Ангелина Репенева
Любовь челкаря

Дождь продолжал стучать по пыльным улицам тихого городка, не собираясь выпускать его из своих холодных объятий. Лия разговаривала с полицейским, вытирая с порозовевших щек остатки слез. В паре метров от них стояла машина скорой помощи. Вышедший врач прервал их разговор. Фигура в капюшоне, наблюдавшая за процессом поторопилась подойти поближе.

Девушка уже успела отойти в сторону, когда фигура приблизилась к ней. Она еле слышно рыдала, закрыв лицо руками.

– Привет, ты же Лия? – обратился к девушке низкий мужской голос.

– Что вам нужно?

– Прости, я не просил их это сделать, мне тоже жаль что так вышло. Ревность, страшное чувство. Удачи, и не держи на меня зла, я хотел лишь проучить его, руководствуясь не разумом, а обидой.

– Ни слова больше! – девушка взглянула в лицо обратившегося. Взглянула и села в полицейскую машину.

Глава 1: Знакомство с местными

Действительно ли основная масса людей ведет себя подобно голодным волкам, жаждущим порвать чужака на гору чёрно-розовых, заляпанных кровью лоскутков? Действительно ли все мы равны, или всё таки у кого-то прав больше чем у тебя? Правильно ли гнобить не похожего? Правильно ли возвышаться, унижая и избивая слабых. Правильно ли смеяться и кричать "Эмо сакс!" в след сладким эмобоям и беззащитным эмогёрл, в панике убегающим, размазывающим по белоснежным щекам черные тени вперемешку с горькими, солеными слезами?

Эх, если бы эти вопросы и ответы на них нашли себе местечко в запертых на ключи самоутверждения, сердцах всяких подонков, борзометры их ломались бы куда реже.

***

Луна зависла над удивительно безлюдными улицами. Там, где никто не сможет остановить или вразумить всякое хулиганье, облокотившись на кирпичную стену под светом одинокого жёлтого, местами мигающего фонаря, стоял высоченный парень под два метра ростом. Стоял он уверенно, однако подкошенные ноги, одетые в синие свободные, подвернутые снизу джинсы, выдавали его расслабленность. На его мускулистом теле красовалась футболка с надписью "Эмо сакс!", а в руке он держал наполовину выкуренную сигарету. Из за спины гиганта время от времени показывался чуть менее могучим силуэтом ещё один парень в арафатке защитного цвета, белой майке и точно таких же джинсах, из кармана которых торчали пачка сигарет зажигалка и рукоять ножа-бабочки.

– Ты обещал веселье, Макс! Когда оно начнется?! – устав ждать скрежетал зубами мелкий.

– Сейчас, сейчас. Тут часто ходят всякие неформалы. Их много в последнее время. – спокойно и холодно ответил Макс.

Ждать долго не пришлось. Спустя буквально пять минут из за угла показался худощавый бледный эмо, с длинными, стройными ногами, обтянутыми чёрными узкими рваными джинсами с низкой посадкой и в чёрной футболке, на груди которой был огромный человеческий череп. Сверху футболки была чёрно-розовая клетчатая рубашка, на руках с короткими чёрными ногтями с изображениями расколотых сердечек, красовались чёрно-белые перчатки без пальцев, а на ногах были необычайной, казалось, величины черные кеды, украшенные рисунками в виде розовых черепков. На шее эмобоя свободно висела клетчатая бандана, под мышкой он нёс потрепанный скейтборд, а на его плече висела увесистая сумка почтальонка, увешанная огромным множеством интересных, приковывающих взгляд значков, но особое внимание привлекал брелок в виде черного плюшевого мишки, вдоль и поперёк обштопанного ярко-малиновыми заплатками. Тяжёлая, угольно-чёрная чёлка, прикрывающая левый глаз отливала синим. Кстати о глазах. Эти огромные синие глаза с фиолетовым оттенком, густо подведенные черными тенями, они слезились сами по себе, добавляя образу еще большей депрессивности.

В практически невидимой из-за вечернего освещения нижней губе сверкали холодным металлическим блеском лабреты, увенчанные шипами. В ушах парня, иногда выбравшихся из тонны волос, слегка давали знать о своем существовании плаги, небольшого диаметра. Эмо кид тряс головой в такт играющей в наушниках песни и совершенно никого не замечая шел вперед, не отклоняясь от маршрута.

– Наш клиент. – холодно процедил Макс, и продолжая пускать изо рта клубы серого дыма, молча повернулся к Алексу.

– Хей, эмо-чмошник! – крикнул Алекс. Эмобой, видимо надеявшийся быстро и незаметно ускользнуть из поля зрения очевидных антиэмо, поняв, что миссия провалена шумно выдохнул, и сняв наушники с грохочущими "ОриГами", повернулся к обратившемуся:

– Это вы мне? – тихо протянул он.

– А ты видишь здесь ещё кого-то из вашей эмо-тусовки?! Я вот эмобоев здесь не вижу, ведь они уже вымерли! – издевательским тоном насмехался Алекс. Он сделал пару шагов, и схватив эмобоя за футболку, чтобы не убежал, прислонил к стене.

– Ау! Отпусти, больно же!

– Эмо же любят страдания! Иначе зачем вы вены по любому поводу шпилите?! – Алекс еще сильнее прижал несчастного напуганного парня к холодным кирпичам, и подняв его так, что чёрные кеды оторвались от земли, сжал кулак и ударил эмобоя по лицу. Удар был мощный. Из носа на пыльную утоптанную землю закапали алые капли эмовской крови. Они текли вниз к подбородку, вперемешку со слезами, капали на футболку и бандану на шее. Не успел эмобой отойти от первого удара, как в его голову уже прилетел второй. Этот был куда сильнее предыдущего.

Кеды, вновь оказавшиеся на земле, уже не могли держать его и несчастный рухнул в пыль. Съежившись и закрыв голову руками, эмобой не знал что ему делать. Мозг, загнанный в угол коварным страхом, оперативно отключился и никак не мог сгенерировать какую-нибудь спасительную мысль.

Не дожидаясь, пока противник оклемается, Алекс зарядил тяжёлым берцем по его груди. Интересно, что Макс в это время спокойно докурив сигарету, взял следующую и не вмешиваясь со скукой в серых глазах наблюдал за происходящим.

Вскоре Алексу надоело пинать дрожащего, валяющегося на земле парня. Хулиган схватил эмо кида за волосы чуть пониже макушки и подняв его на ноги, снял с плеча тяжелую почтальонку.

– Стой смирно! Не дай бог тебе дернуться и уж тем более узнать что я с тобой за это сделаю! – командирским тоном крикнул Алекс и запустив руку в сумку начал по хозяйски доставать из неё вещи. – Посмотрим, что эти добровольные изгои с собой носят!

Первым из сумки был достат блокнот в черной обложке с белыми черепушками. Следом последовали несколько не распакованных пачек сигарет и чёрная в розовую полоску зажигалка. Дальше были две банки энергетика и то, что больше всего удивило и порадовало Алекса – швейцарский нож с выгравированным готическими буквами именем владельца: "Руби". Не долго думая, он сунул его в карман к своему ножу и забрав из сумки деньги и откинув её в сторону, повернулся к стоящему рядом, размазывающему по лицу чёрные тени эмобою.

– Скажешь кому-нибудь, башку оторву! – сказал Алекс и ещё раз толкнув юношу в плечо, удалился в темноту вслед за Максом.

 ***

Прошел час с момента нападения хулиганья. Руби, Роман Лапатков, уставший, весь в синяках и царапинах, в заляпанной кровью одежде плелся домой, то и дело сдувая растрепанные закрывающие обзор волосы. Под мышкой у него всё также дополнительным утяжелением был скейт, а на другом плече грустно висела, практически полностью опустевшая почтальонка.

Шестнадцатилетний Руби несмотря на свой молодой возраст был практически полностью независим от родителей. Мать его погибла в автокатастрофе несколько лет назад, а отец не смог смириться с ее утратой. С того момента Руби отдалился от него, они почти не разговаривали, а когда вошедший в подростковый возраст, обычно послушный сын подался в эмо и перестал быть управляемым, так и вовсе все выстроенные за эти годы отношения пошли ко дну. По началу Руби переживал по этому поводу, но вскоре забил, понял что ему никто не нужен. Близких и теплых отношений с друзьями у него никогда не было и не завелось, да и зачем нужны друзья, если рано или поздно вы всё равно станете врагами.

Вот уже и родной двор. Знакомые многоэтажки, окружающие его, скрипучие железные качели с потрескавшейся от старости краской и сидевшая на них до сих пор не знакомая парню соседская девочка, родной подъезд, обклеенный объявлениями и номерами телефонов. Руби не торопясь подошел к металлической двери и позвонил в домофон. Свои ключи он где-то по дороге потерял. Спустя полминуты дверь открылась и юноша уныло поплелся по ступенькам на свой этаж. В подъезде витал любимый Руби запах табака, который он нещадно тратил, стараясь вдохнуть как можно больше. Вот и квартира, дверь не заперта. Эмобой быстрыми шагами пошёл в свою комнату. Только закрыв дверь он упал на кровать. Исцарапанные колени невыносимо ныли, а синяки на спине лице и груди похоже с большим удовольствием составляли им компанию. Руби тяжело дышал. На языке все еще чувствовался металлический привкус крови.

Комната была для него крепостью. Стены, увешанные плакатами с символикой и автографами его любимых эмо- и хардкор-групп, будто защищали его от всего плохого, что есть в этом мире. Уютная широкая кровать, застеленная черным пледом в белую шашку, была по всей длине закрыта черным стелажом со всякими эмо-аксессуарами. Чуть дальше был письменный стол, порядок на котором был большой редкостью, как и в целом во всей комнате.

В небольшом пространстве между кроватью и скрипучим деревянным полом, Руби хранил свои комиксы собственной рисовки. Рисовать их он начал в 12 лет когда только только подался в эмо и стал считать себя членом этой субкультуры, и как-то раз из-за них нарвался на неприятности.

Тогда он ещё не был настолько борзым как сейчас что бы красить глаза и ногти, но вот персонажи в его комиксной вселенной все сплошь и рядом были убежденными тру эмо кидами. И вот однажды лет этак в 13 привёл он домой своего тогдашнего друга Сашу, и буквально на пять минут оставил его в комнате в гордом одиночестве, дабы сходить на кухню за кружкой горячего шоколада и упаковкой круасанов с клубникой. Как оказалось эта была его роковая ошибка. Не поймите неправильно, вечер этот прошёл отлично, проблемы начались утром следующего дня. Стоило Руби зайти в свой класс все дружно начали смеяться. Сначала он вовсе не заметил подвоха, мало ли, с чего они могут ржать, но когда уселся на своё место, и спросил у сидевшего рядом Саши чего это они, стал сомневаться в преданности и искренности своего друга. Саша нервно отвёл глаза и судорожно принялся прикусывать нижнюю губу. Он всегда так делал, когда оказывался под давлением либо натворив что-то по школьническим меркам противозаконное. Не дождавшись ответа, Руби повернул голову и глаза его распахнулись от удивления. На соседнем ряду, около парты самого крутого парня в классе – спортсмена и отличника Миши собралась и постепенно пополнялась толпа одноклассников.Взгляды их были направлены на парту, а сами они хихикали или как минимум улыбались. Сквозь узкие просветы между ними, Руби увидел что они с таким интересом разглядывали. На Мишиной парте лежали два его авторских комикса с громкими и скандальными заголовками. Внутри парня вскипела ярость, чувство предательства впилось в его черно-розовое хрупкое сердечко словно иголка под ноготь. Он еще раз повернулся на Сашу, виновато избегавшего глазного контакта, и тут же взяв свои вещи и забрав комиксы в слезах вышел из кабинета. Но самое страшное было впереди. По приходу домой отец отругал его, за прогул и выпорол за рисование. Избиение в этот день было подкреплено аргументами по типу: "Ты же мальчик! Мальчики таким не занимаются!" и всё в таком духе.

В школе его после этого класса до 8-ого девчонкой дразнили. Вот так на пустом месте обзавёлся Руби хроническим недоверием. В комнату он больше никого никогда не пускал, комиксы из самой видной полки стилажа перекочевали в картонную коробку под кроватью, а со сверстниками он больше даже не пытался завести какие-либо отношения.

С девчонками тоже никогда не клеилось. Как-то в 5-ом классе понравилась ему одна красотка из параллели. Долго он за не ухаживал, цветочки да шоколадки дарил, а когда в начале 6-ого класса предложил ей встречаться, так она устроила истерику и плюс всему классу разболтала о его неудачной попытке решить проблему с недостатком женского внимания.

После была еще одна история с новой девочкой. Она перешла в его школу в начале 7-ого класса. Красавица с пышными пшеничными волосами и ярко-зелеными глазами. Руби словно ослеп от ее красоты. Он оказывал ей всяческие знаки внимания, вроде шло все нормально, и вот однажды когда они сидели на крыше гаража после уроков и любовались звездами он решился ее поцеловать. Между ними царила романтическая обстановка и Руби показалось, что она была не против. Как же он ошибался. Уже спустя минуту он был скинут с крыши в соседний двор, прямо в кусты колючих ярко-алых, невероятно вкусно-пахнущих роз. Но история на этом не закончилась. В тот же день на пороге их квартиры стояла мама этой девушки, в красках рассказывающая отцу Руби о всех его деяниях в этот злополучный день. Слава богу отец в тот день поверил рассказу своего сына, а не какой-то сумасшедшей и не знакомой ему женщины. Она к слову грозилась написать на Руби заявление, хорошо что до этого не дошло. После он эту девушку двадцатой дорогой обходить стал от греха подальше, а то мало ли что ей в голову взбредет.

Но Руби со всем этим смирился. В качестве второй половинке его вполне устраивал плед, а в качестве лучших друзей телефон с наушниками, кружка горячего шоколада и обожаемые им круасаны с ванилью.

И вот он уже вытерев с лица размазанные тени, надел на голову наушники и запустив руку в пачку круосанов залип в интернет. Однако синяки на теле не позволили ему долго лежать в одной позе и тяжело вздохнув он отложил телефон и заворочался на кровати пытаясь найти удобное положение. Вдруг телефон зазвонил. На всю комнату раздалась песня обожаемой Руби группы "Evil not alone". Он быстро перевернулся на живот и не глядя взял трубку.

– Але.

– Руби, это ты? – раздался в трубке низкий прекрасно знакомый голос.

– Ну допустим я. – неохотно процедил юноша.– Тебе что-то нужно?

– Я подумал может ты…

– Я не знаю что задали. Это все? – перебил собеседника Руби. В трубке повисла секундная тишина, но вскоре голос продолжил:

– Братан, ты чего, я подумал может быть ты хочешь прогуляться? Мне скучно одному.

– Прости, Тим, сегодня я уже нагулялся. Так нагулялся, что весь в синяках, без денег, без сигарет, без энергетиков и без ножа домой приперся! И да, как ты сейчас сказал? Братан? Ты же знаешь, мы не друзья. – ответил Руби. Тим вновь замолчал, а после спросил:

– Всмысле? Тебя опять избили? И почему ты не считаешь меня своим другом?

Руби слегка потерялся. Он не любил когда кто либо лез в его дела и неважно с какими намерениями и каким посылом.

– Ладно, я понял. Захочешь рассказать я всегда с удовольствием послушаю. Давай, братан, пока. И не обижайся на слово "братан", я считаю что мы друзья даже если ты так не считаешь. – сказал Тим поникшим голосом.

– Пока. – Руби повесил трубку и вновь запустил ладонь в пачку с круассанами. Немного пошарившись в ней и ничего не обнаружив, он подумал: "Да куда они вечно исчезают? Не мог же я так быстро все съесть!". После юноша поднялся на ноющие ноги и взяв со стола еще несколько пачек любимого лакомства уселся на подоконник и одев наушники уставился вдаль на проклюнувшийся на горизонте едва заметный рассвет. Слова Тима никак не хотели покидать черную паутину ему подростковых мыслей. Но объятия дремы, охватившие эмобоя, подобно заботливым рукам успокоили его.

Глава 2: Подарок незнакомца

Лия Гладкова как обычно сидела на железных старых качелях во дворе многоэтажек около своего дома. Длинные угольно-черные волосы развивались на ветру и практически полностью закрывали ее белоснежное лицо своей могучей массой. Серо-зеленые, покрасневшие от слез глаза, подведенные черным смотрели в небо усыпанное яркими белоснежными звездочками, милым детским взглядом. Одета она была в клетчатую черно-малиновую юбку и полосатые гольфы и митенки в той же цветовой гамме. Из под полосатой черно-белой ветровки выглядывала черная футболка с белой готической надписью. На ногах были черные кеды в малиновый ромбик с такими же малиновыми шнурками. На шее блестели шипы чокера, а в носу красовался титановый циркуляр с розовым напылением, который к слову был не единственным подобного рода украшением. В нижней губе был "змеиный укус" с насадками в виде серебряных стальных шариков. На начесанной шевелюре держался широкий розовый ободок. Рядом с ней на земле стоял клетчатый черно-белый рюкзак, из кармана которого выглядывал розовый медвежонок с крестообразными стежками вместо глаз.

Лия сидела, закрыв глаза, отталкиваясь длинными ногами от земли, и думая о чем-то своем. Скорее всего о произошедшем сегодня. У нее были очень консервативные родители, они постоянно требовали от нее "стать наконец нормальной девушкой" , покинуть эмо культуру и перестать слушать "демоническую музыку" где солисты не жалея голоса гроулят и скримят со всей силы. Лия же в отношениях с ними следовала одному правилу: "За эмо и двор стреляю в упор". На этой почве постоянно зрели конфликты, после которых девушка в слезах убегала на улицу и долго бродила по городу до следующего рассвета, и крупно везло, если ее возвращение домой не было замечено. Иногда она уходила к подруге Алесе и долго, захлебываясь в слезах рассказывала о своей нелегкой жизни. Алеся всегда поддерживала Лию, была ее лучшей и единственной подругой. Но несколько месяцев назад она с семьей переехала в столицу и их пути разошлись. Вскоре она перестала брать трубку и отвечать на сообщения.

Но это не означало, что девушка осталась одна. Добродушная соседка сверху Серафима Даниэловна всегда с радостью помогала Лие. Она была веселой и жизнерадостной женщиной средних лет, в совершенстве знала шесть языков, особое внимание уделяя французскому. Шикарную трехкомнатную квартиру Серафима Даниэловна вот уже 11 лет делила с белой кошкой которую она называла Мадам Жоржетт и маленьким папильоном по кличке Мсье Жюль. Лия часто ходила к соседке, а та в свою очередь была для нее некой боевой подругой, всегда готовой дать нужный совет, предостеречь, поддержать какую-нибудь затею девушки ну и конечно рассказать интересную жизненную историю. Лия часто гуляла с папильоном Серафимы Даниэловны, настолько часто что Мсье Жюль начал считать ее членом семьи и всякий раз услышав на лестничной клетке стук ее сапог на высоченных платформах с радостным лаем летел через квартиру к двери, сшибая все что стояло на его пути.

В школе Лию часто унижали за внешний вид, считали странной и избегали. В свои 16 девушка сменила трех парней, и не с одним не было отношений дольше трех месяцев. Почему-то Лие по жизни везло на парней-абьюзеров, тщательно скрывающих свою истинную натуру. Сущность их проявлялась спустя огромное количество времени с момента знакомства, но как только парень начинал что-нибудь выкидывать, Лия тут же награждала его вечным баном, либо быстро убегала со свидания якобы по срочным делам, а приходя домой часами плакала, лежа на кровати лицом в подушку. Несмотря на травлю в школе, за ее пределами Лия была желанным плодом для огромного множества парней, но все они были либо гоповатыми, либо просто не в ее вкусе или возрастной категории.

В тот день Лия серьезно поскандалила с мамой и взяла Мсье Жюля на прогулку, дабы развеяться и приобрести ясность ума. Она в целом часто помогала Серафиме Даниэловне с выгулом собаки, ведь ей самой было довольно проблематично дважды в день выгуливать неугомонное создание. Лия шла вдоль по улице, держа в руках поводок и вытирая слезы думала о том, как хорошо бы прямо сейчас проснуться в уютной постели в доме где ее любят принимают и заботятся о ней, и забыть бы этот кошмар и больше никогда его не вспоминать. Прохладный весенний ветер летел ей навстречу, сдувая капюшон темно-серой толстовки, который девушка старательно натягивала на пышную голову. Этот ветер стал для нее вечным источником маленького счастья, он всю жизнь оберегал ее и давал надежду на лучшее будущее. Внезапно Лия услышала шаги за спиной. Они остановились в паре метров от нее, после чего таинственный незнакомец подал голос:

– Эй, милашка, таким красивым девушкам противопоказано гулять в одиночестве в такое время.

Обернувшись, Лия слегка испугалась, но не подала виду. Перед ней стоял высокий шатен с серыми глазами. Одет он был в белую майку и синие свободные подвернутые джинсы, на ногах были тяжелые берцы, а на шее висела арафатка. В руках юноша крутил недокуренную сигарету и дымил как паровоз.

– "Опять двадцать пять!" – промелькнула мысль в голове Лии.

– Вай, какая симпатичная эмочка. – выпустив изо рта серое облако сказал шатен – Скажу тебе по секрету обожаю эмочек. Они такие хорошенькие, прямо черно-розовые ангелочки.

Лия решив продолжить путь, не обращая внимания на странного и на вид очередного гоповатого парня, развернулась и возобновила свои размышления. Юноша, заметив это, выкинул сигарету на землю и нагнав понравившуюся девушку встал рядом с ней. Мсье Жюль, заметив наглого старшеклассника предупредительно зарычал на него. Лия укоротила поводок, дабы иметь возможность контролировать собаку.

– Ну куда же ты? Ни номера, ни имени не скажешь? Я понимаю что могу выглядеть весьма угрожающе, но в душе я сама доброта. – сладко шептал Лие на ухо новый знакомый.

– Пожалуй ты первый. – нервно выдавила Лия, не отрывая взгляд от дороги. Юноша сделал пару шагов и встав перед ней протянул руку и представился:

– Алекс. Могу я теперь узнать ваше имя, сахарная булочка?

– Лия. – сухо ответила девушка и вновь обойдя Алекса продолжила движение. Он вновь нагнал ее, желая продолжить разговор. Мсье Жюль предпринял попытку накинуться на него, но Лия, заметив это взяла его на руки.

– Предлагаю перейти на более фамильярный уровень отношений. Есть у тебя парень, Лия.

– Нет. – девушка старалась отвечать максимально коротко, дабы дать Алексу понять, что она не настроена на общение.

– А какие тебе нравятся? – не унимался он.

– Которые по настоящему любят. – Лия ускорила шаг, но новый знакомый не отставал. Шаги у него были куда шире, а потому он без особых проблем нагонял ее, продолжая бомбить девушку вопросами. Спустя несколько минут монолога, Лия не выдержала. Повернувшись к назойливому болтуну она громко сказала:

– Послушай, парень, у меня был плохой день! Я вышла погулять потому что в данный момент меня тошнит от людей! Я хотела развеяться и побыть одна! Не могли бы вы предоставить мне такую возможность?

Алекс на пару секунд замолчал. Его лицо носило непонятное выражение. После он улыбнулся и ответил:

– Конечно, пирожочек. Увидимся. Раз уж я не смогу защищать тебя возьми это, здесь небезопасно гулять одной. – Алекс достал из кармана швейцарский нож и протянул его Лие, после чего гордо удалился в неизвестном направлении.

Этот нож она прямо сейчас крутила в руках, сидя в кресле в квартире своей пожилой соседки и пытаясь понять происхождение написанного на нем готическими буквами имени. Серафима Даниэловна внимательно смотрела на нее, а после сказала:

– Говоришь, он тебе его дал?

– Да, и по всей видимости он его отработал.

– Что сделал?

– Отработал, отжал, украл, отобрал. Не важно, но этот нож точно ему не принадлежит. Я должна найти владельца и вернуть ему это. Нож то именной и явно не дешевый. – Лия пристально вглядывалась в надпись.

– Ты что! А вдруг там какой-нибудь бандит или хулиган! Ты не знаешь ни этого парня ни с кем он конфликтует ничего о нем! Я считаю что от ножа нужно избавиться, мало ли к чему это приведет! – забеспокоилась Серафима Даниэловна. Но Лия упорно стояла на своем. Если уж она решила что-то сделать, она сделает это, наплевав на возможную опасность или нелогичность своей мысли.

Глава 3: Первая встреча

Странные чувства охватили Руби. Было утро субботы, в школу сегодня не надо, но как-то неестественно холодно и пусто было у него на душе. Возможно он просто не выспался. Конечно, ведь выспаться за пару часов задача не из легких. Или может недолгий разговор с Тимом выбил его из колеи. Разговоры с кем бы то ни было всегда были для Руби стрессом.

– "Ничего же не случилось, все в порядке, все хорошо. Чего это со мной?"-роились вопросы в голове юноши. – "Ну и ладно, пойду развеюсь."

Руби встал с подоконника, попутно надев на растрепанные волосы наушники, взял свой скейтборд, и положив в карман запасной ключ, вышел из квартиры. И вот он уже мчался по сонному, безлюдному городу, ветер дул ему в лицо и с каждым мгновением Руби чувствовал что постепенно оттаивает. Его губы вытянулись в искреннюю радостную улыбку. Стоял теплый май, до конца школы оставалось какая-то несчастная пара-тройка недель. Совсем скоро он уедет учиться куда-нибудь подальше и возможно уже никогда не вернется в этот пыльный маленький, но чертовски родной и любимый городок. Совсем скоро он станет свободным и самостоятельным, возможно начнет издавать свои комиксы, а возможно откроет в себе что-то новое. В любом случае перспектива классной будущей жизни вдохновляла Руби. Ему не терпелось поскорее распрощаться со своими школьными знакомыми и конечно с отцом, которого это очень окрылит и осчастливит. Руби крепко задумался о своей дальнейшей жизни, но долго думать не получилось. Отвлекаться не следовало, сам того не заметив, он заехал на участок дороги не пригодный для скейта. Колеса провернулись и Руби упал на и без того болевшее плечо. Поднявшись и отряхнув одежду от песка и пыли, юноша заметил на себе взгляд девушки. Ее лицо показалось ему знакомым, казалось что он уже видел эту эмочку, но не мог вспомнить знакомы ли они.

– Все в порядке? – тихонько спросила девушка, снимая с головы тяжелые черные наушники.

– Вполне. – отрезал Руби. Он не привык к подобно рода вниманию, особенно со стороны девушек, а потому оно всегда его настораживало. Ничего по его мнению не делалось и не говорилось просто так.

– Помощь не нужна? – продолжила эмочка.

– Мы знакомы? – не выдержав спросил Руби, с ног до головы оглядев девушку и отметив что она была довольно симпатичной и даже красивой.

– Кажется мы соседи, я Лия. Я постоянно вижу тебя когда гуляю.

– Ясненько.– Руби явно смущала данная ситуация.

– Я кое кого ищу. Может быть ты сможешь подсказать мне…

– Я никого не знаю, у меня нет друзей. – перебил Руби.

– Это правда очень важно! – Лия протянула эмобою швейцарский нож. – Ты не знаешь чей он?

– "Откуда, черт возьми, ты взяла мой нож?!" – хотел было выкрикнуть Руби, но дабы не обзаводиться нежелательным знакомством, решил слегка соврать. – Нет не знаю. Но если тебе не нужен отдай его мне. – Руби вытянул вперед ладонь, надеясь заполучить драгоценность обратно, но Лия зажала его в кулаке и всем своим видом показывала, что он ей еще нужен.

– Слушай… Я правда хочу найти владельца. Мне кажется что… Неважно. – в голосе Лии звучали нотки сомнения.

– Аааа, собственно зачем тебе его искать? Хороший нож, я бы его себе оставил, либо отдал бы нуждающемуся. – продолжил Руби. Не знаю была ли эта фраза действительно лишь спортивным интересом, либо он просто пытался понять раскрываться ему или нет, неважно.

– Для начала скажи мне свое имя, а после пообещай никому не говорить.

Руби замешкался: – "Представиться псевдонимом – тупая идея, сразу ведь спалит контору. Представиться настоящим именем – не варик, тоже спалиться можно. Но как говориться из двух зол выбираем меньшее. Потом придумаю, как ее слить."

– Рома. Обещаю.– после недолгого мысленного диспута проговорил Руби.

– Этот нож украденный и я очень хочу найти владельца. Не могу я вот так просто жить, зная, что он кому-то нужен. – ответила Лия. – Ты не мог бы мне помочь в этом, Рома?

– Знаешь, Лия, из меня ужасный друг, а помощник еще хуже. Честно…

– Пожалуйста, мне больше не к кому обратиться! Прошу… – Лия состроила щенячьи глазки, из которых уже вот вот должны были потечь слезы. К такому приему Руби был явно не готов, а потому ему пришлось согласиться, и домой он пошел с номером красотки-эмочки.

***

Руби не понимал что происходит, боялся, сам не понимая чего именно. Не знал что делать и что будет дальше. Двор, подъезд, лестница. Пройдя несколько этажей он на автомате запустил руку в карман и выудив зажигалку с сигаретой закурил. Едкий дым серым утренним туманом рассеивался по ступеням, медленно поднимаясь к потолку перьями облаков и растворялся в темноте. Руби шел сквозь него то и дело втягивая и выдыхая все больше и больше. Наконец дверь в квартиру. Руби замешкался, почему-то ему не хотелось заходить. Но если уже пришел, значит выбора нет. Он снова залез в карман и достав ключ повернул его в замочной скважине. В квартире было тихо и пусто. Приглушенное дыхание отца, как обычно сидевшего в кресле, было единственным слышимым звуком, не считая гудение стиральной машины. Руби, как обычно кинув на него ничем не окрашенный взгляд направился в комнату, но его остановил голос:

– Рома?

Руби замер и медленно развернулся. Пальцы на его руках нервно сжались в костлявые кулаки.

– Почему ты опять в этом бабском прикиде? Разве мы не договорились тогда?

– Тогда я сказал что мне нравится мой внешний вид и тебе придется с этим смириться если конечно ты хоть немного меня любишь.

– Заткнись. – холодно процедил отец и его карие глаза, казавшиеся в слабо освещенной комнате практически черными, уставились в зрачки Руби.

Юноша молчал. Отец продолжил:

– Тебя вообще хоть что-то заботит? Отвечай мне когда я тебя спрашиваю!

– Так мне заткнуться или отвечать? – съязвил Руби, состроив отрешенный взгляд. Увидев злое лицо отца он тихо произнес:

– Нуу… Всех что-то заботит. И меня в том числе.

– Ты как девушку себе искать планируешь? На такого женоподобного костлявого сопляка ни одна баба не глянет!

– Пап…

– Молчи, пока я тебя не спрошу! – отец сорвался на крик. Руби нервно отступил, его колени дрогнули. – Дергай куда хочешь, с глаз моих долой, позорник! – Руби в спешке забежал в свою комнату, пытаясь сдержать напор слез.

– Дал бог сына… – уставившись в зеркало прошептал отец.

Руби сел на пол около двери, обхватив руками круглые колени, и вытирая засверкавшие от слез глаза.

– «Он это любя, он все же мой папа.» – пытался оправдать юноша слова отца. – «Ничего, когда-нибудь все будет как раньше.»

Тогда, в те далекие времена веселья и беззаботности когда мама была жива и все в их семье было замечательно, вот когда Руби не знал слов «боль» и «отчаяние». Отец всегда был строгим, но никогда не опускался до оскорблений или криков. Они много времени проводили вместе и были чуть ли не лучшими друзьями. Куда делись все эти отношения? Разбились и исчезли с чистым стеклянным звоном и остались лишь в старых фотографиях и воспоминаниях в ту роковую ночь. По правде сказать после произошедшего отец пытался наладить контакт с Руби, но что-то не клеилось. Именно он то ему и подарил тот самый нож. Однако сначала Руби вовсе не хотел принимать подарок. Будучи еще незрелым 12-ти летним юнцом он злился на себя на отца на ситуацию и в целом на весь этот мир. Ведь отец сидел за рулём в ту роковую ночь. Принципиальность родителя в отношении эмоций была триггером всех этих мыслей и чувств. Обида и горечь не позволяли ему принять нож. Но спустя какое-то время Руби поверил, что все будет как раньше, и взяв эту вещицу из отцовского стола хранил ее как талисман надежды на лучшее будущее.

***

За тяжелой металлической дверью квартиры Серафимы Даниэловны послышался приглушенный звук шагов. Мсье Жюль, не вставая с болотной вязанной подстилки, повернул голову и прислушался к ним. Как только шаги остановились он пулей вскочил со своего места и под звон дверного звонка ураганом кинулся в коридор. Серафима Даниэловна, перепуганная напором пушистого наглеца, поторопилась открыть дверь. Стоило Лие появиться в дверном проеме, маленький разбойник с радостным лаем кинулся ей в ноги, ожидая ласки. Девушка нежно погладила Мсье Жюля по теплой спинке и он с чувством выполненного долга гордо удалился в комнату.

– Ах, Лиечка, как же я рада тебя видеть! – улыбнулась Серафима Даниэловна. – Прошу, дорогая, проходи.

Лия прошла внутрь вслед за женщиной и села на диван. Серафима Даниэловна устроилась в огромном зеленом кресле на спинке которого свернувшись калачиком, Мадам Жоржетт мирно смотрела свои кошачьи сны.

– Ну что, дорогая, как продвигаются поиски? – заглянув в глаза Лии начала разговор женщина.

– Зацепок никаких, но есть хорошая новость. – ответила девушка. – Теперь вы можете за меня не переживать. Сегодня я познакомилась с одним парнем, нашим соседом из пятого подъезда. Он согласился помочь мне разобраться в этом.

– Ничего себе. – на лице Серафимы Даниэловны было изумление и неподдельный интерес. Она собиралась задать Лие вопрос, но громкий свисток чайника заставил ее прерваться. Потому разговор их переместился на кухню.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.