Всеволод Плешков
Какого цвета счастье?

Глава 1

До Спрингдонса примерно три километра, по полю путь займёт около тридцати минут. Погода удовлетворительная, температура держится на отметке в 10 градусов по Цельсию, безветренно. Кругом невысокая растительность, покрытая росой, ББ-12, идущий впереди, передаёт информацию о присутствии в ней различных форм жизни, от насекомых до мелких млекопитающих, благо особей, представляющих для нас опасности не обнаружено.

– Эй, что ты там всё бормочешь, профессор? – спросил меня один из охотников, навязавшихся со мной.

– Веду дневник экспедиции, – говорю я и убираю КПК в карман костюма.

– Для чего? – спросил другой, поправив висящую на плече винтовку.

Отвечать мне не хочется. С этими остолопами я уже провёл более двух суток и понял, что они совсем не заинтересованы в том, чтобы что-то внимательно слушать, им просто хочется заткнуть пустоту каким-нибудь трёпом лишь бы не сидеть в тишине.

– Так принято, – кратко ответил я.

– Ох уж ваши учёные заморочки, – говорит Хорс, – идёшь бубнишь о чём-то, лучше скажи, чего ты сюда один попёрся?

– Ну что ты пристал, Хорс? Мы это уже обсуждали пока летели. – Буркнул Крайс, охотник постарше, в разы серьёзней своего товарища. – У нас одна цель – неоновый барс, какие вопросы?

– Интересно мне. Что в этом такого? Скучно же, чего не поговорить? – Сказал Хорс и закурил трубку. – Просто не понимаю, как можно тратить свои деньги на организацию подобного похода.

– Вы же тоже потратили и ничего, – меня всё же затягивает в диалог, – при том потратили не меньше моего, хочу заметить.

– Так-то оно так, но мы-то на охоту прилетели, а ты просто чтобы наблюдателем побыть. Понимаешь в чём разница? – Хорс подходит ближе. – Мы с одной шкуры, при хорошем стечении обстоятельств, получим денег на несколько месяцев вперёд. А ты что?

– А я намерен разгадать феномен, который в научных кругах оставили без внимания, «Розовое свечение».

– Тьфу ты, и какой в этом смысл? – продолжает давить меня невежеством Хорс.

– Смысл в том, что до сих пор неизвестно при каких условиях пятна барса начинают светится розовым цветом, – отвечает за меня Крайс.

– Ты же говорил, что это зависит от настроения животного! – Хорс поворачивается к напарнику и чуть не спотыкается о кочку. – Мол голубой – спокойствие, зелёный – агрессия и всё такое прочее.

– Действительно, свечение отдельных участков шерсти зависит от настроения животного. Эмпирическим путём было выявлено какой набор гормонов окрашивает шерсть в тот или иной цвет, однако при всём этом розовый свет остаётся загадкой, поскольку в лабораторных условиях пронаблюдать за ним не удалось. – Говорю я скорее себе, чем рассказываю это им.

– Местные приписывают этому мистические свойства, – говорит Крайс.

– Мистика – попытка описать то, что не смогла описать наука, – говорю я, сверяясь с маршрутом.

– Ты не прав, это скорее отдельная наука, другая, которую мы не в силах понять…

– Слушай, а ты-то видел, чтоб пятна барса розовым светились? – перебивает Крайса Хорс.

– Единожды и всего секунду.

– Да? А почему так мало?

– Потом зверь меня учуял, пятна побелели, и он убежал, я даже винтовку поднять не успел.

– Эх-х-х, наверное, дорогая получилась бы шкура…

– Очень. Такой ещё ни у кого нет.

– То есть как это нет? – удивился Хорс.

– Вот так, ни разу ещё не была добыта, – буркнул Крайс.

– И что, даже у этих вот, – Хорс тыкает в меня трубкой, – такого экземпляра нет.

– Если бы был, как думаешь, стал бы я тут ошиваться? – С лёгкой раздражительностью и призрением к этому индивиду, говорю я.

– Что так грубо сразу… Кто вас учёных знает… – Пробубнил Хорс и сделал затяжку.

Дальше мы пошли молча. ББ-12 катится впереди, продолжая сканировать окрестности. Городок совсем близко, уже можно разглядеть черты зданий, не превышающих в высоту четырёх этажей. Я достаю из кармана КПК и отдаю приказ ББ-12 приблизится к нам, робот оттормаживается. Подбираю его, деактивировав и сложив, креплю к рюкзаку, в нём более нет необходимости, мы входим в зону цивилизации.

Мои спутники всё ведут беседы об охоте на редких представителей фауны различных планет и никак их не заставишь сменить тему. Прискорбно, что мне пришлось скооперироваться с ними, но, с экономической точки зрения, это был лучший выбор. Все базовые затраты на транспортировку и жильё поделились на троих, Крайс и Хорс не претендуют на соавторство в моих научных трудах, я не претендую на их прибыль с охоты. Все в выигрыше.

Остаётся надеется, что моя исследовательская работа не окажется под угрозой провала из-за их охоты. У нас есть договорённость, согласно которой в кратере мы расходимся в разные стороны, но это ещё не даёт никакой гарантии, что всё пройдёт без инцидентов. Обнадёживает, что Крайс уже бывал здесь ранее и пообещал помочь с поиском хорошего проводника.

– А здесь красиво, – говорит Хорс, когда мы входим в город, – я думал, что всё будет гораздо запущенней.

– Ищем гостиницу «Сатакк», – осматриваясь, говорю я.

– Так точно, профессор, – с усмешкой ответчает Хорс.

Пройдя частный сектор, оказываемся в районе многоквартирных домов, окружённых экзотической флорой, на одном из фасадов обнаруживается и указатель. «Гостиница «Саттак» 200м», – гласит надпись. Сворачиваем по направлению стрелки и оказываемся на главной улице, что понятно благодаря наличию здесь пары ресторанчиков и нескольких магазинов различного предназначения.

– На месте, – сказал Крайс, указав на небольшую табличку возле двери одного из зданий.

Только мы вошли внутрь, как упёрлись в пустующую стойку регистрации. Хорс, в нетерпении, нажал на сигнал вызова персонала, но никого не появилось. Мы прождали ещё какое-то время, и Хорс повторил действие. Затем, не прождав и минуты, он в третий раз нажал на кнопку.

– Прекрати, – строго наказал ему Крайс.

– А чего нет никого? – возмущённо обернулся Хорс.

– Человек занят, жди.

– Занят-занят… – промямлил Хорс и принялся рассматривать свою винтовку.

Я же, осмотревшись, приметил у стены возле лестницы два деревянных кресла, одно из которых поспешил занять. На второе я поставил рюкзак и отсоединил от него ББ-12, чтобы провести лёгкую диагностику.

– У нас не принято ставить рюкзаки на кресла, – послышался голос, как оказалось, принадлежащий администратору.

– Ну наконец-то, – закатив глаза, сказал Хорс. – Мы уже заждались.

Спустив рюкзак на пол и прикрепив обратно ББ-12, я подошёл к стойке регистрации.

– Уж извиняйте, я здесь за всё отвечаю, а не просто у стойки простаиваю да жду как бы кто ни нагрянул, – с серьёзным лицом говорит администратор. – Фамилия, имя.

– Васпиксов Тимат, – отвечаю я.

– Одноместный номер на неделю, – говорит администратор, смотря в монитор.

– Совершено верно.

Администратор поднял на нас голову и внимательно осмотрел глазами, с лопнувшими по бокам капиллярами. Затем, громко выдохнув, он повернулся к ящичку и достал оттуда ключ с номерком на брелке. Я попросил его взять два экземпляра, администратор с недоверием посмотрел на меня, но всё же взял второй комплект.

– За мной, – сказал он и направился к лестнице. Мы последовали за ним.

Наш номер оказался в самом конце короткого коридора, рядом с небольшим столиком. Администратор открыл нам дверь и, сказав дежурное «добро пожаловать», ретировался, оставив нам ключи. Сам номер – это просто комната с кроватью в центре, окном у дальней стены и небольшой тумбочкой со свечой и зажигалкой.

– А это тут для чего? – спрашивает Хорс, указывая на свечу.

Я возмутился невежеству этого юного неуча и уже готов было открыть рот чтобы разъяснить ему в каком месте он находится, однако меня опередил Крайс.

– Это на случай отключения электричества из-за электромагнитных бурь, – говорит он, бросая массивный рюкзак в дальний угол.

– И часто здесь такое случается? – насторожившись, спрашивает Хорс.

– Слабые периодически, сильные не знаю.

– А ты что скажешь? – обращается он ко мне.

– Последний подобный шторм случился более двухсот суток назад, – отвечаю я, раскладывая багаж возле кровати.

– А прогнозы может есть какие? Когда это может случится ещё раз.

– Я зоолог, а не синоптик, – с укоризной поднимаю взгляд к своему собеседнику.

– Поинтересуемся прогнозами на ближайшую неделю, – говорит Крайс, усевшись на подоконник, – знаю тут одно местечко.

– Да… это хорошее решение, – успокоившись, подмечает Хорс.

– Заодно узнаем о проводнике, – напоминаю о себе я, – помнится, ты обещал с этим помочь.

– Всё там, – ответил Крайс, – знаю я одного парня…

– Подождите-ка, – встрепенулся Хорс и повернулся ко мне, – если вы говорите, что здесь бывают бури, которые на глухо выводят электронику из строя, то зачем тебе это? – Он тычет пальцем на моего робота.

– ББ-12 обладает защитой от воздействия электромагнитных полей, – ответил я и прилёг на кровать, – а предназначен он, если ты забыл, для сбора данных о биологических существах поблизости.

– Помню я, просто спросил… – говорит Хорс, сползая по стене на портфель.

– Предлагаю передохнуть минут пятнадцать и двигать, – говорит Крайс.

Так и поступили, каждый принялся заниматься своими делами. Я продолжил прерванную диагностику. За всё время Крайс так и не сдвинулся с подоконника, я закончил со всеми делами и повернулся к нему, а тот, как уселся, так и продолжает сидеть с закрытыми глазами. Я не решился его потревожить. Хорс, к моему удивлению, тоже сидел, тихо рассматривая свою экипировку.

– Можем выдвигаться, – сказал Крайс и спрыгнул с подоконника.

Покидаем номер и направляемся к выходу, взяв с собой только валюту. В коридоре натыкаемся на двух молодых людей с увечьями на лице. Увидев нас, они юркнули в номер и захлопнули дверь. Меня это слегка насторожило.

– Ты главное не пей в сомнительных компаниях, и такого не повторится, – заметив мои переживания, сказал Крайс.

– Спасибо за совет, – говорю я, – только я не пью.

– Почему-то я так и знал, – с улыбкой говорит Хорс.

Пустынная улица встретила нас порывом ветра, пронёсшегося между зданий. Крайс осматривается, будто вспоминая что-то, мне же ничего не остаётся кроме как ждать. Из головы не выходят те двое помятых парней, что лишний раз подталкивает на переосмысления вопроса собственной безопасности. Пока я в компании охотников мне ничего не грозит, но скоро наши пути разойдутся, и я очень надеюсь, что окажусь под защитой проверенного человека.

– Нам туда, – говорит Крайс, указывая в сторону прохода между зданий.

Мы сворачиваем в закоулок и, пройдя через него, выходим к улице, идущей параллельно той, по которой мы шли, оттуда сворачиваем в другой закуток и в ещё один пока не выходим к смотровой площадке на краю кратера. Крайс снова оглядывается, выискивая нужное направление.

– Где-то здесь, сейчас только вспомню.

– Вон же, кафе «У пропасти», – подмечает Хорс, тыкая пальцем в вывеску-указатель на одном из столбов.

– Туда только туристы ходят, – фыркнул Крайс.

Пока он вспоминает путь, я отхожу к отгороженному краю площадки и смотрю вниз. Мне открывается вид на гигантский кратер, на дне которого расположен лес, полностью покрытый туманом, над которым торчат лишь некоторые, самые высокие деревья. Воистину завораживает. Сколько я читал про этот лес, прозванный «Туманным» по понятным причинам, сколько готовился и всё равно чувствую некоторый трепет, смотря на эту невероятною экологическую среду. И здесь мне предстоит выследить одно из самых необычных существ, известных современной науке.

– Эй, ты куда ушёл? – послышался голос Хорса. – Ого, вот это да, – сказал он, когда подошёл к ограждению и встал рядом.

Я посмотрел на него и с некоторой обидой вздохнул. Неожиданно мне стало грустно от того, что такие как он совершают больше вылазок в Туманный лес, чем научные экспедиции, коих за последний год не было вовсе. Люди больше знаний ценят шкуры, обладателями которых являются неоновые барсы. Это закономерно может загнать нас в пренеприятную ситуацию, когда звери будут перебиты, но не изучены до конца. Из-за сложности наблюдения нет возможности вести счёт особей, что является ещё одной проблемой.

– Ну ка в путь, – говорит Крайс и оттаскивает нас от ограждений, – успеете ещё насмотреться.

Пришлось подчиниться. Хорс сравнялся с Крайсом и набросился на него с расспросами, я же предпочёл остаться слегка позади, подумать о предстоящем походе. Я должен застать животное в состоянии, в котором его пятна светятся розовым, тогда с помощью робота возьму биохимический анализ и установлю взаимосвязь внешний условий и этого необычного явления. В случае успеха меня ждёт настоящая известность, возможно даже премия.

Может есть смысл поспрашивать у местных проводников расспросить про феномен, но рассчитывать на это не стоит. Почему-то я уверен, что здесь далеко не все видели неоновых барсов в интересующем меня состоянии.

Крайс привёл нас к ничем не примечательному зданию, единственным отличием которого от остальных была не счищенная со стены лоза. Он открыл дверь и жестом указал войти. Как оказалось, эта дверь ведёт в подвальное помещение, ставшее неким местом «Для своих». Мы спускаемся вниз, где во всю играет музыка и ведутся непринуждённые беседы обо всём подряд.

Мы идём к свободной части длинного, практически полностью занятого, стола и садимся рядом с местными. Они на нас сразу же обращают внимание, поглядывают, но своих бесед не прекращают.

– Хорс, сходи к бармену, закажи нам чего-нибудь выпить, – указал Крайс.

– Будет сделано, – говорит он, вставая из-за стола.

– Только без алкоголя, – придерживая его за руку, говорю я.

– Ему возьми безалкогольного пива, – говорит Крайс, указывая на меня.

– Да хорошо-хорошо, помню я, – Хорс одёргивает руку и уходит к барной стойке.

Не люблю я пиво, даже безалкогольное, но возражать не стал. Да и вообще, подобные заведения нахожу не лучшими для обсуждения серьёзных дел. Кругом посторонние, шумно, да и антураж, в целом, не очень располагающий к деловым беседам.

– Так значит ты и правда хочешь изучить неоновых барсов? – спрашивает Крайс.

– Угу, – киваю я, рассматривая помещение.

– Не могу понять зачем тебе это, – продолжает беседу охотник, – ты же с этого ничего не поимеешь.

– Это с какой стороны посмотреть, – говорю я, повернувшись к нему.

– Со всех сторон это не выгодно. Ты тратишь деньги, рискуешь оборудованием и собой, чтобы что? Что ты из этого получишь?

– А вы? – Не желая отвечать на его вопрос, контратакую я.

– А мы в любом случае получим своё, – усмехнулся Крайс. – Даже самая дешёвая шкура с лихвой перекроет все затраты и принесёт огромную прибыль.

– Стесняюсь спросить, как вы её будете реализовывать…

– И всё же, какая это для тебя выгода? – продолжает гнуть своё Крайс.

– Признание, вклад в нау…

– Так, держите, – перебивает меня подошедший Хорс. – Это тебе, – он ставит кружку напротив старшего охотника, – а вот и тебе, безалкогольное.

Хорс садится рядом и сразу же отпивает из кружки треть содержимого.

– Ну и…? – смотрит на меня Крайс.

– Вклад в науку, премии и гранты на исследования, – заканчиваю я и принимаюсь за дегустацию напитка. Он, оказывается, вполне приемлем для употребления.

– А что, так тебе типа денег не дают? – спросил Хорс, явно заинтересовавшийся, услышав про материальную сторону вопроса.

– Так мне выплачивают лишь минимальную зарплату младшего научного сотрудника, в частности за лабораторную и преподавательскую деятельность при институте. – Делаю ещё один глоток. – Если же мне удастся выявить причины розового свечения у неоновых барсов – смогу доказать, что обладаю достаточной компетенцией для того, чтобы возглавить исследования фауны Туманного леса.

Крайс оценивающе смотрит на меня, не притрагиваясь к кружке. Хорс тоже молчит, поглядывая то на меня, то на Крайса, будто хочет продолжить расспрос, но то ли стесняется, то ли не знает, как это сделать.

– Хорошо, – сказал Крайс. – И как ты планируешь выявить причину свечения?

– К чему такие вопросы? – насторожившись, спросил я.

– Скажем, – Крайс ухмыльнулся, – у меня есть к тебе предложение.

– Хочешь предложить объединиться, угадал? – с недоверием посмотрел на него я.

– Нет, я помню про наш уговор. Лучше, скажем, если тебе получится понять при каких условиях барсы светятся розовым – сообщи об этом нам. Взамен ты получишь 5% с продажи шкуры.

Повторного предложения следовало ожидать. Вот она, обратная сторона открытия, способ применения полученных знаний. Пока мы будем изучать всю собранную информацию для последующей классификации и дальнейших исследований, кто-то будет ей пользоваться для истребления представителей редкого вида и заработка денег. Инной раз задумываешься о том, чего больше приносят открытия: вреда или пользы.

– Я в прошлый раз сказал и повторю в этот, никакого сотрудничества в лесу. Спустились – разошлись в разные стороны. И никаких обсуждений.

– Как скажешь, просто решил убедится, что ты не передумал.

– Не передумал, – киваю я. – Лучше скажи, когда мы встретимся с проводником.

– Как придёт, так и встретитесь, – сказал Крайс и сделал глоток, – пока его здесь нет.

Мы продолжили ждать. Крайс с Хорсом болтали об охоте, расценках трофеев. Я же молча попивал пиво, стараясь не вслушиваться в их разговоры, создающие информационный шум.

– И всё же, сколько бы стоила шкура с розовыми пятнами…? – задумчиво произнёс Хорс.

– Ха! – послышался посторонний голос, – эти всё о том же, – сказал один из соседей по столу, чем привлёк к себе моё внимание.

– Прошу прощения, вам об этом что-либо известно? – спросил я, в надежде наладить контакт.

– Про розовое свечение? Ха-ха-ха, – подхватил он, – ни разу такого не видел! Только россказни всякие слыхивал.

– И что же вы слышали? – настаиваю я.

– Ай, – махнул рукой собеседник, – всякую чушь, о душе и чём-то там ещё.

– Да, ходит поверие, что неоновый барс светится розовым, когда открывает свою душу, – подхватывает другой сосед, сжимающий в руке полупустую кружку. – Но это только слухи, сам я такого ни разу не видел.

– Ага, зато веришь каждому слову.

– А почему мне не надо верить? – обижается тот, что с полупустой кружкой. – Многие же видели…

– Да, говорят о душе только несколько стариков и дурачок один, – отвечает сосед с пустой кружкой.

– Что за дурачок? – спрашиваю я, но меня никто не слышит.

– Ты мне тут не надо стариков к дуракам приравнивать, – говорит мужчина и отпивает немного пива из своей кружки.

– А кто приравнивает? – Возмутился толстяк с пустой кружкой. – Я просто сказал, что старики так говорят, потому что много барсов видывали и в поверия предков верят, а дурачок он просто дурачок! Ходит небылицы рассказывает.

– Откуда нам знать, что это небылицы? Может он действительно на барсов натыкается, вот и знает чего?

– Да он просто блаженный, – вмешался угрюмый гражданин с гранёным стаканом в руке, – ходит целыми днями по лесу, на люди почти не показывается, вот ему и мерещится всякое.

– А мы типа в лес не спускаемся, да? – усмехнулся толстяк с пустой кружкой.

– А мы типа не блаженные, – рыкнул угрюмый. – Калеки мы, уроды…

– Ай, – махнул на него рукой толстяк, – пьянчуга.

Угрюмый, услышав это, залпом осушил стакан и вышел из-за стола.

– В чём-то он прав…

– И в чём же? – одарил пьяной улыбкой оставшегося собеседника толстяк.

Они принялись рассуждать об ушедшем человеке, всё дальше отходя от нужной мне темы, поэтому я быстро потерял к ним интерес и погрузился в собственные размышления. Думал я об услышанном и в особенности о ком-то, кого двое прозвали дурачком. Если им верить, он чаще остальных видит интересующих меня животных, значит есть смысл с ним повидаться, да расспросить что и как.

Поворачиваюсь к своим, да простит мена, наука, напарникам и вижу, что они тоже нашли себе компанию среди местных. Теперь пол стола обсуждает вместе с ними охоту. Впервые появилось желание почувствовать себя пьяным. Здесь и правда сложно находится на трезвую голову. Оглядываюсь по сторонам и обращаю внимание на мужчину, занявшего в одиночку дальний столик.

– Крайс, – говорю я, – Кра-айс. – Не слышит. Ничего не остаётся, кроме, как похлопать его по плечу. – Крайс!

– Что такое? – с ухмылкой, он поворачивается ко мне.

– Он? – киваю в сторону дальнего стола.

– Он, – Крайс в мгновение становится серьёзным. – Пойдём.

Он встал и, взяв с собой пиво, направился к дальнему, одиноко стоящему, столу. Я, последовав его примеру, прихватил кружку и направился за ним.

– Здорова, Хантер, – говорит Крайс, усаживаясь напротив него.

– Здравствуйте, – я сажусь рядом с Крайсом.

Хантер медленно отрывает взгляд от стакана с крепким напитком и молча смотрит на нас. Посмотрев ему в глаза, я слегка опешил. Лицо этого человека было похоже скорее на морду примата, всю свою жизнь сражавшегося с хищниками и кровожадными людьми, чтобы выжить.

– Чё надо? – наконец буркнул Хантер.

– Мы с вами встречались пару лет назад, – говорит Крайс, протягивая ему латунную гильзу c грубо выцарапанной на ней надписью.

Проводник берёт её, осматривает и, вернув, говорит:

– На кого собрался охотится? Козуля, бенгальские волки, песцы?

– Нужно только выслеживание и сопровождение, – отвечает Крайс. Хантер вопросительно на него смотрит. – Цель: наблюдение за неоновыми барсами.

– Неоновые барсы? – с недоверием уточняет Хантер. – И только наблюдение?

Крайс поворачивается ко мне. Понимаю, что настала моя очередь говорить.

– Дело в том, что я зоолог, прибыл сюда для изучения феномена, именуемого «Розовым свечением», всё, что мне нужно – пронаблюдать за животными в диких условиях и при удачных стечениях обстоятельств собрать биохимические данные особи, когда его пятна окрашиваются в розовый цвет. – Я закончил и мельком взглянул на Крайса, тот не обратил на меня внимания.

Хантер вытащил из-под губы пак жевательного табака и, убрав его в специальную коробочку, принялся сверлить меня взглядом, оценивать. Почувствовав напряжение, я не выдерживаю и на секунду отвожу взгляд в сторону, затем возвращаю его и вижу, что Хантер всё ещё наблюдает.

– Как ты это себе представляешь? – спрашивает он.

– В моём распоряжении всё необходимое оборудование, в том числе исследовательский робот модели ББ-12, способный брать анализы при помощи сканирования, – стараясь выдерживать паузы, отвечаю я.

– И ты всю эту лабораторию на себе потащишь? – укоризненно спросил Хантер чем сбил меня с мысли.

– Всё это занимает не больше места, чем охотничье снаряжение, робот способен передвигаться самостоятельно даже по сложным тропам, – говорю я и, оценив ситуацию, быстро добавляю: – параллельно он способен обнаруживать живых существ в приличном радиусе.

– Ты же в курсе, что внизу туман и электромагнитное поле?

– Моё оборудование защищено от подобных внешних факторов.

– А если недостаточно?

– Я в нём уверен, – настаиваю я.

– И всё же, если оно сбойнёт? – Хантер настаивает не чуть не меньше.

– Тогда сбор данных придётся собирать уже с мёртвого животного, – заключаю я и машинально делаю глоток.

Между нами повисает пауза, Хантер всё так же не спускает с меня глаз, я же обратил внимание, что, делая маленькие глотки, проще сохранять спокойствие. То ли это нервишки шалят, то ли Хорс всё же забыл о том, что моё пиво должно быть безалкогольным. Вряд ли, конечно, но кто его знает…

– И сколько мне вас сопровождать?

– Неделю, – говорю я, – и не «нас», а меня одного.

– Оружие при себе имеешь?

– Нет, – я отрицательно помотал головой.

–Хмм, – Хантер осушил стакан и сразу же наполнил его из рядом стоящей бутылки, – в таком случае, семь тысяч грандбаксов, всю сумму отдашь наличными в первый день.

Семь тысяч, тысяча за день, дорого. Я рассчитывал, что это мне обойдётся вдвое дешевле. Незадача, но торговаться сейчас не в моих интересах.

– Какие вы можете дать гарантии? – подумав, спросил я.

– Гарантии? – ухмыльнулся Хантер. – Что ты сможешь понаблюдать за неоновыми барсами.

– А насчёт безопасности?

– Ха, ничего не могу сказать по этому поводу. Туманный лес – одно из опаснейших мест на этой планете. Но за свои деньги буду защищать тебя до последнего вздоха, слово охотника. Можешь у своего приятеля спросить. – Он указал на Крайса, тот молча кивнул.

Не очень обнадёживает, но выбора у меня особо нет. Ладно уж, Крайс ходил с ним раньше и теперь привёл меня к нему. Думаю, это сойдёт за гарантию. Осталось уточнить последнюю деталь.

– Что насчёт «Розового свечения»? – спросил я.

– Ничего, – кратко ответил Хантер и всем видом дал понять, что спрашивать его об этом не имеет смысла.

– Что ж… – протянул я, – согласен на ваши условия. Начать планирую завтра.

– Хорошо. Встретимся возле малой площади, у старого спуска, – говорит Хантер, хватаясь за стакан, – в 8:00.

– Договорились, – сказал я. Мы чокнулись, выпили и пожали руки.

– Завтра в восемь, а теперь проваливайте, – говорит Хантер, доставая жевательный табак, – дайте мне отдохнуть.

Мы берём свои кружки и, попрощавшись, отправляемся к своему месту, где Хорс уже во всю развлекается с местными, играя в армрестлинг. Только Крайс хотел возмутиться, как заметил, что возле его напарника лежит лист с подробным прогнозом погоды и несколько купюр сверху.

Глава 2

Крайс приводит меня на место чуть раньше положенного срока, Хантера нигде не видно. Чувствую лёгкий мандраж перед первым походом. Я взял с собой сразу всё снаряжение, но мне кажется, что пришёл налегке. Поднялся лифт, из которого вышла спасательная бригада с носилками. На них лежит человек с прикрытыми марлей ногами. Что ж… я знаю куда иду, поэтому нечего удивляться.

– Мы пойдём вправо, – сказал Крайс и, окликнув Хорса, направился в сторону кабины.

– Вы со мной не подождёте? – спрашиваю я.

– В этом нет необходимости, – не поворачиваясь, отвечает он.

Охотники заходят в лифт, Хорс закрывает решётчатую дверь и машет мне рукой. Старший нажимает кнопку и лифт устремляется вниз. Часы на соседнем здании показывают без двух минут восемь. Глубоко вдохнув, отворачиваюсь от лифта и замечаю идущего ко мне Хантера с полуавтоматическим дробовиком на плече.

– Здравствуйте, – с облегчением говорю я.

– Деньги принёс? – с ходу спрашивает Хантер.

– Да, конечно, – отвечаю я, доставая конверт, – вот!

Хантер берёт его и, быстро пересчитав купюры, кладёт во внутренний карман потрёпанного защитного комбинезона. Затем, к моему большому удивлению, он снимает с пояса фляжку и делает из неё резкий глоток, после сразу протягивает её мне. От горлышко веет спиртом с примесью различных трав.

– Я, пожалуй, воздержусь.

– Как знаешь, – Хантер сделал глоток за меня и повесил фляжку обратно. – Можем идти.

Мы подошли к лифту, и мой проводник нажал на кнопку вызова. Вокруг нет никого других желающих спускаться вниз, что меня слегка обнадёживает, не придётся толпиться. Хантер молча смотрит перед собой. Я слежу за индикатором этажей с битыми пикселями и поглядываю на своего проводника. Обращаю внимание на походный рюкзак старого образца у Хантера за спиной, украшенный множеством клыков и когтей.

– Как долго мы пробудем внизу? – спросил я, когда мы зашли в лифт.

– Сегодня до позднего вечера, – ответил он, – оценим обстановку, после уйдём на несколько дней.

– Когда мы сможем увидеть неоновых барсов?

– Сегодня.

– Вы знаете их ареалы обитания? – снова спрашиваю я, чтобы ещё раз убедится в компетентности своего спутника.

– Я знаю о барсах практически всё. – Хантер поворачивается ко мне. – Ещё один вопрос и пойдёшь искать их один.

– Хорошо, просто хотел уточнить… – мне становится неловко.

– Не надо по сто раз уточнять всякую ерунду, – повысил голос проводник. – Мы спускаемся не к туристическим маршрутам, а к окрестностям заброшенной шахты. Ты это понимаешь?

– Понимаю.

– Тогда заткнись и дай мне собраться, – раздражённо буркнул Хантер и сунул под губу жевательный табак.

Хотя бы снова не взялся за спиртное. Меня слегка смущают вредные привычки, которым потакает человек, от которого напрямую зависит не только успех экспедиции, но и моя жизнь. С другой стороны, я прекрасно понимаю, что люди вроде него не знают иных способов справляться с различными формами стресса и, боюсь, здесь они этого так и не узнают. Придётся проглотить это, как данность.

Лифт остановился, Хантер открыл дверь и вышел на бетонную площадку, я последовал за ним. Мандража сменило чувство учёного азарта, появляющееся на границе с неизвестным.

Вокруг стоят полуразрушенные здания промышленной компании и несколько заброшенных грузовиков, поросших мхом. Грузовой лифт обесточен, а вход в шахту обрушен. Место заброшенно, по календарю Дживиттаау, более пятидесяти лет назад из-за нерентабельности. Теперь природа медленно забирает своё назад, превращая постройки в заросшие руины. Лишь разбросанный по бетону мусор напоминает о постоянном присутствии здесь людей.

– Значит так, – говорит Хантер, повернувшись ко мне, – правила два. Первое: выполнять всё, что я скажу. Второе: задавать вопросы только по существу. Понятно?

– Понятно, – отвечаю я.

– Покажи на что способен твой робот, – с недоверием сказал Хантер.

Я отсоединил ББ-12 от рюкзака и поставил его на землю. Через минуту робот был полностью готов к предстоящему походу. Подключаю его к КПК, и первое, на что обращаю внимание – сигнал между устройствами проходит с задержкой в 0,44 секунды.

Хантер молча смотрит на меня, видимо, ожидая результатов. Запускаю программу сканирования и, получив первые результаты, показываю их своему проводнику. ББ-12 собрал данные об окружающей среде, однако, из-за тумана радиус поиска оказался настолько невелик, что робот даже не смог определить вид мха, распространившегося по стенам зданий.

– Не впечатляет, – говорит Хантер пока я вожусь с интерфейсом.

После нехитрых манипуляций ББ-12 сменил модель сканирования. Теперь он направляет сенсоры в одну сторону, что позволяет всё же добыть информацию на приличном расстоянии. Благодаря этому удалось узнать, что в постройках прячется стая слепых летучих мышей. Однако, радиус обнаружения всё ещё оставляет желать лучшего.

– Это всё на что способен сканер при таких погодных условиях, – заключаю я, смотря в экран КПК.

– Молись, чтобы туман не превратился в молоко, – сказал Хантер, отвернувшись к столбам, оставшимся от забора.

– К этому нет предпосылок, – парировал я.

– В этом невозможно быть уверенным наверняка, – говорит Хантер. – К вечеру видимость будет ещё хуже, а твой робот будет ещё более бесполезен.

– Я понимаю, – согласился я.

– Пусть ковыляет позади, – указав пальцем на ББ-12, сказал Хантер, – пусть спины прикрывает, если он на это способен.

– Принято.

– Следуй за мной и не отставай.

Я подчинился, и мы начали свой путь. Прошли мимо железных столбов, возле которых задержки в аппаратуре подскочили до 0,5, и ступили на низкую траву. Робот катится следом.

Идём молча, Хантер лишь изредка указывает места, где необходимо сворачивать и там же на деревьях оставляет метки-подсказки. Я постепенно успокаиваюсь и, в каком-то смысле, наслаждаюсь прогулкой по дикой природе, по которой успел соскучится. Здесь нет места суете с документацией, ненужным конференциям и выматывающим, непродуктивным собраниям.

Хантер, выставив руку назад, останавливает меня и сам замирает на месте. Сначала он смотрит куда-то перед собой, затем оглядывается по сторонам и прислушивается к каждому шороху. Я не осмеливаюсь пошевелиться. Нервная система перестроилась, и теперь всё внимание направлено наружу, разум резко освободился от ненужных мыслей.

Так мы стоим, кажется, целую вечность. Я приказал ББ-12 начать сканирование местности, и он, медленно кружась вокруг своей оси, сканирует. Спустя несколько минут не выявилось ни одного хищника в области нескольких метров. Мне стало несколько спокойней. Хочу сообщить о полученных данных Хантеру, но только я издаю звук, как он, резко обернувшись, жестом приказывает мне замолчать.

Подождав ещё с минуту, Хантер начинает тихой поступью продвигаться вперёд, указывая, что мне нужно оставаться на месте. Стволом дробовика он отодвинул ветки кустов, и лишь тогда я заметил причину нашей остановки. В кустах лежат выеденные свежие останки оленя. Хантер склонился и принялся изучать их, я подошёл ближе, достал фотокамеру и сделал снимок.

– Что ты делаешь? – спросил он и резко оказался возле меня.

– Снимок для отчёта, – отвечаю я, не понимая причины вопроса.

Хантер смотрит в экран, и я показываю ему фотографию.

– Чтоб меня в кадре не было, – отходя в сторону, говорит он, – вообще не доставай его за моей спиной.

– Как же мне тогда фотографировать? – удивлённо спрашиваю я.

– Отойду – сфотографируешь.

– Понял, – отвечаю я, наблюдая за тем, как он осматривает останки.

– Наши клиенты, – сказал Хантер и выпрямился. – Минимум двое.

– Как вы это поняли? – поспешил поинтересоваться я.

– Иди сюда, – позвал он, я подошёл, – клыки, – Хантер указал на одно из рёбер, – следы слегка отличаются друг от друга.

– Поразительно… – вырывалось у меня.

– Тоже мне, учёные… – с долей призрения проговаривает Хантер. – Это типа отпечатков пальца у человека, узоры на клыках уникальны у каждой особи.

– Я читал о подобном, но, признаюсь, не разу не видел доказательств вживую…

– Идём, – сказал Хантер и, перешагнув, через труп, направился дальше, – смотри под ноги, не издавай лишних звуков, – не оборачиваясь добавил он.

Мы продолжаем путь. Я в восторге от увиденного, однако из головы совсем выветрился тот факт, что на месте травоядного существа можем легко оказаться мы. Сейчас о таком думать категорически нельзя. Лучше уж конвертировать мыслительную энергию во внимание к окружению, это куда более эффективные её использование.

***

Идём бок о бок с Хорсом, смотрим в оба, кругом тишина. Следов хищников не обнаружено. Пока были замечены только несколько оленей и стайка свингорнов, они нам не к чему. С них самое ценное – это мясо, а его проще добыть при необходимости позже.

– И всё же я не понимаю, почему мы никого не завалили, – размышляет вслух Хорс. – Хоть бы мясо было, да ещё и рога в придачу. Вон у того свингорна был отросток! С указательный палец.

– Нечего на всякую мелочь патроны тратить, – холодно отвечаю я своему напарнику. – Мы не за этим сюда пришли.

– И что? Делов на пару минут, рог в любом случае дороже пули. Тем более вдали отсюда.

Я лишь с укоризной посмотрел на него и тот, что-то пробурчав себе под нос, оставил эту идею. Не понимает Хорс что такое настоящая охота. Вроде не совсем мальчишка совсем, всего на полтора десятка млачше, а всё равно какой-то несобранный.

– Бенгальского волка хоть подстрелим? – не унимается Хорс.

– Только, если не найдём барса.

– А волка найти будет проще по-твоему? – усмехается Хорс, смотря на меня. – Лучше уж как попадётся, так и стрельнуть.

– И спровоцировать на нападение всю стаю, – добавляю я, не поворачиваясь.

– Думаешь не перестреляем?

– Думаю, что незачем подвергать себя риску ради сомнительной выгоды, – заключаю я.

– Ха, так мы только этим и занимаемся! – Хорс засмеялся в голос, но быстро спохватился и умолк. – Мы ж только на самых опасных хищников ходим, по-твоему, это не риск?

– Это тот риск, на который я готов идти за те деньги, которые приносит успех, – я поворачиваюсь к нему, – не хочу умереть, как следует не отдохнув, в старости.

– И чего я от тебя только не слышал…

Над нами, задевая ветки, проносится стайка чёрных птиц, моментально исчезающих в тумане. Знать бы что их спугнуло. Хорс подметил мою настороженность и замолчал, однако ненадолго.

Убедившись, что ничего нам не угрожает он продолжил:

– Короче, не тот ты промысел выбрал, чтоб о старости думать.

Это заявление заставило меня повернуть к нему голову.

– Ну а что? Охота дело такое, это работа в удовольствие, адреналин! – Хорс продолжает размышлять. – Конечно и деньги это должно приносить, я не спорю. Но всё же задумываться о старости… – Он немного подумал. – Не-а, это вообще не для охотников, охотники старыми не бывают.

– Надеюсь, твои мысли нас здесь не похоронят.

– Ээх, – протянул Хорс, – я ж не дурак. Мне тоже умирать здесь не резон. Ещё столько дел! Бары, девочки… – Его лицо расплылось в улыбке.

– Соберись, – строго наказываю я, – потом о девках думать будешь!

– Ладно-ладно, – Хорс сделался тише, – просто поболтать хотел…

– Наболтался? – всё так же строго спрашиваю я.

– Угу, – буркнул Хорс.

Что-то этот разговор совсем вывел меня из равновесия. Хорс любитель поболтать, конечно, но иногда это раздражает, а иногда, как сейчас, это вовсе неприемлемо. Идём по опаснейшему из лесов планеты, на самом дне гигантского кратера, очень сомневаюсь, что сюда в случае чего дошла бы спасательная бригада. И туман ещё этот непроглядный, даже на сто метров вперёд ничего не видно!

Хорс долго не выдержал и снова начал бубнить, но уже совсем тихо, себе под нос, поэтому я решил его не трогать. Может он так от опасности отвлечься хочет, заговорить тревогу, я не знаю. Пусть уж бубнит, главное, чтобы меня не трогал и слушать в лес не мешал.

***

Мы замедлили движение, Хантер повернулся ко мне и приказал убрать робота. Без лишних вопросов я выполнил его указания. Идём, пригнувшись, оглядываясь по сторонам. Едва прижатая к земле трава – единственное, что выдаёт присутствие здесь животных. Хантер сворачивает влево, чтобы обойти небольшой участок, покрытый грязью. Оказываемся в зарослях дикой ягоды, меж которых передвигаемся в полном приседе из-за чего у меня начинают болеть ноги.

– Долго нам ещё так корячится? – не выдержав, спросил я.

– Тсс, – Хантер остановился.

Ко мне постепенно приходит понимание, что мы совсем близко к животным. Сердце заколотилось с новой силой, об усталости стоит как можно быстрее забыть. Хантер приказал лечь, после чего мы, выждав немного, начали покидать укрытие. Я ползу вслед за проводником, не оглядываясь по сторонам, то ли от страха потеряться, то ли просто от страха. Это первобытное чувство опасности почти забыто нами, современными людьми, однако здесь оно быстро напоминает о себе и помогает сосредоточится на сохранении жизни. Главное с ним совладать, в противном случае это чувство станет причиной гибели.

Хантер привёл меня к обвалившемуся толстому дереву, привстал на колено и аккуратно выглянул из-за него. Следом, преодолевая себя, я начал медленно подниматься, распираемый противоречивыми чувствами. В конце концов азарт победил, и я выглянул из-за импровизированного укрытия.

На поляне, в метрах пятидесяти от нас, лежат два неоновых барса! Самец и самка, пятна на шкурах у обоих особей светятся голубым. Самка лежит с закрытыми глазами, но при этом находится в позиции, позволяющей ей в случае опасности мгновенно вскочить на ноги и принять боевую стойку. Самец же «умывается», изредка поднимая голову и оглядываясь по сторонам.

– Наконец… – пробормотал я.

– Говори тихо, – едва слышно сказал Хантер. – Повысишь голос – хана.

Я молча кивнул и, продолжая наблюдение, полез за камерой. Достав её, посмотрел на Хантера, тот молча кивнул в знак одобрения, тогда я принялся фотографировать наблюдаемых особей. Хантер же, не спуская глаз с барсов, отцепил фляжку и медленно, бесшумно открыл её и сделал глоток.

– Мне нужно собрать о них данные, – говорю я, закончив с фотографией.

– Подожди пока самец успокоится.

– Но он же спокоен, – возразил я.

Хантер молча повернулся ко мне, агрессивно выдохнул и, сделав ещё один глоток, отвернулся. Мне стало понятно, что лучше его послушать. Минут через десять самец закончил свои процедуры и, пристроившись у самки под боком, тоже погрузился в некоторое подобие сна.

– ББ-12 должен подобраться ближе, – предупреждаю Хантера я, активируя робота.

– Понял, – сказал Хантер и сменил фляжку на полуавтоматический дробовик. – Надеюсь он их не потревожит. – Говорит он, направляя дуло на животных.

Я аккуратно ставлю ББ-12 на по ту сторону дерева, и он начинает медленно приближаться к цели. Через десять метров он останавливается, а на КПК начинают приходить первые данные. Несмотря на тот факт, что в них нет ничего особенного, я чувствую лёгкий восторг, поскольку нашёл подтверждение некоторым уже известным сведеньям. В частности, о зависимости цвета свечения пятен от настроения животного.

ББ-12 отправляется назад, деактивирую его и вешаю на рюкзак. Хантер убирает оружие за спину, на этот раз меняя его на пак жевательного табака.

– Завтра мы будем проходить тем же маршрутом? – спрашиваю я и, не дожидаясь ответа, добавляю: – хочу установить фотоловушку.

– Это не имеет смысла, – говорит Хантер, – только лишние хлопоты.

– Но она может запечатлеть животное в момент «розового свечения», – говорю я.

Хантер усмехнулся.

– Ну, поставь, – говорит он, – но я за неё не ручаюсь.

Услышав его и взвесив все «за» и «против», я всё же принимаюсь за установку, аккуратно креплю штатив к нашему импровизированному укрытию и фиксирую на нём камеру. Из-за особенности штатива камера возвышается над деревом, что меня не удовлетворяет, тогда я снова активирую ББ-12 и запускаю в нём программу установки фотоловушек.

Оказавшись по ту сторону ствола, робот медленно покатился вперёд, выискивая подходящее место. Вскоре я дал ему команду установить камеру вблизи одного из деревьев. Тогда робот отъехал от нас ещё дальше, тем самым заставив напрячься Хантера.

– Только попробуйте рыпнуться, – выругался он.

Камера установлена, робот возвращается к нам. Только он доезжает до упавшего дерева, как Хантер резким движением перекидывает его в укрытие и поднимает дробовик. Барсы нас услышали и принялись крутить ушами.

– Замри, – шёпотом приказывает Хантер.

Я, почувствовав прилив адреналина, подчинился. Как только самец двинул голову в нашу сторону Хантер, схватив меня, пригнулся. От неожиданности я едва не теряю равновесие. Мы продолжаем сидеть, Хантер напряжён до предела, впрочем, я напряжён ничуть не меньше. Всё замерло, слышно лишь наше дыхание.

– Нужно валить, – говорит Хантер и ложится.

Оглядываюсь по сторонам в поисках робота, нахожу его возле Хантера, тянусь, чтобы взять, но Хантер, схватив меня за рукав, резко опускает на землю.

– Ляг ты! – свирепо прошипел он.

– Необходимо забрать робота! – возмущаюсь я.

Хантер небрежно передал мне робота, я моментально прицепил его к рюкзаку и замер. Мы не двигаемся с места, слышится шелест травы, после которого из всех звуков остался только звук биения сердца. Таким громким он мне ещё никогда не был. Хантер перевернулся на спину и выставил перед собой дробовик. Сейчас я в полной мере ощутил всю опасность и то, насколько моя жизнь зависит от проводника.

Неизвестно сколько мы так пролежали, минуту или десять, а может быть и час. Я слегка потерял чувство времени. Шелест прекратился, тогда Хантер, кивнув мне, перевернулся и медленно пополз к кустам, через которые мы пробирались сюда. Надеюсь, я правильно истолковал его жест, потому что я направился за ним.

Как только мы скрылись за кустами Хантер встал на ноги и помог мне подняться. Дышать становится всё труднее, лёгкие будто обжигаются от каждого вздоха. Ощущаю на плече руку проводника, поднимаю взгляд и смотрю ему в лицо. Он позволяет дробовику повиснуть на ремне и, взяв фляжку, протягивает её мне.

– Пей, – приказывает он.

– Я не пьющий… – еле-еле выдавливаю я.

– Пей! – повторил Хантер, – успокоишься.

Хватаю фляжку и делаю глоток. Меня чуть не вырвало, благо удалось сдержаться. Я закашлялся и протянул флягу Хантеру, взяв её, он тоже сделал глоток.

– Тихо! – Говорит Хантер, убирая фляжку.

– Уфф… – всё, что могу выдавить я.

– Уходят… – вполголоса говорит Хантер, – можно расслабиться.

– Тут уж расслабишься… – всё пытаясь отдышаться, говорю я.

Я чувствую лёгкий толчок в плечо и приземляюсь на задницу, мои ноги после этого резко расслабляются. Хантер садится напротив меня и говорит:

– Переведём дух и двигаем в сторону города. Завтра продолжим наблюдение. Если понадобится уйдём на двое суток.

– Двое суток? – переспросил я.

– Надеюсь этого не понадобится… – нервно бубнит Хантер и прикладывается к фляжке. – Будь готов ко всему.

Ничего не осталось кроме как молча обозначить согласие кивком. Силы восстанавливаются, и вместе с этим улучшается настроение, чувствую лёгкую форму эйфории. Всё же поход уже можно считать удачным, если не для науки, то хотя бы для себя. Я смог увидеть неонового барса собственными глазами, так ещё и получить данные о двух конкретных особях. Остаётся надеется, что и дальше всё будет проходить гладко, тогда и как пятна светятся розовым смогу увидеть. Это будет прорыв! На одну загадку Туманного леса станет меньше.

– Всё, – Хантер возвращает меня в реальность, – двинули. Не отставай.

***

Барсы будто ускользают у нас из-под самого носа. За весь поход было обнаружено несколько растерзанных туш, пара «ночлежек» и, самое интересное, клочья шерсти. Хорс пристально рассматривает находку, я же пытаюсь выяснить куда направились хищники. Вскоре мне удаётся обнаружить следы!

– Их здесь было несколько, похоже, дрались между собой, – говорю я.

– Ты с чего это взял? – поспешил поинтересоваться Хорс.

– Количество следов и мех, крови нет.

– И что? – буркнул напарник. – Может просто линька?

– Они так сильно не линяют, Хорс, в этом можешь не сомневаться, – говорю я, рассматриваю клок пуха я. – Могли подраться за территорию или самку. Других объяснений этому быть не может.

– Это ещё почему? – с недоверием спрашивает Хорс. – Может они не дерутся между собой? Откуда нам знать?

Я смотрю на него, какое-то время обдумываю его слова и, наконец, нехотя с ним соглашаюсь:

– Ты прав, может и не дерутся.

– Ха, а я о чём, – Хорс ещё раз рассмеялся, – давай у нашего умника спросим? Он и ответ по любому знает.

– Вряд ли, – я начинаю жалеть о том, что высказал согласие с ним вслух, – он скажет то же самое, что и я.

– С чего это? – Хорс не замолкает. – он же типа изучает их, значит знает явно больше твоего.

– Неоновые барсы – малоизученный вид! – раздражённо отвечаю я. – Хочешь – спроси, но он тебе скажет всё то же, что и я, сравнивая их с другими кошками.

– Ну ладно-ладно… – успокоился Хорс, – но я всё равно спрошу…

– Спроси, – согласился я лишь бы не продолжать спор.

Туман сгущается, видимость стремительно ухудшается. Мы прошли ещё несколько киллометров, по этому же пути, предположительно, отступал один из хищников, однако его мы так и не встретили, а следы на траве стали незаметны. Я останавливаюсь и оглядываюсь по сторонам, видимость снизилась до пятидесяти метров, если не до сорока…

– Пора разворачиваться, – говорю я Хорсу.

– И что, сегодня мы уйдём с пустыми руками? – недовольно спрашивает он.

– Получается так. Главное, выяснили, что за хищниками можно далеко не ходить.

– Тут уж как посмотреть… – Хорс присел на корточки. – Они и не очень близко.

– Но хоть не в самой чаще и на том спасибо, – говорю я, вешая винтовку на плечо. – пойдём, – поворачиваюсь к нему, – нечего рассиживаться.

Хорс выпрямился, и мы направились в обратную сторону. Благо мы оставляли за собой отметины на стволах деревьев, которые показывают нам обратный путь. Только в следующий раз нужно делать их гораздо глубже, в такой туман разглядеть их совсем не легко.

Неожиданно замечаем шевеление, Хорс резко останавливается, я снимаю винтовку с плеча, и мы направляем оба оружия в сторону шевелящегося куста. Животное как будто в нём застряло и пытается выбраться. Стоим на месте, ждём. Из кустов стали доносится хрюкающие звуки, тогда я расслабился и опустил винтовку.

Вскоре свингорну удаётся вырваться из ловушки, и он выскакивает перед нами. Только он посмотрел на нас раздался едва слышный выстрел. Животное повалилось на землю. Я поворачиваюсь к Хорсу, который, не спуская с добычи глаз, передёргивает затвор. Убедившись, что попадание оказалось смертельным, он убирает винтовку за спину.

– И зачем так надо было делать? – спрашиваю я.

– Знаешь же, не люблю уходить, не постреляв, – говорит он, направляясь к туше. – Считай, пиво он нам окупил.

– Ты эту тушу даже не утащишь.

– Зато рога её спилю, – отвечает Хорс, приступая к спилу рога зубчатой стороной ножа. – Продам, как свалим с этой планеты.

– И ты только ради этого грохнул животное, – говорю я, наблюдая за всем процессом.

– А какая разница? – остановившись и повернувшись ко мне, спрашивает Хорс. – Мы сюда на охоту прибыли. Подумаешь, этот – он указывает ножом на свингорна, – или барс, охота есть охота. Пулю окупил и славно. Вон, его доест кто-нибудь…

– Хватит болтать, – раздражённо выпаливаю я, – заканчивай и пошли.

– Уже идём, – Хорс кладёт спиленные рога в карман.

Глава 3

Едем в лифте. Я, опёршись на стенку пытаюсь отдохнуть. Тело ужасно болит, ноет каждая мышца, кажется, что организм задействует последние резервы энергии. Ещё немного и я отключусь. Кабина останавливается, и я резко открываю глаза. Приехали. Хантер открывает двери и, не оборачиваясь, выходит наружу. Мне ничего не остаётся, кроме как поспешить за ним.

– Пошли, – сказал он, когда я оказался рядом, – надо как следует поужинать.

– Ещё бы… – говорю я, вспоминая, что обед мы сегодня пропустили.

– Платишь ты, – смотря на меня, ухмыляется Хантер и, поняв, что я хочу ему возразить, добавляет: – традиция такая.

Я молча киваю.

Хантер поправил дробовик и побрёл в сторону заведения «Для своих». Я, будто паря над землёй, плетусь следом. Спускаясь по ступенькам, я едва ли не теряю равновесие, благо Хантер успевает меня подхватить. Мы проходим в глубь помещения и занимаем отдельно стоящий столик неподалёку от барной стойки. Я ставлю рюкзак рядом с собой на лавке и опускаю голову на стол. Отдышавшись, я посмотрел на Хантера.

– Турист, – бросает он сквозь зубы.

– Каждому своё, – парирую я.

Хантер вызывающе посмотрел на меня и удалился прочь. Мозг стал генерировать мысли о прошедшем дне, их я сразу старался структурировать и выстраивать во что-то более-менее складное, однако они по большому счёту были хаотичны и бессмысленны. Это всё из-за усталости. Я обвёл помещение взглядом и, не найдя за что зацепиться, снова опустил голову.

– Двинься, – послышался резкий голос.

От неожиданности я подскочил и поднял глаза, голос принадлежал Хантеру, стоящему напротив меня, с подносом в руках. Кажется, я слегка задремал… Хантер ставит плоскую доску на стол, в её центре расположена огромная железная тара с кучей мяса вперемешку с чем-то, отдалённо напоминающим картофель, рядом с ней стоят две кружки тёмного пива. Хантер садится рядом и, поставив дробовик к стенке, двигает по столу стаканы: один пододвигает ко мне, второй тянет на себя.

– Пиво? – вырывается у меня.

– Пиво, – отвечает утверждением Хантер, – а ты думал что?

– Ну… – его вопрос поставил меня в тупик.

Хантер рассмеялся так громко, что люди, сидящие у барной стойки и за соседними столами, стали сворачивать головы в нашу сторону.

– Бери-бери, – подначивает он, – свинину без пива не едят.

– Но я не пью, – говорю я, продолжая осматриваться. Кто-то усмехнулся.

– Ха, будешь мне рассказывать, – говорит Хантер, и его пальцы сжимают ручку, – за первую ходку, – он поднимает кружку над головой, после, удерживая её над столом, протягивает ко мне.

Не желая с ним спорить и смиряясь с отсутствием выбора, я беру кружку и, выдохнув, отрываю её от стола. Она, кажется, весит килограмм пять, не меньше, хотя и дураку понятно, что её предельный вес – грамм восемьсот, не более. Мы чокаемся, и Хантер, смотря на меня, начинает пить. Я поступаю так же и стараюсь от него не отставать, однако долго не выдерживаю. Стукнув кружкой о стол, начинаю откашливаться. Вокруг поднимается смех.

– Ты его утопить что ли решил, Хан, – говорит кто-то, смеясь.

Хантер, не отвечая ему, берёт кусок овоща и протягивает его мне:

– На, – строго говорит он, – закуси пока всё наружу не полезло.

Хватаю кусок и сразу же запихиваю его в рот, как я и думал, это картофель. Прожевав его, я почувствовал облегчение и посмотрел на своего спасителя.

– Ну и горечь, – сказал я, протягивая руку к куску мяса.

– Зато качественное, – парирует Хантер, – быстро привыкнешь.

– Спиртные напитки не желательно употреблять после интенсивных физических нагрузок, – прожевав, говорю я.

– Чепуха всё это, – Хантер смотрит на меня, – заткнись и пей, калорийней будет.

Я хотел было ему возразить, но понял, что ни к чему хорошему это не приведёт, поэтому просто кивнул и сделал ещё один глоток. На этот раз пиво показалось мне не таким горьким. Закусывая мясом, продолжаю пить, чувствуя, как отвращение к напитку само-собой куда-то пропадает, а тело перестаёт болеть. Кажется, вот и настало моё первое опьянение.

Чувствую себя очень странно, и чем пьянее я становлюсь, тем сложнее мне описывать своё состояние. С другой стороны, всё как по учебнику. Лёгкость, желание поговорить, причём не важно на какие темы, и ощущение собственного величия. Конечно, я не уверен, что всё правильно интерпретировал и понял, но уж точно попытался.

– Ну как? – спрашивает Хантер.

– Беру свои слова назад.

– Тогда ещё по одному, – говорит он и ставит стакан рядом с моим, – твоя очередь идти.

– Моя? – недоумевая, спрашиваю я.

– Твоя, – твёрдо говорит Хантер, – дашь бармену кружки и попросишь «Фридом: тёмное» на счёт седьмого столика. Понял?

– Конечно, – ответил я, воспринимая это как лёгкую игру, – я мигом.

Беру кружки и встаю из-за стола. Замечаю, что зал уже битком набит посетителями, все что-то едят да выпивают, болтают и смеются. Тело кажется совсем лёгким, будто стало меньше зависеть от гравитации, и понял я это именно сейчас, когда оказался на ногах. Подхожу к стойке и, освободив руки, с неимоверной лёгкостью делаю заказ, повторяя всё, что говорил Хантер. Бармен, осмотрев меня снизу вверх и ухмыльнувшись, убрал кружки в стороны и принялся наполнять новые.

Вскоре я возвращаюсь за стол и ставлю одну из кружек перед Хантером. Мы снова чокаемся и продолжаем пить. На этот раз у меня проблем не возникло. И не такой уж алкоголь страшный, каким я его себе представлял. Не понимаю, почему раньше я так от него сторонился. Хм, хотя, если подумать, да, точно, похмелье! Эта особенность, делающая человека бесполезным весь следующий день, а иногда и последующий тоже.

– Хантер, – опомнившись, говорю я, – а как же похмелье? Нам же завтра идти…

– Похмелье? – переспросил он.

– Ну да, после алкоголя ж плохо на следующий день.

– Это если бадью всякую пить, – отвечает Хантер, – а здесь такого нет, всё натуральное.

– Точно?

– Ты мне не доверяешь? – спрашивает он, сверля меня взглядом.

– Доверяю, – неловко отвечаю я, – просто уточнить решил…

Хантер, ничего на это не ответив, сделал глоток и взял в свободную руку кусок мяса. Его ответ меня обнадёжил. Улыбнувшись, то ли ему, то ли самому себе, я принялся дальше потягивать пиво, кажущееся теперь вполне себе вкусным.

– А говорит не пьёт, ах-ха-ха!

Голос принадлежит Хорсу, стоящему возле меня. Смотрю на него и, не зная, что ответить, просто улыбаюсь. Вскоре к нему подходит Крайс и тоже, ничего не говоря, смотрит на меня. Кажется, мы уже вечность сверлим друг друга взглядами, из-за чего становится неловко.

– Как у вас с охотой? – наконец, прерываю паузу я.

– Да никак, – отвечает Хорс, – только хряка дикого подстрелили и всё! А у вас-c-c-c?

– А у нас успех! – заявляю я, искоса смотря на Хантера, он никак не реагирует. – Видели барсов, установили фотоловушку, – продолжаю я, наблюдая, как Крайс удаляется в сторону бара, – в общем, перспективы не такие туманные, какими я их себе представлял. Простите за каламбур.

– Вам просто повезло, – с досадой бросил Хорс.

К нам вернулся Крайс с подносом в руках, на котором было всё то же самое, что у нас на столе, за исключением пива, оно было светлым.

– Пошли искать место, – говорит он, обращаясь к Хорсу.

Тот начал оглядываться и после сказал:

– Кажется, всё уже занято.

– Не всё, – заявил я, – садитесь к нам! – Только сказав это, я подумал про Хантера, но отступать было уже поздно. – У нас всё равно столик на четверых, – говорю я, смотря на моего напарника.

Хантер, исподлобья посмотрел на меня, и отодвинулся ближе к стенке, однако Крайс не спешил занимать освободившееся место. Я поворачиваю голову то на него, то на Хантера, но Крайс по-прежнему стоит.

– Ты чего стоишь? – спрашивает Хорс, уже занявший место возле меня. – Садись уже.

– Да, садись, – сказал Хантер и кивнул на скамью рядом с собой.

Тогда Крайс кивнул в ответ, поставил поднос и занял отведённое ему место. Хорс тут же стаскивает с подноса свою кружку и, схватив кусок мяса, принимается трапезничать.

– Ну, – говорит он, жуя, – первый день, можно считать, обзорным. Думаю, завтра уж точно выследим барсов этих неоновых, постреляем от души. – Он жадно глотает пиво, – Вон, на ночь свалим и всё, да? – Хорс посмотрел на Крайса.

– Угу, – в подтверждение промычал он, медленно пережёвывая кусок мяса.

– Вот! То-то же. Ну, за успех, – Хорс поднимает кружку и смотрит на меня.

Мы чокаемся и выпиваем. В состоянии алкогольного опьянения он мне совсем не кажется невыносимым идиотом. Нет, безусловно, он по-прежнему не обременён повышенным интеллектом, но сейчас это не так сильно бросается в глаза. По крайней мере, я об этом почти не думаю. Его россказни даже, напротив, очень к месту, да и на роль слушателя он тоже вполне подходящая кандидатура…

– … В общем, думаю, к концу пребывания смогу установить причины «Розового свечения», – заявляю я, приподнимая кружку. – И тогда всё будет иначе!

– Не стоит на шкуру неубитого зверя планы строить, – хмуро говорит Крайс. – Примета плохая.

– Я просто делюсь своими прогнозами с вами вот и всё, – я обвёл всех взглядом. – И прогнозы имеют место, поскольку осн… основаны на вполне очевидных фактах.

– Это каких же?! – проявил интерес Хорс.

– А таких, что… – принялся отвечать я и сразу запнулся. – Да просто, я уверен, что удача на стороне науки.

Все рассмеялись, даже Хантер. Я и сам понял, что сморозил какую-то чушь, поэтому лишь улыбнулся и сделал ещё глоток. Думаю, в пьяном разговоре это простительно. Так оно и есть, о моей оплошности все быстро забывают, Хорс начинает общаться с Крайсом, я же просто их слушаю и поглядываю на Хантера, который не горит желанием присоединяться к разговорам. Видимо, думает о чём-то своём.

Гул голосов становится всё громче и громче, а причина этому – алкоголь. У посетителей, стоит им только поднабраться, развязывается язык, и они начинают втягивать всё больше людей в свои беседы, а те охотно втягиваются. Вот и Крайс уже стал чуть разговорчивей, отправил Хорса за добавкой, а сам снова пытается завербовать меня в помощники, но так, в шутку. Хантер от кружки перешёл к фляжке и медленно пьёт теперь оттуда.

Поболтав с мужиками у барной стойки, Хорс возвращается с двумя наполненными кружками пива. Жалею, что не попросил его захватить и мне одну, третья мне просто необходима, но осознал я это поздновато. Пока решаю сходить за добавкой или нет, начинает кипеть голова. Уж очень сложно сконцентрироваться на своих мыслях. Решив всё же, что нужно сходить, я упираюсь руками в стол, но меня останавливает начавшееся вокруг улюлюканье.

– У-у-у-у, кто пришёл! – послышалось со всех сторон. – Вы посмотрите! Наш Блаженный, ха-ха-ха.

Все начали оборачиваться ко входу. Я неосознанно обернулся за ними и понял, что все смотрят на худощавого парнишку юношеских лет. Он одет во что попало, камуфляжная куртка, рабочие штаны и ботинки, и везде на одежде пятна от грязи, травы и пыльцы. Кажется… да, кажется, это тот самый парень, о котором вчера говорили пьянчуги.

– Эй, Блаженный, как там твои зверушки? – окликнул его один из сидящих у бара, за этим последовали подобные вопросы от всех остальных.

Парнишка, опустив голову, подошёл к бармену, встретившему его равнодушным взглядом. Я продолжал наблюдать за ним, стараясь услышать всё, что он скажет. Толпа не переставала горланить из-за чего получалось уловить только обрывки фраз, и те было не разобрать.

После недолгой беседы бармен нагнулся и потащил что-то к выходу из-за стойки. Вскоре мне стало видно, что он тащит огромный мешок, вокруг которого летают мухи. Парень, несмотря на кажущуюся худощавость, взвалил мешок на плечо, чем вызвал возмущение всех сидящих рядом, в том числе Хорса с Крайсом и, поблагодарив бармена, отправился прочь под недружелюбные, усмешливые возгласы посетителей.

– Что это он взял? – спрашиваю я Хантера.

– Объедки, – отвечает он.

– Ну и существо… – фыркнул Крайс и продолжил пить пиво.

Хорс же, слегка поёжившись, неуверенно опустил взгляд на стол.

– Не знаете, случайно, зачем они ему?

– Животных кормить.

– То есть всё, что о нём говорят – правда? – встрепенулся я.

– Понятия не имею, что о нём говорят, – ответил Хантер и встал из-за стола. – Не забудь оплатить счёт. Завтра в то же время, в том же месте, – добавил он и побрёл в сторону выхода.

Глава 4

Кажется, что туман просочился куда-то в глубь сознания и окутал мой разум. Массирую пальцами виски и думаю, что следует винить: недосып или алкоголь. Прихожу к выводу, что винить надо в первую очередь себя.

На свежем воздухе становится чуточку легче. Повезло, что скооперировался с нормальными ребятами, и им нужно туда же куда и мне. Отдельное спасибо Крайсу за то, что проявил инициативу и разбудил меня. Если б не он даже не представляю, как бы выкарабкивался с постели.

– Ну, что, профессор, как-нибудь повторим? – подтрунивает меня Хорс.

Я ему не отвечаю. Да и если бы захотел, то вряд ли у меня это получилось, в горле совсем сухо. Крайс изредка поглядывает на меня, но ничего не говорит, лишь усмешка выдаёт, что всё произошедшее вчера и происходящее сегодня его забавляет.

Мы спускаемся в злачное заведение, где по утру, к счастью, практически пусто. Подходим к барной стойке и я, опередив Крайса, заказываю стакан воды, тем самым вызывая у Хорса смех, привлекающий внимание немногочисленных посетителей. Бармен медленно осмотрел меня и, покачав головой, принялся наполнять стакан водой.

– За счёт заведения, приятель, – сказал он.

Стакан был мгновенно опустошён, и я потребовал добавки. Бармен удовлетворил мою просьбу и наполнил стакан заново. Ситуация повторилась.

– Всё, этот последний, – говорит он, протягивая третий стакан, – за остальные придётся платить.

Я беру его и без передышки вливаю в себя от чего меня чуть не выворачивает, что, конечно же, снова заставляет Хорса рассмеяться. Отдав стакан бармену, я принялся восстанавливать дыхание. Меня смущает отсутствие аппетита, однако я всё же понимаю, что позавтракать необходимо.

– Одно мясное ведро, – говорит Крайс.

– Мясных вёдер по утрам не бывает, – отвечает бармен, – закажите что-нибудь другое.

– Но раньше с этим не было проблем, – настаивает Крайс.

– Раньше и охотников было больше, – небрежно бросает бармен.

Крайс выругался и отвернулся, кулак его сжался с такой силой, что окрасился в бурый цвет. Я замер, ожидая последствий, однако их не последовало. Пауза растягивалась, негатив нарастал.

– Ладно, – резко расслабив руку, говорит Крайс, – что вы можете предложить взамен? – Он поднял на бармена полный презрения взгляд.

– Яичница с беконом, – сухо ответил бармен и, помедлив, добавил: – можно добавить в неё лука.

– Пойдёт, – сказал Крайс, бросив горсть монет на стол.

Бармен пододвинул их к себе и, отсчитав нужную сумму, аккуратной кучкой отодвинул сдачу назад.

– Вы?

– Тоже самое, – говорит Хорс и, взяв монеты Крайса спрашивает его: – не против?

– Не против, – отвечает охотник, и Хорс, смотря бармену в глаза, снова двигает монетки к нему.

– Тут не хватает, – говорит бармен, подняв взгляд на Хорса.

Не выдержав этого цирка взаимного призрения, я сгребаю всю мелочь в ладонь и вместо неё кладу на стол купюру в 10 грандбаксов.

– Две яичницы и стакан воды, пожалуйста, – говорю я, оглядывая своих компаньонов.

Бармен, посмотрев на меня, берёт купюру и, покрутив её в руках, убирает под стойку, откуда достаёт несколько монет и отдаёт мне.

– Лук добавляем? – с напыщенной вежливостью спрашивает бармен.

– Да, пожалуйста, – сквозь зубы процедил Крайс.

– А вам?

– Нет, – практически хором ответили мы с Хорсом.

– Через десять минут всё будет готово, – сказал бармен и криком оповестил людей на кухне о нашем заказе.

Мы заняли столик, за которым сидели вчера, и принялись ждать. Я нервно поглядываю на часы и думаю о предстоящем походе. Достаю КПК и принимаюсь изучать собранную информацию, однако забываю прочитанную строчку после нескольких следующих, внимание отказывается мне подчиняться. Записать бы это в дневник… Нет, совсем не подходящее для этого место. Убрав КПК, я снова прибегнул к массажу висков, в надежде, что это мне хоть немного поможет.

Бармен оповестил нас о готовности заказа. Хорс принёс поднос и, стянув с него свою порцию, пожелав всем «приятного аппетита», начал завтрак. Крайс молча присоединился к нему. Я же пододвинул к себе тарелку, взял вилку и долго смотрел на блюдо.

Наконец, пересиливая себя, я начинаю приём пищи и, с каждым проглоченным куском ощущаю, как аппетит усиливается. В итоге, у меня получилось съесть всё, что лежало на тарелке. Запив водой, я почувствовал, что насытился ровно настолько, чтобы идти и не чувствовать дискомфорта.

– Где тут можно взять провиант в дорогу? – спрашиваю я Крайса.

– Не знаю теперь… – раздумывая, говорит он. – В магазин придётся идти, за долбаными консервами.

– А что в них такого? – недоумевая, спросил Хорс. – Они вполне себе ничего.

– Да? – уставился на него Крайс. – Увидишь сколько они здесь стоят – мигом передумаешь.

– Но хоть что-то! – возразил Хорс.

– Верно, это хоть что-то, – согласился я.

– Ай, плевать, – прорычал Крайс. – Бармен! – крикнул он. – Пополнишь запасы воды?

– Не бесплатно, – послышался овтет.

– Да кто ж сомневался, – буркнул Крайс. – Сколько будет стоить? – обратился он к бармену.

– 1 грандбакс за литр.

– Ну хоть не ломит втридорога, козёл… – прошипел Крайс.

Он достаёт литровую фляжку и направляется к стойке, вскоре встаёт и Хорс, держа в руках поднос со всеми тарелками и свою ёмкость для воды. Я останавливаю его и протягиваю свою флягу и монетку в один гранлбакс. Он молча берёт всё, после чего продолжает путь к барной стойке. Через пару минут запасы воды пополнены.

Выйдя на улицу, Крайс сразу повёл нас к магазину, который, как позже выяснилось, располагался совсем неподалёку. Зайдя внутрь, я был неприятно удивлён ценами на продукты, хоть и слышал, что говорил по этому поводу Крайс и читал о их дороговизне в путеводителях. В итоге потребовали у продавца шесть мясных консерв, по две на человека. За каждую пришлось отдать по десять грандбаксов. Действительно дорого, если брать во внимание посредственное качество содержимого, но, за неимением альтернатив, пойдёт.

Вскоре мы были на Малой площади. Крайс и Хорс, на этот раз, не спешат уходить, тоже ждут Хантера. На мой вопрос: «зачем?» Крайс ответил, что хочет спросить у него в какую сторону им лучше построить маршрут, чтобы охота увенчалась удачей. Понятно, сказал он это своими словами. Надиктовав в дневник с горем пополам собранные мысли, убираю КПК в карман.

– Снова за свои учёные штучки? – спрашивает Хорс, забивая в трубку табак.

– Сам-то как думаешь? – саркастично говорю я, повернувшись к нему. Табачный дым бьёт в нос, из-за чего мне на мгновение становится дурно.

– Что, к табаку ещё не потянуло? – усмехнулся Хорс и, предлагая, протянул мне трубку.

Оттолкнув её рукой, я отвернулся и увидел приближающегося к нам Хантера. Хорс снова рассмеялся, но, заметив моего проводника, быстро успокоился и отвернулся. Я же с облегчением выдохнул, понимая, что не придётся дышать этой гадостью, сегодня сделавшейся совсем непереносимой.

К рюкзаку Хантера прикреплен дополнительный мешок, в котором, смею предположить, находится всё необходимое для того, чтобы переждать ночь внизу. Хантер подошёл к нам и, обведя взглядом, начал пожимать руки и, когда очередь дошла до Хорса он, сжав его кисть, указал на трубку и сказал:

– Зря ты пыхтишь.

– Почему это? – освободив свою руку, возмутился Хорс.

– Манера дурная, перед охотой курить – строго отвечает Хантер. – Ещё и едкую такую гадость.

– Нормальный табак… – бубнит Хорс, будто его задело сказанное Хантером.

– Только запах от него, ту ещё шутку с тобой сыграть может, – говорит Хантер и, повысив голос, добавляет: – не выдыхай в мою сторону!

– Ладно-ладно, что ругаться то сразу… – сказал Хорс и отошёл в сторону, а я ощутил приятное чувство.

– Готов? – Хантер испытующе посмотрел на меня.

– Готов.

– В путь, – сказал он и направился к лифту.

Я последовал за ним, и вскоре трое из нас оказались внутри, Хантер уже хотел было нажать на кнопку спуска, но Крайс остановил его. Через минуту в кабину влетел Хорс, и всё пространство заполнилось тяжёлым запахом продуктов горения. Лифт тронулся, и пока мы спускались мне становилось всё хуже и хуже.

Наконец мы выходим наружу, где я могу вдохнуть полной грудью и отойти от Хорса с его провонявшей дымом одежды. Отдышавшись, начинаю собираться с мыслями и настраиваться на предстоящий поход. Как-то слишком уж слишком сильно на меня сегодня влияют внешние раздражители. Ох уж это похмелье, будь оно не ладно.

– Хантер, нужен ваш совет, – говорит Крайс. Хантер поворачивается к нему и замирает в ожидании. – В какой стороне вероятней мы встретим барсов?

– Ни в какой, – говорит он, доставая пак табака, – если повезёт – встретите. Не повезёт – не встретите.

– А может у них есть какие-нибудь излюбленные места? – вмешивается Хорс. – Речки какие или, ну, не знаю, ещё что?

– У неоновых барсов нет таких мест, – говорит Хантер, смотря на Хорса, – они здесь цари зверей, весь лес в их распоряжении.

– Но, может…

– Хорс! – обрывает его Крайс и обращается к Хантеру: – спасибо, что ответили, мы пошли.

– Хорошей охоты, – кивнул Хантер.

Двоица побрела в сторону чащи, где её растворил туман. Хантер подошёл ко мне и достал фляжку со спиртосодержащим напитком, сделал глоток, после протянул её мне. Неожиданно для себя я задумался над тем, чтобы взять её, но всё же отрицательно помотал головой, решив, что это будет лишним. Хантер сделал ещё один глоток и вернул её на место.

– Пора в путь, – сказал он.

– Каков наш маршрут? – спросил я.

– Вглубь, как вчера, – ответил Хантер.

– Понимаю, но я хотел уточнить: сможем ли мы забрать мою фотоловушку.

– Да, только пойдём до поляны другим путём.

– Хорошо. Активирую робота?

– Да.

– Собранные данные могут нам помочь отследить тех двух барсов, – говорю я, снимая с рюкзака ББ-12, – особенно те, что собрала ловушка.

– Буду иметь в виду, – дежурно процедил Хантер.

После активации робота стало ясно, что задержка сигнала колеблется между 0,65 и 0,74. Это не очень хорошо. Надеюсь, цифры не будут увеличиваться, иначе ББ-12 окажется практически бесполезным, а нам здесь предстоит находится целых два дня, ещё и батарея… точно!

Я, окликнув Хантера, останавливаюсь и смотрю на состояние заряда. Да как же это так! Вчера вечером наш механический компаньон не заряжался. Это невообразимо! Мне пришлось деактивировать ББ-12, что заставило Хантера ехидно усмехнуться. В другом месте заряд аккумулятора вряд ли играл бы такую роль, как здесь, всё же в роботе предусмотрена солнечная батарея, энергии, получаемой с которой, хватает надолго. Другое дело, что здесь она бесполезна ввиду того, что солнечные лучи сюда практически не проникают.

– Придётся обойтись без него, – говорю я, цепляя ББ-12 к рюкзаку.

– Без него хуже не будет, – отвечает Хантер, наблюдая за мной.

– Почему вам так не нравятся современные технологии? – выпрямляясь, спрашиваю я.

– Что я говорил про вопросы?

– Понял.

***

Видимость ухудшилась, дальше пятидесяти метров совсем ничего не видно. В таких условиях нужно быть предельно осторожными, Хорс это тоже понимает, идёт молча. Чем гуще туман, тем смелее становится живность. Со всех сторон доносятся крики птиц, взмахи крыльев и хруст ломающихся веток.

Перевожу винтовку в автоматический режим стрельбы, и сразу же слышу щелчок предохранителя со стороны Хорса. На ходу снимаю оптику, оставляя голую мушку, поскольку понимаю, что придётся сталкиваться с животными в ближнем бою. Это может привести к порче шкуры, поскольку сложно попасть точно в голову хищнику, способному за один прыжок преодолеть расстояние в несколько метров. Но, если всё же удастся – получим шкуру с зелёными пятнами, одну из самых дорогих шкур.

– Ничего не видно, – говорит Хорс, – и как мы вообще здесь кого-то сможем отыскать?

– Будем надеется на удачу, – осматриваясь, говорю я, – похоже, других вариантов нет.

– Треклятый туман… – выругался Хорс, подняв голову вверх. – Ты глянь!

Я смотрю по направлению его руки и на одной из веток вижу растерзанный человеческий труп. На нём экипировка, свойственная охотникам, патронташ, кажется, набедренная сумка и остатки самопального защитного комбинезона. В том, что там висит сложно узнать человека, конечности обглоданы, а внутренности торчат вперемешку с лоскутами одежды. Лица не разобрать, как не определить и того, сколько здесь висит этот жмур.

– Гляди-ка, – Хорс достаёт из травы оружие бедолаги.

Когда я его увидел мне стало понятно почему дикая природа одержала верх. Хорс держит в руках обыкновенное двухзарядное ружьё с треснутой рукояткой, обмотанной прорезиненной клейкой лентой. В каждом стволе заряжено по одному патрону типа: «охотничья дробь». И на что он с этим рассчитывал? Не удивительно, что теперь мёртвый висит на дереве.

– Чтобы здесь с подобным ходить нужно быть либо профессиональным стрелком, либо полным идиотом, – говорю я, рассматривая патроны.

– И этот точно не профессионал, – горько усмехнулся Хорс.

– Зато благодаря нему мы знаем, что в этом районе водятся барсы, – говорю я, заряжая ружьё. – Нужно сбить его оттуда.

– Зачем? Что нам с него взять?

– Узнаем сколько он тут висит, если свежий – считай нам крупно повезло.

Я прицеливаюсь и спускаю курок, грохот выстрела едва не оглушает меня, в ухе остаётся неприятный звон. Тело падает навзничь, похоже я попал в самую голову, теперь лицо вряд ли кто сможет опознать. Более-менее целым остался лишь правый глаз. Труп свежий, судя по всему, провисел здесь не более нескольких часов. Это слегка обнадёживает.

Подняв глаза, я увидел бенгальского волка, стоявшего от нас в метрах сорока. Хорс направил на него ствол и замер в ожидании. Я, стараясь не делать резких движений, поднимаю наизготовку ружьё с единственным патроном. Волк, немного выждав, медленно начинает приближаться.

– Стреляем? – спрашивает Хорс.

– Подожди, – говорю я, осматриваясь по сторонам, пытаясь понять, один он, или туман от нас скрывает целую стаю.

Вдалеке раздался протяжный вой, волк замер, вой повторился с ещё пущей силой, на этот раз завыло сразу несколько особей. Их не видно, они где-то там, за стеной из тумана. Хищник неожиданно начинает разворачиваться в сторону доносящихся до нас звуков и отступает.

– Сейчас, – крикнул Хорс.

Раздался выстрел.

От внезапности у него дёрнулась рука. Стрельнули с той стороны, в которую сейчас удирает наша цель. Ещё один оглушительный выстрел, подобно тому, что я извлёк из ружья, донёсся до нас.

– Кажется, стая нашла себе новую добычу, – говорю я и бросаю ружьё к мертвецу.

– Так поторопимся, – отозвался Хорс и, рванул вперёд.

Чем мы били ближе, тем отчётливей становился рык и лай. Видим человека, прижавшегося спиной к огромному валуну. Он держит ружьё за дуло и отмахивается им от подступающей со всех сторон стаи. Волки окружили его и поочерёдно пытаются подобраться ближе, однако человек оказывает активное сопротивление.

– А-а-а-а, – закричал Хорс, когда между нами и стаей сократилось расстояние и нажал на спусковой крючок.

Очередью он сбрил нескольких волков из заднего ряда, чем спровоцировал стаю сменить направление атаки. Я снял с плеча винтовку, когда часть хищников побежала в нашу сторону и, особо не прицеливаясь, дал пару выстрелов. Двое упало замертво. Мы подходим ближе, продолжая отстреливаться, на поляне осталось всего семь особей, остальные скрылись в тумане.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.