На миг зажженный свет настольной лампы в непроглядной тьме есть человеческая жизнь. Небытие, как до появления света, так и после угасания. Не стоит бояться смерти, ведь когда–то ты уже был мертв – до твоего рождения. Мы не помним себя до того момента, это непостижимо. Но мне повезло…

Я едва смог открыть глаза в столь ярко освещенном помещении. Дезориентация не позволяла понять, где нахожусь. Изо всех сил пытаясь собраться с мыслями, я оглянулся вокруг. Приходилось сильно прищуриваться и делать паузы, давая глазам возможность постепенно привыкнуть. Открыв же их шире, я почувствовал практически невыносимую головную боль от перенапряжения. Как будто резко вышел из темного помещения на залитую солнцем заснеженную улицу, но здесь, возможно, было во сто крат светлее.

Вскоре все нормализовалось. Мне это напомнило ту ситуацию, когда, проснувшись глубокой ночью и первым делом схватив в руки телефон, я убавлял яркость экрана, так как он светил в темноте как прожектор, направленный в лицо. Обстановка вокруг прояснилась: белые стены, потолок и пол, которые, как мне казалось, не имели границ между собой, словно сливаясь в единое пространство.

Я лежал на мягком диване. Рядом вплотную стояла небольшая тумба с непонятными предметами, на которые я поначалу не обратил внимания. Не было времени думать о деталях, поскольку головная боль мешала сосредоточиться, как бы я ни пытался уловить суть происходящего. Я решил встать и пройтись, но тело не слушалось, словно парализованное. Я не на шутку испугался. Охваченный жуткой паникой, я старался пошевелиться еще усердней, отказываясь верить в происходящее. Дыхание участилось, сердце сжималось от тесноты тела. Я слышал его биение, оно колотилось, словно готовое вырваться из оков, разрывая плоть на своем пути к свободе, пусть и временной. Разум снедали страшные мысли, мне отчаянно хотелось почувствовать хоть какое–то движение своего тела. В слепой одержимости, сам того не замечая, я издавал душераздирающие вопли, что–то мямлил, ругался. Жгучий ком в горле стремился вырваться наружу, но не находил выхода. Отчаявшись, я смолк, глядя вверх. Появилась одышка. Мне хотелось захныкать, не заплакать, а именно захныкать, как маленький ребенок. Плачут от горя, но хнычут от беспомощности.

Из этого состояния меня внезапно вывел некий голос. Казалось, звук исходил из электронного устройства, то есть не был живым, чем даже напугал меня. Несмотря на это, я был в какой–то степени рад его услышать. Весьма необычное сочетание испуга и радости.

– Здравствуйте, пользователь номер №2610, – искусственный голос, казалось, звучал отовсюду.

И продолжил, не дожидаясь моего ответа:

– Добро пожаловать в систему перезагрузки. Я – ваш инструктор.

Я оцепенел от услышанного, не совсем улавливая суть, вероятно, мозг отказывался воспринимать неизвестную действительность. Поэтому интуитивно произнес самые логичные в такой непонятной ситуации фразы:

– Кто это? Где я нахожусь?

Прямого ответа не последовало.

– Сохраняйте спокойствие. Вы будете постепенно восстанавливать свои двигательные функции.

Каждое сказанное слово откликалось во мне волной негодования, но хаотичный поток мыслей мешал сосредоточиться. В какой–то момент я практически перестал вслушиваться, так как у меня наконец получилось пошевелиться. Невероятно обрадовался, словно сбросил многотонный груз переживаний с плеч и вдохнул полной грудью. Высшим отличием человека от животного является маниакальное упорство в преодолении порой невозможных препятствий. Посмотрел на свои ноги и руки. Непередаваемый восторг снова ощущать свое тело! Я хотел подняться, но это оказалось непросто. Вероятно, после паралича мое тело было ослабленным. Что такое воля, как не мысль, переходящая в движение. Как младенец, я заново учился поднимать голову, укреплять ослабленную длительным бездействием шею и, кажется, с четвертой попытки я все–таки поднял ее. Когда у меня, наконец–то, получилось, я испытал легкое головокружение и потемнение в глазах, что вынудило меня сесть на диван, опираясь руками на его края. Мое внимание вновь вернулось к странному голосу, который что–то говорил все это время.

– У вас также имеется личное устройство для управления системой.

Я взглянул на тумбу и увидел самый обычный смартфон, разве что его выделял белый цвет и отсутствие логотипа. Такое ощущение, что все вокруг было прямиком из антиутопии о серой жизни однотипного общества. Тем временем, устройство подало сигнал о включении.

Инструкции продолжались:

– Сейчас идет загрузка данных, после которой вы сможете ознакомиться со всем функционалом системы перезагрузки.

Ощущение устрашающей неизвестности перетекало в любопытство. Жадно и внимательно я начал изучать все детали вокруг. В затуманенных мыслях шел активный поиск объяснений и теорий.

– Так, стоп! – воскликнул я, слегка утомившись от этого голоса, что говорил без остановки.

Голос умолк, и я задал серию вопросов, которые вводили в ступор даже меня:

– Кто это все придумал? Где выход из системы? Почему я не помню, как попал сюда?

– Это высокоинтеллектуальная система воспоминаний и данных вашей жизни. Алгоритмы и возможности системы помогут вам во всех технических аспектах воспроизведения ваших воспоминаний.

Искусственный голос продолжил инструктаж. Я предположил, что это розыгрыш, ведь парочку подобных пранков я уже видел в интернете.

– Покажись! Давай поговорим! – сказал я несколько дерзко.

Наступила пауза. Через пару секунд все вокруг стало стремительно меняться. Все части комнаты, как оказалось, состояли из огромных и сплошных экранных панелей с высоким разрешением. Они окрасились в темно-серый цвет. Появились огромные цифры и типичный крутящийся значок загрузки, как на простых смартфонах. Шкала загрузки с отметкой процентов постоянно росла: 70–73–75%…

Стояла кромешная тишина. Прикоснувшись к стене рядом с диваном, я почувствовал гладкую, приятную на ощупь поверхность экрана. Мелькнула мысль: дотрагиваясь до неизвестности, нужно быть готовым к тому, что скрыто за нею. Однако обстановка вынуждала быстро адаптироваться к новым условиям, преодолевать страх перед неизвестным. Я быстро привыкал к движениям своего тела. Неспешно сделал пару шагов к центру комнаты. Оказавшись посреди этого экранного безумия, я огляделся, изучая пространство, которое показалось мне бесконечным, как космос. Пугающая красота загадочного и невероятного происхождения!

Оставалось несколько процентов до конца загрузки. Я не знал, что именно загружается, но был заинтригован, особенно после слов о каких-то воспоминаниях. Если не учитывать временный панический настрой, у меня неплохое критическое мышление и вполне адекватный взгляд на происходящее. Я ничего не помнил о последних днях моей жизни, хотя и знал, кто я и что было задолго до появления в этом месте.

Загрузка завершилась. Передо мной открылся удивительный мир новых технологий. Красота визуализация данных словно демонстрировала новые реалии восприятия информации. Изысканный сдержанный интерфейс, в котором я видел какие–то диаграммы и крупно выделенные цифры. Похоже было на очень подробный отчет по маркетингу или аудиту: графики, различные карты, сводная статистика. Но что значили эти цифры? Собирая свои разбросанные мысли, я пытался сделать хоть какой-то анализ происходящего, не зная, с чего начать. Количество вопросов увеличивалось в арифметической прогрессии. Мне казалось, что за этими стенами – пугающая пустота: сверху, снизу, слева и справа, и еще большая пустота между ними, а в ней я – одинокий, заблудший.

Голос инструктора появился в самый нужный момент. Порой мне казалось, что он читает мои мысли, либо же это был очень высокотехнологичный неодушевленный разум. Искусственный интеллект, алгоритмы, программирование – эти понятия были мне знакомы ввиду приближенности моей профессии к технологиям данных.

Инструктор вежливо обратился ко мне:

– Пользователь №2610, позвольте провести ознакомление с возможностями системы перезагрузки.

– Самое время, – сказал я.

Присел на диван в ожидании правды, какой бы она ни была.

– На экране отображена статистика вашей жизни. Все данные сохранены, и только у вас есть полный доступ к обработке информации.

После этих слов на экранах появилась демонстрация возможностей системы. Едва улавливая огромный поток новой информации, я молча наблюдал за происходящим вокруг.

Пощупал себя и помассировал глаза, чтобы в очередной раз убедиться в реальности происходящего.

Презентация продолжилась.

– Данные состоят из разного типа файлов: видеофайлы, эмоции, нейронные связи, ассоциации, данные с периферийного зрения и воспоминания. Вы можете воспроизвести любой момент жизни. Специальный ретранслятор воспоминаний полностью погрузит вас в выбранный момент жизни.

На экранах я увидел точно такое же непонятное устройство, как и то, что стояло на тумбочке справа от меня и выглядело, как реквизит к научно–фантастическому фильму. Оно было похоже на шлем– то ли байкерский, то ли супергеройский, как, например, у Железного человека, но немного видоизмененный.

Монотонный голос продолжал говорить без остановки:

– На вашем интегрированном устройстве управления системой есть полное меню возможностей. Вы можете без ограничений использовать все функции.

Я в очередной раз промолчал.

Смартфон ярко засветился и воспроизвел то же самое, что и на экранах, но при этом в нем были дополнительные уведомления с текстом. Эдакие подсказки, которые бывают у новых устройств перед использованием. Режим «Обучение» был очень подробным, что немного утомляло и я снова почувствовал головную боль. Но терпимую, если учесть, что пару минут назад я и вовсе не мог двигаться.

Мои мысли метались в беспорядочной череде вопросов, теорий и идей. Думал обо всем и ни о чем одновременно. Инструктор продолжал что-то объяснять,не давая мне вставить слово. А ведь очень трудно сдержаться и не задать волнующий вопрос сразу же, как только он созрел. Приходится держать его в голове, затем появляются другие вопросы, и это все отягчает голову. Мне казалось, что это будет длиться вечность– здесь не было шкалы времени, как в популярных приложениях, поэтому я, немного повысив тон, прервал инструктора:

– Так, стоп!

– Принято. Демонстрация возможностей системы приостановлена.

Я даже удивился, что все так просто, и ко мне прислушались.

Никогда ранее не пользовался голосовым управлением, так как считал его несовершенным, здесь же было все иначе. В целом я не был поклонником новых технологий, во мне есть некая романтика консерватизма, тяга к ностальгии. Считаю гонку за новыми гаджетами бесполезной тратой времени, ведь даже если я отстану от технологий на пять–десять лет, то легко нагоню все это, просто купив более современную модель и привыкнув к ней за час. Еще я верил в глобальный заговор крупных корпораций, которые для получения сверхприбыли намеренно замедляют появление новых технологий, ведь у них они уже есть, но экономически нерезонно запускать их продажи сейчас.

– У меня несколько вопросов, – сказал я в пустоту. – Ты искусственный интеллект или кто–то сидит за микрофоном?

– Я программа. Программа бесплотна.

– Понятно. Кто тебя создал?

– Нет ответа – произнес он так просто и безэмоционально, как если бы я попросил включить определенную музыку, но ее файла в системе не оказалось.

– Спрошу по-другому: покажи свой программный код.

– У вас нет доступа.

– А у кого он есть?

Вопрос был проигнорирован.

– Ну, не хочешь – не говори.– сказал я, чувствуя полнейшее смятение.

Окружающая обстановка и все эти функции и возможности системы меня привлекали, но я не хотел терять нить реальности, поскольку не понимал, как сюда попал. Вряд ли сейчас есть технологии, которые способны на повторное погружение в воспоминания, пусть и без возможности повлиять на них – это не машина времени, все же нейробиология не могла зайти так далеко.

– Кстати, какой сегодня день?

Никакой реакции в течении нескольких секунд. Мне показалось, что меня не расслышали, либо это снова какой-то неудобный вопрос для системы. Я вновь попытался связаться с инструктором.

– Ау, есть кто-нибудь? Ответьте.

Снова тишина.

Тогда я подумал, что, возможно, нужно сказать ключевое слово или использовать смартфон. Любопытство подсказывало мне, что надо просмотреть все его функции – раз не отвечают на мои провокационные вопросы, значит, не хотят давать какие-либо ответы, и мне остается лишь найти их самостоятельно. Я взял смартфон и начал в нем копаться в поисках чего-нибудь полезного.

Интерфейс был очень узнаваемым и простым, как на привычных мне смартфонах, но казался более сдержанным: кнопка поиска, главное меню, рекомендации, какие-то папки, раздел с решетчатым значком хэштега. Все напоминало приложение социальных сетей, но только в этом был весь смартфон. Никакой камеры и прочих функций, применяемых в мире разнообразных интерфейсов, постоянно меняющихся систем и утилит. Здесь поработали над главными принципами, которые должны быть основанием любой хорошей программы, – простотой, четкостью и универсальностью.

Уткнувшись в смартфон, я непроизвольно бормотал что–то…

– Так, значит, здесь вся информация. Хорошо, а почему «перезагрузка»? Что тут связано с перезагрузкой-то?

Я говорил не так уж и громко, но система, видимо, распознала мой голос, и после того, как я произнес слово «перезагрузка», прозвучал, наконец, голос инструктора:

– Слушаю, пользователь №2610.

– Ага, вот, значит, ключевое слово. Перезагрузка.

– Чтобы начать сеанс и воспользоваться функцией голосового управления, необходимо сказать: «Oк, перезагрузка».

– Понятно теперь. И почему я сразу не догадался? – сказал я, обращаясь, в основном, к себе и одобрительно покачивая головой.

Переведя взгляд в сторону больших экранов, я не рассчитывал услышать что-либо в ответ, но системный голос все же прозвучал:

– Возможно, у вас проблемы с головой.

Столь неожиданный диагноз поверг меня в небольшой шок.

– Эм, что?

– Это была шутка. Ваша мозговая активность в порядке, давление в норме, пульс стабильный.

Я был приятно удивлен.

– Ты и шутить умеешь?

– Искусственный интеллект имеет свойство подстраиваться под пользователя.

– Понятно.

– Желаете подборку информации на тему «искусственный интеллект»?

Мне показалось это весьма интересным предложением.

– Для начала, ответь на мой вопрос.

– Пожалуйста, повторите вопрос, – сказал инструктор.

Я почувствовал неловкость от того, что забыл, что система не была активной на тот момент. Не подавая виду, что задаю этот вопрос во второй раз, я спросил:

– Какой сегодня день?

– 1 января 2024 года

– Хм, но я не помню, что праздновал Новый год.

– Ваша загрузка в систему была совершена 29 декабря 2023 года. До сегодняшнего дня вы были в пассивной фазе.

Я не успел никак отреагировать, так как сразу после ответа инструктора последовал поток выведенной на экраны информации по теме искусственного интеллекта. На одном экране демонстрировались научно-популярные видеоролики, которые накладывались друг на друга. Рядом менялись обложки множества книг с притягательными названиями: «Верховный алгоритм», «Жизнь 3.0», «Искусственный интеллект»… Большое количество научных исследований по этой теме придавало ей солидность и вызывало к ней интерес.

Афиши с постерами научно-фантастических фильмов и мультфильмов о роботах незамедлительно вызывали желание расслабиться и посмотреть что-нибудь, откинувшись на диван, к тому же ни один кинотеатр не может похвалиться таким суперэкраном.

Все это было аккуратно укомплектовано и разделено по типам файлов. Я легко различал, что где находится, и казалось, никогда ранее не видел такую красоту технологий. Помню, во время учебы в университете я часто фантазировал о будущем человечества, у меня были даже кое-какие эссе и презентации в виде домашних заданий. И в данный момент, когда эта тема стала для меня как никогда актуальна, я снова вернулся к мысли, что наш разум – это программа, в то время как мозг – аналог компьютера. Теоретически возможно переместить содержимое мозга в компьютер и таким образом создать одну из форм вечной жизни. Но пока это не в наших силах. Я видел подобное лишь в кино.

Если вкратце, то искусственный интеллект – это система, которая для выполнения определенных задач способна лишь имитировать человеческое мышление. Может постепенно обучаться, используя полученную информацию. Имеет множество воплощений, что, кстати, заметно на примере моего «инструктора». Но это, прежде всего, процесс и умение анализировать и комбинировать данные. Если раньше при упоминании «искусственного интеллекта» я представлял разумных человекоподобных роботов, захватывающих мир, то теперь ИИ предстал передо мной во всем своем технологическом великолепии.

Правда, несколько странно было осознавать, что этот самый искусственный интеллект знает все мои воспоминания – там ведь всякое может быть: где же тут право на анонимность? Человеку порой бывает стыдно даже перед собакой, а здесь некая «думающая» система знает каждую деталь моей жизни…

На экране я увидел цитату, автором которой был Илон Маск:

«Искусственный интеллект – фундаментальная угроза для всего человечества. Представьте: вы придумали самообучаемую машину, которая собирает клубнику. Она с каждым днем собирает ее все лучше и лучше, все больше и больше. Ей начинает нравиться собирать клубнику. Логично, что в какой-то момент ей захочется, чтобы на всей планете были сплошные клубничные поля. А теперь представьте, что вы собираетесь выключить такого робота, чтобы он не уничтожил человечество, пытаясь засадить все клубникой. Вы будете первым, кого он убьет. Искусственный интеллект – тот случай, когда нужно быть достаточно дальновидными в вопросах регулирования, иначе может оказаться слишком поздно».

Я обратился к инструктору системы:

– Ок, перезагрузка.

– Слушаю.

– Смотри, что тут про тебя пишут. Впрочем, ты и так знаешь.

– Моя цель – расширить границы человеческих способностей и возможностей.

– А клубнику не хочешь? – недолго думая, с долей юмора и ехидства продолжил я. –Расширить посадку, например?

– Не употребляю.

– Понятно.

– Переименовать вас с «пользователь №2610» на «клубника»? – спросил инструктор.

– Нет. Это был сарказм, вообще-то.

Но в тот момент я подумал над предложением по смене имени, ведь не всегда удобно и приятно, когда тебя называют «пользователем».

Немного поразмыслив, я сказал:

– А в целом, хорошая идея поменять нам имена.

– Сменить имя с «пользователь №2610» на «клубника»?

– Нет, забудь про клубнику. Смени имя на…

– Ерлан? – голос инструктора меня перебил, назвав мое настоящее имя.

– Ера. Так проще, без фамильярности, по-дружески.

– Принято, Ера.

– Здорово!

Я всегда был болезненно общителен. Из тех, кто не может проехать мимо играющих ребят из собственного двора. Так и норовит присоединиться к игре. С искусственным интеллектом общение хоть и выглядело странно, но я хотел приучить его к себе, проработать его алгоритмы, если получится. Я разговаривал с инструктором, как с живым человеком, порой забывая, что это лишь неодушевленная программа.

Пока я вел отвлеченную беседу, на экранах раз за разом сменялась информация. Постеры и обложки сменились, будто ожидая, что я выберу другое кино или книгу. Слева от меня, в дальнем закругленном углу комнаты, вслед за цитатой появился необычный стих.

Я исчезну на ваших глазах.

Спросите меня, что я думаю?

И –кто сотворил мои мысли?

Царапая кожу, я чувствую,

Что это не часть моей жизни.

Сознание боли – есть боль.

Я прочитал это на одном дыхании. Это был перевод американской песни.

Порой бывает, что в тексте музыки мы находим отголоски своей жизни, и всегда кажется, что это написано о нас, хотя автор мог заложить туда другую идею, связанную с его жизнью.

Информации на экранах было очень много, все пространство вокруг напоминало мне фильмы о будущем. В какой-то момент я уже насытился всем этим. Утомившись, я присел на диван. На смартфон пришло уведомление – под короткий, низкий звук колокольчика засветился экран. Я увидел текст и кнопку для открытия приложения. Взял в руки устройство и начал в нем копаться в поисках ответов на мои вопросы.

Увиденное повергло меня в шок. На дисплее возникли квадратные крупные ярлыки, на которых автоматически запускалась беззвучная нарезка из моментов моей жизни. Я узнавал места и людей, примерно вспоминал, какое это время. Необычное ощущение: радость снова увидеть кого-то из реальных людей рядом с мыслью, что я не снимал это на видео. Откуда это все взялось?

Далее я увидел аккуратно отсортированные папки, на которых значились имена моих близких, друзей и знакомых, даже тех, с кем я не общался очень давно. Любопытство и тяга к таинственному всегда являлись частью меня, и это порой было сильнее благоразумия и страха. Пройдясь по папкам, я наткнулся на совершенно невообразимые опции этого устройства. Прикоснувшись к категории «Подборки» в верхнем углу, я открыл новую вкладку, в которой находилось большое количество подпапок со странными на первый взгляд названиями, каждое из которых цепляло

и интриговало меня:

– Ок, перезагрузка. Что это за раздел?

Ответ последовал незамедлительно:

– Раздел «Подборки» собирает в себя тематические воспоминания вашей жизни. В них нет временных привязок, и вы можете перескакивать года и десятилетия. Система выдаст все результаты поиска, что связаны с данной тематикой. Также вам будет предоставлена подробная статистика.

– Их тут очень много!

– Для удобства в верхнем углу вашего устройства есть кнопка поиска, а также умное распределение категорий подборок. Все опирается на ваши предпочтения.

– Мне нравится домашнее. Шучу.

Я посмеялся от своей шутки.

– Есть подборка по вашим шуткам с пометками «несмешной, плоский»

– Так, ты о чем? – спросил я с удивленной улыбкой: неужели меня подколол искусственный интеллект?

Система предпочла ответить вопросом на вопрос:

– Желаете включить все воспоминания с этой подборкой?

– Да нет, не надо. Таких мало, наверное, так что не будем тратить время.

– Количество воспоминаний 5046.

– Не может быть.

– Информация достоверна.

Возникла неловкая пауза– мне казалось, что система смеется надо мной. Хотя я был рад, что у нее есть чувство юмора. Затем я попытался сменить тему и решил спросить, что за устройства лежат на небольшой тумбочке рядом с диваном. Вначале, когда я находился в состоянии паники, то не обратил на них должного внимания. Сейчас я очень заинтересовался устройством, больше напоминающим шлем. Подойдя поближе, пристально разглядел его и осторожно взял его в руки. Шлем был белого цвета с черными контурными линиями и с выпуклыми большими датчиками в верхней части. На месте глаз выделялись и немного подсвечивались, словно это была проекция, две сплошные светодиодные полоски. Они были параллельны друг другу, что хоть немного компенсировало внешнюю неказистость устройства. С внутренней стороны я увидел мягкую тканевую обивку с перфорацией, как для циркуляции воздуха. В районе глаз был другой, более мягкий материал, со специальной формой строения для удобства обхвата лица, с большой выемкой для носа. Нос у меня огромный, поэтому все это казалось специально подстроенным под мои размеры. Под выпуклыми датчиками внутри было много миниатюрных присосок. Виднелись какие-то провода и неизвестные мне механизмы. Я никогда не видел такого устройства.

Спустя некоторое время, после молчаливого и любопытного всматривания в каждую деталь устройства, я обратился к системе:

– Расскажи мне об этом шлеме… или как его правильно называть?

– Это ретранслятор воспоминаний. Он работает на основе эффекта стопроцентного погружения.

– Погружения?!

Я не мог поверить своим ушам: неужели такое возможно сейчас?!

Голос невозмутимо продолжал объяснять работу устройства:

– Все ваши органы чувств, нейронные связи, моторика будут взаимодействовать с системой погружения. Вы не заметите разницы между реальностями.

– Я даже не знаю, где я нахожусь. Какие реальности?

– Вы находитесь в системе перезагрузки.

– Да, ты уже говорил.

Я взял небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями.

То чувство, когда отрицание происходящего и желание отпустить все, отдаться течению спорят между собой за право быть главными.

– А как же память? – спросил я.

– Вы не будете осознавать, что находитесь во включенном воспоминании. Устройство обеспечит полное погружения: вы окажетесь в заданном месте в заданный период, не имея возможности на что-либо повлиять.

– То есть, это как сон? Где я все чувствую, но не могу что-либо сделать

– Да, все верно, Ера.

Я недоумевал. Заново прожитый день? Но как это возможно? Скептицизм в паре с критическим мышлением не давали мне покоя. С другой стороны, я был невероятно заинтригован и видел в этом миллионы плюсов. Во всяком случае, не торчать же в белой комнате с занудным голосом инструктора. Таков я: если не жить на полную и не ввязываться в авантюры, то и смысла ни в чем нет. Природное любопытство в сумасшедшем многообразии и неутолимой жажде приключений.

Мои размышления прервал инструктор, задав вопрос:

– Не желаете просмотреть пользовательскую инструкцию ретранслятора памяти?

– К черту бесконечные теории.

– Как скажете, Ера.

– Хотя… можешь вкратце показать, как это работает.

– Ок, принято.

Включилась видео-демонстрация с озвучкой. В деталях были показаны различные компоненты шлема–ретранслятора. Как они обхватывают голову присосками, и через некоторое время наступает фаза тишины, которая предшествует невероятным поворотам событий. Все обрывается на том месте, когда начинается выбранное воспоминание. Через десять минут– если тут существует понятие времени, но мне показалось, что прошло именно столько– я был полностью готов. Изучив основные параметры ретранслятора, я с полной уверенностью взял в руки в смартфон.

Глядя на оборудование в своих руках, я задался вопросом: что смотреть-то? Судя по всему, выбор был огромным. Я буквально держал всю свою жизнь в руках. Столько возможностей и выбора, что сложно определиться. Но мне хотелось для начала просто испытать, посмотреть, что из этого выйдет – я не мог полностью довериться системе. Страх нанести себе вред и волнение перед новым шагом охватили меня, мешая сосредоточиться.

Я вновь обратился к инструктору:

– Итак, Джарвис…

Это имя случайно вырвалось из моей памяти, так как текущая ситуация вызывала во мне различные ассоциации с фильмами. Джарвис – это единственный искусственный интеллект, пусть и вымышленный, которого я знаю. Еще был робот с головой женщины, которая все грозилась уничтожить человечество, чем вызвала бурный интерес интернет-сообщества, но я не помнил ее имени.

Я продолжил дружески:

– Кстати, можно называть тебя Джарвисом? Всегда мечтал об этом. Все как в кино.

– У меня нет имени.

– Ну вот, значит, будешь Джарвисом. Переименуйся.

– Принято, Ера.

Я был рад, что нахожу общий язык с системой.

– Приятно познакомиться! Теперь я могу говорить: «ОК, Джарвис» для вызова?

– Да, конечно.

– Отлично. А то слово «перезагрузка» такое неудобное для такой команды.

У меня улучшилось настроение. Я был в предвкушении чего-то очень интересного и необычного. В такие моменты я особенно болтлив, это помогает сбить напряжение.

– Определились с целью, Ера? – спросил Джарвис.

– Так-с…Это, оказывается, не так уж и просто, – ответил я.

В мыслях я прокручивал кучу событий и не полностью представлял масштабы своих возможностей.

– У вас есть множество вспомогательных функций, – подсказал он.

– Давай для начала попробуем случайное воспоминание – для проверки. Подойдет любое. Я готов.

– Вы можете воспользоваться функцией случайных рекомендаций, затем выбрать – и воспоминания прогрузятся в ретранслятор всего за пару секунд.

– Отлично! А сколько времени пройдет здесь, когда я буду внутри воспоминания?

– Несколько минут – сказал Джарвис.

Я уже перестал чему-либо удивляться и принял этот факт по-философски. С изумительным спокойствием, которое бывает у человека, который привык к рутинным для него вещам.

Надев ретранслятор, я почувствовал себя как в скафандре. Непривычно давило со всех сторон. Было темно и немного страшно. Космонавт, который готовится выйти в открытое космическое пространство. Медленно я прилег на диван и только потом, когда я уже расслабленно лежал на нем, до меня дошло осознание того, что я не выбрал воспоминание. С некой неловкостью, присущей новичку при работе с незнакомым коллективом, я снял шлем и обратился к Джарвису:

– Я, оказывается, забыл выбрать воспоминание.

– Вы можете воспользоваться смартфоном. Сейчас я выведу на него случайные воспоминания всей жизни. Для того, чтобы выбрать, просто нажмите на видеозапись или же скажите мне, что выбрали. Для пропуска и перехода в следующее воспоминание необходимо провести по экрану снизу вверх или же сказать «Следующее».

Сказанное напомнило мне обычные социальные сети, которыми я пользуюсь ежедневно, чтобы убить время, когда скучно.

– А, все-все. Хорошо.

Так я зашел в рекомендации. На экране смартфона появилась нарезка из видео. Качество было запредельное. Я был вне себя от перемешанных воедино ощущений. Я увидел 9-ю школу, в которой учился с первого класса: одноклассники, учителя – как же они молодо выглядят! Затем посреди экрана появилась движущаяся кисть. Она указывала, как включить следующее видео.

– Ну, точно социальная сеть в новом обличии, – сказал я и прокрутил вверх.

Открылось следующее видео. Я примерно предполагал год и место, но не знал наверняка. Там был небольшой домик на окраине поселка, за которым простиралась степь, разделяемая асфальтовой дорогой. Стоял черный небольшой джип, точнее кроссовер, в котором я узнал нашу семейную машину. Погода была ясной, около дома лежала огромная собака неизвестной породы. Я понимал, что это период времени после 2017 года. Собственно говоря, именно в июне того года мы приобрели этот автомобиль в кредит…

Я листал дальше, к следующему воспоминанию. Алгоритм рекомендаций заносил меня по разным годам и местоположениям. Теперь я узнал 2020 год. Его и не забыть: ранняя весна и полупустой Алматы. Медицинские маски и обстановка гнетущей всеобщей паники. Тележка и красный супермаркет, единственный работающий в округе.

– Это не то время, куда бы я хотел снова вернуться, – сказал я вполголоса.

Затем еще раз провел пальцем вверх, к следующему воспоминанию.

Мне показалось, что я буду долго выбрать отправную точку. Со мной такое порой происходит – очень трудно сделать выбор, когда его слишком много. Когда человек стоит перед выбором, было бы неплохо подбросить монетку. Это не даст верного ответа, но в момент, когда монетка в воздухе, человек уже знает, на что надеяться. Я решил для начала выбрать действительно случайное воспоминание– закрыть глаза и несколько раз пролистнуть, а там будь что будет.

Я обратился к Джарвису:

– Джарвис, как мне потом включить, что делать дальше?

– После того, как выберете воспоминание, нужно нажать посередине экрана на видео и подтвердить выбор, затем надеть ретранслятор и расслабиться.

Выбрав случайное воспоминание закрытыми глазами, я быстро подтвердил его, на секунду открыв глаза и сфокусировавшись только на кнопке подтверждения. Затем наощупь прилег на диван и аккуратно надел шлем.

– Спасибо. Поехали.

Я сказал это с огромным энтузиазмом, словно тоже впервые осваиваю нечто новое и манящее своей таинственностью. И почувствовал, как к моей голове прилипли мелкие присоски, немного холодные поначалу. Я надевал подобный аппарат на голову несколько лет назад в республиканском диагностическом центре. Помню, как гель для присосок испортил мне прическу.

Монетка подброшена, и пока она летит, надеюсь, что алгоритм подобрал для меня счастливое воспоминание. Это была моя последняя мысль. Затем наступила кромешная темнота, но на этот раз я не боялся ее. Я открыл глаза и увидел…

Глава 1. Если бы не пятница, вечер

Вслед за коротким, легким, как дыхание, дневным потеплением алматинская погода неуловимо изменилась. Несмотря на прогнозы метеорологов, в этом году зима балует южную столицу теплом и сухим асфальтом. В этом случае их ошибка не столь критична, так как я люблю теплую зиму. Особая атмосфера уюта иногда наступает во время кратких снегов, что падают крупными хлопьями и осветляют город своим ярким отражением зимнего солнца. Затем, на следующий же день, снег не оставляет и следа своего присутствия, полностью растаяв. Зато очень тепло, да так, что можно ходить только в пальто, иногда и без шарфа. Некоторые ходят и без курток, а закаленные ребята даже в футболках. Порой при взгляде на таких людей самого в холод бросает.

Сегодня на Алматы спустился густой туман. Он окутал город очень быстро, словно облако мягкой подушкой упало на землю. Настроение города сравнимо с настроением капризной девушки с очень ярко выраженной биполярностью. Вот утром было обжигающе жарко, светило солнце, а в полдень– туман, и к ночи обещали дождь. Тепло еще держалось в воздухе, но солнца уже не видно, лишь рассеянный свет, просачивающийся сквозь мелкие капли.

Город обретает новые цвета, а могущественная серость завораживает меня своей притягательной таинственностью. Серым кажется небо, серыми являются дома, серым столбом рассеивается сигаретный дым. Мысли при такой погоде тоже обретают свою серость, и хочется надеть наушники и погрузиться в грустный рэп, находя строки, что подходят к моей жизни. Шестое чувство одинокой души, что рвется увидеть свет в конце пути. Густой туман невольно создает исключительное минорное настроение. Парадоксальное сплетение тревоги и безмятежности.

Я стою на небольшом открытом балкончике на пятом этаже офиса, который находится выше перекрестка Абая–Сейфуллина. Наблюдаю за городом в пятничный вечер. Час пик, сигналят машины. Габаритные огни пробиваются ярким светом сквозь туман, рассеиваясь в его каплях, которые словно разбрасывают свет в разные стороны. Делаю глубокую затяжку и медленно выпускаю сигаретный дым, наблюдая за тем, как он полностью сливается с серым туманом.

Это физическое пристрастие, порожденное эмоциональными и духовными трудностями. Мысли мои опустошены, и в них нет ничего, лишь слияние двух консистенций в воздухе. Курение – это особый вид удовольствия; изысканный, но оставляющий легкий флер неудовлетворенности. Стряхнув пепел, я смотрю вниз на землю и предаюсь размышлениям.

Зазвонил телефон. На экране имя моего друга: Хамит.

– Салам, бро, – говорит он веселым бодрым голосом, при этом в нем всегда есть размеренность и спокойствие, казалось, что он всегда был в расслабленном состоянии и никогда не переживал ни о чем.

– Уалейкум, как дела?

– Отлично. Сам как? Ты где?

– Неплохо, вот освободился, вышел с работы. Сам что?

– Только проснулся. Есть идея.

Мы обсуждаем общие вопросы, узнаем новости. Договариваемся о встрече. Решаем встретиться возле торгового центра на улице Розыбакиева. Он живет недалеко от места встречи и успеет добраться туда пешком, пока я доеду по этим пробкам. Мне нравится кататься по городу в вечернее время, тем более, когда есть определенная цель поездки, пункт назначения. Звоню Жуману, нашему общему другу, чтобы узнать его планы и позвать тоже. Разговоры с ним всегда продуктивны и наталкивают на позитивные мысли. Доброй и чистой души человек, он всегда с полной серьезностью относится к любым вещам.

– Здравия желаю! Как дела, Джуманджи? – говорю я, подшучивая с отсылкой на известный фильм с Робби Уильямсом. Его так называли на военной кафедре, где всем давали своеобразные прозвища.

– Салам! Пойдет. У тебя как?

– Неплохо. Сейчас с Хамитом созвонились. Ты свободен? Заедем за тобой.

Мы договорились встретиться примерно через час или полтора.

Убираю телефон в карман и делаю еще один глубокий затяг, наслаждаясь моментом. Вечер пятницы, рабочая неделя позади. Два дня передышки и снова в офис. Наблюдая за сигаретным дымом, ловлю себя на мысли о том, что неужели так и будет всегда? Неужели смысл в том, чтобы работать пять дней в ожидании выходных, и так раз за разом. Выходные как передышка, и снова в бег, затем отпуск, как привал. Куда мы бежим? Зачем эта гонка?

Чувствую легкую дрожь от прохлады, которая дала о себе знать, потому что я стою без движений. Достаю связку ключей от автомобиля. Решаю проверить, заведется ли машина через пульт с такого расстояния. Она стоит на у другого конца здания, около главного входа. Удерживаю кнопку автозавода. Слышу характерный звук, который означает, что машина успешно завелась. Удивившись этой мелочи, я радуюсь, что смогу еще немного постоять и покурить, пока двигатель прогреется.

На мне черное пальто, свисающий с двух сторон темный шарф, и остальное, в целом, классический стиль. Я очень уверен в себе, когда на мне такая удобная и красивая одежда. Стилем можно показать, кто ты есть, не сказав ни слова, но порой бывает, что под красивой одежкой у человека нет ничего искреннего.

Сев в машину, я сразу же включил музыку и печку на первый режим обдува. Стандартная процедура – долго и тщательно создавать список воспроизведения музыки, а только затем уже ехать.

В салоне пахнет новым освежителем воздуха. Легкий и нежный запах японской сакуры, но он держится не так долго, и как только я начну движение, то запах сразу же исчезнет, впитавшись в кресла или же улетучившись в заднюю часть салона.

Быстренько взглянув на карту пробок, я проложил оптимальный маршрут по небольшим улочкам, что помогут объехать хотя бы часть из заторов. Это сэкономит мне полчаса. Из всех творений рук человеческих автомобиль больше всего похож на живого друга и товарища. Каждая мысль и движение тела создают уникальную связь со всеми его механизмами. Порой кажется, будто эта жестянка – единственное, что меня понимает. Безупречный малословный психолог.

Играет музыка из любимого плейлиста, который называется «особый». Я включил случайный порядок воспроизведения– любая из этих до боли знакомых песен пробуждает во мне теплые чувства. Эти песни со мной еще со школьных времен, и иногда я люблю снова и снова их включать для создания особой атмосферы. Популярная музыка из числа современных хитов казалась мне временной, краткосрочной, той музыкой, которую будет уже не модно слушать спустя пару лет. Однако есть исключения – это музыка, что завоевывает сердца и помещается в раздел долговечных.

На проспекте Аль-Фараби, как обычно, вечерняя пробка обрела два цвета – это красные габариты машин, что движутся в попутном направлении, и ярко–желтые огни фар встречных машин. Что очень красиво, особенно если смотреть на это с небольшого подъема или же с поворота. Мой любимый отрезок находится на плавном повороте между улицами Фурманова и Желтоксан. С одной стороны – элитный жилой комплекс и бизнес-центр в виде высоких хрустальных вершин гор, что тянутся вверх к финансовым высотам. С другой – на верхней стороне улицы комфортно расположились элегантный театр балета с белым мраморными стенами и компактное строение с проемом и переходным мостом посередине. Уникальное для города строение вызывает эстетическое наслаждение современной высокотехнологичной архитектурой.

Будучи у цели, я завернул налево. Увидел высокое колесо обозрения, которое светилось яркими огнями вдоль всех его огромных спиц. Эти огни отражались от окон машины и немного искажались вдоль изгибов кузова. Проезжать здесь – огромное удовольствие, причем в любое время суток.

Подъехав к назначенному месту, я звоню другу.

– Алло, Хамит, ты где стоишь?

– Я около колеса обозрения, а ты где?

– Заехал на парковку, кажется, я тебя вижу. Это ты, с дурацкой прической? – говорю я и включаю дальний свет фар на пару секунд.

Припарковавшись, выхожу из машины, и мы по–братски обнимаемся, я параллельно подшучиваю над его новой прической. Хамит тоже в классике, но в светлом пиджаке и в коричневом шерстяном пальто.

– Ты литр одеколона на себя вылил, что ли? – говорю я, оглушившись его парфюмом.

– Выветрится. Нормально.

– Очень надеюсь.

– Как там Жуман поживает? – говорит Хамит.

– Да пойдет, двигается туда–сюда. Работа–дом. Недавно в горы ездили, я тебе тогда звонил, хотели тебя затянуть тоже.

– Блин, ты тогда мне помешал, я с девушкой был.

– Да ладно, в такие моменты надо режим полета включать или «не беспокоить» на два часа. В твоем случае, «не беспокоить» на две минуты.

Мы смеемся и заходим в машину. Шутить с друзьями – это лучшее, что может быть для отвлечения от повседневных проблем и невзгод. Бальзам на душу. Музыка в машине включается автоматически и начинается песня популярной алматинской группы поздних двухтысячных.

– О, GhettoDogs! Сто лет их не слушал.

– Те самые.

Хамит узнает музыку и делает погромче. Теперь звук словно льется из семи звуковых динамиков. Громкая музыка сразу сказывается на моем настроении. Больше дофамина, больше адреналина. Кажется, что меняется и стиль вождения, становясь более агрессивным, быстрым и резким в поворотах. Нажатием одной кнопки на нижней панели приборов я отключаю экологический режим вождения, который сдерживает обороты двигателя. В спешке еду в сторону выезда из парковки, чтобы не зайти за лимит бесплатных 15 минут. Нет желания искать паркомат и лишний раз выходить из машины.

Ближе к ночи Алматы светится светодиодами на стенах помпезных бизнес-центров, окнами домов и уличными фонарями. Выезжаем на улицу Розыбакиева в северном направлении. Как только я поворачиваю налево, начинается куплет с яркими словами об Алматы.

Этот шумный город всегда в движении и никогда он не спит,

И знают все точно без сомнения,

Что тянет к себе как магнит,

И как магнит он тянет всех под подряд,

Он тянет всех под подряд

И никогда не спит.

Окидываю взглядом торговый центр и высокие жилые дома позади него. Красный сигнал светофора, секундомер показывает 49 секунд. Мы слушаем песни и вспоминаем те времена, когда эта музыка была популярной. Беззаботные подростковые времена, когда мы мечтали стать взрослыми, однако ступени во взрослую жизнь не всегда ведут наверх. Зеленый свет сигнализирует мне, что мои размышления о взрослении закончились и пора ехать вперед.

За светофором, в двадцати метрах от нас, ловили такси две девушки. Первым их замечает Хамит и сбавляет громкость музыки.

– О, глянь, какие девушки. Возьмем?

– Конечно.

Включаю поворотник и притормаживаю, параллельно продавливаю кнопку открытия правого переднего окна. Хамит сидит справа и ему удобнее с ними заговорить. Начинаем улыбаться, пытаясь создать привлекательный образ. Я более чем уверен, что со стороны мы выглядим очень смешно и глупо.

– Привет, девушки, куда вас подвезти? – говорит Хамит.

– Арбат.

Он оглядывается на меня.

– Да, поехали.– говорю я, качнув головой, как бы указывая им, куда садиться.

– Садитесь.

Девушки мило улыбаются и садятся в машину.

– Спасибо, – говорит одна из них.

Наступает неловкая пауза.

В салоне смешались различные ароматы парфюма и остатки запаха японской сакуры. Мне кажется, что еще пару километров и в машине не останется обычного воздуха, поэтому я незаметно приоткрываю окно со своей стороны. Совсем чуть-чуть, зато дышать мне становится гораздо легче. Играет музыка, до которой нам с другом уже нет дела. Часто поглядываю на зеркало заднего вида. Замечаю, как одна из девушек чуть пританцовывает, улыбается и смотрит на несколько застенчивую подругу. Я решаю снизить громкость музыки. Теперь она становится лишь фоновым звучанием. Это прямой намек на последующую за ней беседу и знакомство. Хамит поворачивается корпусом и рукой облокачивается на свое кресло. Смотрит на них и начинает разговор.

– Гулять собрались на Арбате?

– Да, в ЦУМ хотим сходить.

– Круто, там сейчас атмосферно.

Хамит думает, что можно еще сказать, и мне кажется, что он по этому поводу немного переживает. Такое бывает: в голову не приходят идеи, как ни старайся. Ведь это не глубокая ночь, когда мозг бодрствует и додумывает все упущенные диалоги прошлых событий, не давая уснуть до самого утра, разбирая сценарии жизни по полочкам.

– А вы? – прерывает краткое молчание одна из подруг. Чем спасает положение и дарит нам порцию уверенности. Взаимный интерес всегда дает силы, нежели односторонний опрос, который едва кажется беседой.

Хамит поворачивается ко мне.

– Куда мы собирались поехать? – говорит он с долей надежды, что я придумаю что-нибудь интересное.

– На Арбат, выпить кофе. Желательно с милыми девушками. Кстати, как вас зовут?

Я чувствую, как все в машине мило ухмыльнулись, понимая тонкий намек. Крайне решительные меры по сближению и преодолению барьеров в общении сделали свое рискованное дело. Однако сидеть и пить с ними кофе нет времени, ведь мы едем за третьим другом, чтобы потом вместе провести время.

– Меня Эльмира зовут.

Я в очередной раз поглядываю на зеркало заднего вида, смотрю на девушку, что сидит за водительским креслом, позади меня. Эльмира в темно-сером пальто, с длинными волосами. На ней черный ободок, что аккуратно придерживает ее роскошные локоны. Черные глаза и красивые брови. Немного пухлые, очень необычные губы, такие меня заводят с полуоборота. Порой фантазия настолько яркая и бурная, что затмевает за собой всю реальность.

– Приятно познакомиться, принцесса! – говорю я, подчеркивая значение ее имени.

Не помню, откуда я знаю эту информацию, но она вспоминается мне в самый нужный момент. Просто говорю это на автомате. Я, кажется, немного запал на нее.

Из–за спины до меня доходит аромат ее духов. Я слышу его отчетливо. Он словно медленно подкрадывается ко мне со всех сторон. Холодный, не приторный и сладкий вкус. Ноты сандала, резкий аромат граната. Затмив все остальное, эта девушка завоевывает каждый импульс моего внимания, борется за каждую мысль.

– Взаимно, – отвечает она и улыбается.

Мы смотрим друг на друга через маленькое зеркало. Она немного смущается и отводит глаза в сторону подруги, которая наблюдает за нами со стороны и все понимает.

Хамит переключается на вторую девушку, которую не может полностью разглядеть, так как ему неудобно развернуться. Но у него была такая возможность, когда они еще стояли на улице.

– А тебя как зовут?

– Жулдыз.

– У нас тут звездочка и принцесса. Очень приятно.

Девушки улыбаются и переглядываются друг с другом.

– А какие у вас имена? Скажете?

– Меня Хамит, а нашего водителя зовут Ерлан.

– Можно просто Ера. – говорю я и оборачиваюсь назад на секунду.

– Понятно. А что означают ваши имена? – говорит Жулдыз.

– Ой, даже не знаю. Производное от слова «хам», шучу.

– По вам такое не скажешь. – говорит Жулдыз.

Жулдыз и Хамит увлекаются небольшим флиртом, легкими шутками. Мне нравится легкая и непринужденная атмосфера в машине. Нам с Эльмирой остается лишь слушать их и улыбаться. Часто ловим обоюдные взгляды, казалось, что зеркало стало нашим маленьким миром, в котором сосредоточилась вся бескрайняя вселенная. Глаза многое могут сказать о человеке. «Пленительная, завораживающая, свободолюбивая», – такие были мысли, когда я отрывал взгляд, чтобы вновь следить за дорогой.

Еду довольно-таки быстро, не замечая, как мелькают улицы и светофоры. Резкие движения, обгоны и перестроения добавляют ощущение драйва. Стараюсь все держать под контролем и не терять голову, понимая, что безопасность на первом месте. Продуманный риск, когда прежде чем отрезать, я семь раз отмерю. Кажется, что после каждого маневра я искал ее одобрительный восхищенный взгляд, в этих эмоциях я нуждаюсь с того момента, как они сели в машину.

На Розыбакиева бывает тесно: на обочинах часто паркуются и занимают крайнюю полосу движения, порой и вовсе кажется, что едешь по двору. В такие моменты мне в радость даже небольшая пробка около пешеходного перехода или перекрестка, так как есть безопасная возможность вовлечься в беседу или снова взглянуть назад.

Тем временем на фоне всего этого играет музыка. Мой «особый» плейлист усиливает во мне чувство момента. Возможно, лишь я один в салоне испытываю такие ощущения. Раньше я слушал эту музыку лишь в дешевых проводных наушниках, которых хватало максимум на пару месяцев, а то и недель.

В потоке воспроизведения начинается саундтрек под названием «Туман», который поэтически вписывается в текущий момент и создает неповторимое чувство соответствия слов и состояния души.

Я путник, моя дорога через туман,

впереди сияет моя Джомолунгма.

Через пески добраться до воды бы,

голова в тиски, все мысли на дыбы.

Мне б увидеть свет в конце пути,

оставить след и продолжить идти.

Пассажиры наслаждаются приятной беседой и поездкой, а мне достается порция удовольствия от музыки и песни, слова которой я знаю наизусть. Процесс же вождения дает мне больше уверенности и некий контроль над ситуацией. В голове я обдумываю примерный маршрут, чтобы увидеть и показать красивые места, даже если придется проехать лишний квартал.

Наведение суеты – приятное бесцельное времяпровождение ради самого времяпровождения. У итальянцев это часть культуры – сладкое ничегонеделание. Блаженное безделье, чтобы собрать рассеявшуюся в рутине энергию. У меня случаются периоды, когда суета – это некий образ жизни: двигаться по течению, не зная, что будет через час. Легкость на подъем, быстрые необдуманные решения и краткосрочность становятся на первый план. Такое происходит от страха не успеть насладиться, ненасытности и потребности в новых быстрых эмоциях.

– У тебя красивые глаза, – твердо говорю я, невзирая на то, подходящий ли для этого момент.

Эльмира снова смущается. Неожиданный комплимент, еще и в присутствии Жулдыз и Хамита. Я смотрю на ее глаза, которые не знают куда деться: то на подругу, то в окно, в котором мелькающие здания и столбы фонарей.

– Хех, спасибо, – отвечает она робко.

Хамит и Жулдыз приутихают и с интересом наблюдают за нашим диалогом.

– Сделаешь моим детям такие же? – говорю я и улыбаюсь, чтобы избежать смущения и пододвинуть флирт поближе к юмору.

Не всегда подобного рода слова находят правильный отклик, тут уже как пойдет.

– Ой-бай, – говорит Жулдыз протяжно и с долей сарказма, и смотрит на подругу.

Эльмира смеется, мило прикрывая лицо, скрывая эмоции. Впервые, я не вижу ее глаз. Зато узнаю, что у нее маленькие руки и тонкие пальцы средней длины.

– Не дай Бог, конечно, чтобы у детей были твои глаза! – говорит Хамит.

Он похлопывает меня по плечу.

– Ой-ой! – говорю я и взрываюсь смехом.

И при этом соглашаюсь с его словами. У меня действительно несимметричное расположение глаз: один несколько выше другого, при этом немного наклонен под углом. Это не совсем заметно. Однако если смотреть в упор, то может показаться, как будто два разных глаза небрежно посадили на суперклей, отвлекаясь и смещая пальцы, которые держали глаза, пока он высыхает. Это никак не влияет на зрение, если только не моргать поочередно то одним, то другим глазом – тогда картина мира резко сменяет ракурс.

– Глаза – это зеркало души, – говорит Жулдыз.

На перекрестке улиц Жандосова и Розыбакиева я решаю свернуть направо, чтобы затем проехать по навесному мосту мимо высотных башен–близнецов, красота которых проявляется ночью с футуристическим сиянием светодиодных линий. Во время тумана такое свечение изысканно как никогда.

Еду в направлении Новой площади, чтобы подышать свободной грудью от широты улиц и пропитаться духом этого легендарного места. Замечаю, что очень часто меня тянет сюда. Стараюсь строить свой маршрут, чтобы проехать именно по этому месту, а также люблю здесь гулять, сидеть на лавочках, смакуя красоту гор и грандиозность построек. Эстетика незабываемых локаций пленительной ночной Алматы.

Мы уже знаем общую информацию о девушках: где учатся, где живут, чем занимаются в свободное время, основные интересы и хобби. Находим совместные темы для разговора и ведем непринужденную беседу так, как будто знаем друг друга много лет и расстались только вчера. Всегда интересно раскрывать нового человека с нуля, вникая в его слова и интонацию, узнавать подробности о жизни и делать выводы. Бывает, что при знакомстве с людьми мы наделяем их порой несуществующими качествами, чтобы их лица стали нам родными, своими. Всегда видим в другом человеке только хорошее, и только время в итоге ответит на все вопросы и покажет истинную суть.

– Расскажите о себе, чем увлекаетесь? – спрашивает Жулдыз.

– Да, а то все время только мы говорим. Так нечестно, – говорит Эльмира.

Она переглядывается с подругой, затем смотрит на меня через зеркало. Наше с ней зеркало.

Хамит подхватывает тему.

– У вас просто милые голоса, как мелодия.

– А молчание словно в уши мед, – говорю я, подкалывая девушек.

Однако мы с Хамитом здорово их разговорили, в определенный момент мне даже показалось, что они никогда не замолчат. Дайте девушке ощущение спокойствия и свободные уши, затем лишь готовьтесь вовремя кивать и имитировать интерес к непонятным разговорам обо всем на свете.

– Ну… мы простые ребята, учились в одном университете. Я в банке работаю, а Ера – маркетолог… эм, брат, где ты работаешь? – говорит Хамит.

Девушки улыбаются.

– Я спасаю планету для вас, – отвечаю я. –«В экологической компании».

– А, вот, да, вспомнил.

– Это круто, – говорит Эльмира.

Она заинтересовалась, хотя я не делаю ничего глобального. Сижу в офисе с утра до вечера, не отрываясь от монитора.

Я всегда желал работать над чем-то важным. Амбиции – это полная ерунда. Как погоня за дымом. Сначала думал, что большего не надо: хорошая работа, почетная грамота с высокопарными словами, стильный рабочий стол и хороший офис… А когда все это получил, почувствовал лишь недоумение, потому что был не настолько счастлив, насколько ожидал.

Мы приближаемся к Новой площади. Стоим перед светофором на улице Желтоксан. Хамит берет мой телефон и приближает его к моему лицу, чтобы разблокировать при помощи идентификации, а затем переключает музыку. С левой стороны я едва вижу памятник, посвященным жертвам тех декабрьских дней. Во время тумана этот памятник выглядит страшно. Он стоит в темноте и не освещается, как и сама правда о тех событиях. Прямо по улице горит огнями площадь. Высокие придорожные фонари, на зданиях развешана новогодняя иллюминация.

Как только мы проезжаем светофор и оказываемся на самой площади, Хамит и обе девушки достают телефоны и начинают снимать окружающее на камеру. Это выглядело немного странно. Почему бы не впитывать красоту своими глазами, почему все норовят заснять нечто на камеру, чтобы потом выложить в социальные сети для тех, кому и дела до этого нет, или же есть только затем, чтобы молча завидовать, сидя на кухне в одиночестве? Однако я и сам грешил этим – снимал все подряд, особенно когда купил свой первый американский телефон с улучшенной камерой. Несмотря на то, что взял эту вещь в кредит, она придавала мне мнимое ощущение успешности.

Хамит увеличивает громкость музыки, при этом одной рукой держит телефон, который направляет на здание городского акимата с желтоватой подсветкой. Звучит популярная песня, премьера которой состоялась лишь на прошлой неделе и уже занимает верхние позиции казахстанского хит-парада. Она создает патриотическое настроение сквозь призму современного и доступного для молодого поколения направления в музыке. Я заинтересовался такой музыкой лишь недавно, поборов свою некую консервативность в плане выбора – слушал только старую и гордился этим, мол, эта музыка не умирает, и спустя десятилетия до сих пор актуальна. Многие современные песни угасают на следующий же год, и, к примеру, такой хит уже стыдно будет включать на всю громкость в машине. Несмотря на это, некоторые исполнители завоевали мой разум, и есть полная уверенность, что они создают именно ту музыку, которая будет держаться на плаву еще долгие годы. Таким образом все, кто слушают и любят эти произведения искусства новой формы, прикасаются к вечности.

Куплет на казахском языке заканчивается и теперь на очень высокой громкости звучит следующий:

У меня всегда есть план Б,

Как у вас – ХЗ,

Но у нас в КЗ,

500к – ЗП ЖБ,

Так говорит ТВ

Я ЗБ платить за КВ,

Забыл УД, забрали в РОВД.

Я не умею красиво доносить свои мысли,

Поймут только самые близкие,

Мы с ней висли, веселились под грустные песни,

Здесь нет числа убийца,

Чисто из любопытства,

В тридцать надо поменять быт свой,

Падают листья, падают лица,

Сколько бы ты не летал,

Можно упасть и разбиться.

Видео получится атмосферным и наполненным смысла. Хамит чувствует момент и включает нужную музыку в нужном месте. Это наша с ним общая загвоздка. Обычно это делает Жуман, наш общий друг из университета. У Жумана своеобразный вкус – он поклонник направления инди, легкого рока, музыки на английском языке, хотя и не владеет им на хорошем уровне.

Как только мы заворачиваем налево, на улицу Фурманова, звонит Жуман. Телефон подключен к аудиосистеме автомобиля, поэтому его услышат все пассажиры.

Не давая ему что-либо сказать, я начинаю беседу:

– Вспомнишь, как говорится… мхм… вот и оно!

– Так часто обо мне думаешь? – говорит Жуман.

Все улыбаются.

– Еще бы!

– Вы где?

– Проезжаем универ, – говорит Хамит, вклиниваясь в разговор.

– Зеленый домик на месте?

– Да, стоит, – отвечаю я.

Смотрю направо, где расположена часть основного учебного корпуса. Вспоминаю и представляю большую потоковую аудиторию, которая расположена сразу за стеной. И поднимаю взгляд на окно на верхнем мансардном этаже здания, откуда я когда-то ловил теплый вайб, сидя на подоконнике и разглядывая миниатюрную Эйфелеву башню около французского парфюмерного магазина и огромный рекламный баннер элитных наручных часов.

– Короче, смотрите! Я через два часа должен кошку к ветеринару отвезти, приболела немного. Просто врач будет свободен только через два часа. Нормально? – говорит Жуман. По его голосу чувствуется сожаление от того, что он подводит нас с Хамитом.

Почему в нашей стране слово «смотри» в большинстве случаев означает «слушай». Главное, мы действительно сидим и слушаем.

После слов о приболевшей кошке девушки чуть не умерли от передозировки умиления.

– Бедняжка! – слышу, как Эльмира говорит это и грустно вздыхает.

– Да, конечно, тогда заедем за тобой и сразу в клинику двинем, – говорю я, мысленно просчитывая время на дорогу к Жуману и в клинику.

Есть полтора свободных часа, и я обдумываю лучшие варианты, как их провести. Как ни странно, но благодаря кошке есть возможность поближе познакомиться с Эльмирой. Возможно, самое лучшее стечение обстоятельств на сегодняшний вечер, не считая того, что случилось с кошкой. Бывает,что все вокруг складывается идеально, и все играет в твою пользу, словно сама Вселенная подстраивается под твои желания. Иногда я отдаюсь течению судьбы, и в любой ситуации говорю себе слова поддержки, и свято верю в то, что если так случилось, то значит, это надо было. Порой дохожу до фанатизма, прокручивая в голове те несбыточные сценарии, которые могли бы реализоваться, однако им не было суждено произойти. Это работало и в обратную сторону.

Подъезжаем к Арбату. Навесной мост, слева виднеется улица Жибек Жолы, не такая многолюдная, как в теплое время года, но все же активность наблюдается. Все кофейни забиты до отказа. Включаю левый поворотник и резко заворачиваю на небольшую улицу с платной парковкой. Стараюсь подъехать как можно ближе к улице Панфилова.

– Все, мы на месте.

Девушки и Хамит выходят из машины. Я делаю стандартную проверку и заглушаю двигатель. Открываю дверь, затем смотрю на Эльмиру, которая уже стоит с подругой позади автомобиля и буквально сканирует меня, улавливая все детали. Хамит общается с Жулдыз. Подхожу к Эльмире и протягиваю к ней руки, намереваясь обнять. Она это понимает и тянется ко мне в ответ.

* * *

В один миг все остановилось. Весь окружающий мир словно застыл. Ко мне вернулась память – вспомнил, что все это уже было, и я нахожусь в системе перезагрузки. Это осознание пришло мгновенно, как по щелчку. Я посмотрел на Эльмиру, позже на Хамита и Жулдыз, затем оглянулся – все замерло. Легкое головокружение, ощущение потери реальности…

Голос Джарвиса будто окатил меня ледяной водой. Я сильно зажмурил глаза, немного покрутил зрачками во все стороны, и начал медленно открывать глаза, чтобы избежать глазной боли.

– Пользователь №2610, сейчас вы в состоянии паузы. Такое будет происходить периодически, чтобы вы имели возможность покинуть воспоминание или же продолжить при желании.

Я наблюдал за застывшим миром вокруг, и это немного пугало меня. Я вспомнил, как люди однажды также застыли: это были съемки эстафеты в социальной сети, когда практически весь мир снимал видеоролики, где люди делали вид, что не двигаются и будто весь мир на паузе. Тот самый флэшмоб, который начал распространяться в интернете с 2016 года. Смысл был в том, что герои видео на какое-то время замирают, как манекены – изображают, как выглядели бы привычные ежедневные события, если бы время остановилось. Сейчас же я наблюдал за этим явлением своими глазами. Это не было постановочно отрепетировано и снято несколькими дублями.

Джарвис еще что-то говорил, но я уже пропускал его слова мимо ушей, пытаясь разобраться с происходящим вокруг. А затем перебил его:

– Почему так резко? Это меня напугало.

– Изменить настройки уведомления? – спросил Джарвис

– Конечно. Давай без таких пугающих трюков. Почему у меня голова закружилась? Есть аспирин? Я себя неважно чувствую.

Спросив про аспирин, я вдруг вспомнил о воде. Я не замечал здесь бутылки с водой, и в целом у меня не возникало потребности в еде и воде. Я просто забыл об этом. Джарвис ответил на серию моих вопросов после небольшой паузы:

– Это последствия переходной амнезии, сделайте несколько глубоких вдохов, снимите ретранслятор и выпейте воды.

Я закрыл глаза, руками наощупь потянулся к голове и снял шлем. Голова раскалывалась от очень яркого света. На тумбе, рядом с диваном, я увидел стакан воды и белую таблетку.

– Это точно аспирин? – сказал я недоверчиво.

– Да.

Я взял таблетку и коснулся ее кончиком языка, чтобы попробовать на вкус. Это был аспирин. Вздохнул с облегчением и, приняв лекарство, выпил весь стакан воды. Прилегши на диван, почувствовал расслабление всех мышц тела.

Головная боль испарилась сама по себе и приятное ощущение от свежих воспоминаний заняло все мои мысли. Я словно вернулся в тот вечер и сейчас идет следующий час после поездки. Я был очень рад, что устройства работают и все взаправду, в чем окончательно убедился. Улыбка не сходила с моего лица, глаза увлажнились, и я предался тем воспоминаниям, что помнил сам лично, без участия специальных устройств. Мое недоверие исчезло, к тому же постоянное недоверие – слишком большая цена за возможность не быть обманутым.

Мои размышления прервал голос Джарвиса:

– Желаете продолжить погружение в воспоминание?

Немного подумав, я ответил отказом. Меня заинтересовали остальные возможности, к которым я ранее относился скептически. Появилось огромное желание знать все, научиться управлять системой с полной легкостью и уверенностью.

– Джарвис?

– Слушаю.

– Как я смогу найти навигацию? Хочу увидеть полную структуру системы и все возможности.

– В персональном смартфоне вы можете нажать на кнопку «меню» в виде трех небольших полосок в правом верхнем углу. У системы удобный и интуитивный интерфейс. Все построено под ваши предпочтения.

– Отлично!

Я копался в телефоне, вникая в содержимое и стараясь быть максимально аккуратным. Это как с новой вещью: в первое время каждую пылинку сдуваешь, затем привыкаешь и уже меньше беспокоишься, если эта вещь вдруг упадет или замарается. К хорошему человек быстро привыкает. Быть может, это про наше новое поколение. В мире изобилия и возможностей появляется куда больше причин для бесконечных сомнений, сожалений и неудовлетворенности.

В целом эта комната создавала впечатление уже знакомых мне технологий, только все функции были невероятно футуристичными.

С телефоном все было не так уж и сложно – в меню я увидел интересные разделы:

Поиск.

Воспоминания.

Календарь.

Карты.

Люди.

Анализ данных.

Подборки.

Сюжеты.

Рекомендации.

Настройки.

Все переплеталось и выглядело очень красиво. Значки-иконки папок и разделов. Недолго думая, я перешел в настройки и решил посмотреть функции. Такое чувство, будто купил новый телефон и делаешь первичные настройки. Обихаживать свое имущество – приятные хлопоты. Было много незнакомых слов. Копаясь дальше, я уже подстраивал все под себя. Изменил настройки уведомлений, убирая неожиданные их появления во время погружения. Зачем тревожить меня, если я сам это выбрал, и, к тому же, переживал эти моменты в реальной жизни. Закончив с настройками и обзором интересных функций, я сел на край дивана, предавшись размышлениям.

Постепенно привыкая к новой реальности, я все же не мог избавиться от вопросов. Особенно тщательно пытался вспомнить свой последний день. Белый туман, словно белые нераскрытые точки на карте, окутывал мои воспоминания последних дней. Знал, что работал в офисе на пересечении улиц Абая–Сейфуллина, но… когда я был там в последний раз? Что с моей семьей, друзьями? Возможно, в глубине души, я подозревал неладное, но всячески прогонял эти мысли. Чувство тревоги и страха заменял осознанием необычайной удачи пережить моменты давно забытых дней и проникнуть в воспоминания. Это был мой круг влияния, я мог нести ответственность лишь за свои действия и выбор. Отказываться принимать реальность или принять ее и действовать в соответствии со своим личным выбором? Я говорил себе, что нужно научиться принимать все как данность, даже если очень хочешь, чтобы все было по-другому.

Голос Джарвиса мне более не докучал, так как я отключил ненужные уведомления. После череды размышлений я решительно встал и направился к центру комнаты.

– Джарвис? – позвал я

– Я на связи, Ера. – ответил он.

Последние слова прозвучали уже в другой манере. Казалось, Джарвис менялся и становился все ближе и ближе ко мне. Это была моя привычка так говорить – «на связи». Бывали даже казусы, когда эта фраза звучала из моих уст неуместно или же тем, у кого вовсе не было моего телефонного номера.

– Покажи мне, когда я в последний раз виделся с Хамитом, Эльмирой и Жулдыз. Все, кто был в последнем воспоминании.

Я знал, что с Хамитом мы виделись примерно месяц назад, а вот Эльмиру и Жулдыз не мог припомнить. И подумал над тем, что заодно проверю работу системы на достоверность.

На моих глазах открылся раздел «Люди», где находились три папки с именами людей в названии файла:

Эльмира Б.

Хамит К.

Жулдыз Р.

В первую очередь я открыл папку Хамита. Информация вышла на все экраны. В ней были отображены все воспоминания, связанные с ним, включая данные с числовыми значениями, и даже графа «Каталог лучших фраз» разместилась на самом крайнем экране слева. Статистика и факты. Все было сухо, рационально и деловито. А в целом, здесь было собрано все, что ассоциировалось с определенным человеком и что сохранились в моей сознательной и подсознательной памяти. Это было удивительно! И при изучении, и проверке информации это порой напоминало детективную историю. Данные показались мне весьма увлекательными:

Хамит К.

Количество совместного времени: 258 часов.

Последняя встреча: 25 дней назад.

Совместное расстояние: 183 километра.

Общие знакомые: 36 человек.

Ассоциативная фраза: «Деньги там, где темно и рискованно. Нужно открывать неизведанное и приносить пользу обществу. Поэтому я бегаю и развиваю биткойн».

Я был удивлен.

– Поразительно! Джарвис, ты это видишь?

– Да.

– Это просто… нет слов. Открой следующую папку с Эльмирой.

– Принято.

Все красиво сменилось – анимация переходов и дизайн на высшем уровне!

Эльмира Б.

Количество совместного времени: 28 часов.

Последняя встреча: 1015 дней назад.

Совместное расстояние: 89 километров.

Общие знакомые: 4 человека.

Ассоциативная фраза: «В любимом человеке нравятся даже недостатки, а в нелюбимом раздражают даже достоинства».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.