На полке с коробкой воспоминаний
Хайди Нилис

Книга посвящается случайным незнакомцам, которые дают мне надежду на то, что в мире ещё не всё потеряно. И «другу»…

© Хайди Нилис, 2024

ISBN 978-5-0060-0036-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Карта сокровищ

Самая ужасная пытка. В такие моменты хочется уйти и наконец покончить со всем этим. Голова ужасно раскалывалась, а будильник продолжал назойливо играть ужасную песню. Какую бы Грета не пыталась подобрать мелодию, но как в фильмах, где все с улыбкой и торжеством встречают новый день, не получается. С третьей попытки будильнику всё же удалось поднять сову на ноги в семь утра. И только не говорите, что деления на сов и жаворонков не существует. В сов не верят только жаворонки. Грета не хотя посмотрела в зеркало: спутанные волосы, напоминающие дешёвый парик, глаза, до которых сигнал о пробуждении доходил явно слишком слабо.

Ещё один день. День, похожий на все предыдущие и последующие. Грета заглянула в свой рюкзак: одна тетрадь, хранящая в себе отрывки из всевозможных лекций, но не приносящая никакой пользы, пенал с давно высохшими маркерами и блокнот надежды. Все пожитки на месте, а значит можно отправляться.

Грета наконец оказалось на свежем воздухе. Свежий, конечно относительно. Город не способен предоставить такую опцию, сколько бы парков в нём не строили. На улице светило солнце. Девушка не очень-то обрадовалась такой погоде. Она уже с нетерпением ожидала холодов и заморозков, чтобы этот учебный год поскорее подошёл к концу. А это тёплое солнце словно бы напоминало ей о лете. Грета хотела было отправиться к остановке, но её окликнули.

– А ты уверена, что закрыла дверь? – прозвучал позади неё голос.

– Да… – неуверенно отозвалась Грета, пытаясь припомнить, как она трижды провернула ключ в замочной скважине. Но воспоминание явно не спешило приходить.

– Точно? – продолжал настаивать её знакомый.

«Друг». Очень хороший. По крайней мере лучше, чем большинство, с которым ей приходилось встречаться из дня в день. Ей никогда не приходилось называть его по имени, потому что не нуждалась в этом. Она всегда знала, что когда «друг» понадобится ей, то он будет рядом, иногда правда с опозданием. Он был близок ей по духу, но на удивление часто оспаривал её решения. Одним лишь его минусом было то, что «друга» слишком часто (точнее постоянно) приходилось скрывать. Потому что никто бы не понял, люди чаще отрицают, чем пытаются понять. А кто же захочет разбираться с воображаемым другом?

– Ну вот зачем? Ты ведь знаешь, что я не могу туда вернуться. Это плохая примета.

– Что ж, полагаю, что если какой-нибудь маньяк обворует квартиру, это никак не повредит. Ничего страшного, главное, что священные законы примет соблюдены.

– Ладно! К чёрту эти приметы! – воскликнула девушка, заходя обратно в дом.

– Вот этот настрой мне уже больше нравиться!

Грета вновь забежала в подъезд и обнаружила, что лифт занят. Тогда она ринулась по лестнице. Дернув за ручку двери и убедившись, что та закрыта она ринулась вниз, на улицу.

– Всё! Теперь доволен? – спросила она у друга, который еле удерживался, чтобы не засмеяться.

– Вполне.

Грета направилась к своей остановке. Она остановилась у светофора. Зелёный цвет как раз погас и сменился алым человечком. Но некоторые экстремалы, у которых свой режим жизни, ринулись, пытаясь нагнать последние секунды. Девушка спокойно стояла в ожидании, но как мы знаем ничто не длится вечно. Вдалеке показался маленький автобус с немного стёртой семёркой. Это был автобус Греты. В этом городе это крайне редкая особь, я бы даже сказала вымирающий вид. И это железное чудо мирно пронеслось мимо девушки. Всё, что могла сделать Грета – это лишь стоять и ждать приказа светофора. В окнах промелькнули знакомые лица. Этого можно было ожидать. Экстремалы, перебегавшие улицу теперь спокойно сидели в автобусе.

– Беру свои слова назад, – подметил «друг», в голосе которого теперь прозвучала меленькая нотка сочувствия, – похоже приметы работают.

Когда автобус уехал достаточно далеко, чтобы до него невозможно было добежать, загорелся зелёный. Грете ничего не оставалось, как не спеша брести до своей остановки. Через 20 минут произошло чудо, и из-за угла возник знакомый номер. Толпа, которая уже успела взяться буквально ниоткуда, толпилась у тротуара, чтобы успеть пролезть. Каждый раз Грета удивлялась с какой живостью люди подбегают к подъезжавшему автобусу. Тут даже старые бабки словно обретали второе дыхание и могли дать фору кому угодно. (А если в их арсенале есть пара пакетов, то у вас не будет никаких шансов их обогнать).

Дверь раскрылась. Человек пять быстро просеменило наружу. Передняя площадка всё ещё была плотно забита людьми, словно автобус был китайской посылкой. Грета с усилием протиснулась в толпу. Попав внутрь, она тут же начала искать код, чтобы рассчитаться за проезд приложением.

– Молодёжь… – проскрипел из глубины старушечий голос, – только зашла в автобус и сразу в свой телефон. Не может с ним даже на минуту расстаться.

Грета развернулась и устремила свой недовольный взгляд на источник возмущения. Перед ней сидела бабушка, на вид около 70 лет, слегка полноватая. На старухе была зимняя шапка со смешным розовым помпоном и легкая куртка.

– Вообще-то я оплачиваю проезд, – отвела Грета.

– Будто это что-то меняет, – тихо пробубнила она.

– Готовим оплату заранее! Передняя площадка пройдите чуть вперёд! Карты сегодня не принимаем! – прокричал писклявый голос кондуктора, который, словно пиранья, юрко проплывал мимо пассажиров. – Девушка, вы оплатили проезд?!

– Да, минуту назад, – сонно ответила Грета и показала свой электронный билет.

Автобус резко затормозил, и она еле как устояла на ногах. Её руки инстинктивно ухватили жёлтый и уже довольно пыльный поручень. Несколько человек тут же принялись раскидывать недовольства, как рекламные листовки.

Девушка попыталась отвлечься, повернувшись в сторону окна, но это не улучшило её положение. Полностью серые от городской пыли прямоугольники совершенно не позволяли взглянуть на этот мир. Хотя что она рассчитывала там увидеть? Грета отвела взгляд от окна и в поле её зрения тут же попал один необычный пассажир. Вероятно, он зашёл совсем недавно, так как раньше она его не видела. Это был мужчина, среднего роста, на вид около 40 лет. На нём была лёгкая куртка и походный рюкзак. Шею прикрывала бандана красного цвета. Одной свободной рукой он удерживал раскрытой потрёпанную и уже довольно старую книгу, из которой виднелась закладка. Вот у кого точно есть крылья! Этот человек был настолько не вписывающийся, словно атлантический тупик среди городских голубей.

– Остановка! – прогремел роботизированный голос.

Пассажир оторвал взгляд от книги. Грета тут же заприметила его глаза: яркие, искрящиеся, полные воодушевления и воли к жизни. От таких людей ждёшь простого мимолётного взгляда, чтобы убедиться, что ты тоже играешь свою роль, а не стоишь декорацией.

Наконец и Грета вышла из автобуса. Теперь ей предстоял последний этап этого ежедневного квеста: добраться до вуза. Пройти среди гаражей и постараться, чтобы тебя не сбили машины. Но сегодня её ожидало нечто новенькое, так сказать бонусный уровень. Крыса, скончавшаяся по неизвестным обстоятельствам, преграждала ей путь. Хотя Грета больше удивилась бы, если бы крысы у гаражей не было.

При входе в вуз своим пронизывающим взглядом Грету встретила гардеробщица. Она упорно ждала, когда та сдаст ей свою куртку. Но Грета уже не раз попадалась на эту ловушку. Сейчас она сдаст куртку, дабы облегчить себе жизнь. А когда настанет время вернуть её обратно окажется, что у гардероба начался обед. Причём обед этот не подлежит расписанию, а лишь свободе воли гардеробщицы. И потому Грета подхватила свою куртку свободной правой рукой и под пронзительным взглядом направилась к кабинету.

Преподаватель немного запаздывала, впрочем, как и всегда. Вероятно, это особый жест вежливости: дать студентом возможность добраться до кабинета. Вскоре в дверном проёме возникла фигура преподавательницы.

– На чём мы остановились? – поинтересовалась она внимательно изучая свою папку. Грета постоянно видела, как преподы делали нечто подобное на семинарах, и всегда по итогу папка одиноко покоилась на углу стола.

– Вы нам сказали охарактеризовать детский рисунок по плану.

Грета не любила психологию, но сегодня она была готова как никогда. Ей нравилось размышлять, воображать, особенно если это касается человеческих жизней. Наверное, именно поэтому она вот уже несколько лет пытается написать свою книгу и стать писателем.

Перед ней лежал детский рисунок девочки Кати семи лет. На нём была выведена цветными карандашами большая дружная семья. Здесь были и мама с папой, и дедушка с бабушкой, и даже кошка Марфа с котятами. Особенно выделялась мама, одетая в яркое красное платье с большим сердцем. Платье бабушки тоже было украшено зигзагообразными узорами. Грета хорошо помнила свои детские рисунки и решила, что ещё вполне способна расшифровать и этот.

– Кто следующий?

Грета подскочила к доске, чуть не запнувшись о рюкзак. Она приковала рисунок магнитами и назвав фамилию ринулась в бой.

– А вы уверены? – прервала её рассказ преподавательница. Вопрос с явным подвохом, ибо как можно теперь быть хоть в чём-то уверенным? Но Грета была настроена решительно и не собиралась отступать.

– Ну да.

– А красный цвет вас не смущает?

– Красный цвет – это агрессия! – выкрикнула одна из заучек. Грета еле удержалась, чтобы не сказать ей что-нибудь в ответ.

– Да, верно. Вот, посмотрите. Мама одета в красное. Вероятно, у неё не очень хорошие отношения с ребёнком. Бабушка тут самая большая, а значит она главная, а также вполне может быть, оказывает давление на всех членов семьи. И вы упустили кошку.

– Питомцы – это признак одиночества!

Вот почему Грета не любила психологию. И всё же у неё ещё был последний шанс.

– На счёт красного цвета. Я не думаю, что это может быть именно агрессия. К примеру, в детстве я часто использовала его в своих рисунках, потому что он у меня ассоциировался с сердцем и любовью.

– Так какой же вы можете сделать вывод? – поинтересовалась преподавательница, продолжая мило улыбаться. Грета чувствовала, что попала в западню и теперь у неё был только один выход.

– Исходя из того, как вы переформулировали моё описание, я могу сделать вывод… Семья не благополучная, а сам ребёнок довольно замкнут и испытывает давление со стороны мамы и бабушки, – с каждым словом Грета чувствовала, как позади неё всё выше и выше поднимается белый флаг, чем преподавательница была явно очень довольна.

– Хорошо, большое спасибо. Кто следующий?

Вот и всё. Возвращаясь к своему месту Грета заглянула в журнал, где увидела пятёрку, красовавшуюся напротив своей фамилии. Но она чувствовала, что эту битву можно считать проигранной.

Следующей в расписании стояла лекция. Одна из тех, на которых никто ничего не записывает, а преподаватель делает вид, что этого не замечает и весь этот круговорот бессмыслицы вращается бесконечно, словно закон природы. Но у Греты были свои планы на эту лекцию. Она достала свой блокнот и принялась писать. Одна сточка, вторая, третья. Что-то понемногу вырисовывается, кажется даже оживает, а потом вмиг чувствуется, как вся это хлипкая конструкция начинает расшатываться. Грета не теряет надежды и пытается удержать все детали, осторожно и не спеша накладывая всё новые и новые. Но в один миг этот карточный домик напрочь сдувает ветер, а слова безжалостно перечёркиваются кривой линией. Минута тишины. Вторая попытка. Но и она заканчивается провалом. Третья, четвёртая, пятая! У Греты понемногу подступает настоящая паника. В конце концов она просто закрывает блокнот и убирает его как можно глубже в рюкзак, чтобы не видеть до конца дня. Она находит свои наушники и включает музыку. Только так она могла отогнать от себя весь этот ураган мыслей и навязчивого «друга» в том числе.

И так каждый день. Грета вновь и вновь пытается написать историю, но все её попытки заканчиваются плачевно. Это разрывало её на куски, потому что писательство для неё – это всё и одновременно ничего. Грета дожидалась свой автобус на остановке. Плюс не сдавать куртку в гардероб состоит ещё и в том, что можно побыстрее сбежать и не с кем не пересекаться. Грета могла наконец свободно выдохнуть. Только голуби, громкий шум машин и… знакомые голоса? Грета тут же обернулась и заметила, как в её сторону и довольно быстро направляется небольшая толпа.

– Активисты, – проскрипела Грета, – ну почему сегодня? Они же всегда задерживались.

– Уже предчувствую их расспросы, – подтвердил «друг». Хоть он часто и толкал её на противоречивые действия здесь они с ним были абсолютно солидарны.

– Готов поспорить они будут узнавать, почему ты вчера не пришла на открытую лекцию в главном корпусе.

Активисты. Особый тип людей. Грету они раздражали и даже немного пугали. Потому что она не понимала, как они могут постоянно бегать по нескольким корпусам, участвовать во всех олимпиадах и вести активный образ жизни. Грета была абсолютно уверена, что такими людьми могут быть только жаворонки. Но это всё пустяки, по сравнению с их главным качеством – дружелюбие и общительность. Они постоянно лезут с расспросами, а иногда даже пытаются помочь тебе своими советами, о которых ты даже не просил. Грета чувствовала себя ужасно и даже не хотела представлять, как будет с кем-то разговаривать. Но неподалёку показался автобус. Она быстро заскочила внутрь. Теперь она была в безопасности. Осталось доехать до дома и закончить этот день.

***

Овраг. Говорит ли вам что-нибудь это слово? Для кого-нибудь это точно найдёт отклик. У каждого ведь в детстве было своё любимое место. Чаще всего оно не особенно-то пользовалось одобрением родителей и потому оно ещё могло быть тайным. Это может быть пустошь, заброшка или даже лес.

– Грета, это похоже пианино! – воскликнул мальчик, указывая на инструмент, который больше напоминал афинские развалины.

Мальчика этого звали Максим. Он был лучшим другом Греты (настоящим и существующим в реальном мире). Но подобно случаю с воображаемым другом Грета не могла припомнить, когда именно они познакомились. Казалось, они знали друг друга всю свою восьмилетнюю жизнь. И так как они были соседями то их дружба была практически неизбежна.

– Думаешь, его можно починить? – задумалась Грета, принимаясь нажимать на клавиши.

– Можно попробовать. А значит нам нужно его поднять и куда-нибудь поставить.

Задались ли вы вопросом, какого черта в овраге делает пианино? А я отвечу, что в овраге, расположенном на окраине небольшого посёлка вы и не такое отыщите. Здесь были и старые игрушки, и разный металлолом. И потому это было одним из самых излюбленных мест для поиска приключений. Лучшего пространства для воображения и не найти.

– Не, не получится. Оно уже окончательно сломано, – деловито заключил мальчик.

– А мне кажется, что ещё можно его исправить.

– Я же сказал, что нельзя.

Они часто спорили. Но позже всегда приходили к компромиссу (или просто забывали о том, что поссорились). Как и теперь они могли бы ругаться до самого вечера, но здесь вмешались обстоятельства. Длинношейные, пернатые и злые обстоятельства под названием гуси. Настоящие демоны, которые лишь прикидываются милыми и пушистыми.

– Что ты делаешь? – спросила Грета, заметив, как Максим поднял с земли небольшой камень.

– Хочу бросить рядом, чтобы отвлечь.

– А ты уверен?

– Конечно. Вчера в фильме видел.

Мальчик размахнулся и швырнул камень. Но он не рассчитал свои силы и камень угодил прямо в птицу. Та тут же сбросила свою лживую оболочку и позвала своих пернатых союзников. Всей оравой они бросились на двух безоружных детей, гогоча что есть мочи, словно сирена.

Всего два вопроса. Бежали ли вы когда-нибудь от гусей? Что ж, такая погоня ничем не уступит спасению от бешеной псины. К тому же родители часто напоминали им, что эти дьяволы способны с лёгкостью откусить кусок кожи вместе с мясом. Второй вопрос: приходилось ли вам бежать по оврагу? Это то ещё минное поле. Повсюду то и дело торчат всякие железные раскоряги и чтобы преодолеть эту полосу препятствий нужно обладать большой ловкостью.

– Нужно бежать в разные стороны! Беги направо! – выкрикнул Максим, когда они оказались в нескольких метрах от развилки.

Грете эта идея совсем не понравилась, но выбора не было. Она свернула на другую тропу и продолжила бежать что есть мочи. В один момент она обнаружила небольшие заросли, за которыми она, не раздумывая, спряталась. Теперь оставалось только ждать, что будет дальше. Она на автомате подняла с земли первый попавшийся камень, решив, что если её всё таки найдут, то она использует его в качестве самозащиты. Она ждала и ждала, а эти бешеные птицы так и не собирались появляться. Она ещё немного помедлила, но вскоре, как и любому в её возрасте, ей стало скучно. Грета решила отправиться на поиски Максима, как вдруг поняла, что всё ещё держит в руках камень. Она изучила свою находку подробнее. Это был довольно крупный камень, плоский, овальной формы. Но намного интересней был рисунок на одной из его сторон. Грете даже не нужно было что-то придумывать, это было ясно как день. На камне был нарисована карта. Вот небольшие треугольники – ели, пятно в верхнем углу – определённо птица. А к чему может вести карта? Разумеется, к сокровищу!

– Грета! – позвал её голос издалека. Это был Максим. Грета уже и позабыла, что собиралась его спасать, но похоже ему это и не нужно. – Ели убежал. Один почти смог меня догнать.

– Смотри, что я нашла, – Грета протянула ему камень и тот принял серьёзный вид, но всё же детское любопытство ему скрыть не удалось, – это…

– Карта! – догадался мальчик, – смотри, этот пейзаж очень похож на тот, что находится за оврагом. Как думаешь, там что-нибудь есть?

– Должно быть! Это точно знак. Нам нужно отправиться туда.

– Найдём клад?

– Найдём клад!

***

– Девушка… Девушка! – прокричал неприятный женский голос. Грета открыла глаза и с непониманием уставилась на незнакомку, которой явно что-то было надо. – Это конечная. Вы будете выходить?

Грета сонно огляделась. Вокруг неё был тихо и пусто. До неё вдруг дошло, что произошло. Она тут же повернулась в сторону окна. Разумеется, там была не её остановка. За окном была крайне странная местность, которая очень походила на посёлок.

– Нет, я возьму ещё билет. Мне нужно попасть на остановку «Космос».

– Девушка, этот автобус не идёт до этой остановки, он заворачивает совершенно в другую сторону. Вы выходите или как?

– Не идёт? Подождите, но 56 всегда шёл до «Космоса».

– Да, но только это 53.

– 53? – Грета попыталась припомнить, как села на автобус, но после сна память наотрез отказывалась нормально работать. – А вы не подскажите, какой идёт?

– Откуда же мне знать?! – огрызнулась кондукторша и Грета поняла, что единственная надежда теперь на навигатор.

Девушка вышла, и перед ней предстала деревянная скамейка, которая совсем не располагала к себе. Грета достала телефон и, открыв карту, окончательно убедилась, что её прокляли. Интернета не было, а её знания о движении автобусов приравнивались к нулю. В окружавшей её сельской местности вечерело. На этой, побитой жизнью дороге, даже машин не предвиделось, не то чтобы автобуса. Но это были не все сюрпризы. Неподалёку стояла старушка с пакетами и цветочным горшком. Грете она показалась знакомой, но она не могла припомнить, где могла её видеть. Бабушка никак не могла приноровиться, чтобы ухватить все вещи сразу. Грета не могла даже представить, как та умудрилась дотащить все эти пожитки до автобуса. Попытка одна за другой никак не могли увенчаться успехом.

– Помоги ей, – тихо шепнул «друг», словно его мог кто-то услышать.

– Ну… я ей только помешаю. У неё и так всё получиться, – тихо ответила ему Грета и как бы в подтверждение её слов горшок чуть не выпал из рук. – Нужно немного времени и всё.

– Да ладно, ты ведь хочешь помочь.

Он был прав. Ей хотелось помочь, но она боялась, как бы глупо это ни звучало. Ей не хотелось заговаривать с людьми, а уж тем более с пожилыми. Они как раз самые разговорчивые.

– Не оправдывайся и просто сделай это, – вновь подтолкнул «друг». Сегодня он особенно настойчив, обычно Грете удаётся заткнуть этот голос после пары попыток.

– Нет, я не смогу этого сделать.

– Давай же! – он вдруг стал повторять это снова и снова, и снова. Шум никак не прекращался, лишь с каждой секундой становился всё сильнее. Впервые Грете захотелось избавиться от друга, но его голос, словно доносился сразу со всех сторон.

– Вам помочь? – наконец сорвался вопрос и наступила тишина.

– Нет, я сама справлюсь, – отозвалась пожилая женщина.

Этот голос тут же всплыл в памяти. Легкая куртка, яркая шапка с помпоном. Это оказалась та самая бабка, которая раскритиковала её в автобусе. Да, так влипнуть могла только Грета. Но к своему удивлению, она не собиралась отступать. Вы думаете ей было так просто предложить эту помощь?

– У вас ведь вещей куча. Вы не сможете всё унести.

Старушка обернулась с явным намерением вновь огрызнуться. Но её положение вынудило её согласиться.

– Ладно. Возьми вот этот пакет.

– У меня ещё одна рука свободна. Могу понесу цветок.

– Зачем? Чтобы уронить? Ты мне хочешь помочь или как?

– Вот именно, помочь, – тихо пробурчала Грета.

– Долго ты будешь возиться?

Грета лишь молча направилась следом, потому что знала, что может сорваться. И всё же она с ненавистью оглянулась на «друга», который всё время был рядом (на всякий случай).

Они направились по одной из небольших просёлочных дорог. Здесь были сплошные старые дома. Большинство из них были вовсе заброшены. От этого Грете становилось только ещё больше не по себе. Она не была уверена, сможет ли теперь вообще выбраться из этого места. Впереди вдруг показался рыжий огонёк. На мгновение Грете действительно почудилось, что что-то горит. Но это искорка начала приближаться к ним, причём очень стремительно. Теперь это нечто стало смахивать на комету. Скорость неизвестного объекта увеличивалась. Грета поняла что это, когда его челюсти сомкнулись на её ноге.

– Сократ, оставь её, – произнесла старуха, и большой рыжий кот не охотно отпустил девушку, обнюхав её, словно пёс, и пристроился рядом со старухой. – Всё в порядке?

– Вроде да, но вообще ему почти удалось прокусить до крови.

– А я вообще тебя не спрашивала, – огрызнулась старуха, продолжая осматривать своего монстра.

Грета не стала ничего говорить. Это идея ей уже совершенно не нравилась. Она хотела, как можно быстрее покончить с ним и отправиться домой. Возможно, она бы бросила всё на пол пути, но «друг» упорно настаивал на том, чтобы она дошла до конца.

«С какой стати я вообще его слушаю, если он всего лишь один из дефектов моего воображения»? – нервно думала Грета.

В конце тропинки показался старый, полуразвалившийся домик, затянутый пожелтевший плющом. Что-то мистическое есть в заброшенных домах. Грета вдруг поняла, что они направляются прямо к нему. Она была до последнего уверена, что это одна из заброшек, пока старуха не зашла за калитку, откинув намотанную в несколько слоёв проволоку с деревянной балки.

– Кажется ты не собиралась выходить на этой остановке. Куда тебе нужно доехать? – поинтересовалась вдруг старуха, принимая у девушки пакет.

– Лучше бы до остановки «Космос» или же «Почта», – быстро ответила девушка, с появившейся надеждой.

– Ясно, – коротко ответила старуха.

– А Вы не знаете, как туда уехать на автобусе?

– Нет, – отрезала бабка и вместе с котом они ногу в ногу перешли порог и захлопнули за собой дверь.

«Вот и помогай после этого людям» – выругалась про себя грета и принялась искать глазами друга. Но его почему-то как на зло не было. «Он ведь воображаемый. Но какого чёрта он порой запаздывает?».

Автобус вскоре был найден. Грета надеялась, что ей удастся немного посидеть, но проклятие на то и проклятие, чтобы притягивать неудачи одну за другой. За сегодня ей удалось собрать настоящую магнитную коллекцию, которой она могла бы украсить холодильник. Она встала неподалёку от выхода и, устало облокотившись на поручень, закрыла глаза. Вдруг, её коснулось странное ощущение. Словно бы она что-то забыла там, у этого обветшалого домика. Она мысленно пробежалась по списку своих вещей и в конечном счёте убедилась, что все вещи были при ней. Но это чувство всё равно не собиралось её отпускать. Дженна оглянулась в сторону окна и увидела, что ей осталось проехать всего одну остановку.

Она вдруг поняла, что все её мысли заняты этим небольшим домиком, овитым плющом. Он казался ей волшебным. Таким уединённым, вдали ото всех. Грета уже принялась придумывать, каких сказочных персонажей можно было бы туда заселить. Сколько идей! Она давно уже не чувствовала ничего подобного.

– Ты ведь ещё не забыла, что это такое? – осторожно спросил «друг» и Грета вдруг поняла, что она уже стоит в своей квартире. Она даже и не помнит, как добралась до неё. Мысли были заняты совсем другим.

– Ещё бы, – тихо ответила Грета, затаив дыхание, словно боясь спугнуть момент.

– Так чего же ты ждёшь? Вспомни, когда у тебя последний раз было такое вдохновение.

– А может ничего не выйдет, – испуганно отпрянула Грета от блокнота. Ей нравилось это чувство, но она боялась заглушить его.

– Просто попробуй. Что ты теряешь?

– Несколько часов спокойного сна, – как бы Грета не пыталась придумать оправдание, она прекрасно понимала, что если не запишет сейчас хотя бы несколько строк, то никогда себе этого не простит. – Ну что ж. Попробуем.

Грета открыла блокнот. Чистый лист. Как ни странно, он всегда вызывал в ней бурю эмоций: злобу, страх, грусть, радость, сомнения, разочарование, надежду.

– Нужно всего лишь начать, – произнёс «друг» и осторожно направил её руку в сторону листа.

Кончик ручки коснулся шершавой поверхности страницы. Стоило провести линию, написать слово, составить одно предложение, второе, третье… Вся комната вмиг испарилась. Вокруг неё вырос лес. Высокие деревья шелестели своей листвой под дуновением ветра. Издалека слышалось эхо маленького ручейка.

Среди высоких стволов деревьев Грета разглядела небольшую тропинку, чем-то напоминающую ту, что вела к домику старухи. Грета осторожно сделала один шаг, затем второй, третий. Она и не заметила, как уже вышагивала вперёд с непоколебимой уверенностью. Вдруг, впереди послышались голоса. Грета даже не думала сбавлять темп. Напротив, она начала идти всё быстрее и быстрее и почти что перешла на бег. Впереди показался силуэт. Лишь призрачное подобие человека, которое тут же рассеялось, словно туман. Всё вокруг начало постепенно блекнуть и исчезать. Грета отдёрнула от листа ручку. Она вновь оказалась в своей маленькой квартирке в центре города.

– Поняла, наконец, отчего ты хотела отказаться?! – торжествующе объявил он. – Позволь спросить? Что предпримешь дальше?

Глава 2. Звонок

Вновь вспыхнувшая надежда – вероятно самое опасное, что может произойти. Как бы ты не пытался не поддаваться её соблазну, это неизбежно. Грета писала целую ночь напролёт. Она не чувствовала ни капли усталости, лишь духовное насыщение после долгой голодовки. Целый следующий день она пыталась не думать о том, к чему это может её привести. Но, как уже говорилось ранее, надежде поддаются все. Сказать, что Грету слегка занесло, это ничего не сказать. Когда она позволила себе на мгновение заглянуть в омут, её тут же затянуло туда с головой. Она уже начала представлять, какой была бы её жизнь, если бы она стала писателем, как бы она общалась со своими читателями.

– Грета! – голос преподавателя вернул её в реальность.

Девушка подняла глаза от своего пенала. Практически каждый из находящихся в аудитории обернулся на неё или хотя бы окинул взглядом. Несмотря на давление подобного рода, Грета попыталась сообразить, что именно от неё ждали. Уже был конец пары, значит ни на какой вопрос она не должна была отвечать. Она заметила сидевшую на первой парте заучку. Та была чем-то явно обеспокоена. Зато теперь Грета знала, что происходит.

– Здесь. Извините, задумалась.

Перекличка, ну конечно же. Заучка была после Греты по списку. Она настороженно ждала, когда произнесут её фамилию, чтобы удостовериться, набрала ли она достаточно плюсов за всяческие дополнения.

Как только с этим было покончено, Грета тут же ринулась к выходу. В голове теперь была только одна цель: добраться до дома и продолжить писать. Она хотела было начать писать ещё на семинаре, но это был лекционный кабинет, где парты лесенкой поднимались ввысь, и сидящие позади прекрасно видели всё, что происходило на парте пониже. А такую тайну раскрывать не стоит. По крайней мере было ещё рано.

Всё казалось таким медленным. Люди ползли, как улитки, автобус еле ехал, а светофор и вовсе, казалось, впал в кому. Но Грета ждала уже слишком долго. И хоть она почти достигла финишной прямой, последнему светофору удалось довести её до нервного срыва. Нужно отвлечься. Грета осмотрелась вокруг. Ничего не поменялось, всё та же улица, всё те же магазины и автобусные остановки. И всё тот же дедушка, сидевший изо дня в день на углу перекрёстка и торговавший поделками из дерева. У Греты промелькнула мысль: «А может стоит подойти?». Но она тут же отбросила её. Она ещё не отошла от прошлого предложения помощи. И потому, как только загорелся зелёный, она стремительно пронеслась мимо, стараясь не смотреть старику в глаза.

Грета влетела в квартиру. На бегу она скинула рюкзак, поставила кипятиться чайник и уселась на диван. Она отыскала свою ручку, блокнот и, включив на фоне спокойную музыку, была готова к работе. Но чего-то не хватало. Девушка была уверена, что чего-то в этой квартире не достаёт. И тут со стороны потолка раздался стук.

– Вот теперь всё в порядке, – выдохнула Грета, которая рано обрадовалась тишине.

Знаете, люди исследуют чёрные дыры, надеясь найти ответ. Но, по-моему, самая главная загадка человечества заключается в вопросе: «Что можно ремонтировать каждый день?! Утром, днём и вечером!». Но ко всему можно привыкнуть, даже к шумным соседям.

Время понемногу шло. Стрелки часов совершенно никуда не торопились. Грета сидела неподвижно уже целый час, ни записав ни единой строчки. И чем дальше тянули её за собой стрелки, тем росло её отчаяние и паршивое настроение. У неё бывало подобное и раньше. Тупик. Это участь каждого из писателей. Напоминает подвесной мост, который вдруг начинает ломаться. Позади находится твоя начальная точка. Но с каждым шагом от неё мост начинает скрипеть. И здесь у тебя остаётся лишь два варианта. Либо продолжать стоять на месте и надеяться, что мост перестанет трескаться и позволит тебе пройти на другую сторону. Или же ты можешь вернуться обратно и признать, что потратил кучу времени впустую. Грета прекрасно знала об этом и возможно приняла бы отступление со спокойной совестью, но ей было страшно. Она слишком долго стояла в тупике и боялась, что в следующий раз мост может вообще не появиться.

– Да всё в порядке, – пытался успокоить её «друг». – У некоторых бывали ситуации и похуже.

– Но ведь всё было хорошо! У меня были идеи, зарисовки. Что я опять сделала не так?

– Может быть проблема как раз в том, что ты много об этом думаешь?

– А что ты мне предлагаешь? Снова всё бросить и ждать, когда подвернётся удачный случай?

– Ну хорошо. Не хочешь ждать, так не жди. Действуй.

– Ты о чём это?

– Когда именно к тебе пришло вдохновение? – друг выждал паузу, с любопытством наблюдая за реакцией Греты.

– Нет. Нет, нет и ещё раз НЕТ! Я этого не сделаю даже под дулом пистолета.

– А почему бы нет? Есть же у некоторых писателей такая особенность – место для вдохновения.

– Если мне помогло это один раз, то это не значит, что, когда я снова вернусь к этому дому, всё в точности повторится.

– Ты не сможешь этого узнать, если не попробуешь.

– Может быть завтра будет по-другому?

– А может и не будет, – «друг» принялся расхаживать по комнате от одной стене к другой, формулируя свою мысль на ходу. – У тебя появился новый шанс. Пробежать по мосту и достигнуть противоположной стороны. Понимаешь?

– Ладно. Если у меня ничего не получится написать этим вечером, то после занятий я съезжу до этого дома. Обещаю. Но ведь у меня ещё может получиться, верно?

Стоит ли говорить, что у неё так ничего и не получилось. Всё же из тупика нельзя выйти, не проломив стены.

***

Совсем новый. Упавшие лучи солнца так и сверкают на его корпусе. Удобное кожаное сидение. А завершал всю эту композицию небольшой звонок.

– Фигня. Мой велик, на котором я уже долго катаюсь, и то будет получше твоего, – мальчик ещё раз обошёл транспорта по кругу, словно хотел наложить порчу. А почему бы и нет? Кто знает этих завистников.

Этот мальчик не был ей другом. Она даже не была с ним знакома. В детстве всё обстоит куда проще.

– Да с чего это?

– У него ведь даже тормоза устаревшие, – он указал на ручку, возле руля своего велосипеда, – видишь? У тебя такого нет.

– А мне он вообще-то и не нужен. Я отлично умею тормозить педалями. А эту фигню походу придумали для тех, кто боится не успеть затормозить ногой и упасть.

– А твой только и предназначен для того, чтобы тормозить.

– Ну конечно! Ты посмотри на мою цепь и на свою.

– И что? Я тебя всё равно в лёгкую на нём обгоню. Спорим?

– Спорим, – Грета вскочила на велосипед и принялась высматривать маршрут. – Едем до оврага.

– До оврага? – уточнил мальчик.

Впереди раскрылась не самая оптимистичная перспектива. К концу пути предстояло скатиться по довольно обрывистой дороге. А на такой скорости возникала вероятность и вовсе не доехать до финиша.

– Испугался?

– Ага, конечно. На счёт три. Раз… два… Три!

Колёса со скрипом тронулись с места. Оба быстро набрали скорость и понеслись. Скорость. Ветер, свистящий в ушах и пыль от дороги. Уверяю вас, никогда не стоит недооценивать велосипед. Будучи мелкими это один из реально доступных способов получить адреналин. Грета была абсолютно уверена в своей победе. Впереди показался тот самый спуск, приближаясь к которому она лишь с большим усердием принялась крутить педали. Но Грета не была бы Гретой, если бы ей вдруг что-нибудь не помешало.

– Грета, – послышался издалека мамин голос. – Грета, остановись сейчас же!

Так как Грете всегда везёт по жизни, то её дом находился прямо у спуска в овраг. А это означает, что если она съедет по такому склону прямо на глазах у родителей, то это закончится крайне плачевно.

– Грета, тебе сказали остановиться! – на этот раз прозвучал голос папы.

Это определённо повысило градус напряжённости. И всё же она не стала сбавлять скорость. Она прикидывала, какой из двух вариантов для неё будет более подходящим. Она почти уже склонилась в сторону победы, но взгляд родителей, с которым ей пришлось пересечься тут же расставил все приоритеты. И у самого спуска Грета резко повернула педали в противоположную сторону и затормозила. Мальчик же продолжил следовать маршруту.

– Ты что делаешь? Хочешь разбиться?!

– Да почему я должна была разбиться? Всё же нормально было. Вон тот мальчик ведь поехал.

– И что?

– То, что ничего бы со мной не случилось, и я бы выиграла.

Грета не понимала, почему родители постоянно так боятся. Чего тут можно боятся? Это ведь так круто! Да, рискованно, но куда без этого. Иногда риск единственный способ прочувствовать жизнь во всей её красе.

***

– Я ошиблась. Это плохая идея! – Грета стояла у деревянного ограждения. Она неуверенно перебирала пальцами уголок своей куртки.

– Ну давай же, – произнёс друг, указывая ей на калитку.

– Да это ведь бред какой-то. Что я ей скажу? Здрасте, я студентка, которая витает в облаках и пишет фэнтези-книгу. А ваш чудесный домик меня вдохновил. Не позволите ли приходить сюда.

– Что-то вроде того.

– Боже! Такой глупости я ещё никогда не делала.

– Ты слишком всё гиперболизируешь. Всё-таки она просто обычная старушка, что может пойти не так?

– Эй! Ты кто ещё такая?! – донёсся со стороны дома голос.

Грета только хотела было объясниться, как услышала щелчок. В подобных случаях мозг начинает перебирать все варианты, пытаясь отыскать подходящую ассоциацию, но потом виснет.

– Поворачивайся лицом ко мне, только медленно и без резких движений! – снова произнёс голос, и до Греты наконец дошло значение звука. Эта мысль пронзила её и окатила холодом до самых кончиков пальцев, отчего те онемели. – Ну же, я жду.

Грета хотела закричать, позвать на помощь, но горло моментально пересохло. Никогда она ещё не двигалась с такой осторожностью. Медленно оборачиваясь вокруг своей оси, она постепенно приближалась к тому, чтобы встретиться взглядом с источником голоса. Наконец, она достигла 180 градусов.

– Кто такая? – спросила старушка, твёрдым и сухим тоном, продолжая целиться в Грету из винтовки.

– Я… Мы встречались в автобусе… номер семь. Совсем недавно, я помогла Вам донести вещи до дома. Я несла пакет, а Вы горшки с цветами. Это всё, – прохрипела, запинаясь Грета.

Старуха ещё некоторое время внимательно осматривала девушку, а потом вдруг на её лице промелькнуло подобие улыбки. Она прекратила прицеливаться и отставила ружьё в сторону.

– Правда? Что ж. Ну тогда… здравствуй.

– Здравствуй? – Грета наконец обрела голос. Как только в неё больше не было направлено смертельное оружие, в ней постепенно начало оживать негодование и злость, которые она так яростно пыталась в себе подавлять последние две минуты. – Здравствуй? Вы ведь могли меня убить!

– По-твоему я бы в тебя выстрелила? А ещё меня обвиняют в странностях. Во-первых, оно не заряжен, а во-вторых, это пневматика.

– Пневматикой тоже можно ранить.

– Это уж точно. Совершенно бесполезное оружие я бы не хранила. Так чего тебе надо?

– Я… Я хотела с Вами поговорить. Но знаете, думаю мне уже пора идти – Грета успела сделать пару шагов назад, но не больше.

– Ну уж нет. Для начала объясни, что ты хотела со мной обсудить? А то я ведь не знаю, может ты мне врешь. А может и вовсе хотела проникнуть в мой дом, кто его знает. Тогда мне придётся вызвать полицию.

– Господи, да я совершенно не желаю Вам зла! И от Вас мне совсем ничего не нужно.

– Ну значит ты сможешь объяснить мне причину?

– Ладно, ладно. Я всё расскажу, – поспешно согласилась Грета.

– Тогда пошли, – ответила бабка и направилась в сторону входа.

– В дом? – от этой мысли у Греты сердце заколотилось в разы чаще.

– Ну не на таком же холоде разговаривать. Я своим здоровьем рисковать не собираюсь, – пробурчала она и направилась внутрь.

Вот он шанс. Сейчас можно сбежать. Как можно дальше и никогда больше не видеть это богом забытое место, где если с тобой что-то случится, то тебя и не найдут. Грета сделала несколько шагов от калитки, продолжая стоять лицом к дому. Кто знает, что может случится, если она отвернётся. Ещё один шаг и вдруг она остановилась. Что-то удерживало её и не давало двинуться.

«А может это и вправду мой последний шанс, хоть что-нибудь написать. Может больше такой возможности никогда не представится. Что если эта бесконечная череда бессмысленных дней будет длится до конца жизни?» – эта мысль пронзила её насквозь. Но хуже всего было то, что её теория действительно подтвердилась. Как только Грета вновь оказалась здесь ей пришло множество разных идей, которые вполне могли бы вырасти в целую книгу. Ей стало настолько страшно, что всё вокруг потеряло значение. Она ждала, что «друг» что-нибудь вот-вот скажет, посоветует, или хотя бы просто поддержит, но он лишь молча ждал, что она предпримет дальше. Как говорят, из двух зол выбирают меньшую. Жизнь, полная бессмыслицы (не обессудьте, но Грета считала её именно таковой) или сумасшедшая старуха? Как только этот вопрос возник у неё в мыслях, всё решилось само собой. Ноги вновь стали идти и даже намного увереннее, чем раньше. Вот только они изменили направление. Теперь она шла к дому. Грета старалась заглушить поток мыслей, которые наотрез отказывались смириться с этим нелогичным действием.

– Ну и чего ты там так долго возишься?

Ещё пара шагов и Грета оказалась внутри. В незнакомом доме. С незнакомым человеком, не внушающим доверия.

Это было крайне необычное место. Хотя, если подумать, как раз подстать его обитателю. В доме оказалось очень светло. Пол застилали разнообразные ковры. Все подоконники (по крайней мере те, которые видела Грета) были заставлены цветами. Грета, продвигаясь всё дальше внутрь, заметила, что в одной из комнат стояло два больших стеллажа, целиком уставленных книгами. Хороший знак. Вряд ли человек, выживший из ума, стал бы читать. Наверное… У стен стояли потрёпанные кресла, на которых подобно панцирю, лежали круглые вязаные салфетки. Разумеется, и стены не были исключением из правил. В основном на них висело множество картин разного сорта. Где-то это были вышивки крестиком, где-то даже алмазная мозаика, а в более отдалённых уголках можно было заметить несколько детских рисунков.

– Можешь присесть, только вон на то кресло, – распорядилась бабка и Грета подчинилась.

Из-за угла показался огонёк. Рыжий зверь с недоумением переводил взгляд то на Грету, то на бабку, явно не понимая, к чему всё это собрание, и почему это никто не соблаговолил о нём сообщить. Он грациозно прошагал мимо Греты и уселся рядом со своей хозяйкой. Теперь на неё смотрело уже целых четыре глаза.

– Ну так и почему же ты оказалась рядом с моим домом?

– Я… как бы Вам объяснить, чтобы это прозвучало адекватно.

– Я бы не пригласила войти в свой дом сумасшедшую, так что выкладывай.

Грета слегка оглянулась в сторону. Как она и предполагала, рядом с картинами стоял «друг». Он слегка кивнул в направлении бабки и беззвучно произнёс: «Действуй. Обратной дороги нет». И в самом деле. Она уже зашла слишком далеко. Хватит уже вечность стоять посреди моста. Если нельзя пройти последний отрывок, остаётся только прыгать.

– В общем, я пытаюсь писать. И… стать писателем – это вроде как моя мечта. И да, я прекрасно понимаю, это звучит ужасно глупо, – наконец решилась Грета, ожидая смеха или хотя бы осуждающего взгляда. Но взгляд старухи оставался спокойным и, даже рискну предположить, заинтересованным.

– Продолжай, чего остановилась? – обратилась к ней было бабка и в Грете вдруг что-то оборвалось.

– Короче, когда я была здесь, у меня впервые за долгое время наконец-то появилось вдохновение. Я прекрасно знаю, что писать можно где угодно, но этот город словно задымляет мне разум. Автобусы, лифты, люди. И может это мой последний шанс написать книгу. Мне нравиться писать, даже слишком, и меня сводит с ума мысль, что я не могу этого делать, – слова так и не переставали литься. – И… в общем, как-то так.

– Ты учишься, работаешь? – спросила старуха, как только девушка остановилась.

– Сейчас только учусь. А зачем вам это?

– Полагаю, все творческие люди со странностями. Если тебе так необходимо быть здесь, чтобы сочинять, то я не против, – объяснила старуха, отчего Грета опешила окончательно. – Но у меня есть одно условие.

– Какое же? – уточнила Грета, боясь, что ещё может взбрести в голову этой полоумной бабке.

– Ты должна будешь помогать мне ремонтировать этот дом.

– Что? Но я ведь совершенно не знаю…

– Я не собираюсь заставлять тебя строить второй этаж или сносить стены. Просто что-то покрасить, слегка подремонтировать. Я лишь хочу доделать то, что уже начала.

– Зачем Вам это? – Грета пыталась разгадать, действительно ли бабка говорит ей правду или просто издевается.

– Имей хоть каплю уважения к моему личному пространству! Я ведь не спрашиваю тебя, что ты пишешь.

– Ну хорошо, больше не буду спрашивать. Можете об этом не беспокоиться. Я ведь вообще-то не люблю болтать.

– Я уже заметила, – нервно заметила старушка.

– Тогда просто скажите, что мне нужно сделать?

– Для начала неплохо было бы покрасить забор. Краски у меня есть.

– А почему это нельзя сделать весной? Кто красит забор на зиму?

– Завтра, – коротко, словно приказ, добавила она.

– Завтра?!

– У тебя какие-то срочные дела?

– Просто я не привыкла делать всё сразу. Мне удобнее планировать, – попыталась оправдаться Грета, но по недовольному лицу старухи поняла, что это не особо помогает. – Хорошо. Я постараюсь завтра прийти.

– Подожди, – остановила её старуха, когда девушка собралась уже было уходить. Грета пыталась предугадать, что та выдаст на сей раз. Может объявит, что всё это был розыгрыш? А может и вовсе побежит за своим пневматическим ружьём?

– Как тебя зовут?

– Грета, – с облегчением ответила девушка.

– Ясно, – кивнула в ответ старушка и направилась в сторону кухни.

– А Вас как зовут?

– Марта.

– Приятно познакомится.

– Ты разве не говорила, что не любишь болтать? – уточнила Марта, после чего Грета молча отправилась домой.

Глава 3. Шепчущий кубик

«Множество произведений, таких как „Старуха Изергиль“ Максима Горького, „Робинзон Крузо“ Даниэля Дэфо, нам прямо говорят о том, что человек не может жить без общества. Возможно. Но чёрт возьми, общество иногда так сводит тебя с ума, что одиночество уже не кажется дикостью. Особенно если ты интроверт, за которым гоняется группа экстравертов» – Грета не стала бы задумываться о подобном, если бы снова не угодила в капкан.

– Грета, ты переехала? – раздался поблизости знакомый голос.

Худшие подозрения подтвердились, это были её одногрупницы. Теперь они добрались до неё в автобусе. Они периодически меняли маршруты, потому что путешествовали практически по всему городу. И то, что активистки однажды настигли бы здесь Грету, было необратимо.

– Да нет… – промямлила в ответ Грета и слишком поздно поняла причину вопроса.

– Ты едешь на другом автобусе уже не первый день, – заметила первая.

Хотя имеет ли смысл их различать? Не сочтите за грубость, но казалось, будто они подчиняются единому разуму, поскольку, как возможно одновременно, не сговариваясь, идти в одном направлении и принимать решение? Даже теперь, стоя перед группой активисток, Грета не знала, кому из них нужно отвечать, потому что все смотрели с одинаковым любопытством.

– Нет, я просто… У меня на окраине города живёт бабушка и я езжу её навестить.

– У тебя здесь живёт бабушка? – удивилась одна из активисток, словно Грета обязана была ей всё рассказывать.

– Троюродная, – добавила Грета первое что пришло ей в голову.

– А почему ты к ней раньше не ездила?

На этот вопрос Грета уже не знала, что ответить. Она слишком устала и у неё не было заранее заготовленной легенды, так что помочь ей теперь могло лишь чудо. И вдруг раздался телефонный звонок.

– Извините, мне нужно ответить.

– Да, конечно, – согласились они. Всегда такие вежливые. Господи, да кому нужна вежливость, когда в ней нет правды? Грета подняла трубку.

– Да, слушаю.

– Здравствуйте, это оператор сотовой связи, – прозвучал женский голос из телефона. – Вам сейчас удобно разговаривать?

– Да! Да! Боже мой, да! – радостно выкрикнула Грета в трубку, отчего на неё вновь обратили внимание, но на этот раз не только студенты, но и весь оставшийся автобус.

– Вы уверены? Может мне позвонить Вам позже?

– Нет, нет, – Грете пришлось понизить голос и отойти вглубь передней площадки. – Я вас очень внимательно слушаю.

– Ваш тариф уже устарел и у нас есть для Вас выгодное предложение. Вы всё ещё слушаете? – похоже эта сотрудница явно не была уверенна, что Грета говорит серьёзно.

– Разумеется! – воодушевлённо продолжила Грета. – Расскажите про ваш этот новый тариф. И, если можно, поподробней.

Сотрудница переспросила ещё раз, не перезвонить ли ей позже. Но после того, как Грета настояла более убедительно, дело наконец сдвинулось с мёртвой точки. У Греты особо не было выбора и ей пришлось выслушать всю лекцию оператора целиком. И всё же это было намного лучше, поскольку здесь не пытались бесцеремонно проникнуть в твою жизнь и при этом продолжать строить из себя ангелов.

– Вы согласны подключить новый тариф? – завершила наконец женщина. Грете даже показалось, что та начала задыхаться.

– Подождите минутку, – тихо произнесла Грета, оглядывая автобус. Она уже было обрадовалась, как вдруг в толпе промелькнули знакомые лица, и они чуть было не встретились взглядом. – Да почему вы ещё здесь? Вы следите за мной?

– Простите?

– Это я не Вам.

– Так Вы согласны подключить тариф? – как робот вновь повторил голос, но нервная интонация всё же выдавала в ней человека.

– Знаете, я кажется прослушала про пакет минут. Можете, пожалуйста повторить.

Женщина продолжала вещать, а одногрупницы вдруг быстро развернулись и вышли на остановке, даже не взглянув в сторону Греты. «То они помнят сколько раз я ездила на одном и том же автобусе, а то и вовсе про меня забывают. И после этого ещё интровертов винят в странностях» – подумала Грета.

– Ало. Вы меня слушаете?

– А, точно. Вы ведь ещё здесь. В общем, извините, но ваш новый тариф мне не подходит.

– Что? Почему же Вы так решили. Вы ведь так внимательно слушали. (ну внимательно, это она явно преувеличила).

– Хорошо. Я задам вам последний вопрос. В чем именно новый тариф выгоднее старого? – поинтересовалась Грета и на другом конце провода повисла гробовая тишина.

Она победоносно завершила звонок и наконец осталась наедине с самой собой. Словно бы в награду народу в автобусе заметно поубавилось и ей удалось присесть.

– Что? – спросила Грета заметив, с каким удивлением на неё смотрит друг.

– Ты хоть понимаешь, что только что сделала?

– Избавилась от нескольких очень «добрых и заботливых» людей.

– Ты взяла незнакомый номер! И ты говорила по телефону, причём так свободно, словно каждый день это делаешь.

«Друг» был прав. Она терпеть не могла телефонные звонки и старалась избегать их всевозможными способами. Благо в мире можно отправлять сообщения и это намного упрощало её жизнь. Но когда судьба сталкивала её с необходимостью общения по телефону, она начинала ужасно нервничать.

– И ведь это было здорово! Разве нет? Надо что-нибудь ещё придумать. Слушай, когда они позвонят в следующий раз можно будет ответить, что…

– Я больше никогда не возьму ни одного незнакомого номера и закрой уже эту тему. – резко ответила Грета и заметила, как пара человек обратили на неё внимание. Тогда девушка завела волосы за ухо, в котором находился наушник. Она всегда носила его на всякий случай и это был один из них.

– Я просто хотел тебя поддержать.

– Мне нужно побыть одной. Совсем, – с этими словами Грета включила на телефоне музыку, как можно громче, и «друг», стоявший рядом с ней, исчез.

Всё как-то слишком меняется и Грете это не нравилось. Она не любила, когда в её жизни происходили множества разных событий, даже если они и были счастливыми. Но она старалась не думать об этом, а просто принять как временные обстоятельства.

Нажав на кнопку выхода, Грета стала ждать, когда наконец выберется на свободу. Чем ближе она вновь приближалась к дому, тем больше тревожных мыслей впивалось в неё как клещи, истощая всё спокойствие. В медитации, чтобы отвлечься от мыслей, люди сосредотачиваются на настоящем моменте. И потому Грета принялась наблюдать за дорогой впереди. Не потому что она увлекалась медитацией, а потому что однажды реклама предложила ей бесплатную пробную неделю обучения. Поначалу ничего не происходило, но вдруг, впереди она разглядела нечто странное. Сначала Грета решила, что впереди стоит дорожный конус, а потом, поразмыслила над вопросом, с какой стати бы здесь в посёлке стоял один конус? К тому же, когда водитель только въезжает в эту местность, у него на автомате включается чутьё на опасность. Но, проехав чуть дальше, Грета разглядела очертания.

– Стойте! Вы его собьёте! – выкрикнула она и водитель надавил на тормоза. Весь автобус сильно тряхнуло, но Грета смогла устоять на ногах. Всё же, когда вы ездите на автобусе, то учитесь быть и сёрфером, и гимнастом и кем угодно, только не пассажиром автобуса.

– Это ваш кот? – спросил водитель, глядя на рыжего зверя непоколебимо сидящего посреди полосы.

– К счастью, нет. Одной знакомой.

– Так вот передайте своей знакомой, чтобы она держала его дома, если хочет, чтобы он остался в живых.

– Передам, – без особой охоты пообещала Грета.

Она вышла из автобуса на остановку, в то время как кот, совершенно спокойно и никуда не торопясь, приблизился к ней.

– Я, конечно уже успела заметить, что ты не совсем обычный кот, но что-то мне подсказывает, что автобусы ты всё-таки останавливать не умеешь. Зачем вообще сюда пришёл?

Сократ ничего не ответил и продолжил молча изучать Грету своим немигающим зеленоглазым взглядом. Грета сделала несколько шагов, и тот двинулся за ней.

«Ну с охраной мне ещё ходить не приходилось» – подумала Грета, вот только эта охрана на самом деле пугала её намного больше, чем любая другая опасность, которая могла здесь приключиться. Кот шёл за Гретой по пятам, подстраиваясь под её ритм.

Выйдя на остановку, Грета вновь ощутила этот прилив. Она словно ощущала, как её творческая составляющая начинала постепенно оживать. Грета не спеша направилась к дому старухи, продолжая слушать музыку. С другом у неё не было никакого желания разговаривать. Только не сейчас. Ей не хотелось, чтобы он напоминал ей о произошедшем или, чего хуже, толкал на более радикальные поступки.

Грета никогда до конца не знала кто он. Она отлично понимала, что это всего лишь её воображение, но иногда он мыслил и даже рассуждал сам по себе, как отдельная личность, со своими взглядами на жизнь. В последнее время это стало происходить всё чаще. А ведь раньше он почти всегда соглашался с ней и помогал принимать правильные решения.

Наконец Грета достигла дома и вдруг в ней возросло естественное чувство самозащиты и большое желание вернуться обратно. Но обратный путь уже загородил рыжий зверь. Она подошла к двери и хотела было постучаться, но дверь открылась раньше.

– А ещё позже не могла приехать? Почему так долго? – осыпала вопросами старушка.

– И Вам здравствуйте. Я передам Вашу претензию водителю маршрутки, – ответила Грета. Похоже разговоры сразу с двумя незнакомцами за день придали ей уверенности, но здесь такое повышение явно не шло в плюс. Грета тут же постаралась сменить тему. – Вы в курсе, что ваш кот бросается под машины?

– О да, я в курсе, – проворчала Марта и с осуждением взглянула на кота. В одном их пересечении глаз читалось, что это поле непонимания уже давно гнетёт их мирное сосуществование.

– Он всегда так далеко уходит гулять?

– А ты что, из центра по защите животных? Я ведь просто отправила его проводить тебя от остановки.

– Это зачем?

– Да бегают тут всякие бешеные собаки. Да и люди не лучше.

– Ну с такой охраной я могу не беспокоиться.

– Зря смеешься, Сократ гроза дворняг. А ты почему думаешь у нас тут так тихо?

– Может потому, что тут больше никто не живёт? – усмехнулась Грета и догадавшись, что снова перешла допустимую черту тут же спросила, – а Вы уверены, что хотите просто покрасить этот забор? Можно было бы поставить новый.

– Я тебя разве сюда архитектором устраивала?

– Нет, но… Ладно, просто покрашу, – Грета старалась удерживать внутреннее равновесие, подобно канатоходцу. Но с каждой минутой она всё чаще ощущала, как под ней расшатывают канат. – В какой цвет?

– Вот в эти, – Марта указала на настоящее столпотворение.

– Красный, зелёный, синий, жёлтый… Так тут ведь вся радуга.

– Отлично, с этим ты уже справилась. Надеюсь, последовательность ты тоже знаешь, – съязвила бабка. Вот чего стоили ей пара шуток.

– Знаю. А могу я узнать, почему радуга?

– А что?

– Да просто я уже давно не видела таких ярких цветов.

– Тебе в городе цветов не хватает?

– Не важно, – отмахнулась Грета.

– Нет уж, раз начала, то заканчивай. Чем тебе не понравились эти цвета?

– Да, господи, наоборот, мне всё понравилось! Понравилось, потому что во всём городе как бы ты не пытался найти, всё равно тебя будет преследовать сплошное серое пятно. Будто тебе при въезде фильтр в глаза вставили. И постоянно придумывают разные навороченные стили и формы, чтобы всё было «эстетично». А иногда не хватает простой, нормальной радуги! – вырвалось у Греты.

Если вы не знали, то примерно подобное может произойти с человеком, если он не спал всю ночь, отсидел пары, сбежал от активистов и вынужден выслушивать нотации от незнакомца.

– Ааа. Ясно, – кивнула старушка. Грета некоторое время просто ждала, когда же Марта вновь что-нибудь ей скажет, но та молчала.

– Теперь я могу пойти работать?

– А тебя разве кто-то держит?

Грета взяла банки с красками и направилась к забору. Она уже постепенно осваивала эту науку общения, которая преимущественно состояла в том, что спорить всё равно бесполезно. Марта выдала ей старые перчатки. Они оказались слегка дырявыми. Да что уж там, они больше походили на перчатки мотоциклистов. Но выбора не было и потому пришлось довольствоваться тем, что есть. Грета надела свои наушники и принялась за работу. Мелодия задавала ритм и всё шло слажено. Грета вновь дошла до красного цвета, когда вдруг почувствовала нечто странное. Вы наверняка хоть раз ощущали подобное. Этот взгляд, который так и сверлит вам спину. Грета обернулась и увидела, что всего в метре от неё сидит эта пушистая рыжая бестия, внимательно наблюдая за каждым её действием. Грета пыталась некоторое время просто игнорировать этот факт, но смогла продержаться всего пару минут. Поверьте, этот кот умеет сводить с ума.

– Что тебе нужно? Я ведь просто делаю свою работу, – кот ничего не ответил. Это было вполне ожидаемо. – Ладно, мы можем сделать и по-другому. Мне всё равно нужно было красить другую сторону.

Грета обошла забор и присела с другой стороны. Теперь они смотрели друг другу прямо в глаза, отчего Грета уже начала сомневаться, что улучшила своё положение. Но в какой-то момент кот вдруг посмотрел в другую сторону и рысью направился в сторону дома.

– Это значит, что ты сдаёшься? – усмехнулась Грета и хотела было выкрикнуть что-то ещё, но вспомнила кому она адресует это послание.

Она собралась было продолжить свою работу, как вдруг опять почувствовала нечто странное. А мгновение спустя что-то коснулось её спины. В тот момент ей было уже совсем не до шуток, и она всерьёз боялась вновь застать этот ярко-зелёный взгляд. Она резко повернулась и вздрогнула от неожиданности, потому что прямо перед ней был небольшой козлёнок. Эти животные всегда её немного пугали. А что? Вот вы разве понимаете куда они смотрят? Вот и Грета тоже, отчего совсем не знаешь, что они могут вытворить.

– Вы не бойтесь. Он Вам ничего плохого не сделает, – послышался мужской голос.

Только теперь Грета заметила, что неподалёку стоял мужчина. На вид ему было около 45, хотя с определением возраста у Греты были проблемы. На нём была обычная потрёпанная куртка, которую люди только и хранят, чтобы в ней выходить в огород. Штаны и ботинки не отличались «молодостью» и потому органично дополняли весь комплект. И доброжелательный взгляд (не путать с активистами).

– Да я и не боюсь. Просто совсем не ожидала увидеть… чего-то подобного.

– Я Вас здесь раньше никогда не видел. А у этого дома так тем более.

– Я приехала к Марте.

– Действительно, это я уже успел заметить. Ну и кем же приходитесь Марте? Неужто внучка?

– Да, внучка, – послышался вдруг позади неё четкий ответ старухи. – Она не очень-то любит выезжать из своего родного города, но теперь учится здесь и будет сюда заезжать чаще. И вообще, лучше бы следил за своими баранами, чем подглядывал в чужие окна.

– Вообще-то это козы.

– Да какая разница?!

– Значит мы можем считаться соседями? – вновь обратился мужчина к Грете. – Если что понадобится, обращайтесь. А зовут меня Аркадий.

– Грета. То есть, меня зовут Грета.

– Приятно познакомится, Грета. Верный, веди их сюда! – выкрикнул вдруг мужчина куда-то вдаль поросшей сорняками тропинки. – Хорошего вам дня!

Незнакомец направился дальше по тропе, а за ним чередой засеменили козы. Некоторые из них что-то выкрикивали, а другие подходили ближе к старой ограде. Позади этой, казалось бы, нескончаемой цепи выглянул пес. Темно-серая шерсть, хвост и вытянутая морда делали его очень похожим на волка, отчего Грета уже второй раз за этот день вздрогнула. Как только пес выглянул из гущи сорняков, к самому краю забора двинулся Сократ. Он с грацией ласки и скоростью стрелы (уверяю вас, он на такое способен) прыгнул на ограду. Спина его изогнулась, а шерсть вздыбилась, словно бы разгорелся костёр от подброшенных в него дров. Он зашипел, приподняв правую лапу, на случай, если противник вдруг осмелится противостоять. Пёс в свою очередь прижал хвост и тихо заскулив побрёл дальше.

Но когда мужчина скрылся из виду, а бабка зашла внутрь Верный вдруг встрепенулся, хвост его стал вилять, как пропеллер и сам он с энергичностью щенка подбежал к Сократу. Тот какое-то время сидел спокойно, но по истечению пары минут раздалось тихое урчание. И так старые друзья они вместе побрели по краю забора. Когда же ограда всё же достигла своего конца, кот остановился, сел, деловито выпрямившись и, как бы невзначай, принялся наблюдать за тем, как пёс уходит дальше по тропе.

Грета старалась не издать никакого звука, боясь их спугнуть и у неё получилось остаться незамеченной, потому как по возвращении домой Сократ с удивлением уставился на Грету. Он словно бы никак не мог понять, как он мог забыть про ещё одного свидетелям. Грета же в свою очередь взяла себе этот факт на заметку.

***

– Он улыбается.

– Да нет же, грустит! Все сто процентов, что там грусть.

Ребята как зачарованные наблюдали за каждым её строго отрепетированным движением. В ответ на предложения одноклассников Грета лишь улыбнулась. Но давайте по порядку.

Праздники – это круто! Именно так считала Грета. По крайней мере раньше. В начальных классах устраивались чаепития. Обычно на них отмечали прошедшие дни рождения. Это было одно из самых интересных событий месяца. Но угадаете ли вы, кто был ведущим на этих мероприятиях? Да, в свои девять Грета была неплохой тамадой. Грете нравилось участвовать во всём подряд, даже если это и отнимало все силы. Можно ли её назвать активисткой? Вполне, она совсем не была против. Как и у любого хорошего ведущего, у неё была своя фишка. Фокусы. Самое настоящее представление. Правда пополам там никого не пилили, но интересно было, это я вам гарантирую.

Грета любила свои выступления. Она с головой вживалась в свою роль, а когда класс начинал её поддерживать, то она и вовсе чувствовала себя на высоте, а что более важно – по-настоящему счастливой.

Там были и кольцо невидимка, и чудо-шкатулка, и магические карты, и даже сама фабрика денег. Но больше всего Грете нравился один из самых простых, но в тоже время поразительных фокусов. Это шепчущий кубик. Его клали в небольшую круглую шкатулку, и он нашептывал фокуснику, какая там будет грань с рожицей, если открыть крышку.

– Что-что говоришь? – повторила Грета, обращаясь к кубику и внимательно прислушиваясь. – Они все были неправы и там сейчас злость?

– Может всё-таки грусть?

Грета поставила шкатулку на стол, прямо перед одноклассниками и открыла крышку. На них глядела злющая гримаса, которая вызвала у ребят неподдельное удивление.

– Как ты это делаешь?

– Фокусник не раскрывает своих секретов.

А на самом деле всё очень просто. Кубик был… А знаете, не буду и вам говорить. Пусть уж чудо останется чудом. А разрушить его вы всегда успеете.

***

– Что ж, могло быть и лучше, но сойдёт, – заключила Марта, осматривая проделанную работу.

– Да я смотрю Вы сегодня щедры на комплименты.

– Вода в чайнике уже закипела, так что минут через пять будем пить чай, – сказала старушка и направилась обратно в дом, словно этот факт не требовался в каком-либо дополнительном разъяснении.

– Подождите. Большое спасибо, конечно. Но я собиралась домой и…

– А к чему такая спешка?

– Ну а Вам это зачем?

– Акт вежливости, слышала о чём-то подобном? Ты целый день пробыла на улице и полагаю, если ты живой человек, то определённо замёрзла. А какое КПД от больного работника?

– Ладно, ладно, – остановила её Грета, когда бабка принялась перечислять множество аргументов. – Попью я этот Ваш чай.

На этот раз Грету усадили не в зале, а за совсем небольшим кухонным столиком (правда на сомнительную табуретку, но это уже мелочи). Бабка поставила пару чашек, небольшую пиалу с сахаром, чему Грета крайне обрадовалась. Она пила чай исключительно с сахаром и молоком. И, когда люди не добавляют двух этих поистине важных ингредиентов, она всегда искренне удивлялась. Молоко она ещё готова была простить, но сахар! Но особенно ей запоминались люди, которые брали чай без сахара, утверждая, что это слишком сладко, а затем покупали два батончика, состоящих из чистого шоколада. Мир слишком нелогичен.

– С чем будешь чай? – любезно спросила старушка.

– А что у Вас есть? – Грета не стала отказываться, поскольку это ни к чему не приведёт.

– Немного кексов, печенье, конфеты.

– А печенье какое?

– А это имеет значение? – съязвила бабка, полагая, что Грета задала риторический вопрос, но девушка продолжала ждать ответа. – Да, обычное, квадратное. Не знаю.

– Тогда кексы.

– Чего? Нет, я просто хочу понять, что такого сделали тебе эти печенья. Они недостаточно хороши?

– Можно и так сказать. – согласилась Грате, отпив немного чаю.

– Ясно. Уж извините, какое могу себе позволить, такое и взяла.

– Печенье, о котором я Вам говорю стоит дешевле, чем то, которое вы мне предложили.

– Ты так шутишь? – Марта окончательно запуталась.

– Почему же? Есть такое прямоугольной формы с узором по краям и розами. Если Вы его попробуете, то больше не захотите есть все остальные. Если хотите, могу отыскать и принести.

– Зачем это? Я и сама могу найти эту «чудо-печенюшку», только мне кажется оно совсем не соответствует твоему описанию.

– Как хотите, – просто ответила Грета, продолжая наслаждаться согревающим чаем с кексами.

– С чего вдруг этот дом? – решила поинтересоваться Марта.

– А я думала, Вы не любите болтать, – припомнила ей Грета, но отпив ещё пару глотков всё же сделала попытку ответить. – Не знаю. Моя фантазия всегда работала сбоями. Но здесь определённо хорошо.

– Почему же?

– Здесь тихо, – с облегчение выдохнула Грета, которая и сама только недавно поняла это, потому как этот городской шум надолго засел у неё в голове. – Медленней. Спокойней. А город… сплошной муравейник. Каждый, как заведённый, выполняет свою функцию и больше ничего.

– Ты всегда жила в городе?

– Нет, – коротко ответила Грета.

– Это заметно, – эту фразу Марта произнесла намного тише, чем все предыдущие и оно и понятно. Можно сказать, что это был практически первый комплимент.

Наверняка вы хоть раз слышали, а то и сталкивались с тем, что людей объединяет общая ненависть. Тогда представьте, как может сплотить общая ненависть двух людей к «новому» миру.

Глава 4. Кошка под одеяльцем

– И даже по мнению норвежских учёных, жертвы булинга постепенно начинают верить, что с ними что-то действительно не так. Им просто на просто становится сложно доверять людям и…

– У меня вопрос! – прервала её заучка, тянув руку так, словно она вот-вот утонет и её нужно спасать. – А как можно справиться с явлением булинга?

Грета не имела ничего против того, что люди хотят заработать себе автомат, но некоторые из преподавателей вводили систему баллов за дополнительные вопрос, ну и понеслось. Вместо ответа Грета лишь переключила презентацию на следующий слайд, где в полном объёме был описан этот аспект. Заучка, поняв свой промах, лишь посмотрела в сторону преподавательницы, надеясь, что та засчитает ей эту попытку.

– Ну и на этом всё, – завершила Грета своё выступление.

– Хорошо. Скажите, а Вы сталкивались с буллингом? – поинтересовалась преподавательница. «Мы что, на сеансе?» – подумала про себя Грета.

– Можно сказать, что да.

– И что можете об этом сказать?

– Что я могу сказать?

– Ну да, как Вы с этим справлялись?

– Никак, – резко ответила Грета, рассчитывая на то, что на этом психологиня закроет тему.

– Ну хорошо, можете садиться, – подтвердила преподавательница её догадки. – Кто следующий?

К трибуне направилась девушка, которая была одна из самых стеснительных, которых Грете только доводилось встретить. Да к ней даже активистки не приставали, потому что она им ничего не отвечала. Девушка подошла к компьютеру и системный блок поставил её в тупик. Неудивительно, он и работал похоже только с божьей помощью. Она продолжила нерешительно осматривать эту машину для пыток, пытаясь сообразить, куда здесь можно присоединить флэшку.

– Может тебе помочь? – тихо предложила ей Грета, и та кивнула.

После того, как им удалось включить презентацию (компьютер отказывался признавать, что он на это способен) девушка начала выступление. Она читала очень тихо и часто запиналась, а руки у неё немного тряслись.

– Представляю, что с ней сейчас сотворят остальные, – произнёс друг, заметив, как некоторые уже во всю принялись строчить в тетрадях свои вопросы. – Да ты только посмотри, они ведь сожрут её заживо.

Грете вдруг стало не по себе и она совершенно не хотела наблюдать за всей этой сценой, а потому отправилась в столовую. Единственное спокойное место в этом вузе. Можно занять себе столик в углу и писать сколько душе угодно, и никто тебя не будет трогать. Правда мотивационные плакаты «Возможно всё» и «Жизнь начинается после кофе» её немного смущали.

– Хочешь сбежать? – догадался друг.

– Не то слово.

– Так давай поедем к Марте.

– Она ведь сказала, чтобы я пришла через неделю, а прошло всего четыре дня.

– А почему решила только она? Тебе ведь это тоже важно. А вдруг тебе очень потребуется новая доза.

– Ты будто совсем не о вдохновении говоришь.

– Судя по тебе это особой разницы не имеет.

– Даже не знаю.

– А что ты хочешь поймать на лекциях этой психологини? Послушать о том, как догонять людей и помогать против их же воли?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.