# Нейро

Ольга Пустошинская

2054 год. Инженеры-конструкторы в НТЦ "Заслон" разрабатывают нейрошлем, с помощью которого обучение людей будет происходить в разы быстрее. Илья Дёмин становится одним из первых добровольцев-испытателей. Чтобы добиться лучшего результата, Дёмин вживляет в мозг имплантат для прямой связи с компьютером.

Взвод выполнял марш-бросок на десять километров. Илья бежал вдоль леса по пыльной дороге, и стебли травы хлестали по высоким голенищам его армейских ботинок. Кто-то из солдат отстал, и командир, широкоскулый черноволосый лейтенант, крикнул, чтобы не растягивались, не ползли, как пьяные мухи, нализавшиеся бражки.

Бежать было на удивление легко. Илья не чувствовал усталости и веса экипировки, ему не мешал рюкзак и автомат за спиной, в то время как другие солдаты надсадно дышали и обливались потом. Некстати хлынул дождь, дорога сразу же превратилась в непролазную грязь.

– Живее, живее! Не отстаём!

Берцы увязали в размокшей земле.

– Чёртова погода! – не выдержал кто-то.

– А-атставить! – гаркнул лейтенант. – Марш!

Перешли на шаг и свернули в лес. Илья без труда перепрыгивал через овраги и поваленные деревья, пробирался под ними, пока взвод снова не вышел на размытую дорогу. Небо было низким, хмурым, но проливной дождь уже закончился, только редкие капли оставляли едва заметную рябь на грязных лужах.

– Взво-од, стой! В одну шеренгу становись!

Построились. Лейтенант поздравил всех с успешным выполнением учебной задачи, на что солдаты отозвались троекратным «ура».

– Рядовой Дёмин!

– Я! – вытянулся Илья.

– И вас поздравляю с успешным выполнением задачи. Можете возвращаться домой. Привет «Заслону»!

Илья хотел ответить, но вдруг увидел, что камуфлированная форма командира начала блёкнуть, а улыбающееся лицо исказилось и расплылось. Звуки пропали, даже не стало слышно птичьего щебета, и Дёмина накрыла темнота.

***

– Илья, вы меня слышите?

Он поднял веки и наткнулся на внимательный взгляд врача. Зажмурился от слепящего света, поморщился.

– Зачем же фонариком?

– Проверяю реакцию зрачков. Илья Витальевич, не мешайте мне работать, раз уж вы меня сами пригласили, – ответил врач терпеливо, как ребёнку.

Верно, сам пригласил. Потому что так положено на испытаниях с участием человека.

С Дёмина сняли чёрно-белый нейрошлем с логотипом «Заслона» на выпуклом боку, отсоединили датчики. Медик убедился, что с Ильёй всё нормально, и сразу потерял к нему интерес, отвернулся к кушетке Антона Весёлого, которого все в отделе называли Смешным с лёгкой руки Ильи.

– Антон, вы меня слышите?..

В лаборатории собрались все сотрудники отдела. И директор испытательного центра Денис Олегович был здесь, поглаживал маленькую бородку.

– Как чувствуете себя, Илья Витальевич? – спросил он, и золотые дужки его очков блеснули.

– Отлично чувствую. – Илья бросил взгляд на стенды с мониторами.

– Всё записали, всё зафиксировали, – понял инженер-конструктор Левин, хоть и молодой, а уже с залысинами. – Делитесь, как впечатления?

Илья на несколько секунд задумался.

– По моим ощущениям прошло минут пятьдесят пять или шестьдесят.

– По моим тоже, – отозвался Антон. Он сидел на кушетке уже без шлема.

– Четыре минуты двадцать секунд, – ответил Левин. – О как.

– Ого! – удивился Илья. – В целом к программе у меня претензий почти нет, только в конце, перед выходом, картинка поплыла. Мухи, нализавшиеся бражки, – зачёт! А вот остальное… Тактильные ощущения слабые. Не чувствуется ни усталости, ни нагрузки, ни веса экипировки. Даже пульс не поднялся.

Левин посмотрел на экран:

– Так и есть. На второй минуте частота сердечных сокращений была семьдесят семь, потом снизилась до шестидесяти пяти.

Илья поморщился:

– В общем, я не в восторге. Мы надеялись на максимальный эффект присутствия, а получился обычный VR-шлем.

– Не обычный, – запротестовал директор, – мы с самого начала знали, что электроды на коже головы дадут слабую связь с мозгом. Но время-то, время! Шестьдесят минут против четырёх, это ли не здорово?

– Здорово, – кивнул Илья и сказал то, о чём давно думал: – Нам нужен инвазивный нейроинтерфейс. Я готов вживить стентрод ради пользы дела. Тысячи людей ставят – и счастливы, так почему бы и мне не попробовать?

– Илья Витальевич, это не обязательно. Мы можем обратиться в институт нейротехнологий.

Коллеги Дёмина сдержанно зароптали: кому же ещё проводить испытания нейрошлема, как не его создателям? Это они разрабатывали и собирали шлем, они, а не институт нейротехнологий.

– В таком случае я не против, двумя руками «за». – Денис Олегович засмеялся и поднял руки вверх. – Вы, Илья Витальевич, начальник отдела, вам и решать.

– Считайте, что уже решил.

Над нейрошлемом трудились два года вместе с инженерами-программистами. Была задача разработать не просто VR-шлем, а сложный прибор, который влиял бы на восприятие мозгом времени.

– Игровая индустрия взвоет от восторга, получив наш, заслоновский, нейрошлем, – говорил Денис Олегович, – но игры – это мелочи, побочный эффект. Главное в разработке – обучение. Вы представьте, что в несколько раз сократятся сроки подготовки военных, что фигурист научится тройному прыжку за один, скажем, день. Раньше о таком можно было только мечтать.

Вскоре все в отделе убедились, что неинвазивный способ, когда датчики шлема размещались на голове, не давал глубокой связи «мозг – компьютер». Ещё двое сотрудников проверили нейрошлем с той же программой «Марш-бросок» и остались недовольны результатом.

– Хм… хотелось бы большего, – говорил Левин. – Илья, ты когда имплантируешь стентрод?

– Скоро. Пока прохожу обследование.

Не такой уж редкостью стали люди с имплантатами в мозге, всё-таки две тысячи пятьдесят четвёртый год на дворе. Довольно часто на улице Илья встречал прохожих с блестящими трансмиттерами за ухом. Может быть, из-за травмы поставили, а может, по другим причинам. Если бы Дёмин был обездвижен или страдал болезнью Паркинсона, то помчался бы в нейрохирургию со скоростью звука. Так он и сказал Антону.

– Как бы ты помчался, парализованный? – фыркнул Смешной.

– Не придирайся. На коляске бы поехал.

***


Нельзя сказать, что Илья совсем не боялся. Стало не по себе, когда он увидел все сложные приготовления, как перед серьёзной операцией. Стерильный стол, яркие лампы, закрытые масками и прозрачными щитками лица врачей… Дёмина, раздетого донага, уложили на каталку и завезли в операционную.

– Как у вас настрой? – громыхнул хирург.

Илья не видел его губ под маской, но понял по прищуренным глазам, что врач улыбается.

– Всё хорошо, я готов.

– Расслабьтесь, это безболезненно. Я буду рассказывать всё, что делаю.

– Угу, – ответил Илья и сглотнул слюну.

– Обрабатываю операционное поле…

Он закрыл глаза и почувствовал холодное прикосновение к шее тампона с антисептиком. Робот-манипулятор ввёл анестетик, и голова стала чужой, невесомой.

– Делаю надрез…

Действительно, никакой боли.

– Сейчас я введу в ярёмную вену катетер со стентродом, и он попадёт прямо в мозг… Вы инженер, Илья? – поинтересовался хирург.

Зачем он спрашивает, ведь и так знает… А-а, отвлекает разговором.

– Инженер.

– Хорошо… Сейчас проследим, как катетер движется по кровеносному сосуду. Чувствовать вы ничего не будете.

Дёмин открыл глаза, покосился на большой экран и увидел, как ползёт к мозгу, всему в извилинах, тоненькая трубочка с электродом.

– Извлекаю катетер. Стентрод зафиксировался, теперь никуда не денется… Как чувствуете себя?

– Хорошо, – просипел Илья. Во рту было сухо.

– Сколько пальцев я показываю?

Он посмотрел на толстые пальцы хирурга, обтянутые резиновой перчаткой.

– Четыре.

– Назовите ваше имя, фамилию и возраст.

– Илья Дёмин, двадцать восемь лет.

– Сколько будет семью девять?

– Шестьдесят три.

– Замечательно. Теперь я сделаю надрез возле уха и установлю приёмник, – врач показал маленький круглый трансмиттер, – рубцов не останется.

…Мягко шуршали по полу колёсики каталки. Илья смотрел на мелькающие потолочные светильники и думал, что теперь одним киборгом на планете стало больше. Его переложили на многофункциональную кровать, он лежал голышом под тонкой простынёй, немного стесняясь молоденькой симпатичной медсестры.

– Я хочу одеться. И мой телефон отдайте, пожалуйста.

Она принесла больничную светло-зелёную пижаму, немного пахнущую мятой, и смартфон.

Илья осторожно ощупал голову. Вот здесь, в этом месте, в его мозге сидит стентрод, считывает мысли и преобразует их в двоичный код. Дёмину захотелось проверить, как работает имплантат.

«Обнаружено новое устройство», – появилась надпись на экране телефона. Илья усмехнулся: новое устройство! – и нажал на кнопку «подключить». Готово. Теперь ему не нужны руки и голос, чтобы позвонить, просмотреть видео или набрать текст, достаточно просто подумать.

«Проверить электронную почту», – мысленно сказал Дёмин, и смартфон повиновался, открыл новое письмо от Антона Весёлого. Илья пробежал строчки глазами.

«Написать ответ».

Есть. Всё работает.

«Привет, Смешной! Операция прошла хорошо… – подумал Илья и с удовольствием увидел, как на экране появляются буквы и складываются в слова. – Поздравь меня, я теперь киборг. Стентрод опробовал, это потрясающе, десять из десяти. Вечером позвоню».

Он перечитал письмо и заменил «Смешной» на «Антон». Почти тут же тренькнуло уведомление – пришёл ответ.

«Поздравляю! Награждаю тебя почётным прозвищем Киборг, в знак благодарности за Смешного. До связи!»

Илья рассмеялся. Напрасно Антону досталась такая фамилия, шутки он понимал неважно.

Пришёл врач.

– Голова не кружится, не тошнит? Неприятные ощущения есть?

– Нет, всё хорошо.

– Отлично. Завтра приступим к тестам. Мы должны обучить вас пользоваться нейроинтерфейсом.

– Да я уже… – Дёмин указал на мобильник.

– Быстро. Вот что значит инженер! – улыбнулся врач. – До завтра, а пока отдыхайте.

Несколько дней Илья провёл в клинике. Он печатал текст под диктовку, чертил треугольники, волнистые линии и круги; двигал по экрану кубики и ставил один на другой, решал сканворды и головоломки.

На прощание врач крепко тряхнул Дёмину руку и пожелал удачи в испытаниях.

***

Не успел Илья открыть замок, как услышал за дверью тихий скулёж. Это Малыш распознал дёминские шаги и выбежал в прихожую встречать. Пёс не давал снять ботинки, подскакивал на задних лапах, молотил хвостом и носился кругами. Как настоящая собака.

– Привет, морда!

Малыш был роботом, сделанным из металла и прозрачного пластика, и внешне походил на таксу с короткими лапами и умными глазами. Этих собак выпускал партнёр «Заслона». Они повсюду ходили как привязанные за людьми, охраняли, сопровождали их на прогулках, помогали добраться до места и найти дорогу домой, в случае опасности отправляли сигнал родственникам. Чуткие анализаторы улавливали запах дыма и газа. Кроме того, роботы имели все собачьи повадки, выполняли команды и развлекали хозяев.

Илья купил Малыша просто так, спонтанно. Увидел хитрую морду, рассмеялся и решил, что ему нужна эта собака. Иметь настоящего пса он не мог: не по-человечески запирать живое существо на весь день в квартире.

Нельзя было не привязаться к Малышу. Тот встречал Илью у порога, укладывался спать в ногах, бегал с ним наперегонки.

Дёмин закрылся от пса в ванной и уставился на своё отражение. Ничего не изменилось, всё как всегда, только на шее белели полоски пластыря. Илья отлепил его и с помощью второго зеркала рассмотрел возле уха трансмиттер, источающий слабый голубой свет. Швы вокруг побледнели. Илья достал из кармана белый тюбик, выдавил немного геля и нанёс на кожу не втирая.

В углу спальни, отделённом полупрозрачной перегородкой, сонно помаргивал индикатор на мониторе. Стоило Дёмину приблизиться, как компьютер ожил и на экране возникло окно: «Найдено новое оборудование Stentrode TM-287». Илья усмехнулся и подключился к компьютеру. Прочитал новые сообщения и письма, ответил на них, удивляясь скорости набора текста. Открывал папки с документами и фотографиями, сворачивал окна, перемещал, закрывал, едва подумав об этом.

Подбежал Малыш, стал вертеться под ногами, требуя внимания. Дёмин подхватил пса на руки.

– Идея! Я и с тобой буду мысленно разговаривать.

***

Коллеги звали Илью Киборгом, ему было приятно. Пока он единственный из всего отдела мог похвастаться стентродом.

На днях зашёл инженер-программист Алексей Лихачёв, кудрявый, как молодой барашек, и попросил показать, как Дёмин управляется с компьютером силой мысли. Илья с удовольствием продемонстрировал.