Анастасия Милославская
Проклятый лорд

Глава 1

– Ты сейчас мне здесь всё испортишь, глупая девчонка! – голос Леннарда Вебстера заставил меня обеспокоенно вскочить и метнуться к котлу, размеренно побулькивающему в тишине огромной лаборатории.

– Всё идёт должным образом, – сердито поджала губы, покосившись на внезапно вошедшего колдуна. – Вы меня отвлекли! Я чуть настой из плакун-травы не разлила! Зачем так кричать?

Магистр Вебстер, самый знаменитый учёный и алхимик Авалона, возмущённо поцокал языком:

– Я по запаху чувствую, ты там взялась за отвар смертельного сна! Вы посмотрите! Просто посмотрите, на что она замахнулась! Это зелье пятого порядка! Не для твоих кривых ручонок!

Я насмешливо закатила глаза и вернулась к помешиванию настоя плакун-травы.

За неделю проживания у магистра я уже привыкла к его внезапным эмоциональным вспышкам и перестала на них реагировать. Несмотря на постоянное показное недовольство всем, что я делаю, он ни разу не упрекнул меня в том, что мне приходится жить в его доме, есть его еду, и, о ужас, переводить огромное количество алхимических ингредиентов. Магистр даже помогал мне готовиться к поступлению в академию, хоть и старался этого не показывать.

– Медленнее! Ты решила устроить цунами в этой склянке, дурья башка? – магистр подошёл и раздражённо стукнул мне по пальцу. – А как ты зелье проверять будешь? Уж не на мне ли?

– Проверять буду на Перуне, – мстительно пробормотала я. К магистру всё-таки прислушалась и замедлила вращение.

Волшебное белое перо Леннарда Вебстера выскочило из-под книги, которая лежала на одной из тумб, и злобно сверкая глазёнками, завопило:

– Эта юная шельма просто невыносима, магистр! Я отказываюсь принимать от неё какие-либо зелья! Отказываюсь!

Иногда мне казалось, что учёный создал это противное магическое создание по своему образу и подобию, как иначе объяснить стервозный характер такого милого пушистого пёрышка?

– Я пошутила, глупый! – хмыкнула я. – Зелья не действуют на перья. Так ведь, магистр?

Леннард Вебстер задумчиво прищурился, глядя на Перуна:

– А ведь я никогда не пробовал…

– Даже не думайте! – перо, яростно потряхивая пушинками, полетело в сторону выхода из лаборатории, попутно разбрасывая белые невесомые ворсинки над моим рабочим столом.

– Ты не Перун! Ты – серун! – возмущённо закричала я, пытаясь спасти уже нарезанные и готовые к отправке в котёл, ингредиенты. В зелье не должно быть ничего лишнего!

– Аделаида, я вынужден отбыть до самого вечера, – Леннард наконец соизволил сообщить зачем явился. – Лорду Мордейлу нужна моя помощь.

Против воли сердце ёкнуло, когда я услышала про Реймонда. С тех пор как мы прибыли в Йонинберг, он куда-то уехал с двойняшками Престонами, оставив меня с магистром. Я знала, что он хочет добраться до Великого Архимага Алберса Руттена и вызвать его на магический поединок. Но когда это произойдёт? Сейчас этот Руттен считался самым сильным колдуном Милинора, и что ему может противопоставить Мордейл мне не было понятно.

– Магистр Вебстер, но Реймонд же болен. Его магия нестабильна, не понимаю, что он может сделать? – осторожно поинтересовалась я.

– У него осталось зелье, которое мы приготовили в Соране. Ещё на один раз. Примерно сутки он сможет чувствовать себя… Эм… Нормально. Будем надеяться, что ему хватит времени. Говорят, были поединки, где за право стать Хозяином Белой Башни колдуны дрались в течение нескольких дней.

– А как же сон? – удивилась я.

– Зелья, юная леди! Зачем ещё нужны алхимики и зельевары, по-твоему, а? – возмутился магистр моему незнанию очевидных вещей.

– И как я сразу не догадалась… – процедила в ответ.

– До вечера, – бросил учёный, направляясь к выходу. – А твоё варево… Оно не так уж и плохо.

Я успела поймать мимолётную улыбку магистра Вебстера и не сдержала тихого ликования:

– Получается! Получается!

Леннард Вебстер не был щедр на похвалы. Крики, оскорбления, насмешки – всегда пожалуйста. Но если он говорит «не так уж и плохо», значит мне и впрямь удалось его удивить.

Приступила к добавлению в котёл настоя плакун-травы, когда дверь отворилась, и я с удивлением увидела Алана Престона.

– Привет, Ада, – улыбнулся альбинос. – Я смотрю, ты времени даром не теряешь.

– Не ожидала тебя увидеть, – пробормотала я, склоняясь к котлу.

– Не рада мне? – Алан вошёл в лабораторию и уселся на ближайший стул. – Леннард собирает какие-то порошки и зелья из своих закромов. Мы скоро уедем. Решил посмотреть, как ты здесь.

– Я рада любому знакомому, – улыбнулась я, помешивая зелье. – Уже неделю сижу тут одна в компании банок, склянок и котлов. А! Ещё иногда магистр Вебстер заскакивает, чтобы отчитать меня за какую-нибудь ерунду.

– Зачем ты приехала в Йонинберг? Или это секрет? – вопрос в лоб.

Чтобы шпионить за лордом Реймондом Мордейлом и отыскать убийц моей матери, разумеется!

Я мило улыбнулась Алану:

– Хочу стать алхимиком.

– Ты сама говорила, что не умеешь пользоваться магией, думаешь, получится поступить в академию? – поднял светлую бровь альбинос.

Я нахмурилась, блондин озвучил именно те страхи, которые терзали меня последнюю неделю:

– Не знаю, Алан. Немного страшно. Я понимаю, что мне надо будет показать владение стихиями, но я в этом абсолютный профан. Магистр Вебстер дал мне книги, но в них слишком сложно всё описано, я пробую – результата нет. Возможно, моя магия настолько слаба…

– Твоя магия не слаба, я чувствую твою искру, она горит ярко. Я бы даже сказал, что необычно ярко для полукровки, а тем более девушки, – Алан прикрыл глаза, сосредоточившись.

– Но почему тогда ничего не выходит? – я села на табурет рядом с котлом и устало вздохнула.

– Нужна практика. Если хочешь, я могу позаниматься с тобой, – любезно предложил маг.

– У меня неделя на подготовку. Думаешь есть шанс?

Я, естественно, не сказала Алану, что если лорд Мордейл не займёт белую башню в качестве Лорда-правителя и Великого Архимага, то никакая академия мне не светит. Виндроуз заставит меня вернуться в Арванд?

– Можно попытаться, – кивнул Алан.

– Огонь легко меня слушает, смотри! – я вытянула руку и принялась выводить в воздухе кривоватые огненные фигуры.

– Ты молодец, расслабь немного пальцы и меньше эмоций, выкинь лишние мысли из головы, – посоветовал колдун.

Я закрыла глаза на пару секунд, выдохнула и потянула линию пламени прямиком к Алану.

– Страшно? – хихикнула я.

Он резко хлопнул в ладоши, воздушный вихрь потушил моё пламя за пару секунд.

Я кисло улыбнулась:

– Магистр сказал мне, что земля и воздух самые простые стихии, доступные любому магу. Но воздух совсем не подчиняется мне, насчёт земли не уверена, я пыталась оживить несколько растений, но чуть не сожгла несколько десятков кустов роз на заднем дворе дома, магистр потом полдня раздумывал, не посадить ли меня на цепь в лаборатории, и зная его, он ни капельки не шутил.

Алан рассмеялся и его взгляд смягчился:

– А вода?

– Я читала, что лишь самые сильные маги способны управлять ей, – я встала и попыталась как-то воздействовать на воду в кружке. Безуспешно.

– Это самая опасная и коварная из всех стихий. В основе любой жизни лежит вода. Тот, кто её обуздал, имеет шансы стать поистине могущественным колдуном, – задумчиво ответил мне Алан.

Я вспомнила вампирский ужин и первородного вампира, схватившегося за внезапно забившееся сердце:

– Вот что Реймонд сделал с лордом Виндроузом. Заставил кровь течь внутри его мёртвого тела.

Алан кивнул усмехнувшись:

– Забавно было наблюдать, как корчился этот старый мерзавец.

– В какой-то момент я даже надеялась, что он сдохнет, – призналась я.

– Он что-то сделал тебе? – настороженно спросил Алан.

– Облапал ледяными руками, поставил пару синяков, едва не просверлил во мне дырку своими вампирскими глазёнками, а так в целом ничего, – нашла в себе силы пошутить я.

– Тебе не стоило приближаться к нему, – с досадой проговорил альбинос.

Как будто у меня был выбор…

– Помнишь, оборотней в пещере… – сменила тему разговора я. – Лорд Мордейл заставил их кровь покинуть тело и заледенеть, как это возможно? Я ни в одной книге не видела ничего о магии льда.

Алан сжал губы, как будто не решался ответить, затем всё-таки нахмурился и произнёс:

– Это и есть самое извращённое в проклятии, наложенном на Великого Архимага, вода не подчиняется ему в полной мере, как и огонь. Этот лёд – что-то абсолютно противоестественное и ненормальное.

– Ты уже зовёшь его Архимагом, – пробормотала я. – А ведь он ещё даже не победил Руттена.

– Лорд Мордейл займёт белую башню, Ада. В этом не может быть сомнений, как в том, что Шен озаряет Авалон днём, а Дем спасает нас от беспросветной темноты ночью.

Растерянно кивнула, внутренне понимая, откуда в нём такая убеждённость. Я видела, на что способен Реймонд. Боги, я боялась его силы, его уверенности во всём, что он делает, его непредсказуемости. Но внутри меня зрел болезненный отвратительный интерес. Я упустила момент, когда всё вышло из-под контроля.

Визгливый голосок Перуна вырвал меня из состояния задумчивости:

– Магистр Вебстер ожидает уже две минуты! Он занятой человек и не может тратить своё время понапрасну!

Алан усмехнулся и кивнул мне на прощание, покидая лабораторию.

Я взяла оставшиеся ингредиенты и закинула их в котёл – ещё десять минут и готово. Моё первое зелье пятого порядка!

Магистр Вебстер обещал быть к вечеру, но не соизволил явиться даже к утру следующего дня. Так что на рассвете я, вопреки воплям и угрозам моего смотрителя Перуна, побежала на соседнюю улицу в лавку, чтобы прикупить побольше пыльцы цветков горной азореллы для своих зелий.

Если бы кто-то захотел увидеть сказочный город, я бы без колебаний посоветовала этому человеку иль нелюдю посетить Йонинберг. За неделю мне так и не удалось привыкнуть к этому экзотическому месту: стены домов, тротуары – всё было сделано из странного, сверкающего серебром в лучах Шена, камня. Реки и ручьи текли прямо по улицам города, словно кровь в жилах живого существа. Статуи колдунов, живших в старые времена, и волшебных существ могли заговорить или даже попытаться прикоснуться к кому бы то ни было. Гигантские разноцветные бабочки летали и садились, покачивая крылышками, на цветы, коих здесь было немыслимое количество.

Но больше всего меня впечатляли небесные кварталы – главная достопримечательность столицы. Огромные острова, парящие прямо над головами йонинбергцев: Шиль-Белезза – обиталище самых богатых и влиятельных магов Милинора, Шиль-Менезза – здесь находился особняк магистра Вебстера, в котором я сейчас жила, и Шиль-Форезза – самый крупный и восхитительный квартал столицы, именно там расположились Академия Четырёхлистного клевера и белые башни, знаменитые на весь Авалон. И одна из них, самая огромная, пронзающая небесную высь, принадлежала Лорду-правителю Великому Архимагу Милинора – Алберсу Руттену.

Я неспешно перебралась через мостовую, на удивление, в обычно оживлённом квартале было пустынно, а дверь в лавку оказалась просто-напросто заперта! Я заколотила в неё изо всех сил – через сорок минут нужно добавить в остывшее снадобье пыльцу, иначе оно будет испорчено!

На втором этаже распахнулось окно и оттуда высунулась седая голова древней старухи:

– Кого там Тёмная Богиня принесла?

– Извините! – смутилась я. – Но почему лавка закрыта? Висит же вот табличка – круглосуточно!

– Так внучок-то мой в Шиль-Форезза, милочка, как и все остальные! Грядут перемены! – улыбнулась бабка беззубым ртом. – Вернулся наш истинный Великий Архимаг! И он даст этому вшивому псу Руттену под зад! Вот теперь мы заживём… Всё будет, как и прежде…

Я оцепенела, перестав слушать бормотание старухи. Меня даже не поставили в известность, что сегодня Реймонд вызовет Руттена на поединок. Вот почему магистр до сих пор не вернулся… Страх так сильно сдавил мою грудь, что я выронила тряпичную сумку, которую прихватила с собой из лаборатории.

Я побежала изо всех сил, путаясь в складках платья. Точно знала, что парящие кварталы связывают между собой телепорты, но где их искать? Как они выглядят? Скучающие городские стражи привлекли моё внимание, ринулась к ним и прохрипела, силясь выровнять дыхание:

– Где телепорт в Шиль-Форезза?

– Торопишься посмотреть представление, куколка? – улыбнулся один из них.

– Где? – отчаянно вопросила я, чувствуя, что ещё немного и заплачу перед этими огромными грубыми мужчинами.

– Да вот же он, – указал мне в сторону большой каменной арки страж. – Не нервничай так…

Я не знала, как работает эта магическая штуковина, просто интуитивно коснулась арки пальцами и вошла в неё, почувствовав, как меня закручивает в намагниченный вихрь. Вылетев из телепорта, я удивлённо осмотрелась – мне не доводилось видеть белые башни Йонинберга вблизи. Полупрозрачные кристаллы на них сверкали в ярких утренних лучах Шена. Это могло бы показаться дивной сказкой, если бы ужас не превращал всё вокруг в ядовитую мешанину из цветов, бабочек и блеска. Где-то там может умереть тот, кого я должна ненавидеть. Но внутри что-то надрывалось с такой болью, что хотелось скулить.

Через пару секунд я увидела, как белую башню Лорда-Правителя обвивают сотни тонких прозрачно-зелёных стеблей. Они взялись откуда-то снизу и стремительно поднимались вверх по башне, застилая её полностью. Внезапный громкий взрыв заставил меня остановиться и припасть к земле. Я закрыла глаза от страха лишь на несколько секунд, а когда распахнула веки увидела, что стебли пропали, а башня стала ещё белее, чем раньше. Невероятный кипенно-белый цвет слепил глаза.

А на землю сверху медленно опускались тысячи маленьких синих цветков. Мне оставалось лишь заворожённо наблюдать за этой странной картиной. Я подняла руку и коснулась растения. Оно задрожало в моих руках и рассыпалось на крошечные перламутрово-синие частички.

Что это за знак? Хороший или плохой?

– Победил! Победил! – я услышала вопль какого-то парня, который шёл по улице за руку с девушкой. Они оба ловили цветки и улыбались.

– Кто? – закричала я, бросаясь им навстречу. Это были первые маги, которых я встретила в Шиль-Форезза.

– Лорд Реймонд Мордейл! Он снова наш Лорд-Правитель! – ответил мне парень.

– Великий Архимаг, Хозяин Белой Башни, – прошептала я ему в ответ с улыбкой.

Двинулась в сторону башни архимага, почему-то я была уверена, что найду Реймонда там. Где же ему ещё быть, если он грезил об этом месте целых два года?

Глава 2

Толпы людей шли мне навстречу, видимо, все в этом городе, кроме меня, стали свидетелями поединка двух сильнейших колдунов Милинора. Удивительно! Если бы я не решила выбраться сегодня в лавку, так бы и просидела в подвальной лаборатории в доме магистра ни о чём не подозревая.

Людей стало слишком много, я едва продвигалась среди них и уже начала бояться, что меня затопчут, но всё-таки удалось прорваться к высокой ограде из льдисто-голубого стекла, которая окружала башню архимага. Я схватилась руками за холодные прутья и принялась вертеть головой в поисках входа.

Башню окружал огромный сад с ещё более диковинными растениями, чем я встречала до этого. Огромный фиолетовый цветок то и дело вздрагивал и водил чашечкой с лепестками, как будто осматриваясь. Мне стало не по себе, когда он замер напротив меня, полностью распахнувшись. В центре цветка было что-то непередаваемо притягательное – крохотные чёрные точечки юркими бусинками сновали туда-сюда завораживая. Я почувствовала, как моя рука сама собой скользнула через прутья стеклянной ограды к фиолетовому цветку. Лепестки вздрогнули, и растение потянулось мне навстречу. До чего же чудесно, до чего же невероятно…

– Эй, тебя не учили, что Феерия Вайлет опасное и ядовитое растение? – привёл меня в чувство резкий голос.

Молодой парень по ту сторону ограды ступил начищенными туфлями прямо в клумбу, где росли цветы, добрался до Феерии и щёлкнул около неё пальцами, что-то прошептав. Магия земли – догадалась я. Он её успокоил.

Меня позабавило, что он не побоялся запачкаться, хотя выглядел, как настоящий аристократ – вычурно, богато и надменно. У парня были холодные голубые глаза, длинные белые волосы до плеч, маленькая косичка тянулась от виска за ухо, придавая ему немного экстравагантный вид. Может тут так модно, кто же знает?

– Привет, – поздоровалась я. – Спасибо тебе, я недавно в Йонинберге, ещё не освоилась до конца.

– Пришла поглазеть на поединок? – насмешливо уточнил он.

– Я ищу своего магистра, – ответила я, немного смущаясь под его пристальным взглядом.

– Где ты учишься? В академии Западных ветров? – спросил колдун. – Там вроде бы занятия начинаются раньше всех…

– Я ещё не учусь, только надеюсь поступить. В академию Четырёхлистного Клевера, – улыбнулась я. – Магистр Вебстер помогает мне с алхимией.

– Магистр Вебстер? Так он здесь! В башне.

– О, я так и предполагала. А как мне войти? Я тут впервые.

– Войти в башню архимага? – рассмеялся блондин. – Сюда так просто не попасть…

– Но ведь ты здесь! – возмутилась я, стискивая руками стеклянные прутья. – Почему я не могу?

– Я здесь с отцом, – поморщился маг. – Он пришёл засвидетельствовать своё почтение новому Лорду-Правителю…

– Реймонду? Мы знакомы, я бы тоже хотела его поздравить! – ухватилась за эту ниточку я.

– Вы знакомы с Великим Архимагом? – удивился колдун.

– Познакомились в Арванде, лорд Мордейл был гостем моего дяди, – я вздёрнула нос для пущей важности. – Мы очень хорошие друзья!

– Что же, тогда я прикажу пропустить тебя, – решительно сказал блондин. – Иди ко входу.

Я принялась пробираться сквозь окружающую меня толпу, пришлось поработать локтями, мне трижды чуть не отдавили ноги, но всё-таки смогла доползти к воротам через пару минут.

– Пропустите эту девушку! – велел стражам в чёрных рясах блондин. – Это гостья Великого Архимага!

Стражи безмолвно сдвинулись, я прошла мимо них и улыбнулась моему помощнику:

– Меня зовут Ада Дюмаре.

– Я – Дэйвиан Вермилиен, – маг склонился к моей руке и поцеловал её изящным движением. – Прошу за мной.

Я кивнула и направилась следом за высоким блондином. По крайней мере, несмотря на высокомерный вид, этот Дэйвиан был весьма вежлив и любезен.

– Но что ты, колдунья, делала в Арванде? – внезапно поинтересовался мой новый знакомый. – Там же опасно!

– Лорд Мордейл спасал меня ото всех опасностей, он ведь такой благородный и сильный, – сообщила я с желчью в голосе.

Но Вермилиен даже не заметил моего тона.

– Он величайший маг из ныне живущих! Нам так повезло, что мы знакомы с Великим Архимагом Мордейлом!

Сглотнула и ехидно пробормотала:

– И не говори, нас словно сам Амони в темечко поцеловал.

– Однажды я мечтаю научиться владеть стихией жизни – водой, так же уверенно, как и он.

Я вспомнила ледяных оборотней и кровавую пещеру в недрах огромной горы Сорана. Стихия жизни? Скорее стихия смерти. Вот что несёт с собой это умение.

– Я тоже учусь в Клевере, – поделился Дэйвиан. – Третий год обучения.

– Правда? – оживилась я. – И как там? Нравится?

– Конечно! Я надеюсь занять высокий пост в правительстве, как и мой отец, – приосанился колдун. – И делаю всё для этого.

Перед нами отворили огромную дверь, я едва сдержалась, чтобы не коснуться её рукой – башня словно была вылита из огромной ослепительно-белой кости. Но что за существо может иметь кость такого размера? Глупость какая-то.

И здесь так-же сновало огромное количество колдунов и ведьм. Судя по важным физиономиям и богатой одежде господ, это были самые выдающиеся аристократы Милинора. Нужно сказать, Дэйвиан Вермилиен был среди них как рыба в воде, я же ощущала, как по мне то и дело пренебрежительно проходятся глазами. Кто же знал, что я пойду в лавку за травами, а окажусь в аристократическом серпентарии Йонинберга? Никак не могу привыкнуть, что на Авалоне зачастую судят по одёжке, и я тут в своём простом платье для варки зелий как белая ворона среди павлинов.

Мы вошли в огромную залу, и я сразу смутилась от того, какое количество мужских глаз на меня уставилось. Нашла среди незнакомых лиц спину Реймонда, он стоял, облокотившись о каменный стол, и облегчённо выдохнула.

– Аделаида! Что ты здесь делаешь? Во имя всех богов, почему ты всегда появляешься там, где не должна быть? – завопил магистр Вебстер, где-то на периферии зрения я увидела, что он воинственным шагом направился ко мне.

– Просто хотела сказать, что я… – слова не шли на ум мучительно долго, потому что Мордейл развернулся, и я поймала его взгляд. Маг недовольно поджал губы, но то, как увеличились его зрачки, заставило сердце застучать в диком ритме. Мы не виделись неделю, а кажется вечность. Внутри восторг и кромешный ужас. Передо мной мой спаситель и мой враг.

– …Не смогла сварить зелье левитации! – наконец закончила я, облизав пересохшие губы.

Кажется, Леннард Вебстер воспринял мои слова абсолютно серьёзно и возмущённо затараторил:

– Смогла сварить зелье смертельного сна и не смогла левитационное? Я почти уверен, что ты использовала обычный нож при нарезке листьев ардебозы! А не зазубренный, как я тебе несколько раз говорил!

– Да, магистр, именно так, простите, – проговорила едва слышно, продолжая ощупывать глазами Реймонда – вроде, не пострадал.

– Пришла посмотреть, не подох ли я? – громко и саркастично произнёс Мордейл.

Я растянула губы в ехидной улыбке:

– Что вы, разве я осмелилась бы даже думать о таком? Я лишь пыль под сапогами моего Архимага, ничтожная ведьма перед могущественным Хозяином Белой Башни.

– Оставьте нас, а ты, Ада, подойди, – голос колдуна обманчиво мягок.

Зачем он всех выгнал? Я уже жалела, что притащилась сюда, нужно было просто узнать, что Реймонд жив, и бежать к своему зелью, которое, кстати, уже безнадёжно испорчено. В этом я магистру Вебстеру не солгала.

– Я должна сделать реверанс, лорд Мордейл? – уточнила я, приблизившись к колдуну.

– Покорность тебе идёт. – смешинки запрыгали в глазах мага, и он кивнул.

Я неуклюже присела перед ним, приподняв полы юбки.

– Не назвал бы это полноценным реверансом, но в твоём случае, думаю, это лучшее, что могло бы быть, – улыбнулся ещё шире Мордейл.

– Поздравляю вас с победой, Великий Архимаг, – пробормотала я, опустив голову.

– За этим пришла? Поздравить меня?

– Да, – ответила я негромко.

Пальцы Реймонда легли на мой подбородок, маг потянул голову вверх так, чтобы наши взгляды встретились. Его прикосновение так долгожданно, что сжимается сердце под рёбрами. Бесконтрольное и удушливое желание, чтобы это никогда не заканчивалось, долбит изнутри. Но я знаю, что так нельзя. Кто же по своей воле падает в бездну?

– Скучала. – это не вопрос, а утверждение. Отвратительное в своей правде.

– Да. – подтверждение вылетело само собой. Оглушающее в своей искренности.

Пальцы слегка сжались на подбородке, заставляя меня сглотнуть.

– Где граница, за которую мне лучше не заходить? – едва слышно спросил Реймонд.

– Мы давно перешли её. – я положила ладонь поверх его руки.

– Ты ведь знаешь, как проклятье реагирует на тебя, правда? – колдун медленно провёл рукой по моей щеке, затем его ладонь скользнула на шею, он огладил большим пальцем ключицу.

На меня, а не Алану? Я едва не задохнулась от нахлынувших ощущений. Там, под его пальцами, разливался яд, поглощающий последние остатки разума.

– Сегодня я могу позволить себе многое. Зелье, сдерживающее проклятье, всё ещё действует. – теперь пальцы Реймонда лаская скользили по моим губам. Навязчивое жгучее желание скрутилось внутри, распаляясь под жадным взглядом колдуна, заставляя каждый накалённый нерв откликаться на его волнующие прикосновения. Мозг наконец засигнализировал об опасности, и я резко отстранилась, постепенно осознавая, чем всё могло закончиться. Дикость этой сцены просто выбила из меня дух.

Реймонд подался вперёд, зарывая руку в волосы на моём затылке и жёстко произнёс, пытаясь скрыть досаду:

– Тебе же нравится.

Хриплые и влажные слова Мордейла осели на моих губах. Я провела по ним языком, ощущая жар его дыхания совсем рядом.

– Чего ты хочешь? – инстинктивно вцепилась руками в его рубашку, желая удержать подальше от себя, но ощутила, как напряжены мышцы на животе мага и едва не застонала от желания самой податься ему навстречу.

– А ты разве не видишь? – дерзость и кичливость плясали в его взгляде, Реймонд не изменял себе даже в такую минуту.

Я нервно дёрнулась и отступила, чувствуя, как выкручивает внутренности, так сильно я хочу обратного. Если подпущу, то утону в этой бездне, Мордейл губителен для меня.

– Хочу узнать ответ на вопрос, который терзает меня уже довольно давно: каким образом четырёхсотлетний вампир вдруг оказался… Кем он там тебе приходится? – вдруг спросил колдун и облокотился на стол позади себя.

Я прижала руку к бешено колотящемуся сердцу, пытаясь вникнуть в его слова. Что он спросил? Четырёхсотлетний вампир? Кто он мне? Это что у него тактика такая – сбить с толку своими недопризнаниями и недоласками, а потом начать допрос?

– Дядя… Если можно так назвать. – выдохнула я, пытаясь успокоиться и собраться.

– Если можно так назвать? – поднял бровь Реймонд.

– Его брат был моим дальним прадедом.

– Удивительно, неужели Лансель Сторм так сентиментален? – с привычной язвой в голосе спросил Мордейл.

Я шла по тонкому льду. Не лучшая тема для беседы с кем бы то ни было.

– Мамы не стало недавно, – выдавила я, ощущая выступившие злые слёзы. – Я осталась совсем одна. У меня никого нет. Он просто пожалел меня.

Реймонд снова шагнул ко мне, я вся подобралась, но он лишь провёл пальцем по лицу, стирая слёзы. Такая неожиданная неуместная нежность сорвалась с кончиков пальцев колдуна и ударилась прямо в душу. Я бы предпочла его сарказм, или даже злобу… На это я хотя бы знаю, как реагировать.

– Так пожалел, что чуть не лишил тебя жизни, да? – он осторожно притянул меня к себе обнимая.

Слишком много ненужных и больных касаний для одного дня.

Я вдыхала запах Реймонда и упивалась им, понимая, что так пахнет то, что никогда не будет принадлежать мне. И от чего-то именно это подступало к горлу комом сплошь из горечи и сожаления.

– Ты такая уязвимая и хрупкая, птичка, – пробормотал он мне в волосы, опаляя своим дыханием. – Но на самом деле ведь хитра до невозможности.

Я нахмурилась и подняла взгляд. Реймонд провёл рукой по моим волосам и улыбнулся:

– Думаешь, я не осознаю, что ты пытаешься манипулировать мной.

– О чём ты говоришь? – выдавила, пытаясь отстраниться. И тут же взвизгнула, когда колдун развернул меня и прижал к столу, как будто я была лишь крохотной щепкой в его сильных руках.

– Тебе ведь уже это удалось! Я привёз тебя в Милинор. – с раздражением прошипел он, склоняясь ко мне. – Но интересно, что ты такого сказала Леннарду, что он молчит как рыба, и потакает всем твоим глупым девичьим капризам? На что ты надавила?

Я почувствовала, как хрупкое очарование последних минут сметает волной гнева:

– Упала на колени и молила его не выдавать меня! Это ты хотел услышать? Валялась у него в ногах, пока ты подыхал в соседней комнате!

Реймонд коснулся рукой моей талии, его ладонь поползла вверх, я протестующе пискнула, дёрнувшись, как домашний кролик по глупости угодивший в охотничий капкан. Он вперил в меня колючие льдины глаз, его рука остановилась в сантиметре от моей груди:

– Запомни, Аделаида. Я всегда узнаю правду. Если ты мне солгала, будут последствия.

И добавил уже жёстче, отстраняясь от меня и искривляя свои красивые губы:

– Если бы я бегал за каждой юбкой, то не был тем, кто я есть сейчас! И лучше, чтобы это навсегда впечаталось в твою очаровательную головку, ведьма.

Я замерла, прижавшись к столу, ощущая себя униженной и разбитой. Между нами ложь на лжи. Всё до последнего вздоха. Я ему лгала, кто я, он мне лгал, будто я ему желанна. Разве вправе я обижаться на Реймонда, если сама ничуть не лучше него.

– Простите меня, лорд Мордейл, – я оттолкнулась от стола и присела в своём неумелом реверансе. – Я поняла, что зря пришла сюда, мне очень жаль.

– Держись от меня подальше, меньше всего мне нужно, чтобы кто-то узнал о проклятье. А ты лишь усугубляешь его!

– Что вы, я не думаю, что простой ведьме-полукровке ещё раз представится шанс обмолвиться хоть словечком с первым колдуном Милинора, – дрожащим голосом пробормотала я, вылетая из залы.

Я увидела магистра Вебстера, беседующего с высоким, худым мужчиной с длинными ярко-рыжими волосами. Хищный нос и холодные голубые глаза этого мага-аристократа совсем не располагали к дружелюбию. Колдун сразу впился в меня едким взглядом, и я едва сдержалась, чтобы не поморщиться.

– Ада, подойди, – позвал меня Леннард Вебстер.

Я приблизилась и вяло улыбнулась, желая побыстрее уйти из этого напичканного аристократами местечка.

– Лорд Сайрос Вермелиен очень хотел с тобой познакомиться, я сказал ему, что ты племянница моего хорошего друга.

Неужели это отец Дэйвиана? Я с интересом посмотрела на мужчину: действительно, были схожие черты.

– Рада знакомству, ваш сын сегодня очень мне помог, чудесный молодой человек, – вежливо обратилась я к рыжеволосому магу.

– Да, я видел, что вы пришли вместе с Дэйвианом. – голос мужчины был глубокий, тёплый, с лёгкой хрипотцой. – Вы давно знакомы с Архимагом Мордейлом?

Почему все говорят только о нём, как будто помешались! Других тем для разговоров больше нет? Или ему так интересно, почему Реймонд вдруг решил остаться со мной наедине?

– Не так давно, – пробормотала я, недовольно косясь на магистра Вебстера. – Он помог мне в одном деле.

– Воистину доброта и отзывчивость нашего Лорда-Правителя не знает границ, – чопорно выдал Лорд Вермелиен.

Я рассеянно кивнула, внутренне поражаясь способности аристократов вилять хвостом перед каждым новым хозяином. Интересно, про Руттена этот колдун тоже так говорил?

– Думаю, нам пора, лорд Вермелиен, – улыбнулся Леннард Вебстер.

– Да озарит ваш дом своим светом Всевидящий, – склонил голову Сайрос.

– Да зажжёт он в вашем сердце извечный огонь, прогоняющий тьму, почтенный.

– Почтенный? Что это ещё такое? – поморщилась я, когда мы отошли.

– Я велел тебе читать историю Милинора! Ты даже не притронулась, так ведь? – прищурился магистр.

– А ещё вы велели мне прочитать тридцать четыре книги по алхимии, пять про магических существ, и около семнадцати по стихийной магии, даже не знаю, почему я не успела… – раздражённо ответила я.

– Сайрос, как глава одного из древнейших родов Милинора, входит в Почтенный Совет нашего государства.

– Чудесно, – без энтузиазма буркнула я.

– Что хотел Великий Архимаг? – испытующий взгляд учёного грозил прожечь во мне дыру.

– Боитесь, что он подозревает меня в чём-то, магистр Вебстер? – усмехнулась я, внутренне содрогаясь.

Маг поджал губы и выдавил:

– Лорд Мордейл всегда был удивительно прозорлив и умён…

– Ой, вот только вы ещё не начинайте лизать ему зад в моём присутствии. Что за массовая истерия и всеобщее преклонение?

– Аделаида! – в голосе магистра прорезались стальные нотки. – Чем быстрее, ты привыкнешь к местным традициям и устоям, тем легче тебе будет устроить свою жизнь.

– Что с Руттеном? – вопрос, который я не решилась задать Реймонду, вертелся на кончике языка.

– Он мёртв, – коротко ответил магистр.

Был ли Алберс Руттен виновен в смерти моей матери? Скорее да, чем нет. Он поддерживал этих ублюдков, Блюстителей чистоты крови. Значит, туда ему и дорога, пусть гниёт в земле.

Глава 3

Я сидела в академии «Четырёхлистный клевер», ожидая, когда меня пригласят в кабинет ректора Жанелины Адэртад. Всю неделю я усиленно готовилась к встрече, внутренне почти смирившись с тем, что меня выпнут под зад, как только увидят мои жалкие способности.

Алан приходил со мной позаниматься несколько раз, но у него катастрофически не хватало времени, потому что в столице началась самая настоящая охота на ведьм. Реймонд отлавливал всех, кто, по его мнению, предал его, продался Алберсу Руттену и разрушал стабильность и процветание страны в его отсутствие. По словам Алана, сейчас все аристократы боялись сделать или сказать что-то лишнее, что могло бы бросить на них подозрение.

Я ничего такого не замечала, поскольку в основном сталкивалась с простыми людьми – слугами или торговцами в лавках. А они были вполне довольны произошедшими переменами, заявляя, что Руттен баловался чёрной магией и был жаден до чужих богатств, при его правлении люди нищали, а он наслаждался вином, женщинами и чрезмерной роскошью. Бывший лорд-правитель обострил конфликт с вампирами своими грубостью и хамством, из-за чего произошло несколько крупных стычек, в которых погибло много магов. Этого ему милинорцы простить не могли.

Внезапно серебристая дверь бесшумно открылась, заставив меня удивлённо поднять глаза. Это приглашение?

Я поднялась с небольшого диванчика и вошла в кабинет, ощущая, что робею с каждым шагом.

За огромным письменным столом сидела высокая грузная женщина лет шестидесяти. Её маленькие зелёные глаза цепко забегали по мне, отмечая каждую деталь: от корсета из жёсткой плотной ткани и длинной юбки в пол до аккуратно собранных в пучок на затылке длинных волос. Скромность и элегантность. Такое впечатление я должна производить.

– Добрый день, мисс Адэртад, – улыбнулась я, остановившись напротив женщины.

– Ректор Адэртад, – исправила она меня. Голос ведьмы был звучный, она слегка картавила.

– Простите, ректор Адэртад, – ответила с лёгкой досадой. Первый прокол.

– Добрый день и присаживайтесь, мисс Дюмаре, – колдунья снизошла до лёгкой улыбки.

Я опустилась на стул, ощущая, как не вовремя зачесался нос.

– Значит, вы были на домашнем обучении и прибыли из Арванда? – Жанелина Адэртад взяла пухлой рукой чёрное перо и написала несколько слов на белом листе бумаги.

– Именно так, – я с любопытством следила, как она выводит буквы. Это ректор пишет обо мне?

Адэртад подняла на меня взгляд исподлобья:

– Ваш дядя – первородный вампир, и вы приходитесь ему племянницей, если исключить несколько поколений?

– Всё верно, – ответила я, смутившись, что Леннард рассказал ей даже это.

– Мать сама обучала вас, пока не умерла, и вы всю жизнь прожили в Арванде, не контактируя с другими магами и колдуньями? – ведьма отложила перо и посмотрела на меня тяжёлым взглядом.

– Ваши сведения верны, – я сцепила руки в замок, ощущая нарастающее беспокойство.

– Вы знаете, что это за академия? – прищурила свои глазки ректор Адэртад.

– Академия «Четырёхлистный клевер» – самое лучшее учебное заведение для колдунов и ведьм в Милиноре. Именно отсюда выпускают самых выдающихся и одарённых магов, которые в дальнейшем имеют все шансы сделать успешную карьеру в правительстве, либо даже попасть в Почтенный совет, – выучено отчеканила я.

На самом деле, я всего лишь должна быть ближе к Мордейлу. Эта академия – единственный шанс, потому что она совсем рядом с белой башней Архимага, именно здесь я смогу видеть его хотя бы иногда и попытаться что-то выяснить для Виндроуза. Всё, чтобы моя южная провинция продолжала жить, чтобы люди улыбались, чтобы Большой Сэм продолжал спасать древоклюек, а Лансель с Анной могли бы наконец почувствовать себя счастливыми.

– Вы считаете себя достаточно одарённой, чтобы учиться здесь? – улыбнулась уголком губ ведьма.

– Безусловно, – я сглотнула, начав нервно теребить юбку.

– Это место взращивает безупречных магов, готовых положить свою жизнь на службу своей стране. Отчего же вы, выросшая во враждебном государстве, вдруг решили, что вам здесь самое место? – приподняла брови женщина.

– Потому что я сильная ведьма, и я хочу жить здесь, – раздражённо процедила я, не сдержав неприязненного взгляда.

Так ведь и думала, что мне здесь не рады! Жалкая полукровка и сирота посмела посягнуть на святая святых – академию, где сплошь чистокровные богатенькие аристократы, просиживающие свои зады в ожидании местечка поближе к Лорду-Правителю.

– Так докажите, что вы сильная ведьма, мисс Дюмаре, – бросила мне ректор Адэртад.

Внезапно откуда-то сверху прямо передо мной на ректорский стол рухнуло огромное растение, звук был такой громкий, что я подскочила и едва не взвизгнула от неожиданности. А растение тем временем повернулось и клацнуло небольшими острыми зубками прям перед моим носом.

– Утихомирьте его, – спокойно обратилась ко мне Жанелина Адэртад.

Я отскочила назад, широко открыв глаза. А растение, шумно перебирая склизкими корнями, спрыгнуло на пол и заклацало зубами, истекающими странной желтоватой жидкостью. Кабинет тут же наполнился резким противным запахом, от которого глаза заслезились, и я шумно и неуместно чихнула.

– Вы что делаете? – вскрикнула я, отступая на несколько шагов.

Ректор Адэртад мило улыбнулась, взяла перо и принялась что-то записывать, шевеля губами.

Растение задвигало корнями, приближаясь ко мне.

Я должна утихомирить его, как Дэйвиан? Магия земли… Выставила руку перед собой и пробормотала:

– Тише, тише…

Озверевшее растение разозлилось ещё больше и издало резкий клокочущий звук, прыгнув на меня. Я отскочила и бросилась обратно к стулу, выставляя его перед собой как щит. Растение дезориентировано помотало своей зелёной головешкой, затем отыскало меня и снова поползло по полу, поскальзываясь на белом мраморе.

Я попыталась освободить голову, настроиться, как учил меня Алан, и призвать все свои силы, чтобы остановить этого мутанта, но всё было безуспешно. Оставалось сделать то, что у меня получалось лучше всего. Я скользнула на пол, коснувшись ладонью мрамора. Огонь откликнулся легко и потёк навстречу зелёному зубастому монстру, образуя вокруг него круг. Я усилила огонь, и затем удовлетворённо выдохнула. Мне больше ничего не угрожает – растение сгорело менее чем за три секунды.

– С учётом вашей склонности к алхимии я думала, что вы сохраните ему жизнь, – произнесла ректор Адэртад так, как будто ничего особенного не произошло.

– Вы хотели убить меня? – негодующе вопросила я, оборачиваясь к этой сбрендившей женщине.

– Оно не настоящее, – улыбнувшись закатила глаза ведьма. – Я думала, вы любите растения.

– Не те, которые хотят меня сожрать, – выдохнула я, опускаясь обратно на стул.

Это что было вступительное испытание? Я прошла его или нет?

– Вы верно отметили, мисс Дюмаре, – как ни в чём не бывало продолжила нашу беседу ведьма. – Что в стенах нашей академии воспитывались, воспитываются и будут воспитываться лучшие представители магических семей. Манеры, умение преподнести себя, выдающиеся личностные качества – это всё должно быть неотъемлемой частью каждого адепта.

Я кивнула, всё ещё приходя в себя.

– Так какими качествами обладаете вы, юная претендентка? Пока вижу лишь, что вы позволяете себе опаздывать, ведь отбор на первый курс был завершён ещё полтора месяца назад, – строго посмотрела на меня Жанелина Адэртад.

– Я болела… – оправдание выглядело жалким.

– Это качество, которым вы можете похвастаться, мисс Дюмаре? Может быть, вы рисуете, пишите стихи, танцуете, поёте, играете на музыкальных инструментах?

– Играю! – сообщила радостно, – Я чудесно играю на рояле. И немного танцую.

И тут же закусила губу – последний раз я касалась инструмента в день смерти матери.

– Покажите, – потребовала ректор.

За моей спиной что-то упало с оглушающе громким звуком, я вскочила, наученная горьким опытом, но там был всего лишь рояль. Я удивлённо покачала головой и улыбнулась – стоит быть поосторожнее, что только с потолка не падает в этом странном месте.

Подошла, откинула крышку и привычно коснулась пальцами холодных клавиш. Нужно сыграть что-то весёлое или это будет неуместно? Может быть что-то торжественное? Или печальную сонату в ля миноре?

Выбрала свою любимую композицию, кажется, я играл её сотни раз – «Нежность в мелочах». Немного лирики, немного экспрессии. Всё для того, чтобы произвести впечатление. Вряд ли на Авалоне её кто-то знал, это земная музыка.

Пальцы порхали, твёрдо касаясь клавиш. Я в своей стихии, улыбка застыла на губах. Это музыка о бесконечной любви и покое, квинтэссенция жизни. Растворившись в мелодии, я не заметила, как прошло пару минут.

– Достаточно, – резко оборвала меня Жанелина Адэртад.

Я испуганно замерла обернувшись. Не понравилось?

– Вы и правда чудесно играете, мисс Дюмаре, – уже мягче пояснила ведьма. – Вас учила мать? Никогда не слышала подобной музыки.

– Да, учила с самого детства, – гордо улыбнулась я.

Колдунья протянула мне лист:

– Перед вами список предметов, при успешном поступлении вы будете посещать каждый из них, но необходимо выбрать два основных.

Я нахмурилась. Меня возьмут? Притянула к себе лист и пробежала глазами список.

– Здесь уже отмечена алхимия, – удивилась я.

– Вы против? Меня уведомили, что вы сварили зелье пятого порядка, не имея даже основной базы знаний по алхимии. Каждый профессор должен одобрить вашу кандидатуру по тем предметам, которые вы выберите. Магистр Вебстер одобрил и поставил свою подпись. – пояснила ректор.

Я удивлённо подняла глаза и широко улыбнулась, забыв, что стоит быть сдержаннее:

– Вы не шутите? Он правда похвалил меня? Боги!

Ведьма кивнула, усмехнувшись и сверкнув зелёными глазами.

Я опустила взгляд на листок, продолжая глупо улыбаться. Неужели я не такая уж и бесполезная ведьма?

– У вас сильно развита магия огня, что весьма необычно для девушек. Это агрессивная стихия, присущая скорее мужчинам, но бывают исключения. В связи с этим советую вам обратить внимание на предметы в красном столбце.

Боевая магия, ритуалы и обряды, некромагия и ещё несколько незнакомых мне слов… Почему магистр не сказал мне, что нужно будет выбирать какие-то предметы? Что за странные и жуткие названия?

Я покосилась на Жанелину Адэртад. Ведьма снисходительно смотрела на меня с лёгким прищуром. Насколько уместно спрашивать у неё, что это всё такое и выставлять себя полной дурой?

– Боевая магия! – выпалила я наугад. Может однажды я смогу сжечь Оруана Виндроуза одним взмахом руки? Уж как-нибудь разберусь.

– Весьма… М-м-м… Необычный выбор, – подняла брови ведьма. – Что же, жду вас с подписанным профессором Рейбином листом. Если он его подпишет, конечно же.

– А если не… – я не успела спросить что будет, если не подпишет, меня выгонят или разрешат выбрать что-то другое?

А не успела я, потому что внезапно с грохотом рухнула на стул в каком-то кабинете, вызвав испуганный вскрик у мужчины напротив.

Он так сильно подскочил, что его тонкие длинные усики взметнулись вверх испуганными чёрными змейками.

– Профессор Рейбин? – пискнула я, продолжая дрожащими руками сжимать уже слегка помятый лист с предметами. Голова немного кружилась, а ещё меня начало тошнить. Не совсем приятное состояние, учитывая, что сейчас мне, возможно, придётся снова показывать чудеса моей магической подготовки.

– Адэртад! Чтоб её демоны… – взревел мужчина, злобно посмотрев в мою сторону, как будто я сама решила появиться здесь столь беспардонным образом.

Не обращая на меня ни малейшего внимания, он принялся запихивать в огромный чемодан какие-то пухлые сумки, и как они там только помещались? Волшебство?

– Встань! – резко бросил мне колдун. Я испуганно поднялась, а профессор быстро схватил стул и засунул его во всё тот же магический чемодан.

– У меня тут бумага… – начала я нервно, переминаясь с ноги на ногу.

– Зайдите позже! Мне некогда! – отрезал маг, продолжая запихать в свой чемодан всё, что ему попадалось под руку.

Злобный таракан, противный колдунишка. Я сжала губы и шагнула к нему, протянув бумагу:

– Вы должны подписать!

– Я никому ничего не должен! – покосился на меня профессор Рейбин. – Покиньте мой кабинет.

– Никуда я не уйду, пока не скажете, что мне сделать, чтобы вы подписали бумагу! Мне это нужно, понимаете! – подскочила к профессору и схватилась за настольные часы, которые он как раз собирался отправить в свой чемодан.

– Что за наглая девица? Отпусти! – потянул злополучный предмет на себя Рейбин.

Нашими общими усилиями лист, выданный мне ректором, окончательно помялся, превратившись в бесформенное нечто.

Этот мерзкий тип хочет всё испортить! Я зашипела от негодования и выпустила часы, от чего профессор упал, его усишки смешно взметнулись к потолку, а сам он впечатался задом в брошенную им же самим на пол кожаную сумку.

Виновато посмотрела на него и улыбнулась. Кажется, я перенервничала и всё испортила…

– Сдурела? – взревел колдун.

Я кивнула и выпалила:

– Ещё как! От желания учиться у вас!

Профессор Рейбин поднялся, довольно шустро выудил перо из беспорядка на столе и протянул мне руку:

– Дай сюда.

Я передала ему измятый листок:

– А как же испытания? Разве вы не призовёте гада, который захочет меня укусить или не заставите показывать свои магические способности? Я могу поджечь всё, что захотите!

Профессор посмотрел на меня как на умалишённую, затем быстро поставил свою подпись и сунул мне листок обратно, измяв его ещё сильнее:

– Вон отсюда! Немедленно!

Я, едва не заплясав от радости, выскочила из кабинета. Вот же повезло! Хоть в чём-то! Даже делать ничего не пришлось… Ну почти.

Осмотревшись вокруг, поняла, что совсем не знаю, где нахожусь. Академия была просто огромной… И куда мне теперь? Я пошла наугад, но спустя пару минут поняла, что зашла в тупик и кабинет ректора явно совсем в другой стороне. Пришлось возвращаться.

Занятия ещё не начались, вокруг было ни души, даже спросить не у кого. Я приняла решение ещё раз зайти к профессору Рейбину, чтобы уточнить, как найти кабинет ректора Адэртад. Но едва я подошла к кабинету, как послышался топот ног и внезапно появились несколько мужчин, которые, очевидно, спешили туда же, куда и я. Узнав в одном из них Алана, я приветливо помахала ему и широко улыбнулась сообщая:

– Два профессора подписали мне бумаги, представляешь!

– Ада, что ты здесь делаешь? – удивился Алан, слегка понизив голос. Он кивнул мужчинам, и они ворвались в профессорский кабинет.

Я ответила, с интересом поглядывая в приоткрытую дверь:

– Профессор Рейбин только что подписал мне бумагу, благодаря которой я смогу учиться в академии!

Мужчина прервал нас, выйдя из кабинета:

– Он скрылся! Должно быть, использовал порт-ключ!

– Зачем вам нужен профессор? – полюбопытствовала я, краем глаза разглядывая незнакомца.

– Обыщите помещение и доложите в канцелярию, что преступник скрылся! – бросил Алан всё ещё глядевшему на нас колдуну.

Преступник? Рейбин и правда вёл себя немного странно… Но что случилось?

– Обвиняется в государственной измене, – пояснил мне альбинос, словно прочитав мои мысли.

Я с досадой топнула ногой:

– Это что мне теперь ректор его подпись не засчитает?

Глава 4

В академию меня всё-таки приняли. Технически профессор Рейбин всё ещё работал в учебном заведении на момент подписания бумаги, так что можно сказать, в тот день мне повезло дважды. Выдали камушек, служивший проводником магии для юных ведьм, велев всегда носить с собой. Я же благополучно забросила его куда-то и забыла, без этой штуки уже как-то привычнее.

И вот я затащила чемодан в небольшую комнату и огляделась: обычная деревянная кровать, пара тумб, огромный шкаф и, о чудо, панорамные окна с видом на белые башни Йонинберга!

– Красота! – абсолютно искренне восхитилась я своим новым жилищем.

– Не представляешь, чего мне стоило уговорить Жанелину, поселить тебя здесь! Ты ведь понимаешь, что мест совсем не осталось, все адепты давно размещены. Будешь платить за эту комнату, обычно в ней живут профессора, – сварливо пробурчал магистр Вебстер. – Так что радуйся, что не будешь жить в каком-нибудь подвале!

– Я не знаю, как вас благодарить… Но у меня совсем нет денег, – приуныла я.

– Твой дядя прислал уйму золота и письмо.

– Письмо? – встрепенулась я и протянула руку.

– Для меня письмо! Не для тебя, – отрезал колдун, недовольно зыркнув на меня. – Думаю, ты понимаешь, как он разочарован твоей неосмотрительностью и глупостью!

– Понимаю, магистр, – опустила голову.

А на что мне ещё было рассчитывать? Лансель, должно быть, решил, что я сошла с ума, раз приехала туда, где меня в любой момент могут прикончить.

– Лорд Сторм считает, что в твоём бегстве виновен наш Великий Архимаг! Что он запудрил тебе мозги и… Я даже не буду говорить, о чём он писал дальше! Вот к чему приводит столь возмутительное и недостойное поведение! Оно теперь бросает тень даже на нашего Лорда-Правителя! – продолжал отчитывать меня Леннард Вебстер.

Я почувствовала, как краска заливает лицо. Конечно, Ланс видел, что Мордейл таскался за мной всю ночь. Только ему и в голову не приходило, что это для того, чтобы досадить лорду Виндроузу.

– Вы ведь сказали, что это неправда? – наконец выдавила я.

– Безусловно!

Я виновато улыбнулась магистру:

– Если бы не вы…

– Ты же не думаешь, что это всё просто так? Будешь впахивать в моих лабораториях, как проклятая! – пригрозил мне напоследок магистр и хлопнул дверью.

Я подошла к окнам и посмотрела вниз с огромной высоты – красиво. Огромная башня архимага виднелась чуть поодаль, и я вперила в неё жадный взор. Как будто могла там увидеть его.

Как противно, что вместо того, чтобы забыть и окунуться в новую жизнь, я отчаянно смакую внутри себя каждую секунду нашей лживой близости. Вот он слегка склоняет голову вбок, когда слушает, что я говорю, проводит рукой по своим чёрным волосам, когда думает, едва заметно тянет уголок губы, как будто хочет скрыть улыбку.

Я подмечаю каждую деталь, интерес к колдуну становится почти маниакальным. И когда я успела так узнать Реймонда? Каждая чёрточка, каждый жест. Это всё как будто выгравировано у меня на обратной стороне век, нужно лишь закрыть глаза. И я закрываю, подкармливаю этого алчного монстра внутри себя.

Сердце останавливается на секунду, а затем пускается бешеным галопом, когда вспоминаю руки Реймонда на своей коже. Мучительно близко и до боли откровенно. Я солгала бы, если бы сказала, что не желала большего в тот момент.

Слишком много непозволительных мыслей о маге, которого я должна буду предать. Он ненавидит меня и презирает. А знал бы зачем я здесь, убил бы не раздумывая. Хотела бы я отвечать этому заносчивому болвану тем же, тогда легче было бы выдать вампирскому чудовищу все его тайны.

Первый день в магической академии произвёл на меня неизгладимое впечатление – один из профессоров оживил передо мной и моими сокурсниками мёртвую, уже начинавшую разлагаться, белку, и, кажется, испугало это только меня, второй отправил нас на двухсотметровую морскую глубину, здесь уже испугались все, но оказалось – это лишь иллюзия, призванная научить нас распознавать и сбрасывать мороки и наваждения. Тут я с треском провалилась, впрочем, как и многие.

Мои сокурсники – сплошь выдрессированные, идеально воспитанные аристократы-колдуны, настоящая жуть. Но кажется, я от них ничем не отличаюсь. По крайней мере на вид. В моём случае вписываться, казаться нормальной, быть такой, как все – это крайне важно.

Вылетев с урока по магическим иллюзиям, я в радостном предвкушении направилась на алхимию – хотя бы там не буду чувствовать себя абсолютно глупой и не сведущей в магических делах недоведьмой.

Я как раз почти разобралась, как найти лаборатории магистра, когда меня окликнул Дэйвиан. Он стоял с двумя друзьями, должно быть ожидая, когда начнётся следующий урок. Форма идеально сидела на всех троих – чёрная с серебряными вставками. Один парень был веснушчатый и улыбчивый, его кучерявые пшеничного цвета волосы плутовато торчали во все стороны. Второй же, напротив, был угрюм и черноволос, он оценивающе прошёлся по мне взглядом и поморщился при виде книг, которые я волокла с собой на урок.

– Привет, я так и думал, что тебя примут в академию! – улыбнулся Дэйвиан. – Как первый день?

– Привыкаю, – ответила я, поудобнее перехватывая четыре пухлых книги по зельям, которые мне вручил вчера профессор. – Всё очень интересно. Особенно магические иллюзии, до сих пор отойти не могу…

Ребята рассмеялись. Даже черноволосый слегка улыбнулся, приподняв уголки губ.

– Ада, это мои друзья Ксандр и Алекс, – представил мне парней Дэйвиан.

– Дай угадаю, вам выпало купание среди акул и огромных ядовитых медуз? – хихикнул Алекс, взъерошив свои кучеряшки.

– Именно так, – поморщилась я. – До сих пор не могу прийти в себя.

– Вам ещё повезло! – утешил меня Дэйвиан. – Когда мы первый раз попали к профессору Бемтану, он воссоздал точную копию пустошей тёмной богини, добавив туда ядовитых пауков и целую ораву демонических созданий!

– Кошмар! – ахнула я, представив, себя на месте этих адептов.

– Иллюзии – забавная вещь, – хмыкнул черноволосый Ксандр.

– Куда забавнее, чем твоя некромагия, – толкнул его локтем Алекс.

Довольно милые ребята, хоть и аристократы до самого кончика ногтя. Возможно, мне стоит отбросить предрассудки насчёт богатеньких детишек Четырёхлистного Клевера? А то самой уже надоело глядеть на всех с подозрением…

– Давай я тебя провожу, – Дэйвиан нагло выхватил у меня книги. – Тяжело же!

– Ну пошли, – буркнула я, опешив от его бесцеремонности.

Мы прошли всего несколько шагов, и вдруг блондин тихонько произнёс:

– Отец велел мне подружиться с тобой.

– Что? – я широко распахнула глаза и замерла посреди коридора, наполненного толпой спешащих куда-то студентов. – Зачем?

– Он просто помешан на том, чтобы услужить лорду Мордейлу! – пожал плечами Дэйвиан Вермелиен, тоже останавливаясь. – Вчера, когда Великий Архимаг остался с тобой наедине, отец решил, что вы близки…

– В каком смысле близки? – я наконец пришла в себя и потянула парня за собой к свободному месту у окна, здесь людей было намного меньше. – О чём это ты говоришь?

– Ну… В том смысле… – замялся Дэйвиан. – Романтические отношения… Любовная связь…

– Какая глупость! – возмутилась я. – И поэтому ты решил таскать мои книги? Отдай!

Блондин рассмеялся и ответил, слегка понизив голос:

– Конечно, нет! Я помог тебе ещё до того момента, когда узнал кто ты, помнишь? Просто мне показалось забавной эта ситуация, вот и решил тебе рассказать. Извини, не хотел обидеть.

– Лорд Мордейл меня терпеть не может, так и передай папаше! – нахмурилась я.

– Не думал, что тебя это так заденет, здесь почти все девчонки мечтают обратить на себя внимание нашего Архимага. Алберс Руттен был довольно стар…

– Я – не все! – отрезала недовольно. Только вот мне как раз действительно нужно быть поближе к Реймонду. Знать бы ещё как это сделать…

– Это я уже понял, – добродушно хмыкнул Дэйвиан. – Пойдём? Скоро начнётся урок.

Кивнула и насмешливо бросила:

– Удалось твоему отцу добиться благосклонности нашего Архимага?

– Можно сказать и так… Он станет во главе Блюстителей чистоты крови, – поморщился блондин.

Я почувствовала, как у меня внутри что-то оборвалось. Реймонд же обещал их всех уничтожить? И что он делает теперь? Лжец!

– Ты прям в лице поменялась, – забеспокоился парень. – Я тоже не в восторге, сама понимаешь – там сплошь фанатики и психи, как эта сбежавшая Вильгельмина Амадо.

– А она кто такая? – я повела плечом, сбрасывая оцепенение.

– Их лидер. Теперь уже бывший. Единственная женщина в их сообществе, представляешь? Говорят, она была одной из любовниц Руттена. И как ты о ней не слышала?

Единственная женщина среди них. Вот значит как. Я вспомнила женский голос в нашем доме. Как раз в тот день, когда маму убили…

– Почему бы просто не разогнать этих гадов, – выдавила я, сжав кулаки.

– Там есть несколько влиятельных людей. – пожал плечами Дэйвиан. – С ними не всё так просто… Но думаю, отец справится.

– Став одним из них? – зло спросила я.

– Послушай… Вижу, ты от них не в восторге…

– Я полукровка, – отчеканила, глядя ему в глаза.

– О, я не знал, прости, – смутился блондин. – То есть, я совсем не против! Просто чтобы ты знала, я не из этих странных магов, которые будут осуждать других за происхождение…

Я устало выдохнула и пробормотала, забирая книги:

– Пока, Дэйвиан, была рада повидаться.

Войдя в лабораторию, я опустилась за первую попавшуюся парту и закрыла лицо ладонями. Мне теперь стоит избегать блондина и его, сующего повсюду свой нос, папашу? Если они узнают кто я… А вдруг не узнают? Может наоборот будет умнее с ними сблизиться? Выяснить планы Блюстителей чистоты крови…

– Привет! – раздалось над моим ухом. – Я – Эйва Фрейм.

Я вскинула голову и вопросительно подняла брови.

– Мы вместе учимся! Вот решила, что у тебя здесь не занято… – пояснила торопливо девушка, откинув длинный светлый локон за спину.

– Прости, я немного задумалась. Меня зовут Ада Дюмаре, конечно, садись, – наконец нашлась я.

Эйва разложила свои вещи. Я заметила, что у неё всего одна книга по алхимии, но чему тут удивляться? Магистр явно решил меня замучить, заставив заниматься сразу по нескольким.

Когда Леннард Вебстер зашёл в аудиторию, все резко замолчали и уставились на него. Медленным шагом он двинулся между партами, осматриваясь, как коршун.

– Первогодки, – язвительно бросил он вместо приветствия. – В первую очередь ознакомьтесь с правилами, которые вам зачитают.

Из-за пазухи магистра выскочил Перун, завис в воздухе, отряхнулся и пронзительно заверещал:

– Брать лишь те ингредиенты, которые есть в списке разрешённых для вашего года обучения, не разжигать огонь под котлом, пока магистр не позволит, не экспериментировать, делать всё чётко по инструкции, не бросать после себя грязный инвентарь…

Я закатила глаза и поморщилась… Вот уж по вредному магическому перу я точно не скучала!

– Что-то не устраивает, мисс Дюмаре? – обратился ко мне Вебстер, истекая ядом. – Или вы думаете, что и так всё знаете?

На меня обратились десятки пар глаз, одна половина глядела с ужасом, а вторая с сочувствием.

Я поджала губы, чувствуя неловкость:

– Я всем довольна, магистр.

Леннард Вебстер побуравил меня глазами ещё несколько секунд, а затем отвернулся и направился к преподавательскому столу. Я почти уверена, что слышала, как довольно хмыкнул Перун, радуясь, что мне снова влетело от магистра.

– Видела, ты сегодня разговаривала с Ксандром, Алексом и… – начала разговор шёпотом Эйва спустя несколько минут и внезапно замялась.

– С Дэйвианом? – подсказала я едва слышно, с опаской косясь на преподавателя.

– Да, – смущённо улыбнулась девушка. – Вы дружите?

– Недавно познакомились, а почему ты… – решила уточнить я.

– Мисс Дюмаре! – вопль магистра отразился от стен и эхом прокатился по большой лаборатории.

Я подняла взгляд на Леннарда Вебстера и у меня неприятно засосало под ложечкой.

– Вижу, вы уже знаете всё, о чём я сейчас рассказываю, – преподаватель вскочил и сурово посмотрел на меня, уперев руки в стол. – Или вы пришли сюда поговорить?

– Простите, – пролепетала я, чувствуя, как краснеют щёки.

– Сегодня вы вымоете все склянки в моей лаборатории! А к завтрашнему утру подготовите мне доклад обо всех зельях первого и второго порядка, в которых используются лепестки мерцающей гвоздики! – прошипел преподаватель, усаживаясь обратно за стол и сурово осматривая остальных учеников.

Эйва закусила губу и бросила на меня виноватый взгляд. Я склонила голову, пытаясь скрыть негодование – разве обязательно было так кричать при всех? Вот же вредный индюк!

Глава 5

Я остервенело тёрла склянки и пузырьки, немытой горой скопившиеся в подсобке лаборатории магистра Вебстера. Эйва извинилась после занятий и предложила помощь, но я отказалась, подозревая, что за это мне влетит ещё сильнее.

Боги! Да я была готова поклясться, что это барахло лежит здесь ещё с конца прошлого учебного года! Иначе как объяснить, что жижа на дне склянок давно засохла и её просто невозможно отодрать даже грубой тряпкой? На часах уже было около семи вечера, а работы здесь ещё часа на два, как минимум. А ещё этот доклад! Я едва не зарычала, поправила выбившиеся из косы волосы и начала тереть с удвоенной силой, мечтая поскорее смыться из душной, пропахшей чем-то едким, каморки.

Внезапно меня насторожил голос магистра Вебстера. С кем он там болтает? Я-то думала, преподаватель уже давно ушёл, неужели ждёт, пока я здесь закончу, чтобы всё проверить и если что заставить переделывать? От него можно ожидать чего угодно.

– Подождите меня здесь, мой Архимаг, я вернусь через десять минут, и всё принесу! – раздался приглушённый голос магистра.

Я вздрогнула и уронила тряпку в уже начинавшую чернеть от грязи воду. Реймонд здесь? Что ему нужно? Пришёл за своими зельями? Наверняка так и есть! Зачем ему ещё ходить к магистру…

Я выскользнула из подсобки и воровато осмотрелась вокруг. Дверь в кабинет Леннарда Вебстера была приоткрыта и там горел свет. Вот он где! Демонов защитник Блюстителей чистоты крови! Я замерла, размышляя – вернуться обратно к своим грязным склянкам или высказать нашему великолепному Архимагу всё, что я о нём думаю! Да его обещания и гроша ломаного не стоят!

Я сжала кулаки, вспомнив, что Мордейл велел мне держаться от него подальше. Пошёл он к этой их Тёмной богине! Чем меньше буду видеть этого зазнавшегося колдуна, тем для меня же лучше. Денёк и так тяжёлый, приключений сегодня хватило с головой. Развернулась и зашагала обратно в подсобку.

– Ты здесь подсматриваешь и подслушиваешь? – раздалось недовольное за моей спиной.

Я яростно втянула воздух и резко обернулась, ощущая, как сердце привычно ускоряется при виде Мордейла.

– Сдурел, наивеликолепнейший и наичудеснейший? – не стала сдерживаться, припоминая, как он выставил меня полной дурой в нашу последнюю встречу. – Ты удивишься, но не всем здесь есть до тебя дело! Я тут теперь учусь!

Я почувствовала, как злость на колдуна приятно растекается внутри, вытесняя глупые мысли о его глазах и расстёгнутой на несколько пуговиц рубашке. Когда я уже перестану обращаться внимание на то, насколько он привлекателен?

Глаза Мордейла гневно сузились, он сжал губы на пару секунд, очевидно, сдерживая ругательство, потом выдохнул и холодно произнёс:

– Я думал, ты наконец научилась манерам и должному почтению.

– Очевидно, некоторые не ценят хорошего отношения! Так стоит ли стараться, мой блистательный Архимаг? – я послала колдуну злобную улыбку и присела в нарочито клоунском, насмешливом реверансе.

– Ты просто наглая и неразумная дикарка! – прошипел Мордейл, делая несколько шагов ко мне навстречу.

Я отступила, выставив перед собой руку:

– Позволь мне удалиться, мой лорд. Компания грязных колб мне гораздо приятнее, чем твоя!

И скорее юркнула в каморку, плотно затворив дверь. Безумие какое-то! Скорее бы свалил этот напыщенный гад. Как здесь можно думать о докладе? Я склонилась к столу, сгребая оставшиеся склянки. Не перегнула ли я палку? Дура! Вдруг меня за такое непочтение и дерзость в тюрьму отправят? Или голову отрубят? Или заморозят до смерти?

Дверь отворилась, и Мордейл шагнул внутрь. Я обернулась, держа в руках несколько грязных колб. Он застыл в небрежной позе, закрывая собой единственный выход. Реймонд просто стоял и молчал. Эмоции на его лице было не прочитать. В небольшом помещении стало ещё жарче от одного его присутствия.

Поправила волосы и аккуратно поставила колбы на стол позади себя.

– Не буду извинятся, – вскинулась я, с опаской глядя на Реймонда.

– Я и не жду от тебя такой щедрости, – проговорил он, медленно и неспешно направляясь ко мне.

– Тебе нельзя подходить близко, проклятье снова начнёт действовать… – выпалила я, отступая к самому дальнему столу. Сердце лупило по грудной клетке, разрываясь от страха и адреналина.

– Знаешь, я принял только что двойную дозу зелья, Леннард говорит, оно успокоит даже оборотня, – будничным тоном сообщил мне Мордейл.

– Зачем принял? – загнанно пробормотала я, надеясь, в случае опасности попытаться проскользнуть ему за спину и сбежать через приоткрытую дверь.

Мордейл проследил за моим взглядом и покачал головой, давя дерзкую ухмылку. Дверь закрылась сама собой, я услышала, как щёлкнул замок.

– Я подожгу тебя, Мордейл! Только попробуй причинить мне вред! Буду кричать! – как-то неуверенно попыталась испугать мага, вдавливаясь в стол за спиной.

Он подошёл и положил руку на деревянную поверхность стола, как тогда в огромном зале, где мы были совсем одни. Я вспомнила, что было потом, и испуганно огляделась. Смятение смешалось со страхом, ударяясь куда-то в позвоночник. Я могла бы ускользнуть… Но застыла и смотрела на колдуна, подняв голову, а он как будто считывал все мои мучительные, тайные желания, в которых стыдно признаваться даже самой себе.

Глаза Реймонда были так близко, что можно было замёрзнуть от одной лишь бесконечной ледяной синевы, но внутри меня полыхало дикое пламя. Я увидела, как расширились зрачки мага, когда его рука коснулась моего лица и убрала выбившиеся из косы пряди. Реймонд просто смотрел, изучая мою реакцию.

Нужно было оттолкнуть его руку! Но он так красив… С этим надменным взглядом, самоуверенной ухмылкой. Притяжение между нами было настолько сильно, что становилось тяжело дышать. Я подалась навстречу неосознанно, как будто где-то глубоко внутри только и ждала его горячих прикосновений.

Реймонд схватил меня за затылок и прижал к своему телу, так сильно прижимаясь губам к моему рту, что я едва не задохнулась. Он рывком приподнял меня и посадил на стол, продолжая держать руку на затылке, вжимая меня в себя.

Я с каким-то бешеным упоением почувствовала, как колдун втиснул язык в мой рот, а второй рукой так сильно и яростно сжал бедро, что едва сдержала стон. Эта страсть была настолько отчаянная и дикая, что оседала в каждой клетке. Реймонд целовал меня с открытыми глазами, и я видела, как он сходит с ума вместе со мной, растворяясь и отдаваясь этому безумию полностью.

– Дьявол… – пробормотала я ему в губы.

– Кто это? – тяжело дыша Реймонд отстранился на секунду, а затем прижался губами к моей ключице. Почувствовала, как он вжимается в меня, и неосознанно потёрлась в ответ, вырвав у мага жгучий и отчаянный стон мне в шею.

– Тебе лучше не знать кто это, – выдохнула я, желая ещё раз услышать, как Реймонд стонет. Это настолько невообразимо, что сносит крышу. Я обхватила ногами бёдра колдуна, ощущая явные признаки его возбуждения.

Реймонд грубым рывком задрал мне юбку, я увидела, как искажается его зрачок, вытягиваясь и меняя форму. Он зашипел, но не отстранился, снова вторгаясь в мой рот, я ответила ему тем же, вылизывая его так жадно, как только могла. Не могла его отпустить, просто не могла.

– Ты сводишь меня с ума, – пробормотал он, рывком обрывая пуговицы на моей рубашке. – Разрушаешь изнутри…

Его признание вползло под кожу, растворилось в моей проклятой крови, проникло прямо в душу. Это слишком, видеть то, как он ломается передо мной. Всё вокруг слишком. Хотелось просто умереть на место от того, как хорошо.

Он ласкал руками голую кожу бёдер, постепенно подбираясь к линии белья, я со стоном подалась навстречу.

– Тебе нравится? – снова этот наглый тон и дерзкий взгляд. Вместо ответа я прижалась к магу ещё теснее, желая почувствовать его обнажённую кожу. Реймонд губами стал прокладывать цепочку поцелуев до моей груди. В животе стало настолько горячо, что против воли из горла вырвался стон.

– Ты наверняка уже вся мокрая, Ада, – прошептал он, отрываясь на секунду. Моё имя на его губах вызвало новый всплеск возбуждения.

Внезапно ручка двери дёрнулась и раздался раздражённый вскрик:

– Аделаида!

Я со страхом дёрнулась, услышав, как зазвенели склянки на столе от моего движения. Здесь всегда так гремело, когда я ёрзала по столу в последние несколько минут?

Реймонд отстранился, тяжело дыша и продолжая облизывать меня взглядом. Я только сейчас осознала, как жалко выгляжу в порванной рубашке и с растрёпанными волосами. Рывком спрыгнула со стола, оправляя задранную юбку, склянки снова жалобно зазвенели.

– Ты там что-то разбила! – магистр Вебстер забарабанил в дверь. – Я сейчас просто взорву эту дверь, если ты не…

Внезапно он замолчал. Реймонд молча махнул рукой, я почувствовала, как пуговицы возвращаются на рубашку. В другой момент я бы удивилась и принялась восхищаться волшебством, но сейчас нутро скрутил ужас. Если магистр что-то поймёт… Такой позор! Он во мне разочаруется! Решит, что я не достойна учиться у него! Я и так постоянно получаю нагоняи.

Реймонд спокойным шагом направился к двери, явно намереваясь открыть её. Боги! Мне конец!

– Стой, – яростно зашептала я. – Не смей! Если он тебя увидит, то всё поймёт!

– Даже если поймёт, какая разница? Думаешь, он что-то скажет мне? – ухмыльнулся Мордейл.

– Зато скажет мне! Он мой магистр! Остановись немедленно! – я подбежала к магу и схватила его за руку, прислушиваясь к звукам за дверью – тишина. Леннард Вебстер ушёл?

– Ты ведь уже целовалась с кем-то не так ли? – поинтересовался Реймонд небрежно.

– Самое время задавать подобные вопросы! Конечно, целовалась! И не один раз! – выпалила я, пытаясь что-нибудь разглядеть в замочной скважине.

Мордейл отстранил меня и рывком открыл дверь, недовольно поджав губы. Я успела лишь сдавленно охнуть, от страха потемнело в глазах.

– Да ты издеваешься! – буркнула я. Магистр застыл, околдованный, недовольство в его глазах тоже замерло, но легче от этого не стало.

Я рывком захлопнула дверь за Мордейлом, ещё раз оправила юбку и осмотрела помещение – все колбы были идеально начищены и стояли ровными рядами вдоль столов. Как же хорошо знать такое количество необходимых в жизни заклинаний! Стоит поблагодарить Реймонда, что он тут всё прибрал. Я закусила губу, осознавая, что именно сейчас произошло…

– Последнее предупреждение! – заревел очнувшийся магистр Вебстер.

Я поспешно отворила дверь, чувствуя себя пойманной по меньшей мере на убийстве.

– Простите, я могу всё объяснить… – промямлила я.

Учёный грубо отстранил меня и ворвался в подсобку. Пробежал глазами по блестящим от чистоты склянкам, недоверчиво зыркнул на меня своими пронзительными глазами и выпалил:

– Что же ты разбила? И чего ты такая красная, от усердия что ли?

Я опустила глаза в пол, чувствуя, что краснею ещё сильнее. Почему такое ощущение, что он всё знает?

– Убери эти грязные тряпки, вынеси воду и свободна! Чтоб доклад был завтра у меня не позднее девяти утра, поняла?

– Да, магистр, – пробормотала я, внутренне ликуя. Свобода!

Как только Леннард Вебстер ушёл, я быстро собрала грязные кусочки ткани, схватила ведро с водой и вынырнула из подсобки. Дверь в кабинет магистра была открыта настежь.

– Она не должна постоянно тут ошиваться! – услышала я недовольный голос Реймонда.

Я вспыхнула от злости, поставила ведро с шумом на пол и не стесняясь вошла в кабинет Леннарда Вебстера.

Учёный сидел за столом, перебирая какие-то порошки. На его лице застыла смесь гнева и упрямства.

– Аделаида! – елейно проговорил он, увидев меня.

Сейчас снова накричит и прогонит…

– Я как раз сообщил нашему Архимагу, что ты будешь помогать мне в очень важном деле! – проговорил магистр улыбаясь.

– Я так не думаю, – бросил Реймонд раздражённо, и я увидела, как он положил руку на спинку стула магистра, словно пытаясь надавить на учёного.

Посмотрела на эту руку и вспомнила, где она была всего пять минут назад. Кожа на том месте, где Мордейл касался меня, начала гореть огнём.

– Я сам буду решать, с кем мне работать! – спокойно возразил учёный.

– А в чём нужна помощь, магистр? – уточнила я, начиная нервничать.

– В поисках способа снять проклятье с нашего Архимага, разумеется! – и снова этот укоризненный взгляд, как будто я не могу понять очевидных для всех вещей.

– Вы хотите добить меня? – зло прошипел Реймонд, обходя стол и буравя взглядом побледневшее лицо магистра. Шрам на лице Леннарда сейчас выделялся так сильно, как никогда.

– Хочу напомнить, что это мои лаборатории! И эта девушка единственная, кто знает о вашем недуге и хоть немного смыслит в алхимии! – Вебстер был непреклонен.

– Ты не понял меня, Леннард? Я сказал – нет! – угроза вспыхнула в голосе Архимага. – С ней же явно что-то не так!

Со мной что-то не так? Я почувствовала, как внутри от чего-то становится пусто и горько. Подняла взгляд на Реймонда, он стоял ко мне спиной. Вспомнила, как цеплялась за его широкие плечи и принялась делать то, что у меня получалось лучше всего в последнее время – ненавидеть себя за глупую слабость к тому, для кого я лишь досадная помеха, недоразумение, вставшее на пути могущественного колдуна Милинора.

Не удивлюсь, если его проклятье бесится из-за моей испорченной крови. Как я могла так самозабвенно забыть обо всём и почти отдаться ему в этой каморке? Чем я думала, можно было даже не спрашивать себя, низ живота до сих пор ныл.

Реймонд обернулся и бросил мне:

– Скажи ему, что ты не согласна! Что это лишнее!

Нахмурилась, задерживая взгляд на губах мага, теперь каждый раз я буду вспоминать, как же это сладко и обманчиво правильно, когда его язык толкается в мой рот.

– Я сделаю всё, как скажет мне магистр Вебстер, – нашлась с ответом, опуская глаза в пол.

– А я говорю – одному мне будет тяжело работать! – с ликованием в голосе выпалил учёный.

Глаза Реймонда потемнели, он обернулся к Вебстеру и яростно отчеканил:

– Ты смеешь мне перечить, Леннард? Уж не продался ли ты Руттену, пока я влачил жалкое существование вдали от цивилизованного мира? Уж не за это ли он сделал тебя магистром?

– Как вы смеете? – учёный вскочил и затряс кулаком перед лицом Мордейла. – Да я молился и ждал вашего возвращения! Мне урезали финансирование втрое! Все мои ученики разбежались! Я покупал оборудование и редкие ингредиенты за свой счёт! Я молил Всевидящего о вашем возвращении каждый дарованный мне день!

– Ты отвечаешь головой за то, чтобы всё происходящее здесь не всплыло внезапно и не стало достоянием общественности!

– Можете залезть мне в голову, если не верите мне на слово, Архимаг! – магистр насупился, его лицо обиженно сморщилось.

Как это залезть в голову? А если в его мыслях Реймонд узнает кто я?

Я сжала кулаки, пока сердце, трепыхаясь в ужасе, отбивало каждую секунду молчания Мордейла.

– Я не стану унижать тебя таким образом, – уже спокойнее, с типично-язвительными нотками в голосе ответил Реймонд. – Но ты должен запомнить – я убью вас обоих, если что-то пойдёт не так.

Он развернулся, прошёлся по мне взглядом, слегка задержавшись, и молча вышел.

– Магистр, а вы говорили мне про уважение к Архимагу, почтение, традиции… – хихикнула я, облегчённо выдохнув.

Леннард Вебстер откинулся на спинку своего стула, приложил руку к сердцу и демонстративно поднял глаза к потолку, благодаря Всевидящего Амони за спасение и защиту.

– Вот когда станешь самым первым алхимиком в Милиноре, тогда и будешь позволять себе подобное! – слабым голосом пробормотал учёный. – Только учти, за такие выкрутасы можно лишиться головы!

– Вы просто скала, магистр! В какой-то момент я думала, что сдадитесь, но вы продолжали стоять на своём! – выпалила не сдержавшись. И добавила, переминаясь с ноги на ногу:

– Только зачем вам я? Делать чёрную работу?

Магистр потёр шрам на своей щеке и зыркнул на меня сердито и колюче:

– Это мои лаборатории! Никто не смеет подсовывать мне помощников, которым я не доверяю!

– Лорд Мордейл предложил вам помощника? Разве это плохо?

– Рыжую стерву Мэрвей! На кой мне здесь эта профурсетка? Ей бы скакать ретивой козой по пустошам Тёмной богини, а не ломиться в мои лаборатории, используя благосклонность нашего Архимага! – магистр разъярённо схватил свои порошки и принялся привычными движениями распихивать их по всевозможным внутренним карманам.

– Неужели, эта женщина знает про проклятье? – я скривилась от слова «благосклонность». Какая ещё благосклонность у Мордейла к какой-то ведьме?

– Знает! Все в их семейке – настоящие цепкие зверюги, когда дело касается власти. Вцепятся так, что любая виверна позавидует! Ты ведь уже имела честь познакомиться с лордом Вермелионом, сама ведь догадываешься, что доверять их семейке последнее дело!

– Она его родственница? – догадалась наконец я.

– Младшая сестрица! Демоны её забери! Мнит себя умнейшей ведьмой Милинора! – Вебстер притворно сплюнул на пол, выражая отвращение. – Жуткое порочное существо! Так и жаждет проскользнуть в святая святых, чтобы утащить мои разработки! Я её раскусил. Она не ступит даже на порог моих лабораторий!

Я пожала плечами. Зная мнительность магистра, эта ведьма могла всего лишь попросить его поделиться хитростями относительно изготовления сложных зелий, а он уже записал её в личные враги.

– Она ваша конкурентка? – поддела я учёного.

– У меня нет конкурентов, юная леди! – почти взвизгнул магистр. – Всё, кыш отсюда! Я занят!

Я прошла обратно в аудиторию, собрала свои тряпки и ведро с водой, уже почти вышла, когда услышала шорох, обернулась и увидела Перуна. Он глядел с ехидством и мне показалось, что его губы изобразили поцелуй. Я похолодела. Неужели гадёныш опять дрых в какой-нибудь книге? Что он мог слышать и видеть? Это мерзопакостное создание никогда в жизни не будет держать язык за зубами!

Когда я вошла в свою комнату, под дверью меня ждал сюрприз – небольшой белый конверт, обвязанный алой шелковой лентой. Вскрыв его, я пробежала глазами строчки, написанные мелким витиеватым почерком: «Рад, что ты выполняешь мои указания, Аделаида. Поступить в академию, где столько приближённых к Лорду-Правителю – отличная идея! В скором времени ожидаю от тебя новостей. Твой Оруан». Я выпустила из рук бумагу с красной лентой. Чудовище снова ворвалось в мою жизнь, окрасив её в алый цвет страха и безнадёжности.

Глава 6

Я пыталась как можно незаметнее жевать кофейные конфеты, заботливо предложенные мне Эйвой, и попутно вникать в то, что говорил профессор по магической истории Милинора. За ночь мне удалось поспать всего пару часов, зато доклад был готов к сроку, и магистр Вебстер даже снизошёл до ухмылки, означавшей что-то вроде «неплохо». А где «неплохо», там уже и «хорошо», а где «хорошо», там уже «молодец, Ада, ты очень способная ученица». Так что я пыталась не унывать, а бодрый голос профессора только этому способствовал, приводя меня в чувство.

Может оно и к лучшему, что пришлось готовить этот доклад. Всё равно бы не смогла уснуть прошлой ночью, так хоть провела время с пользой. Мне казалось, что даже кофейные конфеты не смоют с моих губ вкус тех диких поцелуев, которыми мы с Реймондом терзали друг друга. Я вспомнила, с какой обезумевшей страстью он прижимал меня к себе. А потом его наимерзейший тон и «она не должна тут ошиваться».

Выдохнула, проведя рукой по лицу. Я неисправима, даже после всех его выходок, всё равно так тянет, что нет сил. Как же ненавижу Мордейла, чтоб он провалился! С ним я будто бросаюсь в шторм, и с некоторых пор этот шторм стал неотъемлемой частью моей жизни.

И это не влюблённость. Влюблённость – это нежность и восторг, трепетное предвкушение. Здесь же страх с примесью адской тяги продолжать смотреть, продолжать касаться, продолжать впитывать его в себя. Мордейл – воплощение ломки. Я уставилась в книгу, отбрасывая эти навязчивые мысли.

После урока мы с Эйвой отправились поесть. В местную столовую девушка мне посоветовала не ходить, зато показала уютную недорогую забегаловку рядом с академией. Новая знакомая мне нравилась, хоть и была чистокровной аристократкой, как и большинство в Клевере. Эйва была хорошо воспитанной, общалась со всеми с лёгким налётом превосходства, но её смешливость и непосредственность подкупали.

– Всевидящий! Они идут к нам? – внезапно тихонько пискнула Эйва, стрельнув взглядом мне за спину. Она взяла стакан и закрылась им как щитом. Я резко обернулась, вообразив уже по меньшей мере с десяток злобных вампиров, но там оказались лишь неразлучная троица: Дэйвиан, Ксандр и Алекс.

Алекс приветливо помахал мне, я ответила ему тем же.

– Привет, – Дэйвиан бросил на меня внимательный взгляд.

Должно быть гадал, захочу ли я общаться после нашего последнего разговора. Я и сама не определилась, стоит ли мне опасаться его общества или наоборот попытаться сблизиться, чтобы выяснить больше о Блюстителях чистоты крови?

– Привет, – я принялась вяло ковырять свой салат. – Ребята, это Эйва. Мы вместе учимся.

Эйва покраснела и опустила взгляд.

– Просто хотел убедиться, что ты не подумала чего-то лишнего… – с досадой начал Дэйвиан.

– Всё нормально, правда. Извини, если была резкой. Первые дни в академии, нервы, сам понимаешь, – успокоила я мага.

– Да у нас здесь уже намечается драма! Что случилось? – хихикнул Алекс, усаживаясь на свободный стул.

– Не твоё дело, балбес! – Дэйвиан беззастенчиво позаимствовал стул, стоявший у соседнего стола, и присел к нам за стол.

Мрачный Ксандр так и остался стоять, безэмоционально и лениво наблюдая за происходящим.

– Это правда, что твой дядя – вампир? Знаешь, болтают всякое… – простодушно спросил Алекс, подмигивая мне.

Я нахмурилась и буркнула:

– Кто болтает?

– В этой академии ничего не скрыть! – пояснил мне Алекс. – Так что уже многие болтают.

Только этого не хватало, интересно, что ещё обо мне говорят?

Я закусила губу и недовольно проговорила:

– Правда. Это так важно?

– Ну просто вампиры же нас ненавидят… Как вообще так получилось? – не унимался Алекс.

– Наша провинция расположена далеко на юге, там никому нет дела до войн и прочих конфликтов. Когда моя мать умерла, наш дальний родственник взял меня в свой дом, вот и всё. – пояснила, раздражаясь.

– И ты жила в вампирском замке? – подал голос молчаливый Ксандр.

Я подняла на него взгляд и натянула широкую улыбку:

– Жила, ещё как! И даже видела, как вампиры пьют кровь. Обычно они предпочитают любопытных колдунов, которые суют в свой нос в чужие дела!

Черноволосый едва заметно улыбнулся и кивнул.

– Намёк понял, – рассмеялся Алекс. – У вас есть ещё занятия или на сегодня всё?

– У меня боевая магия, – поделилась я.

Я так и не смогла найти время, чтобы поинтересоваться, каким образом изучают предмет с таким грозным названием. Наверняка буду учиться пулять огненными шарами во всё подряд!

– Там новый профессор! Настоящая красотка! – глаза Алекса мечтательно закатились.

– Ну да, прошлый преподаватель, кажется, сбежал, – вспомнила я.

– Мерзкий тип был, – процедил Дэйвиан. – Говорят, он похищал молоденьких девчонок для Руттена. Надеюсь, его скоро поймают.

Я похолодела, вспомнив, как повздорила с Рейбином в его кабинете. Он ведь мог сделать со мной что угодно!

– Нам пора, – Ксандр бросил на парней выразительный взгляд.

– Ты прав, – Дэйвиан словно нехотя поднялся. Алекс последовал за ним.

После того как мы попрощались, Эйва выдохнула и пробормотала, выпив перед этим целый стакан воды:

– Фух! Думала, сердце сейчас остановится!

– Почему? – насторожилась я.

– Настоящие красавчики! Колдуны лучших благородных семей Милинора! – восторженно выдохнула девушка. – Самые завидные женихи столицы! Тебе так повезло, что ты смогла с ними познакомиться!

Я пожала плечами, продолжая поглощать салат, и промямлила:

– Ммм… Наверно, повезло. Не задумывалась над этим.

Ведьма удивлённо распахнула глаза:

– Как же так? Жениха стоит начинать подбирать уже сейчас… Иначе можно остаться старой девой!

А затем добавила, виновато глядя на меня:

– Прости. Ты сказала, что у тебя умерла мать, должно быть, здесь просто нет того, кто мог бы подсказать тебе…

– Дело не в этом, – оборвала я Эйву.

– А-а-а! – протянула она и понимающе улыбнулась. – Ты поддалась всеобщему помешательству и надеешься заполучить нашего Архимага?

Подавилась огурцом и закашлялась, с ужасом глядя на девушку.

– Ты про Реймонда Мордейла? – всё-таки решилась уточнить я.

– Конечно! Говорят, он скитался по безлюдным диким местам, – Эйва понизила голос. – Некоторые даже думают, что ему удалось побывать в огненных пустошах Тёмной Богини! Но Архимаг вернулся победителем преодолев все невзгоды… Сверг ужасного правителя в честном поединке! Это так романтично! И то, что он до сих пор не женат, говорит лишь об одном!

– О чём же? – решилась уточнить я, подозревая, что дело в его ледяном характере, ледяном взгляде, жуткой ледяной магии и в стремлении заставить всех вокруг плясать под его дудку.

– О том, что он ждёт кого-то особенного! Или что он безответно влюблён уже много лет! – убеждённо проговорила ведьма.

Я едва сдержалась, чтобы не закатать глаза, услышав эти романтические бредни. Если бы Эйва знала Мордейла, то поняла бы, что колдун влюблён только в себя и своё непомерное эго. И если когда-нибудь наш наичудеснейший Архимаг захочет жениться, то я этой ведьме уж точно не позавидую.

– А какой он мужественный! – вспыхнула Эйва, переходя уже на полушёпот. – Конечно, эти ребята тоже очень милые, но наш лорд Мордейл – настоящий мужчина… Он такой высокий, ты видела его плечи? В академии девчонки только и говорят о том, что он просто обязан жениться в ближайшее время…

– Не уверена, что нашего Лорда-Правителя волнуют влажные фантазии адепток академии, – немного резко пробормотала я, тоже понижая голос.

Ещё пару месяцев назад я бы с удовольствием поддержала подобную беседу. Как и любая девушка, я была не прочь пообсуждать парней с подружками, похихикать и всё такое. Но в последнее время такие забавы совсем перестали доставлять мне хоть какую бы то ни было радость. Видимо, сказывалось пережитое… Или всё дело в этом проклятом Мордейле, чтоб его и правда утащили демоны в эти огненные пустоши!

– Волнуют или не волнуют… – насупилась Эйва. – Но помечтать-то можно!

– Конечно, можно, – примирительно улыбнулась я, вспоминая губы нашего Лорда-правителя на своей шее.

***

Придя в аудиторию, где проходили занятия по Боевой магии, я почти сразу поняла, что совершила ошибку, выбрав этот предмет основным. На стенах висело огромное количество всевозможного оружия, а помимо меня здесь было только две девушки, причём они выглядели далеко не такими хрупкими и слабыми, как я.

Присела за свободный стол и принялась нервно постукивать пальцами по столу, ожидая начала урока. Когда дверь отворилась, я спешно повернула голову, стараясь рассмотреть профессора, и, к своему ужасу, увидела Алану Престон. После того, что она сделала в пещере с оборотнями, я нисколько не сомневалась в её квалификации, но разве не должна она сейчас быть рядом с Мордейлом, как и Алан? Я замерла, пытаясь стать как можно незаметнее. Мне конец.

Белобрысая между тем спокойно прошла к преподавательскому столу и неспешно оглядела всех учеников. Наши взгляды столкнулись, и я увидела удивление в бледно-голубых глазах девушки, затем её тонкие губы растянулись в предвкушающей улыбке.

– Меня зовут Алана Престон. – бесцветная встала перед нами, убрав руки за спину. – Поскольку профессор Рейбин внезапно уволился, я буду преподавать вам Боевую магию. И хочу сразу вас предупредить, адепты – слабакам здесь не место.

Я побледнела, понимая, кому было адресовано это обращение. Это надо так попасть! Надо было выбрать какую-нибудь некромагию! Самое ужасное – до третьего курса, пока я не определюсь что мне ближе: алхимия или боевая магия, я должна буду усиленно заниматься по обоим предметам.

– Мы будем учиться использовать стихийную магию для усиления магического оружия, а потом приступим к изучению боевых заклинаний. Но сейчас меня больше всего интересует ваша физическая подготовка. Я вижу, что некоторые из вас выглядят так, словно ничего тяжелее пера в жизни не держали. Мы это исправим. – отчеканила Алана, ухмыльнувшись почти кровожадно.

Я сглотнула, чувствуя себя в ловушке один на один с мучителем. Кто знает, как она будет мстить мне?

– А теперь все мигом в раздевалку и на улицу! – Алана указала на дверь позади себя. – Посмотрим, чего вы стоите!

Я никогда особо не любила физкультуру. Бегать и прыгать ещё могла, а вот отжимания и прочие упражнения никогда не были моей сильной стороной. В школе я была совсем тощей и слабой, сейчас немного округлилась, но не уверена, что это придало мне сил. Что-то мне подсказывало, что здесь меня ожидает нечто намного хуже школьной физкультуры…

Пройдя в женскую раздевалку, я увидела стопки со спортивной формой и попыталась отыскать свой размер, таких маленьких у них не обнаружилось, пришлось натянуть что было – штаны повисли мешком, я схватила пояс и затянула его потуже. Другие девушки молча переодевались, я смогла рассмотреть их крепкие спортивные фигуры и налитые мышцы – они явно знали какой предмет выбирают и пришли сюда осознанно. Почувствовав себя ещё более жалкой, выползла из академии наружу. Меня окружало нечто напоминающее спортивную арену. Её окаймляли острые чёрные зубцы, больше похожие на клыки какого-то огромного чудовища. Мне почудилось, что я в пасти злобного зверя, сожравшего меня и пытающегося заглотить поглубже. Поморщилась и направилась к остальным, гадая, что же нас ожидает?

Первые полчаса бега я вынесла стойко, даже на какое-то время решила, что может ничего страшного и не произошло. Подумаешь, буду получать нагоняи и злые взгляды от Аланы. Стерплю как-нибудь.

Но бежать становилось всё сложнее – я отставала, тяжело дышала, грудь горела огнём, ноги тяжелели и заплетались, а Алана и не думала прекращать эту пытку. Краем глаза замечала, что некоторые тоже запыхались, но плелась в хвосте и едва переставляла ноги именно я.

Спустя примерно час, не выдержав, я рухнула прямо на траву задыхаясь. Всё темнело и плыло перед глазами – это надо быть такой слабачкой!

Алана подошла и встала надо мной, с презрением оглядывая моё распростёртое на земле тело:

– Уж не сошла ли ты с ума, поступив в эту академию, обморочная? Посмотри на себя… Бледная и худосочная, как полудохлая мышь.

Девушка-альбинос пренебрежительно покачала головой.

– Это просто с непривычки… – просипела я, приподнимаясь и садясь на траву.

– Думаю, новые привычки следует закрепить отжиманиями. Давай приступай, – протянула Алана, садясь рядом со мной на корточки. Мне показалось, что её светло-голубые глаза налились красным.

– Да вы никак сошли с ума, профессор? – ехидно спросила я, особо выделяя слово «профессор».

– Наказание следует принимать смиренно. А ещё лучше с благодарностью! Посмотри на себя… Что ты будешь делать, если вдруг оборотень решит тебя сожрать, а, малахольная? – бесцветная почти ласково потрепала меня по плечу. – Давай. Пятьдесят раз! Начнём с этой цифры.

Я перевернулась на живот, поднялась на дрожащих руках, и снова рухнула на траву, зарывшись в неё лицом. Не могу! Пусть хоть убьёт меня, но сил больше нет. Может быть мне и правда стоит поговорить с ректором о смене второго основного предмета?

На удивление Алана не стала отпускать язвительные комментарии, я подняла голову и удивлённо взглянула на неё. Девушка смотрела куда-то перед собой вглядываясь.

Повернула голову, и с ужасом увидела Мордейла, который бодро шагал вдалеке вместе с Аланом и какой-то рыжей девицей. Рыжая держала нашего Архимага под руку. Я прикрыла на секунду глаза и затем снова их открыла, подозревая, что мне может просто почудилось от перенапряжения. Но нет, фигуры по-прежнему приближались, и от чего-то мне стало дико стыдно. Захотелось спрятаться куда-нибудь и не вылезать, лишь бы они не увидели мои жалкие потуги стать хоть сколько-нибудь полезной ведьмой.

К моему счастью, маги остановились чуть поодаль и принялись что-то бурно обсуждать. Вдруг рыжая так сильно прильнула к Реймонду, что я подавила желание снова протереть глаза, настолько это было на него непохоже – подпускать кого-то так близко. Яростное фырканье рядом подсказало мне, что Алана тоже следит за ними. Я перевела на неё взгляд, лицо блондинки исказилось, а ноздри затрепетали, она могла бы дырку прожечь в этой наглой рыжей ведьме.

– Мэрвей! – прохрипела я свою догадку вслух, вспомнив, слова магистра. Получается, эта дамочка – тётя Дэйвиана.

Алана недовольно покосилась на меня и нехотя кивнула. А потом встала и направилась к магам. Алан обратил внимание на сестру, а затем, видимо, узнал и меня. Поцеловав Алану в щёку, блондин помахал и мне. Я села на траву и ответила ему тем же, поражаясь, что у меня вообще остались силы поднять хотя бы руку.

Не уверена, что Реймонд заметил меня, чему я была несказанно рада. Встала и побрела в противоположную сторону, мечтая оказаться на другом конце академии, подальше отсюда. Мои сокурсники в сотнях метрах от меня достаточно бодро выполняли какие-то упражнения. Видимо, я не добежала всего лишь последний круг.

Раздражённо пнула маленький камушек, оказавшийся на моём пути. Интересно рыжую Мордейл тоже целует? Сколько здесь таких девушек, готовых ради него на всё? Каждая вторая, я уверена. Ну и пусть.

Глава 7

Хотя я и ссылалась на усталость и отвратительнейшее настроение, Эйва вытянула меня на прогулку. Ведьма была удивлена, что я в Йонинберге уже больше недели, но так и не была толком нигде.

В самом деле, для меня сказочный город заканчивался парящими кварталами. Я уже привыкла к белым башням под боком как к нечту самому собой разумеющемуся, но ведь многие жители столицы смотрели на них снизу вверх.

Как только мы спустились вниз, Эйва повела меня по магазинам, а мне оставалось лишь удивляться их обилию. Должно быть, это типичное развлечение для молодых аристократок – покупки ненужной ерунды вроде зачарованной косметики, духов с примесью любовного зелья, и, конечно же, платьев. Эйва была просто помешана на моде и не стесняясь раздавала мне советы по поводу внешности – красить губы, мазать румянами бледные щёки, подводить глаза.

– У тебя совсем странные наряды, – хмурясь сообщила мне новая подруга. – Если хочешь найти жениха среди нашего круга, тебе следует обратить внимание на совсем другие фасоны!

Я хмыкнула, подумав, что я не ищу женихов, но Эйву в этом не убедить. Придирчиво осмотрела сначала свой светло-голубой наряд – я-то думала он вполне подходящий для этих мест, а потом и выставленные в лавке платья, на мой взгляд, они все были примерно одинаковы – длинные юбки почти до пола, украшенные камнями, либо кружевами, часто со сверкающими вставками. Настоящая жуть. Как хорошо, что в академии мы носим форму, а ходить куда-то, чтобы выгуливать такую прелесть, у меня времени нет.

– Выбери мне что-нибудь на свой вкус, – попросила я. – Мне кажется, они все похожи.

Продавщица бросила на меня возмущённый взгляд, а Эйва принялась воодушевлённо перебирать сверкающие ткани и комментировать каждое понравившееся изделие.

Видимо, мы здесь надолго… Как хорошо, что уже успела купить форму для занятий Боевой магией и несколько книг.

От скуки я выглянула в окно и споткнулась взглядом об огромное многоярусное строение чернющего цвета. Оно зловещей тёмной громадой выделялось среди ярких красок Йонинберга, притягивая к себе внимание.

– Что это такое красивое? – дёрнула я за рукав Эйву, указывая в окно.

– Красивое? – ужаснулась ведьма. – Ты про храм Тёмной Богини? Каждый раз вздрагиваю, когда прохожу мимо! Его не сносят лишь потому, что ему уже много сотен лет! Так бы уже давно перенесли куда-нибудь в менее людное место…

– Я скоро приду, хочу глянуть поближе, – бросила я подруге. – Ты пока выбирай.

Девушка поджала губы, недовольная моей незаинтересованностью, но кивнула.

Я вышла на улицу и медленным шагом двинулась к необычному строению. Оно казалось вбирало в себя весь окружающий свет, подавляя своей мрачной притягательностью. Остановившись около здания, я заметила огромные раскидистые деревья с гладкой обсидианово-чёрной корой и такими же тёмными листьями. Вошла во дворик, прилегающий к храму, и двинулась вглубь, чёрные бутоны цветков, спрятанные в листьях странных деревьев, раскрывались по мере моего приближения, являя мне своё трепещущее алое нутро, огненными всполохами реагирующее на каждый шаг.

В очередной раз я удивилась отзывчивости природы Авалона и её связи с магией колдунов.

Толкнув огромную дверь храма, я с удивлением обратила внимание, что само здание сделано из спрессованного чёрного песка. Как такое строение смогло простоять сотни лет?

Первое, что сразило меня – тишина. Не было слышно ни звука. Лёгкие касания моих туфель пола словно растворялись в тягучем молчании огромного храма. И совсем не было людей, удивительно мы же на одной из основных улиц столицы. Я пришла в неподобающее время?

Статуя Селайны стояла внутри, в самом центре храма, единственное белое пятно в черноте ночи. Я подняла голову, чтобы увидеть лицо Темнейшей, высеченное из камня. Богиня раскинула руки в стороны, подняв ладони вверх, с них, клубясь и беснуясь, опускалась на пол тьма.

Я протянула руку, касаясь чёрной дымки. Она скользнула ко мне, ластясь к ногам верным псом.

От созерцания меня отвлекли внезапно появившиеся женщины. Я стряхнула тьму и отступила, виновато глядя на них. Появилось чувство, что я воровка, забравшаяся в чужой дом.

Ярко-алые рясы с пляшущим пламенем, нарисованным на подоле, привлекали внимание. Но жрицы лишь мимолётом взглянули на меня и продолжили своё неспешное шествие.

Я осмотрелась – храму сотни лет? Мне казалось, что тысячелетия переплетаются между этими чёрными обелисками. Подошла к одному из них и увидела кошмарную картину – огромный мужчина на троне из костей и черепов. Смерть таилась в его позе, взгляде, мимике. Я коснулась пальцами шершавой поверхности и провела по ней рукой, словно пытаясь на ощупь разобрать, о чём хотят сказать мне вырезанные картинки и символы.

– Страшно, – пробормотала я себе под нос, случайно нарушая тишину.

– Нет нужды боятся того, кто давно в могиле, – произнёс спокойный старческий голос за моей спиной.

Я обернулась, ощущая, как тону в кромешном ужасе, но там была лишь древняя старуха-жрица в алой рясе. Её белые волосы, заплетённые в косу, доставали практически до земли, сморщенная старческая кожа делала лицо похожим на перепечённое яблоко, но глаза живые и пронзительные взирали на меня со странным торжеством.

– Бенефит Дуом… – я произнесла догадку хриплым шёпотом. Величайший убийца магических существ.

Жрица кивнула, подходя и тоже касаясь обелиска руками, покрытыми старческими пятнами. На вид ей было лет девяносто, я удивилась, что она вполне бодра и, кажется, в здравом рассудке.

– Не все дети Селайны идут верными дорогами и даруют сердцу Тёмной Матери отраду. Так же, как и не все дети Светлейшего несут в этот мир добро.

– Мы сами выбираем свой путь, – ответила я, взглянув на старую жрицу. На её губах блуждала улыбка, а глаза не отрываясь глядели на убийцу на троне.

– Он был рождён для другого мира, как и мы с тобой, – старуха повернула голову и внимательно посмотрела мне в глаза.

Мы? О чём она говорит?

– Проклятая кровь – клеймо… – ответила я с внезапной злостью. – Метка, которую не смыть.

Вся моя жизнь искорёжена тем, что я даже не понимаю. Гнилой кровью, делающей меня неправильной и чужой для всех.

– Кровь – это всего лишь кровь, дитя, – жрица взяла мою руку и попыталась оттянуть рукав.

Я отпрянула, со страхом понимая, что он через ткань платья коснулась кулона, оставленного отцом.

Старуха улыбнулась, расстегнула верх алой рясы, и я увидела чёрный камень, болтающийся на простой плетёной верёвочке на старческой шее.

– Последний дар нашей матери своим детям изгнанникам, – спокойно пояснила мне жрица.

– Не понимаю, о чём вы говорите! – но вопреки словам я подалась к ней, изучая и сравнивая. Дикий страх и какое-то неистовое ликование смешались – наши камни абсолютно идентичны.

– Я покажу, – старуха двинулась вглубь храма. Я последовала за ней словно в каком-то сне.

Я искала информацию о жнецах душ повсюду, прошерстила кучу книг, окончательно отчаялась. Но ответ был не на страницах, исписанных людьми иль нелюдями, он скрывался в недрах храма из чёрного песка – вотчине Тёмной Богини.

Жрица отворила огромную дверь. Тьма роилась внутри длинного коридора, опаляя наши лица, проникая в лёгкие. Я вдохнула её, и она растеклась внутри приторной сладостью.

– Наша сила – божественный дар. Часть сущности первого демона заключена в нашей магической искре, девочка. – проговорила жрица, невидяще глядя в беснующуюся тьму. – От неё нельзя отказаться. Но ей можно пожертвовать.

– Пожертвовать? О чём вы говорите? – я схватила её за руку и сжала.

Я могу стать нормальной? Могу перестать бояться и прятаться? Надежда всколыхнулась внутри, порождая целую бурю чувств.

Старуха сжала мою руку, и мы ступили в комнату. Тьма жадно окутала нас, встречая, как старых друзей, принимая в свои объятия. Мы шагали бесконечно долго, пока я не увидела впереди беснующиеся огненные всполохи. Мы все приближались к ним, пока я не застыла в испуге, ощущая жар под ногами.

– Огонь – суть нашей магии, – спокойно вымолвила старуха и вошла в пламя, взметнув полами рясы.

Помедлив на секунду, шагнула за ней следом, отдаваясь стихии, бурлившей и во мне самой. Я горела изнутри и снаружи, поглощая и делясь в ответ, пока вдруг огонь не утих. Тьма снова обступила. Раздались раскатистые удары – единственный звук, который я услышала, в храме Тёмной Богини. Гулкое, ритмичное, мощное биение нарушало тишину. Тьма вздрагивала, словно подчиняясь его ритму.

Старуха обернулась, я увидела всполохи огня в черноте её глаз.

– Селайна – сердце великой тьмы, – пояснила она негромко.

Мы в великой тьме? Там, куда уходят души? Или это лишь иллюзия? Бредни сумасшедшей старухи?

Я посмотрела на неё недоверчиво. Она лишь улыбнулась мне в ответ. Откуда-то в её руки мягко скользнула книга.

Жрица снова посмотрела на меня, в её взгляде я увидела приглашение. Осторожно подошла и взглянула на странный предмет.

Книга была древней и потрёпанной, в кожаном переплёте. Странные символы горели на ней огнём, коснулась одного из них неосознанно – этот огонь притягивал и манил. И отдёрнула руку, ощутив жгучую боль. Запах мертвечины коснулся носа, как будто я одним лишь касанием вспорола кожу на трупе.

Сердце Тёмной Богини застучало быстрее, словно она тоже заглянула в тот кошмар, что привиделся и мне. Кровь на страницах, кровь в самой сути этого фолианта. Души, запертые внутри него, кричат и плачут, умоляя мучителя о снисхождении.

– Всё что осталось от нашего великого предка, – вымолвила старуха, бережно лаская пальцами древнюю кожу книги. Неужели она не чувствует?

– Бенефит Дуом умел переплетать заклинания, связывать их между собой своей демонической сущностью. Порождать новые. Вырывать их из магического эфира Авалона. – пробормотала жрица, раскрывая книгу. – Именно это сделало его великим. И именно это развратило его душу.

Вот зачем столько смертей, столько боли и страданий…

Жрица вырвала лист из древнего фолианта и молча протянула мне.

Я отшатнулась, вперив в неё негодующий взгляд:

– Вы даете мне то, что когда-то породило самое страшное чудовище этого мира?

– Я даю тебе ключ к тому, что может тебя освободить.

Или уничтожить, пронеслась в моей голове мысль.

– Думаете, и я так смогу? Сплетать заклинания, вырывать их из эфира Авалона?

Старуха пожала плечами так, словно это не слишком волновало её:

– Твой огонь горит ярко.

Я приняла лист, ощущая, как вибрирует воздух:

– Но почему? Почему даёте его именно мне? Что всё это значит?

– Потому что так хочет Тёмная Богиня.

Я усмехнулась:

– Откуда вы знаете, что она хочет?

– А разве ты сама не чувствуешь? – лукаво ответила старуха, закрывая книгу. – Богиня показала тебе этот мир, показала его боль. Может показать и другой.

Я неуверенно обернулась, тьма сгустилась и ничего не было видно даже на расстоянии вытянутой руки. Повинуясь внезапному порыву, я призвала огонь, освещая пространство вокруг. Он взметнулся вверх и пополз вширь, захватывая все больше территории.

Я повернулась обратно, переживая, что навредила старухе, но её не было. Была лишь бесконечная чёрная пустыня, озарённая моим пламенем, редкая трава вспыхивала и горела, задетая безудержным огнём.

Огонь сразу потух, внимая моему приказу. Запах магии витал в воздухе. Я снова услышала мерное биение сердца. Тук-тук. Тук-тук.

– Селайна, – прошептала я во тьму.

Внезапный яркий свет пронзил глаза, заставляя зажмуриться. Воздух поплыл от удушливой жары, стало невозможно дышать. Я застыла, впитывая жар и огонь. Это моя стихия.

Подняла глазам к небесам, щурясь от безумного света. Те же два солнца, только огромное Дем прямо над головой нещадно жарит, пульсируя в такт сердечному ритму богини, превращая планету в пепелище. Шен же наоборот застыло тусклой мёртвой звездой, уступив первенство своему собрату.

Вот он – мир противоположный Авалону. Два полюса мироздания и между ними Земля. Как ад и рай. Огонь и вода. И я, принадлежащая огненной тьме, смогла коснуться всех трёх миров.

Огляделась, привыкая к свету. Огромный вулкан пылал не так далеко от меня, я вздрогнула, когда он изверг из своего жерла тысячи маленьких кусочков, разлетевшихся по чёрной пустыне. Один из них упал мне под ноги, я опустилась на колени, ощущая жар нагревшегося от Дема песка. Камень сверкнул, отражая свет. Абсолютно идентичный моему. Едва я протянула к нему руку, меня отвлёк жуткий, раздирающий пространство вокруг, рёв. Я подняла глаза и увидела, как из вулкана выбирается нечто гигантское и ужасное. Демон, обитающий в пустошах Тёмной Богини?

Существо покинуло жерло, выпрямилось, расправило огромные перепончатые крылья, и снова заревело, словно наслаждаясь свободой и солнечным светом. Затем спрыгнуло вниз и полетело в мою сторону, тяжело двигая крыльями. Я беспомощно огляделась – вокруг лишь чёрный песок и выгоревшая трава. На километры вокруг ничего и никого.

По мере приближения создания, начала осознавать, кто именно передо мной… Огромный дракон, такого красного цвета, словно он скроен из первозданного пламени Селайны. Тьма клубилась вокруг его крыльев, подчиняя и прогоняя свет.

Мир вокруг гас, я села на песок и словно в кошмарном сне смотрела, как существо летит ко мне, с каждым взмахом крыла набирая ход. Задрожала, задыхаясь в первобытном ужасе. В меня впились два черных глаза, в центре которых плясало и билось пламя, я зажмурилась от страха, сжала веки так, как будто могла спрятаться и спастись от жуткой твари, а когда открыла глаза мы со старухой снова стояли у обелиска. Я казалось ещё чувствовала остаточный жар огненного мира на своей коже.

– Что это было? – вопросила я, всё еще дрожа и сжимая в руке страницу. Единственное доказательство, что всё происходящее было не только в моём воображении.

Жрица улыбнулась и пожала плечами, собираясь уходить.

– Подождите! – вскрикнула я, нарушая тишину храма. – Если Селайна – тьма и огонь? То, кто же Амони? Свет?

– И вода, – закончила старуха. – Две половины одного целого схлестнувшиеся в яростном танце жизни и смерти.

Глава 8

Всё оставшееся время я провела в своей комнате, силясь понять, что именно написано на вырванном старухой листке. Обложившись книгами, я внимательно сравнивала письмена со всеми доступными мне языками, в том числе давно умершими. Но ответов так и не находила. Да и меня мучил вопрос – как именно можно пожертвовать моими силами? Что это вообще значит? Не было ли всё это просто обманом и умелой иллюзией старой ведьмы-жрицы?

Случайно взглянув на часы, я с ужасом вспоминала, что в шесть вечера должна была быть в лабораториях магистра, но увлёкшись совершенно забыла об этом.

Вскочила и понеслась к вещам, пытаясь найти хоть что-то приличное. Эйва принесла мне новые платья и отругала, думая, что я просто сбежала от неё в магазине. Мне оставалось лишь согласиться, оправдывая своё поведение плохим самочувствием.

Сегодня первый день работы над проклятьем Мордейла. Я закусила губу, перебирая вычурные платья. Ему нравятся аристократки в кружевах?

Это всё, чтобы выполнить указания Виндроуза, а совсем не потому, что я сама хочу показаться Реймонду красивой!

Я мучительно покраснела, вспоминая то, о чём запретила себе думать. Как мне вести себя с ним? Будто ничего и не было?

Разозлившись, схватила платье, в котором часто варила зелья в поместье Леннарда Вебстера. Простое и добротное. То что нужно для работы в лаборатории. Затем вылетела из своей комнаты, спеша на первый этаж.

Когда я, запыхавшись, вбежала в главную лабораторию, магистр Вебстер стоял, нервно постукивая ногой по полу. Этот глухой звук заставил меня испуганно замереть. Сейчас получу-у-у…

Глаза учёного раздражённо сузились при виде меня:

– Сколько времени на часах, Аделаида? Меня вызвали в центральный госпиталь для проверки моего инновационного способа излечения от магической горячки! Это очень редкое заболевание и наконец подвернулась возможность испытать мой продукт! А ты опаздываешь! Тебя спасает лишь то, что Архимаг до сих пор не пришёл и не заметил твоего вопиющего неуважения. Я оставил тебе инструкции. Сначала даёшь лорду Мордейлу зелье, затем Перун записывает ощущения Архимага, нейтрализуешь зелье настоем гербенационного мха, и повторяешь уже с другим зельем. Всё поняла?

– Да, магистр, – покорно ответила я, внутренне ужасаясь, что придётся достаточно долго оставаться с Мордейлом наедине. – Вы скоро вернётесь?

– Часа через три – четыре. Только не говори мне, что боишься не справиться с таким простым заданием? – недовольно пробурчал учёный.

– Вовсе нет, удачного эксперимента, – ответила я, обречённо, наблюдая, как Леннард Вебстер покидает лабораторию.

– Радуешься, что останешься наедине с лордом Мордейлом? – раздался противный голос Перуна.

– С чего бы это? – я обернулась и вперила в наглое магическое создание злой взгляд.

– Вы так долго были вдвоём в подсобке… – ехидно протянуло перо, взлетая на стопку книг как на трибуну для вещания. – А звуки, которые оттуда доносились…

Перун стянул свои маленькие губки в трубочку и принялся издавать звуки, отдалённо напоминающие поцелуи.

– Заткнись сейчас же! – я с ужасом покосилась на дверь, ожидая, что вот-вот войдёт Мордейл и услышит это всё.

– Я всё слышал… У меня великолепный слух… – перо прищурило свои глазки и покосилось на меня, ожидая реакции.

Я поддалась на провокацию и с негромким криком ярости прыгнула к Перуну, пытаясь схватить его:

– Ничего такого не было! Архимаг просто отругал меня за плохое поведение!

Перо шустро взлетело под потолок, стряхивая мне на голову мелкие белые пушинки.

– Мерзкий маленький засранец! – пригрозила я, забираясь на лабораторный стол и пытаясь схватить перо. – Только попробуй сказать что-то магистру! Я тебе устрою! Это клевета!

Перун весело захихикал и скользнул в сторону уворачиваясь.

– Целовалась! Целовалась! – противный голосок звенел в лаборатории, заставляя меня почти трястись от ярости.

Я застыла прямо на столе, сосредоточилась, призывая магию воздуха, и пытаясь с помощью воздушных вихрей притянуть к себе перо, но ничего не выходило. В порыве отчаяния я крикнула, размахивая руками:

– Ни с кем я не целовалась! Врун!

И тут магия сработала, Перун, остервенело размахивая пушинками в попытке улететь, всё-таки опустился мне в руку. Я сжала маленького засранца, мстительно представляя, как повыдираю ему все пушистые ворсинки.

– Что у вас здесь происходит? – раздался голос Мордейла за моей спиной.

Я уловила едва сдерживаемые нотки смеха и залилась краской. Он слышал?

Повернулась и вдруг осознала, что всё ещё стою на столе, сжимая в руке Перуна. Тот молчал, боясь привлекать к себе внимание Архимага. Улыбнулась, понимая, насколько глупо выгляжу. Видимо, это Реймонд притянул ко мне магическое перо, у меня самой не получилось бы использовать магию воздуха, она почти не подчинялась мне.

– Он сломался… То есть расколдовался! – я помахала Перуном перед собой. – Нужно показать его магистру! Пусть заново наложит на него чары!

Спрыгнула со стола и побежала к кабинету Леннарда Вебстера, запихнула туда Перуна и закрыла дверь напоследок зло прошипев:

– Ты пожалеешь!

Мордейл сел за стол, продолжая наблюдать за мной. На нём была белая немного свободная рубашка. Я увидела, как он принялся закатывать рукава и скорее отвернулась, подошла к зельям, взяла одно из них и слегка взболтала:

– Магистр уехал на какое-то время. Вам, Лорд Мордейл, нужно будет выпить зелья по очереди…

– Ты целовалась с пером? – прервал меня Реймонд, с явной улыбкой.

Я обернулась и вздёрнула нос:

– Перун всегда болтает чепуху! Вам послышалось, Великий Архимаг.

– Когда мы вдвоём, можешь звать меня по имени, или ты опять язвишь? – спросил Мордейл.

Я с подозрением уставилась на колдуна. Он вёл себя странно. В его тоне не было привычного раздражения.

– Как скажешь, мне и правда так привычнее, – ответила я, протягивая ему зелье.

Он коснулся меня лишь кончиками пальцев, но я вздрогнула и едва сдержалась, чтобы не отскочить. Как же ненавижу это чувство беспомощности перед ним!

– Почему ты не убил Блюстителей чистоты крови? – выпалила я, недовольно сверля мага глазами. – Ты обещал.

Реймонд устало вздохнул, опрокинул в рот зелье, слегка поморщившись:

– Горчит… – пояснил он, кивая на склянку. – Я не могу просто взять и убить самых богатых и влиятельных людей Милинора. То есть могу, конечно… Но это вызовет вопросы. А в моём положении лишние вопросы ни к чему. Но мы разрушим их изнутри.

– Ты доверяешь лорду Вермелиону? – хмуро уточнила я.

– Их семья всегда была верна мне, даже в самые тёмные времена, – убеждённо заявил маг, не глядя на меня.

– Запиши свои ощущения, – я сунула Реймонду лист бумаги и перо.

– Никаких изменений, – пробормотал маг записывая.

Я следила за его сильными руками, позволяя себе эту слабость, пока Мордейл не видел.

– Что они тебе сделали? Блюстители чистоты крови? – Реймонд поймал мой взгляд.

Закусила губу, чтобы не ляпнуть лишнего, и отрезала:

– Я не хочу говорить.

Но мне хотелось рассказать ему. Хотелось, чтобы он узнал обо мне всё. Чтобы принял меня такой, какая я есть. Глупо и наивно, но я лелеяла в себе надежду, что однажды смогу быть просто собой. Без лжи и недомолвок.

– Ты что-то скрываешь. И я мог бы узнать всё силой, – Реймонд недовольно поднял бровь. – Но не буду.

– Когда-нибудь я расскажу тебе. Но не сегодня, – устало выдохнула я, нервно вцепляясь пальцами в юбку платья.

– Я буду ждать, – улыбнулся он.

Вот так просто? Даже не будет настаивать и угрожать?

От его улыбки хотелось спрятаться, настолько невыносимо приятно. Я отвернулась и принялась со всей силы взбалтывать следующее зелье.

Иногда жутко от его непредсказуемости. Рядом с таким мужчиной следует всегда быть настороже. Неизвестно, что он выкинет в следующую минуту.

– Почему они убили твою мать? – я произнесла это и тут же прикусила язык. Просто хотелось узнать его получше. Разве в этом есть что-то плохое?

Я не оборачивалась, потому что страшно. Страшно, что скажет замолчать, не лезть в его жизнь, заняться своими делами.

– Она была… Другой, – как бы нехотя и с досадой произнёс Реймонд. – В кругу отца это считалось непозволительным.

От чего-то сердце сжалось, я обернулась, забыв про зелье. Посмотрела в его глаза и увидела затаённую печаль.

– Человеком, – добавил он.

– Человеком? – повторила я за ним удивлённо.

Колдун поднял сердитый взгляд:

– Уж не думал, что для тебя это важно.

– Конечно, нет! – поспешно проговорила. – Просто я удивлена! Ты такой сильный маг! Никогда бы не подумала, что…

– Что я полукровка? – усмехнулся он, откидываясь на стуле и глядя на меня странным взглядом. – С самого детства мне приходилось доказывать всем и каждому, что я чего-то стою. Мать всегда поддерживала меня, пока ублюдки не убили её.

– Но за что? Она была из Арванда? Из-за этого? – растерялась я не понимая.

– Она была с других мест… – поморщился Реймонд. – Есть такой мир, где-то на стыке вселенных, там всего одно солнце, представляешь? И целая россыпь звёзд на небесах. У нас всего два небесных светила, а там миллионы. Чудеса.

Я застыла, удивлённо глядя на мага.

– Уж не знаю, как они с отцом отыскали друг друга… Но она всегда была здесь чужой. Успокоение мать находила лишь в храмах, – продолжил Реймонд. – Что с тобой? Тебе неинтересно?

Я подалась ему навстречу и села напротив, не отрывая взгляда от мага:

– Просто представила чужие небеса и тысячи звёзд. Уверена, это незабываемое зрелище…

– Хочешь, покажу? – Реймонд протянул мне руку.

Я замерла, глядя на его ладонь.

– Это не опасно, ну же… Всего лишь иллюзия. Картина, навсегда застывшая в моей памяти с детства. Отец поделился когда-то.

Я молча коснулась его горячей кожи и внезапно очутилась в еловом лесу. До боли знакомый запах врезался в лёгкие, напоминая о доме. Против воли на глаза навернулись слёзы, я сморгнула их и увидела Реймонда, он стоял и смотрел на меня внимательным взглядом.

– Взгляни наверх, – улыбнулся он.

Я подняла голову и увидела земное небо, чистое и безоблачное. Привычная и милая сердцу картинка. Но так сладко ноет от неё внутри, я ведь уже и не надеялась увидеть эту красоту снова.

Повернулась к Реймонду и улыбнулась, а он нахмурился, должно быть рассмотрев в моих глазах слезы.

– Просто потрясающе красиво, – пробормотала я, оправдываясь и чувствуя себя по-глупому сентиментальной.

Внезапно мы снова очутились в лаборатории, я вскочила со стула, вырывая свою ладонь. Когда он успел так крепко сжать её?

Сунула Реймонду в руку нейтрализатор и отвернулась, вытирая слёзы.

– Ты такая нежная и чувствительная, птичка… – донеслось мне из-за спины. Я молча уткнулась в записи магистра Вебстера, успокаивая мечущееся в груди сердце.

Слышать, что Реймонд вот так просто говорит о себе, о своём детстве – это что-то почти дикое. Я не думала никогда о том, что он был ребёнком. Почему-то казалось, что Мордейл был такой всегда – одетый в чёрное аристократ, с язвительной улыбкой, властными жестами и бесконечно ледяным взглядом. И сразу уверенный в себе и сильный, как никто другой.

– Её смерть сломала отца. Он стал жалким. – продолжил между тем колдун. – А Блюстители чистоты крови воспользовались этим. Втоптали в грязь нашу семью, лишили всего. Но это лишь кучка зарвавшихся аристократов, которые, пользуясь привилегиями, обогащаются за чужой счёт, прикрываясь старыми и никому не нужными традициями. Я убил всех, кто был виновен. – усмехнулся Реймонд, вскинув голову. – Но этого мало. Придёт время, и я вырежу под корень эту заразу.

– И где сейчас твой отец? – спросила осторожно, боясь спугнуть откровенность.

– В вечной тьме, – простой и хлёсткий ответ.

В его рассказе об этой трагедии нет боли, лишь цинизм и расчёт. Вот откуда холод и недоступность в синих глазах самого волнующего мужчины в моей жизни. Ничего не чувствовать – давно стало привычкой, вросло в саму суть Мордейла. Разговор расставляет всё по своим местам.

Мы молчали какое-то время. Не жалеет, что рассказал? Вряд ли он вообще когда-то жалеет о своих поступках…

– Зачем ты выбрала боевую магию? – Мордейл снова заводит разговор.

Значит, всё-таки видел меня, валяющуюся на траве в полудохлом состоянии.

– Случайно вышло… – пискнула я, протягивая ему следующее зелье и делая пометки в записях магистра.

– Уверена, что выдержишь? – ухмыльнулся он, бросая на меня проницательный взгляд.

– Не уверена. И почему именно Алана? – возмущённо спросила я. – Разве она не должна быть рядом с тобой, как Алан?

– Она позволяла себе лишнее, – голос Реймонда стал суровым. – Ректор Адэртад любезно согласилась принять её в академию.

Я на миг замерла нахмурившись… Забота. Алана позволяла себе заботу о нём. Она сквозила во всех её действиях, в каждом жесте.

– Ты наказываешь её, – догадалась я. – Она этого не заслужила.

Не то чтобы я сочувствовала белобрысой. Но должно быть ей очень больно осознавать, что её вот так предали. Зачем он так поступил?

– Никто не смеет указывать мне, что делать. Выставлять меня слабым и беспомощным, – отрезал колдун.

– Не обязательно кому-то что-то без конца доказывать, – покачала головой я. – Иногда можно просто быть собой с теми, кто не будет осуждать тебя.

– Это не мой случай, Аделаида. Слишком многое стоит на кону. – ответил Реймонд, вставая и теперь глядя на меня с высоты своего роста. – Милинор не прощает слабость. Здесь сотни сильнейших колдунов мечтают занять моё место. Стоит им лишь почувствовать хоть малейшую уязвимость…

– Они все хотят быть ближе к власти… – вспомнила я слова магистра Вебстера и с тревогой посмотрела на Мордейла.