилась с друзьями, и мы просидели до трех часов ночи. А из-за этого всего, – она враждебно окинула взглядом горы бумаг, – я не спала всю ночь! И ведь сегодня всего лишь среда… – с грустью констатировала Мари, подсчитывая оставшиеся до выходных дни.

– Ничего, скоро Рождество, тогда и отдохнешь. А сегодня радуйся, что Бейкера на месте не будет, можешь в кои-то веки балду попинать на работе, – Сандра улыбнулась, собираясь уходить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Кубикл – рабочее место в офисе.

Вернуться

2

Город в Польше.

Вернуться

3

Спидвей-клуб города Быдгощ.

Вернуться

4

Спидвей-клуб города Владивосток.

Вернуться

5

Спидвей-клуб британского города Ипсвич.

Вернуться

6

Город на севере Шотландии.

Вернуться