Александр Лихачёв
Пепельное сердце

Древняя каменная кладка озарилась огненными всполохами. Снаружи начался ливень и капли, падающие с потолка, разбивали гнетущую тишину. Растрёпанный молодой человек в дырявой и выцветшей робе когда-то зеленого цвета, поднимался по полуразрушенной лестнице. Он крепко сжимал железный фонарь со свечой внутри, щурясь от дыма. Под ногами шныряли крысы, но он старался не смотреть вниз. Дойдя до массивной, обитой сталью двери, парнишка резко вдохнул и дважды ударил кольцом, висящим на заржавевшей от времени ручке в виде человеческого черепа. Не дождавшись ответа, юноша с усилием дернул её на себя. Просторная, немного теплая, но темная комната башни равнодушно встретила гостя. Каждому его шагу вторило эхо, раскатисто звеня в пространстве, а тени от огня факела и камина играли с воображением. Парень шарахнулся от одной тени. Ему померещилось чудовище, но то была всего лишь тень от канделябра. Он, охнув, закрепил фонарь в свободной стойке и подошел к обветшалому столу, заваленному стопками книг, свитками и кусками деревянных табличек. Стол давно не вытирали от пыли, но все, что было на нем, на удивление было чистым. Холодок, который парень запустил с собой, заставил гостя осторожно приблизиться к камину. Спиной к парню сидел человек в чёрной накидке, на которой была рваная шкура какого-то зверя и разнообразные перья птиц. Лицо хозяина башни скрывал капюшон. Кашляя и чуть рыча от злости на болезнь, хозяин комнаты, тихо шевелил палкой угли и едва ли был в настроении принимать гостей. По единственному окну барабанил дождь.

– Моё почтение, уважаемый наставник, – прошептал юный послушник, поклонившись учителю. Светлые волосы парня закрывали глаза. Поправив неаккуратно подстриженную челку, он неуверенно продолжил:

– Я надеюсь, Вам сегодня лучше.

– Напомни-ка мне, каково значение руны эва? – проигнорировав ученика, хрипло спросил наставник. Он так и не повернулся к парню. Его голос дребезжал от болезной слабости и временами сменялся кашлем.

– Полагаю, удача. – Неуверенно ответил послушник, прищурившись и судорожно перебрав в голове возможные варианты значений злосчастной руны. Волнение нарастало, потому он принялся хрустеть костяшками пальцев. Наставник ухмыльнулся.

– Вот как? Не слишком ли однобоко? – на среднем пальце у наставника блеснул перстень, в котором плясало отражение огня.-Не припомнишь что-нибудь ещё?

– Точнее, путь ну или дорога – ученик принялся бормотать всё, что ассоциировалось с эва.

– Дорога. Мда. И только? Эва означает перемены, благоприятные перемены. Но ведь значение гораздо шире. Присаживайся, нечего стоять истуканом.

– Да, точно – выдохнул ученик и, отряхнувшись, присел за стол. – Так о чём мне суждено узнать сегодня?

– Ну что ж. Видимо, сегодня тебе придётся внимательно слушать и записывать, – откашлявшись, проговорил старик, – Хорошо ли ты знаешь историю?

– Когда-то давно Великий Волк привел нас в мир… – начал говорить послушник, передразнивая жрецов, которые томно вещали на площадях свои религиозные проповеди. Он протянул руки к свечам, составленным в кучу с краю стола.

– Сколько раз я тебе повторял – не зазнавайся, – вздохнул наставник, как ни в чем ни бывало и продолжил шевелить угли. – Значит, займемся историей. Возьми вон то старое перо, по ходу урока я расскажу тебе многое, так что писать записывать придётся прилично. И всё-таки, – продолжил наставник, – если отставить версию северян, то как наш мир появился?

– Изначально ничего не было, – юноша заговорил серьезно, хотя его выражение лица выдавало ожидание скорого триумфа, ведь эту информацию он выучил на зубок. – Была Пустота или изначальная Бездна, как любят говорить алхимики. Так вот, из Пустоты появились два брата, Свет и Мрак. Братья разделили мир на черное и белое, но ни один из них не способен был существовать без другого. Так они стали править созданным миром. Братья создавали и населяли каждый участок Пустоты по своему разумению. Но однажды Свет и Мрак поссорились, нарушив тем самым баланс. Они пошли друг на друга войной. И в этой войне не было ни победителей, ни проигравших. Ведь братья были равны, именно так задумывала их Великая Мать. В итоге мир стал един. Братья заключили контракт, по которому будут править всем миром по очереди. Мрак ночью, а Свет днем, чтобы никогда не встречаться друг с другом, чтобы их создания жили в отведенное им время. Свет означает жизнь, а Мрак смерть. Так один брат дает жизнь, другой забирает. Получается своеобразный круговорот.

– Ты молодец, но вот скажи мне: может ли Смерть стать началом чего-то иного? Жизни, например… – наставник размял скрюченные пальцы, – Легенда красивая, безусловно, одна из моих любимых. Более того, я считаю, что такой вариант происхождения мира имел место. Но сегодня речь пойдет о земной истории, а точнее, об одном из переломных моментов. До, Раминийской империи. Но обо всем по порядку. Готов ли ты?

– Внимательно слушаю, – взяв перо, сказал ученик. Он радовался похвале наставника. Правда, вопрос учителя накрепко застрял в сознании, и ответа юноша не знал.

Пролог

Во времена Первой Эры, когда мир был чист и девственен, все земли были поделены между двумя государствами. На Юге простирались обширные земли, большую часть которых занимали пустыни и степи. Та страна называлась Ньофинир, и славилась она красивыми городами, великолепными садами и оазисами. Но людям более всего она была известна своими шумными базарами, где запах благовоний и фруктов дурманил голову путешественникам. Песок и солнце сделало местных жителей загорелыми и поджарыми. Каждый южанин следил за своей фигурой и внешностью. В толпе редко можно было встретить неухоженного человека. Плебея от аристократа отличали лишь макияж и одежды. Уютные глиняные дома спасали от жары. Но только зажиточные горожане в крупных городах могли себе позволить мрамор, который везли из дальних уголков страны, называемых Дальними Оазисами. В каждом доме содержались кошки, фактически, они были священными животными в Ньофинире, и убийство этого зверя расценивалось наравне с убийством человека. Потому неудивительно, что на гербе Ньофинира была изображена кошка, сидящая средь песков. Богатейшие аристократы того времени ни в чем не нуждались и все больше стремились к наслаждению, потакая самым низменным желаниям и порокам. В великолепных дворцах, острые шпили которых ослепляли и притягивали взгляды, высшее общество вело ежедневные жестокие игры, плело заговоры, смешивая в едином котле предательства и стремления получить всё большую власть. Генералы, желающие получить благосклонность царей, тоже нередко участвовали в самых мерзких делах. Лишь простому народу было вовсе не до подобных интриг. Впрочем, только до тех пор, пока Юг не стал привозить пленных северян, выполнявших самую тяжелую и грязную работу. Вскоре почти любой южанин мог с легкостью стать купцом или фермером и обеспечить вполне приличную жизнь на Дальних Оазисах.

На Севере же ютилось иное государство, чьи густые леса, плодородные поля, многочисленные реки и озера также были созданы для безмятежной жизни. Долгое время на этих землях жили разнообразные племена, чьи бесчисленные названия даже не были упомянуты в летописях. Никто из вождей не желал объединяться и потому Север постоянно был охвачен столкновениями за лучшие территории. Так было до тех пор, пока Ньофинир не стал совершать набеги и уводить за собой людей в качестве рабов. Тогда шаманы, поклонявшиеся Великому Волку, существу, от которого, по преданию, пошли первые люди, собрали все племена и предложили выбрать одного Верховного Вождя. После восхождения на трон, сильнейший воин принес дары Великому Волку, нанес на свое знамя изображение человека с волчьей головой и повел внушительное по численности войско на границу с Югом, чтобы дать отпор врагу. Беглые рабы стали первыми шахтерами, кузнецами и портными. Они научили своих соплеменников тому, что узнали в неволе у южного соседа. Северный народ научился строить укрепленные замки, начал жить в защищенных городах, а вождь стал носить титул короля. С тех пор все земли объединились под именем Септания. Это положило начало противостоянию Севера и Юга, которое длилось на протяжение почти всей Первой Эры. Потомки тех людей, которые ранее ходили одетыми в шкуры, постепенно облачились в дублеты и сапоги. И всё же влияние Ньофинира было сильно. Язык во враждующих государствах стал единым, а наречие, на котором говорили предки, северяне забыли. Иногда войны утихали, и враги жили в мире годами, но какой-нибудь царь или король снова нарушал границу, и столкновения возобновлялись. Один из последних царей Юга, Бонур Мирный, решил, что распри приводят лишь к разорению обоих государств. И все реформы, которые он проводил, были подчинены лишь одному – зыбкому миру, который всё же настал при его правлении. Но Септания так и не сблизилась с южным соседом. Север не доверял Югу, который только при Бонуре стал отказываться от рабской силы, да и то не до конца. Так длилось долгое время до тех пор, пока на южный престол не взошел правитель Меферит, сын Бонура.

Глава 1

Луну на ночном небе закрыл плотный черный дым, сквозь который в разные стороны разлетались яркие искры. Треск горящего дерева заглушал стоны людей и огонь поглощал все на своем пути. Наслаждаясь вкусом легкой победы, воины в желто-белых одеждах и шлемах с султанами, жгли хибары и заковывали в цепи жителей только что захваченной ими деревни. Солдаты, вымазанные сажей, выносили из домов трофеи и припасы. Они шутили и переговаривались о судьбе пленников, не стесняясь в своих выражениях. От этого казалось, что пространство заполнено змеями, ведь речь южан была сродни шипению этих тварей, из-за протяжности шипящих и акцентов на «с».

Недалеко на холме, два человека, гордо сидя на лошадях, улыбались и наблюдали за происходящим со стороны. Один их них был невысокий смуглый молодой человек с тонкими чертами лица. Его брови были приподняты, отчего лицо выглядело доброжелательным, однако пронзительный взгляд пугал. Темные волосы, зачесанные назад, украшал золотой широкий обруч. Мужчина был облачен в позолоченный нагрудник, украшенный драгоценными камнями, которые образовывали кошачью морду. Молодой человек был царем всего Юга Меферитом, он не так давно взошел на престол. Второй был выше и намного старше. Его шлем с нащечниками, нагрудник и наручи были потрепаны, но достойно смотрелись. Его султана на шлеме была обгоревшей и не имела вида. Это был генерал Ньофинира по имени Серхат. Человек невероятной преданности, это касалось даже оружия. Он постоянно ухаживал за своим доспехом и не менял его уже много лет. Он получал удовольствие от происходящего. Правый глаз генерала – бельмо, был прищурен, отчего казалось, что он «улыбается» глазами, и это была устрашающая ухмылка. В уголке рта Серхата белел кривой шрам, который он получил в молодости, это придавало лицу ещё больше жёсткости. Под его командованием была Вторая Армия Ньофинира, а сюда направлена лишь малая часть его войска. Позади них, не шевелясь, стояли пятеро воинов в масках и шарфах. Элита и телохранители. Воины древнего ордена – Безмолвные стражи. Они стояли словно статуи, но были готовы защитить своих господ. Голос генерала был немного встревожен.

– Повелитель, – слегка наклонившись, сказал Серхат, звеня цепями на шее и руках – Все это странно. Деревня находится довольно близко к границе, но здесь нет охраны, а главное – в ней нет мужчин.

– Успокойся генерал, очевидно, что северяне бежали в леса, как только увидели наш отряд! – Наслаждаясь видом бушующего огня и суетящихся людей, Меферит представил лицо своего умершего отца, Бонура Мирного, и горько усмехнулся. Его голос сменился и в нем послышались нотки тоски, он говорил о себе во множественном лице, соблюдая этикет – Мы даже жалеем, что взяли столько людей для такой деревни. Но она разогреет аппетит к сражениям, для наших солдат. Так что, можно считать это даром от северян. Вдобавок, прошу заметить, с нами целых пять Безмолвных Стражей. С ними и подавно ничего не страшно.

На бугор тем временем подошло пару офицеров со свертками. Приклонив колени, они передали самые дорогие трофеи деревни, что нашли.

– Ваш отец всегда избегал сражений. Он считал, что враг станет союзником, – сказал Серхат, приняв от одного из солдат красивый, трофейный кинжал. Рассматривая оружие, на лезвии которого было зарево от огня, генерал зло улыбнулся и проговорил – Но, сколько волка не корми…

Меферит захохотал, придерживая своего коня. Смех растворился в хаосе. Он помнил, как его отец пытался наладить отношения с Септанией, несмотря на вековую вражду, но никогда не понимал, зачем развитому государству брать на себя обузу в виде дикарей, поклоняющихся лесному зверю.

– Когда-нибудь – подумал Меферит, вслушиваясь в крики пленных и попутно оценивая обугленные домики, – когда-нибудь весь мир будет моим, а враги, которые обладают такой физической силой, принесут пользу Ньофиниру. Он погрузился в мысли о том, насколько проще и лучше станет жизнь в его государстве, заполучи он такую рабочую силу и плодородные земли, а не бескрайнюю пустыню. Его мысль прервал крик девушки, светлые волосы которой были заплетены во множество косичек с левой стороны. Она пыталась вырваться от солдат, которые приковывали её к каравану из людей. Живая цепь заняла всю центральную площадь поселения. Девушка вырвалась, но не смогла далеко убежать. Под улюлюканье солдат, получив несколько ударов палками, она была прикована к остальным.

– А это что у нас? – спросил десятник, разрывая рубашку на девушке. На её правой лопатке была татуировка в виде чертополоха, цветок которого закрывали два колючих листа.

– И как ты эту метку заметил? – спросил вполголоса сотник, рассматривая рисунок и тыча в него хопешом. – Наверное, означает травницу или что-то еще.

– Присматривай за ней, – рявкнул десятник одному из молодых солдат и пристегнул маленькую цепь на руку меченой. – Она может пригодиться Повелителю.

– А если не пригодится? Я что, зря за неё смотрел? – скривился воин в остроконечном шлеме.

– Две ночи без сна в карауле! – похлопал по плечу десятник. – Еще вопросы будут? Нет? Так выполняй мой приказ, осока недоросшая!

Пока южные захватчики набивали тюки трофеями и отлавливали людей, пытающихся сбежать, в лесу готовилась засада. Между деревьев притаились люди, вымазанные в грязи. Каждый из них еле сдерживал злость и ждал команды, крепко сжимая топоры и мечи.

– Благояр ты безумец! – зло прошептал своему командиру северный мужчина в летах. Его лицо покрывали рисунки и узоры из застывшей глины, а шкура волка была укрыта травой для маскировки. – А если они уйдут? Мы пожертвовали селением и жертвуем людьми ради поимки какой-то мрази?

– Это не просто мразь – это сам царь Юга, его башка будет хорошо смотреться у ног вождя Ватора! Да и подмоги не будет. Никто и знать не знает, что война пришла – Опустив ненадолго взгляд, сказал Благояр. Крепкий северянин с длинными и светлыми волосами крепко сжал рукоять меча с зубастым лезвием. В его голубых глазах была ненависть к захватчикам, но при этом он держал себя в руках, глубоко вдыхая и выдыхая. Он, как и все остальные участники засады, был готов к бою. – Твоя правда. Достаточно бдеть, пора. В атаку!

Звук рога и боевой клич заставили содрогнуться всех южан – даже бывалый Серхат растерялся от неожиданности. Когда появились воины в волчих шкурах, вооруженные топорами и внушительными мечами, Меферит, для которого захват деревушки не принес желанного чувства победы, обрадовался бою. Чувство эйфории охватило его, и страх, смешанный с жаждой битвы, заставил дрожать. С криком он ринулся в бой. Вытащив свою саблю, он на скаку рубанул первому северянину по лицу. Но несмотря на меньшую численность, северяне вынудили южан отступить к окраине деревни. Нечеловеческая сила и вера давала Благояру и его людям мощь, благодаря которой они с легкостью пробивались через ошеломленных врагов, у них просто не было времени обращать внимание на раны. Увидев в центре сражения блестящие доспехи, покрытые драгоценными камнями, Благояр сообразил, что живой царь Ньофинира намного ценнее, чем просто его голова. Он ударил обухом топора в лицо очередного южанина и направился к цели.

Пятерка Безмолвных, словно сама смерть, молча выполняла свою работу. Они действовали, как одно существо, без единого лишнего движения… и пугающе тихо. Ни один из них не давал подойти близко к своему Господину. Военачальник Серхат, спешившись, отдавал команды и тоже старался защитить Меферита.

– Повелитель! Нам придется отступить! – взвыл Серхат, харкая кровью. В пылу битвы он прикусил свой язык. Он вонзил клинок в шею лысому здоровяку, обвязанному цепями. Над ним пролетел острый скимитар Безмолвного. Развернувшись, он увидел уже бездыханное тело.

– Генерал, мы будем стоять до последнего, мы должны показать Северу, что с нами надо считаться! Нас надо бояться! – Рявкнул в ответ Меферит с отдышкой. Его сабля свистела в воздухе все чаще и чаще, а конь плясал, заставляя генерала и Безмолвных держаться на расстоянии.

– Это глупо, мой Повелитель. Глупо умереть в засаде за кучку рабов и сожженную деревню, нам нужно…

Не успев договорить свой план, генерал Серхат возрадовался чуду. Командир, который остался на границе, почувствовал, что слишком много времени прошло после ухода отряда и решил, что нужна помощь. Свежие силы Ньофинира вступили в бой и слились с вихрем уже грязных от сажи и крови солдат. Насаживая на пики врагов, южане переломили ход битвы окончательно. Северяне из охотников превратились в жертвы. Огромные мечи почти разрубали южан, которые были ниже и слабее своих соседей, но численность отряда и ловкость бывалых воинов все-таки перевешивали чашу весов в сторону Юга.

– Прекрасно, теперь точно победа за нами! – вдохновенно кричал Меферит, приободряя своих солдат. Защищавший господина Серхат, понял, что потери могут быть слишком велики если продолжить бой дальше.

– Пока свежие силы нас прикроют, нам нужно уводить добычу и спасать Вас, – сказал Серхат, уклоняясь от очередного удара массивного топора.

– Неужели мы не сможем их одолеть?! – воскликнул Меферит и чуть не получил удар в грудь, – немыслимо!

– Господин! Поверьте мне, лучше уйти сейчас, позже обсудим тактику и наши ошибки. – продолжал храбро сражавшийся генерал.

Меферит с детства уважал Серхата. Будучи молодым сотником в простом отряде, Серхат по приказу Бонура, отца Меферита, обучил его ведению боя и поведал о мудрости и дальновидности. Меферит всегда внимательно смотрел на своего учителя и понимал его с полуслова. Вот и сейчас, вглядываясь в черные глаза своего генерала, Меферит понимал, что неправ и что уходить сейчас будет единственным разумным решением.

– Отступаем, берите самых крепких из пленных и уходим! – Скомандовал он и отступил за спины своих воинов.

Благояр был зол. Истекающего кровью его уводили в тыл, когда в битву вошли новые силы Ньофинира.

– Они забрали почти всех, а теперь уходят – злился лекарь, перевязывая Благояра.

– А Южный Кот? Он еще в бою? – тревожно спросил командир Благояр, стоная от боли.

– Увы, он ушел вместе с пленными, твой план провалился. – с сожалением ответил лекарь. Закончив перевязку, он направился к другим раненным.

– Отступаем. Нельзя больше проливать ценную кровь. – рявкнул Благояр, превозмогая боль.

Северяне, подбирая раненых, стали отступать в лес. Благояр чувствовал себя ужасно, но при этом понимал, что такое численное превосходство не сильно спасло южан от многочисленных потерь. Раненый командир вел свой отряд к вождю Ватору, сообщить о начале войны и поведать другие мрачные вести.

Пышные леса оставались позади, птицы уже не пели, а под ногами шуршала жухлая трава. Те, у кого были босые ноги, то и дело иногда всхлипывали от колючих трав. Тучи полностью открыли солнце, которое снова давало много света и тепла. Караван из рабов, скованных цепями, плелся вперед, изнывая от усталости, жары и жажды. Неровный строй подгоняли хлыстами, насмешками и угрозами. Люди Севера мало знали и слышали о Южных землях, и теперь, оказавшись на них, недоумевали, как может человек выживать в столь жарком и неуютном климате. Спустя несколько дней впереди показались дюны и началась пустыня. От нарастающего зноя дети и женщины падали обессилев, и даже самые сильные удары кнутом не смогли поднять многих на ноги. Меферит, в белых одеждах и чалме, печально оглядывался на вереницу людей. Он знал, что это необходимо, что его предки жили такими набегами, что сейчас его солдаты, подгоняя рабов, радуются добыче, ибо жестокость у них в крови. Его сердце стало испытывать сострадание к пленным, он мучился от мыслей о том, что ожидает этих несчастных. Но в первую очередь, он был правителем Юга. Лицом государства, обязанным в первую очередь думать о своих подданных.

– Разбивай лагерь, – тихо сказал Меферит своему генералу. Он смотрел в одну точку, далеко за горизонт, где его ждала маленькая дочь. – Не хочу привести в столицу лишь десяток человек. Нам нужно чаще давать им отдых, а не то помрут как мухи.

Приказ господина воины исполнили сразу. Посадив пленных в круг, они стали разбивать палатки. Царский обоз был внушительных размеров и для разбития лагеря нужно было не мало времени. Поэтому лагерь стоял обычно около суток. Пока ставится царский шатер, Меферит осматривал временный лагерь. Идя по родному песку, он был поражен количеством Северян. Лишь по его примерному подсчету их было около двухсот человек. Он вновь предался мучительным мыслям, видя, как рыдают дети, а матери снимают с себя одежду на потеху солдатне и прикрывают от злого солнца своих малышей.

– Повелитель, Ваш шатер готов! – оторвал его голос Серхата. Встряхнув головой, Меферит, поблагодарив кивков генерала, скрылся в убежище от жары.

Как только он отошел от ограды пленных, один солдат, обвешанный трофейными драгоценностями, подошёл к кругу рабов и стал жадно опустошать свой бурдюк. Он делал это напоказ. Жажда сушила рты и губы пленных, но не могла разорвать цепи. Зло смотря, как наслаждается мерзавец, один мальчик, тонкие руки которого легко выскользнули из оков, внезапно прыгнул и вцепился в глотку обидчику. Не ожидая нападения, водохлеб упал на землю и подавился водой. Мальчишка сел верхом и продолжил его душить. Спохватившись, солдаты подбежали на выручку товарищу, и, оторвав мальчишку от горе-воина, хотели расправиться над непокорным ребенком, но на шум подбежал Меферит.

– Что здесь случилось?! – спросил он у толкущихся воинов, которых жестко расталкивали два Безмолвных, давая ему проход.

– Повелитель, – Увидев перед собой Меферита, десятник упал на колено, – этот северный щенок чуть не убил Ямана!

– Да он набросился на меня как молния! – пытаясь отдышаться, проговорил Яман. Шея мужчины была красная от хватки ребенка, а сам он сидел на песке. – Я спокойно пил и не успел опомниться… – тараторил солдат.

– Значит, вы не раздали пленным воду, и, к тому же, провоцируете их на побег? – перебил его Меферит. Он металлическим тоном приказал раздать воду и впредь не допускать таких случаев. Перед уходом, рассмотрев мальчика в пыли, он отдал последний приказ – Ребенка приведите ко мне, но для начала отмойте его.

Меферит очень внимательно рассмотрел мальчика перед уходом и запомнил все детали. На нем, кроме грязных штанов и сабо не было ничего, но он заинтересовал Повелителя Юга необычайной для своего возраста силой.

Царский шатер был просторен, и он поражал красотой. Внутри стоял стол с картами, стулья, небольшая кровать и кресло, походившее на трон. Большинство мебели легко складывалось и разбиралось для удобства в пути. У входа находились два Безмолвных Стража, стоящие как статуи, и в любой момент готовые нанести смертельные удары по одному только вздоху правителя Юга. Меферит, поглощённый чтением «Бестиария Севера», не заметил, как в шатер вошел Серхат.

– Повелитель, привели мальчишку, которого Вы просили. Правда… я не понимаю зачем он Вам? – вытерев пот со лба, сказал Серхат. Ему не нравилось выполнять поручения, не относящиеся к войне. Он не умел скрывать свое недовольство, и Меферит прекрасно его понимал.

– Позже узнаешь. Поверь, это очень ценный экземпляр, – не отрываясь от книги, ответил Меферит, перевернув страницу, на которой был изображен рогатый заяц. – Пусть войдет.

Мальчик невольно ахнул, когда Серхат подтолкнул его вовнутрь шатра. Снаружи он казался не таким большим. Меферит сидел и подводил глаза кохлью, смешанной с сажей. Скоро начнется настоящая пустыня с незнающим пощады солнцем, поэтому многие жители Ньофинира наносили себе простой макияж, для защиты глаз от солнца и песка. Даже мужчины, в особенности странники и воины. Меферит носил макияж постоянно и редко его смывал. Взглянув на мальчугана, стоящего с раскрытым ртом у входа, Меферит засмеялся и подозвал его к себе, заканчивая последние штрихи.

– Я Меферит, правитель Юга и повелитель всех песков. – Торжественно представился он. Его улыбка не сходила с лица, – А как твое имя?

– Войл. – неразборчиво ответил мальчик, хмуря брови и всматриваясь в непонятного для него человека. Может быть он и попытался убежать, но за спиной стоял внушительный генерал Серхат с двумя живыми статуями. Его страшное лицо и неподвижный глаз пугали мальчика.

– Войл? Интересное. – Удивлённо сказал Меферит, задумавшись. О медленном развитии речи у детей Севера он читал. Но этот мальчик хоть и был мал, обладал огромной физической силой, раз почти смог задушить взрослого солдата Ньофинира. Вспомнив о своей шестилетней дочери, правитель придумал, как можно использовать этого наивного и необразованного, но в то же время сильного паренька. Если воспитать Войла в традициях народа Ньофинира, то из него вырастет послушный подданный Юга с силой септанийских волков. Такого прекрасного телохранителя невозможно будет найти. Главное – с детства вбить ему в голову, что он раб и его жизнь полностью принадлежит Мефериту.

– А, это еще интересней – прошептал себе под нос царь Ньофинира, заметив отметку на левом ребре, когда Войл поднял руку чтобы потрогать свисающий гобелен, на котором были изображены два дерущихся кота.

– Серхат, что этот символ означает? – спросил Меферит у военачальника, указывая подбородком на мальчика.

– Не знаю, – ответил Серхат, рассматривая бок ребенка – но если меня память не подводит, то это изображение чертополоха.

– Цветок на теле мальчика. Эти северяне удивляют Нас все больше. А ты, верно, голоден, Войл? – мягко спросил Правитель Юга и сразу рявкнул в сторону солдат, – Стража! Накормить ребенка, и чтобы волос не упал с его головы!

Забрав Войла с собой, воины ушли. Уходя, мальчик улыбнулся царю Юга и махнул рукой. Меферит, не сдержав ответную улыбку, подозвал к себе Серхата, и тихо рассказал своему генералу план о создании лучшего телохранителя для своей дочери.

– Ваша задумка великолепна. – отметил Серхат, наливая из резного графина воду с лимоном себе и своему царю. – Вы мудры! Но нужен будет особый подход к такому дикому волчонку. – генерал по достоинству оценил идею своего правителя.

– Тогда нужно найти такого мастера, который сможет его обучить всему. – проговорил Меферит рассматривая деревянную трофейную кружку Севера. – Думаю, Ашур. Он хороший человек, да и долгое время обучал Безмолвных Стражей.

– Вполне, мой Повелитель. Это лучший кандидат. – улыбнулся Серхат, но шрам сделал из его улыбки страшную гримасу. – Обучение будет во дворце?

– Конечно, и под моим контролем. – Меферит блаженно улыбнулся и, сев на трон, стал представлять, каким воином может стать Войл. Серхат же, допив, поклонился и вышел из шатра, оставив своего господина в размышлениях.

Ночь прошла спокойно, и караван с конвоем на рассвете снова вышел в путь. Солнце жарило невыносимо, а песок, который был уже повсюду, обжигал незащищенную кожу. Люди Ньофинира, которые оказались в родных местах, радовались жаре и песку, в отличие северян. Первое время они брали песок и пересыпали из рук в руки. В дороге Меферит ехал на своем верблюде вместе с Войлом и временами общался с Серхатом. Пару остановок в местных оазисах сопровождались чествованием Меферита как победителя, отчего с каждой остановкой тот становился все мрачнее и мрачнее. Люди не знали, что за вереницу рабов и септанийских трофеев была заплачена большая цена. Меферит понимал, что в той засаде Септания увидела слабую сторону войск Ньофинира. Через неделю наконец показались шпили столицы.

Огромные ворота Офнея, столицы Ньофинира, поразили бы размерами даже самого бывалого странника. Стены города были усыпаны людьми и солдатами, которые, крича, встречали своего господина. Меферит, подъезжая к родным стенам, немного заволновался и смотрел на каждую башню, словно видел их впервые. Практически сразу за этими воротами, большую часть города составлял шумный базар на котором купцы привозили диковинные товары, работорговцы продавали живой товар, добытый разных уголках мира, алхимики готовили мази и чудодейственные эликсиры, избавляющие от всех недугов, а грозные стражники следили за порядком и временами забегали в таверну пропустить пару чарок прохладного вина. Ну и конечно же благовония всех ароматов. В каждом из домов и трактиров были слышны разные запахи. Дальше шли красивые дома зажиточных жителей с садами, на которых выращивали различные фрукты и конечно знаменитый виноград, благодаря которому по всему Ньофиниру ценилось именно Столичное вино. И, наконец, в центре города был комплекс дворцов высшей аристократии, включая дворец царя, Правителя Юга.

День в Офнее начался с приготовления к пышному празднику, и каждый горожанин хотел внести свой вклад в него. Ленивые и праздные жители столицы старались лично украсить свои дома и сделать как можно больше даров для царского стола. Дворец был усыпан дарами. Слуги не успевали подготовить царские покои к приходу Меферита. Кирам, градоначальник Офнея, немного нервничал. В этот день лишь маленькая Мира беззаботно бегала в садах и радовалась возращению отца из долгого, по её ощущениям, похода. Няньки никак не могли поймать воительницу, вооруженную метлой и большой глиняной чашкой на голове. Но всех заставил застыть звук трубы, провозгласивший о въезде Правителя в город. Люди толпами направились к главным воротам, чтобы поглазеть на возвратившихся с похода. Солдаты подгоняли вереницу рабов, к которым было приковано внимание местных жителей. Торговцы уже присматривались к молоденьким девушкам, хихикая и подсчитывая в уме прибыль, а остальные пытались коснуться своего царя.

– Мы были в походе чуть больше двух месяцев, а я уже соскучился по дому – заговорил Меферит, приветствуя жителей руками. Он был одет в красный халат, а его руки до локтей украшали золотые наручи, украшенные самыми разными узорами и камнями. Его желтые сапоги были с поднятыми носами, кончики которых были привязаны цепями к голенищам. Он шел в окружение Безмолвных, у которых были ростовые щиты c изображенным на них лицом с зашитым ртом.

– Настоятельно прошу вернуться Вам в паланкин – Умолял идущий рядом Серхат. Его рука была готова молниеносно вытащить скимитар из ножен. Военачальник был настороже – Повелитель, тут может быть…

– Убийцы? В день моего триумфа никто не посмеет поднять на Нас руку – Перебил его Меферит поднимая руки, чтобы его смогли увидеть за щитами – Пускай люди видят, что я близок со своим народом.

Царь услышал крики женщины с предложением взять в дар лучшего вина, на что Правитель Юга кинул горсть монет и приказывал раздать кувшины воинам, которые прибыли с ним. Войлу казалось все ненастоящим, много шума давало ему повод побеспокоиться, но идущий впереди него Меферит, облаченный в позолоченный доспех, вызывал уверенность. Мальчику нравился как он в пути обходился с ним, ему казалось, что он спас его от страшных людей, которые уничтожили все, чем он жил, он мало понимал, но был уверен, идущий впереди человек в золоте – самый лучший во всем мире.

– Серхат, возьми мальчика и найди Ашура, передай ему этот свиток – Меферит сел в паланкин и в сопровождение одних только Безмолвных, отправился во дворец.

Градоначальник Офнея, старик Кирам, давно стоял на ступенях дворца и высматривал торжественную процессию. Его седая борода была заплетена в три маленьких косички, каждую из которых он закреплял серебреными кольцами. Какое же у него было удивление, когда Меферит один подошел к нему.

– Не люблю я долгие торжества – улыбнулся Правитель Юга и крепко обнял Кирама – Здравствуй, дорогой друг, надеюсь нечего страшного не произошло во время моего отсутствия?

– Ну, если не брать во внимание несколько разбитых ваз и содранных коленок вашей дочери – ничего – Немного улыбнулся старичок и засмеялся, бренча кольцами в бороде.

– Вот разбойница! Кстати, где она? – Посмотрев в распахнутые двери дворца, Меферит увидел самое дорогое сокровище в своей жизни.

– Папа! – Закричала, бегущая навстречу к нему, Мира. За ней, придерживая туники, бежали служанки – Наконец-то ты вернулся!

Заключив её в объятья, Мефериту показалось, что прошло вовсе не пара месяцев, а целая вечность. Как только он отпустил её, рядом с ними уже сидела домашняя любимица Меферита, фелис Акрум. Фелисы – это вид кошек на Ньофинире. Они вырастали до размеров гепардов. Если фелиса взять котенком, то он вырастет самым преданным существом для хозяина, к тому же они принимают повадки от своих хозяев и даже становятся отдаленно похожи на них. Из-за редкости этих зверей у них была высокая стоимость, далеко не все аристократы могли позволить себе подобных зверушек. Также золотые монеты на Ньофинире называли в честь этих созданий.

– Акрум, моя хорошая – погладил питомицу Меферит, при этом, не отпуская из объятий Миру. Его фелис уже была больше кошки и имела пепельный окрас с черными пятнами на боках.

– Мира, я привез тебе подарок – мягко сказал Меферит и стал рыться в походной сумке, которую подал один из Безмолвных.

– Повелитель, я буду ждать в троном зале, нам нужно будет обсудить несколько вещей, но они не столь срочные – поклонился Кирам и удалился в глубины дворца, зазывая за собой служанок.

Меферит, копаясь все еще в мешке, наконец вынул руку

– Смотри! – Меферит вложил маленький мешочек в ладошки Миры – На севере принято носить защитные амулеты, большинство из них не очень красивые, но этот мне очень понравился, думаю он будет хорошо смотреться на твоей шее.

Вынув из мешочка желтовато-зеленый камень на веревке, Мира смутилась, но как только камешек стал переливаться разными цветами на солнце, девочка ахнула от прекрасного зрелища.

– Он волшебный! – Воскликнула она заворожено, рассматривая камень – Тебе его подарили феи?

Акрум мурлыча тоже рассматривая камень, маленькая Мира заметив это, даже показала его поближе. Она поняла, что умному зверьку тоже понравился подарок.

– Нет, не совсем феи – засмеялся Меферит, вытирая платком кохоль – Фей не бывает.

– Значится тот, кто дал тебе его точно получил его от фей – Настаивала на своем Мира поджав губы.

– Ну пускай, пускай будем думать так – Проговорил Меферит, размазав без зеркала макияж по лицу, тем самым рассмешив Миру – Ну теперь мне пора идти заниматься делами, если будешь хорошо себя вести, то скоро отправимся на Дальние Оазисы.

– Ого, приключения! – Взвизгнула Мира и подпрыгнула так высоко, как только могла – Обещаю папочка, я буду хорошо себя вести.

– Мне уже рассказали про пару-тройку ваз и твои коленки, кстати не сильно болят?

– Коленки уже нет, а вот вазы – Замялась Мира и чуть промолчав продолжила – Вазы были врагами на моем пути!

Меферит снова не смог сдержать смех, обняв напоследок Миру, отправился в свои покои, погрузившись во мрачные мысли. Идя по начищенным, напольным плитам, он трогал колоны и стены. Прикрывая глаза, он ненадолго отбрасывал мысли и погружался в воспоминания детства. Проходя мимо садика с большим деревом, он на секунду остановился, именно под этим древом и скончался от старости год назад его отце, Бонур Мирный. Тогда молодой царевич был в ужасе, когда ему сообщили столь ужасную весть. Сейчас, смотря на место смерти отца, Меферит почти ничего не чувствовал. Почти.

День выдался жаркий и хлопотливый из-за приезда Меферита. Ашур, высокий и крепкий мужчина, что было совсем не характерно для южан, умывался в одном полотенце, завязанном на поясе. Его спина и руки были изрисованными от татуировок, каждая из которых означала какой-либо период его жизни, как сам он утверждал. Он не заметил, как к нему подошел его старый друг Серхат.

– Приветствую, генерал! – Выпрямился все еще мокрый Ашур, поправляя волосы. Из-за нехватки некоторых зубов он немного шепелявил. Поговаривали, что последний кто пошутил про дефект вояки, лишился всех своих зубов. – Как граница, волчки не дают покоя?

– Об этом позже – махнул угрюмый генерал и сразу протянул, звеня военными браслетами свиток – Я принес тебе письменные указания от Повелителя.

– Ага – Протяжно проговорив Ашур, и быстро пробежал глазами по тексту. Кивком указав на Войла, он спросил – Значит, это он?

Мальчик смотрел на высокого Ашура чуть приоткрыв рот. За весь путь, он привык видеть не высоких солдат и людей, а сейчас перед его глазами стоял самый настоящий гигант. Но главное, что привлекло мальчика, это пышный хвост волос, на лысой голове Ашура, который он завязал на его глазах.

– Да. Зовут вроде Войл, он еще слишком мал и почти не умеет разговаривать – Представил Серхат лучшему фехтовальщику Ньофинира. Он толкнул мальчика к Ашуру, но тот не упал и даже по дикому посмотрел на генерала.

– Вот это нрав! А то, что он маленький, тем лучше! Я сделаю из дикого волчонка примерного воина – Хлопнув в грубые, мозолистые ладони и не скрывая радости, сказал Ашур – Как я понял, он будет жить рядом со мной?

– Точнее вы оба будете жить при дворце, жалованье будет у тебя такое, какое ты сам пожелаешь, и любая просьба, касающаяся обучения мальчишки, будет выполнена.

– Отлично! – Сказал Ашур и нагнулся к Войлу, крепко сжав оба плеча – Теперь тебя ждет много испытаний, но по глазам вижу, что все их ты пройдешь.

– В общем тебя ждут вместе с ним во дворце уже сегодня, к вечеру. Не задерживайся и вот тебе маленький подарок от Повелителя – Вручив несколько монет, Серхат сделал прощальный жест и направился в сторону казарм.

– Ну что, Войл, идем в трактир, тебе надо перекусить, а мне выпить – взяв за руку Ашур повел маленького ученика к началу новой жизни.

Ученик, аккуратно выводя последнее слово, отложил перо. Размяв пальцы, он потянулся за столом и чуть не опрокинул держатель с благовониями.

– Прошу прошения – воскликнул он, поправляя благовонные палочки – У меня вопрос. Значит это можно считать началом войны?

– Может быть, – проговорил наставник, аккуратно приподняв голову, вероятно, чтобы капюшон не спал с головы – Но может и нет, никто не может сказать наверняка. Многие считают, что войну можно было избежать, а другие полагают, что дерзкая операция Меферита поставила точку на хрупком понятии мира.

– Ясно – зашмыгал носом ученик. Он понял, почему его наставник никак не выздоравливает. В прокрытой сырости сложно просидеть всего пару минут, что и говорить о днях или неделях.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая треском поленьев в камине и барабанной дробью дождя. Ученик, посмотрев через плечо наставника в огонь, чуть вздрогнул, вообразив, как Меферит сжигает деревню.

– Наставник, не возразите если я – как бы чуть виновато начал парень. Он говорил, тихо посматривая на громоздкую дверь, словно опасаясь, что сюда кто-нибудь войдет.

– Даже и не думай говорить загадками и тем более делать вид, что мы тут занимаемся запрещенными делами – строго, проговаривая каждое слово, ответил наставник. – Чего ты там мямлишь!

– Займусь магией – неуверенно и на выдохе ответил ученик и зажмурил один глаз.

– Ты словно мальчишка, который боится признаться родителям о своих проказах – голос наставника вновь стал ровным и спокойным – Мы и занимаемся магией. К примеру, ты так и не ответил развернуто мне про руну Эва, а это значит, что ты не готов. К тому же история нужна тебе, чтобы яснее понимать урок. К примеру, ты так и не понял культ своего наставника!

– Я знаю все о Вашей, то есть, нашей религии – парень даже привстал и был очень взволнован.

– О чем и речь – вдохнул наставник и сжал сильно подлокотник кресла – В начале нашего урока ты надсмехался над религией Севера, теперь издеваешься над моим верованием. Ты юн, и я не гневаюсь на тебя за невежество. Путь к любой религии порой долог и полон испытаний, а потому я надеюсь, что ты найдешь свою веру.

– Я верю в магию! – Гордо сказал, а точнее почти крикнул ученик, встав ровно.

– А кто придумал магию, точнее, откуда она взялась? – Наставник зашелся в смехе, который затем сменился кашлем – Магия, это тебе не фокусы на площадях показывать. Магия – это знания! Но без веры не будет и магии, точнее все это сложно, так что давай повторим на моем примере. Во что я верю?

– Вы жрец Бога Смерти, так называемый мортаси – отчеканил парень – Также Вы могущественный чародей.

– Ну, про колдуна это громко сказано – ехидно ответил наставник – А вот про жреца – в самую точку, кстати, они были во все времена. И уж тем более пару сотен лет назад. Но о чём это я – опешил старик. Итак, продолжаем…

Глава 2

Первые лучи солнца прорывались через кроны деревьев в смешанном лесу. Теплые лучи касались деревьев. Трава была все еще мокрой от росы, чем и пользовались некоторые, мелкие зверьки. Но все они разбежались врассыпную, заметив большую тень. Двуглавый гриф, диковинная птица Севера, вернувшись с ночной охоты, летел в свое гнездо. Другие птицы начинали свое пение. Лес просыпался. На берегу у реки, над гладью которой еще не растаяла дымка, лежал человек в рваных штанах и одном сапоге. На его грязной рубахе была брошь. Сорвав её, молодой мужчина стал вглядываться в изображение. Шестиконечная звезда с узкими лучами, внутри которой был изображен маленький, человеческий череп или нечто подобное. К сожалению, центр звезды был сильно затерт. Его обветренное лицо было в грязи и пахло илом, а длинные волосы были испачканы в глине и спутаны. Молодой человек приоткрыл глаза пошире и посмотрев вслед улетающему грифу тихо простонал от жжения глаз и боли по всему телу. Он с трудом выполз, скользя на мокром песку и глине на берег. Поднявшись, он обнаружил под собой красивый меч в красных ножнах, на которых красовалась та же эмблема что и на броши. Приходя с мыслями, он отстегнул ножны от пояса. Стоя недалеко от ивы, он стал рассматривать изогнутый эфес. Оборванец не обратил внимание как к нему подошел, прихрамывая странник с деревянным посохом и глубоком, темном капюшоне. Его фигура была полностью скрыта под плащом.

– Здравствуй – голос странника был бархатным и приятным, он говорил медленно и не громко – Кто ты друг?

– Не знаю – оборванец старался вспомнить хотя бы свое имя, но боль в висках и темени заставили его взор затуманиться, и он получил новую порцию боли. Покачнувшись, он чуть не упал.

– Не спеши – странник, отбросив посох, припал на колено и поймал падающего парня – Все будет хорошо. Я встречал людей, которые теряли память и личность, в этом есть и хороши стороны. Возможно, Он дал тебе шанс на новую, более лучшую жизнь. Мое имя Тариас, я бродячий жрец Бога Смерти, единственного и настоящего Бога.

– Я ничего не понимаю – встав с мокрой травы, беспамятный подошел к воде и упав на колене стал умываться и пить. Как только его взор стал более ясным, он развернулся к Тариасу. Жрец сидел все так же на одном колене и держал свою походную палку, обычную палку.

– Если ты не помнишь даже своего имени, то позволь мне дать тебе новое – Тариас дождался кивка от своего немногословного собеседника. Он прищурил глаз и задумавшись произнес – Я думаю имя Глориан принесет тебе славу.

Молодой человек посмотрел наконец внимательнее на Тариаса. Странный человек был старше его, хотя его возраст было сложно определить. Его левый глаз был не ясного цвета, толи зеленый, толи серый, а то и голубой, а взгляд оставлял странное ощущение, правый-же был закрыт грязной тряпкой. Он и успокаивал и в тоже время заставлял беспокоится. Жрец, отложив палку, засунул руку под свой потрепанный плащ. Достав маленькие камушки с аккуратно, нарисованными рунами он что-то начал шептать. Закончив, он кинул их перед собой и ухмыльнувшись продолжил – Руны не будут врать, в отличии от людей. Ты послужишь нашему Владыки Смерти и принесешь ему много жизней. Очень много.

– Глориан… – все еще не понимая, что говорит ему странный странник, беспамятный проговорил свое имя. Ему казалось, что жрец угадал и это и было его имя. Повторив еще раз, ему показалось, что оно знакомое. Только теперь он заметил странный камень на цепочке, что украшал лоб странника. Сама цепь служила своеобразной лентой для поддержки волос, а на камне был изображен знакомый знак, Глориан как не пытался напрячь память, не мог вспомнить даже его названия.

– Еще я тебя обрадую – сказал Тариас собирая свои руны и прислушиваясь к голосам где-то в чаще – Сюда идет группа людей, скорее всего за водой, думаю, тебе стоит к ним прибиться. И еще одно, заведи себе полевой дневник, чтобы не ты вновь не забыл кто ты есть.

Глориан услышал шорох со стороны леса, он на мгновение посмотрел в сторону шума, но когда развернулся, то Тариаса уже не было. Из леса вышло три человека. Двое мужчин и девушка.

– Ого, – Закричал худой мужчина с длинным носом и кинув одно из ведер толкнул в спину девушку с косой пшеничного цвета почти до пояса – Иона, кажется водяной пришел по твою душу!

– Ах ты – Девушка развернулась и ударила своим ведром по голове шутника. Скорее всего началась бы драка, но их разнял здоровяк, который на две головы был выше Глориана.

– Иона, Кондрат, а ну кончайте! – Пробасил он. Его голос заставил с криками улететь ворон, сидевших на ближайшем дубе. Разняв пару, он подошел к стоящему в тине и все еще в одном сапоге Глориану.

– Я Игнат, наемник – Громила протянул руку для пожатия. Она была все в старых ожогах, которую прикрывали потертые, кожаные наручи-кошелек. Его голова была побрита и покрыта разными шрамами, скорее всего именно из-за них он и не мог позволить себе отрастить волосы, подумал Глориан. Но его лицо выражала открытость, может быть виной была светлая борода, которая под лучами солнца отдавала рыжим цветом.

– Глориан – крепко пожал прутяную руку, но обхватить полностью ладонь ему не удалось – Из неоткуда.

Кондрат громко засмеялся, но уловив злобный взгляд Ионы закрыл рот и тоже представившись пожал руку. Глориан удивился, когда ему крепко пожала руку и девушка. Хоть он и не помнил ничего о себе, но прекрасно знал об этикете. Именно тогда ему пришла мысль о том, что, скорее всего он из знатного рода.

– Из неоткуда говоришь – Иона улыбнулась. Она была далеко не красавицей, но стройная фигура из жил и мышц заставляла нередко оборачиваться в городах и деревнях мужчин. Подойдя поближе, она сморщила нос, от Глориана воняло болотом и не только – Это как?

– Я ничего не помню, даже имени – Глориан говорил откровенно. По большому счету он практически заново открывал для себя мир.

– А имечко-то помнит – худой наемник кряхтел от веса ведра – Имя точно западного побережья.

– Скверно – пробасил Игнат, пропуская мимо ушей слова товарища. Набирая ведра с водой и подовая их бранящемуся Кондрату, он выпалил – Если поможешь донести воду до лагеря, то думаю можешь остаться с нами, я поговорю с командиром.

– И смотри не напорись по дороге на еловые иголки – усмехнулась Иона, смотря на обнаженную, левую ногу Глориана.

– Почту за честь – Глориан изящно поклонился своим спасителям.

Вся троица, переглянувшись на миг перестали улыбаться, но никто ничего не сказал. Взяв ведро с водой и осторожно ступая на босую ногу, Глориан пошел в чащу. Он заметил, что его спутники пристально рассматривают его меч, но никто не расспрашивал его. Каков смысл спрашивать человека о том, что он не помнит и Глориан был немного даже рад что амнезия огородила его от расспросов. Оглянувшись еще раз на иву, под которой он родился второй раз, Глориан подумал о Тариасе и Боге Смерти.

Вечер накрывал темной вуалью древнюю крепость и в её окнах уже стали появляться первые огоньки. Крепость была небольшой и располагалась на горном массиве, недалеко от столицы Севера, Норглена. Её полуразрушенные стены покрывал мох и несколько трещин, но внутри было тепло и уютно. В былые времена это был замок вождей, Скала Грома. Со временем, когда Норглен стал разрастаться, было решено построить новый, уже королевский замок, намного больше и с применением новой строительной кладки. Старая крепость не стала запрошенной. Король Аксель Первый, при котором вожди стали королями, в знак почтения перед предками объявил Скалу Грома местом для самых важных переговоров. Как гласила одна из поговорок, «Традиции надо сохранять даже через века».

Молодая дворянка Вермилия Вейганд шла по освещенному коридору замка. Стража стояла везде, охраняя короля и свиту, которые заседали сейчас в этих древних стенах. Она немного жалела, что одела свое любимое темно-зеленное платье с корсетом, подчеркивающее осиновую талию и гордую осанку. Девушка ловила взгляды королевских лучников еще во внутреннем дворе, но сейчас улавливая каждое движение глаз стражи. Ей хотелось, что есть силы добежать до своей комнаты и переодеться. Но было уже поздно что-либо делать, поэтому она старалась не задумываться и просто дойти до зала совета. Ее путь пролегал через обширные коридоры, освещенные множеством ламп и лунным светом, пробивающиеся через окна. Она могла рассмотреть каждую деталь в коридоре, начиная от треснутого, витражного окна, заканчивая оторванной лямки доспеха. Проходя мимо очередного стражника в красивом шлеме, она поправила локон на лбу. Её каштановые волосы были покрыты белым платком и только непослушные локоны, падающие на лоб, могли продемонстрировать цвет. Подойдя к двери, она дождалась, пока, скрипя кожаными перчатками, один из алебардщиков откроет ей дверь

В этой одной из больших и многочисленных комнат, при тусклом освещение располагался стол, за который уже начали рассаживается люди. Каждый был одет немного вычурно и, казалось, хочет похвастаться своими украшениями и материалом, который, к слову, был у многих с Ньофинира. Это были самые богатые и влиятельные аристократы Севера. У основание было нечто подобное трона, выполненное из внушительной размерами коряги, на котором восседал крупный человек, который из-за меха на плечах гигантского волка казался еще крупнее. На его голове была железная, отвратительная корона. Эту корону выковал саморучно Аксель I, первый вождь Севера и легендарный воин, который объединил почти всех северян и назвал себя королем. Она была неудобная, но отдавая дань своему далекому предку, все короли носили ее. Вермилия слышала, что про нее говорили. Корона символ власти, и она не должна быть удобной, а наоборот, дабы короли помнили о своей ноше. Девушка, садясь на свое место между отцом и старшем братом заметила взгляд короля Ватора, устремленный в противоположную стену, где был встроен камин. Взгляд короля Севера выражал злобу и ненависть. Его крупные пальцы сжимали выступающую корягу и становились белыми. На левой руке не было мизинца и безымянного пальца, потерянных в одной из многочисленных охот. Ватор еще никогда не был зол как последние несколько дней.

– Еще были набеги или переход через границу? – Поинтересовался молодой человек с небольшой бородкой и усами, в стеганом дублете синего цвета, расшитом серебром. Он сидел почти напротив Вермилии и поглаживая свою бородку. На одном из его пальцев был внушительный перстень с сапфиров, на котором был изображен родовой герб, сокол. Вермилия поприветствовала его легким кивком, получив в ответ аналогичный жест.

– Нет, только одна деревня – ответил ему, а заодно всем присутствующем, сидевший возле Ватора писарь. Пожилой человек с длинными ногтями. Его серая рубашка была заляпана чернилами. Среди сидевших за столом он был похож на бродягу. Вдобавок ко всему, писарь был похож на южанина, своей загорелой, морщинистой кожей и манерой речи. – Только одна обычная деревня граф Караней.

После этих слов у Ватора на лице заиграли желваки. Крылышки носа приподнялись, и король громко выдохнул. Перешептывания за столом прекратились и все как один посмотрели на своего правителя.

– Приведите Благояра! – грозный бас Ватора, казалось, услышал весь замок. За столом пару человек вздрогнули. В его налитые кровью глаза сейчас никто не мог смотреть.

Через пару мгновений два стражника в каппелинах и короткими мечами в ножнах, ввели человека в рванной длинной рубахе и старых подштанниках. В лице с синяками и кровоподтеками было сложно узнать командира пограничного гарнизона.

– Мой вождь… – не успев докончить фразу, Благояр получил от стражника мощный удар армированной перчаткой. Помотав головой, он сплюнул кровь на пол. От подобной сцены некоторые люди за столом поморщились.

– Запомните, это не Великий Вождь, а Его Великолепие – Проговорил спокойным тоном писарь, не отрываясь от перебирания бумаг – И вообще, мы очень давно не живем как отсталые Старые Кланы.

Немного придя в себя, Благояр решил повторить попытку обращения к Ватору. Он встал и поправил челюсть рукой, заодно проверив её целость. Вермилия прикрыла глаза, она не любила насилие. Вид Благояра даже немного разозлил её.

– Твое Великолепие, чем я могу служить, коли ты оторвал меня от избиений и пыток? – Бравада, которой славился Благояр среди своих людей, не отступила от него даже сейчас.

– Что за невежество? – разразился гул за столом среди знати. Начались обвинительные и оскорбительные крики в сторону пленника. Кто-то уже твердил о необходимости покончить со Старыми Кланами, людьми, что не захотели идти в ногу со временем и так и остались необразованными дикарями.

– Довольно! – Прогремел Ватор и ударил ладонью об стол. Он поднялся с трона и, придерживая плащ, прошелся мимо Ролланда, чуть задев его, чего право даже не заметил. – Благояр, ты был наказан за беспечность! Сколько людей погибло и скольких теперь ждет страшная судьба! И все это ради твоей славы? Ради твоего честолюбия? – Ватор подошел к узнику и его взгляд прожигал Благояра. Немного успокоившись, он подошел к камину. Вид огня стал его умиротворять и, всматриваясь в желтые языки пламени, Ватор продолжил.

– Теперь спокойно расскажи, что там произошло и почему ты принял это решение? Пойми, если ты хочешь снова послужить Северу и вернутся в строй, не лги нам.

Благояр начал с самого начала, с момента как его патрульные увидели большой отряд под руководством Меферита, ставший на границе, и закончил тем, как он принял решение спрятать всех мужчин в засаду, на живца перебив южан, и как потерпел неудачу.

– Большой отряд под руководством Меферита – Задумчиво проговорил Ладомир Тольновский, барабаня пальцами по столу, один из самых знатных людей. Он был герцогом и правил обширными землями на востоке зовущимися Толнира. Именно его земли граничили с Ньофиниром. Отец говорил Вермилии, что первый город в полномасштабной войне будет именно Тольнов, самый большой город в тех краях. Ладомир не показывал беспокойства или каких-либо других эмоций. Он так же монотонно продолжил говорить – Не успел похоронить своего отца, но уже бредит о великих завоеваниях. Старый Бонур не был бы доволен таким поведением. Он все стремился к миру, за что и получил от своего народа прозвище Мирный.

– А его сынка вовсю зовут Южным Котом в армии, народ относятся с уважением! Командиры пророчат ему полное завоевание Севера, да и на рынках в южных городах, как я слышал, уже снова продают рабов! – вставил старый командующий в железной кирасе и со шрамом у виска.

– Рабов на Ньофинире всегда продавали – сказал Ролланд, усмехнувшись, и заломил ус. Увидев, как его король стал успокаиваться, дворянин откинулся на стул – А вот на счет пророчеств, наши шаманы тоже…

– Нашим шаманам надо молиться Великому Волку, чтобы их всех не обезглавили на площади Норглена за ту смуту, что они сеют среди народа – оборвал Ватор, и вернувшись к своему месту, закрыл глаза для раздумий. Не открывая их, он громко приказал страже – Освободить Благояра и вернуть ему все заслуги и звание!

– Спасибо, ты…Вы очень щедры – заговорил Благояр, поклонившись. Воин не сдерживал улыбки, в которой не хватало пару зубов. Вермилии было жалко его, но она была рада тому, что Благояр восстановил свое имя в глазах королевства.

– Свободны, нам надо продолжить военный совет – махнул рукой Ватор стражникам.

– Мой король, милорды, разрешите я продемонстрирую Вам новый доспех – Верховный кузнец, в красивом фартуке, на котором были вышиты узоры и имена других великих кузнецов, хлопком в ладоши вызвал своего человека.

Лязгая, в комнату вошел закованный с головы до ног воин. Его с интересом рассматривали все присутствующие, а те, кто сидел недалеко от него, даже осмелились потрогать металл.

– На востоке в шахтах Смуна, как вы знаете, клан Семья обнаружили новую руду. Случилось правда это еще давно, во времена правления Вашего прадеда, короля Эрика. Но только недавно мы изобрели с её помощью сплав, который легко поддается ковки и обладает малым весов! Давай продемонстрируй нам – замахал руками на бронированного солдата Верховный кузнец, не сдерживая эмоция. Было видно, что ему не терпится.

Воин стал прыгать и кувыркается. Вытащив из ножен меч, он, крутанув мельницу начал показывать всевозможные финты и пируэты из фехтования, которые пришло из Ньофинира давно и вошло в обиход септанийских воинов, в основном высших офицеров и аристократии. Затем позвав стражника он встал ровно и выдержал несколько сильных ударов мечом. На кирасе остались небольшие вмятины.

– Превосходно! – Удивился Ватор и чуть не подпрыгнул на троне. Его глаза на мгновение загорелись. Казалось, что он забыл о проблемах и заворожено пытался уловить каждое движение. – Просто невероятно! Сколько можно сделать таких доспехов Эзер?

– Увы не много, придется сформировать пару-тройку специальных отрядов чтобы обеспечить их полными комплектами. Наши командиры тоже думаю получат их, а остальным воинам придется носить старые образцы. – ответил, улыбаясь Верховный кузнец. Сложив руки на груди, он поднял подбородок. Сегодня на совете он был на коне.

– Новое вооружение будет как раз нам на руку – Задумчиво потер бровь Ватор, смотря на своих подданных. На секунду ему показалось что его мысли стали другими и как-бы не его. Встряхнув головой, он продолжил – Думаю не нужно делать первые шаги в войне, пускай Меферит удивится, он считает нас отсталыми и не способными защитить свои земли, но мы докажем обратное.

– Значит можно налаживать производство? – Спросил Эзер и наклонившись к королю продолжил шепотом – есть маленький нюанс, милорд, в Смуне не питаются мечтами и обещаниями, труд горняков и тамошних кузнецов стоит дорого.

– Назови любую цену казначею, этот сплав может нам сильно помочью. – Произнес все еще погруженный в раздумья Ватор – думаю кавалерия теперь будет непобедима.

– Но седока легко скинуть – Молодой член совета, Ролланд Караней, произнес свои домыслы. Обеспокоено он развел руками и задел соседей – Наша кавалерия будет разбита обычными копейщиками! К слову фаланга, ударная сила южан.

– Да, разбита – Начал Ватор оперившись на подлокотники – но что будет если к латам еще сделать более мягкую, способную сдержать удар при падении подкладку?

Вермилия хотело сказать шепотом своему отцу что она на военном совете лишняя, но не успела. Ее опередил король.

– Грегор, ты сколько падал с лошади? – спросил после долгого затишья Ватор, положив локти на стол, что вызвало неодобрительный взгляд Ладомира. Грегор был первым дворянином в своем роду, поэтому Ладомир, как и некоторые другие представители дворянства считали, что они не могут сидеть за одним столом с выходцем из обычных людей.

– Не считал Ваше великолепие – задумался зеленоглазый бывалый вояка и положил руку на руку дочери. В его темной бороде уже появлялась первая седина. Он видел именно в Вермилии надежду на их молодой род, а не в старшем сыне Дантаре, именно поэтому просил у короля её присутствие на каждом совете, как только ей исполнилось шестнадцать. После раздумий он ответил по-военному – В бою неоднократно!

– Вот, Грегор, после падения, что ты делал? – вальяжно потянувшись, продолжил правитель Севера.

– Вставал и продолжал бой, только пешим. Но я всегда использую простую усиленную кожаную бригантину… – Грегор задумался и посмотрел на "Чудо-доспех". Подойдя к воину, он провел рукой по кирасе и наплечникам – Вы хотите…

– Именно, ты опробуешь нашу броню и научишь будущих воинов группироваться при падении и внесешь на твой взгляд изменение в саму конструкцию доспеха. Так у нас будут кавалеристы, которые легко будут превращаться в пехотинцев.

– Способных сражаться как мечники! – докончив фразу сказал Эзер хлопнул в ладоши – Простит меня, Ваша Великолепие, но я уже придумал еще лучшую конструкцию для доспеха.

– Только можно сломать шею во время падения – Грегор покачал головой и скривил рот. Он продолжал ходить вокруг рыцаря, временами стуча кулаком по доспеху – Не говоря о переломах и сильных ушибах, которые будут, при падении на скорости. Вдобавок, наездника могут затоптать свои же товарищи, которые будут нестись позади него.

– Хм, думаю, с этим мы еще разберемся – Ватор вновь стал хмурым. Он склонился над картой во весь стол и оперившись руками продолжил – Теперь обсудим план войны. Господа, наша старая знакомая на пороге!

– Какая? – Спросил Ролланд, не до конца понявший последнюю фразу короля. Вермилия сдержала смешок. Ролланд частенько выглядел глупо, когда задавал вопросы. Это её забавляло.

– Война – Мрачно ответил Ладомир щелкнул пальцами перед носом у молодого Графа.

Взошедшая луна освещала мрачный лес и старый замок. Свет в одном из окон горел всю ночь и привлекал мотыльков. Королевство Септания готовилась к войне. Весть о нападении Юга уже облетела весь Север. В эту ночь многие обсуждали о будущем, от солдат до обычных крестьян. И только старый Верховный Шаман Унибор, собравший всех жрецов, обсуждал с ними не нависшую угрозу войны, а теряемую власть шаманов над народом. На старом капище был разведен большой костер. Само капище было общиной поляной, посреди леса. Земля здесь была твердой и напоминала скорее камень. От света Луны и костра, по ней бегали странные огоньки, отражаясь от поверхности. Недалеко от главного костра, который озарял добрую половину поляны, был небольшой стол с благовониями и инструментами для ритуалов и большие, каменные статуи. Они были стары и покрыты местами мхом, но даже старость, не разрушила их лики. В центре этих идолов находился Бог Мрака Морогх. Величественный человек в свободных одеяниях и мечом, который он держал перед своим грозным лицом. Он был без волос, а на его лысом челе красовалась красивая корона, означающая Луну. Именно он был главой пантеона, которому покланялись северяне, только мало кто знал об этом. Считалось, что Морогх предлагает людям два пути для решения проблем или дарования благ. Первый путь – сложный и человек сам должен пройти его для достижения своей цели. Бог Мрака нередко даже усложнял ситуацию, но если человек их все проходил, то получил награду даже, сверх того, что ожидал. Второй-же путь – быстрый. Человек получает все что хочет за жертву, как правило за убийство близкого человека. Но убийство было не самим жертвоприношением. За жертву считались, эмоции, которые следуют за поступком-убийством. Наверное, именно из-за такого выбора, северяне и перестали обращаться к Морогху на прямую, хотя и не забыли про старшего Бога своего пантеона. По мимо своих обязанностей, как глава пантеона, Морогх также имел вторую личность. Саму Смерть и только избранные знали об этом. Жрецов, что покланяются его второй натуре, называли мортаси и их нередко боялись, так как многие из них сходили с ума и говорил довольно странные и ужасные вещи. По правую руку от Морогха, стоял Великий Волк, человек в старинных доспехах и головой волка. Он был правой рукой Морогха и являлся его вестником в мир людей. Именно его маленькая статуэтка, стояла у многих жителей Септании в домах. Как раз ему и покланялись почти все септоницы. Далее шли статуи поменьше. Это были божества-ремесленники и помощники людей. К примеру, Богиня Ферра, которая занималась кузнечеством. Каждый кузнец на Севере приносил ей в дар каждый месяц подкову, давая знать, что он трудится и совершенствуется в своем ремесле. Ферра была изображена как крупная красавица с молотом в руке и пламенной рукой. Её одежда была лишь кузнечный фартук на обнаженное тело. Правда на этом капище были изображены не все Боги. С Феррой иногда изображалась её сестра, Трит, Богиня плодородия и спутница землепашцев. Её улыбающийся, молодой лик, не был виден на поляне, хотя она была даже важнее своей сестры. В отличии от своей сестры, она была худой и с необычайно длинными волосами, которые состояли из растений полей. В руках, как ребенка она несла стог сена или хлеб. Ей жертвовали первый урожай, а точнее делили с ней трапезу, оставляя место для Богини за столом. Молодые девушки плели себе венки, подражая волосам Трит, и просили у нее здоровых детей.

Каменные лица Богов словно наблюдали, как на поляне собирались люди. Все они были представителями жречества. Старцы в шкурах и с длинными бородами, были шаманами и поклонялись Великому Волку как их далекие предки без изменений. Каждый из них подходил к статуе Волка и клак кусочек сырого мяса, при этом стараясь не смотреть на свирепого, по их мнению, Морогха. Ему они готовили иную жертву. Каждый из шаманов должен был провести три дня с завязанными глазами, дабы узреть мрак во всей красе. Рядом с ними стояли разного возраста люди в накидках или просторных одеяниях не броских цветов. Это были жрецы главного божества Септании, но в отличии от шаманов, они уделяли все возможным обрядам мало времени. В основном они занимались ритуалами в храмах для людей и оказывали все возможную помощь. Подальше от основного костра стояла группа женщин, среди них были травницы, знахарки и ведьмы. Все они поклонялись разным Богам, в зависимости от своего происхождения. Ведьмы были редкостью в этих краях. Считалось, что ведьма рождается под особыми звездами и когда девочка начинает ходить и крепнуть, ей наносили замысловатую татуировку в виде чертополоха. Такой знак был клеймом. Изначально, в давние времена это был символ для распознания дремлющей магички. Чертополох говор о том, что его носительница имеет способности к разному роду волшебства. Конечно, это было не то волшебство, о которым любили рассказывать сказочники в деревнях. Они не тушили свечи и не двигали взглядом предметы. Но они могли видеть будущее и прошлое, могли с помощью рунических камней и карт давать человеку наводку на правильный Путь, а также изготавливали всевозможные амулеты и обереги. Они также, как и шаманы общались с природой и постигали суть мира, но по-своему, ибо кроме Великого Волка, они верили в других Богов, за что и часто получали презрительные высказывания.

Когда в костер кинули охапку трав и воздух наполнился ароматным дымом, на поляну вышел, чуть прихрамывая шаман в красивой одежде. Его пояс из цепей и разных амулетов звенел словно погремушка, а мантия была бардового цвета. Редкие волосы свисали до плеч и были похожи на серую паклю, а лицо было изрыто морщинами.

– Вот уже столетие каждый вождь пытается изменить всех людей! – Громко начал вещать Унибор стоя у костра и стараясь рассмотреть каждого человека на поляне. На секунду он посмотрел через плечо на статуи и почувствовал прилив сил. Он размахивал своим посохом, на конце которого свисали разноцветные ленты. Его голос набирал силу и не смотря на старческий хрип, он говорил все громче – Они стали звать себя королями и по образу Ньофинира давать титулы, вводить странные правила, которые нарушают законы Богов и самого Волка!

– Люди не слушают больше нас – Подхватила ведьма с мелодичным голосом. Она раскрыла руки, словно желая все обнять. К слову, в этот раз женщин было больше, чем мужчин, поэтому в этот раз никто не думал тягаться с ведьмами на счет веры. Молодая ведьма под одобрительные высказывания своих сестер продолжила – Они все еще поклоняются Великому Волку, нашему родоначальнику, но они больше верят в доспехи и мечи. Они перестали верить в истинную силу магии. Многие не ходят в храмы и не желают даже слушать советы знахарок, которые желают излечить их детей!

– Да сестра моя, они забыли кто мы все есть, они позорят знамя Волка – Грустно вздохнув сказал молодой жрец и кинул еще одну охапку веток в костер.

– Но мы покажем еще силу Великого Волка – Закричал Унибор кинув в огонь горсть порошка и пламя стало на мгновение синим – Шаманы еще имеют силу в этих землях, я помогут нашему Вождю увидеть правду и он откажется от этой слабости, от коней которых приручил когда-то его предок, ибо они забыли как ходить днями и ночами, от второй кожи, ибо они забыли как воевать в собственной шкуре. Они стали слабыми и наш долг помочь людям вернутся к жизни наших предков.

Все люди, сидевшие вокруг большого костра, поддержали кличем Унибора. Верховный Шаман начинал свою игру, и в эту ночь заложил первый камень в свой план.

– Наконец-то! Вот они, маги древности! – Обрадовался ученик, отложив перо. Паренек широко улыбался и смотрел в спину наставника, чувствуя, что сейчас будет нечто интересное.

– Ну это не совсем маги – выдержав паузу, начал наставник – Самые близкие к современным магам в те времена были ведьмы. Кстати, именно с помощью их гримуаров и прочей литературы, через несколько лет после этих событий появятся первые, серьезные алхимики и будущие "маги", какими ты их вероятно представляешь.

– Значит, шаманы и жрецы были… – ученик, зажмурившись, стал подбирать слова.

– Нет – Перебил его наставник, зная, что за слово пытается подобрать его подопечный – Они не были шарлатанами, хотя и саму суть мироздания не очень понимали. Но они уважали природу и помогали людям находить себя и душевный покой.

– А ведьмы? – ученик подошел к камину поближе погреть руки – О них что скажете?

– Как я уже говорил, ведьмы уже тогда рисовали ставы и знали руны – голос наставника сменился на немного угрожающий – в отличии от тебя, лентяй. Давай садись на место и продолжим, ночь сегодня будет длинной. Кстати, руна что была на камне Тариаса называется пьярт, означает она тайну. Сможешь подробнее рассказать о ней?

– Конечно – кивнул парень – Как Вы сказали когда-то, «все что скрыто, становится явно», вот прямо как раз про эту руну. Также она значит Открытие знаний, посвящение в тайны или дарование знаний.

– Неплохо – сказал учитель – но ты забыл добавить, что вдобавок ко всему, это руна Смерти, точнее «отмирание» и своеобразный опыт смерти "освобождение от прежнего". Она связана со сверхъестественными силами и учит самодисциплине.

– Да, точно! Однако у меня созрел еще один вопрос – вздохнув, удрученно сказал ученик, подходя к столу – У Войла ведь тоже была татуировка, что и у ведьм. Я думал её наносили только женщинам.

– Ты прав, только женщинам – кивнул наставник. Было ясно по голосу, что этот вопрос порадовал его – Но иногда бывали и исключения. К примеру, если у ведьмы рождался сын, а не дочь под той или иной звездой, то он становится дремлющим, т.е. со скрытыми, магическими возможностями. Может быть, мальчик никогда и не узнает этого и не сможет быть жрецом, а может и наоборот. Бывали случаи, когда такие мужчины становились подколдунками, и пускай не смешит тебя это слово, и занимались ремеслом ведьм всю свою жизнь.

– Делая амулетики и целебные мази? – Усмехнулся ученик, вообразив, как мужчина делает женскую работу.

– Ты тоже это будешь делать со временем – закашляв, утвердительным тоном сказал наставник и впился руками в кресло. Когда приступ прошел, он продолжил – Они почти все служили при герцогах, королях и лордах. Мужчинам в те времена доверяли больше. Иметь советника, который может рассказать тебе будущее и вылечить от почти любой хвори, это дорого стоит. Ну ладно, что-то мы на сей раз сильно отвлеклись, так что продолжаем.

Глава 3

Утром Серхат встал пораньше и отправился к своему господину в Тронный зал. Он давно не спал в кровати, поэтому прекрасно выспался. Придерживая желтый плащ на правом плече, он приказал Безмолвным Стражам открыть массивные двери. В зале не было никого кроме Меферита и его питомцы. Правитель, одетый в белый кафтан, раскрепощено сидел на троне, спинку которого украшала большая голова кошки. Рядом с троном был столик, на котором находился поднос с фруктами, позолоченный и украшенный драгоценностями кубок и графин вина. – Акрум пыталась стащить с него что-нибудь, на что с интересом наблюдал Меферит. Услышав открытие дверей, Правитель Юга подмигнул генералу, а фелис фыркнув прыгнула на колени к хозяину

– Повелитель – Заговорил Серхат поклонившись и подойдя к трону сел на одно колено – Мы готовы, одно ваше слово и войска перейдут границу.

– А как насчет разведчиков? – Поглаживая Акрум спросил Меферит. Он говорил так, будто ему это не интересно. Серхат знал, что, когда Повелитель себя так ведет, это означает, что его гложут нехорошие мысли. – разве Септания не готовится к войне?

– Разведка доложила, что у врага нет пополнений в гарнизонах – Отчеканил генерал и увидев, как Меферит жестом предлагает сесть на красную, обитым золотыми нитками, подушку около трона, послушно сел рядом. – Они наивно полагаются на свою силу.

– Тогда выступаем, время расширять границу пришло – Сказал Меферит и взяв кортик с подноса на столике, метнул его в колонну недалеко от трона, отчего Акрум рванулась к ней – Идем на Септанию.

– Повелитель, я простой солдат, повидавший много битв, но у меня вопрос – Нерешительно проговорил Серхат. Он отводил глаза от царя.

– Слушаю и перестань так меня называть, мы одни, ты меня, по сути, воспитал! – Не выдержал Меферит. Молодой Правитель Юга посмотрел на своего генерала и не выдержал смеха – Серхат, хватит так сидеть, расслабься. Давай общаться на равных, я только с тобой могу это позволить. Рассказывай, что тебя тревожит.

– Многие Правители желали расширять границы ради славы и остается надолго в истории, другие ради богатства, третьи просто из-за кровожадности. Но Ваш отец не любил войны и никогда не был агрессором, он учил Вас миру и думаю не был бы рад вашей затеи. Поэтому у меня вопрос, зачем вы начинаете, точнее уже начали войну? Ради чего? – Закончил Серхат и сделал громкий вздох.

– Странно слышать от генерала такие слова – задумался Правитель Юга. Он встал и пройдя чуть вперед развернулся. Его лицо стало выражать тревогу. – Но я отвечу тебе. За тем, что я боюсь. Боюсь, что Север может нанести первый и сокрушительный удар по нам. Боюсь, что Ватор с легкость дойдет до нашей столицы и тут в тронном зале на моих глазах учит расправу над… – Глаза Меферита стали блестеть, а голос дрожать – над теми, кто мне близки.

– Но Повелитель – Подошел к нему Серхат и положив руку на плечо заглянул в черные глаза – Ватор честный и доблестный человек, он, как и его предшественники подавляет привязанность своего народа к древним и диким традициям. Он никогда не ударит в спину.

– Первое, шаманы и по сей день делают людские подношения Великому Волку, которому кстати поклоняются почти все северяне! – Меферит шмыгнул носом и загнул палец. – Второе, согласен, Ватор хороший и честный противник, но где гарантии что после него не будет править какая-нибудь подстилка для этих колдунов-ведунов? Которые так и стараются повернуть время вспять, и никто не знает, что у этих больных на уме! Наши жрецы давно поняли свое место и занимаются только траурными церемониями и лечением наших душ, а вот на Севере с этой шайкой медлят! Но главное, они не простят нам века рабство, набегов. Этой войне не будет конца. Ее начали еще мои предки, но конец положу я. Нужно сломить северян, сделать их покорными слугами, а особо бойких предать мечу.

– И тот мальчик будет примером – улыбнулся генерал

– Да, Войл будет первый, кто будет рад ошейнику – царь Юга прикрыл глаза и представил взрослого северянина – Но я повторяю, они варвары, звери. Как оцелоты они рано или поздно нападут на свою жертву, на нас.

– Я Вас понял, прошу извинений за дерзость – Серхат отошел от Меферита и поклонился – Я исполню Вашу волю и отправлюсь с другими генералами на передовую!

– Учти, ты главнокомандующий и не рвись особо в бой – Меферит ударил слегка по груди кулаком генерала, перейдя на официальный тон – Мы хотим верить, что как только разберемся с политическими делами, сразу присоединимся к тебе. Надеемся, далеко на вражеской территории!

Смех обоих людей прервал кашель Кирама, который тихо и вошел в тронный зал. Градоначальник, шмыгая сандалиями по мраморному полу, держал свитки подмышкой.

– Повелитель, генерал – Поприветствовал поклоном обоих. Морщинистое лицо не выражало никаких эмоций. – Я должен доложить, что половина аристократии видит в войне шанс получить в свое расположение новые земли и титулы. Они безоговорочно поддержат Ваше решение.

– Итак – Сев на трон начал Меферит. Он подпер подбородок ладонью и нарисовал пальцем в воздухе символ бесконечности – Но другая половина…

– Другая половина на гране измены – Устремив свой взгляд тихо проговорил Кирам. Генерал, стоящий рядом с ним сжал кулаки.

– Поэтому Мы и остаемся пока в столице – Обратился Меферит к Серхату наигранно грустно. Вздохнув, он продолжил – Все, с этого момента вся армия на твоих руках. Надеюсь, что ненадолго. Можешь идти.

– Слушаюсь Повелитель – Отдав воинское приветствие, сложив правую руку за спину, Серхат твердым шагом вышел из зала.

– Что думаешь, Кирам, волнения можно будет подавить без применения силы? – Спросил у наместника Меферит. Он зажал двумя пальцами переносицу и закрыл глаза. – Два фронта сыграет плохую шутку с нами, а если начнется гражданская война.

– Такого не будет, уверяю – Успокоил его Кирам, поправляю выпадавшие свитки – Придется сыграть в давнюю игру.

– Эх, Войл еще маленький и не готов стать телохранителем Миры – Вздохнул Меферит и покачал головой. – Но играть в интриги начнем уже сейчас, а как только Мира будет под железной охраной мы раз и навсегда положим конец эти жирным негодяям!

– Понял Вас, еще я хочу сообщить Вам, что наша казна полна доверху – Таинственно улыбнулся Кирам. Для лица наместника проявление любой эмоции было непривычно.

– Не юли, к чему клонишь? – Заинтересовался Меферит и взял с подноса гроздь винограда.

– Надо будет нанять несколько отрядов наемников, мы можем себе их позволить. Пускай они поддержат в бою наших воинов, зачем нам лишние жертвы, так?

– Точно! – Воскликнул Меферит, прожевывая виноград и хрустя косточками – Мы растянем войну на годы, полностью подчиним распоясавшихся аристократов и измором возьмем Септанию! Уж Ватор наверно точно не будет готов к такому!

– Главное не переусердствуйте, северяне были всегда опасные противники! – Предупредил Кирам и наконец нашел среди бумаг нужный свиток – Поставьте вашу печать здесь, сейчас расплавлю сургуч.

– Угу – кивнул Меферит и снял свою печатку с мизинца. Пробежавшись глазами по документу, он закатил глаза – Налоги, опять налоги. Народ за такое меня точно невзлюбит!

– Все будет хорошо, не переживайте – Дождавшись, когда царь Ньофинира поставит печать, Кирам продолжил – Я пока найду лучших наемников и подкуплю глаза и уши, дабы знать в столице обо всем.

– Хорошо, можешь идти – Махнул рукой на поклон наместника Меферит. Как только вновь оставшись один с верной Акрум, он, подойдя к окну взглянул на далекую площадь.

На площади было много людей, которые толпились послушать бродячих музыкантов из дальних краев. Барды пели разные песни и временами косились на стражников, которые только и ждали как какой певун пропоет нехорошее слово про Повелителя и его приближенных. Иногда песни прерывались для того, чтобы глашатай смог поведать свежие новости и приказы. На площади запрещалось торговать, исключения были только для маленьких лавок с жареными угрями, горячими лепешками и в особо жаркие дни прохладной водой и вином.

– Ух, ну и жара – выпив вторую чарку вина сказал Ашур. Он приподнял тунику и подул себе на грудь – Никогда не мог понять, как тут можно жить!

– Хм, а я-то думала первый меч Юга не может жаловаться на тяготы жизни – Улыбнулась ему подошедшая красивая, смуглая девушка в длинном свободном платье.

– В моем возрасте уже можно поворчать, Улиара – Улыбнулся в ответ ей Ашур и кинув пару монет торговцу, подал девушке глиняную чарку с водой – Давно я тебя не видел, как на Дальних Оазисах?

– Как всегда – Девушка откинула назад темную прядь волос, которая непослушно выпала из пучка и взяла предложенную чарку – выращивают фрукты, овощи и мало интересуются политикой. А вот мне интересно другое, это правда, что ты перебрался во дворец? – лукаво спросила она.

– Да, но учти это как бы тайно – пригрозил бывалый воин шутливо.

– Такая тайно что о ней уже шепчутся не только на Дальних Оазисах, а уже наверно по всем городам Ньофинира – Приподняла бровь и Улиара.

Покрасневший Ашур тоже не вольно усмехнулся. Он давно не видел девушку, с тех пор как она впала в немилость Бонуру. Предыдущий монарх сослал её на Дальние Оазисы, место, которое обеспечивает провизией все города находившихся в пустыне. Улиара была полукровкой. Её мать была северянкой, точнее рабыней. Она появилась во дворце вскоре после кончины от лихорадки любимой жены, тогда еще царевича Меферита. Умная служанка Улиара, смогла утешить наследника и получила место официальной любовницы, но Бонур Мирный заботясь о воспитание своей внучки запретил это неподобающее для будущего Правителя поведение. По просьбе Меферита, он предоставил ей место помощницы наместника Дальних Оазисов. Учитывая её ум, Бонур сделал правильное решение, и через некоторое время бывшая фаворитка показала себя с лучшей стороны и вошла во вкус. Сейчас Улиара прибыла в столицу для покупок себе новых платьев и украшений. Она выглядела как большинство аристократок, темные волосы, уложенные в пучок, покрывал шелковый шарф желтого цвета, сочетавшийся с красным платьем. Подведенные глаза казались невероятно большими и гипнотизировали собеседника. Теперь вглядываясь в это лицо Ашур, не мог поверить, что несколько лет назад видел её как простую служанку, выносившую ночные горшки.

– Если тебе интересно, то я живу не совсем во дворце – ответил после недолгих воспоминаний Ашур. Он взял под руку девушку и повел её подальше от шумных музыкантов.

– Ага, значит слухи, как всегда, преувеличены – расстроилась немного Улиара – Но Меферита ты, наверное, часто видишь? Как он поживает?

– Повелитель – поправил её Ашур. Весельчак сразу стал строгим. – Повелитель Меферит, не стоит совершать глупостей, это на тебя не похоже. Дела у него не очень хороши, ровно, как и у всех нас. Война уже почти началась, думаю в этот раз она затронет многих.

– Не может быть! – Испуганно прикрыла рукой рот девушка. – Если это шутка, то она не удалась!

– Нет, это не мой юмор, Главнокомандующий Серхат сегодня должен был направится по этому поводу во дворец – Серьезно ответил Ашур у прищурившись посмотрел на стены дворца. Затем, мастер меча перевел взгляд на ближайшего купца и воскликнул – Вино с уступкой!

Девушка стояла, не шевелясь и ожидала, когда её собеседник расплачется за два по цене одного кувшина с вино. Затем, попытка поцеловать руку девушки, обернулась для веселого обладателя вина, легкой пощечиной. Потерев место удара, он стал пробираться через плотную толпу ко дворцу при этом нахваливая прекрасный аромат из кувшинов.

Улиара решила пройти к Живому рынку. Так называли место, где продавали как правильно можно было догадаться, рабов. Она прикрыла лицо шарфом и шла по деревянному настилу, недалеко на помосте велись торги девушек, которых привез с собой Меферит.

– Наш Повелитель даровал этих прекрасных фруктов для того, чтобы их вкусить – Крепкий зазывала с плетью подходил к каждой из девушек и показывал их физические достоинства людям- Вы только посмотрите на них! Кожа белее мрамора, а глаза похожи на сапфиры и небеса!

– Вот ту за десять фелисов! – Облизывая губы, и тыкая пальцем в стройную красавицу в цепях, кричал торговец. Его пальцы были увешены кольцами разных размеров, поэтому он не мог сжать руку в кулак. От чего его руки выглядели смешно и странно.

– За эту кошечку, всего десять?! – зазывала подошел к ней и силой раскрыл ей рот – Ты посмотри на эти маленькие жемчужинки, за такую не жалко и двадцать отдать!

– Двадцать пять – перебил старый гражданин с широким поясом, в котором было воткнуто множество кинжалов

– Тридцать! – зло крикнул первый торговец и посмотрев на старика задал вопрос, который подхватили близстоящие люди – За чем такому старому и облезлому коту такая кошка?

– Сорок фелисов – поднял руку старик и вытащил один и кинжалов – А ты давай, попробуй узнать, насколько я стар? Или, по-твоему, если я старик значит я бессилен?!

Началась перебранка и толкучка, которую мгновенно начали растаскивать стража. Воспользовавшись моментом Улиара подошла к рабыням получше их рассмотреть. Она увидела зрелую женщину с татуировкой на лопатке.

– Я хочу купить ее – подойдя к зазывале она сунула ему мешочек.

– Ого, тяжел – достав одну из монет и попробовав на зуб проговорил работорговец – Не буду задавать глупых вопросов зачем она тебе госпожа. Куда ее доставить?

– Сама доведу – сказала она, держа шейную цепь – Отстегивай давай, да поживее.

– Спасибо – проговорила женщина, когда Улиара её вела по улицам ко дворцу.

– За что? – ухмыльнулась девушка – Может я из тех, кто любит странные игры и наслаждения, а тебе как раз не повезло.

– Ты из нас, хоть и полукровка – прошептала женщина – Вдобавок ты обратила на меня внимание после того, как увидела мою печать и как я понимаю ты знаешь, что она означает.

– Знаю, поэтому и пришла сюда, как только узнала, что Меферит привел вереницу рабов и отдал ее великодушно на торги – тоже шепотом ответила Улиара – Моя мать была рабыней, но рассказала, что чертополох себе наносят, кхм, сама знаешь кто.

– Ведьмы – женщина захохотала. На них стали обращать внимание люди, но главное стражники.

– Госпожа, нужна помощь? – спросил стражник, подойдя к Улиаре и рассматривая грязную женщину со странной улыбкой.

– Нет, не надо – женщина прикусила губу и ударила по щеке своей рабыни. Показательно, но совершенно безболезненно – Просто она все еще дикая, ну сами знаете даже собаку нужно лупить, прежде чем она станет покладистой.

– Извини – прошипела Улиара как только они прошли мимо стражи – Если хочешь жить по нормальному, то играй по правилам, цепи сниму как только придем во дворец, хорошо хоть кузнец там у меня есть знакомый.

– Поняла, прости меня – шмыгнула носом и все еще потирая щеку сказала женщина – Я Анелия, кстати тоже полукровка, правда на четверть.

– Улиара – протянула по-мужски руку для рукопожатия представилась бывшая фаворитка царя – Рада что нашла хоть кого-то из представительниц вашей профессии.

– Магия не профессия – поправила ее Анелия с менторским тоном. Она выпрямилась и посмотрела на свою «хозяйку» оценивающим взглядом.

Две женщины не спеша шли к внутренним воротам царского квартала. Они беседовали тихо. Люди не обращали на них внимания. Хозяйка со своей рабыней о чем-то разговаривают. На Юге в отличии от мужчин, которые видели в рабах вещи, женщины относились к ним все-же более лояльнее. Вдобавок ко всему, они часто привязывались к ним, а порой и заводили себе любовников. Поэтому, такой диалог со стороны был обычной картиной.

– Значит ты меня сможешь чему-то научить? – спросила Улиара поприветствовала командира стражи на стене внутреннего кольца дворца и дождалась когда ей откроют ворота.

– Если у тебя есть дар – пожала плечами рабыня, заходя в обширный, дворцовый сад – А вообще, разве у меня есть выбор?

Юноша начал зевать, его глаза слипались, а рука уже едва держала перо. Но он держался. Отложив перо в сторону, ученик решил чуть походить по комнате.

– Анелия ведь северянка – ученик начал рассуждать, временами поглядывая на наставника и ожидая его реакции. – Значит она почти наверняка знает руны. Ведь она дремлющая, как я понял. И голову даю на отсечение, она ведьма!

– Неплохо – наставник два раза хлопнул в ладоши – А теперь скажи мне, какую руну она показала Улиаре на первом уроке?

– Почём мне знать – Ученик пожал плечами и сел на место. Он ответил с ходу, не став даже пытаться подобрать варианты. Юноша считал, что играть в «угадки» сейчас будет глупо.

– Напрягись немного и поразмышляй – по вздоху мужчины было ясно, что он не доволен таким ответом – Скажем, вспомни свою первую руну.

– Аусс! – Воскликнул паренек и заулыбался – Ну, конечно, руна мудрости! Связующее звено между носителем и тем, кому её надо передать. Её также используют поэты, ораторы и школяры. Это канал к скрытым знаниям и глубинным уровням разума, где открывается подсознание.

– Правильно. В основном она связана со знаниями. – Наставник вновь похвалил ученика – Можешь ведь, когда захочешь.

– Может, Вы поведаете в награду о какой-нибудь битве? – неуверенно просил юноша, сжав пальцы.

– У всего есть своя цена и награда – Кивнул наставник и чуть усмехнулся – Не всегда же тебя наказывать.

Глава 4

Недалеко от городка Броганд, окруженного полями и небольшими холмами, случилось первое серьезное столкновение суровых и закаленных севером воинов с хитрым и ловким захватчиком. В тот день было тепло. По небу уплывали последние облака. Оно становилось спокойным, что нельзя было сказать о земле. Трава была вытоптана солдатами, которые закончили построение и стояли как один, выжидая приказов. Многие переговаривались между собой, создавая ели слышный гул в совокупности. Но этот гул исчезал, если между строем проходил какой-нибудь офицер. Позади ровных шеренг на бугре находилось несколько палаток для командующих. Ролланд сидел за маленьким столиком около своей палатки на возвышенности. Всматриваясь в безоблачное небо, которое сейчас было схоже по цвету с его знаменами, он наслаждался последними мгновениями тишины и покоя. На нем были начищенные латы, закрывающие верхнюю часть тела. Ролланд не любил сабатоны и защиту ног, на что многие бывалые офицеры качали головой и говорили не раз ему, что как только он словит своей ляжкой стрелу, то сразу вспомнит о холодной стали. Он смотрел как его щитовики строятся в ровные коробки, и как полевые командиры, осматривая каждого, громко дают наставление и указания перед боем. Графу полагалось вместе с другими аристократами быть в седле, и как тактик давая указания своим адъютанту, который флажками передавал команды на поле боя. Поправив платок на шеи, он без посторонней помощи запрыгнул на коня и подъехал на свое место. Перед несколькими всадниками располагались трубачи, которые дали первый сигнал. Строй щитовиков уже стоял плотно, нерушимой и железной стеной. На солдатах из брони были только шлем и кираса. Но главная защита разуметься были знаменитые ростовые щиты с эмблемой Каранея, сокола. Каждый из них был одет в плащ, шарф или накидку, но обязательно синего цвета. Воины Севера видели, как под звуки барабанов, наемники, а точнее бывшие земляки, плечом к плечу подходили к ним. Разношерстные отряды, одетые и вооружённые всем чем можно вальяжно вели себя на поле боя. Ведь они были знатоками своего дела. Хоть и расстояние еще не позволяло рассмотреть лица врагов, солдаты Севера знали, что рядом с загорелыми южанами в легкой защите стояли почти такие-же как и они северяне. Те, которые соблазнились золоту Юга, те кто плюнули на свою родину, на своих предков. Злость и обида заполняло каждого воина в стане, и Ролланд знал это. Ему было больно видеть, как скоро, на той стороне понесут знаменитые стяги септанийских наемников.

– Вы – гордость предков, сегодня Великий Волк смотрит на вас! – Командиры твердили все как один, идя около свои корпусов и отрядов. Эту речь подготовил сам Ролланд и заставил заучить своих офицеров словно молитву. – Ваши предки смотрят на вас! Если сегодня, вы струсите и отступите, если сегодня вы положите здесь головы, то по вашим телам маршем коты пойдут на Броганд. Для многих это не просто городок, это дом, где их ждут семьи. Так неужели вы позволите этим южным скотам и предателям рядом с ними сжечь ваши дома и заковывать ваших детей и жен в цепи?!

Даже если у кого и были сомнения, был страх, сейчас эти эмоции исчезли. Крики и удары по щитам дали знать графу Каранею, что его войско готово. Единый клич придал уверенность и повысил дух. Ролланд был морально готов к бою. Рядом с ним стоял адъютант и держал его шлем с синим плюмажем. В его пояс были воткнуты два флажка, синего и красного цвета. Паренек заучил все движение, все сигналы и был готов выполнить свою задачу. Он был слишком юн и вздрогнул, когда солдаты стали бить мечами и булавами по своим щитам.

– Пейт, не волнуйся ты так – говорил Ролланд адъютанту. Он достал маленькую булаву и поднял вверх, давая сигнал своим командирам для готовности держать строй. Как только он опустил булаву, трубачи просигналили три протяжных раза. – Лучше давай сюда мой шлем и прекрати мять мою плюмаж!

Протяжный звук южного горна, который был так ненавистен северным людям, дал сигнал авангарду Ньофинира идти в бой. В былые времена войска неслись друг на друга как бешенные псы, сорванные с цепей. Само собой люди бегали с разной скоростью, поэтому не о каком строе или линии не моглао быть и речи. Сейчас за авангардом Ньофинира шли барабанщики, отбивая каждый шаг, при этом каждый из южных солдат издавал слово «ух» при каждом шаге. Идя, нога в ногу, дисциплинированный строй подходил все ближе и ближе к щитовикам Севера. Тактика боя была элементарной. Высокие воины, вооруженные алебардами и пиками, стояли во второй линии и должны были ждать, когда первая линия топорами и крюками будут оттягивать щиты северян. Как раз тут они и наносили свои удары. Подойдя на достаточное расстояние, нападающие пошли быстрее и начали бой. Крики, топот, лязг. Все эти звуки заглушили барабаны и команды. Каждый боец знал свою задачу. Особо умные алебардисты, били по ногам своих противников, оставляя страшные раны. Поле, которое было более-менее тихом буквально несколько часов назад, превратилось в самое шумное место на свете. Вытоптанная, зеленая трава становилась красной. Лекари в защите, прикрываемые помощниками с щитами, утаскивали с поля боя раненных. Строй с каждой стороны. То тут, то там строй рвался, и в тех местах начиналась мясорубка. В ход шли самые грязные приемы, от банальных ударов в спину, до кинжалов в пах. Люди пьянели от крови и предавались резне.

– Где Грегор? – Наблюдая за ходом боя Ролланд начал волноваться. Он поднял забрало и всматривался за лесополосу, деревья который махали ему от дуновения ветра. Сильно сжимая поводья, он, фыркнув вскрикнул – Моя линия не выдержит!

– Милорд, думаю он уже скоро будет – успокаивал стоящий около него адъютант Пейт. Парень держал штандарт Каранея и зажмуривался всякий раз, когда позади него громко звучали трубы. Офицеры, на лошадях, топчась на месте, с тревогой смотрели на Ролланда. Но всех успокоил пожилой рыцарь с фазановом пером на берете.

– Да Караней, чтоб тебя. Отставь панику, мы раздавим этих южных неженок – подъехал он к Ролланду. Старый офицер говорил громко, чтобы услышали все.

– Если у нас еще останутся люди к его приходу – тихо и зло прорычал Ролланд. Он свистнул оруженосцу, и мальчик с изображением сокола на табарде отбежал назад к трубачам вытаскивая свои флажки. Ролланд, готовый попрощаться с головой узрел чудо. За развивающимся плащом Грегора стремительно неслась сотня конных рыцарей с лазурными прапорами на длинных пиках. Их посеребренные наплечники, ослепительно блестели на солнце. А пики как одна уже наметились на захватчиков. Его корпус кавалерии носил название Волчьи Всадники и были лучшими среди остальных. В отличии от других кавалеристов, в корпус набирались строго по навыкам, поэтому в нем плечом к плечу могли сражаться и барон, и простолюдин. Сам Грегор был из потомственных наемников, но его преданность королю Ватору, с которым они познакомились еще в далекие юные годы и прекрасная верховая езда, преподнесли подарок Судьбы, а именно титул от самого короля. Его предложение, а главное собственный пример был тепло принят королем, когда он сказал, что желает получить под свое руководство профессионалов, а не напыщенных дворян, которые только и могут что скакать по равнинам. На самом деле шум от конницы на поле боя услышали еще до того, как Ролланд увидел их. Реакция на внезапное нападение со стороны леса была незамедлительной.

– Алебарды к бою! – С уже осипшим голосом скомандовал командующий правым флангом южан, на лице которого уже перемешалась кровь и пот. Его шлем украшал покрашенный в желтый цвет конский хвост, знак, который помогал найти своего командира в бою.

Авангард северян мешал сделать полноценный маневр разворота, и конница стала проходить сквозь ряды южан словно клинок через нежную плоть. Увидев своих конных товарищей усталые щитовики громким кличем, стали сражаться еще яростнее. Они стал теснить врага прямо под удары длинных мечей рыцарей, которые успели обломать свои пики. Однако гвизармы сделали коварное дело, для которого были созданы, и первые всадники стали падать со своих скакунов. Крики и ржание в агонии коней заполнили поле боя, которое стало походить на резню.

– Добивайте лежачих, остолопы! – Закричал бешено один из десятников южан, закрывая свою пустую глазницу. Он толкал своих солдат в сторону поднимающихся, закованных в сталь всадников. На них как будто не было лат. Заключенные с ног до головы в броню, мечники с легкостью одолевали алебардщиков и не замечали удары. Грегор видел через забрало, как на деле удается задумка и стал прорубать себе путь к холму Ролланда.

– Смотрите! Они отступают! – Не удержался адъютант, чуть не припрыгивая, подавая сигнал для нового маневра – Милорд, а вот и наш герой! Слава Вейгандам!

Держась за правую ногу и тяжело дыша, Грегор подъехал к офицерам. Он снял шлем и кинул его оруженосцу. Его борода и волосы слиплись от пота, но в зеленых, словно изумруды, глазах горел азарт. Ролланд смотрел и восхищался этим человеком. Восхищался не только его умом, но и мастерством ведение боя.

– Воды – Хватая воздух ртом, проговорил он, стягивая потрепанные перчатки и скидывая на траву. Он не торопился слезать с коня

– Скоро Вы сможете получить звание командора – По-дурацки улыбался Ролланд, смотря как армия Ньофинира пытается бежать. Он видел, как хваленные наемники разбегаются в разные стороны, как их командиры размахивают руками и пытаюсь остановить паническое отступление, но все было четно. – Безоговорочная победа!

Утолив жажду, Грегор посмотрел на поле боя через плечо. Захватчики уже почти отступили и несли потери, а солдаты Септании грязно ругаясь, подбирали своих раненных товарищей и брали пленных. Грегор подозвал к себе Ролланда и ударил два раза кулаком ему по кирасе. Этот знак северяне использовали давно и означал он особое доверие и своеобразную похвалу.

– Вы слишком молоды граф Караней, хоть Вы и выше меня по происхождению, но соображаете намного меньше – Вытерев губы, Грегор плеснул остатки воды себе в лицо и продолжил – Доспехи сыграли нам хорошую службу, но как можете заметить, они не идеальны, как и все в нашем мире. Он, показал зияющею щель на правом набедреннике, из которой вытекло уже значительное количество крови.

– Там на поле еще есть убитые и раненые рыцари, поэтому никогда не стоит говорить "безоговорочная победа" – Грегор подозвал лекаря и дал понять, что ему требуется помощь снять доспехи.

– Хотите сказать, что сегодня в первой битве мы потеряли такое снаряжение?! – нервно спросил Ролланд, подняв брови и вытаращив глаза.

– Нет – прорычал от боли Грегор когда при помощи оруженосца и лекаря слезал с коня – Латы можно будет подлатать, а вот что ожидать от Юга можно только догладываться. Это первый полноценный бой, очень короткий прошу заметить. Думаю, командование противника предпримут на счет наших выходок некоторые уловки. Вот поэтому нельзя нам расслабляется и надеется на одни только новые латы.

Лекарь снял пластину и разодрал плотные поддоспешные штаны острым ножом. Подержав над огнем кривую иглу, он принялся зашивать рану. За процессом врачевания Ролланд не желал наблюдать, поэтому спрыгнув с коня, решил поближе рассмотреть поле боя, а заодно лично проверить своих солдат. Уже вдали он заметил, как кавалеристы наотмашь, при полной скорости, рубили беглецов. В этом не было чести, он знал, что это была война. Та самая, которую застал его дед, та о которой он много слышал от наставников на уроках и о которой он читал.

– Старший командир Грегор – Произнес закончивший перевязку лекарь – У вас довольно серьезная рана, поэтому Вам нельзя будет вступать в бой еще пару месяцев. В Вашем возрасте швы могут разойтись, поэтому прошу, дайте им время на заживление.

– Проклятие! – Выругался Грегор и посмотрел на добротную перевязку – Только этого и не хватало! Во всяком случае, Ролланд прав, мы выиграли этот бой, поэтому, думаю, нам нужно хоть немного отметить и принести дары предкам за помощь.

– Прекрасная идея – отметил адъютант, передавая штандарт знаменосцу. Паренек присвистнул, уперев важно кулаки в свои бока – как раз до Броганда недалеко, а там такие трактиры…

– А какие там крали! – Мечтательно протянул Ролланд, возвращаясь к своим товарищам. Он уловил разговор, и такая идея ему оказалась по нраву. Даже не став раздумывать, он, заломив ус, продолжил – Ладно, думаю можно провести ночь в теплой кровати. С парой кружек эля, разумеется.

– Господа, мне срочно нужно обезболивающее! А до завтрашнего полудня нам нужно будет вернуться в гарнизон – сказал Грегор, поднатужившись, и при помощи пару солдат снова уселся в седло. Зашипев, он продолжил – Поэтому не будем же терять ни минуты и отправимся прямо сейчас!

Войска отступали к своему гарнизону около городка, а большая часть офицеров решила шумно отметить победу, высушив все запасы ближайших таверн.

Ученик, закончив очередной лист, встал из-за стола и молча подошел к шкафу возле двери.

– Позволите? – Спросил он у наставника, открывая дверцу и вдыхая ароматную пищу.

– Так и быть – Усмехнулся учитель – Нет сил больше слушать как урчит твой живот, поэтому подкрепись и отдохни.

Полки были богаты на всевозможные яства. Колбаски, сыры, хлеб, который принесли еще днем, орехи в меду – всего было в изобилии. Ученик, состроив гримасу наслаждения, взял нож, которым было проткнуто куриное бедро. Отрезав сыра и несколько кусочков колбасок, он вытащил из краюхи хлеба мякиш и вложил туда все, что нарезал. Задобрив получившеюся начинку сметаной не первой свежести, парень, едва произнося слова благодаря набитому рту, произнёс:

– Получается, первое серьезное сражение нюьфинирцы проиграли?

– Да – наставник тяжело вздохнул от болей и сделав глубокий вдох, продолжил – Но учти, первая битва – это, не вся война. К слову, как ты знаешь, эта история длилась довольно долго.

– А во всем виноваты правители – Закивал паренек.

– Не спеши. История знает, когда и в чем виноваты правители и в данном случае тут все столь однозначно. К примеру, ты знаешь кем был прадед Ватора? – учитель не cтал дожидаться ответа юноши. Он отпил отвар из деревянной кружки и продолжил – Король Без Короны Эран II. О, этот был ужасный человек, но прекрасный правитель.

– Как такое возможно? – Удивленно спросил ученик усмехнувшись.

– В жизни бывает всякое. Я немного расскажу о нем. Эран был маленьким мальчиком, когда его отца Эрана I отравил собственный советник. Банальная история на самом деле, путь к власти иногда бывает тернист и полон жестокости. Так вот, принца сразу оставили без матери, её заточили в какой-то крепости по выдуманной причине. Мальчика, конечно, нельзя было убить, тогда началась сразу же гражданская война и советник это понимал. Ему выгодно было править страной как регенту. Эрана ломали и издавались, как только можно и советник уже был уверен, что через пару лет юноша полностью сойдет с ума, но он не знал, что за чудовище порождал все эти годы. Эран научился притворяться перед сворой регента, что он их боится, а незадолго до своего совершеннолетия вообще прикинулся, мягко говоря, сумасшедшим. Регента радовал такой исход, ведь когда на церемонии коронации все люди увидят, что будущий король ведет себя как неизвестно кто, то, разумеется, жрецы и высшая аристократия не даст ему взойти на престол, а корону получит бывший советник, который все эти годы готовил трон для себя. И вот, в назначенный день, за место забитого мальчика, регент увидел гордого юношу со свирепыми глазами. Эран без проблем дал клятву, которую заучил наизусть и не стал пользоваться подсказками, как это делали многие короли. Регент на глазах сошел с ума. Он выхватил из рук жреца корону и надел ее на себя, крича, что она и престол его. Эран рассмеялся тогда и ответил, что истинному королю не нужна корона, и он будет править и без нее, а вот придворный шут как раз королю и нужен. Так он и получил свое прозвище, а затем избавился от оппозиции. К слову, еще на коронации, по слухам, многие прихвостни советника раскрылись перед королем и молили о прощении. Некоторых Эран пожалел, других-же, напротив. В целом, за годы своего правления, он сделал много хорошего для Севера.

– Но Вы же сами сказали, что он был ужасным человеком – отметил ученик.

– Всё так и было. К примеру, в день своей коронации, он приказал намертво прицепить корону на голову регента и назначил его своим шутом. Долгие годы он издевался над бывшим мучителем, как и над его приспешниками. Ужасное детство сделало из него жестокого человека и только одно приносило ему радость и улыбку. Страдания. Страдания его противников и обидчиков. Говорят, его тронный зал был вечно украшен клетками, свисающими с толстых цепей, внутри которых были люди, уморенные голодом, а запах на приемах стоял как в старой, мясной лавке. Но я отвлекся, итак, на чем я остановился?

Глава 5

Война, затянувшаяся на тринадцать лет, не могла определить победителя. Иногда южанам, что изобрели смертоносные арбалеты и обладали множественными отрядами наемников, удавалось занять крепости и малые города, лежащие на границе. Но новейшие корпуса панцирной пехоты и бронированные Волчьи Всадники отбивали их обратно. Септания вовсе не собиралась идти на Ньофинир, причина этого служила вторая война с горцами Сарпа, горной долины и восстаниями Старых Кланов, которых подбивали на бой шаманы. Старые традиции не желали отпускать септанийских людей, идущих в новую для них эпоху. У Ньофинира все больше аристократических семей, не желающих продолжения войны то и дело перебивали доставку провизий из оазисов в пустынные города. Только зимой, когда воины Ньофинира не могли сражаться на территории врага, наступало временное перемирие. Весна начиналась на Юге с проведением недельных сражений на арене. В отличие от септанийских турниров, на котором сражались дворяне и элита Севера, дабы показать свое мастерство или произвести впечатление на красавиц, на Юге были поединки на смерть между рабами. Цена победы, было право быть свободными и вступить в армию.

Солнце приближалось к зениту и с каждой минутой приносило все больше жары. За высокой стеной царской тренировочной площадки Безмолвных Стражей был слышен лязг мечей и временами грязные ругательства. Сейчас обширная тренировочная площадка сейчас только двоим.

– Защита! Помни о защите! – Грозно сказал Ашур и со всего маху дал деревянным, тренировочным мечом по ногам Войла, но парень устоял на ногах. Подняв голову Ашур и закрыв глаза от злого солнца, старый учитель протянул с досадой – Ты не исправим! Скоро будет весенняя арена, а ты до сих пор не можешь меня уложить на лопатки.

– Мастер, ты чересчур самоуверен – сказал Войл, потерев ушиб, и обманным маневром ударил своего учителя в плечо, после чего перекинув деревяшку из одной руки в другую. Каждое его слово было произнесено с южным шипением. Хоть он и слышал септанийское наречие, но для него роднее был именно южное произношение. Сейчас он представлял из себя не того мальчишку, которым был много лет назад. Перед пожилым мастером меча стоял крепкий, жилистый парень, с котором мало кто захотел бы помериться силой. Его тело было покрыто от всевозможных старых ссадин и порезов, это были «печати тренировки», как говорил Ашур. Вот уже целый год дни Войла были словно один. Каждое утро начиналось с тренировок и только ближе к закату Ашур начинал теорию и рассказывал о военном ремесле. Молодой человек сильно скучал по тем дням, когда он с учителем путешествовал по непроходимым джунглям на юге Ньофинира, учась выживанию и познавая природу. Он вспоминал как они мерзли по ночам в пустыне и ели скорпионов, змей и других тварей для того, чтобы не умереть с голода. Это были безмятежные дни его детства. Не забывал он и о добродетельном Повелителе Меферите, который часто проводил с ним беседы по вечерам, прогуливаясь по террасе. Но война с каждым годом делали эти беседы короче и в конечном итоге Войл мог месяцами не видеть Повелителя. Еще в последнее время его увлекали тайные уроки Анелии, рабыни, которая была служанкой Улиары. Войл часто прокрадывался в одну из коморок и вслушивался в разговоры Улиары и Анелии. Поначалу ему было не ясно, почему рабыня менторским тоном объясняет своей хозяйке о каких-то духах и рунах. Но эти разговоры настолько увлекли парнишку, что он сам, тайком от Ашура стал рисовать по памяти символы, а также повторять разного рода заклинания. К слову, сама Улиара не очень нравилась Войлу, она, по его мнению, была слишком высокомерна, но вся спесь исчезала без следа, как только она видела или слышала Меферита. Такое поведение всегда смешило Войла.

– Так, уже хорошо, но есть некоторые хитрости – Ашур, сделав подножку, выбил из равновесия Войла, пока тот предался мимолетным воспоминаниям. Охнув, Войл упал и посмотрел на стоящего над ним учителя.

– Ну – Сказал серьезно Ашур, прижав изрубленный от тренировок клинок к горлу своего подопечного. Лицо мастера меча выражало полное спокойствие – Что теперь скажешь? На арене не будет поблажек. Если тебя убьют…

– Не убьют! – Не дав закончив фразу, Войл ловко вышел из захвата и при этом выбил меч из рук учителя. Он вскочил на ноги и схватив за запястье Ашура, сделал болевой прием. – Ты меня многому обучил, поэтому я выдержу испытание!

Отряхивая песок со светлых, коротко стриженных волос, которые топорщились как уголки, Войл сплюнул. Он не думал, что в глазах Ашура, он из маленького мальчика с волчьей натурой превратился в спокойного и образованного юношу достойного Южного двора, а главное, что мастер меча видит в нем приемного сына.

– Ох, парень – По старчески вздохнул Ашур, вглядываясь в глаза небесного цвета. Покачав головой, он кинул свой меч в стойку и попал. – На следующей недели весь день будет посвящен тебе, а ты даже не волнуешься.

– Я не ослышался – Улыбнулся Войл попытавшись повторить бросок учителя, но деревянный клинок отлетел от стойки и упал рядом. Поморщившись, будущий Безмолвный перевел взгляд на Ашура – Кажется кто-то сильно постарел.

– Доживи до моих годов мальчишка – Старый вояка потрепал волосы своего ученика и слегка ударил его по челюсти – поверь наступит время, и ты будешь волноваться за тех, кто тебе дорог. Ну а цирюльник из меня так себе. Надо тебя отвести к тому, кто на самом деле может стричь людей.

Ашур приложив руку ко лбу, вновь посмотрел на небо, солнце было в зените. Смахнув пот, он зашел под навес и сделал несколько глотков из кувшина. В тени всегда чуть прохладнее, по крайней мере можно было спрятаться от злых лучей, а каменный пол был еле теплый, не то, что раскаленный песок ристалища.

– Хватит, зайди в тень – Жестом позвал он Войла и плюхнулся под балку, державшую навес – давай передохнем, а то станем красные как кораллы.

Войл, подойдя к стойке и вложив свой тренировочный меч, взял кривую, старую саблю и сделал несколько ударов о деревянный манекен. Закончив пару серий атак, он все же присел рядом с учителем и прикрыл глаза. Тем временем, посмотрев на вход, а затем на своего подопечного, Ашур достал из-за деревянной доски пола бурдюк.

– Мастер, ты говорил, что больше у меня не будет тренировок – Начал Войл не открывая глаза и наслаждаясь тенью. Запах кислого вина заставил чуть его скорчится, но не обращая внимания на него, он продолжил – я буду жить в самом дворце и охранять царевну Миру.

– Да, но учти, ты простой слуга, телохранитель, как бы Повелитель не относился к тебе тепло… – отхлебнув еще вина, из своего бурдюка немного подумал Ашур. Затем набрав воды из бочки он облил блаженно сидящего Войла – А ну не спать! Ты должен знать свое место, ровно столько сколько я знал свое. Но для начала выиграй на арене и докажи всем, что ты лучший мечник столицы или даже всего Ньофинира.

Охнув от приятной прохлады от воды, Войл тряхнул головой. Посмотрев на свои старые коричневые сапоги со шнуровкой, он стал думать о грядущем дне славы или в противном случае дне позора.

Тем временем во дворце, готовясь к очередному наступлению, которое ударит по казне, идя по закрытой аллеи Меферит обсуждал с градоначальником главный вопрос.

– Надеюсь все готово к последнему дню арены? – поинтересовался у Кирама Правитель Юга поглаживая огромную Акрум, которая по размерам стала как тигр. Его фелис грациозно шла рядом со своим хозяином, издавая фыркающее урчание. Идя рядом с ней Меферит не брал с собой Безмолвных, ибо теперь Акрум стала самым опасным хищником Юга. Она могла за мгновение разорвать любого, кто подумает принести вред её хозяина. Иногда она посматривала на ручного хорька, который сидел на морщинистых руках Кирама. В отличии от Севера, где кошка была почти в каждом доме, священное животное для любого южанина, не могла использоваться как домашнее животное. Домашние хорьки были хороши охотники на мышей и крыс, а как замечали многие звероловы и дрессировщики, хорьки были ручнее и ласковее котов.

– Да, Повелитель, все как Вы приказывали. Арбалетчики будут наготове, когда на арене будет биться Войл. Если его жизнь будет в опасности, они немедленно исправят ситуацию – Кирам позволил своему хорьку усесться у себя на плечах. Белый зверек сильно контрастировал с лицом наместника, которое было серым. Кирам уже давно не спал нормально, слишком много было у него дел и забот государственной важности, и он всецело отдавал себя им. Потерев глаза он с полной уверенностью закончил – Но думаю наш юноша сможет пройти это испытание.

Кирам посмотрел на своего сильно поменявшегося господина. Меферит побрился на лысо и стал носить золотой обруч на голове. Морщины уже стали изрывать его лицо, а глаза все больше и больше тускнеть. Несмотря на то, что Мефериту стукнуло сорок, он выглядел уже почти как старик, но задорный дух все еще жил в сердце Правителя Юга.

– Хорошо, что напомнил. Я должен проведать сегодня его – Меферит потискав своего питомца за ухом немного улыбнулся, а Акрум боднула его головой.

– А как быть с советом? – Спросил градоначальник, поигрывая многочисленными перстнями на пальцах. Проходя мимо трех рабынь, что мыли мраморный пол, он передал своего хорька одной из них. Девушки, к слову, забрав хорька, стали держалась на почтительном расстоянии, до тех пор, пока двое мужчин не пройдут и лишь затем продолжили уборку. Кирам убедившись, что одна из рабынь несет его питомца в покои, обратился к Мефериту – сегодня нужно будет многое решить.

– Не волнуйся, я буду с Войлом недолго, за эти годы я привязался к нему, несмотря даже… – на минуту Меферит остановился и призадумался, а фелис сев, пристально смотрела на него, будто чего-то ожидая. Её необычные глаза выглядели умнее, чем у большинства людей.

– Я понимаю Вас, но о нем никто не знает, а когда он будет телохранителем, ему придется носить маску, как подобает всем Безмолвным Стражам – успокоил его Кирам и свернул к фонтану, рукой уступая проход Мефериту – Все будет хорошо Повелитель, уверяю Вас. А на счет совета, я перенесу его к вечеру, если Вам будет угодно.

– Спасибо тебе Кирам. Я не задержусь – Поблагодарил рукопожатием Меферит. Посмотрев на свою любимицу, царь ласково дал команду – А ты иди в мои покои и никого не пугай по дороге, хорошо?

Акрум поняла каждое слово хозяина и Меферит это знал, ровно столько же, как и знал про её проделки, нередко с подачки Миры, с которой фелис выросла. Потянувшись, Акрум медленно пошла в глубь дворца. Меферит бодро зашагал и скрылся в парке, а Кирам долго стоял на месте и думал о будущем и предстоящей игре интриг, которая будет развернута в этих стенах совсем скоро.

Повелитель тихо подошел к арене и посмотрел, как Ашур подвергал к жестким тренировкам своего подопечного. Дождавшись, когда они сделают паузу между спаррингами, царь Юга решил пообщается с Войлом.

– Войл, подойди сюда – мягко подозвал к себе Меферит. Он стоял около бочки с водой, в которой плавал ковш, а воды уже было на половину меньше. Рукава его темно-синего кафтана были порваны из-за особо игривого зверя, но сменить одежду Меферит пока не захотел, а служанки еще этого не заметили – мне нужно с тобой поговорить.

Ашур и Войл бросив тренировочное оружие, поклонились своему Повелителю. Войл косым взглядом посмотрел на своего учителя, но тот только подмигнул.

– Так, я пойду в трактир, на сегодня закончили – Прошептал Ашур, держа голову в поклоне и выпрямившись громко сказал – Прошу прошения Повелитель Меферит, я должен покинуть Вас.

Жестом Меферит разрешил Ашуру идти. Войл посмотрев в след идущему в припрыжку мастера меча закатил глаза, представив как его учитель опять будет в хмельном бреду рассказывать, как видел гигантского осьминога на восточном побережье. Но отогнав мысли и сдержав смешок, он направился к своему Повелителю. Войл всегда радовался, когда Меферит находил минутку для него.

– Вы хотите поговорить на счет арены? – подойдя к Мефериту, спросил Войл. Тренировочные мечи он подобрал с песка и положил к остальному боевому инвентарю. Юный воин сложил руки у паха и старался не смотреть на Меферита, но тот наигранно покашляв, дал понять, что не надо соблюдать приличие, когда они одни. Подняв взгляд, Воил восторженно произнес – Вам не о чем беспокоится, я не подведу Ваши ожидания.

– Знаю, поэтому я пришел дать тебе вот это – Меферит извлек из кафтана сверток и вложил в руки парня. При этом задержавшись на мгновение, держа его за руки – Этот кинжал принадлежал моему дяде, возьми его.

– Благодарю Повелитель, Вы очень добры ко мне – приняв подарок, проговорил Войл. Он сразу развернул сверток и внимательно рассматривал острый и богато украшенный кинжал. Красивые завитушки и рукоять из красного дерева заворожили его, он не часто видел красивое оружие.

– На арене, ты будешь выглядеть полностью как варвар Севера. С ржавым мечом и шкурой волка на голое тело – Меферит сел на скамью, скинув перед этим тряпки для пота. Он, зачерпнув горсть песка стал пересыпать его из руки в руку.

– Извиняюсь, но разве северяне не носят расшитые одежды и тяжелые латы? – сказал Войл засунув кинжал за свой широкий пояс и посмотрев на выражение лица Повелителя Юга, стал жалеть, что задал такой вопрос.

– Рад, что Ашур рассказывает тебе обо всем – хлопнув по скамье рядом, приглашая паренька сесть, сказал Меферит, его голос был спокойный и он медленно начал объяснять о народе Войла – Но в старые времена северяне выглядели именно так, это был дикий народ. Эта дикость всегда нравилась жителям нашей столицы, поэтому посмотреть на тебя приедут многие влиятельные люди Ньофинира и выложат очень большие суммы, которые непременно пополнят казну. Так как у тебя не будет защиты кроме шкуры и маски волка, а твое оружие как я сказал ржавый меч, то шансы у тебя будут крайне малы. Но думаю, спрятав кинжал в карман, который будет в шкуре, ты повысишь свои шансы. Главное помни, награда за победу очень велика, а я очень хочу увидеть тебя в рядах Безмолвных Стражей. Ты был создан для этого.

Войл сжав кулаки выпрямился и посмотрел прямо в глаза Мефериту. Он не произнес ни слова, как будто тренировался стать Безмолвным, одним из великих и загадочных воинов.

– Да, именно это я и хотел увидеть – сказал Меферит поднявшись и оценивающе посмотрел на юношу – Мне пора идти, передай Ашуру чтобы не сильно тебя гонял в последние дни. Да и скажи, что я велел ему пить как можно меньше, а то наш старый мастер меча скоро станет мастером вина.

Войл не смог сдержатся и засмеялся во весь рот. Он представил как сейчас пьяный старый Ашур пытается ухватить разносчицу за юбку падает со стула. Меферит не выдержав гримас Войла, тоже закатился смехом.

*

Сменив свечку, ученик издал едва заметный зевок. Он знал, что ночь только начинается и впереди ему предстоит много работы. К его счастью, наставник сегодня не отрывался от камина и не видел его зевоту.

– Войл был неплохим воином – сказал парень, явно восхищаясь мастерством древнего Безмолвного. Слегка улыбнувшись и мечтательно закатив глаза, он продолжил – Эх, мне бы так же научиться оружием управлять.

– У каждого своя роль и задача – фыркнул наставник. Он, поправив свою накидку, подвинулся к огню. Он начал говорить мягко, словно вовсе и не хворал, но казалось, что вот-вот вновь зайдется кашлем – Кто-то рожден для войны, кто-то – для любви, а кто-то вроде тебя – для знаний. Пока ты юн и витаешь в мечтаниях, но придет время и ты вспомнишь все мои уроки, и тогда сам станешь наставником для кого-то, а может даже и для многих. Я не настаиваю, чтобы ты стал служить Морогху как я, но прошу тебя о том, чтобы ты постиг как можно больше знаний.

– Я понимаю, учитель – юноша потупил взгляд и, подойдя к камину, передал наставнику кусок сыра и кубок с медом.

– Простой воды, сегодня я не в духе выпить даже каплю горячительного – Забрав кусок сыра, сказал наставник – А что касается о диком звереныше. То хочу отметить, что повидал я за свою жизнь мастеров войны и получше.

– Вы так говорите, будто знали его лично – усмехнулся парень, набирая воду в кувшин из бочонка.

– Я прочел сотни книг о том времени и о нем самом – пояснил ментор, жестикулируя рукой – Вернемся к теме.

Глава 6

Воздух становился горным и морским. Весенний ветер севера был все еще прохладным, но солнце уже грело, а чистое небо заставляло людей улыбаться. Даже жухлая трава, виделась как-то свежей, а на опушках уже вовсю синевой цвели подснежники. Солдаты, выпуская пары воздуха тихо шутили, но замолкали если мимо них проезжал верхом на коне офицер. Нередко молодых воинов осаживали, за их чрезмерную радость. Большая вереница, состоящая из всадников в броне, простых пехотинцах пикинеров и обозах уже были на подходе к Норглену. Среди всадников была женщина, с зеленным меховым воротником и подбитым мехом капюшоном.

– Вожди древности сделали правильное решение, что заложили в этих краях первые камни столицы – проговорила Вермилия про себя. Любуясь горами и очертаниями столицы, которая величественно раскинулась в дали.

Вермилия Вейганд из молодой девушки превратилась в роковую женщину. Она держалась в женском седле величественно, но её мысли о том, что она вновь будет жить в одном замке со своим братом Дантаром заставляли её печалиться, а не радоваться что она увидит свой дом. Опуская зеленные глазки, она вспоминала, как её брат нередко кричал на нее от зависти что именно она будет главой их дома, а не он. Она помнила те ночи, когда Дантар как бешенный врывался в её комнату и накрывал её подушкой. Как она прятала синяки от отца. Но сейчас это все было в прошлом, рядом с ней ехал Ролланд Караней со своей свитой, который не даст её в обиду. Её отец, командор Волчьих Всадников Грегор передал свой корпус под его командование, ссылаясь на то, что Ролланд опытен не по годам. Король Ватор, согласившись с этим решением подписал указ о новом назначение Ролланда и отозвал его на время в столицу. Грегор за годы войны научил многих рыцарей, но чувствуя свою старческую беспомощность решил отправится в отшельничество. Северяне старались забыть свое дикое прошлое, но некоторые обряды до сих пор были в ходу. Одним из них считалось встретить смерть в окружение природы и одиночестве. Вермилия переводила взгляд, то с подснежников на обочине, то на Ролланда, ехавшего впереди, под своим знаменем. Ролланд окреп телом и духом. Доспехи Волчьего корпуса были отполированы и блестели на солнце. Покачиваясь в седле, новоявленный командор вдыхал прекрасный воздух. На его груди красовались золотые цепи с двумя маленькими щитками с эмблемами корпуса и рода Каранеев.

– Ваше сиятельство, столица – обратился Пейт держа знамя к своему командиру. Вермилии всегда было интересно, почему столько лет Пейт оставался адъютантом у Ролланда. Адъютант, сняв кожаную перчатку с манжет приложил руку к козырьку шлема – Войдем через главные или Кибирские ворота?

Столица севера Норглен была разделена на несколько кварталов и главную площадь именуемой, Площадью Чести. Торговые ряды находились за Главными воротами и делили место с большим храмом Великого Волка. К слову, несмотря на название, в храме были статуи и жертвенники для всех божеств, и само собой для Морогха. Но, несмотря на то что храм был самый большой на севере, его соседство с торгашами не нравилось религиозным священнослужителям. Поэтому большинство шаманов жили далеко на севере, в лесах, где ютились так называемые Старые Кланы, которые не поддерживали новое цивилизованное общество и временами, как ходили слухи по указке шаманов, нападали на торговые обозы. Прямого доказательства причастия шаманов не было, поэтому Ватор и его предшественники никак не могли их обвинить. Но не все шаманы считали развитие плохим шагом. Знахари и ведьмы жили в деревнях, помогали людям советами и лечебными отварами. Но самые способные из них были как раз в столичном храме и назывались жрецами. Жрецы прислуживали в храмах всех городов и занимались каждый своим делом, в зависимости от Бога, к которому служили. К примеру, жрецы Ферры, находились рядом с кузнями, освещая их и помогаю кузнецам. Нередко, они сами брались за кузнечный молот.

За столичным храмом Великого Волка шли двух-трехэтажные дома, где жили семьи ремесленников, прислуги и стражников. Это был жилой квартал и днем он обычно пустовал. Именно здесь, в закоулках можно было стать свидетелем криминальной жизни или даже получить стилет в бок. В неприметных дверях подвалов скрывались настоящие подпольные дворцы, где можно было насладиться всем, что только может прийти в голову. В этих местах правил не король, а целые бандитские банды, которые умели "договорится" с властями. На пример на провоз контрабанды прямо через Кибирские ворота, перед которыми были кибирские леса. Огромные ворота с фреской на которой были изображены воины, вожди, шаманы. Войдя в эти грандиозные врата, которые, к слову, были красивее и древнее Главных, путнику открывался вид на обширный квартал Эзера. Сделав прорыв в ковке и созданию лат, Эзер стал знаменитым на всю Септанию. Ватор расширил ремесленный квартал и назвал именем Верховного Кузнеца. Здесь могли сшить на заказ одежду и сделать любую вещь из разнообразного материала. Звон стали, дым от мастерских и общий шум, давали понять, что работа здесь кипит не переставая, а по лицам ремесленников, можно сказать, что они могут сделать все. Но венцом квартала все же были кузни. Лучшие кузнецы могли, за соответствующую плату, создать латы и клинки невероятной красоты и высокого качества. Знаменитые рыцари часто устраивали торги с кузницами, поэтому крики и ругательства в этом квартале было в порядке вещей. Дальше ближе к горам располагалась крепость с казармами. Старые поля у казарм сейчас выполняли роль тренировочных площадок. И наконец, на краю города под горой Наррай располагалась ратуша и королевский дворец с толстыми башнями и множеством развивающихся флагов. Ворота внутренней стены опускались редко, если только король принимал каких-нибудь почетных гостей. В остальном дворец выглядел как непреступная крепость. Между замком и казармами был обширный парк, где любили признаваться в любви своим дамам благородные юноши, а нередко из-за тех же самых дам здесь проводили официальные дуэли. Недалеко от такой живой столицы была портовая деревенька Кантар. Из столицы до нее можно было дойти менее чем за час пешком. Кантар имел выход через фьорды к Большому морю и обеспечивал уловом не только столицу, но и другие близлежащие города. Вермилия только единожды ходила на маленьком рыболовным судне в море и своими глазами видела величественные фьорды. Хоть тогда она вся пропахла рыбой, она не жалела, что отправилась в плаванье, а сейчас с большим удовольствием повторила бы приключение. Если ехать дальше, на восток, то можно было увидеть перешеек, за которым начиналась тайга. Непроходимые леса и обитель дичи. Люди не охотились в тех местах, по поверьям там жили злые духи, а также были капища древних Богов, что были намного кровожаднее самого Морогха. Но каждого путешественника будоражило, то, что находится за тайгой. Бескрайние, ледяные просторы тундры, где как говорили, жили мамонты. Этих исполинов давно никто не видел, но по рассказам, в тех местах они еще жили.

– Войдем через Главные, мой верный Пейт – после раздумий ответил Ролланд и поправил походный плащ на плечах, который к низу уже был испачкан. Остановив коня и посмотрев на Вермилию он, улыбаясь продолжил – Но в начале мне надо будет навести кое-кого в Кантаре. Войдете в город без меня, я не задержусь на долго. Думаю, Леди Вермилия тоже составит мне компанию.

– Слушаюсь – сказал Пейт и дал команду свите продолжать маршрут без остановок.

Вермилия развернув своего коня, направилась за Ролландом.

– Может на перегонки? – спросил, не разворачиваясь Ролланд и пришпорив взял курс на восток, поднимая клубы пыли. Вермилия вскинула бровь и посмотрела ему вслед.

– На женском седле это проблематично сделать – Ответила она, вслух смотря на удаляющегося всадника. Вермилия даже и не думала пришпорить коня. Девушка поехала вслед за рыцарем, как она считал «без страха и мозгов».

Почти у каждого дома в Кантаре располагались небольшие коптильни и бочки для засолки рыбы. Также между домами были натянуты сети. Многие сорванцы, играющие в догонялки, временами попадали в "паутину" и запутывались так сильно, что приходилось разрезать сеть и плести её по новой. Потрошением, засаливанием, копчением и продажей занимались в основном женщины. Мужчины в деревни поголовно были ловцами и очень мало проводили времени на суше. Как только мальчик мог сам плести сеть, он отправлялся вместе с отцом и братьями в море. Так жили все на протяжение многих лет все. Вермилия была здесь больше года назад и удивилась при виде каменных домов. Кантар разжился так же весьма недурной таверной, как сказал еще в дороге Ролланд. В ней отдыхали путники и временами рыбаки, хвастаясь уловом и рассказывая разные истории, произошедшие в море.

Молодая женщина с необычайно хрупкой фигурой по сравнению с местными, в фартуке полоскала белье в бадье, и не заметила, как к ней, обходя растянутые сети, подъехали два всадника. Вермилия смочила платок своими духами с Ньофинира и приложила его к носу. Запах рыбы был невыносим для нее.

– Джейла! – соскочив с коня окликнул девушку Ролланд. Граф, гремя латами подбежал к сестре.

– Ох, дорогой братец, как я давно тебя не видела! – уронив белье в бадью воскликнула девушка, смахнув со лба слипшиеся от пота светлые волосы – Я уже стала переживать что с тобой случилось что-то страшное! Говорили, что ты был во время сдачи Зарона.

Вермилия осталась на коне, но услышав про уже знаменитую крепость Зарон удивилась что весть настолько быстро разошлась по всему северу. Дело в том, что крепость Зарон, которая располагалась на западной границе, почти год переходила из рук в руки. У её стен сложили головы многие знаменитые рыцари Севера и мечники Юга. Такими кровавыми баталиями она и прославилась на весь мир.

– Крепость была отбита обратно – крепко обняв сестру сказал Ролланд и чмокнул в лоб – Но бой за неё был не из лучших.

– С тобой спутница? – Спросила Джейла смотря на Вермилию, которая помахала ей рукой.

– Да, это леди Вейганд, я о ней рассказывал – жестикулируя начал объяснять Ролланд, а Вермилия не дождавшись, когда ей помогу слезть с коня, ловко спрыгнула сама.

– Благодарю – ласково она сказала Ролланду, на щеках которого выступил румянец стыда, когда он осознал за что "благодарность".

– Давайте проходите в дом – забыв о стирке торопливо сказала Джейла и пошла открывать дверь и пропуская гостей – Давай-давай, вы наверно устали и голодны с дороги? А с тобой братик я потом поговорю наедине.

Последняя фраза была со злыми нотками и Вермилия поняла, что Ролланда ждет взбучка за правила хорошего тона. Представив, что такого бывалого рыцаря будут отсчитывать как школяра, она чуть улыбнулась, ели сдерживая смех.

– Есть такое, но мы ненадолго, нам надо в столицу – Зайдя в дом сказал Ролланд. Осмотрев сухое помещение, где было все убрано он невольно присвистнул – За год изменилась деревня, но вот изменение в семье я не вижу, ровно, как и пополнения, Вячко на промысле?

– Да, мой любимый муж ушел в море уже два дня назад, они с другими рыбаками решили уйти подальше от фьорда. – Грустно сказала девушка, ставя на стол котелок с ухой. Улыбка сошла с её лица – на то чтобы завести детей нужно время, а из-за войны его мало. Рыба сейчас нужна как никогда, поэтому наши мужчины постоянно на промысле, а многие ловцы не возвращаются и каждый раз как Вячко уходит в море мне тоскливо и страшно.

– Не переживай, все будет хорошо – ласково проговорил граф Караней и взял из рук сестры глиняную тарелку с ухой и подал Вермилии, которая, пересилив себя, взяла деревянную ложку и начала не спеша есть. Она с непонимание смотрела на Ролланда который, приступил с удовольствием поглощать любимое блюдо, которое давно не ел. Джейла села рядом и никак не могла насмотреться на брата. Пять лет назад она была на прогулке у фьордов и там повстречала простого рыбака, в котором нашла как говорила, родственную душу. Влюбленные находили время на встречи, а Вячко проделывал по вечерам долгий путь к Джейле. После долгих встреч они решили поженится, но по закону, если женщина выше по положению чем её избранник, то она, приходя в дом мужчины теряет все, от титула до простых мелочей. Джейла с небольшой грустью уходила из старого имения, но вера в любовь давала надежду на хорошую жизнь. Теперь она прекрасно справлялась с работой и современен стала самостоятельно вести хозяйство. Вячко, после длительных промыслов не чурался домашней работы в отличии от своих собратьев ловцов, которые на суше только и делали, что пили до беспамятства и ругали за любой пустяк своих жен. В целом чета жила счастливо и спокойно. В те редкие моменты, когда Ролланд навещал сестру, Вячко старался побольше угодить ему, на что Ролланд смотрел как на подхалимство и способ выклянчить лишних пару монет, но со временем понял, что на самом деле это очень благородный человек. Вот теперь, когда он смотрел в сияющее от счастья лицо своей сестры, понимал, что она по-настоящему счастлива.

– А зачем ты приехал в столицу? – вдруг вспомнила она свой первый вопрос и поднявшись принялась что-то искать по полкам – разве можно командиру гарнизона покидать свой пост?

– Теперь я уже не командир гарнизона – не скрывая радость ответил Ролланд, встал и торжественно продолжил, а Вермлия облокотившись на указательный палец закатила глаза – Командор тяжелой кавалерией корпуса Волчьи Всадники граф Ролланд Караней!

– А что на счет Грегора, прошу прошения если затрону тему про Вашего отца, Леди Вермилия – немного опешив спросила Джейла держа горшочек и не двигаясь – почему именно тебе выпала честь?

– Сейчас все расскажу по порядку, время еще есть – сказал Ролланд и выковырял аккуратно из зубов рыбью кость – ты помнишь, я рассказывал полтора года назад тебе как меня назначили командиром гарнизона Броганда?

Усевшись поудобнее Ролланд начал рассказ.

– Броганд как и большинство важных городов имеет высокую стену по периметру и насчитывает двенадцать башен, и две особенно укрепленных по бокам городских ворот. Все башни и небольшой замок связывает стена, по которой постоянна проходит патруль. Близость к границе и постоянные бои в близи от города вынудила короля и совет усилить численность гарнизона и назначить меня командиром. Грегор уже наводил ужас на южан своими Волчьими Всадниками. Так как он часто соприкасался с противником, то отдыхал в единственном безопасном месте на границе, у меня в гарнизоне. В последней нашей встречи мы с ним, как всегда, сидели недалеко в лесу и обсуждали вести с фронта. Я решил показать ему что прекрасно обучился верховой езде и после демонстрации он сделал прозрачный намек что мое будущее связано с ним. Разумеется, я не понял этого, но он убедил меня не в коем случае не бросать заниматься ездой. Я долго думал, как может пригодится конь во время осады. Потом через год мне пришло письмо от том, что Грегор покидает наш мир и готовится к смерти, а мне оставил некий подарок. Вот только несколько дней назад я понял, что это за подарок и именно поэтому я прибыл в Норглен. – закончил Ролланд.

Брат и сестра долго сидели в тишине и думали каждый о своем. Ролланд уже думал, как он сделает заказ у кузницы на шлем в виде волчьей морды, а Джейла заметила паутинку в углу и гневалась на себя что плохо убралась. Вермилия заметила, что девушка часто теребит кулон из ствола какого-то дерева на шеи. Она не смогла разглядеть изображение на нем, хотя и предположила изображение руны. К сожалению, в них она не разбиралась.

– Кажется нам пора – тихо сказала Вермилия, вытирая руки о белоснежную салфетку.

– Да, пора. Завтра вручение командорского плаща и плюмажа, поэтому я жду тебя на церемонии – обратился Ролланд к сестре и положил на стол мешочек – возьми, тут немного денег серебром. Я помню, что злоты тут мало кто принимает. Думаю, хватит.

– Я обязательно завтра буду – уверила она Ролланда и поблагодарив реверансом положила мешочек за печь.

Отдав честь звонко кулаком по груди, Ролланд вышел из дома и столкнулся со старушкой.

– Куда прешь – Проворчала одетая в грязную мешковину старая женщина, неся на спине мешок, судя по запаху с рыбой.

Ролланд два раза прокашлял и уперся кулаками в пояс. Старушка подняла глаза и увидев рыцаря ахнула.

– Ох, милорд, простите меня – Чуть не упала старуха – Зрение подводит меня, не признала!

– Придется мне Вас… – Начал Ролланд сурово, делая грозное выражение лица, но не выдержав улыбнулся – Простить. Не переживайте, это же я, Ролланд. Я был здесь год назад, да и вообще часто появляюсь.

– Фу ты напугал! – Сплюнула старушка и погрозила пальцем – Нельзя так пугать старых людей! Я-то уж думала сейчас высекут на старости лет.

– Во дела! – Удивленно расставил руки Ролланд и поднял брови – Значит благородных господ можно теперь гнать взашей?

– Иди давай, благородный – Махнула рукой Джейла, вытирая слезы от смеха и прощаясь с Вермилией

– Хочешь рыбки вяленой на дорожку? – Старушка ловко скинула с плеч мешок и стала в нем рыться – А то я и в самом деле переборщила.

– Не нужно. Эх, верно говорила мне мама – положил Ролланд в морщинистую руку старой женщины монеты – Доброта хуже воровства. Только в следующий раз старайтесь быть поприветливее, а то могут быть неприятности у Вас. Уж поверти, я, наверное, один такой добрый из всех аристократов.

– Да прибудет с тобой Волк – Поклонилась Ролланду старушка и побрела дальше.

– Ты не меняешься – Еще раз обняла Джейла брата, прежде чем тот помог Вермилии сесть в седло.

– Всегда нужно оставаться человеком и помогать другим – Сказал Ролланд сидя в седле и вздохнул– Так нас учили в детстве, помнишь?

Граф Караней второй раз уже ударил себя в грудь и в этот раз не стал мчатся, а держался рядом с Вермилией. А Джейла дождавшись, когда брат скроется за холмом вновь вернулась к стирке.

– С вашего позволения – начал ученик – я бы послушал побольше про мамонтов. Мой дед, был вроде как путешественником. Он рассказывал, что даже в нашей в тундре живут мамонты.

– И не соврал, хотя сейчас их уже мало осталось – чуть печально произнес мужчина – к сожалению, все рано или поздно исчезнет в этом мире. Умирает и рождается. Но хорошо бы вернуться к нашей теме. Итак, как ты думаешь, что за руну носила Джейла? – явно с небольшой насмешкой спросил наставник

– Дайте подумать – Закрыв глаза, протянул юноша. Чуть посидев в тишине и поразмышляв, он воскликнул – Иннги!

– Могло бы быть, но нет – спокойно ответил мужчина – Хотя тебя, наверное, смутило дерево, из которого был сделан её амулет. Ясень, верно? А вообще, многие женщины до сих пор пользуются руной берок.

– К слову, она как раз на беременную бабу похожа – буркнул ученик, перелистывая книгу и вздыхая от неудачи.

– Ты же будущий жрец, так что изволь выражаться соответствующе! – строго отметил наставник – Однако, право слово, сути это не меняет. Берок похожа на беременную женщину. Как ни как она обозначает Великую Мать, которая и породила Морогха и Ильда.

– А носят они ее для бытовых дел – паренек с трудом вспоминал описания руны – Лечение женских болезней там, помощь в материнстве.

– Почти. Но, но что она обозначает в первую очередь? – мужчина спрашивал своего ученика ехидным голосом, будто бы что-то знал.

– Возрождение, а точнее формирование идеи. Трансформацию одним словом – ответ прозвучал уверенно и четко.

– Молодец. Поведай мне теперь, что ты знаешь о южных аренах?

Глава 7

Войл тяжело вздохнул и потряс головой. Маска в виде волчьей морды хорошо держалась и не думала слетать. Он стоял в темном коридоре под трибунами. Рев толпы снаружи заставил его снова занервничать, но проверив рукоятку кинжала за спиной, Войл обрел решительность. Меферит ошибся на счет ржавого меча, то, что он держал в руке можно было только назвать кочергой. В щели большой деревянной двери он увидел, как оттаскивают очередного раба, который не сумел обрести свободу. Сверху на него сыпался песок и деревянная стружка, от нескончаемого топота ног горожан. Он знал, что где-то на трибунах сидят Ашур и Меферит и он не может подвести их.

– Мира, что с тобой? – Положив свою руку, с огромным рубином на пальце, на руку дочери, спросил сам волнующиеся Меферит. На нем был халат с замысловатыми завитушками и большая золотая цепь. Его лысину украшал белый платок, который держался с помощью позолоченного обруча-короны.

Царская свита располагалась на возвышение под куполом из тканей, защищая людей от солнца. Остальным-же зрителем приходилось спасаться от палящих лучей самостоятельно, поэтому разносчики воды сегодня были в солидном наваре.

– Все хорошо, просто сегодня еще душнее чем обычнее – слабо улыбнулась Мира и обратило взгляд на уже бурый от крови квадрат арены. Её дыхание было немного прерывистым. К тому-же она не понимала, как могли есть рядом сидящие аристократы. Дело в том, что перед местами знати располагался длинный стол с разными закусками и кувшинами с водой, и горячительными напитками. Наблюдая за кровавыми игрищами, Мира, как и её служанки, часто закрывала глаза. В тоже время, знать наслаждалась зрелищем, смеясь набитым ртом и кидая кости и огрызки от фруктов на арену. Это было смешно и абсурдно для Миры. Те, кто обзывает северян варварами, ведут себя хуже них.

Рядом с ней находилась её подруга-служанка Ирис. На Ньофинире было принято называть личных служанок при царской семье названиями цветов. Этих девочек учили с детства придворному этикету и правилам разговора. Они должны были сопровождать царевичей и царевен в поездках и разных событиях подобными этому. Но среди этих «цветов» выделялся самый прекрасный. Это была, бесспорно, сама Мира. Смуглая девятнадцатилетняя девушка обладала невероятно большими черными глазами и черными как уголь волосами, которые спадали ниже её плеч. Одетая в оранжевое платье с пояском из золотых бляшек она сидела и ждала, когда на арене появится Войл. Впервые она увидела его десять лет назад, когда в очередной раз убегала от служанок пытающиеся её собрать в поездку в Оссир. Пробегая мимо тренировочный площадки, она увидела, как Мастер Ашур тренирует светловолосого мальчика держать меч. С тех пор она временами пробиралась к площадке и наблюдала за успехами паренька. Когда она узнала, что её телохранителем станет именно он она сильно обрадовалась, но узнав так же об испытание на арене ужаснулась. Вот теперь смотря на гигантскую клетку арены она ждала, когда светловолосый парнишка будет биться на смерть.

– А теперь! Из ледяной пустыни, самый кровожадный хищник тех мест! – Кричал высокий герольд, взмахивая руками и словно управляю воем толпы – Дикарь Войл! Откройте двери!

Войл вспомнив одну из рун Анелии, быстро достал кинжал и вырезал у себя ее на груди. Маленькую и не заметную руну тиур. Двери, как назло, медленно открывались, но Войл вспомнив слова Ашура, уже не думал не о чем кроме боя. Он на секунду закрыл глаза и сделал шаг. Песок был сырой от крови и прилипал к сандалиям, но Войла уже ничего не волновала, он был готов побеждать. Его левая грудь, на которой было руна, стала словно пылать. Символ словно дал веру в полную победу и юный воин, открыв глаза увидел всю арену и был готов сразится хоть с целой армией.

– Первый противник нашего дикаря, опасный дезертир – Объявил герольд и крики со свистов обрушались на Войла. Он медленно осмотрел трибуны и остановил взгляд на царской ложе, где Меферит показательно похлопав для него, показал большой палец вверх.

Из противоположной двери вышел напуганный дезертир с копьем в руках. Мужчина средних лет дрожал от страха, а по его лицу было видно, что его неоднократно били. Посмотрев на Войла полубезумным взглядом, он с криком понесся в атаку. Войл стоял спокойно и не шевелился, лишь в последний момент отошел в сторону и со всей силой ударил дезертира в голову. Из расколотого черепа хлынула кровь, толпа ревела и свистела. Дикарь, порычав на потеху публики, обошел тело и подняв копье занял боевую позу. Ему было жалко дезертира, но на арене мог оставаться только один живой гладиатор. Внезапно он на мгновение вспомнил как в двенадцать лет впервые убил человека. Им был один из разбойников, которые приняли его и Ашура за странствующих торговцев, что было для них последней ошибкой жизни. Тогда, он замешкался на секунду, и противник вонзил бы кинжал ему в шею, если бы не Ашур. Тогда он запомнил урок: «никогда не проявлять милосердие тому, кто жаждет твоей смерти, ведь в тот момент, когда ты с улыбкой протянешь руку, он отберет жизнь!». Ашур был прав и Войл это знал. Здесь, он встретиться именно с теми, кто с радостью могут воспользоваться его добротой и расслабляться нельзя.

– Неплохо – Мотнув головой Войл, прогнал мысли и воспоминания. Крепко держа копье, он размял плечи. Древко было плохо зачищено, помимо неудобства он уже успел схватить пару заноз. Юный воин вслух повторил свои последние мысли – Главное не расслабляться!

– Аккуратнее волченыш, день только начинается, побереги силы – кричали из толпы, явно радуясь кровавому представлению.

– Второй боец на самом деле не один. Два бандита приговоренных к смертной казни, посмотрим, как они загонят дикого зверя – Прокричал герольд, уже чуть не прыгая со своего места и бешено размахивал руками.

Бандиты не успели выйти в центр, как Войл сразу метнул копье в одного из них и попал в глаз. Под маской волка расплылась улыбка. Крича и извиваясь, мужчина не мог вынуть застрявшей в глазнице наконечник. С трибун посыпались аплодисменты. Жестокость опьяняла людей. Второй бандит налетел на Войл и стал наносить удары тупой саблей.

– Вот как раз такое оружие мне пригодится – усмехнулся дикарь и ударил недомечом по ногам со всей своей силой.

В падении бандит полосонуть Войла по груди. Заревев, Войл полностью вошел в роль и с легкостью свернул противнику шею. Подобрав старую саблю, он подошел ко второму, который уже перестал трепыхаться и лежал в нарастающей луже крови. Аккуратно вытащив копье, дикарь поднял его вверх и закричал. Толпа была на высоте блаженства. Войл прокрутил изящно копье, демонстрируя свои умения, не забывая при этом рычать и строя из себя бешенного зверя.

– Ах, Улиара, кажется, я потеряю все свои деньги – закричал толстый мужчина, впиваясь себе волосы. Его губы были жирными от жаренных угрей, которые раздавали на трибунах.

– Именно поэтому я и поставила на этого дикаря, Ашур знал свое дело – улыбнулась почти не изменившиеся, зрелая женщина в красном платье. Поддерживая рукой подбородок, она, не отрываясь смотрела на Войла – Кажется, кошелки опустеют у многих.

Рядом с ней сидела Анелия, которая стала её тенью. Про нее ходили разные слухи при дворе. Кто утверждал, что Анелия и Улиара любят друг друга как подруги и не расстаются, другие улыбаясь заявляли, что слышали, что в окнах Улиары горит допоздна свет, а так как Анелия живет в одних покоях с ней, то у них нечто большее чем дружба. Один только Войл знал про то, что Анелия учила Улиару колдовству.

– Я думаю, что мальчишка сегодня накормит свиней – голос Анелии был низким и немного неприятным, а её искривленный рот в отвращение заставил бы любого перестать смеяться.

– Ты права. Не спешите, думаю впереди подготовлено еще много противников, только самим предкам известно, чем закончится сегодня день – хрипло согласился с рабыней старый аристократ с белой бородкой. Рядом с ним лежал старый фелис, размером с теленка рыжего окраса.

– Следующий наш старый знакомый, боец Кветол – прокричал протяжно герольд и за один присест выпил чарку воды, специально приготовленную для него – проиграл лишь однажды, но при этом продолжающий вновь и вновь радует нас своим мастерством!

Из раскрытых дверей вышел огромный человек в шлеме видев вепря. Он, хрюкая поприветствовал зрителей, и в него полетели цветы и самые разные комплименты. На месте левого запястья у него был протез с длинной цепью которая заканчивалась железным шаром. Вепрь проревел что-то не членораздельное уже в сторону Войла и метнул в него шар. Успев, увернутся кувырком, дикарь попробовал повторить свой предыдущий трюк и метнул окровавленное копье в силача. Получив удар в оголенную грудь, могучий Кветол только засмеялся и ударом сломал древко. Сжав саблю, Войл приготовился к новому полету шара, и чуть не лишился головы.

– Моя Госпожа, это нечестно выставлять такого громилу против Войла – Обратилась Ирис к Мире – надеюсь это последний враг на его пути.

Мира сидела с широко раскрытыми глазами и сильно мяла платок в своих руках. Она моли всех знакомых ей божеств, несмотря на то что религия была не в почете на Ньофинире, и предков чтобы светловолосый паренек с небесными глазами остался в живых.

Войл стал выдыхается и все чаще шар пролетал все ближе, а времени у него оставалось все меньше. Волк решился на отчаянный рывок к Кабану. Кинув саблю в шлем для отвлечения, он прыгнул на Кветола и стал вгонять остаток пики глубже в тело. Заревев от боли Кветол ударом головы, отбросил Войла и упал на колени. Маска волка немного смягчила удар, Войл почувствовал, как из носа потекла струйка крови, а перед глазами все поплыло. Выдохнув, Волк довел дело до конца. Вытащив из-за спины кинжал, он подошел к громиле и не снимая с него шлем перерезал горло. Толпа неистовствовала. Мира подпрыгнув принялась хлопать в ладоши, но увидев, как на нее смотрит отец затихла.

– Повелитель, последний поединок – прошептал Кирам на ухо Мефериту – если что-то пойдет не так, одно Ваше слово…

– Я понял тебя – прервал его Меферит поднятой рукой и оперившись на свое кресло продолжил – думаю все пройдет как надо и нам не надо будет потом оправдываться перед всеми. Я верю в Войла, это настоящий Безмолвный Страж.

Кирам кивнул и подобрав складки своей накидки сел на свое место, краем глаза он заметил, как Меферит закусил кулак.

– Последний бой самый трудный! – вновь прокричал герольд – Сейчас мы увидим рождения нового Безмолвного Стража или бесславную смерть простого дикаря!

Отдышавшись Войл увидел за клеткой первых рядов, сидящего в толпе Ашура. На мгновение ему показалось, что его учитель как всегда навеселе, да вдобавок вроде заигрывал с одной из зрительниц.

– Я не подведу тебя Мастер – тихо проговорил Войл, подняв левый сжатый кулак в кровоподтеках. Хоть его слова потерялись бы в шуме, даже если бы он и закричал, Ашур все равно понял, что сказал его бывший ученик.

– Я знаю – Проговорил он про себя допив остатки из фляги – знаю.

И одинокая слеза пробежала по щеке Мастера меча. Он был единственный из своего ряда, кто не кричал и не подпрыгивал в опасных моментах. Он просто смотрел, как его маленький воспитанник внезапно вырос в мужчину, хотя вроде еще вчера он учил его держать ложку. Для Ашура все эти годы пролетели незаметно.

Из дверей вышло семь воинов вооруженные разным оружием и одетые в декоративные доспехи. Каждый из них выделывал пируэты перед публикой, которая явно их любила. Кто-то сделал сальто, а кто-то показывал финты и пируэты. Семерка чувствовали себя как повелители на песке. Один из них даже зачерпнув горстку песка, показательно её проглотив.

Войл перехватил кинжал для обороны и встал спиной к клетке, где его тут-же стали хлопать по спине зрители. Он внимательно следил за каждым из своих противников.

– Смотрите парни, кажется это не волк, а трусливый барашек – засмеялась единственная женщина в семерке. Она была бритой, а её фигура ничем не отличалось от мужской под легким доспехом, поэтому услышав её голос Войл на самом деле был удивлен. Воительницы облизнула одну из своих сабель и продолжила – приготовься барашек, сейчас мы тебя разделаем!

– Прошу не убивайте меня – упав на колени, дрожащим голосом неожиданно проговорил дикарь – Я не желаю умирать!

– Что он делает? – возмутился сидящий рядом с Ашуром человек с кудрявыми волосами и противным голосом. Его опущенные щеки как у бульдога тряслись при каждом его слове – После того что я увидел, эта собака сдается и молит о пощаде?!

– О нет – улыбнулся во весь рот Ашур и сложив руки на груди сказал в пустоту – мой мальчик прекрасно усвоил самый важный урок.

Рослый парень с плюмажем на шлеме подошел к сидящему на коленях Войлу. Откинув щит в сторону, он тыкнул в волчью моду мечом.

– Покажи для начало людям лицо труса – высокомерно сказал он Войлу и послал воздушный поцелуй кому-то в толпу – а потом мы с тобой поиграем малыш.

Войл медленно поднес трясущеюся руку к маске, но внезапно подскочил, схватил за запястье воина с плюмажем и выхватил у него меч. Гладиатор не успел опомнится, как из его живота потоком текла кровь с внутренностями, а его второй товарищ лежал рядом без руки. Войл действовал как надежный механизм. Подобрав щит, он блокировал удар воительницы и со всей силы ударил её эфесом в лицо.

– Тваавь – кричала от боли, лишившиеся зубов девушка-воин, но её страдания оборвались могучим ударом щита в шею.

– Итак, четверо на одного. Вот теперь можно и повеселится! – Послышалась насмешка из-под волчьей маски. Войл вновь стал рычать как волк, полностью отыгрывая роль дикаря.

– Стойте! – Скомандовал вооруженный двумя кинжалами и одетый в старую кожаную Куртка гладиатор – Он заплатит мне за смерть Дорелии!

Держа крест-накрест острые клинки, он бежал к дикарю. " – Какая ирония" подумал Войл принял защитную стойку с щитом.

Отразив несколько ударов, Войл пропустил только один. Посмотрев на большой порез на плече, он замахнулся мечом и воспользовавшись моментом ударил противника шитом в живот. Согнувшись, гладиатор уронил свои кинжалы и взялся за живот. Представив далекий дом и свою возлюбленную, гладиатор не почувствовал боли от рокового удара дикаря.

Двое противников стали заходить по бокам Войлу, тогда как третий стал колошматить дверь прося его выпустить.

– Молю! Я не думал, что здесь будет мясорубка! – Вопил он, барабаня в ворота кулаками. От его сильных ударов хрустели пальцы – Мне не так много платят! Выпустите!

Блокировав удар одного, Войл вогнал меч в горло второму.

– Ты чудовище! – Прорычал оставшийся гладиатор. Голос его дрожал, ровно, как и рука с топориком – Ты убил всех моих друзей!

Отражая удары и пытаясь попасть в незащищенные места Войл задыхаясь, наконец попал в ногу. Разъяренный от боли, противник наотмашь махнул в сторону дикаря и резанул вдоль его грудь. Не дожидаясь нового удара, Войл пробил грудную клетку врагу и оставил там по эфес меч.

– Ну, кто теперь барашка? – подойдя, к трясущемуся от страха последнему гладиатору сказал Войл. Он шел медленно, он был опьянен битвой, а адреналин бил в висках и расходился по всему телу. Но даже несмотря на это, ему было все равно жаль несчастного.

– Я не хотел – последний гладиатор упал и стал молить о пощаде. Он вцепился в ногу Войла трясущимися руками – прошу, не убивай меня!

Толпа ревела лишь одно слово – "Убей!". Ашур хмурил брови. Он повидал множество битв и убийств, но не одобрял такое зверство на аренах. Точнее людей, которые не держали в руках оружия так жаждут крови и смерти гладиаторов.

– Итак, последний удар и наш дикарь станет Безмолвным Стражем! – прокричал герольд, кидая горсти маленьких белых цветочков из-за пазухи на арену – Кажется на наших глазах родился прекрасный воин!

– Извиняй, я просто делаю свое дело – пожав плечами проговорил грустно Войл. Он протянул руки для того, чтобы свернуть шею последнему противнику, но остановился от крика знакомого голоса.

– Стой! – внезапно закричал Меферит, поднявшись со своего места и подняв ладонь. Его голос заставил замолчать зрителей, а те, кто не мог угомониться, заставляли помолчать стражники с деревянными дубинками – Довольно на сегодня смертей, Весенняя Арена объявлена закрытой! Властью, данной мне, я дарую победителю место в Безмолвных Стражах! Защищай мою дочь также, как ты сегодня защищал свою жизнь!

Толпа приветствовала бесспорного чемпиона и звезду сегодняшнего дня. Кто-то радовался крупному выигрышу, кто-то, как толстый сосед Улиары, рвал пучками от досады и горячи проигрыша волосы. Было ясно одно, этот бой надолго останется в памяти людей.

Войл выкинул щит и подняв выжившего противника кивнул ему головой. Развернувшись, он медленно побрел к воротам. Он не стал зажимать раны и показывать боль на людях, но зайдя в тоннель взвыл от боли упав на колени. Скинув маску и шкуру, он ревел как зверь, но вновь замолчал. К нему по тоннелю уже бежали Ашур и лекари с мазями и повязками.

В трактире было людно, все обсуждали сегодняшние бои. У всех на устах было только одно имя, за которое было больше всего тостов. Второй этаж был занят всего двумя людьми и сюда доносились слабые отголоски веселья снизу. Деревянный пол был завален костями кур и мелких животных, а многочисленные пятна от вин заставляли подошву прилипать.

– Ну мальчик мой я думал не доживу до конца твоего представления – Ашур икая разлил еще раз по чаркам вино, причем разлив добрую половину и на стол. Его улыбка выражало полное блаженство. Каждое слово ему давалось с трудом, и порой Ашур делал паузы, смотря куда-то в угол. Посмотрев в опустевший кувшин, он его откинул и торжественно произнес – Это было что-то!

Войл, который уже тоже порядком захмелел понимал, что перед ним через еще два выпитых кувшина будет сидеть целых два Ашура, поэтому искал среди жаренных насекомых пустыне что-нибудь мясное.

– А что, курицу съели? – удивленно спросил он, поднимая брови.

– Да, причем ты и съел – закивал Ашур, хрустя жареным хвостом скорпиона – Кстати, она в столице выросла в цене, но ради твоей победы закажем еще. Ну так что еще раз, за тебя. Ты герой, самый настоящий.

– Жаль, что я теперь буду нем как рыба – немного погрустнев произнес Войл и потрогал забинтованное плечо.

– Забей. В наше время, это просто формальность – махнул рукой Ашур и задев свою чарку разлил горячительный напиток. Посмотрев на лужицу вина, он хмыкнул и продолжил – Во время службы будешь носить масочку и кивать головой, а главное в случае опасности сносить башку врагу царской семьи. Вот так. Раз! И готово. А в остальное время можешь спокойно говорить, да и я буду навешать тебя. Ты же все о них знаешь. Я столько этих обалдуев понаготовил. Я тебе не рассказывал, но скажу, что тебе повезло. В былые времена Безмолвные себе языки отрезали, в знак подтверждения клятвы.

– Ты меня успокоил Мастер – салютанув и отхлебнув еще вина сказал Войл. Он понял, что ему и впрямь повезло, подумав о тех временах.

– Мастер?! Где? – демонстративно Ашур стал смотреть назад и разводя руками и даже заглянул под стол – Нет тут мастера, а ты пока еще не стал полноправным мечником. Войл, для тебя я теперь просто Ашур, старый друг.

Два человека долго сидели на втором этаже трактира до поздней ночи и говорили о всем подряд. Временами к ним подходила девушка, забрать пустые кувшины и грязные миски, при этом сильно ругаясь на беспорядок на всем этаже. Пьяный мастер все хорохорился, что сможет поцеловать её, но, как всегда, у него ничего не получилось, и, как всегда, Войл смеялся над любовным фиаско учителя.

– Уже рассвет – икая сказал Ашур протирая глаза. Потянувшись, он хлопнул по затылку спящего на столе парня – Быстрее надо бежать во дворец, сегодня у тебя посвящение!

– Ашур! – протрезвев и спросонья, закричал Войл. Его мысли резко собрались в кучу и похлопав себя по щекам он гневно обратился вновь к мастеру – Почему ты мне сразу не сказал?!

– Забыл – развел руки старый мастер и встав в победоносную стойку поднял указательный палец вверх под потолок. Палец показывал на то место, где торчала вилка, которую сам Ашур вогнал для поимки назойливой мухи – ну ведь вспомнил!

– Песчаник тебя засоси! – заворчал Войл.

Накинув накидку, он взял под руку Ашура и потащил его вниз. Ашуру скрипящие ступени не нравились, и он как-то по-детски ныл, спускаясь из прекрасного места. Через некоторое время они уже были у главных дворцовых ворот. Где их встретил рослый начальник стражи без шлема.

– Опаздываете – Покачал головой стражник, смотря на мятый вид Ашура. Он хотел что-то сказать язвительное, как показалось Войлу, но двое людей в медных масках бесшумно подошедшие из-за его спины заставили его замолчать. Их красные шарфы свисали ниже поясов, которые Безмолвные надевали только на праздники или особые случаи как сегодня. На каждом из них были вышиты описания подвигов владельца. По многочисленным надписям у обоих, можно было смело сказать, что это были ветераны, подумал Войл.

– Вот и иди отсюда шакалье – Крикнул в след стражнику Ашур и кивнул двум Безмолвным. Прежде чем передать ученика двум людям в масках, он протянул руку – Давай парень, у тебя начинается новая жизнь, ведь именно для нее ты и был создан.

– Помню – Войл проигнорировал протянутую руку и крепко обнял Ашура, грустно улыбаюсь. Его будущие братья пропустили вперед и оба поклонились мастеру меча. Войл хорошо знал, что Ашур частенько осматривал новых мальчиков или юношей перед тем, как они начнут обучения у Безмолвных, вдобавок он сам нередко тренировал новобранцев вместе с Войлом.

Заходя во дворец, Войл завязал на своем лице серый платок, он означал, что человек готов отказаться от своего лица ради вступления в древний отряд. В тронном зале было большое количество людей, что не удивляло Войла и проходя мимо них он внимательно вслушивался в разговоры. Кто-то жаловался на нехватку денег после вчерашних игр, кто-то обсуждал будущее наступление, а кто-то просто ждал конца церемонии. На каждой из колонн, в честь посвящения были закреплены гобелены, в первую очередь с изображением истории Безмолвных Стражей и их связь с Правителями Ньофинира. Каждый южанин знал Безмолвных. Воинов без лиц и голоса, готовые беспрекословно выполнять приказы своего господина. Обычно посвящения проходят сразу несколько человек и не чаще чем пару раз в год, именно поэтому в такие дни тронный зал принадлежал скорее не царю, а его телохранителям. Но сегодня посвящение будет проходить только для одного человека, Войла, и он прекрасно знал кем станет через мгновение. Он знал, что люди говорят про Безмолвных Стражах, которые были овеяны тайнами и слухами. Рассказывали о них разное, что якобы это не люди, а големы, неодушевленные существа похожие на людей только телами и носят они маски дабы никто не увидел, что у них отсутствуют лица. Все боялись этих воинов, ведь в их ряды можно было попасть только в юные годы, да при этом еще и умелому мечнику, а их тренировки были нечеловечны. Один Безмолвный стоил десяти, а то и больше северян.

Войла завели в одну из комнат и подвели к сундуку, в котором было его обмундирование. Надев кирасу и шлем-маску в форме спокойного лица с тонкими чертами, Войл шел к тронному залу по мягкому, красному ковру. Ашур уже был там и переговаривал с Главнокомандующим Серхатом о военных делах и хвастался, какого воина он воспитал. Войл заметил, как учитель подмигнул ему и улыбнулся под маской. Он всегда удивлялся, как такой выпивоха как его учитель, способен мгновенно приводить себя в порядок. Дойдя до двух строев Безмолвных, по двадцать человек с каждой стороны, Войл занял левую. На правой стороне стояли опытные воины и ветераны, а на левой новобранцы и новички, которые еще не украсили свои шарфы подвигами.

– Правитель Юга, Повелитель всех песков и будущий Властелин всего мира, Меферит Кот Юга – отчеканил герольд и присел на одно колено. Все присутствующие сели по подобию герольда, хотя некоторые личности не скрывали своей неприязни по отношению к Мефериту. Только Безмолвные не сделали ни одного движения, а зорко следили за всеми, готовясь к любому покушению на их повелителя. Царь Ньофинира спокойно вошел в зал и занял трон.

– Поднимитесь с колен! – громко произнес он не двигаясь. Войл обратил внимание, что голос Меферита намного отличался во время официальных приемов. Он и впрямь превращался из простого человека в правителя – Объявляю церемонию по зачислению в ряды Безмолвных Стражей открытой.

Чемпион Безмолвных Стражей с золотой маской, лик, который был украшен узорами и серебряной бородой, встал справа от Меферита. Он достал инкрустированный меч и преподнес вертикально перед собой. Войл вышел из строя Безмолвных. Он волновался, но маска скрывала все эмоции.

– Перед всеми присутствующими здесь людьми ты готов произнести свои последние слова? – торжественно спросил герольд после кивка Меферита.

– Готов! – ответил Войл держа осанку и стараясь отвечать звонко. Его слово эхом прокатывалась по залам дворца.

– Готов ты защищать, не щадя себе наследницу престола?

– Готов!

– Готов беспрекословно выполнять все приказы своего Повелителя?

– Готов!

– И даже если он прикажет тебе броситься на собственный клинок?

– Готов!

Далее Чемпиону поднесли раскаленный, тонкий прут. Настало время самой важной части посвящения. Перед тем как получить маску и стать полноправным членом Безмолвных, новобранцу было, нужно не издавая звука выдержать боль. Пять линий на губах, словно их зашили, были и клеймом царской стражи, и испытанием на прочность. Если человек кричал или выл, то его тут же убивали, недостойным нет места в рядах Безмолвных. Войл стоял ровно и смотрел прямо в глаза Чемпиона, по которым он так и читал «ты сможешь». Приподняв маску, Чемпион приступил к ритуалу. Первая линия, обжигая губы, прошлась раскаленным поцелуем. Будущий Безмолвный лишь сильнее сжимал кулаки и челюсть. Затем каждая последующая линия была больнее, но юноша молчал, лишь пару слез выдавали его боль.

– С этого момента ты больше не имеешь своего голоса и своей воли, прими этот меч из рук Чемпиона и займи свое законное место! – Закончил Меферит и подал знак рукой для Чемпиона.

Глава Безмолвных, прежде чем отдать меч, достал сырой мешочек и окунул три пальца. Закрыв глаза, он оставил на губах маски Войла несколько кровавых линий. Хоть Безмолвные больше не отрезали себе языки, но ритуально показывали это, отдавая дань традициям. Только после этого он вложил в руки Войла клинок. Взяв прекрасно выполненный меч в руки, Войл салютанул всем стоящим в зале и подойдя к Мире встал рядом с ней. Отныне он больше не являлся человеком. Посвящение было быстрым и теперь он должен сразу выполнять свою задачу, свое предназначение.

– Ну а теперь пир в честь конца Весенней Арены и выбора прекрасного Стража для моей дочери – поднялся Меферит, приглашая аристократов и вельмож в царскую трапезную.

Люди, радуясь, что наконец-то сядут на мягкие подушки, а не будут стоять, радостно и шумно направились в другое крыло дворца. Каждый шел быстро, чтобы успеть занять место поближе к Мефериту, ведь именно у него будут сидеть самые важные люди, с помощью которых можно было получить что-нибудь важное. Например, информацию или сокровенные мысли, сказанные в хмельном кураже. Меферит и его свита, дождавшись, когда все выйдут из зала, направились другим путем к трапезной. В отличии от гостей им не надо было спешить, ведь их места никто не мог занять. Ашур тоже вошел в этот раз в царскую свиту и идя под руку с генералом Серхатом о чем-то беседовал, временами кивая в сторону Улиары и Анелии, которые старались не показывать вида что парочка престарелых вояк, бессовестно тычут в их сторону пальцами. Зайдя в трапезную, где располагался длинный стол, на котором были яства что могли только присниться, Меферит заставил шумных аристократов замолчать, причем без единого слова или жеста. Затем, как только все уселись и дождавшись, когда наконец, Меферит откусит первый кусок от огромного хлеба в виде города, гости принялись за трапезу.

В это время Чемпион жестом позвал за собой Войла. Зайдя быстрым шагом в коморку перед трапезным залом, новобранец увидел лекаря в броне Безмолвных.

– Постарайся не шуметь – сказал тихо лекарь, смазывая кусок полотна чем-то дурно пахнущим – Командир, я попрошу Вас подержать его.

Чемпион снял маску с Войла и парень почувствовал, как руки-тиски сжали его. Губы стало щипать, и у новобранца потекли сами собой слезы, но юный Безмолвный не издал звука.

– Хороший боец – глухо сказал Чемпион и обратился к лекарю – Витус, он готов?

– Еще пару штрихов – проговорил врач, промазывая каждый ожог – Готово! Так, вечером зайдешь ко мне, потом тебя покажут, как устроено наше крыло во дворце. Пока я привяжу тебе эту маску, для лучшего заживления.

– Говорить тебе все равно не надо – посмеялся Чемпион и помог надеть маску Войлу – А теперь иди к царевне. Думаю, наш наставник тебе все объяснил, как у нас порядки и мне не надо повторять.

Войл вспомнив все, о чем говорил Ашур лишь кивнул головой и отправился в трапезную.

Служанки стояли позади пирующих и редко помогали передавать блюда. Этим занимались сами аристократы. Во время таких любезных передачах, они могли обменивается колкостями или предложения, которые вряд ли понимали посторонние.

Мира сидела рядом с Ирис и Розой, и не смотря на разговоры служанок, желала уловить каждое слово сказанное за столом. Она аккуратно ела халву и пила только шербет. Царевна старалась поменьше обращать внимания стоящего позади как статуя Войла. Который был хоть и стал немым, но далеко не глухим и слышал все, о чем говорит его госпожа.

– Теперь эта статуя будет всегда ходить за нами? – насмешливо посмотрела назад Роза и кокетливо улыбнулась Войлу – По-моему это будет действовать на нервы.

– Ну, как мне известно – начала Ирис спокойным тоном и держа осанку, она говорила медленно и тихо – стражник будет с Мирой только когда она будет в людных местах, в покоях его не будет.

– Госпожа, а Вы что думаете? – спросила Роза не унимаясь.

– О чем? – вышла из раздумий Мира, держа позолоченный кубок – О моем телохранителе? Думаю, я могу спокойно ходить по городу, и даже отправляется в дальние места. Таким образом отец наградил меня большей свободой.

– Тут Вы правы – проговорила Роза, и снова посмотрела на Войла, чуть теребя свою косичку – Не верится. Вчера он был диким волком, а сегодня его не отличить от статуи. Это прекрасный раб!

– Знай свое место – зло процедила Мира. Такое отношение её раздражало. Роза частенько забывалась и не упускала возможность обозвать кого-то рабом или чернью. – То, что я обращаюсь с тобой как с подругой, не делает тебя свободной.

– Успокойтесь моя Госпожа – ласково вмешалась Ирис и положила загорелую ручку ей на плечо – Вы же знаете, Роза может говорить всякую чушь, не понимая этого.

Роза хотела возразить, но небольшой укол вилкой под столом образумил её. Девушка взвизгнула и закрыла рот руками. Войл видя и слыша все, улыбался до ушей. Его так позабавил этот разговор, что он был готов рассмеяться, но мог позволить себе лишь улыбку и все благодаря маски.

Войл не поворачивая головы, посмотрел на Южного Кота, который кормил с рук Акрум. Фелис сидела тихо и ловко брала с рук царя кусочки мяса. Теперь Меферит будет спать спокойнее, зная, что его сокровище под охранной. Единственное что не знал Войл, так это то, что Меферит привязался к пареньку и взаправду волновался за него на арене.

– Значит, ты считаешь, что ему все еще нужны тренировки? – скептически спросил Меферит у Ашура, очищая гранат. За столом царь Ньофинира запрещал себе прислуживать. Может быть, это было связанно с осторожностью из-за страха покушения, а может из-за банального желание есть как все, а не как младенец.

– Да Повелитель очень нужны – стараясь выговаривать каждый слог сказал Мастер меча, не сводя глаз с царского кувшина, богато украшенный драгоценностями. Но для Ашура драгоценность была внутри.

– Не стоит считать Нас глупцами. Ты желаешь просто навещать своего бывшего ученика – пристально посмотрел царь Юга на старого война и отложил гранат на серебряную тарелку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.