# Смотри в мое сердце (не открывая глаз)

Таша Янсу

Алина – неудачница в отношениях и в работе, живет с разведенной сестрой и племянником и однажды сбивает машиной мужчину мечты. Мимолетная встреча так и осталась бы в памяти крохотным мгновением взаимной симпатии, но волей судьбы они сталкиваются снова. Искра, буря, безумие – но:1) Виктор в этом городе в командировке с сыном всего на полгода;2) в обе встречи Алина притворялась своей сестрой, и Виктор убежден, что она мать-одиночка;3) пытаясь помочь племяннику и понимая, что вряд ли знакомство с Виктором выйдет за пределы короткой интрижки, Алина решает продолжить свое притворство.Однако истина неумолима, рано или поздно вскроется всякая ложь и последствия могут быть непредсказуемыми…

## Пролог


Переезд в новый город всегда непростое испытание, особенно для ребенка. Особенно для родительского нерва. Особенно если переезд всего на полгода. Надо было проявить твердость и оставить Сашку у родителей, думал Виктор, но тот так глядел большими увлажненными глазами и дрожал нижней губой, готовый вот-вот разрыдаться, что Виктор сказал лишь “с условием, что прочитаешь всю заданную на лето литературу”. Сашка радостно взвизгнул, и Виктор моргнуть не успел, как дело было сделано – и они уже прибыли в новый город и искали теперь жилье.

В общежитии с мужиками Сашке было поначалу весело, а потом он страшно заскучал. Вход и выход по пропускам, без родителя никуда, на работу не возьмешь… благо, школьные будни вот-вот начнутся, кружки и секции займут время, а там и папин рабочий день закончится. Сашка был самостоятельный важный мужичок. Он быстро запомнил дорогу, познакомился и подружился с соседями и с нетерпением ждал начала учебного года. Ему казалось, он приехал на экскурсию, оттого и справедливо ждал от этой поездки всяческих увлекательных приключений. Виктор ему почти завидовал. Будучи талантливым инженером-технологом на хорошем счету, он был отправлен сюда налаживать металлургическое производство, и прежде был бы рад приезду в новый город – Виктор с детства любил путешествовать, – но теперь он засомневался, что вывезет навалившийся груз обязательств.

Поздно вечером, закончив со всякого рода делами, сопряженными с переездом и устройством на новое рабочее место, Виктор устало слонялся по огромному книжному магазину, покупая нужные для школы вещи. Он внимательно сверялся со списком, брал, не глядя, первые попавшиеся карандаши, ручки, тетради – и клал в корзину. Монотонная обязательная прогулка по магазину неожиданно прервалась звонким смехом. Сбоку будто мелькнул огонек. Виктор, выпав из автоматического режима, словно очнулся от изнурительного сна и немного изумленно огляделся.

– Да нет! – что-то отрицала по телефону смеющаяся рыжеволосая девушка. – Не может быть! Они не посмеют, нет, фанаты же их растерзают! Помнишь, как было на прошлом комик-коне?

Она стояла так близко, что Виктор мог бы протянуть руку и через разделяющую их вертушку с открытками коснуться ее волос. Он видел ее профиль, россыпь нежных веснушек на светлой-светлой коже и заразительную улыбку. Он заметил, что невольно глядя на нее, все остальные покупатели тоже будто оживали, просыпались и немного улыбались себе под нос. Она была такой громкой и так живо и мило что-то рассказывала, что невозможно было не слушать.

Девушка придирчиво выбирала скетчбуки, зажав телефон между ухом и плечом. Перешла к карандашам. Выбрала два набора цветных, взяла пару чернографитных, протанцевала к стеллажу с распродажей комиксов и, не переставая, оживленно говорила о вещах, в которых Виктор мало что смыслил. В тонких кроссовках, в потрепанных джинсах, в футболке с изображением какой-то рок-группы, с рюкзаком со значками за спиной, она была похожа на подростка.

Вскоре рыжеволосая девушка подошла к кассе, сложила свои покупки перед продавщицей и, пока та пробивала товар, достала банковскую карту, но оплата не прошла. Девушка занервничала, вытащила из рюкзака одно, другое, третье… Посмотрела на телефон, переключила, отрывисто что-то сказала, вернулась к прежнему разговору, продолжая что-то искать, наконец, достала – картхолдер, где нашлась нужная карта для оплаты. Девушка весело улыбнулась, быстро сложила вещи назад в рюкзак вместе с покупками и поспешила к выходу. Виктор усмехнулся, провожая ее взглядом, чувствуя, будто бы и сам заразился ее энергией. Закончив выбирать ручки, он подошел к кассе и обнаружил небольшой цветной пакет с коробочкой внутри.

– Это, наверное, та девушка забыла, – сказала продавщица.

– Я попробую ее догнать, – пообещал Виктор и, оставив корзинку с покупками на кассе, поспешил за девушкой.

Он заметил ее рыжие волосы у самого выхода, бросился за ней, но во вращающихся дверях задержался, вынужденно пропуская других людей. Когда он оказался на улице – девушка как раз села в такси и уехала. Виктор с досадой смотрел вслед упущенному знакомству. Что ж, ничего не поделаешь, видимо, не его день.

Виктор вернулся в магазин. Он хотел отдать пакет продавщице на случай, если бы девушка вспомнила о пропаже и вернулась, но что-то остановило его. Мысль, что, возможно, он еще встретит ее в этом городе и самолично отдаст пропажу. В конце концов, рыжеволосая незнакомка была слишком яркой, чтобы ее можно было не заметить, да и он здесь на целых полгода. Впереди полно времени, они наверняка даже случайно столкнутся на улице. Виктор улыбнулся.

Командировка обещала быть исключительной.

## ГЛАВА 1


Когда идешь на свидание с парнем из сайта знакомств, надо быть во всеоружии: предупредить близких о месте встрече, времени и сколько ты собираешься там пробыть; взять телефон, зеркальце, губную помаду и электрошокер; если с этим парнем вы планируете зайти дальше, чем то прилично на первом свидании, следует подумать о контрацепции, ну и, разумеется, нужно постараться произвести приятное первое впечатлении.

После всех этих приготовлений, Алина ощутила вполне себе объяснимую досаду и разочарование, ведь СероВолче-69 просто забежал сюда после работы по пути домой и сразу из плоскости душевных разговоров перешел к горизонтальной, а когда Алина дала понять, что нет, таки не на первом свидании, отлучился в уборную и… сбежал. Разумеется, он не брал трубку, закинул в черный список и стал распространять грязные сплетни о ней и хвастался своими похождениями перед такими же придурками вроде него, черт бы побрал эти гребаные соцсети! И все бы ничего, но Алине пришлось заплатить за совместный ужин, и этого нельзя было спускать с рук!

Что ж, у кого черный плащ, кто просто Бэтмен, а Алина решила покарать негодяя черным париком, стащен… одолженном из родного театра. Все равно труппа уехала на гастроли без нее, никто даже не заметит. К тому же постановщик спектаклей посоветовал ей попрактиковаться в актерском мастерстве, дескать, может тогда поднимешься выше массовки.

Вот так и получилось, что Алина, замаскировавшись под двоюродную красавицу-сестру устроила охоту на СероВолче-69. Рыбка клюнула так быстро, что уже спустя два дня после неудачного свидания Алина сидела в том же “Альбендо”, за тем же столиком, заказав ту самую еду, напротив того самого парня, который ничего из этого не узнавал, слишком поглощенный увлеченным рассказом о себе:

– Да, я работаю в “Ньюсвик-корпорейшен”, слышала о таком?

СероВолче-69 с аппетитом ел говяжий стейк под острым соусом и бросал на Алину жадные взгляды. Алина снисходительно качнула головой в технике активного слушания и с трудом сдерживала зевоту. Идеальные длинные черные волосы, пушистые накладные ресницы, визуально пухлые губы, игривый смех и молчание, которое мужики принимают за таинственность и – падают к ногам.

Черт, советы из статей женского форума действительно работают! Это как-то… даже печально.

– … точно не линзы? – спросил СероВолче-69 и замолчал, ожидая ответа.

От неожиданно повисшей после долгого зудения тишины Алина и очнулась, спохватилась, переспросила:

– Что, прости?

– Твои глаза, – повторил СероВолче-69, – серые, а волосы черные, так необычно. Я спросил, это не линзы?

О, упс. Недавно купленные линзы куда-то запропастились, а время поджимало, так что Алина решила махнуть на это рукой, но надо же, заметил.

– Нет, не линзы.

СероВолче-69 отвесил комплимент ее прелестным глазам с грустным взглядом, намекая на то, что мог бы рассеять ее печали страстным порывом. Алина чуть не подавилась чаем.

Этот мудак даже не понял, что она – та самая Рыжуля-Ван-Лав с прошлого свидания два дня назад! Конечно, это было лестно для той ее части, отвечающей за профессиональную гордость, но, в конец-то концов, она даже не потрудилась изменить голос!

Ну все, пора было закругляться.

– Ну что, ко мне? – с нежной улыбкой предложила она.

СероВолче-69 долго не раздумывал. Пока он оплачивал ужин и десерты, которые Алина попросила заказать, та отправила сообщение Кешке. Малыш как всегда не подвел, позвонил спустя несколько секунд:

– Алло! Мама, мамочка! – звонко завопил он через включенные динамики так, что СероВолче-69 с обрадованным за чаевые официантом вздрогнули.

Алина, изображая конфуз, заворковала:

– Солнышко, что случилось? Мы же с тобой договорились – мама на очень важной встрече.

– С моим будущим папой, да?!

Взгляд СероВолче-69 заметался в панике. Алина прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться.

Этот маленький прохвост заслужил свое любимое имбирное печенье.

– Да, мы как раз уже собирались поехать домой, скоро будем. Приберись немного, твоему будущему папе будет приятно.

– Ура! Поскорее бы увидеть его! Он поиграет со мной в машинки?

– Не знаю, спросишь у него.

СероВолче-69 порывался встать, но Алина крепко сжала его руку. Попрощалась с Кешей и ослепительно улыбнулась.

– Знаешь, я тут вспомнил, что совсем забыл… – откашлявшись, начал выкручиваться СероВолче-69.

Алина поломала комедию для приличия, но в конце концов отпустила ошалевшего парня на свободу, взяв обещание непременно ей позвонить, как только он закончит свои дела. Едва он ушел, Алина с фальшивого аккаунта запостила заранее приготовленное сообщение о том, как все прошло, как он себя вел, в общем, проехалась по всем статьям в полном соответствии с его собственным постом про нее. Удовлетворенно вздохнула и принялась за десерт.

Постепенно удовлетворение от праведной мести сменилось грустью.

Да что же ей так с парнями не везет? Этот женат, тот отношениями не интересуется, другому вообще свободные подавай… Знакомства вслепую такое себе занятие, как и через соответствующие сайты, наверное, бывший ее проклял…

Алина кисло улыбнулась, но тут же приободрилась – по крайней мере, дома ее ждал любимчик номер один.

***

Она нетерпеливо барабанила пальцами по плетеной обшивке руля, поджидая, когда красный свет светофора сменился на зеленый. Наконец, опустила сцепление, тронула педаль газа, как вдруг перед ней мелькнула ярко-синяя курточка, а следом – рванул высокий мужчина в бежевом пальто, придерживая шляпу. Алина резко вдавила педаль тормоза, но капот столкнулся с мужчиной, и, о черт!

Алина, перепугавшись, выскочила из машины и подбежала к пострадавшему.

– Господи! Вы в порядке?! Совсем сдурели, на красный бежать?! Мы не на съемках “Форсажа” вообще-то! Только не говорите мне, что вы себе что-то сломали! Это… это кровь?! Скажите, что это не кровь! – паниковала Алина, заметив темные пятна на бежевом рукаве.

Она всегда несла чушь, когда нервничала, а сейчас нервное напряжение достигло высшей точки.

– Нет, нет, это чертов соус, – бормотал мужчина, поднимаясь.

От души будто отвалилась неподъемная гора Канченджанга… нет, Чогори… да что уж там! Джомолунгма!

– Это шерсть? – требовательно спросила Алина и пощупала его пальто. – Хозяйственное мыло – ваше спасение. Уверена, оно отмыло бы даже дырку от бублика. Надеюсь, ваше пятно сегодняшнее? Если ему несколько лет, сложновато будет с ним справиться.

Мужчина изумленно посмотрел на нее.

С него слетела шляпа, и волосы красиво зазолотились в лучах солнца. Он был стройный, высокий, очень симпатичный, голубоглазый, с идеально прямым носом, в чудом уцелевших больших круглых очках в тонкой оправе… Ну в точности Вэш из новой экранизации аниме “Триган: Ураган” во плоти!

Алина заморгала, стряхивая с ресниц наваждение – как бы этот рухнувший на капот ангел не подал на нее заявление за то, что сбила его!

Господи, час от часу не легче! Может, ей показалось, и это она ехала на красный? Он так уверенно рванул по переходу, да и сейчас не выглядел раскаивающимся, скорее уж каким-то заинтересованным… Может, уже считает в уме, сколько компенсации с нее требовать?!

– Вы совсем что ли не смотрите, куда идете? – решив опередить его с претензиями, возмутилась она. – Или решили прилечь отдохнуть на капоте моей машины? Вам тогда следовало сделать это не когда я еду, а где-нибудь на стоянке, могли бы просто попросить, так и до инфаркта недалеко, моего инфаркта, – уточнила она и подозрительно прищурилась. – Или это вы репетировали способ познакомиться с девушкой? Что ж, могу сказать, это будет незабываемо, но вряд ли ваша дама сердца захочет после такого иметь с вами дело – одно неудачное движение, и на помятый капот придется потратиться, а между новым знакомым и собственной машиной не все выберут первое. Что с вами? – она провела рукой перед его лицом.

Сотрясение мозга? Контузило? Внутреннее кровотечение? Может, он умирает в эту минуту?

– Вызвать скорую? – допытывалась она. – Но лучше пожарных, они всегда приезжают быстрее, по идее они должны уметь оказывать первую помощь.

– Я в порядке, – сказал незнакомец, широко улыбаясь (видимо, крепко приложился головой, с беспокойством подумала Алина) и не сводя с нее глаз, и мягко отвел ее руку в сторону.

Алина почти смутилась – на нее редко смотрели с таким восторгом, – но с досадой вспомнила, что все еще находится в режиме красавицы-сестры.

Сзади гневно сигналили машины, ругались водители, Алина едва не задавила человека – хоть он и выскочил на проезжую часть, – но все это было так далеко и неважно.

Кажется, этот чудак не собирался кидаться обвинениями – не то чтобы Алина так просто это стерпела, во-первых, можно проверить по камерам на улице, каким светом горел светофор, во-вторых…

Кажется, это судьба.

Алина прочистила горло, собираясь с духом, чтобы предложить подвезти его под предлогом извинения или пригласить на чашку кофе, но подбежавший к ним мальчишка в ярко-синей курточке пнул мужчину под колено, тот аж ойкнул, согнулся.

– Папа! Паааап! – обиженно зазвенел мальчишеский голосок. Точная уменьшенная копия этого мужчина, только растрепанная и взъерошенная, яростно сверкала глазенками. – Пошли скорей!

Мужчина извиняюще улыбнулся Алине.

Прохладное разочарование спустилось по горлу. Алина лишь кивнула и поспешила за руль своей машины.

Глупая, глупая дура! – кляла она себя. Ну конечно же ей не могло так повезти! Да и откуда ей знать, может, он маньяк и абьюзер? К тому же женатый! Он так на нее смотрел, словно тоже собирался предложить ей кофе, руку и квартиру! Подлец! У него же сын!

Чертыхаясь и кляня свое невезение, Алина отправилась в торговый центр. Купила печенье для Кешки, роскошную брошку-бант Полине и томик новой вышедшей манги про истребителей демонов себе – ну хоть одна радость в жизни. Помимо этого – пополнила запасы своей косметики, купила накладные ресницы и придирчиво оглядела короткий парик блондинки. Качество оставляло желать лучшего, то ли дело тот, что был сейчас на ней – от настоящих волос не отличить. Алина уже собиралась отправиться домой, но ей в глаза попалась вывеска магазина художественных товаров. Конечно же, нужно было зайти и посмотреть, что там новенького, и, конечно же, спустя два часа, груженая пакетами с холстами, красками и новенькими маркерами, довольная Алина ехала домой, позабыв о своих проблемах на любовном фронте.

Дома ее встретил Кешка, которого она в шутку называла своим приемным сыном. Его мать Полина, двоюродная сестра Алины, как всегда задерживалась на работе, дело привычное. Кеша уже не расстраивался из-за этого. Он вообще слишком быстро повзрослел, посерьезнел после развода родителей, оттого Алина старалась развеселить его, растормошить выдумками, но в некоторых вопросах даже ее неуемная фантазия была бессильна.

Сейчас Кешка тщетно скрывал слезы.

– Папа звонил, – еле слышно признался он в ответ на расспросы встревоженной Алины. – Опять на выходных не сможет приехать.

Сердце Алины защемило от жалости и обиды за мальчика. Она крепко обняла его, отвела на кухню и занялась какао, аккуратно переведя тему на новую историю об охотниках на демонов. Кешка приободрился. Он увлеченно листал мангу – Алина обещала отдать ее на растерзание, то есть, на покраску, и он явно уже примеривался, какие цвета будет использовать.

Когда Полина вернулась домой, Кеша уже спал, а Алина, устроившись в своем уголке в гостиной, успела изучить очередную тему на дистанционных курсах по психологии и теперь сосредоточенно работала над рекламным буклетом для компании автомобилей. Поскольку работы в театре сейчас не было, она брала заказы из сайта фриланса. Заметив сестру, она улыбнулась и хотела было поговорить насчет отца Кеши, но Полина была не в духе и быстро ушла спать.

Что ж, в другой раз, разочарованно подумала Алина. Глаза слипались от однообразной работы. Нужно было переключиться, отдохнуть. Алина включила следующую серию аниме “Триган”, на которой остановилась в прошлый раз. Серия за серией, и она не заметила, как заснула. Разбудил ее телефонный звонок.

– Алло?

– Алина, тут такое дело… – начала Полина.

Полусонная Алина узнала, что Кеша опять накуролесил в школе и родителей вызвали к директору, но у Полины именно в этот день был важный проект, от которого зависела ее дальнейшая карьера, потому…

– Не могла бы ты сходить вместо меня?

– Что? – удивилась Алина.

– Это всего на полчаса, опять, наверное, какая-нибудь ерунда случилась, да никто ничего не заметит, – отмахнулась Полина, – помнишь, как в тот раз на собрании?

Алина скривилась.

В прошлый раз она сходила на родительское собрание вместо Полины, которая снова не поспевала из-за работы. Кеша воспринял это как забавную игру, но потом, видимо, осознав, что мама выбрала работу, расстроился и обиделся – а Полина этого даже не заметила и лишь удивлялась тому, что ребенок ее какой-то молчаливый, уж не заболел ли?

Никто, действительно, даже не понял, что вместо Полины Сергеевны пришла другая женщина.

– Ладно, – сдалась Алина, в предвкушении, которого она не желала в себе признавать. В конце концов, практика – лучший учитель, а ей еще на главные роли в театре пробиваться.

## ГЛАВА 2


Накладные ресницы – есть. Парик – есть. Визуально увеличить губы карандашом, помадой, блеском. Замаскировать тоналкой веснушки – готово. Линзы, линзы, где они? Алина с досадой вспомнила, что потеряла их и так и не сподобилась купить другие. Ну и черт с ними. Как будто ее там, в школе, будут так уж разглядывать.

Кешка – славный милый мальчик, послушный и старательный, круглый отличник – отчего-то частенько попадал в неприятности. В первый раз его и других мальчиков отчитали за то, что они разрисовали стену школы краской, и позвали родителей к директору. Кешка божился, что он ни при чем, но его никто не слушал. Алина подозревала, что это из-за развода родителей и его любви к рисованию все решили, что он таким образом пытался дать волю своим негативным эмоциям, но Кешка сказал, что он в этом не участвовал – и Алина верила ему. Во второй – из-за срыва весеннего праздника, когда разыгравшиеся мальчишки сорвали все приготовленные украшения. Но этот раз превзошел все Алинины ожидания – оказалось, что Кешка подрался с новеньким одноклассником.

– Только… только маме не говори, – дрожащим голосом умолял Кешка, который сидел на длинной лавочке в коридоре возле директорской, поджидая прихода мамы, и заметно расслабился, поняв, что пришла Алина.

Он выглядел таким несчастным, что сердце Алины превратилось в желе, чтобы спустя мгновение обратиться в кремень. Пресловутые материнские инстинкты, видимо, от карьеристки Полины, сосредоточенной на работе, перешли к ней. Что бы ни случилось, Алина твердо была намерена не давать своего приемного сына в обиду.

– Ну-ну, солнышко, – проворковала она, присев перед ним на колени. – Сейчас мы пойдем туда и во всем разберемся, а потом обязательно что-нибудь придумаем.

Кеша немного успокоился.

Вот за это он очень любил Алину – с ней можно было ничего не бояться. Он знал ее с раннего детства, но крепко подружились они после того, как мама с папой два года назад развелись и папа куда-то переехал, а Алина стала жить с ними.

Мама работала в модельном агентстве, создавала одежду, обувь, и всегда была очень занята. Она очень расстроилась после развода и часто злилась, потому Кеша старался ей не мешать. Хорошо что Алина всегда была готова поговорить, поиграть и придумать что-нибудь интересное. Даже маму ей удавалось развеселить.

Кеша, хоть и учился лучше всех и старался слушаться учителей, так и не смог ни с кем подружиться. Он очень стеснялся и по своей инициативе не заговаривал с одноклассниками, разве что у него что-то спрашивали. Кеша любил читать и рисовать и гордился тем, что учителя часто хвалили его, но отчего-то одноклассники совсем его не любили, и это пугало и огорчало. На расспросы матери и Алины о школе он всегда говорил, что все хорошо – не хотел их расстраивать. Он и без того чувствовал, что делает что-то не то – и папа вот от них ушел, и мама с ним не играет и разговаривает только когда что-то надо.

Алина глубоко вздохнула и решительно постучала в светло-коричневую дверь директорской.

Она ходила на все школьные праздники вместо Полины – поначалу Полина просила, т.к. была очень занята, но теперь Алину не надо было даже просить. Сейчас Алина была больше в курсе школьных новостей, чем Полина, и недовольно думала о том, что все, последствия развода коснулись Кешки. Рано или поздно это должно было случиться, и вот получите – тихий мирный мальчик, не умеющий драться, шмыгает носом, растрепанный, взъерошенный, помятый. Еще лет десять такой нездоровой семейной обстановки, и кого получит общество? Нестабильный социальный элемент, ввязывающийся в неприятности!

Алина мысленно содрогнулась и твердо решила, что так не пойдет. Придется взять дело в свои руки, ведь пока бывшие супруги корчат из себя обиженок, страдает ее приемный сын! Надо поговорить с завучем насчет спортивных кружков, отдать Кешку хотя бы в секцию по борьбе, чтобы тренера взяли на себя мужскую роль в его воспитании и научили за себя постоять – на безалаберного Иллариона в этом вопросе совсем нельзя было положиться. Вспомнив, что он написал ей на последнее сообщение, перед тем как внести в черный список, Алина вспыхнула от гнева.

Подождав немного после стука, она вошла в директорскую с Кешей за руку и обомлела.

Симпатичный незнакомец, которого она сбила вчера на улице, улыбнулся приятной удивленной улыбкой. Его золотистые волосы были красиво уложены, металлическая оправа больших очков поблескивала, а рядом с ним стояла его уменьшенная копия – только взъерошенная, растрепанная, без очков – и обиженно сопела.

– Добрый день, Полина Сергеевна, – сухо поприветствовала директриса, монументальная, как айсберг, старомодная, как бабушкин сервант, Илиада Леонидовна. – Это Виктор Петрович, отец мальчика, с которым подрался ваш сын.

Алина хмуро уставилась на мужчину.

И чего этот негодяй пялится? Лучше бы воспитанием своего ребенка занялся, чем на незнакомых женщин заглядываться!

– Ну раз все собрались, давайте обсудим поведение наших любезных школьников, – продолжала Илиада Леонидовна.

Виктор опомнился, поспешно встал и подвинул Алине стул. Она смерила его презрительным взглядом.

Вот значит как? Думает, раз у него такие очаровательные манеры, глаза и очки, может, даже восемь… нет, хотя бы шесть кубиков пресса, у него все прокатит? Алина не сдвинулась с места и вызывающе вздернула подбородок, вперившись в подлеца оскорбленным взглядом.

– Прошу вас, – осмелился сказать он, указывая кивком на стул, и улыбаясь как идиот.

Да как он смеет?.. Его сын избил ее невинного Кешу! Понятно, почему он тут пытается всех очаровать? И у него ведь почти получилось!

Алина окатила его арктическим взглядом.

– Не знаю, из-за чего наши дети подрались, но уверяю вас, мой Кеша ни при чем. Он даже мухи не обидит.

Сашка снова засопел, охая, касаясь опухшей щеки.

– Я понимаю, – сказал Виктор, продолжая обезоруживающе и немного смущенно улыбаться, – и, ха-ха, представляете, обычно так оно и бывает – мой сын первым ввязывается в переделки, но, уверяю вас, это не тот случай, правда. Понимаете, мы только переехали, и Сашка всего второй день в этой школе и…

– Я всего лишь хотел посмотреть на его рисунки!– шмыгнув носом, громко сознался Сашка. Он готов был разреветься на месте от переполняющего его чувства несправедливости.

За первые два класса он уже сменил три школы, потому что папе по работе то и дело приходилось переезжать. Они в этот раз вот переехали – и сюда приехали. Сашка ужасно волновался, еще и папа велел в этот раз ни с кем не драться, потому что с прошлой школы его исключили, но Витька-дурак сам виноват, не надо было про маму плохо говорить! И про папу тоже! Конечно, Сашка нервничал, он ведь перед целым классом незнакомцев рассказывал про себя, и потом на перемене посмеялись над его веснушками, но он никого не стукнул книжкой, хотя и решил уже, что эта школа ему не нравится и тут одни дураки и дуры.

На большой перемене оказалось, что он забыл деньги на обед дома, потому сидел голодный. Желудок урчал, никому до него не было дела, а потом высокий мальчик в очках как у папы предложил ему свое яблоко. Жалко, что как только уроки закончились, учительница задержала Сашку, и тот мальчик уже ушел. На другой день Сашка, разыгравшись с ребятами, бегал-прыгал на перемене, когда увидел, что вчерашний высокий мальчик сидит совсем один и что-то рисует. Разгоряченный веселый Сашка подбежал к нему, совсем забыв о приличии и воспитании, и со словами “эй, что это у тебя?”, потянул альбом Кеши, на котором тот как раз что-то обводил. Ручка соскользнула, рисунок испортился. Кеша посмотрел на виновника своих неудач и, внезапно рассвирепев, накинулся на него с кулаками. От неожиданности Сашка так и стоял истуканом – и получил в лицо. От обиды, боли и гнева, он бросился на Кешку. Они сцепились в бешеный клубок, который разняла перепуганная учительница. Их тут же отправили к завучу и потребовали немедленно вызвать родителей в школу.

– Мало ли чего ты там хотел?! Ты должен был нормально спросить! – вскинулся Кеша, чувствуя себя несправедливо обиженным не меньше.

Он привык уже к тому, как проходит день в школе. Отвечал на уроках, когда учителя спрашивали, давал списывать остальным, не жаловался, когда Игорек с друзьями над ним подшучивал – они же просто играли, вот и все. Если не реагировать, им быстро надоедало и они уходили – все, как мама и говорила, когда он решился рассказать ей об этом. Все было нормально, пока вчера на первом уроке не пришел новенький. Учительница представила его, и он, ужасно смущенный, заикаясь, рассказал, откуда приехал и чем увлекается. Он был светловолосый и с желтыми веснушками на лице, как Алина, и Игорек стал над ним издеваться на перемене, но мальчик молчал, лишь сердито сопел. На обед он не пошел и казался таким несчастным и голодным, что Кеша, вспомнив, как Алина рассказывала о своей школе и что ее дразнили за веснушки, пожалел его и предложил яблоко. А на другой день этот гаденыш испортил его рисунок! Кеша так старался нарисовать папу, получилось так похоже! а этот дурак все испортил!

– Но ты же мой друг! – как само собой разумеющееся завопил Сашка, оскорбленный в лучших чувствах. – А друзья должны всем делиться!

– Ничего я тебе не должен!

– Но мы же друзья! Ты мне вчера яблоко дал! Я тебе тоже сегодня принес!

– Ты дурак со своим яблоком!

Директриса откашлялась, привлекая внимание, и укоризненно сказала:

– Тише. Из-за вашего безобразного поведения нам пришлось оторвать ваших родителей от дел и позвать в школу. Полина Сергеевна, я понимаю, у вас сейчас семейные трудности из-за развода, а вы, Виктор Петрович, тоже воспитываете сына в одиночку, вдобавок только приехали и через полгода уезжаете… Подобные переезды всегда являются стрессом для ребенка.

– Да, я прекрасно все это понимаю, – с раскаивающейся улыбкой сказал Виктор. – Уверяю вас, в нашей ситуации это было лучшим решением.

Директриса с сомнением кивнула.

– В любом случае на вас лежит большая ответственность.

– Совершенно с вами согласен, Илиада Леонидовна, – сказал Виктор. – Мой сын тот еще шалопай, и в случившемся, я полагаю, виноваты обе стороны.

– Пап! – протестующе заныл Сашка.

– С тобой мы дома поговорим, – строго сказал Виктор. – А сейчас извинись перед Кешей и обещай, что больше не будешь трогать его вещи.

– Но ты же говорил, что друзья должны со всем делиться! – Синие глаза Сашки переполнились слезами, нижняя губа задрожала.

– Да, но… – Виктор замялся, не зная, как бы аккуратней обойти этот острый угол собственного авторитета, врезавшегося в непроходимое препятствие чужой точки зрения. – Он же сказал, что не считает тебя своим другом. Когда подружитесь, тогда и поделитесь, а сейчас извинись.

Сашка душераздирающе вздохнул.

– Да, ребята, – поддержала Алина. Ее накрыло облегчением от понимания, что этот мужчина не намеревался устраивать скандалы и требовать компенсации разного рода ущерба. – Кеша, тебя это тоже касается. В любом случае драться – это последнее дело. Можно было спокойно все обсудить. Что на тебя нашло?

Кеша стоял, понурив голову, и сердце Алины разрывалось от жалости, но она должна быть твердой и не спускать ему с рук плохое поведение, иначе… да, иначе из него вырастет неблагополучный социальный элемент, и если уж его собственным родителям на него плевать, то она уж точно не собиралась пускать это дело на самотек.

Надо еще вечером с ним поговорить, подумала Алина. Он же всегда такой спокойный и тихий, невозможно представить, чтобы он так взорвался из-за пустяка.

– Прости меня, – тем временем промямлил Сашка, сконфуженно разглядывая свои кроссовки. – Я больше не буду трогать твои вещи без спроса, если ты не хочешь.

– Ладно, – пробормотал Кеша и неуверенно взглянул на Алину. Та ободряюще кивнула ему, стараясь вместе с тем показать, что дело серьезное. – Ты тоже прости. Я не думал, что вот так в лицо попаду, я просто… это случайно вышло.

Алина невольно переглянулась с Виктором, едва сдерживая улыбку умиления.

– Папа обещал, что завтра запишет меня на самбо! – мгновенно забыв про драку, затараторил Сашка. – Приходи вместе со своей мамой тоже записываться! Будем вместе ходить!

Кешка с надеждой посмотрел на Алину. Та сделала вид, что не заметила этого взгляда. Она не раз уже затевала об этом разговор: Кешка был худенький болезненный мальчик и спорт пошел бы ему только на пользу, но Полина даже слышать ничего об этом не хотела – Илларион в студенческие годы занимался атлетикой, борьбой и чем-то еще, потому любая вещь, связанная со спортом, воспринималась в штыки, напоминая о бывшем муже.

– Вот и славно, – заключила директриса. – Ну, раз все хорошо и ни у кого нет претензий, вы можете идти.

Кеша, словно только и дожидаясь разрешения, быстро попрощался, отвернулся и поспешил к двери. Довольный Сашка вприпрыжку помчался за ним.

Фух. Все разрешилось, слава богу, и никто ничего не заметил. Главное теперь провести воспитательную беседу с Кешей. Все же славно, что родитель пострадавшего мальчика оказался таким адекватным, будь вместо него какая-нибудь истеричная мамаша… Алина мысленно содрогнулась и с удвоенным дружелюбием повернулась к мужчине, чтобы вежливо с ним попрощаться.

– Ах, дети в этом возрасте такие чувствительные, с ними столько забот и ответственности, – прощебетала она. – Я очень рада, что нам удалось так быстро разрешить этот конфликт. Еще раз примите мои извинения. Кеша просто…

Конечно, в чужом виде не следовало привлекать внимания и заговаривать лишний раз с кем-то – вдруг в будущем Полина столкнется с этим мужчиной, и разговор пойдет об этом? – но Алине очень хотелось оправдаться перед этим интеллигентным мужчиной, который во-первых не стал подавать в суд за то, что она сбила его на машине вчера, во-вторых, не стал устраивать скандал сегодня, в-третьих они с сыном здесь всего на полгода, вряд ли Полина вообще с ним хоть раз встретится, она ведь даже на школьные собрания и праздники не ходит.

– Он тяжело воспринимает наш с мужем развод, вдобавок мой бывший муж такой безответственный, уже месяц родного сына игнорирует, – не удержалась она от недовольства, – но мы обязательно с ним поговорим, – заверила она и протянула руку с невольной глупой улыбкой. – Была рада с вами познакомиться.

Виктор осторожно сжал ее руку и тоже улыбнулся.

– Я тоже, Полина Сергеевна.

Смущение ползло вверх по шее. Алина немного волновалась, что так очевидно краснеет, но ничего не могла поделать, кроме разве что надеяться на тоналку. Конечно, на ней маска Полины и поставленный бархатный голос, а не ее веснушки и манера тараторить, но можно же хоть на минуточку представить, что этот прекрасный мужчина очарован именно ею?

– Виктор Петрович, задержитесь на минуту, – попросила директриса, испортив весь момент. Грузно поднялась с кресла и стала искать что-то в стеллаже, забитом папками. – Тут надо уточнить кое-что насчет ваших документов…

– Конечно, – ответил Виктор.

Они с Алиной распрощались, и девушка ушла, приятно взволнованная и расстроенная одновременно.

***

Идти к общежитию было всего минут двадцать, но Виктор уже запереживал о погоде – на дворе стоял октябрь месяц, с задернутого серыми шторками неба что-то мелко накрапывало, а сын был совсем без шапки. Так и простудиться недолго.

– … А еще Кешка самый умный в классе! – щебетал Сашка по пути домой. – Марьтольевна задала всем нам какой-то сложный вопрос по математике, а он один смог ответить! Правда драться совсем не умеет.

– А это кто тебе тогда поставил? – Виктор указал на его налившийся синяк на лице. Сашка засопел.

– Это случайно вышло, я не ожидал. Я бы легко надрал ему жопу, если бы захотел…

– Сашка, следи за языком! – вспомнил о воспитании возмущенный родитель.

– … но я же сказал тебе, что не буду, так что ты должен мне теперь мороженое, мама у него классная! – продолжал болтать Сашка. – Красивая и за него сразу заступилась, вот бы мне такую!

Виктор смолчал. Со смерти жены прошло семь лет, Сашка ее и не помнил, маленький тогда был, только по фотографиям и видео знал. Одну фотографию всегда держал рядом с кроватью и отчаянно хотел новую маму. Женщины велись на Виктора благодаря его внешности и хорошим манерам, но стоило им узнать, что в довесок к нему прилагается мальчишка-хулиган (который при знакомстве тут же куксился из детской ревности и проказничал больше обыкновенного), как они тут же находили сотни отговорок, почему не могли продолжить отношения. Виктор их не винил, хотя и испытывал грусть – за Сашку в первую очередь, лишенного материнской любви.

Полина Сергеевна была очаровательна. Буквально сбив с ног, она ворвалась в его жизнь – но, к сожалению, у нее была своя семья. К счастью, перебил сам себя Виктор. Ну, конечно же, к счастью. Такая чудесная женщина обязана быть счастливой. Может, им удалось бы подружиться семьями? Хотя какой в этом смысл? Через полгода командировка закончится, и им с Сашкой опять переезжать.

Виктор мрачно склонялся к тому, чтобы в этот раз уж точно оставить сына у родителей в Елизаветбурге. Сашка, конечно, расстроится, но на кону его будущее. Нельзя же постоянно переезжать как неприкаянные из города в город?

Из раздумий его вывел удивленно-радостный возглас:

– Виктор? Сашка, ты что ли?..

– Дядя Ларик! – вскричал радостный Сашка, вытянул ладошку из крепкой отцовской и через секунду висел уже на шее старого знакомого Иллариона, который закружил его так, что мальчишка завизжал от восторга.

## ГЛАВА 3


– Сашка, дружок, как же ты вырос! – приговаривал, хохоча, Илларион.

Виктор весело фыркнул, наблюдая за ними.

– Виктор! Чего застыл? Разве так встречают старых друзей? – с веселым упреком Илларион обнял Виктора, опустив Сашку, который тут же от переизбытка чувств закружился, заулыбался пуще прежнего.

Виктор и Илларион познакомились во время командировки за рубеж. Будучи соотечественниками-погодками из разных городов, они быстро сдружились. Илларион приезжал в их родной город по работе два года назад, и Виктор предложил ему пожить у них с сыном, а вот теперь он будто бы с ответным визитом приехал в его город.

– Вы когда приехали? Почему мне не сказали?

– Да четвертый день здесь всего, – ответил Виктор. – Столько дел, голова кругом. Хотел сначала со всем разобраться и нормально обустроиться в общежитии. Думал на работе увидимся, а ты больничный, оказывается, взял. Тут-то что делаешь?

– Олька в чате про тебя написала, у нас же чат свой местечковый есть, – Илларион рассмеялся и подмигнул. – Держись, скоро наши барышни за тебя возьмутся всерьез. Решил их опередить, так сказать.

Виктор невольно от души рассмеялся.

– Идем к нам в гости, дядя Ларик! – Сашка потянул мужчин за руки за собой.

– Да разве ж меня пустят в общежитие! У меня ни пропуска, ни документов с собой нет. Ты, Сашка, рассказывай лучше, как у тебя дела в школе? Первый день, а ты уже успел завести себе друзей, я погляжу, – засмеялся Илларион, указывая на опухшее лицо.

– Да-а! – важно подтвердил Сашка. – Его Кеша зовут!

– В точности как моего сына. – Илларион рассмеялся, но как-то невесело.

– Да, а мать его зовут Полиной Сергеевной, – добавил Виктор. – Как твою бывшую жену.

– Какое удивительное совпадение, – пробормотал Илларион с натянутой улыбкой.

– Да. Мы как раз идем из школы – нас к директору вызвали, потому что Сашка подрался с тем мальчиком, Кешей.

Лицо Иллариона вытянулось.

– Не может быть. Кеша, да чтобы подрался?.. Это точно не мой сын. Наверное, просто совпадение.

– Я в третьем классе, – подпрыгивая от нетерпения, пискнул довольный Сашка. – В четвертой школе! А твой сын в какой учится?

Илларион остановился.

– У вас в классе точно больше нет еще одного Кеши? – с подозрением спросил он.

Сашка помотал головой. Виктор нахмурился.

Похоже, сказанное Полиной Сергеевной правда – Илларион действительно такой безответственный отец, что ни сном ни духом о происходящем в школе и с собственным сыном.

– Странно, – пробормотал Илларион. – В голове не укладывается… Он же мухи не обидит…

– Твоя жена сказала точно так же, – вставил Виктор.

– Погоди, – не сдавался Илларион и достал телефон, полистал галерею и показал фотографию красивой черноволосой женщины с ребенком. – Это они?

– Да, – подтвердил Виктор и веселым эхом угукнул Сашка. Что-то странное неуловимо мелькнуло в памяти и быстро забылось под вопросами насущными. – Не хочу лезть не в свое дело, но тебе следовало бы больше внимания уделять своему сыну.

– Как же, уделишь тут, – проворчал Илларион, – эта стерва тысячу поводов сыщет, лишь бы мне насолить, а стоило мне месяц с воспалением легких проваляться, так она теперь всем трезвонит о том, какой из меня плохой отец.

Виктор смутился.

– Да нет же. Полина Сергеевна действительно казалась расстроенной…

– Ключевое слово здесь “казалась”, о да, это она умеет, – сардонически рассмеялся Илларион.

Чувствуя, что настроение друга от неприятной темы портится, Виктор поспешил переключиться на другую:

– Знаешь, даже смешно – мы столько лет дружим, а наши дети познакомились по чистой случайности.

– Это все потому что ты не признаешь соцсети.

– Соцсети отупляют человека, – нравоучительно сказал Виктор и с некоторым самодовольством поправил очки. – Это не я придумал, это так и есть. К тому же вот смотри: знакомлюсь я с девушкой через соцсеть, так я же не знаю, не могу проверить, а тот ли это человек, за кого себя выдает? Я могу ориентироваться лишь по тому, что она мне напишет, но я не слышу ее голоса, не вижу ее лица – может, на фотке вообще не она? Может, она – это вообще какой-нибудь мужик?

– Что-то мне подсказывает, что у тебя был неприятный опыт в прошлом…

– Да нет же, да ты сам порассуди. Я ж не настолько глуп, – усмехнулся Виктор. – Общаться, так в живую, зачем мне тратить время на глупые соцсети? Вот например, познакомился я с твоей бывшей женой вживую и теперь понимаю, что ты в ней нашел. Похоже, это судьба.

Он весело искоса посмотрел на друга, но тот шутки не оценил, а лишь как можно более равнодушно сказал:

– Думай, как хочешь. Мне все равно. Кстати говоря, я тут рядом живу.

Оказалось, что после развода Ларик оставил квартиру бывшей жене и сыну, а сам купил дом недалеко от школы. Он предложил Виктору перебраться к нему – вместе веселее, да и за Сашкой, если что, присмотрит. Потому, ссылаясь на усилившийся дождь, повел друга с сыном к себе. Хотя бы чаю выпить да былое вспомнить.

– Думал, сына буду после уроков забирать, – разоткровенничался он, приглашающе открывая дверь, – но то командировка очередная, то лето и каникулы на море, то ангина, то еще что… Располагайтесь, кому где удобно, места предостаточно.

Сашка, осознав, что в его распоряжении будет целый дом с собственной комнатой, впал в кратковременное буйное помешательство. С восторгом обежал свои владения, оценил вид из окон, со слезами уточнял, правда ли ему можно в своей комнате повесить любимые плакаты? а ничего, если телевизор включить? а можно кровать вон туда поставить? и диван? о, сколько тут книжек, неужели дядя Ларик их все прочитал?

Виктор напрасно его одергивал, но ставший тут же самым лучшим в мире дядя Ларик великодушно все разрешил и на все ответил. Правда, в конце он поправился, что прежде чем что-то делать, надо спросить у папы, но Виктор уже видел, что война проиграна. Похоже, в этом году дисциплина Сашки вконец разболтается…

***

Алина долго готовила речь про вызов к директору, но Полина, вернувшись домой, была так взбудоражена, что ничего не спросила. Сияя от гордости, она рассказала, что ей предложили место креативного директора модного дома “Жизель и Ко”, и, разумеется, она согласилась, ведь к этой цели она так долго шла!

Алина искренне порадовалась за сестру. Кешка же выдохнул от облегчения – он понял только то, что крики и ругань откладываются на неопределенный срок, а может и навсегда.

Отметив повышение Полины, женщины расслабились и заговорили о сторонних делах, в том числе об отношениях. Полина, краснея, рассказала, что у них с коллегой Сергеем, кажется, все более чем серьезно, и она подозревает, что он сделает ей предложение.

– А у тебя что нового? – спросила она с лукавой улыбкой. – Как прошло твое свидание?

Алина замешкалась.

Вообще-то оно было еще вчера, но…

– Он был ничего такой – блондин с синими глазами, вежливый, адекватный, но женат, к сожалению, – сказала Алина. Вспоминать Виктора было приятнее, чем СероВолче-666. – Его сын ровесник Кешки, а этот негодяй даже кольца не надел.

Они сидели на кухне, заканчивая с десертом. Кеша увлеченно облизывал свою ложку, навострив ушки, и хитровато посмотрел на Алину, которая тут же подмигнула ему.

– Может, он тоже в разводе? – Полина задумчиво посмотрела на свои тонкие музыкальные пальцы. Она не носила кольца с тех пор, как развелась.

Алина нахмурилась. Ей это не приходило в голову. Но обычно ребенка при разводе оставляют матери, а не отцу.

Да какая разница?

– В любом случае отношения – не про меня, – отмахнулась Алина. – Мой партнер должен разделять мои взгляды, быть свободным, современным и всегда меня во всем поддерживать.

Полина скептично сощурилась.

– Ладно, не во всем, – уступила Алина, – но он должен хотя бы знать разницу между мангой и комиксами, я что, о многом прошу?

– Как их можно путать? – Кеша фыркнул.

– Вот ты – меня понимаешь, – усмехнулась Алина. – Подрастешь, возьмешь меня в жены, чтоб все отстали, договорились?

Кеша ярко покраснел и довольно закивал.

– А ты будешь разрешать мне играть в гонки по будням?

– Даже есть конфеты перед супом, – заверила его Алина.

Полина закатила глаза.

– Хватит портить моего ребенка, заведи своего.

– Ни за что, – пробормотала Алина. – Я чайлдфри, а Кешка – это исключение, подтверждающее правило.

Перед глазами пронеслись страшные месяцы первых нескольких лет жизни детей с бесконечными подгузниками, простудами, детской отрыжкой…

Боже, нет.

– Ну, так если у него уже есть ребенок, – Полина не дала сбить себя с курса и возобновила тему, – и нет кольца, дело за малым. Пригласи его поужинать, узнай получше… Должно быть, он хороший отец, если после работы успевает погулять с сыном…

Неожиданно Кеша вскочил с места и кинулся наверх, в свою комнату. Полина запоздало прикусила язык и огорченно посмотрела ему вслед.

– Чего это он? – удивилась Алина, как до нее тоже дошло.

Она хотела было направиться за ним, но Полина остановила ее.

– Оставь. Он своего непутевого папашу месяц не видел.

– Может, потому что кое-кто то и дело находит предлоги, чтобы отказать ему во встрече?

– То, что вы с ним ходили на ваши игровые сборища, не значит, что ты должна его поддерживать. Погоди-ка, – Полина с подозрением сощурилась, – ты что, поэтому все время за него заступаешься?

– Не, – отмахнулась Алина, с удовольствием отпив еще немного шампанского – не поэтому. Ты моя сестра, в чьей квартире я живу, конечно же, я в любой ситуации поддержу тебя, а не какого-то безалаберного мальчишку, с которым мы ходили на ролевые квесты, играли в доту варкрафт, и который помогал мне с конкурсом косплея… Конечно же, я никогда не заступлюсь за него, о чем ты? Кстати, то, что ты запрещаешь им видеться, уж точно не поможет Кеше избежать психологической травмы из-за развода, – Алина многозначительно взглянула на сестру.

– Давай сменим тему, – перебила Полина. – Я не хочу даже думать о Ларике.

– Ладно, – легко согласилась Алина, – тогда что насчет Кеши, твоего любимого единственного сына? У него совсем нет друзей, он сидит целыми днями дома и ни с кем, кроме старой больной тети, не общается. Это тебя не беспокоит, или ты и об этом не хочешь думать?

– Ты перегибаешь палку, все дети сейчас такие, а Кеша вдобавок стеснительный. Это пройдет с возрастом.

Алина смолчала. Конечно, она не родитель и какое право она имеет учить других родителей, но и оставить все как есть она не могла. Кеша нуждался в помощи, и ни отец, ни мать, погрязшие в болоте взаимных обвинений, не могли ему ее оказать – самим бы кто помог разобраться. И если со взрослыми все было понятно – фиг с ними, пусть сами разбираются, не маленькие, – то Кешу оставить вот так она не могла.

– Что если отдать его в какую-нибудь секцию? – предложила она.

– Он уже ходит на художку три раза в неделю, разве этого мало?

– Я имела в виду что-нибудь, связанное со спортом, например, самбо?

Полина недовольно покосилась на нее. Алина беззаботно улыбнулась, будто не знала, что физические активности в любом виде напоминали сестре бывшего мужа.

– Ему нужно уметь себя за себя постоять, – продолжала она, – да и здоровье укрепится. Сидит же целыми днями то за компьютером, то за книгами, то рисует… Так зрение совсем сядет, да и спине мало полезного – помнишь, что терапевт сказал?

– Да, но… Он же совсем не любит физкультуру, – нахмурилась Полина. – У него не получается, он из-за этого так расстраивается – из-за своего папаши, – мстительно добавила она.

Алина тактично смолчала. Илларион страстно любил спорт и всячески пытался привить эту любовь и своему сыну. Кешка, может, и хотел бы, но страх неудачи сковывал его, и Илларион не скрывал своего разочарования и недовольства – что делало только хуже, и Полина лишь все чаще говорила, что Кеша не спортивный ребенок.

– Так мы же не в мастеры спорта готовиться, а для души, так сказать, и тело укрепить, – напомнила Алина. Неожиданно ее осенило, и она беззаботным тоном добавила: – К тому же у него в классе новенький появился, очень общительный мальчик. Он даже нашего Кешку смог разговорить, а ты же знаешь, что иногда из него и слова не вытянешь. Я видела его, когда ходила в школу за Кешей, – Алина мысленно аплодировала своему умению обходить острые углы в разговоре, – Сашкой зовут, он как раз хотел на самбо записаться. Они с нашим ребенком могли бы ходить туда вдвоем.

Полина задумалась, вздохнула.

– Звучит неплохо, но, боюсь, у меня совсем нет времени ходить в школу и договариваться об этом. Если бы, разве что… – Ее рассеянный взгляд остановился на Алине, которая со всей возможной невозмутимостью попивала чай. – Слушай, если у тебя есть свободное время…

– Хм, мне нужно проверить свое расписание… – рассеянно отозвалась Алина, которая только этого и дожидалась, но для вида задумчиво полистала ленту новостей. – Да, да, у меня есть время как раз в конце недели.

– Если не можешь, то…

– Конечно же, могу, – уверила Алина, опасаясь, как бы сестра не передумала. – Ради Кешки я притворюсь президентом, не то что его матерью на школьном собрании.

– Ты просто снова хочешь одеться мной, – усмехнулась Полина.

– Я практикуюсь, чтобы в следующем театральном сезоне сразить всех наповал, – объяснила Алина. – К тому же, кому не хочется хотя бы иногда выглядеть такой красавицей, как ты?

Полина фыркнула, немного смутившись.

– Обычная внешность, не выдумывай.

– Не скромничай, Мисс Лето Старого Новгорода, – подразнила Алина. – Пойду причешу свой парик.

## ГЛАВА 4


Спортшкола располагалась рядом с четвертой школой, куда ходил Кеша, и Алина решила отвести мальчика туда – после уроков он мог бы добираться туда вместе с новыми друзьями по секции, освоился бы с другими людьми, подружился… Да, это выглядело как замечательный план!

Сегодня Алина оделась в маску Полины в рекордные сроки. Несколько мазков кистью и вуаля! волшебство макияжа превратило ее в совершенно другого человека. Более того, Алина решила надеть что-нибудь из гардероба Полины. Винного цвета платье-футляр выше колена, длинная черная сумочка через плечо, каблуки… Роковая женщина во плоти!

С Кешей за руку они вошли в достаточно современное новое здание спортшколы, где занимались дети всех возрастов. Войдя внутрь, они увидели симпатичный холл с отделкой под мрамор, растения и множество скамеек, на которых сидели ожидавшие детей родители. Вокруг пробегали маленькие девочки-гимнастки в ярких костюмчиках и шастали угловатые подростки – мокрые и в шапочках после бассейна. Довольная своим удавшимся как никогда образом Алина, собиравшая по дороге восхищенные мужские, завистливые женские и заинтересованные детские взгляды, огляделась, чтобы сориентироваться, и не поверила глазам – Виктор стоял вместе с сыном у стойки дежурного администратора, заполняя бланк пропуска. Его светлые золотистые волосы немного кудрявились на концах, у ног стоял чемоданчик и – крутился-вертелся, с любопытством глядя по сторонам, Сашка. Увидев школьного товарища Кешу, он радостно закричал на все помещение:

– Кешка! Эй! Мы здесь! Идите сюда!

Переглянувшимся Алине и Кеше ничего не оставалось, кроме как подойти к ним.

– Полина Сергеевна, – удивился и обрадовался Виктор. – Какая неожиданная встреча!

– Это точно, – не покривила душой Алина.

Зная о планах Виктора, она специально, чтобы ненароком не встретиться с ним, решила прийти с Кешей записаться на самбо через несколько дней. Конечно, она не могла знать, что у Виктора заболел зуб, потому он отпросился с работы пораньше именно сегодня – чтобы съездить по записи к зубному врачу, а перед этим сходить с сыном в спортивную секцию.

Кеша немного испуганно разглядывал перевозбужденного Сашку, который восторженно что-то тараторил.

Поначалу он обрадовался предложению Алины, но чем больше проходило времени, тем больше он становился неуверенным и напуганным, еще и Сашка, то и дело подбегающий к нему на перемене, наводил ужасы своими рассказами о каратистах, Джонни Чонге и выбитых зубах в каких-то страшных фильмах.

Но, может, когда папа узнает, что он тоже теперь любит физкультуру – даже в спортшколу записался! – наконец, приедет к нему?

– Я думала, вы собирались прийти сюда на другой день после собрания у директора, – напомнила Алина.

– К сожалению, дела помешали. Но сейчас я даже рад этому, – добавил Виктор, лучисто глядя на нее. – Хотите, пойдем вместе познакомимся с тренером?

Алина кивнула, стараясь сохранять спокойствие.

Это ничего, подумаешь, случайная встреча. Еще одна. Она потом расскажет все Полине так, на всякий случай, хотя Виктор с сыном все равно через полгода уедут, так что какая разница?

Администраторша на ресепшне указала, куда им идти и предложила мальчикам тем временем спокойно осмотреться.

Сашка радостно согласился и, дергая Кешку за руку, отчаянно заторопился поскорее все здесь разузнать.

Алина, успокоенная и обрадованная тем, что Сашка так легко и ловко увлек неразговорчивого Кешку за собой, решила им не мешать, и они с Виктором ушли в административную часть.

Но едва Алина скрылась из виду, как Кешка вдруг ощутил себя очень неуютно среди всех этих незнакомых, шумных, носящихся туда-сюда детей и крикливых взрослых-инструкторов. Он осторожно, озираясь, прошелся вдоль стены и уселся на скамейке, тогда как Сашка уже с кем-то успел познакомиться и радостно что-то рассказывал, бурно жестикулируя. Кешке стало завидно и обидно, что о нем тут же забыли, и…

– Эй ты! Чего расселся, а?

Кеша медленно поднял глаза на возвышающегося над ним Игорька, своего главного обидчика, вместе с Сережкой и Димкой.

– Ты что тут делаешь? – Игорек рассмеялся с издевкой. – Маменькин сыночек пришел учиться драться, – передразнил он. – Эй ты, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!

Он пнул Кешу в кроссовок. Кеша юркнул-встал боком, чтобы обойти Игорька, но тот толкнул его в спину так, что Кеша чуть не упал. Не обернувшись, ничего не сказав, Кеша поспешил прочь.

“Они отстанут, если им не отвечать”, – твердил он про себя. Это всегда работало. Просто потерпеть, смолчать и идти быстрее, им станет не интересно.

– Куда бежишь? Описался от страха, что ли? Давай, дерись!

Игорек, весело гикнув, подскочил, толкнул в спину еще сильнее, и Кеша упал на четвереньки. Он думал уже, что его опять толкнут или даже пнут, но ничего этого не было, наоборот – за спиной послышался только какой-то шум, тонкое и удивленное “ой!” Игорька, а затем:

– Еще раз его тронешь, руку сломаю, – тихо, на весь зал пообещал Сашка.

Кешка, хныча от боли в ушибленных руках и коленках, обернулся и увидел, как Сашка как раз отпустил руку Игорька. Перепуганный Игорек бормотал:

– Да ты чего? Мы просто играли, он сам споткнулся, я его даже не трогал!

– Вот и не трогай, – накуксился Сашка и аж притопнул на него.

Невольные зрители рассмеялись. Игорек, сильно покраснев, ушел, недовольно говоря что-то Димке и Сережке.

– Почему они приставали к тебе? – удивленно спросил Сашка. – Ты им что-то сделал?

Кешка насупился, не отвечая. Ушибленные колени болели, Алины все не было. Оставаться здесь не хотелось, вообще ничего не хотелось, может только, поплакать, но он же мальчик, а мальчикам плакать нельзя.

Сашка переминался с ноги на ногу. Ему и хотелось вернуться к новым знакомым, рассказать, что у него было в старой спортшколе, разузнать, что будет тут, но и бросить Кешку одного не хотелось. В конце концов, он предложил:

– Пошли, поищем моего папу и твою маму?

Кешка с облегчением кивнул.

***

Алина внимательно читала предложенный договор, пока Михаил Александрович – крепкий дедок, с седыми волосами, – болтал с Виктором, который отнесся к происходящему, как к привычному делу: бегло пробежался взглядом по договору, уточнил что-то по расписанию и тут же все подписал.

– Хороши соколики, – басовито Михаил Александрович, поглаживая усы. – Глаз не нарадуется! А то ведь порой как посмотришь и ужаснешься! Взять хоть моих внуков – это не хотят, то не хотят, им лишь бы телефоны подавай да компьютеры!

– Это точно, – рассмеялся Виктор. – Я своему кнопочный выделил для экстренных случаев, а сам только по работе использую. Зачем все эти компьютерные и телефонные игры? Только зрение да осанку портить.

Алина хотела возразить, но вспомнила, что на ней – маска разведенной усталой матери-одиночки, а Полина не то, чтобы не одобряла цифровые технологии, скорее, ей было все равно, чем там занят Кеша, пока он исправно выполнял при ней свои сыновьи функции: приносил пятерки, не шумел, во всем слушался…

Так, надо, наверное, тоже что-нибудь у тренера спросить. Например, он ли будет вести занятия в группе Кеши или кто-то другой? Сколько детей будет в группе? Если не прийти на занятие, сгорает оно или переносится на другой день? Платить-то за полгода вперед. Может, лучше сначала на три месяца? Или вообще на один? Если расторгнуть договор, какой процент от суммы останется на счету спортшколы? А, вот же здесь было, на последней странице.

Виктор с веселым любопытством поглядывал на серьезную как никогда Алину, пока она допытывалась у тренера, как лучше ее сыну питаться во время тренировок, но потом спохватилась, что вроде как не собиралась делать из него мастера спорта, так, здоровье укрепить да за себя, если что, постоять…

В конце концов, Михаил Александрович с натянутой уже улыбкой поспешил их спровадить, сославшись на дела. Алина лишь в дверях спохватилась, что немного вышла из образа спокойной, почти холодной Полины, и поспешила принять невозмутимый вид.

– Не беспокойтесь, вашему мальчику спортшкола будет только на пользу, – сказал Виктор, пока они шли по коридору. – Тем более, что ходить он будет не один. Сашка очень привязчивый, вам, наверное, странно, что он решил подружиться с тем, с кем подрался чуть ли не в первый день, но это же мальчишки: сегодня дерутся, завтра не разлей вода, да и время для детей течет по-другому.

“Да! Вот отсюда наше любимое – раньше трава была зеленей и конфеты вкусней!” – чуть не подхватила Алина, услышав интересную тему насчет разницы строения детского и взрослого мозга – недавно она проходила лекцию по психологии на эту тему, – но вовремя притормозила.

– Заявил мне вчера, – посмеиваясь, продолжал Виктор, – будто бы ему кажется, что несколько недель прошло, а не два-три дня, смешной такой. Вот и думает, что полгода – это целая вечность. Он столько всего распланировал, но мы здесь лишь до весны, пока моя командировка не закончится. Наверное, стоило оставить его у бабушки с дедушкой, но он так боится со мной разлучаться, что пришлось взять его с собой.

– Боится? – удивилась Алина.

– Да. Думаю, оттого что его мама умерла. Сашка помнит лишь, что она ушла с дорожной сумкой – я отвез ее в больницу, откуда она не вернулась.

Алина остановилась.

– Простите, мне не стоило…

– Все в порядке. Точнее не в порядке, но уже несколько лет прошло, так что… – Виктор замолчал, поправил очки.

Алина, устыдившись за свои недавние мысли о нем, как о подлеце-мерзавце-изменнике, пыталась придумать, что сказать.

Черт, вот правильно же говорят – не судите книгу по обложке!

– Вы не видите наших детей? Где же они? Слава богу, здесь есть автоматы, ужасно хочу пить! Обожаю клубничные коктейли, хоть бы здесь что-то подобное было! Виктор, вы что будете?

– Мне не… – начал было отказываться Виктор, как вдруг сбил Алину с ног.

Ну, так ей показалось – на самом деле Виктор пытался ее подхватить, потому что Алина поскользнулась на лужице возле автомата с напитками, в итоге оба рухнули на пол.

Алина ошалело заморгала. Ныл ушибленный затылок, сверху навалился мужчина и… лапал ее за грудь.

Ярость нахлынула так резко, что Алина ничего не успела понять, как уже отвесила этому нахалу пощечину. Голова Виктора мотнулась, он ахнул, схватился за щеку и, поморщившись, сплюнул отвалившуюся пломбу.

– Папа! – к Виктору вихрем подлетела его маленькая копия.

– Полина Сер… – начал было Виктор, но разъяренная Алина перебила:

– Что вы себе позволяете?!

– Да я не…

– Что это вы пытались сделать?! Думаете, раз я женщина и не замужем, меня можно вот так хватать?! – кипя от злости, воскликнула Алина, пытаясь подняться.

Побледневший Кешка уже стоял возле нее, сжав кулачки, маленький защитник. Чертова юбка задралась, дурацкие каблуки скользили, слава богу, парик был на месте, и Алина мгновенно вспомнила, что она, вообще-то, отыгрывает роль своей сестры.

Понял ли Виктор, что пощупал увеличенную пуш-апом грудь? Не съехал ли парик набок во время падения? Кажется, застежка сзади не выдержала, по крайней мере, Алина чувствовала, что оно там все расслабилось и едва держится. Она отвернулась, быстро приглаживая искусственные волосы.

– Да послушайте! – попытался Виктор, но как всегда вовремя прибежавший охранник перебил:

– Что здесь происходит?!

– Я, так и быть, не стану подавать на вас заявление о домогательстве, – холодно сказала Алина. – Не попадайтесь мне на глаза!

– Я вовсе не… – хотел объяснить Виктор.

– Ого, это что, Кешкина мама тебе зуб выбила?! – восторженно воскликнул Сашка. – Теперь тебе не надо к врачу!

– Пойдем, Кеша, – Алина взяла своего мальчика за руку и поспешила к выходу, трясясь от негодования, унижения и страха, что маскировка раскроется.

***

По дороге на машине Алина успокоилась: оказалось, что парик все так же надежен и неприступен, пуш-ап непроницаем, а маскировка безупречна, и стоило так переживать? Чертова юбка, правда, промокла, когда успела? А, точно, пол же возле автоматов был скользкий из-за пролитого напитка.

Случившееся как-то вдруг предстало под неожиданным углом.

Алина вспыхнула и выругалась.

– Что? – испуганно спросил Кеша, прилежно пристегнутый на соседнем сиденьи.

– Я идиотка, – мрачно сказала Алина, – вот что.

Но все равно не надо было хватать ее за грудь!

***

Угрюмый Кеша стоял у ворот школы, всерьез подумывая прогулять уроки. Вчерашнее Игорек просто так не оставит – он терпеть не мог, чтобы над ним смеялись. Раньше он к Кеше особо не цеплялся, а теперь будет, а все из-за Сашки, который просто хотел помочь. У всех всегда одни проблемы из-за Кешки – у мамы с папой, у Алины с ее “мудаками” и работой, теперь еще и Сашка, только приехавший в их город, обзавелся неприятностями…