# ВИСО

Александр Черепанов

Далёкое будущее. Люди колонизировали многие планеты, обустраивая на них фермы по производству необходимых необходимых вещей, оборудования, продуктов питания и даже хранения опасных отходов! Планета, название которой – ВИСО, как раз является такой.

© Александр Черепанов, 2023

ISBN 978-5-0051-8819-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## ПРОЛОГ

Привет, мой дорогой читатель. Обращаясь к тебе, в самом начале моей книги, я хочу погрузить твое сознание в особую атмосферу, совсем неизведанную для тебя, о которой много думают, говорят, пишут, но видят разве что во сне. А именно, рассказать тебе историю нашего будущего.

Возможно, что с чем-то ты не согласишься, а что-то наоборот порадует тебя, я допускаю и принимаю разные варианты полета твоей фантазии. И делаю это только для того, чтобы прочитав мой роман, ты нашел в себе силы что-то изменить в своем настоящем, что-то создать или изобрести, тем самым сделав наше будущее прекрасным и светлым. Уверен, что каждый этого хочет. В каком бы году, ты не взял в руки мое произведение, смысл его будет неизменен, и он будет понятен всем людям на земле еще тысячи лет. Я верю в тебя! А вот сейчас будь внимателен, я расскажу тебе совсем немного, совсем чуть-чуть, чтобы ты смог хотя-бы поверхностно погрузиться в наш будущий мир и понял всю его жизнь, законы и правила.

Уже много лет, я задаю себе вопрос: Сможет ли человечество эволюционировать на столько, что посетит все планеты во вселенной? Или хотя бы объекты одной, нашей галактики. Найдет ли в себе силы и смелость бросить вызов неизведанному?

Космос прекрасен. Что мы о нем еще знаем? Он огромен, красив, интересен. И совершенно не изведан! Сколько в нем спрятано будущих открытий? И представить страшно…

Этот вопрос волновал человечество когда-то, очень давно. В те древние времена, когда самый продвинутый шаттл мог долететь разве что до луны. Человек на Марсе скажете вы? В то время об этом только мечтали.

Но развитие неумолимо набирает обороты, и вот уже ракеты с людьми могут высадиться не только на Марсе, но и на любой другой планете солнечной системы. Через сотню лет, луна для людей становится чем-то вроде стоянки и местом отдыха, на пути к следующей планете. Космический туризм находится в стадии активного развития.

В пределах солнечной системы, путешествие обходится недорого, плюс скидки по праздникам. Посетить Луну на выходных, и полюбоваться видом Земли? Никаких проблем.

Не успели опомниться, и мы уже улетели так далеко, что проходит неделя, чтобы добраться до самых дальних уголков прекрасного «млечного пути».

Каждое планетарное образование в космосе тщательно проверяется на предмет дальнейшей эксплуатации. Какие то объекты представляют из себя животноводческий интерес, какие то сельскохозяйственный. Где-то добывают руду, а где-то шьют одежду. Огромные астероиды-спутники служат очень удобным перевалочным пунктом для отдыха, на длинном межгалактическом маршруте.

На многих планетах ведется всего лишь один вид деятельности и люди, живущие на ней, заняты одним общим делом. Такие планеты носят название – монопланета. Люди на них живут, создают семьи, работают, старют и умирают, проводя все свои годы на одном из таких космических тел. Монопланеты становятся очень популярным местом жизни, так как оказалось, что порядок в обществе, уровень жизни и выгода от проделанной работы, на таких объектах, намного выше, чем на планетах, которые имеют на себе множество производств.

А что же касается Земли? Наверное, спросите вы. Земля в наши дни это Рай. На этом самом месте можешь улыбнуться, мой читатель, только представь! И так, продолжаем. Рай настолько, насколько его можно себе представить. Все сыты, обуты и счастливы. Нет места войнам и всевозможным конфликтам. Границы между странами давно стерты. Решены все проблемы человечества, которые не решались со дня сотворения мира.

На Земле больше не существует опасных и вредных производств. Леса восстановлены, реки очищены, воздух не загрязнен. Чудеса скажете вы? Нет. Это наше будущее. А оно само по себе является чудом.

Добыча руды, нефти, газа, все это давно покинуло нашу солнечную систему. Перенеслось подальше от Земли, на совершенно нетронутые, более богатые залежами безжизненные объекты.

Миллионы лет планета ВИСО безмолвно «висела» в нашей галактике, как и тысячи ей подобных. Она была обычным камнем, песчинкой, в необъятном пространстве вселенной. Пока однажды не привлекла внимание людей своим местоположением, размерами и рельефом поверхности. Как и другие, колонизированные планеты, она была необходима человечеству, как и другие сейчас, выполняет свою важную роль.

Ее предназначение было вовсе не в размерах и наличия жизни. А именно удаленность от иных объектов, сделала ее уникальной. Зачем она вообще нужна, и на что может сгодиться? Логично спросите вы. Отвечаю: Уже давно пришла пора вывезти и утилизировать подальше от Земли отходы ядерных и других опасных производств.

С развитием энергетики, было сделано немало открытий и внедрено немало идей. Например, была создана новая энергетическая станция, которая производила энергию совершенно иным способом, нежели мирный атом. Одна станция может давать столько энергии, что ее хватит на четверть земного шара. На Земле таких станций четыре. А по всей Галактике и посчитать трудно, но возможно, так как за всеми станциями такого типа, ведется серьезный контроль. У этого вида энергетических станций есть один минус – отработанное топливо, опасней открытой ядерной реакции в тысячи раз. Само нахождение его на Земле, или другой планете, грозит катастрофой, и его необходимо как можно скорее утилизировать.

Изначально этот яд хранили на планете Земля. Загоняя глубоко в плодородную почву, где он веками отравлял землю, загрязнял воду, убивал все живое и превращал некогда зеленые леса в безжизненные пустыни, ведь ни что не может долго жить рядом с серьезным уровнем загрязнения.

Проходят годы, и положение становится бедственным. Необходимо очистить планету Земля от накопившегося мусора, грязи, отходов, иначе наша колыбель цивилизации прекратит свое существование.

Были приняты срочные, и как показала история, правильные меры, для дальнейшей утилизации загрязнений. И вот контейнеры, наполненные опаснейшими отходами производств и прочим вредным мусором, потянулись со всех концов обитаемой галактики на ВИСО, чтобы навечно остаться в ее недрах.

И наконец, за долгие столетия, наша планета смогла впервые вздохнуть спокойно. Она излечилась от болезни, которая была хронической для нее. Ее исцеление это самое настоящее чудо! А что я вам говорил про чудеса? Правильно. Чудо – это наше будущее!

## ГЛАВА 1. «ПЛАНЕТА ВИСО»

Планета ВИСО.

Станция приемки опасных грузов.

Пост дежурного смотрителя.

Ночь.

В бескрайнем пространстве галактики, далеко от солнечной системы, находится одинокая планета ВИСО. Она не имеет спутников и близлежащих космических объектов, которые бы составляли ей компанию в этой космической, пространственной черноте. Она такая одинокая и опасная, что о ней мало кто говорит или вспоминает. Про нее не рассказывают в новостях, никакой конкретики люди не знают, да и немногие хотят что-то знать. А тех, кто побывал на ней, крайне малое количество, чтобы найти их и расспросить. Космический объект, под названием ВИСО, можно охарактеризовать одним предложением – это опасный, охраняемый, закрытый объект.

Сейчас ВИСО, как всегда, висела серым камнем в бескрайнем холодном космосе, ожидая очередную партию транспортных кораблей, которые стягивались к ней и днем и ночью. То, что планета обитаема, можно было судить только по этим прилетающим и покидающим планету огромным межгалактическим буксирам. Иногда, в ожидании разрешения на посадку, они выстраивались ровными шеренгами на орбите этой, практически мертвой, планеты, образуя забавные ряды очереди, словно покупатели в супермаркете.

На самой планете, слабо узнаваемая ночь, опустилась над станцией приёмки опасных грузов, погрузив практически всех ее работников, в сон. Кабинеты и переходы были непривычно пусты, а герметичные двери спален – заперты, создавая тишину всем, кто остался бодрствовать.

Длинные коридоры, одного из спальных блоков, подобно солнечным лучам, устремлялись в разные стороны из одного помещения, которое выглядело как полукруглый зал, из которого можно было пойти в любом направлении уходящих тоннелей. Впервые оказавшемуся здесь человеку, эти тоннели напомнили бы переходы метро, где-то глубоко под землей, только за место углубленных металлических рельсов – ровные бетонные стены и полы, а за место быстрых поездов – люди и роботы.

Здесь, в полукруглом зале, несли круглосуточную вахту смотрители станции, которые сменяли друг друга с наступлением новых двенадцати часов. Специально оборудованный пост, располагался возле стены, ровно посередине полукруглого помещения. Хотя, «постом» это было трудно назвать, два стола, на которых располагались компьютеры и техника, два стула, и большое количество передатчиков, раций и прочего оборудования, спрятанных в ящиках столов, необходимых для оказания помощи и экстренного информирования всех сотрудников, в случае необходимости.

Смотритель, по имени Залай, привычно дремал, на своем привычном месте, в своей привычной позе, удобно уперев колени в широкую ножку стола, а спиной прижавшись к стене. Для обычного человека, такая поза никогда не позволит ему уснуть, но Залай был опытным смотрителем, и уже не представлял себе другого времяпрепровождения, на своем ответственном участке. С виду, он продолжал стоять, слегка присев, и нес свою вахту как положено, но в действительности – дремал, что не на есть самым, нахальным образом, хотя его сон был настолько чутким и мимолетным, что даже каждое маломальское движение или самый слабый шорох, был способен разбудить его. Сейчас его дыхание было ровное, глаза закрыты, а лицо выдавала полное погружение его сознания в сладкую дрему.

Вдруг, неожиданный, еле слышимый звук чьего-то голоса, вывел его из спящего состояния. Резко проснувшись, он открыл глаза, встал в полный рост, отошел от стола, который многие годы служил ему опорой для сна, и осмотрел уходящие коридоры станции. Ничего. Абсолютно. Ни голоса, ни движения. Но только что, сквозь сон, он слышал чей-то голос, или ему это приснилось? Залай протер свои глаза руками, затем приложил свои волосы на голове. Его хмурые брови, прищуренные глаза и кривоватый рот, застывший, в такой форме, скорее от смущения, выдавали растерянность и глубокие размышления.

Если он сейчас ничего не слышит, то наверняка увидит в камеры слежения того, кто только что разбудил его. Залай подошел к столу и всмотрелся в монитор, показывающий картинки коридоров, уходящих в даль. Никого! Немыслимо! Пустые, ровные тоннели, были абсолютно безлюдны. Ну, хорошо, возможно камеры не показывают все углы спального блока, и человек находится как раз в этих слепых зонах, но почему он перестал говорить. Возможно, ему просто приснился сон, очень правдоподобный сон, и не такое ведь бывает в жизни, особенно за бесчисленные миллионы километров от Земли.

Залай выпрямился и снова вслушался в тишину. Такого никогда не было раньше, не мог он просто так всполошиться, из-за правдоподобного сна. Или мог? В недоумении, растерянный сморитель, продолжал стоять на месте и озираться по сторонам. Внезапно, вновь послышался голос, тот же самый, что разбудил его несколькими минутами ранее. Кривая ухмылка расплылась на лице Залая, все-таки ему не приснился сон, и он не сошел с ума, голос действительно существует!

Прислушиваясь, откуда доносится разговор, он выбрал предполагаемое направление движения и осторожно шагая, пошел в самый левый коридор. С каждым его шагом, звук голоса нарастал, и вот уже можно было расслышать некоторые слова, а затем стало слышно практически все, что говорил, неизвестный человек:

– Что вы наделали? Я же предупреждал вас!

Несомненно, этот, пока еще, неизвестный нарушитель спокойствия, старался произносить слова тихо, но с явно выраженной интонацией и достаточно эмоционально. Голос, абсолютно точно, принадлежал мужчине.

Залай, продолжал приближаться к нарушителю спокойствия, пока не дошел до поворота. Т-образный, коридорный перекресток, предлагал на выбор направление движения, влево или вправо, но смотритель уже знал куда идти. Тот, кто не спал, и говорил в коридоре, посреди ночи, был где-то недалеко, за правым поворотом. Залай все ближе подходил к углу коридора, а тем временем, мужской голос продолжал:

– Я все понял. Мы решим этот вопрос. Без паники, я сказал! Собирайтесь и ждите меня.

Как только мужчина, произнес эти слова, то сразу замолчал. Видимо, он услышал шаги Залая, который был уже возле поворота.

Удивившись, неожиданно резко, повисшей тишине, Залай сделал несколько быстрых шагов и резко повернул за угол, практически выпрыгивая из своего коридора, готовясь встретиться лицом к лицу с этим неизвестным мужчиной, и спросить его, почему он не спит и не находится в своей комнате ночью. Но, к его величайшему удивлению, после поворота, он снова увидел абсолютно пустой коридор. Невероятно! Кто-то только что был здесь и с кем-то разговаривал. Судя по эмоциональному тону голоса, этот человек был чем-то обеспокоен и взволнован. Возможно, что-то случилось и ему нужна помощь? Но кому именно, осталось загадкой, вид пустого коридора не давал пояснений, и не раскрывал никаких вопросов. Не готовый увидеть пустоту, Залай пошел вперед, обращая пристальное внимание на любое движение и закрытые двери спальных комнат. Звук его шагов эхом разносился по вытянутому пустому помещению. Не прошло и нескольких минут, как он уже стоял на противоположном конце коридора, возле следующего Т-образного перекрестка. Вокруг ни души. Все спят. Кто был этот человек, который не спал ночью? Что с ним произошло? Куда он делся?!

В полном неведении и смущении, смотритель вернулся на свое рабочее место, и вновь вслушался в тишину уходящих от него тоннелей. Ничего. Тишина. Все это очень странно. Мысли Залая теперь изменились, он больше не думал о том, кто разбудил его своими разговорами, вне своей комнаты, сейчас он думал только об одном, стоит ли вносить этот эпизод, в утренний отчет, в конце его рабочей смены?

– Нет, не стоит! – проговорил он сам себе.

Это лишняя морока и трата времени. И к тому же, что могло случиться? Ничего! Видимо кто-то из сотрудников, звонил домой и вышел из своей спальни, чтобы МИРО, не смог услышать разговор. Это обычные семейные секреты, не более! И этот секрет не следует разглашать всем сотрудникам станции и копаться во всех его подробностях.

– Надеюсь, все будет хорошо, – тихо произнес Залай, и приняв, свою привычную, полусидящую позу для сна, продолжил нести свою вахту в ночную смену.

Планета ВИСО.

Станция приемки опасных грузов.

Спальный корпус.

Комната начальника станции – №31.

Ночь.

Ветер, сильными порывами бился о стены станции, огибал ее сверху, и проносил над ней свои волнообразные потоки пыльного воздуха. Непогода, все больше и больше заносила песком и песчаной пылью ее наружные бетонные ограждения, так, что вскоре должны были засыпать полностью все бетонное сооружение, на подобие занесенного песком Большого сфинкса в Египте. Покатые углы строения, направляли сильные потоки отравленного воздуха блуждать над самим зданием, и казалось огромное монолитное здание, находится под всей этой разбушевавшейся стихией.

Разглядеть что-либо, в таком урагане было невозможно, только несколько внешних прожекторов, едва освещали основные пункты станционных пропусков. Из-за непогоды, становится невозможным разглядеть даже самые яркие звезды в небе и силуэты далеких планет, скрытых в туманной дымке. Сейчас видна только одна чернота космоса. Внизу, несколько лучей прожекторов, выхватывают некоторые важные объекты станции. Только этот яркий свет говорит о том, то на этой планете, и внутри этого бетонного саркофага, живут люди.

Внутри станции, в коридорах спального блока, царила полная тишина, про такую, еще говорят, что она «давит» на сознание человека, своей пугающей монотонностью и бесконечностью. Практически все пространство было безжизненно, только ровные светло-серые стены по бокам и напольное темно-серое покрытие внизу, с указаниями необходимых направлений движения буквами и стрелками. На потолке чернели прямоугольные решетки вентиляции, соседствующие с вытянутыми яркими лампами, которые тянулись узкой полоской, на всю длину коридора. На стенах с обеих сторон, вдавленные дверные проемы спальных комнат, нарушали прямоту линий этого бункера, они размещались на ровном расстоянии друг от друга, то всплывая, то вновь пропадая в стенах.

С первого взгляда было понятно, что в этом здании нет места архитектурным изыскам и модным дизайнам, все эти стены предназначены только для одного, обеспечивать безопасность сотрудников, проживающих на станции. По внутреннему обустройству и восприятию, сооружение напоминало военный режимный объект. Яркое освещение наполняло светом всё коридорное пространство, не оставляя даже малейшего уголка для темноты.

На каждой двери светится голограмма, прямоугольной формы, информирующая весь персонал, о номере комнаты, кто живет в данном помещении и какую должность занимает. Тонкая, красная полоска вверху двери, наглядно показывает, что в данный момент дверь заблокирована, а над полоской находится экран, который в свою очередь отображал образ человека, какие можно встретить в общественном транспорте Земли. От количества находящихся человек, в отдельно взятой комнате, зависело количество светящихся «человечков», над полоской блокировки двери. В данный момент, практически все двери комнат персонала станции, украшал один человек, стоящий на красной полосе. Была глубокая ночь и все сотрудники спали в своих апартаментах.

В каждом конце, длинных коридоров, высоко под потолком, висели часы, которые проектировали время в цифровом обозначении. На серой бетонной стене, ярко синий цвет цифр, был виден даже с дальнего расстояния. Такие часы проектировали время не только в спальном блоке станции, но и практически в каждом помещении, оповещая весь персонал, который сейчас час, дня или ночи, так как на ВИСО, редко можно было распознать время суток, выглянув наружу станции через защитное стекло, как это делают на Земле. Часто сумрак окутывал всю планету, через пелену которого, было невозможно определить, утро сейчас, или еще ночь.

Сейчас часы транслировали время – «2:29». Моргая двумя, ярко-синими разделительными точками посередине, создавая единственное световое движение.

Начальник станции приемки опасных грузов, Рэндолл Леон, крепко спал в своей кровати, комнаты №31, когда вдруг прозвучал короткий сигнал, и вся комната окрасилась в красный цвет. Из-за небольших размеров комнаты и отсутствия света, эффект красной «люстры» был увеличен в разы. Звук был прерывистый, напоминающий азбуку Морзе, но достаточно знакомый, чтобы Рэндолл сразу же открыл глаза и проснулся. Красная лампочка светила из левого верхнего угла его спальни, и о том, насколько сильно светит данный индикатор, оповещающий об опасности, он узнал только сейчас.

Жилое помещение спального корпуса больше напоминало бомбоубежище. Отсутствовали окна, низкие потолки создавали ощущение сдавленности, к которой быстро привыкаешь. Проемы дверей не имели острых углов, сверху и снизу были арочного типа, как каюты на старом корабле. Комната была правильной квадратной формы, длинна стен которой, не превышала десяти шагов. Во всем помещении можно было заметить только две двери, одна, дверь выхода, вела в общий коридор, другая, в душевую комнату и туалет.

Все жилые комнаты имели одинаковую планировку, и раньше, случалось так, что перепутав свое помещение с чужим, сотрудник станции даже не замечал этого, а просыпался от того, что его в грубой форме будит настоящий хозяин спального места. Сейчас, об этом уже мало кто помнит, ведь новые пропускные технологии, уже давно не позволяют приватизировать чужое жилье.

Кровати, располагались посередине комнаты, касаясь стен только спинкой изголовья. Справа и слева стояли прикроватные тумбы. Напротив кровати стояли столы и стулья. Именно стулья были единственной мебелью, которую можно было двигать, все остальное было прикреплено к полу. Шкафы располагались справа от кровати, от которых виднелись только двери, все они были вмонтированы в толстые стены станции, и тянулись вдоль всего помещения до самой входной двери. Полки для вещей и книг, располагались по периметру комнаты на уровне глаз и были намертво вмонтированы в бетон.

Свет тревожного сигнала придавал этому помещению еще более мрачный вид. Все интерьеры и мебель отбрасывали черную тень, от маленького красного огонька.

Прерывистый, громкий звук, пульсировал в ушах Рэндолла. От неожиданности такого пробуждения, первое чувство которое он ощутил, был страх. Страх того, что уже произошло что-то непоправимое. Главным фактором, вызвавшим такую реакцию, было неизвестность причины возникновения красного света, в его комнате, и громкого звука аварийного сигнала в его ушах. Чувство паники полностью овладевало сознанием сонного мозга, которое по мере пробуждения, перерастало в тревогу. Его сердце колотилось как мотор машины, которая рвется по трассе вперед, к установлению нового мирового рекорда по скорости. От неожиданно возникшего страха, его руки и ноги похолодели, а на лбу выступил холодный пот.

Более менее проснувшись, и придя в себя, Рэндолл сел на кровати, попытался собраться и обуздать свои мыли, которые так и норовили ускользнуть из его головы, и тянули его сознание обратно в сон.

Красный свет предупреждает об опасности, или наступления ее угрозы. В здешних местах, эта лампочка должна была гореть двадцать четыре часа в сутки, но как ни странно, этого не происходило. Наоборот, удивляло то, что она загорелась впервые. Рэндолл не мог поверить своим заспанным глазам, которые еще не привыкли к свету. Его сон улетучивался, так же, как и планы спокойно отдыхать до самого утра.

Сидя на кровати, он быстрым взглядом осмотрел помещение. Каждый миллиметр этой комнаты был знаком. За долгие годы жизни на станции, все ее объекты и даже небольшие детали откладываются в памяти и если бы на станции, когда-нибудь, пропал весь свет, Рэндолл без труда бы смог добраться в любое место, не столкнувшись не только со стеной, но и даже с маленьким стулом, оставленным на привычном месте.

Скинув одеяло, он вялым голосом спросил:

– Который час?

Спустя секунду, знакомый ему голос произнес:

– Половина третьего. Сработала система безопасности. Могу я чем-то помочь?

Казалось кто-то стоит у него за спиной. Незнакомец находился в его комнате и поддерживал разговор бодрым и четким голосом.

Голос звучал сразу из нескольких динамиков, которые по ощущениям располагались по периметру комнаты, заполняя собой все помещение, перебивая даже звук аварийной тревоги. Впервые за несколько минут, Рэндолл не слышал этого звонкого, противного сигнала.

Невидимый помощник практически всегда присутствовал рядом с каждым членом станции, независимо от местонахождения, он незримо следил за каждым обитателем здешних мест.

– Что происходит? – Рэндолл в очередной раз потёр глаза.

Механический тон голоса тут же ответил:

– Сработала система безопасности. На территории станции и в радиусе десяти километров от нее, превышен средний уровень радиации и отравляющих веществ.

– Что? – этот вопрос был задан больше самому себе. – Не может такого быть! – громко крикнул он. Именно эти слова выражали его гнетущее состояние при виде этого сигнала.

Красный свет лампочки сулит большими проблемами, и не только сотрудникам его станции. Под угрозой заражения могут оказаться и другие жилые объекты на планете, которых насчитывалось более ста.

Рэндолл еще раз осмотрел свою неуютную жилищную площадь. Что вдруг могло случиться на станции, снабженной всеми степенями защиты, которые только можно придумать и представить. Красная лампочка продолжала гореть, заставляя Рэндолла вставать с кровати, и выяснить с чем приходится иметь дело.

Не получив хоть какой-то ответ, на свою эмоциональную речь, он попытался встать, но сделать это оказалось не просто. Левая нога была как будто свинцовой, видимо он отлежал ее во время крепкого сна. К эмоциональной встряске добавилась еще и физическая боль. Выпрямляя ногу, Рэндолл, сам себе задавал вопросы: что сегодня за день? Почему это происходит ночью, да еще когда я отлежал свою ногу! Это все случилось от того, что я спал как убитый, в полной отключке? Причинно следственные связи, так и возникали в его сознании, требуя тщательней рассмотреть каждую и выбрать виновницу этого ночного происшествия.

– Какие у нас еще новости? – неожиданно и иронично вспомнил про своего незримого друга Рэндолл. Сейчас ему необходима была поддержка советом и получение дополнительной информации.

– Сработала система безопасности. Могу я чем-то помочь?

Ответ был предсказуем, но контакт с компьютером был снова установлен. Паника отпустила сознание Рэндолла, и ее место окончательно заняла тревога.

Голос, с которым общался Рэндолл, мог быть разным, в зависимости от предпочтений хозяина жилья. Его носителем был компьютер, практически человеческий мозг без тела, самый разумный сторож местных планет. Друг, или дополнительный член семьи. Люди называли его по-разному, кто-то даже давал ему имя. С давних пор его присутствие было обязательным в каждом доме, в каждой комнате, или даже в техническом помещении. Он нес круглосуточную службу, следил за домом и его хозяином, предоставлял необходимую помощь и информацию, сам мог помочь с бытовой техникой, например, включить телевизор или стиральную машину. Современная жизнь не может существовать без него, к тому же все понимали одно – он полезная штука, которая намного полезнее даже некоторых людей.

Этот компьютер-помощник имеет название – МИРО. Его система, как целый организм, переплетена между домами, заводами, барами и даже складскими помещениями, в общем, везде, где присутствует человек. Благодаря такой сильно разветвленной системе, МИРО всегда может предотвратить или предупредить об опасности или угрозе. С помощью камер он следит за всем живым на доверенной территории и если тем потребуется помощь, сразу же окажет ее, вызвав необходимых специалистов. Его обязанность, быть полезным и осуществлять помощь людям, в любой жизненной ситуации. Если бы он нуждался в рекламе, идеальным слоган для него был такой: «Будь ты человек или котенок, МИРО придет на помощь, если это будет необходимо!»

Рэндолл встал, превозмогая боль, из-за тысячи игл, пронзающих его ногу. Медленно преодолевая путь от кровати к своему компьютеру, хромая и покачиваясь, он проходил мимо мебельных дверей шкафов, встроенных в стену, как вдруг, заметил свое отражение в зеркале, которое крепилось на дверце одного шкафа. На мгновение его взгляд задержался, фокусируясь на отражении в красном свете. Все это, было довольно непривычным, пугающим и одновременно интересным.

– Самое время проявлять пленку, – ухмыльнувшись, сказал он вслух сам себе.

Зеркало, довольно четко отражало, как его густые брови подпирали широкий лоб, на котором виднелись несколько глубоких морщин. Волосы, как и прежде, были коротко подстрижены, полностью демонстрируя всю форму его черепа. Щетина недельной давности придавала ему брутальный вид и немного старила, прибавляя лишних пять – десять лет.

Продолжая идти, он медленно шагал, пока не миновал зеркальные двери шкафа и подошел к столу. МИРО по-прежнему молчал, ничем не выдавая свое присутствие. Только тихий гул вентиляционной системы, с периодически возникающим громким писком аварийной тревоги, нарушали идеальную тишину.

Он слегка дотронулся до компьютера на своем рабочем столе. Прямо на рабочей поверхности сформировалась картинка, наглядно, показывающая из-за чего сработал датчик. В пояснении было указано: «Повышенный уровень опасности. В воздухе наблюдается большое количество отравляющих веществ и радиации».

– МИРО, выключи эту сирену, я уже встал! – Рэндолл посмотрел на потолок своей комнаты, представляя, что где-то именно там сейчас находится его виртуальный друг.

После его слов, пугающий звук пропал, в комнате вновь воцарилась тишина и спокойствие. Психологическая атака прекратилась, что позволило ему более рационально обдумать дальнейшие действия.

Самое серьезное, что могло произойти на этой планете, по всей видимости, произошло. Если эта информация подтвердится, всю планету могут срочно эвакуировать. За все время работы на станции, а это без малого пятнадцать лет, Рэндолл никогда не приходилось иметь дело с такой проблемой. Стоя перед монитором, он был погружен в свои мысли, прогоняя остатки сна, обдумывая дальнейшие действия. Наконец он выпрямился и сказал:

– МИРО, где находится эпицентр заражения?

Можно было лишь представить, как МИРО задумался, напрягая все свои электронно-нейронные связи. Он за несколько секунд проанализировал все имеющиеся данные и через несколько секунд ответил:

– Из-за плохой погоды и разрозненности данных, определить точное местонахождение заражения не представляется возможным.

В голове крутилась мысль: Странно, очень странно. Откуда она взялась? Как такое вообще могло произойти? Возможно, авария глубоко под землей. Вопросов было много, а ответов не было совсем.

– Какие у нас варианты действий? Что ты можешь предложить?

Рэндолл решил сузить количество вопросов до минимума и заняться решением проблемы. МИРО ответил сразу. Он вообще редко заставлял ждать, но когда вопрос требовал сложного выбора, раздумья могли затянуться на несколько секунд.

– На данный момент у нас есть два оптимальных варианта действия. Требуется сбор данных для проведения тестов. Необходимый материал, возможно, достать механическим путем с вашей помощью, или дистанционно, то есть с помощью меня, – не давая время на обдумывание своих слов, МИРО продолжал. – В первом варианте требуется ваше непосредственное участие. Необходимо собрать данные вручную, и предоставить мне для дальнейших исследований. Второй вариант намного проще, он подразумевает под собой ожидание улучшения погодных условий. На данный момент условия за периметром станции мешают провести точный анализ рисков заражения. По моим данным, завтра после обеда, ветер уменьшится, и забор материала смогу провести я сам.

– Получается мне сидеть и ждать пока погода поменяется?

– Совершенно верно. Вам не следует сейчас покидать станцию, так как вы подвергаете себя серьезной опасности. Вариант выхода на поверхность, при данных погодных условиях, является запасным, – компьютер сделал акцент на последнем предложении, чтобы попытаться убедить в опасности его выбора.

В случае с Рэндоллом эти намеки были напрасны. Его совершенно не тянуло на подвиги, но риск подвергнуть опасности всю планету вынуждал его действовать немедленно.

– МИРО! Я выбираю вариант с моим участием, я выхожу. Иного выхода сейчас нет! – предупредил он своего помощника.

– Вариант есть. Вам необходимо переждать песчаную бурю.

Начальник станции уже не слушал наставления МИРО по поводу безопасного выхода. Путем нажатия стандартных кнопок, Рэндолл вывел компьютер из аварийного режима, выключил систему оповещения и красный комнатный свет пропал. Он отошел от стола и только сейчас понял, что до сих пор стоит в темной комнате без света.

– Включи свет, сделай яркость не более тридцати процентов, – скомандовал Рэндолл, чтобы не ослепить себя яркими лампами.

Услышав слова Рэндолла, МИРО ничего не ответил, но моментально выполнил приказ. Светильники в потолке начали тускло светиться, медленно переходя на более яркую мощность, но достигнув указанной величины остановились.

Вся комната прогнала черноту. Вся ее мебель, раскиданные вещи и растерянный обитатель, стоявший возле компьютера, вновь обрели естественные краски жизни.

Когда свет заполнил помещение, Рэндолл подошел к шкафу и вновь оказался у зеркала. Он на мгновение, всмотрелся в свое лицо. Повернул голову вбок, подставив отображению левую сторону лица, затем повернул голову влево, демонстрируя правую сторону. На ней он увидел знакомый с молодости шрам, идущий от самого подбородка до скулы челюсти. Некоторые возрастные изменения лица были заметны сразу, появились новые морщины вокруг рта, обрамляя его более глубокими кожаными скобками. Один из его зубов сильно отличался от остальных, в привычном белом ряду. Левый клык, был серебряного цвета. Коронка на зубе отливала металлом, и играла на свету даже приметнее золотой. Кожа лица не казалась свежей как раньше. Возможно быстрое пробуждение, или опасная работа на ВИСО, способствовало быстрому изменению его внешности.

В последний момент, отходя от зеркала, он, бросив беглый взгляд на нижнюю часть туловища, его образу предстал все тот же Рэндолл Леонн, обладающий атлетически правильным телосложением, и серьезной мускулатурой.

Ситуация была нестандартной и требовала скорейшего принятия решения. От этого зависела жизнь и здоровье всех проживающих на ВИСО работников. Рэндолл отлично это понимал и не мог допустить промедления в сборе материалов для исследований. Паниковать пока было рано, так что он решил сам во всем разобраться, пока не наступит утро. А там уже будет в сборе вся команда, да и добытые образцы не будут лишними.

Машинально, Рэндолл взял со стула свою полосатую майку и принялся искать взглядом остальные элементы одежды. В его апартаментах творился жуткий бардак, и даже он сам забывал, куда положил ту или иную вещь. Уборка производилась здесь редко, так как комната начальника станции открывалась только его личной карточкой и уборщики помещений не имели к ней доступ.

Стоя посередине комнаты и держа в руке смятую майку-тельняшку, Рэндолл входил в активную стадию работы, по поиску очага заражения. О том, что с ним делать дальше, в случае успеха его компании, он даже еще не обдумывал.

– МИРО, насколько плохи погодные условия? Могу ли я сейчас использовать технику, чтобы осмотреть территорию?

Вопрос был задан правильный. Имеющейся техники на станции вполне хватало, чтобы безопасно и комфортно передвигаться по планете. На станции приемки имелся личный гараж с такими транспортными средствами, которые состояли из мотоциклов, багги, грузового пассажирского автобуса с улучшенной проходимостью, тягачей для транспортировки контейнеров и даже вертолетов. Также еще присутствовали аварийные челноки, но пользоваться ими, было запрещено без объявления тревоги и общей эвакуации.

– Нет. Погодные условия не позволяют этого сделать. Покидать станцию запрещено. Вся техника отключена блокировкой от использования, на данный период времени.

– Включил защиту от «дурака»? – ухмыльнулся он, натягивая майку.

– Это называется – защита от несанкционированных поездок! Таких как сейчас.

– Называй это как хочешь, можешь разблокировать хотя-бы наш багги? Мне необходимо осмотреть территорию, это очень важно!

– Нет. Не могу. Вы подвергаете себя и технику компании, необдуманному риску, – МИРО сделал паузу. – Это нарушение правил поведения во время плохих погодных условий. Я сниму блокировку только тогда, когда погода улучшится. По моим подсчетам это произойдет через двенадцать часов.

– Все понятно. Тогда я сам пойду.

Рэндолл стоял возле кровати, в одной майке-тельняшке, и копался в своем белье. От отказа МИРО предоставить ему передвижные машины, нарастающая злость распирала его изнутри.

– Я начальник этой станции, и могу принимать решения, которые не зависят от твоего желания. Имею такое привилегированное право. Это чрезвычайная ситуация мать твою!

– Эта ситуация не является чрезвычайной. И не требует принятия скорейших мер по ее устранению. Как начальник станции вы можете взять все риски на себя и покинуть пределы блока. Но отвечать за ваше здоровье и безопасность я не смогу.

– Я беру все риски и обязательства на себя. Ты слышишь?

– Слышу. И уже записал ваши слова в качестве доказательства о добровольном принятии такого решения. Но я все равно вынужден предупредить вас – покидать станцию сейчас очень опасно. Это может серьезно повлиять на ваше здоровье.

Для Рэндолла это было уже не важно, он активно занимался поиском вещей и оборудования для осмотра территории.

– Предупреди дежурного, через час меня нужно будет выпустить, необходимо обойти предполагаемую зараженную территорию. Пусть подготовит рюкзак с необходимым оборудованием, для замеров и взятий проб. Возможно, я сам смогу найти источник заражения.

– Хорошо, – послышался все тот же голос. МИРО неустанно следил за вопросами своего хозяина, и когда было необходимо, сразу же отвечал на них.

– Да, и еще сообщи, чтобы Дорос, Мунк, Баг и Донни, пришли в главный корпус утром, мне нужно обсудить с ними эту новость.

Рэндолл был уже в майке и штанах, но беспомощно ходил от шкафа к шкафу и не находил своего защитного костюма. Теперь и он сам осознал, что его маленькому мирку требуется тщательная уборка и разбор вещей по своим местам.

МИРО, наблюдавший за поисками, отрапортовал:

– Будет сделано. Желаю вам удачно добыть образцы для исследований! – МИРО не издал больше ни звука. Все данные ему задания уже были выполнены, и это было меньшее, на что он был способен в сложившейся ситуации.

Каждый шкаф и ящик в комнате был предназначен для определенного типа белья или хранения оборудования. Бумаги должны были храниться только в несгораемом сейфе, защитный костюм необходимо держать в защитном футляре, специально вмонтированном в шкаф. Личные вещи хранятся в прикроватных тумбах. Для каждой вещи в этой комнате было свое оборудованное место, но Рэндолл давно поменял все ранее оговоренные места хранения вещей, и теперь бумаги лежали на прикроватной тумбе, одежда была брошена в ящик для хранения защитного костюма, а сам костюм вообще находился в неизвестном направлении. Он пытался найти его след, перерывал груды белья, раскидывал вещи, обнажая давно заваленные полки, тем самым создавая еще более, невообразимый бардак.

Наконец он открыл дверцу шкафа, за которой виднелся пустой футляр от защитного костюма. Сам защитной одежды в нем не было, также как и защитного снаряжения.

– Где мой костюм, МИРО? Я разве что на потолке не смотрел, – Рэндолл потерял надежду найти его сам и попросил помощи всевидящего помощника.

– Он у вас под кроватью. Я вызову в вашу комнату уборщика, а то в следующий раз мои сенсоры могут просканировать все груды грязного белья вашей комнаты.

– Это шутка? – недовольно спросил Рэндолл.

Этот вопрос МИРО проигнорировал, зато задал более важный:

– Прошу вашего согласия на открытие вашей комнаты без вашего присутствия.

– Разрешаю. Но проследи, чтобы ничего не пропало! – проговаривая эти слова, он заглянул под кровать и действительно увидел под ним скомканный костюм и разбросанное оборудование, в виде защитной маски и креплений. Как оно туда попало? Неужели так давно не выходил отсюда?

Рэндолл пытался вспомнить, когда в последний раз он надевал этот костюм, но все что он помнил, это события более двух месяцев давности. И действительно, в это время года сильные песчаные бури и ветер. Все системы станции работают в штатном режиме, и до сегодняшней ночи не было смысла покидать ее, чтобы прогуляться по безжизненным песчаным просторам, или каменистым скалам. С озадаченным выражением лица, он расстегнул молнию и принялся натягивать на себя, этот защитный комбинезон.

Размер костюма был явно мал. Рукава и штанины приходилось надевать с явным усилием, до предела растягивая плотную защитную ткань.

– Этот комбез явно сел! – Рэндолл стоял возле единственного зеркала в помещении и смотрел на свое отражение. Костюм так плотно прилегал к его телу, что сковывал все движения, и казалось, был готов дать трещину в любом месте, и сжатое под давлением тело внутри него, сразу вывалится наружу. – МИРО! Закажи мне новый костюм, этот мне больше не подходит!

На этот раз МИРО ответил моментально, даже немного перебив последнее слово начальника станции:

– Ваш запрос удовлетворен. Новый костюм вы можете забрать на складе одежды.

– Этот склад находится на второй станции? Сможешь доставить его?

Вторая станция предназначалась для работников подземных объектов. Они проверяли герметичность блокировки новых хранилищ, куда отправлялись на вечный покой новые контейнеры. Также на станции находились склады с одеждой, бельем и прачечный комплекс. Расстояние до второй станции составляло порядка семи километров.

– Да. Вам его доставят завтра, когда песчаные бури утихнут.

– Хорошо. Пусть доставят сразу в мою комнату.

Возможность сразу надеть новый удобный костюм не увенчалась успехом. Значит, придется идти в старом. Пусть он будет мал размером, но зато проверен временем.

Рэндолл надел защитные сапоги, их голенище доходило практически до коленей. Стягивалась такая обувь автоматически, плотно прижимаясь к икроножным мышцам. Высота подошв таких сапог составляла пять сантиметров, что делало человека носившего ее, немного выше своего роста. После взял с прикроватной тумбы наплечную сумку с передатчиками и геолокационным оборудованием, перекинул ее через плечо, поудобнее разместив на своем костюме. Затем накинул плотный черный плащ с капюшоном и затянул широкий кожаный пояс. Верх защитного комбинезона, покрывающий голову, он пока надевать не стал.

Как заметил Рэндолл, плащ был единственной вещью, которую он нашел без труда, так как он занимал свое положенное место, провисев на вешалке в шкафу, с момента его последнего выхода со станции.

Посмотрев на себя в зеркало, он был удовлетворен своим внешним видом. Все элементы защитной амуниции были черного цвета и идеально сочетались с настроением погоды за пределами станции. В последнюю очередь он взял с кровати маску, маленький баллон с кислородом, защитное оборудование и ремни-крепления к ним.

– МИРО, я выхожу. Проследи, чтобы меня выпустили и впустили обратно.

Ответ не заставил себя ждать.

– Конечно.

Рэндолл вышел в коридор, закрыл дверь своей карточкой, убрал ее в карман плаща, и пошел в сторону главного выхода со станции. Весь спальный блог был окутан тишиной. Все двести сотрудников станции мирно спали, не подозревая об аварийной ситуации и активности их начальника. Герметичные двери были звукоизолированы, и только тяжелые шаги начальника станции нарушали тишину коридора.

Он направлялся к главному выходу. Входные и выходные модули станции, работали только на вход или выход. Они четко обозначались снаружи разрешающими табличками, на которых было указано, в каком направлении движения работает данный модуль пропуска. Соответственно они не могли выпускать и впускать людей одновременно. Выходы были выкрашены в черный цвет, а входы всегда были желтыми. Все выходы со станции не имели обеззараживающей комнаты, для людей и техники, поэтому не могли принимать ни людей, ни технику на станцию с поверхности планеты. Так что выход служил только выходом. А вход – только входом.

На выходе из спального блока стоял дежурный. Увидев приближающегося Рэндолла, он выскочил со своего стола и перегородив собой коридор.

– Мистер Рэндолл, мне доложили, что вы хотите выйти за пределы станции. Для отчета и контроля, за всеми перемещениями на станции, после полуночи и до шести часов утра, я вынужден у вас спросить, какова цель вашего выхода?

– Это секретная информация, разглашать я ее не имею права. Могу лишь сказать, что это касается сферы безопасности! – чрезмерный уровень контроля соблюдения всех правил иногда выводили Рэндолла из себя. – Не гулять же я выхожу посреди ночи. Вам достаточно этой информации?

– Да. Этого вполне достаточно, спасибо, – дежурный снова занял свое место за столом из выхода спального блока и учтиво указал в сторону выхода. – На выходе вас уже ждет все необходимое оборудование. Проходите.

Рэндолл продолжил свой путь в указанном направлении. Спустившись на этаж ниже, он шел по прямому коридору, проходя разные складские помещения. Сам переход был огромен, высота потолков здесь достигала десяти метров, а ширина пятнадцати. Здесь хранилось буквально все, начиная от пищевых продуктов, заканчивая запчастями для станции, и ее роботизированных помощников. Когда прибывал очередной корабль-доставщик с грузом для станции, он мог влетать прямо в помещение, после дезинфекции, и, оказавшись среди складов, очень быстро произвести разгрузку товаров – это экономило время и силы.

Пройдя вдоль всего складского ангара, он уперся в огромные ворота выхода. Справа от двери стоял длинный стол, на котором было уже разложено оборудование для замеров уровня загрязнения, а также для взятия проб. Специальный рюкзак стоял на полу. Кто интересно не спит ночами и собирает подобные вещи для своего руководства? Машина или человек? – задал себе вопрос Рэндолл. Он подошел к столу, поднял рюкзак и принялся складывать в него все оборудование, которое лежало на столе. Самое необходимое оборудование, он положил с самого верха. В итоге получился весьма увесистый мешок, до верха набитый измерительным оборудованием.

Часы на стене показывали – 3:05.

Вскинув на плечи свою ношу, он ощутил, что рюкзак весит немного тяжелее, чем он рассчитывал. Несколько камер слежения на стене снимали его, поворачиваясь из стороны в сторону, выискивая кого то еще. Вдруг МИРО снова заговорил, только теперь более севшим голосом.

– Мистер Рэндолл Леон, вы получили разрешение на выход со станции. Я буду следить за всеми вашими передвижениями. При возникновении экстренной ситуации вы обязаны сразу сообщить мне, – после недолгой паузы, не дождавшись ответа, компьютер продолжил. – Приятного и результативного вам выхода.

Металлические ставни дверей стали открываться, приглашая пройти смельчака дальше, в образовавшийся новый коридор.

Не дожидаясь повторного приглашения, Рэндолл пошел вперед. Переступив порог первых дверей, он оказался в зоне выхода. За его спиной двери вновь закрыли свои ставни и тот же голос МИРО проговорил:

– Наденьте свою защитную маску и включите систему очистки воздуха.

Атмосфера ВИСО содержала очень малое количество кислорода. И тот, что был, никак не мог подойти для дыхания без защитной маски, так как уровень его загрязнения был слишком высок. Маска с фильтром позволяла очищать то небольшое количество кислорода, которое было в атмосфере планеты. Но его не хватало для свободного дыхания, поэтому баллон, наполненный чистым воздухом, обогащал смесь, вдыхаемую с поверхности ВИСО. Часть вдыхаемого воздуха с атмосферы планеты, очищалось фильтром, часть чистого воздуха, поступало из баллона. Это позволяло не носить с собой громоздкие и тяжелые емкости с большим запасом воздуха, которые быстро заканчивались.

Рэндолл проделал все эти действия. Движением рук он натянул на голову капюшон комбинезона, так, что был виден только узкий овал его лица. Маска плотно прижалась к его рту и носу. Баллон с воздухом был подключен. Он щелчком захлопнул крепления баллона на поясе и нажал на кнопку очистки вдыхаемой смеси. Маска наполнилась чистым воздухом, позволяя ему свободно дышать. После этого, он надел защитные очки, которые плотно крепились поверх защитного комбинезона, покрывающего все его тело.

Закончив с защитой глаз и дыхательных путей, он вытащил из кармана плаща последний важный элемент одежды – защитные перчатки с пультом управления системами защиты костюма. Рэндолл надел последнюю перчатку, и она автоматически плотно ужалась до размера его рук. Светло-синий экран проверки всех систем, принялся проверять все надетое оборудование и готовился дать разрешение на выход. Проверив все системы защиты костюма, пульт на его кисти загорелся зеленым светом, что означало костюм готов к работе и полностью защищает своего носителя.

– Я готов. – Рэндолл накинул капюшон своего плаща на голову, от чего его образ стал выглядеть более устрашающим.

Услышав положительный ответ, МИРО начал открывать внешние двери станции, которые медленно поползли вверх, и в образовавшуюся узкую щель внизу, сразу же влетел пыльный ветер. Он со свистом ворвался в новое для себя помещение, и вскоре все пространство заволокло пылью, танцующей в такт порывам, которые врывались безумным вихрем. Зараженную пыль, с поверхности планеты, можно было даже увидеть, она моментально садилась на одежду и защитные очки.

Не дождавшись полного открытия дверей, Рэндолл вышел за пределы станции. Вступив на пыльную землю, он обернулся назад и крикнул:

– Закрывай!

И дверь, не доехав до верха, принялась опускаться вниз, в своё обычное, закрытое состояние. Когда за его спиной выход вновь был заблокирован, Рэндолл осмотрелся. Порывы ветра чуть не сбили его с ног, но после неудачной попытки ослабли, давая начальнику время, чтобы передохнуть перед следующей волной натиска. Вокруг него, не было ничего интересного или нового. Ветер выл со всех сторон, моментально меняя направление, он только и делал, что гонял зараженную пыль по всем бескрайним просторам планеты, но иногда порывы ветра сливались в дьявольское торнадо, собирая все на своем пути, камни, мусор и песок. Такие торнадо были самым опасным видом погоды на ВИСО. Держаться от этих вихрей стоило подальше, иначе он мог поднять в воздух даже маленький вездеход и забросить его неизвестно куда, ведь такая воронка могла сохранять свою форму и силу многие часы.

Со всех обозримых сторон были видны только сгустки пыли и мрак ночи. К серому, унылому пейзажу, добавлялись очертания угловатых скал, пики которых растворялись далеко за горизонтом, или утопая в непроглядном, пыльном ветре.

Обычная местная погода на ВИСО, ни сколько не смутила начальника станции, который уже долгие годы наблюдал за ее яростью. Удобнее вскинув рюкзак на плечи, Рэндолл развернулся направо и пошел вдоль стены станции, скрываясь в тумане зараженной пыли и сильного ветра.

Планета ВИСО.

Станция приемки опасных грузов.

Вблизи центрального командного корпуса.

Пффф – Пффф,

Пффф – Пффф.

Характерный звук выдоха, свистом вырывался из клапана специальной маски Рэндолла, наполненной чистым воздухом. Она герметично покрывала весь рот и нос. Дыхание было тяжелым, и с каждым шагом становилось все тяжелее. Индикатор на руке показывал, что запас воздуха на исходе, и если срочно не покинуть это место, тогда придется дышать только очищенным воздухом с поверхности планеты, что было очень нежелательно.

При сильном ветре и песчаной буре находиться вне стен станции было очень опасным занятием. Покидать станцию, при такой погоде, мог только очень отважный или бесстрашный человек. Если вдруг он падает без сил, или не может продолжать движение, при песчаной буре, его тут же заносит слоем песка и маленьких камней, после чего, обнаружить его – трудновыполнимая задача. В прошлом, ВИСО была знаменита своими потерями персонала, как раз в таких бурях. Многие пропадали со станции, затем несколько лет находили лишь их костюмы, с истлевшими останками внутри.

В таких условиях, пройдя более пяти километров, в защитном костюме со снаряжением, начинаешь ценить каждый вдох и выдох, каждый шаг, и даже взмах рукой, ведь на это тратится большое количество сил, и с каждым последующим километром ты понимаешь, что уже близок к «закату» и силы твои на исходе.

Индикатор издал громкий звук, и показал, что кислорода в нем не осталось, и с этого момента придется рассчитывать только на очистительные фильтры, спрятанные внутри маски. Дышать стало намного тяжелее, ВИСО никогда не могла похвастаться большим содержанием кислорода в местном воздухе.

Защитные очки Рэндолла отливали фиолетовым цветом и сильно ограничивали обзор. Приходилось неестественно вращать головой, тем самым поднимая и опуская, затемненные смотровые линзы. На плечах, тяжким грузом висел рюкзак, который под завязку был забит измерительной аппаратурой. Из него торчали ручки с проводами, очертания измерительных приборов насаженные на стойки, и еще множество разных контейнеров, с взятым материалом.

Рэндолл шел, качаясь, слегка прихрамывая на левую ногу. Его походка напоминала механический метроном, который точно отчитывает интервал времени и довольно медленно покачивается в разные стороны. Позади оставлены километры пешей ходьбы в непогоду, вокруг станции приемки опасных грузов. Хоть бы все эти усилия оправдались.

Пффф – Пффф,

Пффф – Пффф.

Тяжелые ботинки утопают в пыли, и каждый шаг поднимает вверх ядовитое серое облако.

Проходя вдоль центрального корпуса №1, он вдруг поднял голову, чтобы окинуть взглядом внешний мир, эту безжизненную, ничем не примечательную планету, которая таит в себе много опасностей.

По его подсчетам было уже утро. Буря немного ослабевала, опуская свою непроглядную пелену и освобождая место для лучей света.

Ветер утих, и теперь стали видны очертания всей станции. Ближайшие каменные холмы возвышались на горизонте. Подножье горной гряды также стало более различимо, и теперь было видно насколько ввысь она устремляет свои каменные пики. Желтый круг звезды высоко в небе начал проглядываться сквозь бурю и уже совсем скоро сможет осветить своим светом все вокруг.

Переваливаясь, Рэндолл продолжал путь, пока не приблизился к герметичной двери, которая казалось, совершенно не ожидала его прихода. Вся ее поверхность была покрыта толстым слоем пыли, под которой даже не угадывалось, какого она цвета и что здесь вообще есть действующий проход. Сильный ветер быстро заносил песчинками любое строение, возвышающееся от земли более чем на один метр.

Пффф – Пффф,

Пффф – Пффф.

Шипящий звук дыхания отзывался эхом в защитном шлеме.

– Когда-то такими штуками пользовались только под водой, – думал Рэндолл, рассматривая свой костюм и пытаясь на ощупь найти пульт, чтобы ввести код доступа, для долгожданного захода внутрь. В своих поисках, он принялся очищать стену, возле двери, от песка и пыли, окутав себя густым зараженным облаком. Он махал руками, сбивая налипший песок.

Пффф – Пффф,

Пффф – Пффф.

– Вот! Нашел! – радостно воскликнул он.

Даже не посмотрев на пульт, он по привычке набрал давно знакомый код. Двери начали расходиться в четыре стороны, открывая небольшой коридор, который в свою очередь упирался в еще одни, точно такие же герметичные двери.

Пффф – Пффф,

Пффф – Пффф.

Войдя внутрь, он с внутренней стороны нажал на кнопку закрытия дверей и оказался в карантинной зоне.

Само помещение было не обычным. Все окружающие его поверхности имели отверстия, через которые происходило обеззараживание любого, попавшего в него объекта. Желтая полоса со словами «Карантин! Зона обеззараживания!» тянулась по всему периметру коридора, повиснув на уровне глаз.

Снаружи находиться было всегда опасно. В основном это была радиация, и прочие отравляющие элементы. Именно поэтому все костюмы на станции имели максимальную защиту. Зараженный воздух гонял ветра по всей планете. Дышать им не рискнул бы даже самоубийца, ведь смерть после этого долгая и мучительная. Воздух фильтровался лишь на станции, а за ее пределами это была смесь многих невидимых глазу человека опасных элементов.

Рэндолл прошел вдоль коридора, чтобы сообщить дежурному о своем приходе. Снимать защитную маску он пока не решался.

Пффф – Пффф,

Пффф – Пффф.

На стене висела старая затертая рация, закрытая защитным экраном и намертво впечатанная в бетон. Она была обведена все той же желтой краской и сразу привлекала внимание новых гостей, обращая на себя внимание. Открыв защиту, он взял рацию и проговорил сквозь защитную маску:

– Дежурный, прием! Это начальник станции Рэндолл. Я завершил обход территории. Готов к дезинфекции.

Не дождавшись ответа, Рэндолл положил рацию на место, после чего плотно закрыл защитный экран. Начальник станции знал, что должен был ответить ему дежурный, но тратить на это время, было глупо. Его заочно попросили выложить все оборудование из рюкзака, в специальный желтый контейнер, стоявший возле стены и занять середину комнаты, помеченной красным крестом, напоминающий букву «Х».

Рэндолл выложил все оборудование из рюкзака в контейнер, тем самым, подготовив его к дезинфекции. Рюкзак аккуратно распрямил и положил туда же. После чего, быстро занял место в центре помещения и начал ожидать начало процесса. Не прошло и минуты, как с потолка, стен и пола начали бить струи обеззараживающего раствора. Напор был сильный, и окажись Рэндолл вплотную, возле одной из стен, его с легкостью сбили бы струи раствора, которые с силой вырывались из своих брандспойтов.

Расставив руки как звезда, он замер под тяжелым гнетом напора химических жидкостей. В момент дезинфекции раствор, как радуга, менял свой цвет. Первая порция раствора была кирпичного цвета. Вторая жидкость была цвета извести. А третья состояла из обычной дистиллированной воды. Растворы, переливаясь, меняли свои цвета, но сила напора оставалась прежней.

Струи с силой впечатывались в герметичный костюм начальника станции, который всеми силами старался удержаться на ногах.

В одно мгновение все прекратилось, так же, как и началось. С потолка и стен стекала вода, образуя ручьи, которые уходили в специально открытие сливы на полу.

Следующие двери корпуса станции разъехались, приглашая Рэндолла войти внутрь командного центра. Перед входом на станцию, он подошел к желтому контейнеру, достал мокрое от дезинфекции оборудование и сложил его обратно в рюкзак, который также стал влажным, впитав в себя малую часть раствора, закинул его за спину, и проследовал к открывшемуся входу. В последний момент он увидел, как сливные напольные горловины автоматически закрылись, сделав пол полностью ровным.

Рэндолл едва миновал гермодверь, которая тут же начала закрываться за ним. Не успел он сделать и двух шагов внутри станции, как с ним заговорил дежурный:

– Вас долго не было, – послышался его голос.

Дежурный стоял возле ворот главного входа станции, регулируя пропускной режим и производя дезинфекцию, всем кто вернулся. Последние месяцы у него было мало работы, никто не покидал этот объект. Время года не позволяло вдоволь погулять по безжизненной каменной планете.

Рэндолл сдвинул защитные очки на лоб и щелчком отстегнул замок маски. Сделал глубокий вдох. Специфический, очищенный воздух станции тут же ударил в его нос. Этот оттенок станционной жизни приободрил его. Ничего не помогает лучше, чем родные стены.

– Походи вокруг и сам попробуй управиться быстрее. Гарантирую, ты и к утру не вернешься, – ответил он дежурному и осмотрелся по сторонам.

Капли с его одежды и рюкзака, словно талый снег с весенних крыш, капали на чистый пол бункера, образуя неровные расплывающиеся пятна. За ним, с герметичным шипением, закрылась дверь дезинфекционного отсека, «консервируя» обитателей станции от зараженных ветров снаружи.

С этого парадного входа вели коридоры во все блоки одной большой станции. Девять коридоров устремляли свои проходы в девяти направлениях. Стоя на распутье этого выбора, Рэндолл думал, куда пойти сначала, на собранное им же совещание или в свою комнату, для того чтобы переодеться и сходить в душ. Наверняка никто еще не собрался в общем зале по его просьбе, и поход в душевую комнату будет более уместен.

– Вернусь, – небрежно закинув голову, пропел дежурный. – Даже при сильном ветре сумел бы выжить. Просто так, что ли обучение проходим?

Ответ дежурного заставил Рэндолла вновь обратить не него внимание. Молодой парень стоял на своем посту и видимо просто хотел поговорить. От скуки многие засыпали, прямо во время службы. Возможно, несколькими минутами ранее, спал и этот. За это их строго наказывали, отстраняли от работы, в конце концов, давали дополнительные задания, которые не позволяли дремать на рабочем месте, но избавить их от мучительного бездействия полностью не получалось.

– А ты бывал снаружи, во время урагана? Когда песчаный смерч подбирается все ближе и ближе и вот тебя уже затягивает в его смертельную воронку? Бывал, а? – Рэндолл подошел вплотную к дежурному и терпеливо ждал ответа.

– Эээ, нет. Такого у меня пока не было, но надеюсь что защитный костюм, и мои знания спасут меня, – дежурному было явно неловко от того, что он, по всей видимости, решил дерзнуть на мастерство самого опытного и старого сотрудника станции.

– Давай поспорим, что ты сейчас не обойдешь всю станцию вокруг и вернешься, – Рэндолл протянул ему руку, прилагающую начать спор. – Ставлю, свой новый передатчик на то, что ты не вернешься без посторонней помощи.

Начальник станции деловито достал из поясной сумки новый передатчик. Такие были только у руководящего состава, рядовым сотрудникам обладание таким передатчиком даже не снилось.

Рэндолл покрутил его в руке и подытожил сказанное:

– За этой метровой стеной ты совершенно беззащитен, – он указал на метровую бетонную стену за спиной молодого дежурного. – Ну, ты согласен на спор со мной?

Рэндолл не убирал протянутую руку, ожидая ответа молодого дежурного. В зале повисло молчание, только вентиляция, с едва уловимым шумом, подавала очищенный воздух на станцию. Первым нарушил молчание дежурный.

– Нет. Я не буду с вами спорить. Мне совсем не хочется покидать сейчас станцию, – он с опаской посмотрел на закрытые герметичные двери. Затем перевел взгляд на ставку спора, зажатую в руке начальника, и вновь посмотрел на дверь. Приняв решение не подвергать себя риску, даже из-за крутого передатчика, он решил не показывать свой страх и добавил. – Да и спорить мне не на что, нечего даже поставить!

– Ууу, брат. Ну, это полный слив… – Рэндолл раздосадовано потряс рацией перед лицом дежурного, затем спрятал ее обратно в сумку. – Ты мог поставить что угодно, хотя бы свой старый передатчик.

– Не хочу. У меня еще смена не закончена, – не ожидая такого речевого напора, парень сделал шаг назад и уперся спиной о бетон. Дальше отступать было некуда.

Рэндолл посмотрел на дежурного, широко улыбнулся и, обнажая свой металлический клык произнес:

– Ты не испугался парень? Я же всего-навсего пошутил!

Он потрепал молодого человека за плечо и разразился хохотом. Раскаты его смеха эхом возвращались со всех коридоров.

– Ты новый человек для меня, а я так всегда людей проверяю. Поэтому успокойся, это всего лишь веселый розыгрыш. Уже давно никого не находили под пылью. Современные технологии! – Рэндолл достал из кармана и показал в зажатой ладони новый геолакационный прибор. – Максимум тебя занесет метровым слоем зараженной пыли. Но ты все равно сможешь позвать на помощь. К тому же, чтобы я рискнул своим новым передатчиком ради такого спора, да это же смешно! – Рэндолл вновь издал хохот, еще громче предыдущего.

– Я понял шутку. По началу конечно, смутился… И… – дежурный переминался с ноги на ногу, находя подходящие слова, стараясь убедить что шутка начальника станции зашла как надо. Секунду подумав, продолжил. – В общем, поспорим в следующий раз! – пообещал он.

Дежурный отошел еще на один шаг вдоль стены, подальше от Рэндолла, стараясь скорее прекратить этот разговор, и чтобы окончательно сменить тему разговора добавил:

– Вас уже ожидают в зале заседаний. Все те, кого вы и просили позвать.

– Уже? – планы принять освежающий душ и облачиться в чистую одежду рушатся, не успев реализоваться. На их место приходят разговоры о проблеме всей планеты и итогов его вылазки. – Эти сотрудники никогда вовремя не собирались!

– Они уже на месте и ждут только вас! – дежурный выглядел очень довольным, видимо догадавшись, о чем мечтал начальник станции и что именно он разрушил эти мечты.

Рэндолл кивнул в ответ, снял очки, расстегнул защитный костюм и сказал.

– Ей богу водолаз. Внутри такая парилка, с меня сто потов сошло, пока я делал обход приемной станции. У тебя не найдется стаканчик воды? – искажая лицо муками, обратился он к дежурному.

– Вы найдете воду прямо по коридору, – дежурный указал на нужный коридор. – Или в командном модуле, здесь везде вкусная, очищенная вода.

– Спасибо, дружище! Пойду ее искать. И молись, если не найду! – улыбка не сходила с лица Рэндолла, хотя радоваться было особенно нечему.

Конечно, он и сам знал, где есть вода, но неожиданно для себя захотел узнать, как новые сотрудники изучили станцию и знают ли, где именно находится то или иное место.

В развалку, он направился по коридору в указанном направлении. Защитная маска с воздухом болталась на его груди. Костюм был открыт нараспашку, из под которого, была видна военная майка-тельняшка. На ходу он снял с плеч рюкзак с оборудованием и тащил его волоком, создавая при этом невообразимый скрежет, громкое шуршание и неровную мокрую полоску.

Планета ВИСО.

Центральный командный корпус №1.

Зал совещаний командного корпуса.

В зале для совещаний уже ждала небольшая группа людей, состоящая из четырех человек, именно этих сотрудников Рэндолл вызвал еще ночью. Они сгруппировались возле длинного стола, который обычно занимали приехавшие члены проверки систем станции или руководители с Земли, последних, в принципе, не было уже больше года.

Все помещение хорошо освещалось и имело ряд особенностей. Огромный экран для визуальной демонстрации занимал собой одну из четырех стен комнаты. Стулья и диваны были сдвинуты к боковой стене, освобождая пространство, для проведения собраний и уборок. В этой комнате также находился маленький бар, что сильно отличало его от других помещений станции. При визите делегаций место бармена занимал один из дежурных станции, так что на «шоу флейринга» рассчитывать не приходилось.

Два старших механика Мунк и Донни, стояли близко друг к другу и что-то тихо обсуждали. Их одинаковая синяя форма выдавала в них сотрудников механического цеха. В основном они разговаривали о механических машинах, которым требуется ремонт. Или начитавшись журналов, наперебой спорили, какие новые роботы лучше. Практически каждый их разговор сводился к обсуждению какого то механизма или робота станции.

Начальник службы безопасности по имени Баг, стоял возле стола, опираясь на спинку высокого стула. Он слушал очередной захватывающий рассказ из жизни главного техника, по имени Дорос, который в свою очередь сидел в мягком кресле посередине стола.

– И тут нас так закрутило, я подумал что все, конец! Ты знаешь, я никогда не теряю самообладание, но не в этот раз! – Дорос, слегка раскачиваясь, восседал в кресле, положив руки на красное сукно столешницы.

Он занял самую центральную часть стола, и был в центре своих коллег, ощущая свое сомнительное превосходство над ними. Завышенная самооценка делала его постоянным участником всех собраний с непременным его выступлением, и огласки его точки зрения. По его мнению, каждый на станции имеет право голоса, и о нем должны знать все. Свое мнение он высказывал на каждом собрании, и вступал в жаркие дебаты, добиваясь, чтобы соперники приняли его сторону или хотя бы согласились с ходом его «правильных» мыслей и идей.

Первое что подчеркивало индивидуальность Дороса – это его лицо. Оно было вытянутое с правильными чертами губ, глаз и носа. Слегка впалые щеки подчеркивали в нем статусную худобу. Черные волосы свисали по бокам его вытянутого лица и заканчивались в районе подбородка. Всегда выбритое лицо позволяло узнавать в нем аккуратного человека с хорошими манерами. Он был одет в белый свитер и стильные ретро-джинсы клёш. На вид, ему было около сорока лет, в зависимости от эмоций на его лице, возраст то прибавлялся, то уменьшался. В данный момент его довольное лицо выглядело молодо и свежо.

В этом зале часто проходили такие мероприятия, в совершенно расслабленной атмосфере, где каждый мог высказать свое мнение, чем всегда пользовался Дорос, и даже перебивать говорившего. С виду, все это собрание напоминало обеденный перерыв работников, которые давно не видели друг друга.

Как только Рэндолл вошел в зал, все четверо сотрудников повернулись в его сторону и прекратили общение.

– Всем привет! Как много людей, – Рэндолл ввалился в зал для совещаний, в виде измученного многолетней каторгой человека. Рюкзак он оставил прямо в проходе, от чего дверь за ним так и не закрылась, и целенаправленно зашагал к барной стойке, для утоления сильной жажды. – Очень странно видеть вас всех здесь вовремя.

В момент отсутствия приезжих с других планет, бар не мог похвастаться ничем, кроме воды и несколькими бутылками сока.

– Здорово Рэндолл, как жизнь? – спросил первым Дорос. Из всех собравшихся он оставался единственным, кто сидел за столом.

– Все хорошо. Активничаю по ночам, как летучая мышь. Видишь ли, у меня, в отличие от тебя, не приросла задница к стулу. Сегодня ночью я был разбужен по тревоге, – он жутко не хотел даже думать об этом слове, но необходимо было дать понять коллегам, что разговор предстоит серьезный. – Скажу вам ребята – дело, дрянь! Я сделал обход всей прилегающей территории станции для сбора необходимой информации, – договорил Рэндолл, опустошил стакан, и с громким лязгом поставил его на барный стол.

Баг, ни говоря, ни слова, отошел от стула и выпрямился. Он посмотрел на Рэндолла, который начал набирать второй стакан воды, затем перевел взгляд на Дороса и вдруг заметил.

– И правда Дорос, твоя задница квадратная уже? Она приняла форму твоего кресла? Я никогда не видел, чтобы ты вставал. Даже в туалет! – озадаченно поднял брови начальник службы безопасности станции.

После этих слов последовал незамедлительный смех двух механиков, который заполнил все звуковое пространство демонстрационного зала.

– Очень смешно! – развел руками Дорос.

Баг был человеком довольно медлительным и размеренным, никогда не принимал скоропостижных решений. Видимо только из-за этих качеств его назначили начальником безопасности станции. Он ежедневно мониторил состояние фильтров очистки воздуха и воды, следил за состоянием влажности в помещениях, лично назначал уборки и дезинфекцию комнат, когда это было необходимо. В подчинении Бага было десять уборщиков. В основном они работали по утрам, а остальное время отдыхали и занимались своими делами: часто их можно было встретить за виртуальным общением с родственниками с других планет, а вечерами разносили новости по всей станции, и даже на другие станции по планете. Кстати они и должны были доставить Рэндоллу новый костюм.

Баг обладал средним телосложением, которое наглядно демонстрировало, что в спортивный зал не самое его любимое занятие. Его волосы были аккуратно подстрижены, его узкий лоб и густые усы делали из него самого узнаваемого человека на станции. Темные глаза часто смотрели с небольшим прищуром, оценивая каждое слово собеседника.

– Как странно, я не получал информацию о каких-либо заражениях на станции. Возможно, просто произошел какой-то сбой? – Баг гладил свои ладони, словно был готов зааплодировать такой новости.

Рэндолл внимательно смотрел на собравшихся сотрудников. То, что только в его комнате была тревога, а у начальника безопасности не было, его тоже сильно интересовало.

– На счет того, что только я получил аварийный сигнал, это конечно странно. С этим мы разберемся позже. А вот то, что тревога не ошибочна, это точно. На прилегающей территории станции и за ее пределами действительно превышен уровень загрязнений, самых разнообразных, каких только можете себе представить!

Неожиданно Баг увидел, насколько плотно защитный костюм, начальника станции, прилегает к его телу. Не заметить этого, было бы упущением всего собрания.

– Тебе костюмчик маловат, Рэнди? – по-доброму, ухмыльнулся Баг. – Отправил за новым одного из своих подчиненных, на вторую станцию. Тот хотел послать андроида, но я запретил, те слишком глупые, в бурю точно собьются с пути, а потом ходи, ищи его. У нас он последний остался, второго так и не нашли.

Баг посмотрел на пол и замотал головой, все еще не веря в пропажу станционного робота помощника.

Дорос подхватил тему разговора, и решил ее развить, чтобы всем напомнить события прошедших лет.

– Правильно, уже два года найти не можем. Вот куда он мог деться? А сколько потом проблем с отчетами. Я помню, что земляне подумали, будто мы его продали на запчасти. Вот глупцы! Это себе даже представить невозможно!

Казалось, собравшиеся в зале, не до конца поняли, что именно произошло ночью. Стиль всего собрания постепенно скатывался в канаву ежедневных отчетов и пустых разговоров.

– Почему вам всегда требуется повторять дважды?! – Рэндолл выпил второй стакан и поднес его к крану для третьего наполнения. – На станции превышен уровень заражения, за ее пределами соответственно тоже. Только когда вы это поймете, тогда перестанете обсуждать всякие глупости!

После такого выпада все четверо замолчали и принялись переваривать информацию. По таким разным выражениям лиц было трудно определить, о чем именно они думали, но то, что они замолчали, было уже хорошим признаком.

Прервал паузу раздумий главный механик Мунк, смирно стоявший возле Дороса.

– Предлагаю перейти ближе к делу. Какова цель нашего собрания? Ты ходил измерять заражение снаружи? – скрестив руки на груди, он закачал головой, разминая шею.

Мунк был высокий и худощавый мужчина. Обритая голова всегда придавала ему образ заключенного. Нос был узким и длинным. Большой рот сочетался с узкими губами, концы которых смотрели вниз. Черные брови имели угловатую форму, возвышаясь над глазами, зрачки которых имели коричневый оттенок. В период мысленных дум все его лицо становилось еще более угловатым, и образ заключенного явно читался во всем его образе.

Не дождавшись ежесекундного ответа, второй механик Донни, повторил вопрос коллеги:

– Да, точно, зачем мы здесь? Дорос, ты вечно не даешь сказать людям…

Донни был плотного телосложения, невысокого роста, с длинными волосами, заплетенными в хвост. Кто-то в его родне был из Азии, и он в минимальной степени перенял черты лица Азиатских парней. Несмотря на свои габариты, он был очень подвижен и ощущал себя комфортно в своем весе.

На этот раз блиц-ответ Рэндолла не заставил себя ждать.

– В местном воздухе повысился уровень токсичных веществ и радиационного заражения. На станции он повышен в допустимых для жизни пределах. На территории уже нет, – выпивая третий стакан воды, проговорил он.

– Эх, не успели… – Мунк опустил голову вниз.

– Что не успели? – Донни посмотрел на своего товарища.

– Как что? Убраться с этой планеты! У меня контракт заканчивается через три года, так и знал, что в мою смену что-то произойдет.

– Ну, три года это конечно не мало. Хочу напомнить, у меня контракт через два года заканчивается. Мне еще обиднее!

– Я всегда знал, что случится что-то подобное! – Мунк не унимался. – Уже так много лет, на этом космическом объекте, консервируют опасные отходы. И ни одной тревоги, ни одной утечки. И вот, пожалуйста. Разгребайте друзья!

– Да уж, нам не позавидуешь. Надеюсь, за это положена надбавка к зарплате. Кто-нибудь знает? – Донни посмотрел на всех собравшихся.

В этот момент, Дорос, решил сменить тему разговора, он наклонился вперед, оперся на локти, и сделав вопросительное выражение лица, обратился к Рэндоллу.

– Это шутка? Как такое может быть?

Баг осмотрел своих коллег, в особенности Дороса, не проронив ни слова, продолжил слушать. Необычное поведение своих напарников было замечено им, когда они только входили в зал. Что-то было не то. Не те движения, не те разговоры. За долгие годы работы вместе, он полностью изучил всех своих коллег. Что происходит с ними, предстояло еще выяснить, но возможно, это ему только казалось.

Начальник станции встал с барного стула и подошел ближе к своей команде. За всеми его передвижениями безмолвно наблюдали все собравшиеся.

– Нет, я не шучу, – опускаясь в кресло рядом с Доросом, отчитался Рэндолл. – Возможно, дозиметр сломался и показывает не корректную информацию, но на счет воздуха ошибки быть не может.

Баг и Донни переглянулись, словно немые, они попытались, что то сказать, но вместо этого уставились на все еще восседающего Дороса, который не заметил их взгляда и спросил:

– Из-за чего такое могло произойти? Все системы работают штатно. Может ошибка в измерении данных? – только сейчас он заметил уставившихся на него коллег. – Чего на меня-то смотрим, вон ваш начальник, я здесь ни при чем.

Рэндолл окончательно снял верх комбинезона, оставшись в одной майке-тельняшке, поудобнее расположил его под собой, и продолжил.

– Я полагаю, что какой-то контейнер не был герметично запечатан, или при транспортировке его что-то повредило. Через сутки ожидается снижение ветра до минимума. Я повторю замер, и если окажется что уровень на прежнем месте, или стал увеличиваться, сообщим в главный штаб, и будем следить за ситуацией. Дважды в день. Как того требует регламент.

– Ничего себе. Бывает же такое! – второй механик Донни, отошел от стола и начал гладить себя по голове, выдавая тем самым, свое переживание.

– Что-то ты больно переживаешь, – высказал Дорос, ходячему вокруг стола Донни, который от волос на голове, переключился к своей рации, и беспрерывно крутил ее в руке. – Сказал же Рэнди, скоро повторим замер и примем окончательное решение. Возможно это простая ошибка, и мы совсем скоро о ней забудем. Мы же не враги себе? – голос техника был ровный и успокаивающий, вся его речь была адресована только одному механику.

– Да, да. Не враги, я просто задумался, – сказал Донни, после слов главного техника. Он в одно мгновение взял себя в руки, встал возле стола и внимательно продолжил слушать, будто бы ничего не произошло.

Паузу прервал Рэндолл, наблюдавший за довольно странным поведением механика.

– Такое на моей практике впервые. Два вида загрязнения, да еще и таких сильных, в голове не укладывается.

Мунк, все это время стоявший позади кресел решил включиться в обсуждение ситуации.

– Возможно, ты все-таки ошибся? – спросил он, и сел прямо на стол. Полное отсутствие манер поведения в обществе, компенсировалось качественной работой по сборке и починке станционных роботов.

Рэндолл думал, что ответить в данный момент. Маловероятно, что аппаратура дала сбой. Если это так, тогда были зря потрачены многие столетия на ее изобретение и доработки.

– Всякое может быть. Там, за защитной стеной сильный ветер. Видимость минимальная. Из-за этого я даже точно не смог определить, откуда идет заражение. Возможно, его принесло ветром, или оно под нами. Я взял пробы грунта и воздуха, скоро подгрузим информацию, проверим, но в любом случае, необходимо ждать уменьшения ветра.

– Хотел спросить, – неожиданно проговорил смотрящий в одну точку Донни. – Почему ты собрал именно нас? Два механика, начальник безопасности, оператор приемной станции. Интересная компания. Другим решил пока не говорить о данной проблеме? – произнося это, он расставил руки в стороны, словно приглашая всех сжаться ближе друг к другу образовав круг.

– Потому что вы больше остальных несете ответственность за то, что происходит с нашим грузом. По крайней мере, больше остальных принимаете участие в активной стадии работы по приему и хранению! – Рэндолл начал проявлять раздражительность по отношению к коллегам, так как, по его мнению, все приглашенные личности должны были сами об этом догадаться.

– Хорошо, теперь ситуацию прояснили, – проговорил Донни и выдохнул.

– Ты просто тупой, и этим все сказано, – произнес Мунк и уставился на Донни, качая головой в подтверждении своих слов.

– Как и ты! – в моменте выкрикнул Донни. – Может это именно ты допустил ошибку, с каким-то контейнером, и теперь у нас проблемы!

– А может ты? Кстати, ты починил приемщик, который уже месяц стоит сломанный. Все сроки на исходе, а ты не шевелишься, может, потерял сноровку, что выливается в дальнейшем для всех неприятностями?

Первого, перепалка озадачила Рэндолла, который не мог даже предположить такой финал собрания. Раньше два лучших механика всей станции никогда не ссорились и были крайне спокойными ребятами. Сейчас они были напряжены, и готовы порвать друг друга. Рэндолл вмешался в этот странный конфликт и удивленным голосом спросил.

– Ребята, да вы что, что с вами происходит? Как с цепи сорвались. Никто никого ни в чем не обвиняет, поймите это. И уверен, здесь нет вашей вины. Мы во все разберемся и узнаем причину, вам не стоит так переживать.

Также удивленный Дорос, все еще сидящий за столом, вдруг встал и громким голосом выкрикнул:

– Прекратить истерику! Вы с ума сошли? Говорить пока что не о чем, считаю на сегодня собрание закончено. Предлагаю приниматься за работу, а завтра будет видно, – и с этими словами он встал и начал потихоньку продвигаться к выходу.

Его неожиданный порыв уйти заставил Рэндолла усомниться в своих коллегах, а именно в правильности их понимания сложившейся ситуации.

– Постой. Куда собрался? Собрание не закончено, мне нужно еще кое-что сказать, – Рэндолл встал, обошел стол, вместе с пытавшимся закончить собрание Доросом, повернулся лицом к подчиненным и продолжил. – Завтра прилетает новый груз. Необходимо осуществить его прием, и дальнейшую транспортировку. Дорос, предлагаю загнать его на первый уровень, куда дальше его определить, решим после повторного замера окружающей среды. Работаем четко и слаженно!

Дорос кивнул головой показывая свое согласие и смирение. Его лицо выдавало некоторую растерянность от того, что он, был остановлен начальником во время попытки покинуть собрание.

Рэндолл продолжал, сжимая ладони в кулаки:

– Мунк и Донни, займитесь сломанным погрузчиком, его необходимо восстановить, срочно! – после этого приказа, он повернулся лицом к Багу. – А ты Баг, проведи анализ нашей станции. Проверь, все ли защитные системы в порядке. Также прошу тебя оценить состояние нашей техники, все машины должны быть пригодны к использованию и возможной эвакуации персонала, вертолеты проверь в первую очередь. Завтра утром мы с тобой проведем результаты моего сегодняшнего забора материала, подготовь все необходимое оборудование, – Рэндолл выждал небольшую паузу, после чего добавил. – И самое главное, о теме нашего сегодняшнего собрания всем приказываю молчать! Никто за пределами этого зала не должен знать, что мы сейчас с вами обсуждали. Утечка информации пагубно отразится на работе всей станции, и ее сотрудников в частности. Паника нам здесь не нужна. Надеюсь, все меня поняли?!

Рэндолл быстрым и грозным взглядом наградил каждого из сотрудников.

– Да! Поняли! Это и так было ясно! – перебивая друг друга, одновременно ответили все участники собрания.

– В ближайшее время, когда будут позволять погодные условия, мы повторим замер, и будем принимать окончательное решение, – сказал Рэндолл, указывая рукой на дверь, предлагая всем покинуть аудиторию. – А теперь всем работать, и выполнять мои приказы незамедлительно!

Собрание было закончено, и вся четверка участников, перешагивая через оставленный в дверном проеме рюкзак, неспешно покинула зал заседаний, оставив начальника станции одного, в большом и пустом зале. После того, как шаги уходящей команды стихли, а зал опустел, оставив Рэндолла наедине со своими мыслями, ему вдруг стало неуютно и одиноко. Ждать здесь, больше было нечего, пришло время выполнить второй пункт утреннего плана – душ.

Подойдя к рюкзаку, Рэндолл поднял его, оставив мокрый след на полу, взвалил на свои плечи и пошел в сторону лаборатории станции, сдавать на хранение оборудование и тесты, как результат своей ночной работы.


## ГЛАВА 2. «ВАЖНЫЕ НОВОСТИ»

> Планета ВИСО.

> Лаборатория станции приемки грузов.

В помещении станционной лаборатории было душно, кондиционер не работал, а вентиляция гоняла очищенный воздух по всей комнате, но не охлаждала его. Яркий белый свет наполнял помещение, точно такой же можно было увидеть разве что в операционной.

Лаборатория имеет форму круга, с центром управления посередине. В этой сердцевине сосредоточены главные мониторы и компьютеры, окруженные лабораторным оборудованием. Вокруг центра все заставлено разными видами техники, они стоят близко друг к другу, едва освобождая пространство для прохода человека. Сами проходы извилистые, неправильной формы, больше напоминают лабиринт или ходы муравейника, где маленькие труженики еле-еле перемещаются в своем маленьком тоннеле, таща за собой необходимый строительный материал или запасы еды.

Разноцветные станки и модули моргают разными огнями, издают звуки и иногда начинают говорить человеческими голосами. Какие-то из них были довольно больших размеров, примерно два метра в высоту и шириной полтора. Таких шкафов было три штуки, они стояли возле стен и не мешали своими габаритами. Другие были намного меньше и умещались на тонких ножках с колесами, и весили не более нескольких килограмм. Основные габариты остального оборудования не превышали человеческий рост и были довольно компактными.

Во всем этом высокотехнологичном муравейнике находилось только два человека.

Конечно, на станции было много помощников, но Рэндолл решил лично с Багом проверить все собранные образцы. Он постарался полностью исключить утечку информации о возможном заражении станции и не сеять панику среди персонала. К тому же вместе, они исключали возможность допуска ошибки какого-нибудь стажера, которая повлечет за собой некорректный результат всего исследования.

Они закрыли зал исследований изнутри, и никто не имел доступ к двери лаборатории, кроме начальников станции.

– Баг, подойди сюда, – Рэндолл сидел в центре лаборатории, за столом перед компьютером и внимательно изучал результат анализа окружающей среды. Его голос перебивал гул охлаждающих кулеров, для всех систем оборудования, которым от постоянной работы, требовалось охлаждение.

Баг, который стоял напротив, был одет в белый врачебный халат, а рукава закатаны до локтей. Его задумчивый вид напоминал растерянного профессора, которому только что студент первого курса задал вопрос, на который он не может ответить. Он наклонился над белой капсулой и настраивал процесс анализа, частично наблюдая за тестированием материала.

– Уже иду. Нашел что-то интересное? – Баг прервал свое занятие, и направился по извилистым коридорам лаборатории, в сторону Рэндолла.

– Именно! – воскликнул он. – Я всю ночь думал над тем, какое именно заражение нас постигло, и разбирал разные варианты, но после таких результатов, сомневаться не приходится.

Рэндолл откатился на своем стуле и уступил место коллеге, который уже стоял возле него. Баг подвинул ближайший свободный стул, сел рядом с начальником, и пристально посмотрел на экран.

– Теперь сомнений быть не может, я так понимаю. Это точно наш груз. Этот элемент, – Баг указал на моргающую цифру на экране. – Содержится только в отработанном топливе энергетической станции. Это точно наш контейнер!

– Да, – расслабленно проговорил Рэндолл. Внутренне с его плеч упал еще один груз тайн происшествия.

Баг всматривался в каждую цифру результата, что-то проговаривая про себя, потом встал, начал расхаживать взад-вперед. Его белый халат был полностью расстегнут, и свободно набирал воздух в свои объятия, от чего, он надутым шлейфом развивался за расхаживающим Багом, как приведение, бродящее по пятам своего обидчика.

– Осталось его найти, но где он именно находится? Объезд тоннелей займет не меньше недели! – озадаченно проговорил он, смотря на Рэндолла.

Особенность хранения таких опасных грузов, которые принимала ВИСО, была такой, что тоннели тянулись на многие километры под землей, и образовывали сложный лабиринт из камер хранений. Многоуровневая система позволяла распределять разные опасные отходы по разным соответствующим уровням. Грузы, которые были менее опасны, помещали ближе к поверхности планеты. Самые опасные контейнеры были похоронены на самой глубине. Они были запечатаны навсегда и не имели возможности повторного вскрытия.

Начальник поднял руку, щелкнув пальцами.

– Объезжать не придется. Завтра мы с тобой проведем повторный тест. Погода улучшится, да и метод изменится.

– Какой метод? Что ты задумал Рэнди? – Баг практически вплотную подошел к начальнику станции, и теперь возвышался над ним, положив руки на пояс. Подолы его белого плаща медленно опустились вниз и повисли мятой тканью на плечах носителя.

Такой вопрос был предсказуем, так что ответ не заставил себя ждать. Рэндолл откинулся на спинку своего стула и посмотрел наверх, пытаясь разглядеть лицо своего друга.

– Чтобы точнее определить источник, нам придется подняться на вышку, возле западной стены. У нее подходящая широкая площадка. Произведем забор как можно выше от земли. Тем самым мы улучшим качество материала, и узнаем, откуда к нам все это принесло. Не точно конечно, но направление наверняка выясним.

– Интересная идея, нам понадобится много оборудования. Поедем на нашем боевом багги? – улыбнувшись, произнес Баг.

– Конечно. Погодные условия нам позволят использовать технику. Проследи, чтобы он был заправлен, – Рэндолл медленно перевел взгляд на монитор. – Оборудование возьми самое высокоточное, не на горбу же его понесем.

– Все сделаю. Соберусь сегодня вечером. Завтра с самого утра мы сможем выехать.

– А, забыл сказать, если завтра утром будет хорошая погода, я возьму один из наших вертолетов, – Рэндолл указал пальцем в небо, и покрутил им, изображая лопасти летной машины. – Планирую вылететь с рассветом. Посмотрю с высоты, что происходит в окрестностях, возможно, смогу увидеть что-то полезное для нас. Пролечу над самыми приближенными к поверхности хранилищам, и если у нас произошел обвал, я это замечу.

– Как давно ты на них летал? Мы уже полгода их в воздух не поднимали.

– Это не важно. Они стоят в нашем ангаре, абсолютно комфортном месте для их хранения, и полностью готовы к полетам. Вот как раз полгода я и не летал. Не стоит забывать навыки, да и машины застаиваются.

– Идея мне нравится. С тобой не напрашиваюсь, завтра хочу поспать, – Баг поднял обе руки вверх.

– Понимаю. Сам справлюсь. Если будет что-то интересное, тогда уже полетим вместе.

– Давай там поосторожней, вертолет у нас не один, а вот тебе замену, найти будет трудно! – засмеялся Баг. – Может, ты пробу воздуха с вертолета соберешь? Это будет эффективно.

– Да, я как раз об этом думал! Произведу взятие пробы воздуха, только с нашего реактивного вертолета взять пробу будет недостаточно. В непосредственной близости он сам по себе выделяет примеси в воздух, а поток ветра от лопастей перемешивает его. Так что забора у нас будет два. И с вертолета, и с вышки.

– Тогда завтра встречаемся после твоего вылета, и едем собирать пробы? Все предельно ясно!

После этих слов, Баг развернулся и направился к своей капсуле, заканчивать начатый тест. Он подошел к ней и начал вспоминать, что уже успел сделать и что еще предстоит, для завершения высокоточного тестирования.

– Великолепно, что мы все выяснили. Я имею в виду твои результаты анализа, – Баг повернулся лицом к Рэндоллу, подобные разговоры помогали ему привести мысли в порядок и продолжить работу. – Значит никакой диверсии или халатности. Обычный обвал, который будет легко исправить. А то я уже думал о разных вещах, не буду говорить, о каких именно! – Баг рассмеялся и вновь развернулся к своему незавершенному делу.

– О каких именно вещах ты подумал? – Рэндолл очень заинтересовался ходом мыслей начальника безопасности. Не обращая внимания на монитор и на полученные результаты, он встал из-за стола и подошел к Багу, который на этот раз не отвлекался от своего занятия, но продолжал отвечать.

– Я подумал, что если такое резкое повышение уровня загрязнения могло спровоцировать авария вне хранилища. Понимаешь, даже если что-то и случилось внутри хранилища, это не могло так сильно повысить уровень радиации. Там внизу, – Баг указал пальцем вниз. – Несколько степеней защиты от таких ситуаций, и если, к примеру, случится обвал и повредит контейнер, мы узнаем это только из ежедневного отчета уровня загрязнения под землей. А у нас с тобой, конкретное загрязнение и радиацией, и прочей химией на поверхности планеты! И еще в таких количествах! А ежедневный отчет показывает что под землей все не так плохо.

Баг посмотрел на своего начальника и после, обращая его внимание, кивнул головой в сторону ближайшего монитора, на котором красовался ежедневный отчет о загрязнениях в хранилищах.

– Ты думаешь, кто-то мог достать контейнеры из хранилищ, выставить их на поверхности планеты и повредить? Что-то типа этого? – более точную формулировку Рэндолл не мог составить, так как даже эта, нелепая несуразность, не укладывалась в его голове.

– Получается что так. Видимо он случайно оказался на поверхности. Как? Не знаю. И его могли, например, уронить, или он попал под горный обвал скальной породы. Знаешь ведь сам, они иногда случаются, – Баг прекратил тест и оперся руками о край стола. – Я понимаю, что это версия выглядит очень неправдоподобно, и глупо, но именно она крутилась у меня в голове, когда мы получили первые результаты.

Зная прозорливость Бага и его должность, относиться легкомысленно к его словам было недопустимо. Каждая версия случившегося должна быть рассмотрена и даже занесена в архив внештатных ситуаций станции.

– Но кто, по твоему мнению, мог их вывезти из хранилища? Они опечатаны и доступа к ним ни у кого нет. К тому же я был бы в курсе, если что-то подобное происходило у меня под носом. Контейнер так просто не вывезти, нужен погрузчик. Как минимум должна работать целая команда. И даже если кто-то и смог это сделать, но зачем ему это все? Мы ведь сразу вычислим и найдем его, тогда судьба этого человека или группы людей, будет не завидной…

Баг оборвал его речь, пытаясь донести свои правильные мысли до Рэндолла.

– Я же сказал, я не знаю, как, зачем и кто мог вытащить его на поверхность, но наши результаты говорят именно об этом. С большой долей вероятности я могу ошибаться. Завтра утром ты пролетишь на вертолете над базой и прилегающей территорией и посмотришь все с высоты полета нашей летающей машины.

Рэндолл мотнул головой в знак одобрения плана и вспомнил, что еще хотел спросить.

– Ты вчера проверил станцию, как я тебя просил?

– Естественно! – обиженно выкрикнул Баг, ему вновь пришлось отвлечься от своей капсулы и переключить все внимание на начальника станции.

– И как? Мы не дышим межгалактической чумой? – Рэндолл по-видимому уже не собирался продолжать изучение добытого им материала, он положил обе руки на рядом стоящий аппарат, напоминающий шкаф. Теперь Багу были видны только его выглядывающая голова и кисти рук.

– Конечно, нет! Все показатели в норме. Проверил абсолютно все, занимался этим до глубокой ночи. Даже спасательные капсулы, они в отличном состоянии и готовы хоть сейчас долететь до соседней безопасной планеты, – Баг поднял вверх большой палец. – Ты думаешь, если бы я что-то нашел, не сказал бы тебе об этом? Да я бы первый объявил тревогу и срочную эвакуацию!

– Это на тебя похоже. Я доверяю тебе старина! Поэтому не спросил сразу, – Рэндолл отошел, поправил свитер и проговорил. – Хорошо. Если станция работает как надо, тогда еще не все потеряно.

– Не настраивай меня на негатив. Все будет отлично. Найдем контейнер, и обезвредим. Да, в первый раз. Да, возможно будут вопросы. Но это обычная внештатная ситуация, должны сами разобраться.

– Понимаю. Я не настраиваю, а рассматриваю все варианты. Даже твои фантастические мысли, принимаются на рассмотрение, – Рэндолл отошел от шкафа-компьютера, взял со стола модуль памяти, с сохраненными результатами, после чего аккуратно положил его в сейф, вмонтированный в рабочий стол. – Все, хватит этих бессмысленных тестов, начнем готовиться к нашей работе, скоро доставят очередную партию отбросов. Выключай здесь все, а то голова уже болит от этих жужжаний, – проговорив это, он захлопнул дверцу сейфа и она заблокировалась.

– Знаешь, все-таки жаль, что мы не успели убраться отсюда. Мунк был прав. Даже обидно! – Баг посмотрел на Рэндолла. – Мой контракт заканчивается через два года, также как у механика Донни. Ровно столько мне еще здесь торчать, а затем я улечу подальше с этой помойки, и никогда здесь не появлюсь.

– Ты накопил нужную сумму?

– Да. Как раз хватит, чтобы приобрести дом на ЗАГРЕБЕ. Перевезу дочь и жену, с их тканевого рабства, и тогда заживем.

– Надеюсь так и будет. Все, кто здесь работают, так же как и ты этого хотят, только у каждого свой срок контракта. Все будет хорошо, и через два года ты будешь свободен и счастлив. Но не богат!

Рэндолл громко рассмеялся, в свойственной ему манере, обнажая серебряный клык, и даже заглушил своим смехом, гул аппаратов находящихся вокруг. После чего, развернулся и начал протискиваться между всевозможным оборудованием, направляясь к выходу. Проходя мимо последнего узкого места, он вновь обратился к Багу.

– Послушай, тебе не показалось странным, что наши механики Мунк и Дорос, слишком странно себя вели вчера?

Последовала пауза, после которой прозвучал ответ.

– Я тоже заметил это. Никогда не видел от них такой реакции. Да и Дорос тоже, с самого их появления, вел себя неестественно. Они пришли позже нас, такие тихие, замкнутые и ни слова, про их любимых роботов и космических механизмов.

– Как думаешь, с чем это может быть связано? Неужели они так распереживались из-за утечки радиации? Мне они казались более стойкими.

– Не могу утверждать, но думаю стресс всему виной, они не ожидали услышать от тебя такое. Вчера ты нас всех озадачил.

– Озадачил то всех, но только ты не поддался этому безумию. Не могу поверить, что их так просто можно вывести из себя.

– Выводы делать пока рано. Дадим им время, и они придут в себя. Понаблюдаем за ними, – Баг смотрел интригующим взглядом, и крутил в руках колбу с материалом для предстоящих анализов. – А если нет, комиссуем на ЦЕНТУРИ. Там говорят всегда недобор психов! – улыбаясь во весь рот, произнес Баг.

– Надеюсь, до этого не дойдет, – произнес Рэндолл, втянул живот, протиснулся между модулями компьютеров, где на выходе, вырываясь из тесных объятий сложной аппаратуры, выскочил как пробка из бутылки.

Ни сказав больше ни слова, он направился к выходу, для разблокировки двери. Ввод пароля, сканирование ладони и проход был свободен.

Как только начальник станции скрылся в дверях, Баг, поставил колбу на стол, подошел к главному компьютеру, нажал несколько клавиш. После секундной паузы компьютер произнес.

– Работа закончена. Выключение задействованных аппаратов займет пять минут. Сохранить имеющиеся данные?

– Да, и отправь результат мне и Рэндоллу. Код 33846.

Проговорив пароль для отправки секретной информации, Баг снял лабораторный плащ, положил его на стол, взял со стула свой свитер, и, преодолевая недавний маршрут Рэндолла, до двери, добавил:

– Закрой за мной дверь. Работа закончена.

Планета ВИСО.

Станция приемки опасных грузов.

Центральный блок управления.

Как обычно здесь бывает, за оконным проемом из бронированного стекла, стоял полумрак, присущий ВИСО. Было трудно определить, какая погода царила за пределами станции: сыро или сухо, холодно или тепло, но подсознательно угадывалось, что человеческий организм не способен существовать в этих условиях без специальной защиты.

Видимость практически отсутствовала и только мощные осветительные приборы выхватывали близлежащие контуры транспортировочных трапов, металлических каркасов кранов, подъемников и обветренные стены станции.

Герметично выполненный корпус центральной станции управления был смонтирован из отдельных модулей и занимал очень удобную позицию на возвышенности. Именно этот объект был самой высокой точкой обзора и возвышался над всеми корпусами станции приемки грузов. Остальные модули и проходы к ним, плоской плитой лежали на поверхности планеты позади центра управления.

Из смотрового окна открывался хороший обзорный вид посадочной площадки для кораблей. Это место было единственное вычищенное от пыли и песка. Робот-пылесос каждый час проводил очистку посадочной площадки, он неустанно колесил по взлетно-посадочному контуру, освобождая ее от камней и пыли. Вычищенный круглый ареол светился яркими белыми огоньками, которые прямыми линиями делили круглый плацдарм на ровные шесть частей, напоминающими прицел старинного пулемета.

Окинув взглядом знакомую местность, Рэндолл посмотрел на темное небо. Где-то там вдалеке едва виден свет ближайшей звезды, который все также тускло, пробивается через бурю ветров, и едва ли сможет осветить путь заблудившемуся сотруднику станции.

Где-то там, за миллионы километров, на Земле, живет его сын Тим. Именно сейчас он находится на занятиях в своей школе и наверняка узнает много нового, чтобы в телефонном разговоре, рассказать своему отцу что-то интересное или задать вопросы по изученному материалу. Созванивались они часто, практически каждый день поддерживали связь друг с другом. Во время таких разговоров Тим часто поднимал тему разговоров о планете ВИСО, про которую много спрашивал, а потом часто писал школьные эссе на тему «Хранение опасных отходов на заранее подготовленных космических объектах», он – фанат самой опасной планеты галактики.

Тим практически не знал свою мать, он редко вспоминал о ней. Ее звали Нора. Она пропала много лет назад, когда Тиму исполнилось четыре года, это случилось на орбите планеты ЗЕВУЧ.

Земляне иногда ездят работать на другие планеты, точно также как Рэндолл и Нора. Она жила с Тимом и работала в структуре по сопровождению ценных грузов с Земли. В очередной такой поездке по сопровождению, их корабль захватили бандиты – охотники за грузовыми кораблями, и ограбили возле планеты ЗЕВУЧ. Подоспевшие военные увидели только обломки взорванного космического челнока.

Преступников отыскали очень быстро. Они рассказали, что захватили корабль с целью грабежа всего ценного перевозимого имущества, затем, как обычно, планировалось продать награбленное, и после, на вырученные деньги, нелегально попасть на Землю. После того как весь ценный груз они перетащили на свой корабль, все члены команды были заперты в одной из кают и в последствии уничтожены вместе с кораблем. Преступники пытались скрыть следы своего преступления, таким радикальным способом, что впоследствии, после суда, их приговорили к смертной казни и вывезли на планету «ЗОНА 1» для приведения приговора в исполнение. Это было самое громкое преступление, за последнее время.

Кем бы грабители могли стать, если бы попали на Землю? Конечно нелегалами. Сейчас так называют людей, которые нелегально прилетают на Центральную планету и остаются на ней жить. Они скрываются в лесу или канализации, забираются в подвалы домов, постоянно перемещаясь, тем самым не давая возможности быть пойманными полицией, и отправленными на какую-нибудь дальнюю планету отбывать наказание. Самым страшным таким объектом в галактике, до сих пор остается планета ЦЕНТУРИ. Именно туда, уже многие десятилетия, отправляют всех преступников сжигать тонны органического мусора. Мало кто возвращается оттуда и проживает долгую и счастливую жизнь. Говорят, что уровень загрязнения там так высок, что планета ВИСО с ее ядовитыми ветрами – это лечебный курорт по сравнению с ЦЕНТУРИАНСКИМ климатом.

Конечно, Норы больше не было, и это было понятно сразу после признательных показаний грабителей, но по факту ее тело так и не нашли. С пропажей без вести было легче смириться, как с тем, что ее больше нет, так что Тим и Рэндолл, до сих пор если и говорят о Норе, то только о том, где она может быть, и возможно ей удалось спастись и они ее вновь увидят.

Возможностью постоянного проживания себя и своего сына, Рэндолл обязан отцу Норы, который смог прославиться изобретением специального материала, который позже внедрили в элементы одежды военных и многих специалистов с разных планет. Его звали Базальд. Именно это изобретение позволило задержаться всей семье на три поколения. Базальд был человек старой закалки, который всю свою жизнь провел, скитаясь по не самым приятным местам галактики, он до сих пор уважаем всеми, кто его знал, все-таки он своим трудом и изобретательностью официально попал на Землю.

После исчезновения дочери, Базальд взял на себя опеку над Тимом. Он проживал с ним в хорошей государственной квартире и полностью финансировал его обучение и прочие потребности маленького мальчика. Много воспоминаний о тех временах осталось у его внука, и скорее всего он пронесет их через всю жизнь.

Базальд презирал нелегалов, отчасти из-за пропажи дочери, которой не стало именно по их вине, и даже когда позволяло здоровье, лично охотился на них, помогая полиции. Видимо работая на тяжелых и вредных работах, его здоровье было подорвано, и он не смог прожить до глубокой старости, оставив весь этот мир и Тима, когда тому было десять лет.

После того как Тим остался совсем один, Рэндолл определил его в очень престижную школу, которая предоставляла общежитие своим ученикам. Тим до сих пор учится и живет в этой школе, мечтая поскорее её окончить, поступить в университет и купить на Земле квартиру, чтобы жить вместе с отцом.

В основном в этой школе учатся дети родителей, которые уже не могут жить на Земле постоянно. Для каждого человека есть свой официальный срок пребывания, часто это не более недели в году. Получить право постоянного проживания на Центральной планете галактики, могут только люди, которые достигли больших успехов в разных отраслях науки и жизни. Также это право получают все члены их семьи в третьем поколении. Люди, которые рождаются в четвертом поколении, обязаны покинуть Землю, если конечно опять не изобретут что-то революционное, и не станут вновь полезны всему человечеству, и обеспечат своим потомкам еще три поколения райской жизни.

За учениками школы, в которой учится Тим, ведется строгий контроль. Четкое расписание позволяло максимально продуктивно распоряжаться планами на день. Отдых чередовался с обучением, спорт с культурной программой. Только два или три дня выходных в неделю, были в полном распоряжении учащегося. Также школа брала на себя обязательство по организации питания своих учеников и плановым осмотрам медика. Если было необходимо, ученику тут же оказывали высококвалифицированную медицинскую помощь. Это было единственное место после пропажи его жены, где Тим находился под присмотром и защитой, что сильно успокаивало Рэндолла.

На Земле Рэндолл не был уже больше года, хотя и имел разрешение на постоянное проживание. Работа на ВИСО была и остается вынужденной мерой. Ему очень хорошо платят, и к концу своей смены, которая закончится через пять лет, у него будет достаточно денег, чтобы обзавестись земным жильем. Работу и планету, на которой он прожил уже половину своей взрослой жизни, он успел полюбить. И даже иногда его одолевал порыв грусти, когда он думал, что больше никогда не окажется здесь, а будет жить на Земле.

К сожалению, стоимость обучения, которая включала в себя все расходы на содержание ученика, в этой, специальной школе, забирало больше половины его зарплаты. И это являлось еще одним фактором того, что Рэндолл продолжал жить и работать на ВИСО. Полет на Землю и встреча с сыном были намечены через полгода, но постоянная связь по телефону немного сглаживала грусть этого вынужденного расставания.

Часто во время очередного сеанса звонка, Тим просил отца сделать ему разрешение на посещение ВИСО и своими глазами увить эту планету и посмотреть на его работу, но ВИСО была закрытым планетарным объектом, который не предусматривал выдавать пропуски лица не достигшим девятнадцати лет. Так что, пока, пропуск для Тима, был недосягаемой мечтой.

Рэндолл, прислонившись лбом к холодному, бронированному смотровому стеклу окна станции, в задумчивости смотрел в пустоту, совершенно не обращая внимания, на шумевших за его спиной остальных сотрудников. Люди, сидевшие за столом, сменяли друг друга, кто-то быстро заходил, говорил пару слов и тут же исчезал. Кто-то работал, вбивая координаты транспортировки контейнеров глубоко под землей.

Часть панорамного вида из окна занимал огромный холм, который был испещрен каменными наростами. Этот холм служил началом скалистой гряды, которая тянулась на многие километры, и с каждым последующим километром от станции становилась все выше.

Холм имел разлом, ровно посередине. Покатые и гладкие края разлома формировали тоннель, который послужил входом в хранилище. Углубив разлом глубже в землю, первые колонисты сформировали специальные тоннели, для погрузчиков, которые с легкостью перемещались внутри тоннелей и перемещали опасные контейнеры по многокилометровым уровням.

Рэндолл стоял на своем посту достаточно долго, пока в комнате не остался он один, внутренним ощущением он почувствовал, что кроме него, больше никого нет, слегка повернулся и осмотрел ее. Все было на своих местах, за исключением новых бумаг на общем рабочем столе. Словно отойдя ото сна, он вернулся в реальность. Неожиданный приближающийся свет отразился в грязном окне станции и даже слегка ослепил его. Нарастающий свет ознаменовал прибытие очередной партии ядовитой субстанции. Работа должна была вот-вот начаться, она сама спускалась с небес. Рэндолл отошел от смотрового окна и взял рацию.

– Дорос, как слышно? Груз прибывает, готовься к приему!

– Да Рэнди, тебя слышу, сейчас открою приемник.

На другом конце станции Дорос сидел в своем привычном, удобном, кожаном кресле и смотрел в многочисленные мониторы, которые располагались вокруг него. Перед ним на столе был пульт управления роботами-помощниками. В данный момент его больше интересовали роботы-захваты, для приемки контейнера. Ловко управляя кнопками и пультом, на экране уже появился один захват и начал приближаться к садившемуся кораблю.

– Это опять автопилотируемый корабль? – спросил Дорос в рацию.

Рэндолл внимательно наблюдал за надвигающейся махиной, одновременно поддерживая связь.

– Да. Последнее время их отправляют к нам на автопилоте.

– Почему? С людьми за штурвалом намного проще работать! – возмущенным голосом проговорил Дорос.

– Сокращение штата, – Рэндолл перевел взгляд на монитор компьютера, который показывал ошибки при приемке корабля. На данный момент ошибок не было, все действия команды были правильными. – Автопилот неплохо справляется с доставкой груза. Они возможно и не такие удобные при передаче контейнера, зато не совершают ошибок. К тому же, сами корабли, те же самые, в них в любой момент можно отключить автопилот и управлять командой.

Ответив на вопрос Рэндолл посмотрел, через бронированное стекло, на робота-захвата, который уже расставил свои клешни в ожидании тяжелого контейнера.

– Мы опять используем резервный механизм захвата? Мунк и Донни еще не сделали основного робота?! – громко проговорил Рэндолл. По его интонации казалось, что он сейчас взорвется от ярости.

– Пока используем запасной, как и раньше, – Дорос усмехнулся в передатчик и продолжил управлением робота. – Они обещали сдать его в ближайшее время. Сегодня или завтра.

– Сколько можно его уже делать? Мне искать новых механиков? Думаю, Земля быстро аннулирует их контракты, при острой необходимости.

– Не кипятись ты так! Резервный модуль работает как надо, он у нас для того и существует, чтобы заменять основной. А они его уже сделали, просто сейчас проверяют, чтобы быть уверенными в его работоспособности.

– Да ты у нас защитник механиков, Дорос! – в шутку произнес начальник станции.

– Нет, конечно, просто не хочется терять нашу дружную команду! Мы столько лет вместе, о чем ты вообще? Они все сделают! Вот увидишь, уже завтра у нас будет основной робот-захват.

Передатчик замолчал, Доросу больше было нечего добавить, а Рэндоллу нечего сказать. Сейчас самое время сосредоточиться на приемке нового груза и не допустить ошибку. С механиками можно разобраться позже.

Корабль-транспортировщик был воистину большой. Он тихо опускался на посадочную площадку, мигая красными и белыми лампами. Внешне он был неуклюж и некрасив, но его крепости позавидовали бы многие здания из камня и металла. Внешняя оболочка корабля была максимально утолщена для защиты от космического мусора и астероидов. Кое-где ее поверхность покрывали глубокие царапины и вмятины, очевидно от встреч с космическими объектами. Под ней находилась защита от радиации и химических выделений. Сам контейнер был плотно запечатан и находился в самом сердце корабля.

Дорос выпрямился в кресле, взял рацию одной рукой и доложил:

– Рэнди, готов принимать груз, пять минут и можно будет открывать разгрузочные створки.

– Очень хорошо! – голос начальника был уверенным и даже немного радостным.

Транспортный корабль, был уже практически готов к расставанию со своей ценной «посылкой». Рэндолл внимательно наблюдал за ним, отвлекаясь лишь изредка, на показания компьютера. Он выждал необходимое количество времени и сказал:

– Через шестьдесят секунд открываю створки, готовься принимать.

Дорос направил робота прямо под «брюхо» огромного приземляющегося корабля и поставил ровно под открывающимися створками. Нажав на несложную комбинацию кнопок, робот-захват сам опустил металлические опоры, открыл лапы для захвата контейнеров, немного осел и застыл в ожидании тяжелого груза.

– Полностью готов! Принимаю!

Рэндолл подошел к панели управления судном, которое активно только в моменте нахождения его на площадке разгрузки, и дал команду разгружать груз.

Огромные, тяжелые двери нижнего отсека издали дикий скрежет и выпустили клубы пара. Загорелись прожектора, направленные на робота-захвата, и только после этого створки начали медленно расползаться в две стороны, обнажая зеленый контейнер, спрятанный в недрах защитных слоев корабля.

Когда створки были полностью открыты, контейнер потихоньку начал опускаться на робота, ожидавшего его уже продолжительное время. Огромные спускные механизмы работали почти бесшумно и очень четко, аккуратно опуская контейнер на робота.

Сорок пять минут требовалось для полной разгрузки корабля. Как только контейнер коснулся лап захватов, спускные механизмы сразу отдали ценный зеленый ящик и быстро сложились обратно в корабль. Лапы робота-захвата крепко, но аккуратно, охватили груз, после чего, робот вывез его, из под корабля, оттащив на безопасное расстояние.

Корабль был готов покинуть планету, для рейса за новой порцией яда.

В передатчике Дороса, прозвучал голос начальника.

– Хорошо сработано! Не забудь, оставь его пока на первом уровне. Позже мы определим его куда надо, после повторного замера загрязнений.

– Да, босс! Все уже сделано, он не опустится глубже первого яруса. – общаясь с начальником, Дорос следил за перемещением груза и вводил корректировки для более безопасной транспортировки контейнера.

Робот-захват, тяжело пробирался по коридору из защитного металла вглубь холма небольшой горы, которая служила входом в хранилище.

Само захоронение отходов представляет собой довольно долгий процесс. Контейнер передвигался все глубже и глубже под землю по специальным тоннелям, лабиринт которых состоял из многоуровневых коридоров, заканчивающихся герметичными ангарами, глубоко под землей. Один из этих специальный ангаров служил вечным пристанищем для такого рода отходов.

Планета ВИСО, является вторая по счету для захоронения и содержания такого вида груза. Первая планета носит название ДЕЛЛУИ, и она была полностью покинута людьми, так как безопасного места для захоронения на ней не осталось. ДЕЛЛУИ была закрыта для посещений, на нее было запрещено высаживаться. Консервация всей планеты завершилась тридцать пять лет назад. Она охранялась военными кораблями, в основном для отражения метеоритов, которые изредка норовили пронестись мимо на огромной скорости.

Безопасность консервации была превыше всего. За ней следили, как за вкладом, который нельзя было пополнить или снять. ДЕЛЛУИ превратилась из необитаемой планеты в огромную бомбу, в сотни раз опаснее любого оружия, когда-либо созданного на Земле.

– Настало время выдохнуть свободно и наконец-то отдохнуть, – пробурчал себе под нос Дорос.

Он весь день провел в подготовке принятия груза. Настраивал оборудование, программировал роботов, рассчитывал логистику перемещения «посылки». Изрядно утомившись, он расслабился в кресле, опустил руки на подлокотники и смотрел, как груз поглощает огромный холм. На этом его работа была закончена. Остальную часть пути роботы проделывали самостоятельно, где за ними уже следили другие сотрудники станции.

Планета ВИСО.

Станция приемки опасных грузов.

Ремонтный цех №17.

Лязг металла и звуки сварки смешивались друг с другом, образуя звуковой фон, характерный для цеха ремонта техники. Запах масла и гари, витал в огромном ангаре, в котором трудились, по меньшей мере, двадцать человек технического персонала станции, в основном младшие механики и практиканты. Младшим составом руководили старшие механики, которые в свою очередь подчинялись руководителю станции.

В этих черных, грязных стенах цеха, сформировалось своё общество, свои порядки и законы, которые переходили от учителя к ученику и не выходили за пределы блока. Все механики, от младших до старших, подстраивались под эти правила и жили по ним. Единственно чего не хватало этому маленькому трудовому мирку, это своего руководства.

Мунк и Донни, хоть и были старшими механиками, но находились в прямом подчинении начальника станции, коим был Рэндолл. Они обычно выполняли самую сложную работу, связанную с серьезным ремонтом погрузчиков и роботов, или руководили ремонтными работами младшего персонала. Также никто из них не гнушался свалить всю свою работу на каких-нибудь ребят, из низшего состава.

В данный момент, оба старших механиков, пытались восстановить часть механизма захвата, о котором вчера говорил Рэндолл. Этот огромный стальной механизм, представляет собой кубическую форму, размером 3х3 метра, состоящий из поршневых деталей, центральной части управления и огромного количества приводов, вечно облитых маслом. Его задача, при приеме грузов, заключается в выдвижении стоек, когда захват принимает груз. Месяц назад захват отказался работать, что вызвало задержку в разгрузке контейнера, и только теперь дождался ремонта. На данный момент это была самая массивная деталь, которой проводился ремонт. Время, отведенное на восстановление, уже давно истекло, и Мунк понимал, что он не сможет выползти из-под него до тех пор, пока не сделает его снова рабочим, иначе Рендолл его просто уничтожит.

– Донни! Где ты?! – Мунк был весь мокрый, пот заливал ему глаза. Его самого даже не было видно из под огромного механизма захвата, который никак не хотел работать, и где становилось достаточно душно. Рация висела у него на шее, переключатель был зажат в положении разговора. Не ждал ответа, он просто вымещал злость в прямом эфире на частоте своего коллеги. – Какой дебил поместил панель главного блока микросхем в самом низу этого агрегата?!

Мунк лежал под ним уже два с половиной часа и никак не мог разобраться, в чем была проблема. Отсутствие напарника Донни, пробудило в нем неистовую ярость.

– Донни, я тебя возненавижу, если ты не появишься и не поможешь мне!

Неожиданно, в проходе ремонтной мастерской появился Донни, то, что его появление совпало с угрозами коллеги, было чистой случайностью. Он шел тихо и размеренно, как будто за ним тянется баржа. Подойдя ближе к возвышающемуся механизму, он прговорил:

– Чего разорался, я ходил за запчастями, там перегорел датчик подачи масла в механизм выдвижения опоры. Неужели сам не видишь? Копаешься уже третий час без толка. На, вот, возьми, – Донни протянул Мунку увесистый датчик, который напоминал огромную пилюлю.

Из под края механизма появилась лишь одна рука Мунка с растопыренными пальцами, готовая схватить что угодно, лишь бы этот агрегат снова заработал.

– Наконец-то, я тебя слышу. Ты хотя-бы иногда делай вид что работаешь! – взяв запчасть, из рук Донни, рука Мунка вновь исчезла под этим тяжеленым монстром.

Перепробовав уже все варианты, Мунк и сам пришел к выводу, что виновен в поломке именно этот датчик. Его злило именно то, что его коллега сразу сообразил, в чем дело и не сказал этого, а наблюдал за мучениями друга и не стремился ему помочь.

– Твою бы голову и мои руки, получился бы идеальный работник, – Мунк уже отсоединил старый датчик и пытался установить новый. Старую, сгоревшую пилюлю, он катнул к ногам Донни, который ловким пинком ноги отправил ее путешествовать дальше по цеху.

Донни был настоящим профессионалом своего дела, который обладал огромным багажом знаний в ремонте станционной техники, но лень сделала из него посредственного работника, которого ценят только за его голову, и правильные прогнозы поломок, но не за большую работоспособность.

– И мы бы оба остались без работы! – улыбаясь, произнес Донни, и оперся на сломанную деталь.

Мунк сумел подключить новый датчик подачи масла, щелчком загнал его в держатель, и на панели зажглась зеленая лампочка, после чего выполз из-под механизма, и, не обращая внимания на Донни, громко выдохнул, ознаменовав конец мучениям. Затем, утирая свое смуглое лицо от пота, он обратился к своему другу.

– Донни, почему бы тебе сразу не предложить заменить его, почему ты молчал, когда я мучился в позе эмбриона и проверял все провода? – он вытер лицо, поправил волосы, а именно косу на своем затылке и взял бутылку воды.

– Я не был уверен в ее замене, плюс всегда приятно посмотреть, когда другие работают, – механик приятно улыбался и смотрел на своего коллегу, который жадно пил воду.

Мунк ничего не ответил. Допивая воду, что оставалась в бутылке, он принялся ходить вокруг, только что починенного механизма, и визуально осматривал все его части. После чего, сделал несколько последних больших глотков, окончательно опустошил тару и выбросил ее в контейнер для отходов. Наконец, удовлетворенно кивнув, он сказал:

– Ну и гад же ты!

Не дожидаясь ответа, он отвернулся от Донни, и направился в душ, его работа на сегодня была закончена.

Судя по звуку шагов у него за спиной, его друг последовал за ним. Как только он открыл дверь выхода из цеха, то чуть не столкнулся в проходе с Доросом, который направлялся быстрым шагом к нему на встречу. От неожиданной встречи он вскрикнул:

– Дорос! Какими судьбами? – Мунк отошел в сторону, уступая Доросу место для прохода, но он неожиданно остановился и посмотрел на механиков серьезным взглядом.

– Я вас ищу. За вами никто не идет? – Дорос попытался заглянуть за плечо подошедшему Донни. – Никто не следит?

Механики переглянулись и растерянно осмотрелись.

– Нет. В цехе остались только стажеры, им еще час минимум работать. Собирают новую защитную кабину, для наших смотровых вышек, – Донни отстранился вбок, давая наглядно убедиться главному технику, что за ними нет «хвоста» и все чисто.

Дорос сделал несколько шагов назад, спиной вышел из цеха и зашел обратно в коридор, приглашая механиков последовать за ним. Донни и Мунка не приходилось подгонять, они сразу прошли за пятившимся Доросом, и закрыли за собой дверь.

Коридор, в котором оказались трое работников, был пуст. Длинные стены тянулись вдаль и пропадали где-то в повороте. Дверей коридор не имел, так что вероятность случайно вышедшего сотрудника отсутствовала. Вся троица сгруппировалась возле закрытой двери в цех, и понизила тон голосов, так, что их не было слышно с двух метров.

– Что ты хотел? – сказал раздраженным голосом Мунк. – Вся эта конспирация, – он указал на всех троих пальцем и махнул рукой в сторону уходящего коридора. – Просто смешно!

– Заткнись и слушай! – Дорос подошел практически вплотную к механикам. – Завтра утром намечается повторный сбор анализов. Материал будут добывать Баг и Рэндолл.

– Понятное дело. Он же обещал, – Донни поставил руки на пояс и широко расставил ноги. Стоять, и слушать скучную информацию, было для него пыткой.

Дорос, абсолютно не замечал этих действий, он больше уделял внимание на секретность разговора. Вслушиваясь в каждый шорох, и часто оборачиваясь, он продолжал:

– Завтра вы должны будете проследить за нашими замерщиками. Необходимо добыть максимально много информации. О чем они будут говорить, как будут проводить замеры. В конце концов, нам нужно знать их план действий.

Не давая договорить, Донни решил внести ясность в предстоящее задание.

– Проследить, мы конечно можем. Только зачем нам это и сколько нам будет это стоить?

– Затем, что я приказал! Вашу награду вы и так хорошо знаете! – Дорос начал скалиться от злости, ему сейчас было не до уговоров.

Механики мялись с ноги на ногу, проявляя раздражительность. Поняв, что спорить бессмысленно, Мунк продолжил диалог.

– Ну и на чем ты предлагаешь нам их выслеживать? – Мунк одной рукой гладил свою косу, второй держался за армейский ремень своей униформы.

– У меня, как у главного техника, есть мотоцикл. Возьмите его. Они будут где-то возле западной стены, большего мне узнать не удалось. Аккуратно подберитесь как можно ближе, и добудьте нам информацию, но главное, чтобы никто вас не видел. Вы меня поняли? Никто!

Мунк сдвинул обе руки на свой армейский пояс, захватив его только большими пальцами рук.

– Понял, давай код от своего мотоцикла, и заряди его. После отъезда Рэнди, мы последуем за ним, разными маршрутами. Ты этого от нас хочешь? Все верно?

Лицо Дороса наконец-то смягчилось, его рот даже исказил тень улыбки.

– Вот это верные слова! Держи. Надеюсь, вы сделаете все тихо и без привлечения внимания.

Дорос протянул Мунку мятую бумажку, на которой равными почерком были написаны цифры и буквы. Мунк взял пароли и зачитал вслух каждый увиденный символ.

– Все понятно. Здесь не держат дураков, – проговорил он с умным видом, закончив читать.

Дорос, внимательно посмотрел на механика.

– Ты уверен?

– На что ты намекаешь? – Мунк посмотрел на Донни, затем резко перевел взгляд на Дороса. – На нас?! На меня?!

– Успокойся ты, я же пошутил. У меня для вас есть еще одно задание.

– Что еще… – Мунк обижено отвернулся и небрежно спрятал мятый клочок бумаги в карман своей куртки.

Дорос, вновь окинул взглядом коридор, прищурился и вслушался в тишину. Это напоминало манию преследования.

– Этот Рэндолл, – начал он вновь говорить, еще более тихим голосом. – Я чую таких людей и вижу их насквозь, он явно что-то стал подозревать. Этот неконтролируемый выброс радиации, насторожил его.

– Мы тоже так думаем, – с тревогой в голосе проговорил Донни, после чего пихнул локтем своего товарища. – Как такое вообще могло произойти?

Дорос посмотрел на механиков и понял, без разъяснений ему не обойтись, пусть даже поверхностно.

– Мы доставили контейнер в одно из ущелий горы «СИУ», там на севере. И той же ночью случился сильный обвал скальной породы, откололся целый кусок скалы! Он повредил оболочку защиты, кто знал, что случится этот камнепад? – Дорос развел руками вверх и вниз, указывая на размеры оторванного камня. – Радиационный фон, и уровень общего загрязнения повысились. Это авария на производстве, если можно выразиться. Так или иначе, наши люди всю ночь разбивали этот огромный кусок камня, который придавил наш контейнер. Работы уже закончены, они успели увезти поврежденный блок от туда и сегодня постараются вернуть его на прежнее место в хранилище. Соглашусь, это была неудачная и очень рискованная идея!

– Зачем вообще вы его вытянули оттуда?! – Донни посмотрел на Мунка, который спокойно слушал сбивчивый рассказ Дороса. – Это же так сложно сделать!

– Видишь ли, у нас нет права на ошибку. Этот контейнер должен был быть прикреплен дополнительно к кораблю, и тем самым потенциально увеличить опасность, от столкновения с Землей. Что в свою очередь говорит о повышении наших шансов на получение согласия землян на наши условия.

Мунк с каменным лицом, прервал молчание.

– Теперь план остается прежний? Надеюсь больше никаких экспериментов и сюрпризов?

– Да, да! План остается прежним. Один корабль уже у нас, он на подлете, определим его как раз в то самое ущелье, где хранили поврежденный блок, оно идеально подходит для нашей миссии, по размерам и скрытности. К тому же все камни, что могли там упасть, уже упали. – Дорос, не к месту ухмыльнулся. – К остальным кораблям, мы завтра отправляем людей на перехват, как у нас будут все три, тогда и начинаем действовать.

– Их местонахождение точно не смогут определить?

– Конечно, нет. Мы целый год над этим работали! Система геолокационного контроля взломана. Все поисковые системы и связь также отключены. Эти корабли не смогут обнаружить еще очень долго.

– Ладно. – Мунк, не выражая эмоций, махнул рукой в сторону Дороса и посмотрел на Донни, который засунул руки в карманы и оперся о стену.

Тем временем Дорос, просканировав взглядом пространство вокруг, продолжал:

– Поврежденный контейнер мы поставим на место. Завтра изменится погода, и ветер больше не будет разносить выбросы по всей округе. Как раз завтра Рэндолл и Баг собираются ехать за повторным сбором материала, у них он будет намного чище, чем в прошлый раз, и это должно успокоить его, хотя-бы на время.

– Будем надеяться, – резюмировал Донни. – Ты лучше поясни нам, что за переполох с этой тревогой? Почему она вообще произошла? Ты же говорил, что все уладишь в любом случае!

– Когда ночью сработала тревога системы безопасности, я постарался заблокировать сигнал. И у меня это получилось! Изначально он должен был сработать только в комнате у Бага. Моя блокировка сработала, но система включила дополнительный канал сообщений, и тогда тревога сработала уже в комнате начальника станции – Рэндолла. Будь он не ладен! Я думал, что он не обратит на это серьезного внимания, а просто передаст всю информацию Багу утром, а мы потом замнем это недоразумение, но нет, этот Рэндолл включил «героя», и отправился в ураган добывать образцы! Я ничего не мог поделать.

– Он точно ни о чем не догадается? – настороженно спросил Мунк.

– Попробуем ликвидировать все последствия, и они успокоятся, но главное сейчас, никто не должен подавать вид или странно себя вести! Например, как вы вчера! Два идиота! – Дорос перешел на крик, но сразу же одумался, и снова завертел головой по сторонам. – Если вдруг Рэндолл или Баг, каким-то образом почувствуют неладное, тут же сообщат на Землю, а мы не можем этого допустить! Все наши многолетние труды должны быть вознаграждены, время пришло, ждать осталось совсем недолго.

Донни отпрянул от стены, потер руки и воодушевлённо проговорил:

– Ну что ж, мы все поняли, пойдем, займемся делом? – он вопросительно посмотрел на Мунка, а затем на Дороса.

– Идите. Только учтите, если завтра вас схватят, вы ничего не знаете и просто совершаете объезд территории с целью планового осмотра. Поняли?

– Да, договорились! – за обоих механиков ответил Донни.

После этого, Дорос указал механикам рукой в сторону уходящего коридора, предлагая им проследовать в этом направлении, а сам направился к двери, ведущей в цех. Проходя мимо них, он добавил:

– Я иду туда, чтобы якобы проследить, как идут дела у стажеров по восстановлению колесного погрузчика. А вы, не привлекая внимание, идите куда собирались.

Вся троица начала расходиться в разных направлениях. Механики, пошли вдоль коридора на выход, каждый в свои комнаты. Им предстояло готовиться к завтрашнему дню, по всей видимости, их ждет очень ранний подъем. В свою очередь Дорос, скрылся за дверью цеха, унося с собой будущий план по угону и хранению космических транспортных кораблей.


## ГЛАВА 3. «СЛЕЖКА»

> Планета ВИСО.

> Станция приемки опасных грузов.

> Спальный корпус.

> Комната начальника станции – №31.

К пяти часам утра, Рэндолл крепко спал в своей убранной комнате спального блока станции. Уборщик потрудился на славу, убрав все его вещи на положенные для них места. Видимо, он потратил на это не один час своего рабочего времени, прежде чем, комната вновь обрела обжитой, ухоженный вид. Чистые поверхности, расставленные книги и вещи по своим местам, и убранное белье, сильно удивили начальника станции, когда он впервые вошел в свою спальню. Рэндолл даже заставил себя вновь привыкать к преобразившемуся помещению, казалось, оно изменило свои размеры и формы, став более просторным.

Для этого времени Земных суток, в коридоре и глубоко за его пределами, было как всегда тихо. Казалось, что все живое исчезло, остались только бетонные сооружения внутри станции, и недвижимо стоящие силуэты машин снаружи, тень от которых напоминала застывших человекообразных киборгов.

Буря утихла, оставив после себя занесенную песком станцию. Пыльные облака развеялись, утратив свою непроглядную тьму и ветреную силу, после чего медленно опустились ядовитым покрывалом, на местные безжизненные просторы. Рассвет вновь пробивался к поверхности планеты, озаряя ее теплым светом, с каждой минутой все больше и больше набирая силу яркости.

Нарушил молчание бетонных коридоров быстрый звук топота, кто-то бежал по коридору, разнося по всем переходам громкие звуки тяжелых шагов. Утренний забег прекратился возле двери комнаты №31.

Неожиданно в комнате начальника станции сработал звонок и раздался еле различимый стук. Внутри помещения ожил экран, висевшей на стене, напротив спящего Рэндолла, после чего на нем появилась картинка незваного гостя. Динамик, встроенный в дверь, издал звук запыхавшегося голоса:

– Рэндолл откройте, это смотритель первого отряда, Стефан!

Рэндолл лежал умиротворенно и не проснулся даже после второго звонка. Провозившись с Багом, в изучении полученных ими материалов, и устав от последующих работ по приемке груза, он сразу же провалился в сон, едва его голова коснулась подушки. Ночь пролетела как один миг, ни снов, ни видений. Мысли о предстоящей исследовательской миссии также не ели изнутри его сознание, пожирая остатки уверенности в завтрашнем дне.

– Рэндолл! Это смотритель! Проснитесь и откройте дверь!

После третьего, самого затяжного звонка, и последующего за ним крика, Рэндолл проснулся. Казалось, кто-то колотит в дверь ногой. Он медленно скинул одеяло, встал на ноги, подошел к входной двери и открыл ее. Потирая глаза, начальник станции уставился на не званого гостя.

Гость был одет в стандартную форму дежурного. Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, оголяя футболку цвета хаки. Волосы у него были взъерошены, как будто он тоже только что проснулся и сразу побежал будить начальника. Круглое лицо, курносый нос и широко открытые глаза делали его похожим на одуванчик, очень встревоженный и запыхавшийся, одуванчик.

– Рэндолл, ну вы и спите, я чуть весь блок не разбудил, думал вы в самоволку ушли! – отшутился молодой мужчина.

Рэндолл оперся на дверной проем, высунул голову в коридор, поближе к нарушителю спокойствия и вяло пробормотал:

– Ближе к делу.

– Хм, хорошо… – Стефан взял паузу, как будто вспоминая, зачем явился в столь ранний час. – Разбудил я вас по той простой причине, что на планете выявлено превышение многих видов загрязнений и радиации, но это не самое главное…

Рэндолл перебил его, пытаясь успокоить и надеясь, что дежурный все поймет, и они разойдутся по своим делам.

– Про загрязнения мы давно в курсе. Сейчас я уже встал, и буду работать над этим, – он вдруг замолчал, подумал секунду, пока, наконец, до него не дошел смысл слов, сказанных Стефаном. – Что-то еще произошло? Что может быть главнее?!

– Произошло. Транспортный корабль, который должен был доставить ядерные отходы с Земли, пропал. Время его прибытия на нашу орбиту планировалось сегодня, на пять часов утра, но его нигде нет.

– То есть, ты хочешь сказать, что корабль просто так исчез? Пропал и не выходит на связь? – Рэндолл не сразу понял суть новой проблемы.

– Да, именно так. Наш поисковый отряд уже вылетел на его поиски. Предполагаем, что транспортник что-то обесточило, с ним пропала связь и навигация местонахождения.

Рэндолл ничего не ответил, он пытался собраться с мыслями и неожиданно осознал, что две неприятности за три дня слишком много для его возможностей по их устранению.

Тем временем Стефан продолжал:

– Повторюсь, наш поисковый отряд уже в пути. Мы не знаем, где точно находится пропавший корабль, но знаем примерные координаты поиска, результаты будут даны после обеда. Мы обязательно проинформируем вас.

– Вы разбудили меня сейчас, только для того, чтобы сообщить это мне? – Рэндолл еще раз потер глаза.

– Да. И с вашего позволения мы продолжим поиски. Возможно, вы дадите свои рекомендации, или дополнительные приказы.

– Нет, пока мне нечего добавить к вашим действиям. Скорее всего, корабль завис на нашей орбите и ждет, когда его найдут. Ничего страшного. Действуйте согласно схеме нештатной ситуации. Благодарю за то, что сообщили эту информацию.

– Хорошо. Если что, я всегда на связи, – Стефан указал на свой передатчик, который болтался на его поясе.

– Договорились. Жду от вас отчет о поиске. Мне уже совсем скоро нужно будет лететь на плановый осмотр местности. Вы кому-то уже говорили об этом пропавшем корабле?

– Да, но не сотрудникам нашей станции, – четко произнес Стефан. – На базе знаете только вы и поисковый отряд. Также вся информация была передана на Землю. От них мы и узнали, что корабль потерялся, он пропал с их систем слежения ночью, думали он прилетит на автопилоте к нам, но этого не произошло.

– Пусть пока так оно и остается. Никому на нашей станции не сообщайте об этом. А сейчас, прошу тебя, разбуди Донни и Мунка. Пусть они быстро собираются и подходят к взлетной площадке, мне нужно им лично сообщить эту новость. Я уже сейчас соберусь и буду ждать их возле первого вертолета через двадцать минут. Только поторопи их!

Стоило предупредить механиков о том, что корабль сегодня можно не ждать, а так же о том, чтобы они держали язык за зубами. Как показало последнее собрание, они оказались подвержены панике.

– Я вас понял, сейчас будет сделано! – сразу после этих слов, Стефан отошел от двери начальника станции, кивнул, и торопливо зашагал по коридору в сторону следующего спального корпуса.

Рэндолл быстро почистил зубы, и принялся одеваться. Открыв дверцу шкафа, он нашел новый защитный костюм, доставленный прямо в его комнату. Костюм был аккуратно сложен и находился на своем месте, за защитным стеклом. Рэндолл сразу надел свою любимую майку-тельняшку, тонкие штаны, поверх которых натянул новый комбинезон. Надев сапоги, и накинув плащ, он взял с пола маленький рюкзак с разнообразными необходимыми мелочами. После чего, забрал документы и карты со стола, которые были загружены в маленький сенсорный блок, и вышел в коридор.

По ощущениям было понятно сразу, на этот раз, костюм очень удобно сидел на нем, как будто его сшили на заказ. Ничего не сковывало движений, он был мягкий и практически не ощущался на теле, но главное, что он был нового образца, в котором защитная маска надевалась автоматически, стоило лишь нажать на кнопку. Она, как и весь механизм надевания защиты, располагались сзади, со спины костюма, в области плеч, повторяя форму человеческого тела, и практически никак не ощущалась на спине во время движений. Даже визуально, весь автоматический механизм, было трудно увидеть. Новые технологии очень вовремя сменили старые.

Рэндолл прошел блоки спальных корпусов и столовые, завернул за угол и казался прямо перед развилкой коридоров, один из них вел к ангару с техникой. Он направился в правый туннель и шел вдоль энергетических установок станции. Установки работали, создавая гул огромного пчелиного роя. Вдалеке уже была видна желтая дверь ангара. Рэндолл достал из кармана свою карточку сотрудника станции и, подойдя к двери, приложил ее к пропускному устройству. Дверь моментально открылась, запуская начальника в местный гараж.

Пройдя небольшую комнату для дезинфекции людей, он оказался в ангаре с техникой. Здесь три раза в день, проводят обеззараживающую уборку помещения и техники, ведь здесь машины не подвергаются дезинфекции каждый раз, когда побывают на поверхности планеты. Это связано с тем, что технику часто используют, и скопление очередей на обеззараживание ненужное занятие. Постоянное обеззараживание станционной техники ликвидировали, ограничив доступ в ангар персонала без защитного снаряжения.

Ангар был большой. Выезд из него, был на противоположной стороне, состоящий из больших массивных дверей, которые разъезжались в стороны, выпуская очередного смельчака со своей безопасной территории. Находиться в ангаре с техникой без защитной маски, настоятельно не рекомендовалось. После того, как Рэндолл переступил порог ангара, он сразу дотронулся до черной кнопки на плече своего костюма, и на его глаза, рот и нос, тут же приклеилась защитная маска красного цвета.

Красные респираторы были только у руководящего состава базы. Помощники и рабочие носили синие. А работникам низших должностей достались белые. Конечно, цвет респиратора не был точным отличительным признаком работников, но все старались следовать этому правилу, чтобы не было путаницы.

Рэндолл пошел вдоль рядов самой разнообразной техники, она была и маленькой и большой, практически вся накрытая защитными чехлами. Наконец добравшись до конца ангара, он увидел вертолет серии «3347». Эта машина, как раз подходила для его цели, так как она была создана для заданий по выслеживанию и доставки личного состава в труднодоступные места. Крылья, лопасти и даже турбины были сложены, и от этого он сейчас казался очень компактным судном.

Кто-то предусмотрительно скинул чехол с машины и тем самым подготовил ее к полету. Наверное, Стефан, уже распорядился об этом.

Сев в кабину пилота, Рэндолл заставил вертолет ожить, и принять свой функциональный вид, готовый к работе. Все экраны и лампочки засветились, машина издала низкий монотонный звук и еле слышно загудела. Лопасти равномерно распрямились под нужным углом, и теперь стали видны из кабины пилота. Крылья на корпусе и на хвосте выдвинулись, и теперь вертолет напоминал обтекаемую каплю с шипами на хвосте и кабине.

Рэндол осмотрел все приборы, тумблера и лампочки, присутствующие на панели управления машиной. Редкие вылеты и отсутствие постоянной практики, создавали некую нервозность предстоящего полета. Поудобнее устроившись в кресле, он глубоко вздохнул, успокоился и принялся ждать появление механиков.

Не прошло и десяти минут ожидания, как на горизонте появился Стефан. Смотритель бегом сократил расстояние, и теперь был возле вертолета. На его лице не было маски, что говорило о незнании или забывчивости дежурного. Заглянув внутрь кабины, он нашел взглядом начальника станции и быстро проговорил.

– Донни и Мунка нет на объекте. Их комнаты пусты. Дежурный сказал, что они выходили ранним утром из корпуса, но так и не вернулись.

– Где твоя защитная маска? Не подвергай риску свое здоровье, Стефан. У нас на ВИСО жуткий медицинский блок. Там лучше не появляться.

Стефан засмеялся и резким движением натянул защитную синюю маску на лицо. Рэндолл вернулся к главному вопросу.

– Странно, куда же они пропали?

– Не могу знать ответ на этот вопрос, видимо решили пройтись, или закончить недоделанную работу, в каком-нибудь ангаре.

– Какую недоделанную работу? Эти два персонажа в рабочее время не могут совладать с ней, и уж точно никогда не выходили в свой выходной день на ночную подработку.

– Это всего лишь предположение, их точное местонахождение, мы сейчас выясняем.

Стефан достал рацию из нагрудного кармана и проговорил:

– Милли, прием. Ты нашла наших беглецов?

На том конце рации, высокий голос Милли сразу дал ответ:

– Нет. Связи с ними нет, но мы найдем их в ближайшее время.

Рэндолл слышал, что говорила Милли, пояснений не требовалось, а времени оставалось очень мало.

– У меня нет времени их ждать. Я вылетаю. Скоро вернусь, – с этими словами, Рэндолл захлопнул кабину, вновь занял удобное положение в кресле пилота, снял маску и принялся пристегивать ремни.

– Принято! – Стефан кивнул, развернулся на месте, и быстрым шагом покинул ангар.

Рэндолл посмотрел вслед уходящему силуэту, после чего нажал на панели управления комбинацию приборов, приказав ангару открыться. Двери медленно поползли в стороны, впуская завихрения пыльного ветра. Как только узкая полоска света ворвалась в помещение, Рэндолл нажал на педаль колесного хода, и вертолет медленно покатился вдоль бункера, покидая свою стоянку.

Преодолев ворота, Рэндолл нажал на кнопку закрытия ангара, и, не успев открыться до конца, массивные двери вновь начали сближаться навстречу друг к другу. Не обращая на это внимания, он повел летательную машину в сторону взлетно-посадочной полосы.

Вертолет был готов к взлету, как вдруг раздался неожиданный писк передатчика и низкий мужской голос проговорил:

– Доброе утро вселенная! Время срочных новостей! Со вчерашнего дня на Земле остановлена вырубка лесов для восстановления численности деревьев. Запрет продлится пять лет. Запасов леса и деревозаменяющих материалов составляет объем, равный дерево потреблению сроком на семь лет!

Затем проследовала пауза, заполненная официальной музыкой станции оповещения Земли. Рэндолл просто забыл выключить ежедневную трансляцию новостей в своем передатчике.

– А теперь переходим к межгалактическим новостям, которые летят к нам с планеты ВИСО! Там, два дня назад, случился выброс ядовитых отходов. Само по себе происшествие не является опасным и как нас заверили, будет ликвидировано в течение двух дней. Также до нас доходят слухи о том, будто бы один из транспортных кораблей, с самым опасным грузом, пропал со связи и теперь его поиском занимаются специальные поисковые отряды. Специалисты говорят, что такая ситуация могла случиться впервые и гипотетически не представляет угрозы, так как каждый корабль имеет свою многоуровневую систему безопасности. Разгерметизации отсека с отходами не произойдет, а значит, он не представляет прямой угрозы. На данный момент точных данных о пропаже корабля мы не имеем, и не располагаем информацией о правдоподобности этих слухов. Возможно это чья-то шутка, или нас ждет катастрофа планетарного масштаба?! Будем держать вас в курсе событий!

Передатчик, настроенный на воспроизведение новостей с Земли, издал звук и затих.

Рэндолл сидел в корабле и думал, как же быстро распространяется информация. Еще два дня назад об утечке не знал даже он, а теперь о ней знаю все. При том, что он всем приказал хранить молчание, но самая главная новость застала его врасплох. Транспортник никто не находил. Куда он делся и что сейчас с ним происходит, никто не знает, именно это было очень пугающей новостью.

Рэндолл взял рацию с панели приборов, нажал на кнопку связи и проговорил:

– Диспетчер. Прошу разрешение на взлет!

Диспетчер ответил моментально, он ждал этого сигнала, так как видел как за пределы ангара только что выкатился вертолет.

– Разрешаю.

Рэндолл постарался отвлечься от плохих мыслей, и нажал на кнопку ручного управления. Вертолет взвыл, напрягся и был готов к полету. Ветер от лопастей моментально разогнал всю пыль с полосы, нанесенной недавним ураганом. Рэндолл крепко взял штурвал одной рукой, второй нажал на комбинацию тумблеров и потянул рычаг мощности на себя. Вертолет медленно начал отрываться от поверхности взлетно-посадочного круга.

Планета ВИСО.

Воздушное пространство.

Полет проходил в скучном, штатном режиме. Безжизненные пустыни, сменялись безжизненными холмами. Только вторая станция, находившаяся в семи километрах от первой, раскрасила местный пейзаж, своими причудливыми, непривычными для местного пейзажа формами. Пролетев еще более пятидесяти километров, на горизонте стали появляться очертания следующей станции.

– Так далеко улетать я не планировал, – проговорил Рэндолл, уводя вертолет в крутой наклон для разворота.

Вертолёт издал гулкий рык, развернулся по дуге, и снова выпрямился по горизонту. Рэндолл вел вертолет ровно по квадрату всей площади земли, прилегающей к станции. Он изредка смотрел на мониторы, тем временем все больше изучая пейзаж, проносящийся под ним. Он пытался визуально заметить что-то необычное, но ничего не находил.

Полет проходил над бескрайними пустынями, с однообразным пейзажем и без опознавательных ориентиров. Только аппаратура вертолета позволяла не заблудиться в такой местности.

– Ну что же. Пора брать пробу местного воздуха, – щелкнув включателем, Рэндолл повернул ручку управления, для возможности использовать специальный механический захват, который в свою очередь, цепкими объятиями, сжимал контейнер для замера примесей воздуха.

Металлическая рука, выдвинулась из носовой части кабины, сразу отдалившись на максимальное расстояние замера. Крышка контейнера отскочила, открыв решетчатое начало фильтров. Вдруг контейнер стал втягивать воздух как пылесос, издавая при этом странные шипящие звуки. Через несколько секунд материал был добыт, и вновь герметично закрыт крышкой.

– Хорошо. Следующий замер произведем на другой стороне.

Рэндолл приказал руке скрыться в носу вертолета, а сам направил его на другую, дальнюю точку площади, принадлежавшей его станции.

Весь полет его не покидали мысли о пропавшем корабле. Что с ним могло случиться, и где он теперь. Проблемы сыпались как вода из душевой лейки, и решать все разом стало непосильной задачей для всего его штата сотрудников. Обдумывая последние события, он неожиданно для себя, открывал особые стороны личности в своих подчиненных. Перемены в их поведении нельзя было не заметить. Как его главные механики начали нервничать на последнем собрании, а теперь их не могут найти. Или как главный техник приемки, вел себя слишком спокойно, будто понимая всю ситуацию, и даже принимая в ней участие по ликвидации последствий.

На фоне остальных меньше всего поменялся Баг. И сам по себе напрашивался вывод, что часть сотрудников, резко сошла с ума, отколовшись от группы все еще разумных людей.

Подлетев к очередному месту для сбора материала, он вновь произвел манипуляции с вертолетной рукой. И как только она скрылась в фюзеляже машины, было принято решение возвращаться на базу.

– Диспетчер, прием! Это борт «3347». Я возвращаюсь на базу.

Через маленькую паузу прозвучал ответ.

– Вас поняли. Возвращайтесь.

Рэндолл развернул вертолет и устремился в сторону посадочной площадки станции.

Планета ВИСО.

Станция приемки опасных грузов.

Ангар хранения техники.

Рэндолл завис над посадочным кругом, осмотрел его с высоты, и аккуратно приземлил вертолет. Как только колеса машины, коснулись площадки, он выключил основные двигатели и ввел аппарат в режим хранения. Лопасти принялись складываться, скрываясь за кабиной пилотов, двигателя, крылья и антенны втягивались в корпус вертолета, уменьшая его в размерах практически вдвое.

Не дождавшись завершения этого процесса, Рэндолл продолжил управление колесной базой летающей машины и направил вертолет в сторону закрытых герметичных дверей ангара. Двери медленно принялись разъезжаться в разные стороны, пока не открылись достаточно, чтобы вертолет смог проехать внутрь. Вертолет медленно заехал в ангар закрывая за собой герметичные двери.

Рэндолл провел вертолет до его места хранения и выключил питание всех систем. Корпус машины осел, а посторонние звуки работы всех систем управления стихли. Полет прошел удачно, и это не могло не радовать начальника станции. Расстегивая ремни безопасности, и надевая маску, он заметил Бага, который уже ждал его в ангаре, возле подготовленного багги.

Выскочив из кабины пилота, Рэндолл захлопнул дверь кабины и подошел к носу вертолета. Там, он открыл крышку с хранившимися в ней колбами, с взятыми ранее пробами воздуха. Оттуда он достал две колбы и уютно разместил их в карманах своего нового костюма.

– Опаздываешь дружище! – Баг выглядел довольным, хотя из-за надетой защитной маски было трудно определить его настроение.

– Немного задержался. Давно не летал, неуверенно себя чувствовал, – сказал Рэндолл, обдумывая решение рассказать ли Багу о пропавшем корабле, наверняка он еще не знает эту новость.

– У меня все готово. Прыгай внутрь! – Баг указал на место пассажира.

Багги был больших размеров. Визуально он был и выше и длиннее среднего автомобиля. Его предназначение – это исследование новых земель и проведение экспедиций. Огромные колеса имели глубокий рисунок протектора. Внушительная подвеска оттягивала автомобиль от земли не менее чем на метр. Багги имел пять посадочных мест и грузовой отсек сзади, для любого вида оборудования. Кабина была герметичной, так что находиться внутри можно было без защитной маски в полной безопасности.

Грузовая часть машины уже была заполнена всем, что смог дотащить до машины Баг.

– Ты уверен, что нам все это будет нужно? – поинтересовался Рэндолл.

– Не уверен, но ты сам сказал, что не на своем горбу понесем. Помнишь? Вот я и подумал, вдруг пригодится.

– Ладно. Поехали быстрее, отстаем от графика, – Рэндолл сверил время, открыл дверь и взобрался на борт багги.

Баг занял свое место рядом, за рулем. Двери захлопнулись, и воздуховод начал прокачивать в салон чистый воздух. Через несколько секунд, водитель и пассажир сняли защитные маски.

– Предлагаю пристегнуться. Из-за твоих задержек нам придется ехать очень быстро!

Защелкнув свой ремень безопасности, Баг нажал на кнопку, запуска двигателя. В ту же секунду мощный мотор взвыл, выпустив из глушителей два черных клуба дыма. Вибрация от работающего мотора передалась по всему салону автомобиля.

– Ну как? – сказал с довольным видом Баг, переставляя рычаг в положение движения вперед, при этом добавляя и уменьшая обороты мощного двигателя.

– Круто, я в восторге, – проговорил безрадостно начальник станции. – Едем!

– Открывай! – скомандовал водитель, и нажал кнопку на приборной панели, для открытия ворот.

Створки вновь начали разъезжаться. Как только стала видна полоска проникающего снаружи света, багги громко взвыл, выпустил две струи черной копоти из выхлопных труб и с пробуксовкой рванул с места как гоночный болид, оставляя после себя четыре черные полоски на бетонном покрытии ангара.

Баг был явно одержим данной техникой, он вцепился в руль обеими руками, и сосредоточенно управлял машиной, не сбавляя скорости даже при явной необходимости ее сбавить. Полноприводный аппарат брал все препятствия, в которые загонял его водитель. Грязь и пыль летели прямо на лобовое стекло и крышу, но дворниками Баг сразу смахивал их, из-за этого видимость была минимальной. После очередного прыжка с холма, когда колеса машины не касались земли несколько секунд Рэндолл взял слово.

– Куда мы так торопимся? Нам же за это не заплатят!

– Мы торопимся, потому что догоняем упущенное время. Сам же этого хотел. И еще потому, что мне нравится такой стиль вождения! – довольное лицо Бага повернулась в строну Рэндолла, и тут же отвернулось, устремив свой взгляд вдаль. – Не отвлекай меня. Видишь, и так еле ямы объезжаю!

Не меняющийся пейзаж пролетал за окном их маленького, но быстрого автомобиля. Холмы, серый песок, ровное плато, вновь сменялось серым песком с галькой. Сзади себя автомобиль оставлял пыльное облако, которое взмывало вверх и растворялось где-то высоко от поверхности планеты.

Камни, вылетая из-под колес, барабанили в стекла и двери корпуса машины.

– Давай сейчас сбавим обороты, мне тебе нужно кое-что сообщить, – Рэндолл посмотрел на сосредоточенного начальника безопасности станции, который сгруппировавшись, словно гепард перед нападением, управлял несущимся багги, и даже не обращал на него внимания.

– Блин, – вырвалось у Бага. – Ну что? Неужели нельзя потерпеть, скоро уже приедем!

– Нет! Нельзя. Сбавляй скорость и слушай меня. Сейчас же!

Багги сбавил скорость и теперь ехал просто быстро. Вибрация, звуки и покачивания кузова стали вполне приемлемы для продолжения разговора.

– Слушаю, – проговорил обиженным голосом Баг.

– Сегодня ночью пропал один транспортный корабль. Это даже сообщили по новостям. Ты разве не слышал?

– Я слышал утром, как передатчик транслировал новости, но не вслушивался в то, что там сказали, был слишком занят сном. Как так пропал?

– А вот так. Не выходит на связь, и никто не знает, где он сейчас находится.

– Во делааа… – задумчиво на распев произнес Баг. – Сколько же неприятных новостей за одну неделю. И что будет дальше? Его ищут? Откуда эта информация в межгалактических сводках новостей?

– Его ищут. С самого утра. В новостях сказали, что пока не располагают доказательствами этого происшествия, и вообще склонны полагать, что это чей-то розыгрыш.

– Нам, конечно, это на руку? – Баг вопросительно посмотрел на своего начальника.

– Да. Наш поисковый отряд улетел на поиски, исследуют необходимый квадрат. Как раз тот, где пропал корабль со связи. Если знаешь, система безопасности таких кораблей устроена по принципу, оставаться на одном месте до прибытия помощи. Следовательно, если он пропал со связи и с радаров, произошла внештатная ситуация. Выходит, он сейчас находится в том самом месте, где это произошло, он попросту не мог улететь дальше или вернуться, потому что система не позволит.

– Конечно, я знаю об этом. Но его должны были уже найти!

– Вот именно! Должны были найти еще утром, но не нашли. Когда я производил осмотр территории с вертолета, я выходил на связь с базой и уточнил, нашли ли пропавший корабль, и ответ был отрицательный. Поисковые группы уже вдоль и поперек облетели весь квадрат поисков, но корабля и след простыл.

– Такого быть не может. Если корабль находится не в зоне поиска, значит, кто-то его отогнал в другое место. Стало быть, похитили, – Баг посмотрел Рэндоллу в глаза. – Но это просто бред! Кому бы это потребовалось, а главное как?!

Багги выехал на абсолютно ровное плато и посторонние звуки, кроме рокота двигателя сзади, полностью пропали. Машина летела по ровному участку, как будто по воздуху.

– По всей видимости, корабль действительно угнали. Или отбуксировали. Я не знаю точно. Но что-то с ним не так. Раньше корабли вообще не пропадали, а тут бац, – Рэндолл звонко хлопнул в ладоши. – И концы в воду.

– Целый детектив разворачивается вокруг нашей планеты! Можно книжку написать.

– Можно и книжку, и диссертацию. Знаешь, о чем я сразу подумал, когда меня огорошили этой новостью?

– Предполагаю. Стоп! Не говори этого! Это просто фантастика! – Баг замотал головой не желая слушать ответ Рэндолла.

– Да, да. Фантастика! – ухмыльнулся Рэндолл, вновь демонстрируя свой сверкающий клык.

– Я не хочу это слышать! – Баг убрал руки от руля и заткнул ими уши. Но вскоре, когда машину начало вести вбок, он вновь схватился за руль.

– Но ты услышишь. Пропажа корабля, как то связана с нашими неприятностями. Пока что это только мои мысли, но опыт мне подсказывает, что столько совпадений не может быть просто так. Кому и зачем это делать, не понимаю. Но это все, так просто не закончится.

– Посмотрим. Будем иметь в виду твою версию, все равно не могу в это поверить. Думается мне, что корабль и наши проблемы простое совпадение.

– Посмотрим. – Рэндолл откинулся в кожаное кресло и расслабился.

Это послужило для Бага призывом к действию. Багги вновь начал набирать скорость. Двигатель снова ревел как зверь и гнал машину вперед по бездорожью, цепляясь за каждый камушек и уступ. На первый взгляд этот багги ничем не отличался от прочей исследовательской техники, которая хранилась в ангаре станции, но как оказалось, у него была своя изюминка, своя душа, металлическая, рвущаяся вперед к бескрайним просторам, новым открытиям, впечатлениям и бесконечной свободе.

Машина летела как стрела, прорезающая бескрайние плато, оставляя за собой ровный столб поднятой пыли. За время поездки, Рэндолл даже успел полюбить этот транспорт, и с удовольствием бы прокатился на нем еще раз, когда все это закончится.

– Уже почти приехали! – крикнул Баг, управляя несущимся монстром, который показывал чудеса проходимости. За такую короткую поездку он смог без труда преодолеть большие холмы и глубокие расщелины, зыбучие пески и каменные рвы.

Рэндолл посмотрел вдаль. На горизонте показалась цель поездки. Вышка уже выглядывала из-за холма, демонстрируя свою ровную смотровую площадку, она была высокая и широкая, и идеально подходила для взятия более точных проб.

Планета ВИСО.

Район станции приемки опасных грузов.

Южная смотровая вышка.

Мунк лежал на животе и пристально смотрел в бинокль, наблюдая за двумя силуэтами вдали, которые были объектами его внимания. Рядом сидел Донни и разбирался в настройках рации, пытаясь настроить ее на необходимый, зашифрованный диапазон, чтобы никто не смог определить их местонахождение или услышать их разговор. Рация издавала сильное шипение и помехи.

– Тише! Здесь большая слышимость! – практически шепотом проговорил Мунк.

После этого, он опять уставился в линзы бинокля и продолжил осмотр людей и местности, ради которых была затеяна вся вылазка.

В районе южной смотровой вышки, стояла спокойная и ясная погода. Как и всегда местная земля была пустой и мертвой, только силуэты двух людей, находившихся на смотровой площадке вышки периметра станции, привлекали внимание своими странными движениями.

Разобрать, кто именно был там, было сложно, защитные костюмы практически полностью покрывали их лица, не говоря уже о туловище. Один человек стоял с вытянутыми вверх руками и пытался поднять аппарат забора воздуха как можно выше. Очевидно, когда аппарат показал, что в заборе есть лишние примеси, тогда этот человек стал подкидывать аппарат как можно выше от земли, надеясь уловить более чистый воздух на высоте.

Второй силуэт стоял на коленях и вероятно проводил анализ пыли, взятой с поверхности планеты. Нахождение высоко над землёй позволяло ему быстрее отправлять получившуюся информацию сразу в цент управления на станции, который МИРО сразу обрабатывал.

Рядом с наблюдателями находилась маленькая высокочувствительная эхолокационная станция. Ее улавливатель торчал из засады вместе с обритой головой Мунка. Она передавала голоса людей, которые находились от них на расстоянии не менее одного километра. Голоса, которые издавала станция, были плохо слышны, из-за сильных помех. Но все же удавалось различить некоторые слова, пусть даже не понятно кем сказанные.

– Баг, ты уверен в своем методе забора воздуха?!

– Не уверен. Но других вариантов я не вижу.

– Смотри не урони аппарат, такие модели не любят падений, а он у нас один высокоточный.

– Я стараюсь, как могу, – сказал Баг и так сильно подкинул датчик, что он был близок к тому, чтобы улететь в атмосферу.

Большая площадка вышки позволяла пробежаться по ней и поймать датчик в другом месте от запуска, чем и воспользовался Баг.

– Что они там делают? – Донни подполз к товарищу поближе и протянул руку, в надежде взять бинокль себе.

– Пытаются взять годные образцы. Усатый совсем разошелся, подкидывает измеритель… Куда руки тянешь? – Мунк отодвинул бинокль подальше от загребущих рук напарника. – Твоя задача передавать все, что мы услышим и увидим Доросу. Какого черта ты до сих пор с ней возишься? – Мунк посмотрел на все еще шипящую рацию.

– Сильные помехи, здесь ничего не передать. Вокруг одни скалы и прерии. Передадим на словах что узнали.

– А мы, по-твоему, многое узнали?

– Узнали то, что Рэнди ничего не заметил с вертолета. Ни следов обвала, ни следов транспортировки контейнера. Единственное что он знает, это то, что произошла утечка радиации.

– И ты считаешь ради этого мы так рано вставали и проделали весь этот путь?

– А что ты хотел? Это, между прочим, важная информация. Ты сам больше услышать ничего не смог. Ты бы еще дальше лег, в пяти километрах, вон за той горой! – Донни указал на горную гряду далеко на юге.

– А ты юморист. Механик – юморист, – проговорил Мунк, продолжая смотреть в бинокль.

Тем временем аппарат улавливал новые слова из диалога преследуемых:

– Прекрати эту беготню, ты сейчас его уронишь!

И как раз в этот момент датчик оповестил звуковым сигналом где-то в самой высокой точке полета сильного броска, что он все-таки смог поймать более-менее чистый воздух.

– Ха! А ты говоришь…

– Повезло нам. Твой метод оправдан. Запатентуй его.

– Все, можно отправлять на анализы, – после небольшой паузы Баг продолжил. – Вот раньше что люди носили на анализы? Свое дерьмо. Правильно? А теперь? Вот. Вполне приглядный песок, и практически чистый воздух.

– Ты это все к чему? Тем более дерьмо и сейчас люди на анализы носят, а раньше и песок тоже носили, – проговаривая это, казалось, поморщился Рэндолл.

– Ни к чему, это так нелепо выглядит, – подытожил Баг, вращая банку с воздухом в руке. – Я вдруг провел параллель…

Неожиданно стало тихо. Рация Донни прекратила издавать шуршащие звуки радиопомех. Это означало, что он все-таки сумел настроить ее на нужную частоту.

– У меня получилось. Настроил! – радостно вскрикнул Донни.

– Скажи это погромче! Тебя еще не все здесь слышали.

Мунк отоврался от слежки в бинокль и посмотрел на напарника, который уже был готов передавать всю новую информацию.

– Не бойся. Ничего они не услышат. Судя по тому, как они там прыгают, они и себя то, через слово слышат. О чем они говорят?

– Об анализах.

– И что говорят? – не унимался Донни.

– Даже не спрашивай… Передавай быстрее информацию, на долго они здесь не задержатся.

Дождавшись ответа от сотрудника станции, что связь установлена, Дони с азартом принялся докладывать все разведывательные данные. Его быстрая речь перебивала еле разборчивый сигнал разговоров с вышки, в который вслушивался Мунк. Чтобы лучше расслышать голоса, он подвинул эхолокационную станцию ближе к себе, практически к своему уху, и первое что он услышал, привело его в оцепенение.

– Кажется, за нами следят…

– Почему ты так решил? – судя по голосу, это был Рэндолл.

– Мне показалось, что за теми холмами кто-то есть…

– За какими?

Мунк резко пригнул голову и убрал улавливатель с биноклем.

– Вот черт! Нас заметили! – шёпотом произнес Мунк.

Донни сразу оторвался от своего доклада и вслушался в окружающие звуки природы.

– Они тебя заметили?

– Надеюсь, нет.

– Надо это выяснить, не лежи бревном, узнай, о чем они говорят. Если они нас засекли, нам надо срочно сматываться!

Мунк подполз к максимально высокой точке холма и высунул за край только верхнюю часть улавливателя. Из динамика вновь послышалось:

– Может быть, тебе все-таки показалось?

– Да, скорее всего. Никого не видно… А, кстати, нам пора возвращаться, иначе на анализы придётся нести нас.

– Полностью с тобой согласен. По крайней мере, с тем, что нам пора возвращаться. Мы справились на сегодня.

Волна облегчения накрыла Мунка, он обмяк на камне, продолжая вслушиваться в звуки уловителя. В передатчике послышалась возня сбора вещей. Лязг металла, сменялся с шелестом рюкзаков и чехлов оборудования.

– Пронесло, – констатировал Мунк. – Они начали собираться.

Осмелев, он вновь выглянул из-за холма в бинокль.

Два силуэта явно собирали свои вещи. Их согнутые тела превратились в настоящие движущиеся точки. Оборудование упаковали в мешки для переноски, и начали постепенно спускаться вниз, покидая вышку периметра.

– Они спускаются.

Донни принялся докладывать последнюю информацию. Мунк выключил уловитель и теперь только наблюдал за процессом сбора. Не прошло и пяти минут как объекты слежки спустились вниз и поместили все вещи в багажное отделение багги.

Два силуэта сели в багги. Черная копоть ознаменовала, что двигатель был заведен и совсем скоро они устремятся обратно, в сторону станции.

Мунк опустил бинокль, повернулся к Донни.

– Они возвращаются. Удалось ли им получить хороший забор неизвестно. Нам тоже пора уходить.

Механик встал, смахнул пыль с костюма и просвистел в защитную маску.

– Идём быстрее, зайдём с северного выхода, разминёмся с ними. Дорос уже должен нас ждать!

Мунк в последний раз посмотрел в бинокль. Багги задрал капот вверх, тронулся с места, оставив после себя четыре полосы взрытой земли, песка и камней.

Донни собрал и упаковал все оборудование и уже был готов спускаться.

– Идем! – проговорил он, и принялся быстрым шагом спускаться с крутого каменного холма.

Мунк с биноклем и уловителем последовал за ним, ступая на те же проверенные камни, на которых только что были ноги Донни.

Спустившись, два механика бегом направились к электрическому мотоциклу, который ждал их внизу холма. Оседлав его, Мунк выкрутил газ, и они помчали вдоль гряды холмов к северному выходу станции. Главное для них сейчас – остаться незамеченными.

Планета ВИСО.

Станция приемки опасных грузов.

Ангар хранения техники.

Багги быстро заехал в гараж и резко остановился, продолжая раскачиваться на мощных пружинах подвески. Рэндолл отстегнул ремень безопасности и нажал на кнопку своего плеча, маска сразу плотно закрыла его лицо.

Баг также отстегнул защитный ремень, надел свою маску, и только сейчас увидел новый костюм начальника.

– Рэнди! Откуда у тебя эта красота?

– Мой старый стал мне мал. Этот мне доставили взамен старого.

– Отличный костюмчик! Мне тоже такой нужен! Я почему-то только сейчас начал ощущать тесноту своего костюма.

Баг начал ерзать на месте, стараясь ощутить износ своего защитного комбинезона.

Рэндолл открыл дверь и спрыгнул с высокого порога багги. Вездеход был припаркован на своем обычном месте. В этой части ангара находилось множество интересных вещей. Старые тележки на рельсах стояли с краю справа, они были составлены друг на друга и ждали своей утилизации. С ними по соседству расположился один подземный кран и робот-помощник. Все они были выведены из строя навсегда, всех их ожидала переплавка.

Вся основная работающая техника была накрыта чехлами серого цвета и с виду напоминали бесснежные серые горы.

– Разбери оборудование, и принеси образцы взятого материала в лабораторию, – Рэндолл осмотрелся. Все находилось на своих местах. Кроме одного. – Подожди. Не знаешь, куда мотоцикл делся?

Рэндолл указал на пустое место, в ровном ряде мотоциклов. Оно словно выбитый зуб, сразу бросалось в глаза. Пустовало место мотоцикла, под номером семь.

Баг уже во всю капался в кузове багги и только сейчас высунул голову и посмотрел на Рэндолла.

– Не имею ни малейшего понятия. Может, Дорос взял?

– За все время работы на станции Дорос всего лишь дважды брал мотоцикл. И оба раза в момент ложной тревоги. Он наверняка сейчас в своем кабинете контролирует передвижения контейнеров глубоко под нами.

– Тогда не знаю. – Баг вновь скрылся за бортами их скоростного багги.

Не прошло и нескольких секунд, как послышался громкий скользящий звук, который издали главные ворота. Они начали разъезжаться, и в образовавшуюся щель проскочил пропавший мотоцикл с одним мотоциклистом. Он быстро въехал и остановился на пустующем месте седьмого номера.

– Кого там принесло? – Баг спустился с кузова багги и взвалил на свою спину мешок с контейнерами взятого ранее материала.

– Пока не знаю, но кажется, догадываюсь. – проговорил Рэндолл.

Мотоциклист поставил мотоцикл на подножку, слез с него и пошел прямо к Рэндоллу, на ходу снимая перчатки и шлем. Как только воздух вырвался от шлема, шланги, подходящие к нему отсоединились и повисли на плечах незнакомца. Обеими руками шлем был снят, и перед глазами Рэндолла появилось довольно лицо Дороса, который тут же надел защитную маску красного цвета на свое лицо.

– Ну что Рэнди, собрали образцы как планировали?

– Да, все готово. Баг сейчас отнесет их в лабораторию. Скоро найдем источник заражения.

– Поскорее бы, а то в последнее время все как то паршиво складывается.

Баг подошел ближе и произнес:

– Можешь мне помочь? Если конечно ничем не занят.

Дорос, удивленно посмотрел на своего нового собеседника.

– Прости Баг, но мне нужно спешить на свое рабочее место. В следующий раз.

– Следующего раза не будет. Если ты так спешишь работать, зачем взял мотоцикл?

Рэндолл посмотрел на Бага и сразу перевел взгляд на главного техника. В вопросе чувствовалось напряжение, и Дорос, не смог найти сразу подходящие слова для ответа. Он лишь развел руками и сказал:

– Я совершил плановый объезд трех хранилищ. Осуществил проверку герметичности контейнеров. Эти хранилища всегда находились в зоне повышенного контроля. Я подумал, что возможно именно они виновны в повышении уровня загрязнений.

Рэндолл внимательно слушал техника, когда тот закончил, сразу спросил:

– И что же это за хранилища? И почему я о них ничего не знаю?

– Я отправлю тебе их номера. В них хранятся опасные контейнеры. Понимаете ли, наполнение контейнеров всегда разное. Какие-то заполнены лишь на половину, они не представляют большой угрозы при соблюдении техники безопасности и транспортировки. А вот контейнеры, которые заполнены под самые края, несут в себе большую угрозу. Очень давно, еще до нас, их ошибочно определили в самые ближайшие к поверхности хранилища.

– В этих хранилищах находятся контейнеры с самым большим содержанием отходов? Они под завязку набиты химией?

– Да. Но не переживайте, я все проверил. Никакие хранилища не повреждены, опасаться не за что.

– Отлично, что ты рассказал нам об этом. Лучше поздно, чем никогда.

– Меня напрягают такие разговоры, а ваша неосведомленность пугает. Я ухожу. Всю информацию по своему отсутствию я предоставлю. Мою работу никто другой не сделает, очень спешу!

Дорос, уже направился к выходу, когда его окликнул Рэндолл.

– Не злись, когда я тебя спрашиваю о том, что ты делал и куда ездил. На тебя это очень не похоже, но видимо я ошибался. Мир?

Рэндолл протянул Доросу руку, для рукопожатия. Дорос подошел и пожал руку начальнику.

– Мир. Мне пора работать. И вам советую, – еще раз проговорил Дорос через плечо. Отвернувшись, он быстрым шагом начал покидать гаражный ангар.

– Конечно. Мы последуем твоему примеру. Эти, как ты выразился, объекты, я сам проверю завтра. Спасибо за своевременную инициативу!

Дорос замедлил шаг, очевидно что то хотел сказать, но передумал и зашагал прочь еще быстрее. Когда его силуэт скрылся в проходе, Баг и Рэндолл услышали, как он прошел внутреннюю дезинфекцию защитного костюма, длившуюся не более минуты.

– Баг, найди сегодня Мунка и Донни. Завтра утром они должны быть у меня в кабинете. Справишься?

– Еще бы!

Баг вытащил все оборудование с результатами тестов и ждал приказов.

– Разберись со всем этим и завтра жди меня в лаборатории. Если нужна помощь, позови Стефана, думаю ему можно доверять, он главный в смене.

– А ты куда?

– Загляну в свой кабинет. Необходимо проверить эти неизвестные контейнеры.

Рэндолл уверенным шагом повторил маршрут Дороса, подходя к входной двери, он остановился, прошел быструю дезинфекцию одним раствором с водой, и скрылся за дверью, которая ведет на станцию.

Баг наклонился ближе к полу ангара и ощутил всю тяжесть своей ноши. Пока шел весь монолог, он разгружал все оборудование. Его спина ныла, а поясница не разгибалась.

– Вот так всегда. Моя обязанность – безопасность станции, а они…

Баг взял добытые образцы с оборудованием, и пошел в сторону лаборатории, на ходу пытаясь связаться со Стефаном, на которого была возложена надежда о предоставлении помощи.

Планета ВИСО.

Станции приемки грузов.

Банный комплекс.

Из открытой двери сауны, вырывались клубы насыщенного влагой пара. Внутри на расстоянии метра было невозможно определить, кто именно в ней находится, только красные силуэты распаренных тел.

Дорос, зашел внутрь помещения парилки и закрыл за собой дверь. Приятный теплый пар тут же окутал его тело. Он прошел вдоль ближайших скамеек с расслабленными работниками станции, которые не обращали на него абсолютно никакого внимания, и повернул к скамейке, которая располагалась дальше остальных, в самом конце помещения. Два бесформенных силуэта сидели на ней, рядом с ними, темным пятном, лежали их полотенца.

– Дорос. А тут хорошо, мы могли бы почаще здесь собираться, – Мунк прислонился спиной о каменную стену и положил руки на спинку каменного сидения.

Донни, молча сидел рядом, немного склонившись вперед. Он лишь посмотрел на Дороса, который внезапно появился из белого тумана.

– Это можно устроить, – Дорос, отодвинул полотенца механиков, положил сверху свое и занял освободившееся место. – Вас сегодня заметили? Там, возле вышки.

– Нет, – сразу отрезал Мунк. – Ты молодец, что сменил нас у въезда в ангар. Рэндолл ни о чем не догадается! Это же был твой мотоцикл, ты на нем и приехал. Не представляю, чтобы было, если бы он увидел на нем нас с Донни.

– Этого было нельзя допустить. Они могли сразу догадаться и копать под вас, пока не найдут истину, – Дорос улыбнулся, и стал говорить еще тише. – Я мог опоздать. Все утро ликвидировал последствия нашей аварии. Теперь все устранено. А самое главное, – он сделал секундную паузу и осмотрелся. – Сегодня я принимал первый корабль. Мы спрятали его в ущелье. Второй на подходе.

– Нас почти заметили, – Донни говорил медленно, и казалась, не слышал, что тема обсуждения их обнаружения уже закрыта. – Этот Баг или Рэндолл, могли нас увидеть с той вышки.

– Так вас заметили или нет?! – Дорос наклонился поближе к механикам и понизил тон голоса.

Мунк наклонился ближе к Доросу, толкнув при этом Донни локтем.

– Нет, мы успели спрятаться. То, что мы выяснили, уже передали тебе. Баг и Рэнди ни о чем не догадались. Они там много общались, думали, строили версии, и на этом все. Собрали грунт и пробу воздуха для анализов. После чего уехали. Почему ты спрашиваешь? – Мунк грозно посмотрел на Дони, который все еще сидел, склонив голову к коленям.

Дорос удовлетворенно кивнул, скрестил руки на коленях и ответил.

– Рэнди начинает подозревать нас. Когда он увидел меня, на мотоцикле, въезжающем на базу, начал задавать много вопросов.

– Ты считаешь, он может догадаться?

– Не знаю. Но не думаю, что это произойдет скоро. Я все продумал и просчитал, могу дать гарантию. Я хорошо его знаю, и он мне пока верит. Наш план стерпит даже минимальные ошибки, но их быть не должно, – Дорос поднял одну руку, приглашая всех сгруппироваться еще плотнее. – Есть еще одна новость.

– Какая? – Мунк наклонился к нему первым.

– Мы начнем действовать раньше, иначе слишком рискованно. Как только захватим третий корабль, сразу начинаем.

– Почему так скоро? – Донни поднял голову и уставился на Дороса.

– Земляне уже подняли тревогу по первому кораблю. Скоро придут в ужас от пропажи второго. Можете представить, что будет после третьего. Рэндолл не будет сидеть, сложа руки. Да и все кто не с нами, они выйдут на нас, в любом случае, к тому моменту, мы уже должны будем покинуть ВИСО.

– Хорошо, мы сообщим остальным, что действовать придется быстро. Надо всех подготовить.

– Да. Сообщите. Пусть все будут готовы. У вас есть еще новости?

Донни взглянул на проходивших мимо людей, выждал паузу, ожидая, когда они скроются в тумане.

– Завтра Рэнди будет ждать нас у себя. Видимо пронюхал, что мы не были на станции сегодня.

– Не беспокойтесь. Придумайте легенду, у него нет доказательств. Осталось немного времени подождать, – Дорос посмотрел вокруг и заметил что помещение наполнилось новыми людьми, и теперь все скамейки были заняты. Кто-то стоял в проходе, ожидая первое освободившееся место. – Все, мне пора. Здесь становится слишком тесно.

Он встал, взял свое полотенце и быстро растворился в густом тумане также как и появился. Донни и Мунк, тут же отсели друг от друга и молча продолжили наслаждаться влажным, теплым туманом, окутавшим их тела и все помещение вокруг.


## ГЛАВА 4. «ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ»

Планета ЗЕМЛЯ.

Пригород Центрального города.

Город Кунеривилл.

Школа 70924.

Этаж №83.

В лицо мальчика подул теплый, свежий ветер. Приятный поток воздуха трепал его волосы, создавая разные причудливые прически на голове. На вид ему было четырнадцать лет. Большие карие глаза и узкая полоска губ, вот что первое бросалось в глаза, из его внешности. Он медленно шел по полукруглому стеклянному балкону и созерцал огни города, которые сверкали как алмазы, рассыпанные внизу огромного здания. Практически все районы города Кунеривилл, были видны с такой высоты. Из одежды на нем была желтая обтягивающая школьная форма, с красными полосками и широким воротником.

Его часто можно было встретить в этом месте, стоящим на балконе своей школы, в которой учился. Поднявшись на самый высокий этаж, он положил свой школьный портфель на балконный стол, и теперь отдыхал от уроков, любуясь прекрасными городскими пейзажами. Прогулка по балкону одного из самых высоких зданий города придавала ему внутренних сил и даже поднимала настроение. Здесь, как нигде, ощущалась вся мощь цивилизации, и ее прогресс.

Парень посмотрел направо, где увидел самое высокое здание в городе – «Лидер». Как же ему сейчас хотелось оказаться там, на самом последнем этаже, и рассмотреть отрывшуюся панораму. Он думал, – интересно, а люди, находившиеся там сейчас, понимают, насколько им повезло? Осознают ли они всю эту красоту? Манит, она их также как его, или нет? Он точно знал, что с крыши здания «Лидер», можно было разглядеть огни даже Центрального города! Оттуда открывался прекрасный вид, не только на пёстрые огни Кунеривилла, но и на рукотворное «северное сияние» огней Центрального города. Они, далеко за горизонтом, яркими лучами окрашивают небо, эти лучи как радуга, переливаясь разнообразными цветами, растворялись высоко в ночном звездном небе.

К сожалению, балкон, на котором находился парень, был ниже крыши «Лидера», и увидеть яркие огни Центра не представлялось возможным.

Город Кунеривилл является пригородом Центрального города, также как и многие другие вокруг, в радиусе двухсот километров от него. Они служат так называемыми «спальными» районами Центра. В Центральном городе находится мало жилых домов, в основном там располагались рабочие центры и прочие здания по контролю и управлению галактикой. Живут в самом городе только высокопоставленные градоначальники и высшие руководители межпланетных отраслей. Каждое утро и вечер, в Центральный город съезжаются и разъезжаются сотни тысяч офисных сотрудников, управленцев, заместителей директоров и самых разнообразных начальников. Пассажирские поезда, не переставая летят со всех сторон пригородной паутины городов, откуда расходятся, и где сходятся в одной точке – Центральном городе.

Спокойствие Кунеривилла было абсолютной противоположностью Центрального города, где работа не прекращалась даже ночью. Где одна смена дневных работников, сменяла другую, ночную. Где в офисах и центрах управления никогда не гас свет, и где улицы города и все городские здания были всегда подсвечены ночью как днем, искусственным ярким освещением. Но иначе быть не могло, управление всеми галактическими маршрутами и колонизированными планетами велось круглые сутки, так как и время активности разных планет было разным.

В памяти мальчика всплыли воспоминания, как толпы людей приезжают и выезжают из Центрального города на работу и отдых рано утром, и поздно вечером, так что обычные люди еще спят в тот момент, когда Центральный город волнообразно наполнялся жизнью. Доставка сотрудников осуществлялась по специальным автономным маршрутам движения, так что скорые поезда до Центра никому не мешали, разве что толпы приезжих скапливались на перронах вокзалов, откуда быстро расходились в разных направлениях, освобождая место для вновь прибывших. Город всегда имеет статус «закрытого» пункта, и попасть на его территорию могут только сотрудники, которые в нем работают. Билеты и разрешения продаются и получаются только по специальным пропускам.

Уроки закончились полчаса назад, и теперь у молодого человека оставалось несколько свободных часов, которые он планировал провести в свое удовольствие. Будь он сейчас на крыше «Лидера», он бы любовался далекими огнями и уже мечтал, как станет работать или даже жить в Центральном городе, но сейчас его мысли были заняты другими темами для размышлений.

С десяти лет Тим Леон живет один. Все районы Кунеривилла, ему были так знакомы, с такой большой высоты, он различал их по огням, которыми освещались улицы и дома. Рекламные экраны выдавали себя ярким неоновым светом, прямые линии трасс, то и дело выглядывали из-за домов и снова прятались в глухой застройке современных небоскребов.

Он вдруг вспомнил своего деда Базальда. Вспомнил свою прежнюю жизнь и все что происходило с ним тогда, когда дед был еще жив, и всегда был рядом. Та самая уютная старая квартира, обстановка его комнаты, разговоры с дедом о прошлом и будущем, даже запах того времени, вновь стал, ощущаем в его сознании.

Парень закрыл глаза и погрузился в архивы своих мыслей, воспроизводя в своем сознании очень важный эпизод, произошедший с ним, одним из таких вечеров.

«Желтый свет вырывается из дверного проема в пустоту ночи. Я встал с постели, мне совершенно не хочется спать. Мне срочно нужно спросить своего деда о новости, которая не дает мне покоя с самого утра. Сегодня я узнал, что являюсь последним человек в семье, который останется на планете Земля всю свою жизнь. Так вышло, что утром, я случайно увидел свое школьное дело, в нем четко было написано, что я внук Базальда, который получил разрешение на право жизни на земле. Во время уроков, я осторожно поспрашивал своих одноклассников, мало кто точно знал, а именно как построена система разрешений жизни на Земле, но кое-что я все-таки смог выяснить.

Ребята сказали, что далеко не все люди могут проживать здесь. Большинство из них никогда не прилетят на Землю. До этого момента я считал, что они просто работают, и в любой момент могут вернуться. Правда оказалась куда суровее. Еще они сказали, что только три поколения одной семьи могут жить на Земле, и если кто-то из детей или внуков первого получившего разрешение не сможет запатентовать новое, важное для общества, изобретение, тогда сын, или внук этого человека, будет последним из семьи, кто проживет на Земле всю свою жизнь.

Исключение составляли наемные рабочие, с которыми заключался контракт на определенный срок, чаще не более одного года, после которого, они обязаны покинуть Землю, или попробовать продлить контракт, если конечно его согласятся продлить повторно. Если работник получает отказ в дальнейшем продлении контракта, тогда путь на эту планету ему закрыт ближайшие десять лет, по истечении которых можно принять участие снова, в розыгрыше вакансий. Это лотерея, и выигрывает в ней самый удачливый участник со всех колонизированных планет.

Чаще такие работники живут в своих комнатах, работают, и не имеют права покидать свою рабочую и спальную зону. У каждого такого наемного сотрудника специальный браслет на руке, который фиксирует их местоположение и не позволяет покидать периметр работы и жизни. В основном этих людей было не видно, они жили вне городов и занимались самой низкооплачиваемой и грязной работой. Но как сказали школьные товарищи, эти люди рады и этому, так как на других планетах дела обстоят намного хуже.

Получается в будущем мои дети и внуки не останутся жить со мной, если я не сделаю стоящее открытие планетарного масштаба. Им будет запрещено жить на Земле. Они смогут посещать Землю лишь несколько дней в году. И когда им исполнится одиннадцать лет, их заберут в самые разнообразные уголки вселенной, где они проведут свою жизнь, работая на благо всей цивилизации. Оказывается, именно так сейчас устроена жизнь на планете Земля. На ней живут только те, чьи предки или они сами внесли большой вклад в жизнь всего человечества. Как ни странно, это правило не касалось семей Главных управляющих и Главнокомандующих, чьи предки могли жить на планете вечно. В основном такие «неприкасаемые» семьи жили в самом Центральном городе и занимались управлением всей изученной и колонизированной галактикой.

Эти мысли не дают мне спать. Я решаюсь спросить напрямую у деда, что все это значит. Как мотылёк летит на свет, я иду вдоль темного коридора к открытой двери комнаты своего прославленного предка. Заглядываю внутрь, морщась от яркого света. Он ослепляет меня, и я не сразу вижу своего деда. Он сидит на своем обычном месте, в кресле за рабочим столом. Вдруг он замечает меня.

– Тим! Ты не спишь? Что-то случилось?

Только в общении со мной, его грубый голос становился мягче. Он встал со своего кресла и подошел ко мне.

– Проходи, садись.

Он взял меля в охапку и усадил на свое уютное кресло, а сам сел рядом, на маленький табурет.

– Почему ты не спишь? Уже глубокая ночь.

– Я хотел у тебя спросить кое-что. О чем ты никогда раньше не говорил мне.

– О, Тим, я рассказал тебе практически все. Но в каждом человеке должен оставаться маленький секрет, иначе ты будешь никому не интересен, – дед Базальд улыбнулся, и взял меня за плечо.

– Сегодня я увидел свое личное дело. В секции учащихся, школьного архива. Я случайно туда попал, когда нас вызвали разобрать коробки со старыми делами выпускников. Когда мы выносили эти коробки, доверху набитыми старой бумагой, тогда проходили секцию с делами современных учеников, они были разбиты по секторам на классы, которые сейчас проходят обучение в нашей школе. Там, на полке, я увидел архив дел класса, в котором учусь, – я глубоко вздохнул и добавил. – И нашёл там свое, личное дело.

Улыбка не сходила с лица Базальда. Казалось наоборот, он был даже рад, что я сейчас задам один самых важных вопросов.

– Я хочу спросить. Это правда, что я последний из нашей семьи, кто будет жить на планете Земля?

Короткий и четкий ответ прозвучал незамедлительно.

– Да.

Все что я услышал в школе, оказалось правдой. Все те истории и доводы, нашли место в рассказе моего предка. Как он сам рассказывал, в молодости он был инженером на станции по производству одежды. Базировалась станция на планете под названием КЕПЛЕР. Как-то раз, совершенно случайно, ему удалось изобрести формулу нового материала, который можно было использовать в производстве. Это волокно позволило создать немнущуюся одежду, она почти не промокала, была достаточно плотной, плюс ко всему она отлично пропускала воздух и человек не чувствовал жары и холода. Идея оказалась очень перспективной и ее внедрили в производство военной одежды. И вот за такие заслуги ему и его семье в третьем поколении было разрешено проживать на Земле.

Я спросил, что послужило толчком для нового открытия, и при каких обстоятельствах это произошло, но ответа так и не получил. Дед был не особо разговорчивым в тот вечер, и дал понять, что придумать что-то новое уже практически невозможно, и те обстоятельства его открытия, в будущем, ничем не помогут его внуку. Один из его ответов звучал так: «Ты тоже хочешь совершить открытие? И помочь своим детям и внукам задержаться здесь еще три поколения? Ха-ха-ха! Не глупи Тим, учись хорошо и работай! Придумать уже ничего нельзя, а если тебе это и удастся, то только по причине твоей удачливости и нахождения в нужном месте в нужное время! К тому же, сколько тебе лет? Ты еще слишком мал, чтобы думать о таких вещах. Подрастешь, и я тебе расскажу много такого, о чем ты даже не думал!»

Я действительно ждал этого момента, когда я стану достаточно взрослым, чтобы наконец-то услышать то самое важное, что приберег для меня дед. Тогда я действительно был слишком юн, и мне казалось, что так будет всегда. Конечно, я ошибался. Мы часто возвращались к этому разговору, но толку от общения с дедом, в обсуждении этого вопроса, было немного. Он каждый раз думал, что я еще не достаточно вырос, и вся эта пустая болтовня делает мне только хуже, но, как и все люди на Земле, а теперь уже и за ее пределами, он тоже ошибался.

Его не стало очень скоро, когда мне исполнилось десять лет. И все самое важное, что, по его мнению, могло помочь мне в будущем, ушло вместе с ним могилу. Я так никогда и не узнал всех тех вещей, которые предназначались для меня в уже зрелом возрасте».

Тим открыл глаза и вновь оказался на балконе школы. Его воспоминания улетучились, оставив один на один с ветром и прекрасным видом города, окутанного темнотой ночи.

Единственным его родственником во всей вселенной остался отец, Рэндолл Леон, который работал на станции ВИСО и был ее начальником. Он один из немногих кто сам решился покинуть планету Земля, и работать на другой планете, и также был единственным, кто променял Земной рай на планету-свалку, наполненную радиоактивными отходами. Его решение было непоколебимо и никто не смог переубедить его не уезжать, а также впоследствии, вернуться. Мотивация этого решения основывалась на том, что только он обладает необходимыми знаниями в сфере сохранения отходов и координацией действий персонала на данном участке.

Тим, конечно, знал что разлука с отцом, необходима, ради них обоих. Его отец хорошо зарабатывал, и не мог уехать с ВИСО. Они стали пленниками всей этой системы.

Тим гордился своим отцом, его он видел только раз в год, но этого ему хватало, чтобы не забывать его лица.

Парень наслаждался спокойным от учебы вечером, как неожиданно заработал передатчик, лежавший у него в кармане.

– Срочные новости доходят нам с планеты ВИСО. Официальные источники сообщают, что сегодня ночью пропал со связи один из транспортных кораблей. Доставляя опасные отходы на планету ВИСО, корабль зашел в зону планетарного действия и сразу исчез со всех радаров. На самой планете также не принимали данный корабль. Специалисты говорят, что он просто сбился с курса и находится на орбите планеты. Специальная поисковая группа уже направилась на поиски транспортника, угрозы жизни и здоровья планеты Земля и иных планет нет. Будем держать вас в курсе событий.

Передатчик сделал паузу и заговорил снова:

– Напоминаем, что неосторожное обращение с урановыми батареями привело к…

Но парень его уже не слушал. Событие, прозвучавшее по передатчику, было довольно важной новостью, иначе его не транслировали бы всем жителям Земли. К тому же Тим в очередной раз писал в своем эссе про планету отходов, он понимал всю важность данной ситуации.

Каждый житель планеты Земля обязан носить с собой передатчик, который включает в себя документы, сканер, карты и все что может пригодиться в повседневной жизни Землян. Также телефон передает в бюро миграции данные, где сейчас находится человек и в некоторых случаях, даже чем он сейчас занят! Особо важные новости передатчик может транслировать без предупреждения, это может случиться независимо от места пребывания и времени суток.

Тим стоял в тишине, обдумывая информацию. Для него она было особенно важной, ведь на планете отходов всем заправлял его отец.

Балконная прогулка на сегодня была закончена, пора было ехать в школьное общежитие, иначе он не успеет попасть туда вовремя. Разговор с отцом откладывается до дома, так как говорить на бегу, не было никакого желания.

Резким взмахом руки, он взял свой рюкзак со стола и быстрым шагом покинул балкон, после чего направился к школьному лифту, покидая здание.

Планета ЗЕМЛЯ.

Город Кунеривилл.

Общежитие школы 70924.

Добираться до школьного общежития Тиму приходилось двумя видами транспорта и небольшой пешей прогулкой.

Выйдя из здания школы, Тим перешел дорогу, повернул направо и направился на остановку авиабусов. Идти нужно было недолго, но он не терял времени зря. В его голове уже возникали вопросы к отцу, ему действительно стало интересно, как произошла данная ситуация с исчезновением транспортного корабля, и вообще правда ли это?

Ветер гонял по улице картонные стаканчики и обрывки старых газет, которые не теряли своей актуальности даже спустя сотни лет с момента их появления. Он проходил старые здания из красного кирпича, которые резко сменяли новые, полностью неоновые фасады торговых центров. Люди, которые шли на встречу, совершенно не обращали на него внимания, и без проблем могли с ним столкнуться, не будь Тим более юрким и проворным.

Он миновал один проспект, на перекрестке повернул налево и теперь шел вдоль улицы магазинов, которые открыли свои витрины, приманивая новых покупателей. Основная часть продаваемых здесь товаров была Тиму совершенно не интересной, кроме одного магазинчика, который занимался продажей подержанных скутеров. Проходя мимо него, Тим остановился напротив большой витрины, за стеклом которой находился скутер на магнитных подушках, который слегка покачивался в воздухе, оторвавшись от своей поставки на двадцать сантиметров. За ним, в самом магазине виднелись ряды других скутеров, которые твердо стояли на своих подставках и ждали своего покупателя.

– Сейчас нет времени, – проговорил он сам себе, и своим же призывом, заставил себя отойти от манящей витрины с мототехникой.

Продолжая свой ежедневный маршрут, Тим свернул с торговой улицы и поспешил в сторону многочисленных кафе, которые тянулись бесконечными рядами вдоль примыкающих улиц. Совершенно безразлично он проскочил прилавки со сладостями и вышел на прямую дорогу, которая упиралась в остановку общественного транспорта.

Над головой, по специальным дорожным линиям-мостам, то и дело пролетал общественный транспорт, чаще всего это были автобусы на электромагнитных подушках – авиабусы.