# Трон на руинах

К. Брин

Найфейн, золотой принц драконов, пытался меня освободить. Но в этом королевстве нет свободы. Ни для кого. Меня искали демоны, чтобы поймать и использовать против Найфейна. Вопрос времени, когда они призовут своего короля.
Найфейн думает, что я должна спасти себя. Что мне необходимо заключить сделку с королем демонов ради побега из этого проклятого места.
Но могу ли я отдаться существу, ответственному за пытки людей, которых я люблю?
Но чтобы спасти их, у меня может не остаться иного выбора.

K. F. Breene

A Throne of Ruin (Deliciously Dark Fairytales #2)


© 2021 by K. F. Breene

© Коваленко В., перевод на русский язык, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

## Глава 1

Мое сердце бешено колотилось в груди, пока я обыскивала Запретный Лес в поисках Чудовища, того самого лишенного крыльев дракона, от которого я когда-то в ужасе убегала. Мой внутренний зверь бушевал, преследуя беглеца вместе со мной. Я бросилась из дома на поиски несколько часов назад, поздним утром, но до сих пор не обнаружила никаких признаков Найфейна. Конечно, у него была значительная фора, так как прошлой ночью он покинул дом моей семьи, подсыпав нам снотворные травы, чтобы я не последовала за ним, но меня не отпускал страх, что я вот-вот наткнусь на его изломанное и окровавленное тело.

Пускай в обязанности Найфейна входило охранять лес, защищать деревни нашего королевства от тварей, которых король демонов каждую ночь натравливал на нас, но он был не в лучшей форме, чтобы изображать из себя мистера Героя. И неважно, что он – наш принц, наша единственная надежда избежать проклятия. Следы, по которым я шла, лишь доказывали, что Найфейну требуется время для восстановления, будь проклята богиня! Он явно петлял по тропе, то натыкаясь на дерево, то продираясь сквозь колючие кусты.

Эверласс обладал мощными лечебными свойствами, и я выяснила, что листья выращенного в тесноте растения, которые при неправильном использовании могут привести к летальному исходу, способны обратить действие яда вспять. Тем не менее было очевидно, что эликсир, который я дала Найфейну, не полностью восстановил его силы. Лечебный эффект прошел, и Найфейн испытывал боль.

Но он отказался выполнить мою просьбу – мойприказ – соблюдать постельный режим и покой.

Солнечные лучи, пробившиеся сквозь крону деревьев, высветили огромное темно-красное пятно на земле. Мой желудок скрутило, и я замедлила шаги, обводя взглядом окрестности. В глаза мне бросились следы другого существа, которые пересекались со следами дракона. Лапы неведомой твари, судя по всему, были тонкими и продолговатыми, с тремя пальцами, а характерные отпечатки в грязи наводили на мысль о когтях. Тварь, кем бы она ни была, ходила на четырех ногах. Похоже, она спрыгнула с дерева, потому что следы, казалось, начинались из ниоткуда.

Кора ближайшего дерева была содрана жесткой шкурой. Ветки лежали на земле, оторванные от ствола.

Это было уже третье место схватки, на которое я наткнулась с тех пор, как покинула дом. Улики свидетельствовали о том, что Найфейн победил предыдущих тварей, но паника продолжала охватывать меня, пока я шла по следу. В густых кустах, там, где Найфейн в облике огромного дракона продирался сквозь ветки, осталась большая дыра. Кровь размазалась по листьям и капала на землю. Пробравшись на другую сторону, я испустила судорожный вздох.

Незнакомое мне существо с маслянистой сероватой чешуей лежало, скрючившись, со сломанной спиной и оторванной головой. Следы Найфейна, большие и глубокие, вели дальше. На земле виднелись капли крови. Его ранили.

Я почувствовала, как моя самка затаила дыхание. От нее исходили боль и печаль, вызванные тем, что дракон Найфейна разорвал нашу связь. Найфейн не объяснил причину, лишь обмолвился, что хотел даровать нам свободу. Моя самка так же боялась обнаружить в конце пути изломанное тело дракона, как и я.

На некоторых кустах остался присущий Найфейну аппетитный аромат сосны и сирени с примесью жимолости. Теперь его следы вели налево, а не к замку. Упрямец по своей природе, он искал новых тварей, которых можно было бы уничтожить.

Спустя еще час поисков, обнаружив еще больше следов крови, я увидела, что Найфейн нашел очередную жертву. Крупное двуногое существо с маленькими руками и большой челюстью. У твари был вспорот живот. Прочь от места сражения вели еще более обильные следы крови.

«Мне это не нравится, – призналась самка, пока мы ловили носом запахи и шли по следам. – Он потерял слишком много крови».

«Как человек – да. Но его дракон большой. Возможно, если он просто останется в облике Чудовища до полного излечения, то все обойдется?»

Самка не ответила. Вероятно, она и сама не знала, так как я никогда не превращалась в своего внутреннего зверя. То же самое проклятие, которое было наложено на эти леса, вызвало болезнь у жителей деревень по всему королевству, остановило время в королевском замке и – что, возможно, хуже всего, – отняло у людей природную способность оборачиваться в зверей. Насколько я знала, лишь один человек все еще мог превращаться, – Найфейн, – хотя это дорого ему обошлось. Из-за проклятия его дракон потерял крылья.

Я могла слышать мысли своей внутренней самки, чувствовать ее эмоции и пользоваться ее звериным чутьем, но этим все и ограничивалось.

Мы углубились в лес. Сучковатые деревья были согнуты и искривлены, своим видом очень напоминая мертвые тела демонических существ, выпущенных на свободу прошлой ночью. Поперек тропинки тянулись чахлые кусты, кое-где растоптанные и сломанные проходившим Найфейном. Теперь мне даже не требовалось высматривать на земле его следы: достаточно было найти взглядом алые капли крови, отметившие его путь.

В верхушках деревьев защебетала птица, ей ответила другая. Маленький грызун шмыгнул в сторону. Моя связь с внутренним зверем в дополнение ко всему прочему обостряла слух. Сделав еще несколько шагов, я услышала голоса, мужской и женский.

Я вскинула зажатый в кулаке кинжал, убедилась, что перочинный нож при мне, и подкралась ближе, прячась за стеной обагренных кровью и поломанных кустов. Пока мы пробирались, моя самка улавливала запахи и определяла их. Ароматы чистоты, например свежевыстиранного белья и лавандового мыла, накладывались на более резкие запахи пота и крови.

Я остановилась за большим стволом дерева с дуплом и выглянула. Два человека стояли на поляне рядом с чем-то похожим на пункт перевязки в полевых условиях: там был стол, заваленный марлей, ящик с красным крестом и различные медицинские инструменты, на вид мне незнакомые. У ног людей лежали носилки. Белый материал, натянутый между двумя шестами, покрывали пятна крови.

Женщина средних лет горделиво приосанилась – развернула плечи и высоко держала голову. Голубое платье из тонкой ткани облегало ее стройную фигуру, а вокруг талии был повязан белый фартук. Ее осанка наводила на мысль о высокородном происхождении, а изящная манера жестикулировать при разговоре выдавала хорошее воспитание. Собеседник этой женщины, одетый в мягкие серые брюки и белую рубашку на пуговицах, с зачесанными набок волосами, выглядел немного моложе. Как и женщина, он имел утонченный вид.

Мне вспомнились слухи, что Найфейн встречался с жителями деревни в лесу. Дворецкий Адриэль считал, что все они мужчины, но он открыто признал, что просто ужасно справляется со своей работой.

Окровавленные носилки лежали пустыми, пациент исчез, и, хотя запах Найфейна еще держался в воздухе, этот след не был свежим.

Сделав глубокий вдох и крепко сжимая рукоять кинжала, я вышла из укрытия и оказалась на виду.

Поначалу люди меня не заметили и продолжали тихо переговариваться между собой так, что я не могла разобрать слов. Они словно ожидали, что поблизости могут оказаться твари с тонким слухом. Я преодолела половину расстояния до них, прежде чем женщина наконец-то оглянулась.

Она вздрогнула, ее губы округлились, а кончики пальцев прошлись по груди. Мужчина резко повернул голову в мою сторону, он явно очень медленно соображал. Демоническая тварь уже давно бы расправилась с этой парочкой.

Я замерла на месте, пока женщина приходила в себя от удивления. Ее взгляд скользнул вниз по моей груди, осматривая мою грязную одежду, штаны и, наконец, кинжал в моей руке.

– Боже мой, – пробормотала женщина, взглянув на своего спутника. – Она выглядит сущей дикаркой.

Мужчина провел ту же проверку, но его выводы были явно иными. Его глаза загорелись, а на губах заиграла легкая усмешка. Он шагнул вперед, его взгляд опустился на мою грудь, а затем вернулся к моему лицу.

– Ты, должно быть, Финли, – проговорил мужчина. – Настоящая красавица. Он предупреждал, что ты придешь.

Мое сердце пропустило удар.

– Найфейн? – уточнила я. – С ним все в порядке?

Брови женщины неодобрительно сдвинулись.

– Ты должна называть его по…

– Не сейчас, Кларисса. – Мужчина отмахнулся от нее, продолжая подступать ко мне все ближе. – Да. Он гнался за певуном до самой окраины нашей деревни. Вон… – Мужчина повернулся и указал на запад. – Вон за теми деревьями, чуть дальше. Мы бросились на помощь, но он уже свалил тварь к тому времени, как мы добрались до него. Он был сильно ранен. Мы принесли его сюда, подальше от вездесущих демонов, чтобы подлатать.

– И подлатали? – спросила я. – Он в порядке?

– Из какой ты деревни, девочка? – спросила Кларисса, подходя ближе с таким напряженным выражением лица, будто опасалась, что от меня исходит сильная вонь.

Я проигнорировала ее, не спуская глаз с мужчины.

– Подлатали как могли, – ответил тот. – Мы отнесли его на ближайшую к замку опушку Королевского Леса. – Мужчина повернулся и взглянул на носилки. – С ним все будет хорошо. Он сделан из прочного материала. Тебе не о чем беспокоиться. – Он ненадолго умолк. – Но ты все равно беспокоишься, верно? Ты переживаешь о нем?

Я нахмурилась, уловив, с каким нетерпением мужчина ждет ответа. Наш разговор начинал казаться странным.

– Вы не настояли, чтобы он остался на ночь? – Я отступила на шаг. – Ему нужен отдых.

– Как самонадеянно, – усмехнулась женщина. – Он же принц. На будущее запомни его титул и обращайся к нему соответственно, девчонка.

Мужчина бросил на Клариссу раздраженный взгляд, который сменился успокаивающей улыбкой, адресованной уже мне.

– У него есть долг перед этим лесом. Перед его народом. Нынешним вечером он обязательно снова отправится очищать лес от тварей. Никто не может заставить его делать то, чего он не хочет. Но не бойся – лишь первые две ночи после полнолуния самые трудные. Дальше количество демонических тварей, отправленных в лес, будет снижаться до следующего полнолуния.

– Вы уверены, что благополучно доставили его в замок?

– Да. Он будет цел и невредим. Я видел у него раны и похуже, и все же он продолжал бороться. Наш бессменный мужественный защитник.

Я выдохнула и отошла подальше. Мужчина продолжал наблюдать за мной со странным блеском в глазах, как голодный человек, который смотрит на тарелку с обедом. Женщина тоже сверлила меня взглядом, всем своим видом выражая неодобрение.

– Отлично, спасибо. – Я попыталась выдавить слабую улыбку, но это даже отдаленно у меня не получилось, и я резко отвернулась. Похоже, эта парочка не хотела, чтобы я нашла Найфейна. Но они хотя бы позаботились о его ранах. Конечно, если бы он мог просто отдохнуть пару ночей, его вообще не потребовалось бы латать.

Я проскользнула сквозь кусты и скрылась за деревьями, но, убедившись, что никто меня не видит, остановилась.

Можно ли доверять этим людям? Они могли быть кем угодно. Они не пахли как демоны, но это не означало, что парочка не работает на них. Кто знает, на что способен король демонов? Он легко мог подкупить жителей деревни. Если судить по моей деревне, люди в нашем королевстве были голодны и напуганы – они искали помощи везде, где могли ее получить.

Однако Найфейн явно позволил себя подлечить. Выходит, он в какой-то степени доверял им.

И все же…

Я побежала трусцой в направлении замка, немного срезав путь после того, как миновала поляну, где осталась та парочка. Вскоре я уже уловила между деревьев запах Найфейна. На тропинке виднелись три пары отпечатков ботинок. По ним я поняла, что два человека несли носилки, а кто-то третий двигался рядом с ними, чтобы ухаживать за пациентом. А дальше, именно там, где парочка, по их словам, оставила Найфейна, я обнаружила на земле небольшое кровавое пятно и следы босых ног, сменившиеся следами дракона, которые вели к замку.

Все-таки эти люди мне не солгали.

Я обмякла и привалилась к дереву, глядя на этот величественный замок. Интересно, как он выглядел в свои лучшие дни, когда окружающие сады были цветущими и ухоженными, повсюду разгуливали дворяне в роскошных нарядах, а в воздухе парили драконы? Пожалуй, это было потрясающее зрелище.

«Иди к нему! – взмолилась моя самка, наслаждаясь запахом Найфейна. Ей отчаянно хотелось последовать за ним. – Он будет рад нас видеть. Ты же слышала того человека. Наш мужчина ждет, что мы последуем за ним».

«Он будет чертовски зол. Он хотел от нас отделаться. Или как, по-твоему, нужно расценивать то, что нам подсыпали снотворное, разорвали связь и оставили некое подобие прощальной записки?»

«Конечно, сначала он будет в ярости, но это перерастет в страсть, вот увидишь».

Ага, а затем страсть сразу же сменится сожалением и грубым рявканьем, чтобы я больше к нему не прикасалась. Мы все это уже проходили. Ничего хорошего из этого не выйдет. Пусть Найфейн и его внутренний зверь хотят нас, но они не желают хотеть нас.

Пора возвращаться домой.

Так будет лучше.

Когда я повернулась, самка начала сопротивляться мне. Все мое тело охватил огонь, кровь вскипела, и ударная волна силы вырвалась из самки, изменя. Это был ее зов, обращенный к Найфейну. Ее страдание из-за того, что они разорвали связь.

«Нельзя так вести себя при псевдорасставании, – сказала я, борясь с ней. – Так ведут себя только психованные девчонки. Спроси меня, откуда я знаю!»

«Откуда ты знаешь?»

«Потому что я уже через это проходила и лишь выставила себя дурой. Отпусти его! Так будет лучше».

«Мне не кажется, что так будет лучше», – заплакала самка.

«Все равно ничего не выйдет. Все кончено. Мы живем дальше. Нам есть чем заняться».

Самка продолжала ворчать, но я восстановила контроль и подавила ее. Мне нужно было твердо придерживаться голоса разума. Потому что да, мне очень хотелось биться в истерике, рыдать и бежать за Найфейном. Мне хотелось, чтобы мы подрались, поспорили и переспали. Я желала окунуться в поток его силы и власти и дрожать от страха и возбуждения при виде его внушительных габаритов. Принц напоминал мне выращенный в тесноте эверласс – смертоносное и мощное растение, требующее нечеловеческого терпения практически в любой ситуации… Кроме той, когда он спасал твою жизнь.

Но спасать нужно было не мою жизнь, аего. И жизнь его королевства. Найфейну требовалось сосредоточиться на этом, а не на том странном притяжении, которое он испытывал к сквернословящей простолюдинке.

Чувство пустоты пронзило меня изнутри, но я проигнорировала и его тоже.

Я отправилась домой, думая о Найфейне и выращенном в тесноте эверлассе. Я размышляла о том, как вылечить деревни от чумы и тем самым предоставить Найфейну больше времени, чтобы снять проклятие. Нам не обязательно быть вместе, чтобы работать сообща. Точно так же, как нам не обязательно ладить, чтобы почувствовать прилив страсти, целуя друг друга… О чем мне, вероятно, не следовало думать.

Возможно, мне будет не так легко отпустить Найфейна, как я рассчитывала…

## Глава 2

Позже в тот же день я стояла у постели отца, испытывая небывалый за последние годы прилив надежды.

– Это поможет, Хэннон, я уверена.

Я смешала ингредиенты по своему новому рецепту целебного эликсира, который окрестила целебным эликсиром из выращенного в тесноте эверласса, чтобы отличать его от предыдущей версии, и добавила горячей воды. Отец лежал на постели с приоткрытым ртом и ввалившимися щеками. Я не знала, как ему удалось продержаться так долго, но радовалась этому. Новое лекарство должно было помочь, я чувствовала это всеми своими костями.

– Но он же не отравлен, как Найфейн, – заметил мой брат.

Я еще никогда не видела Хэннона таким встревоженным.

– Болезнь –это и есть своего рода яд. Просто не такой сильный, как тот, что чуть не убил Найфейна. Но поэтому и эликсир тоже не такой сильный. А если учесть, что отец настолько плох, насколько это вообще возможно и обычный эликсир уже не помогает…

– Нам нечего терять.

– К сожалению, да. – Я потянулась и взяла брата за руку. – Но новое лекарство поможет, Хэннон. Я это чувствую.

– Ты пела над листьями?

– Сейбл пела. Думаю, вместо слов песни она произносила тарабарщину, но вряд ли это имеет значение.

Задумавшись, брат нахмурился.

– За этим растением нужно ухаживать, как за ребенком.

– Да, это точно. – Я перемешала напиток, сделала глубокий вдох и передала эликсир брату.

Я опустила руку на лоб отца. Его кожа была липкой и слишком горячей. Существовала вероятность, что мой новый эликсир его убьет. И эта скоропостижная смерть будет на моей совести. Но если я не рискну, он все равно протянет не дольше недели. Младшие уже попрощались, и теперь настала моя очередь. Хэннон заявил, что сам поможет отцу выпить лекарство, потому что я не вынесла бы вида отцовских предсмертных мук, зная, что собственноручно дала ему эликсир. Я не могла предложить никакого противоядия. Выхода не было. Если эликсир получился слишком крепким, я ничего не смогу поделать, чтобы исправить свою ошибку.

Я воспользовалась моментом, чтобы вспомнить хорошие времена, когда он был счастлив. Мы с отцом никогда по-настоящему не ладили, вечно из-за чего-то ссорились, но мы любили друг друга, как и положено родным людям. Нашей семье не хватало своего лидера. Своего родителя.

– Эликсир поможет, – повторила я Хэннону, чувствуя это каждой своей клеточкой. – Это растение принадлежит драконам, а загнанный в угол дракон в любом случае могущественнее демона. Все получится, вот увидишь.

Я выпрямилась и провела пальцами по волосам. Во всяком случае, янадеялась, что это сработает. У меня заканчивались варианты.

– Буду в гостиной, – тихо сказала я.

Я закрыла за собой дверь и собрала то, что мне понадобится для покупок. После этого я могла бы пойти расставить ловушки, заняться чем угодно, лишь бы отвлечься. Нельзя сидеть и бесконечно накручивать себя. Если на меня не навалится ноющая тоска по Найфейну, то я начну переживать из-за отца и других людей, которые умирали от болезни.

Сейбл и Дэш с унылыми лицами молча сидели на диване.

– Все будет хорошо, – сказала я, хотя слезы жгли глаза. – Лекарство поможет.

Чем больше я это говорила, тем меньше в это верила.

Меня терзало чувство вины. Возможно, мне не следовало этого делать. Возможно, мне следовало отправиться за Найфейном в замок и потребовать, чтобы он предоставил мне больше информации о выращенном в тесноте эверлассе, прежде чем я предприму такой рискованный эксперимент.

Как бы то ни было, теперь уже поздно что-то менять.

Хэннон вышел из комнаты с перекошенным лицом. Он протянул пустую жестяную кружку, демонстрируя нам, что заставил отца выпить все до дна, так что теперь остается только ждать.

Я кивнула и выскользнула через переднюю дверь. Я бы не смогла ждать дома.

Послеполуденное солнце было ярким и теплым, зимний холод начал отступать. На тропинке мне встретились две жительницы деревни, одна из которых тащила на спине мешок хлеба, а другая – толкала перед собой небольшую тележку с зерном для своих коз. Я улыбнулась в знак приветствия и получила в ответ озадаченные хмурые взгляды.

На рынке я сверилась со списком покупок, чтобы решить, какую торговую палатку посетить первой. У прилавка с салатом-латуком я заметила знакомое лицо. Оранжево-красные волосы ослепительно сияли на солнце, словно веснушчатое лицо окутал огненный шторм. Джеймс, мой первый парень. Моя первая любовь.

Или так мне когда-то казалось.

Он взглянул в мою сторону, и его бледно-голубые глаза расширились. Джеймс повернулся, и я впервые обратила внимание на то, какой он долговязый и неуклюжий. Черная футболка висела мешком на узких костлявых плечах, коричневый пояс стягивал брюки вокруг талии, а тощие руки болтались вдоль тела. При ходьбе Джеймс как бы подволакивал ноги.

– Привет, Джеймс, – заговорила я, когда он приблизился, и приготовилась ощутить то щемящее чувство в животе, которое обычно испытывала в его присутствии. Этот парень вырвал мое сердце и швырнул его мне в лицо, а затем предложил трахнуться на прощание. Я до сих пор злилась, что тогда отдалась ему, не переставая рыдать, умоляя его сжалиться надо мной и передумать.

Но сейчас… я не чувствовала ничего.

«Это твоих рук дело?» – поинтересовалась я у внутренней самки, над которой ослабила контроль – совсем чуть-чуть – по возвращении домой. Она вообще не общалась со мной. У меня возникло ощущение, что она стала холодно ко мне относиться.

«Какое дело? То, что мы бросили дракона и вернулись к этому пустому, бессмысленному существованию? – ответила она. – Нет, я тут ни при чем. Это твоих рук дело, подстилка козломордая. Ну, погоди, вот только попробуй совершить оборот. Тогда увидим, кто из нас главный».

Она явно все еще кипела от злости… и не потеряла свое красноречие.

«Я больше ничего не чувствую к Джеймсу. Это из-за тебя?»

«К какому еще Джеймсу? Вон к тому рыжему мерзавцу? Почему ты должна что-то чувствовать к нему? Я даже не ощущаю его внутреннего зверя. В лучшем случае он какая-то посредственность. Он не смог бы защитить нас, даже если бы от этого зависела его жизнь».

«Есть кое-что и поважнее того, может ли мужчина защитить нас. Кроме того, когда мы действуем сообща, нам не нужна ничья защита».

Самка презрительно фыркнула.

«Когда мы вынашиваем ребенка, или оберегаем наших детенышей, или на нас в лесу нападают демонические твари – как случилось с тобой пару дней назад, – нам нужен сильный партнер, который защитит нас. Нам нужен защитник. Нет никого сильнее того альфа-дракона. Никого. Все остальные – пустая трата времени. Конец истории. Никто другой, с кем мы могли бы спариться, не сделает нас счастливыми. А теперь прекрати распускать нюни и возвращайся к нему!»

«Вот только это он бросил нас, а не наоборот…»

«Типичные мужчины. Они путаются, головой надо им думать или членом, и творят глупости. Нам, женщинам, необходимо направлять их на путь истинный».

Я закатила глаза.

«Ну все, приятно было пообщаться», – мысленно ответила я и вытолкнула самку из головы. Очевидно, ей требовалось время, чтобы остыть. Возможно, много времени.

– Привет, Финли. – Джеймс одарил меня широкой улыбкой. Эта улыбка заставляла мое сердце учащенно биться. Но сейчас я не чувствовала… абсолютно ничего. Буквально ноль эмоций. – Давно не виделись. Пульсон и Мэри, которые живут напротив тебя, говорили, что ты отсутствовала пару дней. Что-то случилось?

– Я была занята охотой и работой над новым эликсиром от болезни.

Джеймс кивнул, рассматривая мою одежду.

– Все еще одеваешься как мужчина, да?

– А ты когда-нибудь пробовал охотиться в пышном платье?

Он хихикнул и закатил глаза.

– Всегда нарушаешь правила. И думаешь, что тебе все сойдет с рук, потому что ты хорошенькая. Но рано или поздно ты, наконец, выйдешь замуж. Тогда тебе придется отказаться от своих штанов и безумных выходок.

– Или, как вариант, я просто навсегда останусь незамужней и буду трахать демонов в пабе, а?

Его челюсть отвисла от удивления. Лицо покраснело.

Я ухмыльнулась и протиснулась мимо Джеймса. Очевидно, пребывание в замке, каким бы коротким оно ни было, сделало меня немного более пошлой. Но радовало то, что издевательства Джеймса никак меня не тронули. Сладкие слова Найфейна о том, что я нравлюсь ему такой, какая есть, прочно укоренились во мне. Они изменили меня. Они заставили меня почувствовать, что это нормально – быть самой собой, даже если я изгой.

Не обращая внимания на глазеющих людей, я подошла к следующему прилавку и выбрала нужные товары. Расплатившись, я прошлась по рынку в поисках того, что просил купить Хэннон, а затем остановилась у прилавка с мехами и шкурами, чтобы посмотреть, какая выделка сейчас в моде.

– Что-то приглянулось?

Холодная струйка пота пробежала у меня по спине.Ну вот, началось.

Я выпрямилась и обернулась, обнаружив прямо позади себя Джедрека. Раньше я думала, что он высокий и широкоплечий, но теперь… Он казался практически миниатюрным для мужчины. Я привыкла к внушительным размерам Найфейна. К его массивной фигуре. По сравнению с ним Джедрек был просто… сущим разочарованием.

– Вообще-то, нет. Я умею делать лучше. – Я обогнула Джедрека и подошла к соседнему прилавку с кинжалами. Один из них, новехонький, с красным камнем в рукояти и серебряным узором, привлек мое внимание. Это было несомненное сокровище. Я взяла кинжал и взвесила на ладони, наслаждаясь сбалансированностью формы и тем, как он помещается в моей руке.

– Он бы вам идеально подошел, – сказал стоящий за прилавком Фил и засунул большие пальцы в петли ремня, поправляя его на талии. Фил был единственным парнем в деревне, который сохранил свои внушительные размеры после наложения проклятия. Он особенно гордился тем, что может прокормить свою семью, даже когда все вокруг нас разрушилось. – Им вы бы многих убили, мисс Финли.

– Ерунда… Ей не нужен клинок. – Джедрек снова возник рядом со мной и потянулся за кинжалом.

Я придержала своего внутреннего зверя, который был только рад подкрепить делом мой словесный отпор. Особенно когда я посылала кого-то кроме Найфейна.

– Отвали, – сказала я.

Джедрек резко выпрямился по струнке. Он отшатнулся назад, как будто кто-то толкнул его. Глаза Фила расширились, и он схватился за грудь. Когда его пальцы дотронулись до одежды, он крепко вцепился в нее и зажмурился.

Я неторопливо коснулась лезвия большим пальцем, проверяя на остроту. Затем подняла кинжал повыше, пристально разглядывая его.

– Это произведение искусства, Фил. Ты действительно превзошел самого себя.

Его глаза распахнулись, и он посмотрел на меня так, как будто видел впервые. Упершись крепкой рукой в столешницу прилавка, Фил попытался прийти в себя.

Вероятно, мне не следовало использовать силу внутреннего зверя в присутствии жителей деревни. Адриэль предупреждал меня о том, чтобы я не привлекала к себе внимание. Не нужно, чтобы люди трепали языками, иначе слухи обязательно дойдут до демонов.

Поморщившись, я положила кинжал обратно. Джедрек стоял неподалеку и смотрел на меня с потрясением и тревогой, ясно написанными на его лице. Моя самка буквально лопалась от гордости.

– Я… э-э… – Фил встряхнулся и прочистил горло. – Да, я… кхм… – Он провел пальцами по волосам. – Когда-то я уже делал нечто подобное. Дайте-ка взглянуть…

Он пригнулся и стал рыться в недрах своего прилавка.

Чьи-то сильные пальцы схватили меня за руку и развернули. Джедрек наклонился ко мне, его лицо превратилось в маску ярости.

– Что это за игры ты затеяла?! – прошипел он, брызгая слюной. – Ты посмела приказывать мне?!

В прошлом я много раз приказывала ему. Он всегда пропускал мои слова мимо ушей или думал, что я шучу.

Похоже, в замке я научилась не только грубо отвечать.

Моя самка вдохнула в меня огонь.

– Убери от меня свою руку, – проговорила я тихим спокойным голосом.

Взгляд Джедрека забегал, перемещаясь от одного моего глаза к другому и обратно. Мои мысли перескочили на то, что моя сестра Сейбл сказала мне сегодня утром. Она заметила, что мои глаза светились. Глаза Найфейна тоже светились, когда внутренний зверь накачивал его силой. А зрачки его дракона вообще сияли все время.

– Тебя не было несколько дней, не так ли? – тихо произнес Джедрек, убирая пальцы с моей руки. – Значит, ты нашла его.

Я нахмурила брови, не решаясь ничего сказать. Мог ли Джедрек знать о Найфейне?

– И о чем ты попросила? – продолжил он. – Выбраться отсюда? Нет, ты раба своей семьи, ты бы не бросила их. Держу пари, ты просила спасти твоего отца, верно?

– О чем ты говоришь? – наконец выпалила я.

Джедрек ухмыльнулся.

– Просто помни, что любой может заключить сделку с королем демонов. Даже я. Но я не буду просить его спасать какого-то бесполезного родителя. Я уже говорил, что женюсь на тебе. Я человек своего слова. Ты снимешь эти нелепые штаны, отложишь дурацкие ножики и будешь обслуживать своего мужчину с улыбкой и раздвинутыми ногами, я ясно выразился?

Моя самка билась, пытаясь перехватить контроль и вырваться на свободу, но я сдерживала ее. С этой обезьяной я могла справиться и словами.

– Ты готов заключить сделку с королем демонов, самым хитрым и коварным ублюдком во всем мире, чтобы заставить меня выйти за тебя замуж? Есть столько всего, о чем ты мог бы попросить, – свободу, богатство, умение пользоваться мозгами, – но вместо этого ты предпочел бы заставить кого-то изображать любовь к тебе? Насколько же тебе хреново, Джедрек? Насколько же ты ничтожен, не уверен в себе и… в отчаянии?

Он одарил меня самодовольной ухмылкой.

– Ты не будешь ничего изображать. Король демонов всемогущ. Он может заставить тебя полюбить меня. Он может заставить тебя пускать слюни по мне.

– Тогда в чем же будет отличие от твоей привычной постельной возни, а? Обязательно попроси короля демонов – если сможешь его найти, потому что, насколько я знаю, он занят делами в своем собственном королевстве, – заставить меня поверить, что ты удовлетворил меня, хотя мы оба знаем, что ты на это не способен. Это стало бы настоящим потрясением для тебя. Женщина, которая счастлива после отвратительного секса с тобой.

Джедрек стиснул зубы и нацелил мне в лицо указательный палец.

– Я заставлю тебя заплатить за эти высказывания. – С этими словами он повернулся и вразвалочку зашагал прочь.

Я стиснула кулаки, а затем снова их разжала.

– Ненавижу этого парня!

«Надо было позволить мне добраться до него, – ответила самка. – Я бы показала ему, где раки зимуют».

«Тогда бы он принялся вопить во все горло. Он маленький, ничтожный человечек, подверженный слабостям, и он терпеть не может, когда кто-то выставляет его дураком».

«Опять этот выбор слов. Почему бы не сказать маленький, ничтожный, крошечный человечек?»

«О, заткнись!»

Я в спешке повернулась обратно к прилавку с оружием, пытаясь подавить желание самки погнаться за Джедреком и напасть на него. Как Найфейн справлялся с таким все это время? Как кто-то вообще может скучать по своему внутреннему зверю? Когда моя бестия не добивалась своего – что в последнее время случалось постоянно, – она становилась чертовски надоедливой.

Фил смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

– Извини, – машинально проговорила я, качая головой. – Это уже второй придурок, который пристал ко мне сегодня, и мое терпение на исходе.

Фил облизнул губы и немного подался вперед.

– Ты считаешься гадким утенком в этих краях, Финли, но не думай, что это плохо. Ты никогда бы не смогла стать одной из них. В тот день, когда твоя мать попросила меня сделать тебе твой собственный охотничий нож, – помнишь? – тогда я понял, что ты другая. Эта деревня раньше была убежищем для менее сильных оборотней в королевстве. Для них и тех, кто не хотел сражаться за короля и королевство. Но даже если ты и родилась здесь, это не значит, что здесь тебе и суждено остаться. Твоя мать не обладала большой силой, но она была свирепой. Она происходила из старинного рода воинов. Ген силы, должно быть, не проявился в ее поколении. Но у тебя он есть, не так ли? Мать не просто так позволяла тебе вести себя грубо и своенравно.

Фил протянул мне меч, немного потускневший с годами. В рукояти этого оружия сиял камень более насыщенного красного цвета, а покрывающий ее серебряный узор был гораздо более замысловатым. Кожа рукояти ощущалась эластичной и мягкой в ладони, край лезвия был острым.

– Он великолепен! – выдохнула я.

– Да, я сделал его до проклятия, когда к нам заглядывали бродячие торговцы. Я не жалел средств. Рассчитывал, что такое оружие приглянется дворянину или самому принцу! Можешь себе представить? – Фил застенчиво улыбнулся. – Тогда мне нравилось мечтать о великом. Независимо от того, насколько качественно я изготавливал оружие, бродячие торговцы всегда покупали его у меня. Всегда находился кто-то, кому они потом могли бы его продать. Так что я просто делал клинки все лучше и лучше.

– Этот ушел бы за хорошую цену, Фил. За очень хорошую цену.

– Да, я на это надеялся. Это было самое лучшее из моих творений. Но теперь… Не думаю, что мне удастся продать нечто подобное.

Я вернула меч обратно.

– Удастся. Мы победим проклятие, и тогда у нас снова появятся торговцы, вот увидишь. Может, сам принц еще будет размахивать им. Или… ну… Ходить с ним повсюду, так как сражаться он наверняка будет в облике дракона. Повесит его на стену, как вариант…

– Ну что ж. – Фил пожал мясистыми плечами и убрал меч обратно под прилавок. – Похоже, болезнь начинает пускать корни. Я полагал, что рано или поздно это должно было случиться.

Боль пронзила мое сердце.

– Марджи знает, как приготовить целебный эликсир?

– Да, знает. Она уже приготовила мне порцию. Просто… Ну, она не так уж хороша в садоводстве. Я тоже в этом не силен. Я пытался прикупить немного листьев, но у всех запасы на исходе из-за затянувшейся зимы.

Я положила ладони на прилавок.

– Не переживай. Я принесу тебе листья. И я работаю над более сильным эликсиром. Я все еще пытаюсь найти лекарство. Ты никуда не денешься, Фил. И ни капельки не потеряешь в своих размерах, я обещаю.

– Ну, это мы еще посмотрим. – Он засмеялся и похлопал себя по животу. Затем вытащил украшенный драгоценным камнем кинжал с витрины и протянул его мне. – Держи. У тебя ведь тоже, как и у всех, запасы листьев на исходе. Я знаю, куда ты за ними ходишь, и не думаю, что смогу тебя остановить. Возьми это. Он тебе пригодится.

– Вообще-то, надеюсь, что не пригодится. И нет, я…

Фил подался вперед и сунул кинжал мне в руки.

– Я бы отдал тебе меч, но мне, само собой, очень хочется увидеть, как им будет владеть принц. Все, что у нас осталось, – это наши мечты о великом, понимаешь? Но этот кинжал был сделан в приложение к тому мечу. Он прочный, хотя и не такой изящный. На самом деле я не мог позволить себе ничего лучшего. Однажды ты прославишься, Финли, и, когда это случится, я хочу, чтобы в твоей руке был мой кинжал.

Я покачала головой, но позволила Филу вложить оружие мне в руки. Во всей деревне не найти человека приятнее, но у него была упрямая жилка. У нас всех она была.

– Спасибо. – Я показала Филу кинжал. – Это слишком щедро.

– Нет. Теперь я знаю, что ты будешь поддерживать во мне жизнь так долго, как сможешь. Для меня этого достаточно.

– Я бы сделала это в любом случае.

– Знаю. – Он подмигнул.

С глупой ухмылкой я прижимала кинжал к груди, пока тащила домой все покупки. Только когда я добралась до входной двери, моя улыбка потускнела, а затем исчезла. Мне требовалось немного поухаживать за выращенным в тесноте эверлассом, но работа не заняла бы столько времени, чтобы хорошенько отвлечься.

Для меня настал момент истины. Неужели я просто убила своего отца?

Мое сердце ушло в пятки при виде опустевшей гостиной. Страх поселился в глубине живота.

Я положила покупки на стол и собралась с духом. Медленными, решительными шагами я направилась в комнату отца. Дверь была приоткрыта, и изнутри доносились приглушенные голоса. Однако я не слышала плача.

Не смея даже надеяться, я протиснулась в комнату. Хэннон склонился над кроватью, промокая лоб отца полотенцем. Дэш и Сейбл сидели на стульях рядом с ним, наблюдая за происходящим.

Дэш взглянул в мою сторону, и широкая улыбка осветила его лицо. Сейбл с облегчением вздохнула.

– У тебя получилось, – тихо произнес Хэннон, не отрываясь от занятия.

– Получилось что? – спросил отец скрипучим голосом.

Внутри меня все перевернулось. Колени подогнулись, и я схватилась за дверной косяк, чтобы устоять на ногах. Отец заговорил! Он произнес связные слова! Он уже давно этого не делал, а даже когда пытался, из его рта вырывались лишь кашель и хрип.

– Финли создала эликсир, чтобы спасти тебя из лап смерти. – Хэннон посмотрел на меня, его глаза блестели от слез. – Ты всегда говорила, что создашь лекарство, и ты сделала это.

– Эй, эй! Давай не будем… – Я протянула руку, чтобы остановить его.

– Моя Финли всегда хорошо разбиралась в растениях, – проговорил отец, с затуманенными глазами улыбаясь мне. – Она получила этот дар от богини, точно говорю. Все всегда так говорили. Да, она была дикаркой, но могла сотворить чудо, если в ее распоряжении был эверласс и немного времени. Когда-нибудь она предстала бы перед королевой, если бы не настал конец света. Я всегда был строг с ней, но мне приходилось! Нужно было научить ее правильно себя вести, чтобы потом она могла предстать перед членами королевской семьи. Глупой, безмозглой девчонке не положено разговаривать с королевой. Она была нашей надеждой на лучшую жизнь.

Слезы наполнили мои глаза. Раньше отец никогда не говорил таких слов. Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь предполагал, что у меня может быть светлое будущее. Потом королева умерла, и проклятие пало на нас. Отец продолжал притворяться, что пытается приструнить меня, но, когда заболела бабуля, а потом мама…

Его надежды рухнули.

– У нас будет лучшая жизнь. – Я подошла к отцу с другой стороны кровати и взяла его за руку. – Когда-нибудь обязательно будет.

Я пощупала его лоб. Прохладный. Температура спала. Глаза отца были немного налиты кровью, но взгляд постепенно прояснялся.

Он улыбнулся мне, а затем его веки опустились.

– Да, все у нас будет, Финли.

– Могу я поговорить с тобой в гостиной? – тихо спросил Хэннон.

– Да, конечно. – Я последовала за братом, едва способная дышать от потрясения. – Но как мы можем быть уверены, что это лекарство спасло отца?

– Честно говоря… Мне не следовало этого говорить. Судить еще слишком рано. Но даже если лекарство не до конца уничтожило болезнь, это огромный шаг в правильном направлении.Огромный шаг, Финли. Мы подождем и посмотрим, насколько отступит болезнь, а потом решим, что делать дальше.

– Если болезнь не уничтожена, тогда нам придется действовать наугад, – сказала я, лихорадочно размышляя, и вытерла слезы, катившиеся по моим щекам. – Это будет означать, что первая партия лекарства была недостаточно крепкой. Но я не могу просто накачивать отца эликсиром. Не думаю, что выращенный в тесноте эверласс так работает. Будь проклят Найфейн за то, что так быстро сбежал! Мне нужно больше информации.

Хэннон сжал мое плечо.

– Пусть он ушел раньше, чем ты хотела, но все-таки именно он натолкнул тебя на это открытие. Спасая его жизнь, ты смогла спасти отца. И в конечном счете других жителей деревни.

– А ты, как я посмотрю, внезапно встал на его сторону? Твоя обида из-за того, что тебя подпоили снотворным, прошла?

– Прощена, но не забыта. Я не такой злопамятный, как ты…

Я послала брату хмурый взгляд.

– Ладно, неважно. В любом случае я купила все, что тебе нужно…

– Что нам нужно. Эти покупки нужны не только мне…

– Да, да, ты понял, что я имею в виду. Между прочим, у Фила проявилась болезнь, а у его семьи совсем нет эверласса. Мне нужно раздобыть ему немного листьев, а также собрать побольше урожая с выращенного в тесноте растения. Придется снова пойти в Запретный Лес.

– Когда?

Я выглянула в окно.

– Я могла бы либо поскорее отправиться в путь сейчас и попытаться вернуться до темноты, либо пойти позже, когда лес… вероятно, будет расчищен хромающим драконом.

– Иди сейчас. Если Найфейну так плохо, как ты описала, я сомневаюсь, что у него получится расчистить лес сегодня вечером. Приготовь ему какой-нибудь бальзам и заживляющие мази. Если не встретишь его, просто оставь их на поле эверласса. Он обязательно заглянет туда.

Я застыла как идиотка.

– Зачем ему туда заглядывать?

Хэннон пожал плечами.

– Похоже, ему нравится играть с тобой в игры. Я сомневаюсь, что он откажется от них из-за долга и чести. Мужчины утверждают, что они очень благородные, но, когда дело доходит до женщины… они редко бывают такими.

– О, правда, мистер гуру? И когда ты успел стать в этом экспертом?

– Ты не единственная читаешь книги. Если встретишь Найфейна, скажи ему, что мы рады пригласить его на ужин, если он найдет свободную минутку в своем плотном графике. Или на полуночный перекус.

У меня нет ни малейшего шанса встретить Найфейна.

О богиня, встречу ли я его?

Если это случится, мне будет чертовски трудно держать свою самку подальше от него.

## Глава 3

На тропинку падали длинные тени, когда я достигла березы, растущей рядом с полем эверласса в Запретном Лесу. Поскольку солнце отпугивало всех демонических тварей, я приблизилась к дереву с хмурым видом. Стоило мне подойти, как ветви березы заплясали. Вот ябеда.

– Как-нибудь я принесу с собой топор, и тогда посмотрим, как весело ты запляшешь!

«Перестань разговаривать с деревом. Оно заколдованное, а не живое», – проворчал мой внутренний зверь.

«А тебе не помешало бы слегка приободриться. Как долго еще ты собираешься хандрить?»

«Пока ты не вытащишь голову из задницы, не привинтишь ее обратно и не пойдешь за тем альфой».

«Может, хватит постоянно поднимать эту тему? Она уже устарела».

«Знаешь, что на самом деле уже устарело? Твои яйцеклетки. Лучше позволь нашему большому альфе оплодотворить тебя, иначе слова того рыжего отброса общества о том, что ты умрешь одинокой старой девой, оправдаются!»

«Я не останусь одна, – с нарочитой жизнерадостностью подумала я. – У меня есть ты. И ты у меня просто прелесть!»

Когда я проходила мимо трясущейся березы, мое внимание привлек приятнейший запах. Все мои ощущения обострились, когда аромат скользнул по моей коже и впитался в тело. Я застонала, узнав его сразу.Узнав его своим нутром. Сосна, сирень и легкий оттенок жимолости. Аромат говорил о ленивых вечерах с сексуальными прическами и безразмерными футболками. О том, как кончики пальцев нежно касаются обнаженной кожи. О жестких укусах, дарящих изысканное удовольствие.

Я медленно повернулась в ту сторону, откуда исходил аромат, настраиваясь на то чувство, которое он во мне вызывал. Каждый вдох заставлял меня буквально таять изнутри.

Найфейн был здесь. Недавно.

В густом кустарнике у подножия березы мне удалось разглядеть прямоугольный сверток, плотно закутанный в пропитанную воском ткань. Ярко-желтый. Благодаря силе внутреннего зверя я могла довольно хорошо видеть в темноте, используя белый, черный и желтый цветовой спектр. Сверток бросился бы мне в глаза даже ночью, особенно если бы я к тому же использовала обостренное обоняние внутреннего зверя. Оболочка не позволяла влаге испортить содержимое свертка, а грубая коричневая бечевка удерживала его закрытым.

Не отличаясь большим терпением, самка подтолкнула меня, чтобы я развернула находку.

Я сбросила с плеча рюкзак, а затем сунула руку в кусты, зацепила двумя пальцами бечевку и притянула сверток к себе, протащив его по земле.

«Поторопись!» – прошептал мой внутренний зверь.

Я потянула за конец бечевки и развязала узел. Освободив сверток от перевязи, я по очереди развернула все стороны ткани. Поверх книги в кожаном переплете лежал сложенный лист пергамента.

Мое сердце подпрыгнуло. Возбуждение пронзило меня, и я ухмыльнулась как идиотка.

«Что это, книга?» – в замешательстве спросила самка.

«Это нечто волшебное».

Сначала я развернула пергамент. Чтобы максимально насладиться предвкушением, всегда следует сначала читать приложенную открытку, а потом уже открывать подарок.


«Дорогая Финли,

я приношу извинения за то, как покинул твой дом. Я понимал, что, если предоставлю тебе выбор, ты заставишь меня остаться еще на несколько дней. Мой долг запрещает это, но я бы не смог устоять перед тобой. Я и так едва мог контролировать своего дракона. Вот почему я подсыпал вам всем снотворное. Борьба с драконом подняла бы на уши весь дом. И я оказался бы в твоей власти.

Ты стала моей самой большой слабостью.

Обмениваясь письмами, мы можем разорвать все несрочные связи, обсуждая лишь создание и распространение эликсира, который исцеляет последствия болезни, вызванной проклятием демонов. Однако, прежде всего, есть несколько обещаний, которые я должен выполнить.

1) На следующем листе я нарисовал таблицу с указанием дней, когда тебе будет безопасно посещать это поле. Пока я дышу, я буду расчищать тебе путь. Некоторые периоды лунного цикла слишком опасны, но в большинстве ночей после наступления определенного часа бояться тебе нечего. Пожалуйста, всегда проходи мимо березы, чтобы я знал о твоем появлении, и если я заподозрю, что опасность близка, то приду на помощь. Это мой долг как твоего принца (не дерзи мне по этому поводу).

2) Я буду продолжать ухаживать за этим полем, чтобы ты могла собирать с него листья (я всегда ухаживал за ним ради тебя). Пожалуйста, проследи, чтобы твоя деревня была полностью обеспечена всем необходимым.

3) Пожалуйста, пиши мне любые вопросы, которые интересуют тебя по поводу эверласса, и я предоставлю всю информацию, какую только смогу. Вскоре моя помощь в этом тебе уже не потребуется, но до тех пор я к твоим услугам. Моя мать настояла бы на этом.

4) В знак примирения прилагаю к письму подарок. Пользуйся им столько, сколько нужно. Если хочешь, оставь себе навсегда. С недавних пор это моя любимая история о побеге из тюрьмы и возмездии. Я уверен, она покажется близкой и тебе. Если захочешь почитать другие книги, как художественные, так и научно-популярные, просто дай мне знать, и я принесу их. Я буду твоей личной библиотекой, пока ты не найдешь другой источник знаний.

Искренне твой,

Н.»


Я испустила долгий, размеренный выдох.

Я толком не понимала, что должна чувствовать. Найфейн по-прежнему заботился обо мне, просто придумал способ избегать прямого общения. Как же мне, черт возьми, забыть Найфейна, если я буду вспоминать о нем, каждый раз предупреждая его о своем появлении на поле? Каждый раз обращаясь к нему с просьбой принести книги (потому что я собиралась хорошенько прошерстить всю его библиотеку)? Каждый раз, когда мой путь будет свободен от тварей по ночам? Каждый раз, проходя по полю эверласса, я смогу чувствовать запах Найфейна. Буду представлять, как Найфейн ходит среди аккуратных рядов растений, поет им и прикасается к их листьям. Каким образом у меня получится его забыть?!

«Забыть не получится. Иди к нему».

– О богиня, пожалуйста, заткни это гребаное животное! – огрызнулась я, ощупывая пальцами тяжелый том и прижимая его к груди. – Новая книга! – прошептала я, наполовину забыв, зачем в первую очередь пришла сюда.

Но если серьезно, как я должна была отреагировать на новую книгу, которую еще не читала? Такого не случалось… очень давно. Я не могла дождаться, когда открою ее.

– Загляну одним глазком, – пробормотала я, открывая книгу. Затем стиснула зубы и закрыла ее обратно. – Нет. Нельзя. Нужно выполнить работу…

Я вытащила из рюкзака целебные мази для Найфейна, завернула их в желтую пропитанную воском ткань и спрятала обратно в кусты. Его записка перекочевала в рюкзак. Книга должна была последовать за ней, но я пока не находила в себе сил с ней расстаться. Найфейн писал, что с недавних пор это его любимая история. Это означало, что он оберегал свою библиотеку не просто потому, что эти книги ему принадлежали, – он тоже любил читать.

Как будто этому мужчине хотелось быть еще сексуальнее.

– Как тебе этот официальный тон письма? – пробормотала я, прижимая книгу к груди и направляясь на поле эверласса. – К тому же письмо написано очень элегантным почерком.

«Он принц», – мысленно ответила самка, и ее слова стали отрезвляющим напоминанием о том, что образование и детство Найфейна кардинально отличались от моих.

Наконец, с большой неохотой я положила книгу в рюкзак, достала твидовую сумку через плечо, в которой носила листья эверласса, и принялась за работу на поле, собирая урожай и проверяя, как Найфейн провел обрезку. Покончив с этим, я сложила нужные листья в сумку и отправилась домой. Мне не терпелось прочесть книгу.

* * *

На следующий день мои глаза слипались, пока я обрабатывала листья. Я собиралась прочитать всего пару глав. Затем просто хотела дочитать до конца волнующий момент. Затем…

Не успела я опомниться, как в окно заглянуло солнце, а книга была дочитана. Сюжет состоял из бурных событий, полных предательства, схваток на мечах, побегов и возмездия. Счастливый конец был великолепен, и мне тут же захотелось перечитать эту книгу снова. Найфейн сделал правильный выбор.

– Финли… – Хэннон выскочил из задней двери и притормозил, увидев металлические банки и ведра, расставленные вокруг меня. – Что ты делаешь?

– Найфейн выполняет свои обещания, так что мне нужно выполнить свои. Я делаю эликсиры. – Я указала на металлический бидон с красной полосой. – Это снадобье, подавляющее сексуальную магию демонов, для людей во дворце.

Хотя болезнь не одолевала обитателей дворца, время для них остановилось. Они не старели, не рожали детей и жили во власти демонов, которые сексуально извращали их.

– Целебный эликсир для других деревень. – Я указала на металлический бидон с синей полосой. – Из-за времени, потраченного на перевозку, его эффективность снизится, но с этим ничего не поделать. Еще я сделала мазь и заживляющие средства для самого Найфейна…

– Как ты собираешься все это перевозить? Какон собирается это делать?

– Я сложу все в большую сумку, чтобы дракон мог нести ее в пасти. Возможно, потребуется сделать несколько ходок, но мы справимся.

Брат одарил меня бесстрастным взглядом.

– Я же тебе говорил.

– Он не играет в игры. Он действительно выполняет свои обещания.

– А как же твоя ненависть к нему?

Я нахмурилась.

– Не волнуйся. Дай мне провести пять минут в его присутствии, и я уверена, что сразу же вновь его возненавижу. Его персону трудно выносить.

– Угу. Что ж, тебе следует проведать папу. Он вроде бы держится. Слаб, как котенок, и шатается, но этого следовало ожидать, учитывая, как долго он был на грани смерти.

– Я недавно заглядывала к нему. Видимых признаков болезни нет, но это не значит, что отец полностью излечился. Нужно понаблюдать за ним еще какое-то время. Завтра я собираюсь поработать над более слабым эликсиром для старика Фортети, который живет на нашей улице. Ему далеко не так повезло, как папе, и он просил всех соседей убить его, прежде чем он начнет мочиться в постель. Полагаю, он позволит мне опробовать на нем новую смесь, если я пообещаю, что это положит конец его страданиям. Я просто не скажу ему, какие именно страдания имею в виду.

– Мудро. – Хэннон выдавил улыбку. – Во сколько ты собираешься сегодня вечером на поле?

Мой пульс ускорился.

– Еще не решила. Нужно свериться с таблицей Найфейна. Но в любом случае пойду поздно ночью. Лягу спать пораньше.

Ночная птица предупреждающе закричала, когда я пробиралась через Запретный Лес. Корявые деревья окутывала темнота, их призрачные фигуры притаились у узкой тропы. Небо было усыпано звездами, но кусочек бледной луны давал лишь слабый свет. Мой внутренний зверь пришел в готовность, помогая мне различать любые опасности, которые могли скрываться поблизости. До сих пор Найфейн оставался верен своему слову. Путь был свободен.

Впереди показалась заколдованная береза, и мне нестерпимо захотелось обойти ее. С раннего детства мне вбили в голову, что ступить в этот лес – значит умереть. Выбраться отсюда было удачей. Привычка дерева трястись, подражая какому-то пьяному клоуну, не очень хорошо сказывалась на моем душевном спокойствии. Но Найфейн обещал, что прибежит на помощь, если решит, что я в опасности. К тому же у меня был новый блестящий кинжал, жаждущий крови демонического существа. Или, может, крови жаждал мой внутренний зверь.

Дерево встрепенулось, как танцующая девушка, пытающаяся вытряхнуть свои сиськи из платья. Я обогнула его и метнулась к кусту. Запах Найфейна, густо наполнивший округу, пронзил меня. Он был не таким свежим, как вчера, но более ощутимым. Найфейн провел здесь какое-то время.

Я сунула руку в кусты и вытащила добычу. В желтом свертке вновь что-то лежало.

Прикусив губу, чтобы сдержать улыбку, я подцепила пальцами коричневую бечевку и осторожно потянула ее. Развязав узел, я сбросила перевязь с упаковки. Внутри, поверх еще одной книги в кожаном переплете, лежал сложенный пергамент. Внутри меня все затрепетало.

На этот раз почерк был далеко не таким изящным. Встречались даже помарки, как будто Найфейн принес припасы и написал записку прямо здесь, присев на корточки рядом с кустом.


«Дорогая Финли,

я вспомнил, что видел у тебя дома любовный роман, который стоял рядом с книгой об истории нашего народа и ядовитых деревьях, и подумал, что тебе, возможно, неинтересно читать про бои или приключения. Поэтому я принес тебе книгу из библиотеки моей матери.

Мой отец не разрешал читать такие истории, поэтому матери приходилось хранить их в секретной комнате, куда можно было попасть через потайную дверь. Эти книги были украдены у путешественников, тайно проданы торговцами, отправлены матери ее сестрами и взяты из библиотек в деревнях. Таким образом, собралась целая коллекция.

Я не читал ни одной из них. Если пожелаешь дать какие-то рекомендации, буду рад изучить книги вместе с тобой. Я выберу что-нибудь для тебя, а ты можешь выбрать что-нибудь для меня. Прилагается выборка названий. Если узнаешь среди них какие-нибудь хорошие книги, я начну с них. Если хочешь, можем обменяться мнениями. Как ученый – ученому, так сказать.

С твоего позволения я хотел бы поинтересоваться здоровьем твоего отца.

Искренне твой,

Н.».


Я вытащила книгу и заметила, что под ней спрятан чистый лист пергамента и авторучка. Мысленно улыбнувшись, я взяла их и села, прислонившись спиной к березе, которая уже перестала выкаблучиваться. Расстелив лист пергамента на ровной поверхности книги, я принялась писать.


«Дорогой Придурок Н.,

очень рада получить от тебя известие. На самом деле у моего отца все хорошо. Действительно хорошо! Я собрала все знания, полученные от тебя, и направила их на излечение его болезни. Отец слаб и немного путается в словах, но говорит хорошо, не кашляет и бодрствует. Если я не излечила его полностью, то как минимум добилась огромного прогресса. Мы будем продолжать наблюдать за отцом. Так что, возможно, у меня есть способ замедлить прогрессирование болезни и вырвать людей из лап смерти. Только время покажет, насколько действенным оказалось лекарство. Я собираюсь опробовать целебный эликсир из выращенного в тесноте эверласса на соседе, так что посмотрим, целитель я или убийца.

В другом моем письме я подробно описала назначение прилагаемых эликсиров и то, как их приготовить. В сумке образцы каждого из них. У меня есть еще, но груз слишком тяжелый, чтобы принести все сразу.

Теперь перейдем к важным вопросам. Я уже дочитала книгу, которую ты одолжил мне, но собираюсь ее перечитать. Она очень захватывающая!!! (Я чуть не поставила четыре восклицательных знака, но в сюжете не было даже намека на романтику, так что вынуждена поубавить свое восхищение.) Мне нравится читать любые книги, так что, если у тебя есть что-нибудь о ядовитых грибах или чем-то подобном, приноси и их. Я просто не читаю их так быстро, как художественную литературу.

В любом случае хочу добавить еще пару слов о том, что принесла тебе (мои письма явно не так продуманы, как твои, – меня не при дворе обучали). У меня лучше получается писать после смены хотя бы восьми пары черновиков. Надеюсь, ты отнесешься с терпением и пониманием к моей слабости, которую я обнажила перед тобой, и тоже обнажишься в ответ.

Некоторые очень тупые люди в моей деревне не соблюдают указания, поэтому я очень надеюсь, что целители в других деревнях отнесутся к делу более внимательно. Это более безопасный целебный эликсир. Он никого не убьет. С другой стороны, я бы предпочла лечить людей сама, поскольку лекарство еще не до конца изучено. Но я не знаю, как мне отправиться в другие деревни. Мне известно, что раньше люди умирали за такую попытку, но в то же время раньше магическую границу вообще нельзя было пересечь. Странно, что никто не делает этого теперь, если есть возможность. Или, может, только в нашу деревню никто не приезжает, потому что никто из других деревень не хочет нас видеть? Это, безусловно, вполне вероятно, учитывая холодный прием, который я получила после того, как пошла по твоему следу не так давно.

Моя самка не в восторге от того, что ты сделал с нашей связью, между прочим без моего ведома. С тех пор она ведет себя как угрюмая сука, и это еще очень мягко сказано. Вот насколько она разозлилась. Наверное, хорошо, что я не могу перекинуться, иначе она наверняка взяла бы верх и сделала бы что-нибудь безумное, например нашла бы тебя и вышибла тебе мозги, или сожгла замок дотла. С ней не угадаешь. Я думаю, она сумасшедшая».


Я ненадолго оторвалась от письма, чтобы взглянуть на приложенный Найфейном список книг. Всего их оказалось двадцать, и только восемь названий были мне знакомы.


«Я написала цифры рядом с известными мне книгами. Это загадка. Выбери ту, которую, по-твоему, я бы порекомендовала тебе прочесть в первую очередь, и прочти ее. Опиши мне сцену из этой книги, которая тебе больше всего понравилась. Тогда я пойму, правильную ли ты выбрал книгу.

Как говорится в другом моем письме, я принесла кое-что для твоих многочисленных ран. Я видела, сколько крови ты потерял. Для этого я тоже кое-что положила в сумку. Позаботься о себе. Тебе нельзя допускать, чтобы выполнение обязанностей убило тебя. Пусть тебя лучше убьет моя самка за тот фортель, который ты выкинул. Береги здоровье, чтобы она могла немного отомстить, хорошо?»


Я немного посидела с ручкой в руке, обдумывая то, что еще могла бы добавить, что еще могла бы захотеть ему сказать или заставить его сказать мне. Я не желала, чтобы на этом разговор заканчивался… но и не желала использовать все возможные темы для обсуждения в одном письме.

Имея это в виду, я рискнула.


«Поскольку ты выполняешь все свои обязанности, я считаю себя нерадивой (Это правильное слово? Я сомневаюсь в себе.) в уходе за садом твоей матери. Так что, если ты не слишком занят, может, заберешься туда и срежешь все растения, которым там не место? Лозы для начала. Какого черта они там делают? Кусты ежевики слишком разрослись. Надо их приструнить. И, конечно, убрать сорняки. Ну, знаешь, немного навести порядок. Адриэль может помочь. Он не придет в восторг, но ему нужно чем-то заняться в мое отсутствие, кроме постыдных совокуплений. Потом он будет меня еще благодарить.

С наилучшими пожеланиями,

Финли».


Береза задрожала, когда я уходила, и всю дорогу домой на моем лице играла улыбка.

На следующий день я вернулась во второй половине дня и принесла еще несколько бидонов. Я понимала, что, вероятно, еще слишком рано надеяться на ответную записку, но решила, что хотя бы добавлю к поклаже запас эликсиров. Дракон мог унести гораздо больше, чем я. Кроме того, мне хотелось собрать еще немного листьев выращенного в тесноте растения, чтобы приступить к экспериментам. Также я написала Найфейну целую кучу вопросов об эверлассе.

У березы меня вновь окутал запах Найфейна, обострив все ощущения и послав огненную молнию по телу. Он был свежий и мощный, восхитительно будоражил чувства, и мои трусики увлажнились. Самка замурлыкала от восторга, и я задалась вопросом, что же придало запаху Найфейна дополнительную остроту.


«Дорогая Финли,

мне очень понравился сарказм в твоем первом предложении. Он весьма испортил поднял мне настроение. Дальше я читал с хмурым сияющим видом».


Я прыснула со смеху и села с письмом в руках, прислонившись спиной к трясущейся березе.


«Во-первых, и это самое главное, выздоровление твоего отца просто великолепная новость! Я так горжусь тобой. Жаль, что мы не можем вернуться в прошлое, потому что тогда тебя наградили бы титулом самого лучшего в королевстве специалиста по уходу за эверлассом. Я в этом даже не сомневаюсь. Вам с моей матерью было бы о чем поговорить.

Кстати, почему ты называешь его так официально – «отец», а свою мать гораздо мягче – «мама»? Я обратил на это внимание, пока гостил в твоем доме, но не успел тебя спросить, так как подсыпал вам всем снотворное и скрылся в ночи (…или на эту тему еще рано шутить?).

Я уверен, что у тебя получится вылечить соседа, но если ты все же его убьешь, то я слышал, что в таком случае можно свалить всю вину на кошку. Этим фактом поделился со мной Адриэль. Я не совсем уверен, как это поможет тебе выкрутиться, и, по правде говоря, в то время, когда Адриэль рассказывал мне это, он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, был подвешен вниз головой за лодыжку и облачен в костюм, который, без всякого сомнения, предназначался для того, чтобы поиздеваться надо мной. Тем не менее стоит отнестись к его слабостям с терпением и пониманием.

Поскольку мы затронули тему правильного составления фраз, замечу, что, когда ты выразила надежду, что я “в ответ обнажусь перед тобой”, это немного исказило смысл предложения. Вскоре после этого я прочитал твою любимую книгу из этого списка – проставленные тобой цифры ведь обозначают, сколько раз ты прочитала каждую из этих книг?»


Я захихикала и кивнула, пока читала. Найфейн правильно догадался.


«Восемнадцать раз – это довольно много. Однако, прочитав книгу, я, кажется, тебя понимаю. Хотел бы я своими глазами увидеть именно тот экземпляр, который ты читала и перечитывала. Подозреваю, что некоторые страницы в ней потрепаны больше остальных, особенно те, где описывается сцена, в которой пара вынуждена спасаться от (довольно покладистого) злодея верхом на лошади. Я задавался вопросом, почему автор позволил героям так легко убежать от злодея. А потом наткнулся взглядом на описание мужских рук, медленно скользящих вверх по ее (молочно-белым) бедрам и крепко сжимающих ее (сочные) груди, и я начал понимать.

Я никогда не занимался любовью с женщиной, при этом сидя на коне, но теперь отчаянно хочу попробовать. Мне никак не удается выбросить из головы мысль о том, как я во время легкого галопа (хотя, наверное, лучше ехать рысью, – автор этой книги, похоже, сам никогда не скакал на коне) все глубже и резче вгоняю член в ее тугую влажную киску. И здесь я… обнажаюсь перед тобой. Разве не было бы забавно испытать на себе эротические сцены, подробно описанные на страницах твоих любимых романов? Интересно, смог бы я подарить тебе (ой, ошибочка!) женщине столько оргазмов, сколько эти герои дарят своим дамам. Скорее всего, нет, но я всегда готов учиться. Учитывая нашу нынешнюю безнадежную ситуацию, мне придется вместо этого по-прежнему ограничиться самоудовлетворением. Однако, похоже, у меня это получается все хуже, потому что приходится делать это все чаще и чаще. Может, мне стоит на время отложить подальше эротические романы и вместо этого почитать книгу о водоемах. Точнее, о холодных ваннах.

Еще неизвестно, кто из нас двоих хуже излагает мысли на бумаге…»


Я скрестила ноги и помахала на себя ладонью. Даже описывая восхитительно непристойные эротические сцены, Найфейн прекрасно владел словом. Это было невероятно. Автор этих писем не походил на грубое, неотесанное, покрытое шрамами Чудовище, которое я знала и с которым постоянно сражалась. Казалось, это совсем другой человек.

Хотя я ведь помнила того парня, с которым разговаривала на поле эверласса. Парня, который рассказывал о своей маме и легко преодолел мою гневную защиту. С этим парнем, интересным и обаятельным, было весело общаться.

Однако даже тот парень не был таким красноречивым. Его голос не звучал так царственно. И хотя в другой ситуации это могло бы меня озадачить… прямо сейчас почему-то не беспокоило. Казалось, Найфейн слишком очарователен, чтобы существовать в нынешней искаженной реальности.


«Однако могу предположить, сцена верховой езды не твоя любимая. Женщины обычно получают удовольствие от сцен, где эмоционально незрелый герой признается в любви. Но, учитывая то, что мне известно о тебе, я бы, скорее, предположил, что тебе очень нравится сцена, в которой герой падает в яму (чудесным образом не сломав конечности и не разбив голову), а героиня обезвреживает ловушку и спасает его. Такое вполне в твоем духе».


Моя ухмылка стала шире. Найфейн видел меня насквозь. Это была довольно эпическая сцена. Все произошло, когда герой перестал относиться к героине так, словно она хрупкая вещица, и они начали действовать сообща. После этого сюжет стал более захватывающим, а эротические сцены – более страстными. Тем не менее сцену верховой езды я бы поставила на второе место. Не буду лукавить, мне тоже всегда хотелось попробовать такое.


«Прочитав “Путешествие в Вейстрел”, я понимаю, почему “Побег” потерял один восклицательный знак из-за отсутствия романтики. Спасибо тебе за то, что открыла мне глаза. Теперь я вижу, что в любой сюжет всегда можно втиснуть пару сцен секса. Мне лично в книге важно хотя бы какое-то подобие правдоподобности образа злодея и всего происходящего. Хочу сказать, что книга была действительно очень хороша!!!

Следует ли мне просто продолжить идти по списку книг, начиная с тех, которые ты чаще всего читала? Или ты хотела бы предложить мне что-то конкретное с учетом моих (вероятно, низкопробных) вкусов?

Со своей стороны я приложил к письму то, что рекомендую тебе для прочтения. Мне интересно знать, что ты думаешь о романтической линии в сюжете. Еще я принес тебе книгу о собаках. Я считаю их совершенно бесполезными, но недавно мне сказали (это был очень пьяный Адриэль), что я – бессердечный ублюдок. Однако большинство оборотней не любят собак, особенно оборотни-волки, если только те не обладают определенной силой. По-моему, в твоей деревне собак больше, чем в любых других деревнях, а именно… пять или около того, верно?

Что касается связи между нами/нашими внутренними зверями…

Тут трудно что-то сказать. Ты называешь свою самку угрюмой сукой? Мой внутренний зверь – бешеный мудак, и я мечтаю, чтобы он просто отвалил от меня. Если бы на кону не стояла судьба королевства, я бы отгородился от него настолько, что проклятие, вероятно, овладело бы им и подавило его, как случилось со всеми остальными оборотнями. Хочу лишь отметить, что это был не его выбор – разорвать связь, и он вынес мне весь мозг. Но я по-прежнему считаю, что поступил правильно. Тебе нужно освободиться от меня, Финли, для твоего же блага. Только тогда ты сможешь жить счастливо. Любой дурак это бы понял. Защищать тебя – значит держаться от тебя подальше. Со временем ты поймешь, что я был прав. А до тех пор мы можем обмениваться похотливыми письмами и заниматься быстрым и яростным самоудовлетворением, чтобы иметь силы жить дальше.

Спасибо тебе за эликсиры и целебные мази. Я раздам их нуждающимся, как только изучу состав. Ты называешь жителей своей деревни тупыми, но все равно помогаешь им. Ты даже не представляешь, с чем имеют дело другие деревни. И нет, никто не путешествует между деревнями. Поскольку демоны поначалу убили так много людей, теперь все держатся обособленно и тихо, как мыши. У нас нет возможности дать отпор. Лишь немногие регулярно, тайком выходят встретиться со мной, но всегда днем, чтобы не привлекать к себе внимание демонов. В последнее время им удавалось остаться незамеченными. Надеюсь, это не изменится».


– Сначала мы вылечимся, – пробормотала я себе под нос, – и тогда у нас будет больше людей, готовых сражаться.


«Спасибо тебе за то, что заботишься обо мне. Для меня много значит, что ты не испугалась моего вспыльчивого характера и попыталась исцелить меня после того, как я с тобой обошелся. Может, мази остановят появление шрамов на моей коже. Хотя я сомневаюсь, что в этом есть какой-то смысл. Внутри я такое же чудовище, как и снаружи. Мое тщеславие давно иссякло.

Я был бы нерадивым, если бы старательно не следовал твоим указаниям по благоустройству сада (ты правильно выбрала слово “нерадивый”). Мы с Адриэлем удалим те растения, которые ты посоветовала, а затем я обращусь к тебе для дальнейших указаний. Я составлю схему каждого этапа нашей работы, чтобы ты могла убедиться, что мы ничего не перепутали.

Кстати, не знаю, догадалась ли ты, но, когда мой отец был особенно зол на меня, он отправлял меня в ту спальню в башне. Иногда меня запирали там на несколько дней, и только слуги могли посещать меня (да и то им разрешалось только приносить мне еду или купать меня). В такие дни моя мать много работала в своем саду, чтобы я мог видеть ее из окна и не чувствовать себя таким одиноким. Прости, что я не оказал тебе такую же услугу. Мама приказала построить стену вокруг ее сада, чтобы отец, проходя мимо по лужайке, ничего не заметил. Мне была невыносима мысль, что я запер тебя в той башне. Но я не мог допустить, чтобы демоны проникли в твой разум и подчинили тебя своей воле. Я давно хотел извиниться, но наши беседы всегда заканчивались ссорой, а затем твоя грудь или киска оказывалась у меня во рту. Так что, как бы то ни было, я прошу прощения.

Пожалуйста, береги себя. Я думаю, мой дракон придумал бы способ убить меня, если бы я позволил кому-либо причинить тебе вред.

С нетерпением жду твоих рекомендаций по книге.

Искренне тебе,

Придурок

Н.».


Я посидела с письмом в руках некоторое время, не в силах унять боль в сердце или огонь в теле. Вряд ли я смогла бы написать ответное письмо прямо сейчас, после всего прочитанного. После извинений Найфейна и его признания по поводу башни…

После его восхитительных эротических откровений…

После выражения благодарности и признаний о драконе…

Мне требовалось хорошенько обдумать все это.

Однако я не собиралась оставлять его в подвешенном состоянии. Мне не хотелось, чтобы Найфейн решил, что перегнул палку. И я определенно не желала прекращать наше общение. К тому же быстро подкрадывалась ночь.


«Дорогой Отчаянно-жаждущий-заняться-сексом-на-лошади,

мне пора убираться отсюда. Я заглянула ненадолго, чтобы оставить еще кое-что и прихватить немного листьев выращенного в тесноте растения. Чуть позже ночью я отвечу более подробным письмом. Оставим сон собакам и прочим тварям, которых ты ненавидишь без всякой причины.

Искренне твояяяя (это я указываю на твою предыдущую ошибку, на случай, если ты не понял),

Финли.


P. S. Моя любимая сцена действительно та, где герой попал в яму. Не порти мне эту сцену пустыми придирками. Это фантазия. Иногда нужно слегка притвориться, что веришь, будто падение с большой высоты не убьет героя, чтобы потом случился секс с участием лошади.


P.P.S. Разрази меня Богиня, я имела в виду секс на лошади. И уж точно не секс с лошадьми.


P.P.P.S. Ненавижу эту гребаную березу.

…Ах да, я принесу тебе тот потрепанный экземпляр. Однако это библиотечная книга, так что в обмен тебе нужно принести свою копию. Наверное, так даже лучше, потому что у меня такое чувство, что во время прочтения эротических сцен ты будешь представлять меня женщину и заниматься самоудовлетворением. Не хочу, чтобы потом другим читателям нашей библиотеки пришлось разлеплять после тебя испачканные спермой страницы.

На этом письмо официально окочено».


Я поспешила прочь, унося в рюкзаке новые книги и письмо, а также дополнительную порцию листьев выращенного в тесноте эверласса. Мне нужно было достать обещанную книгу для Найфейна. А еще прочитать те, которые он мне передал. Будь проклята жизнь за то, что мешает мне читать новые книги!

Мне было интересно, как Найфейн отнесется к следующей книге в списке. Если он думал обо мне, читая предыдущую, то в этот раз точно будет представлять меня. Отношения главной пары складывались бурно, и все ссоры завершались пропитанным ненавистью сексом. Эта книга все еще хранилась у меня дома.

Наверное, пришло время ее перечитать.

## Глава 4

«Дорогая Финли,

ты бы предпочла, чтобы береза пела пронзительным голосом? Это были единственные варианты, доступные мне без необходимости покидать королевство.

Жду твоего более подробного письма. Я принесу чистый экземпляр, чтобы обменять его на грязный, поскольку твоя просьба, безусловно, продиктована нечистой совестью и привычкой читать, держа книгу одной рукой.

Кстати, спасибо за то, что указала на ошибку в моей лестной подписи в последнем письме. Это урок, который я приму близко к сердцу.

Тебе искренне,

Н.


P.S. Я забыл вернуть твой кинжал. Пожалуйста, получи его обратно, отполированный и заточенный. Тебе нужно еще какое-нибудь оружие? Как твой принц, я рад предоставить все необходимое на случай, если когда-нибудь окажусь в яме и буду нуждаться в спасении.

…На этом письмо окончено, но не так бурно, как я кончал в прошлый раз, думая о тебе женщине.

(Прости мою пошлость. Только скажи, и я немедленно прекращу.)».


Дочитав письмо Найфейна, я рассмеялась и оставила ему свое, а также приготовленные эликсиры и настойки. В письме я рассказала Найфейну о том, что отец воспитывал меня в строгости, а недавно открыл мне причины такого отношения. Еще я сообщила, что Хэннон приглашает Найфейна на ужин или полуночный перекус и что мой брат простил его еще до того, как я объяснила, почему нам подсыпали снотворное.

Я писала и писала и не могла остановиться – о том, как на рынке Фил подарил мне кинжал, а более изящный меч приберег для самогопринца. О том, что Фил сказал о моей матери и обо мне. О Джеймсе и о том, что мои чувства к нему полностью иссякли. О самонадеянности и угрозах Джедрека. Когда я закончила, письмо представляло собой почти три листа пергамента, исписанных с обеих сторон. Я не могла припомнить, чтобы когда-либо была с кем-то так откровенна. Я не смущалась и не боялась написать что-то, что могло показаться странным. Я выложила все как есть.

И все же внезапно этого показалось недостаточно.

Прочитав письмо Найфейна, я схватила оставленный им для меня чистый лист пергамента и быстро написала ответ.


«Дорогой Найфейн,

мне приятно знать, что ты кончил не только писать письмо… Или на этот раз у тебя не получилось? Если нет, то да, ты определенно должен стараться усерднее, чтобы не отставать от героев этих историй. Однако если ты обращаешься с членом так же умело, как действуешь ртом или пальцами, я бы сказала, что ты мог бы составить этим героям достойную конкуренцию.

Мне нравится твоя пошлость. После того, как ты прочтешь вторую книгу из этого списка, могу предположить, что ты неизбежно станешь пошлым. Я промокаю от одной мысли о том, как ты ее читаешь. Я определенно хотела бы попробовать кое-какие эротические сцены, особенно ту… Что ж, не буду забегать вперед. Я собиралась ее перечитать, но вместо этого принесла тебе библиотечный экземпляр книги. Обменяй его на свой, пожалуйста. В своей копии я оставила для тебя пометки о том, как можно было бы воссоздать эти сцены в современном замке (погрузившемся в Средневековье). Возможно, этот экземпляр тебе тоже не стоит относить в свою библиотеку. Мне бы не хотелось, чтобы ничего не подозревающая жертва нашла мои эротические послания. Пометки… предназначены только для тебя мужчины. Я не могу похвастаться невероятным опытом, но обладаю большим воображением. Тем не менее кто-то может счесть меня безнадежно наивной.

Вообще-то, Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО безнадежно наивна. Помимо наших любовных схваток, я разве что занималась сексом в миссионерской позе при полной темноте и время от времени засовывала палец парню в задницу, чтобы напугать/возбудить. (Никогда не угадаешь, к чему приведут эти непредсказуемые действия пальцем.) Поэтому, пожалуйста, не смейся надо мной. Я уже жалею, что об этом написала.

Целую тебя везде,

Финли.

Конец.

Конец.

Конец.

Конец!!!»


Я собрала листья обычного эверласса, за которыми пришла, убрала их в сумку и быстро пошла обратно. Я хотела успеть почитать перед сном. Книга о собаках, скорее всего, усыпила бы меня, и поэтому мне следовало взяться за нее, но другая обещала быть полной неожиданных сюжетных поворотов, веселья и волнения, и мне не терпелось добраться до нее.

– Финли. Пора вставать, – Сейбл хлопнула меня по лбу.

Я вздрогнула, открыла сонные глаза и обнаружила, что сестра стоит возле кровати и пристально на меня смотрит.

– Уходи! – Оттолкнула я ее.

– Нет. Хэннон попросил меня убедиться, что ты встаешь. Ты должна активно приносить пользу этому дому и деревне. Люди рассчитывают на тебя.Вставай! – Она снова шлепнула меня по лбу, а затем с визгливым хохотом умчалась, прежде чем я успела занести ногу, чтобы пнуть ее.

Я протерла глаза, а затем потянулась. Этой ночью я снова легла слишком поздно. Книга, которую Найфейн рекомендовал на этот раз, оказалась намного лучше предыдущей. Приключения не имели себе равных, а медленно зарождающиеся между героями чувства заставляли меня лихорадочно переворачивать страницы в ожидании продолжения. Я дочитала до середины книги, а герои едва ли поцеловались разок, но сексуальное напряжение между ними так и чувствовалось.

Застонав, я скатилась с кровати и отправилась умываться и пить свое подобие кофе.