Полина Любова
Легенды Альтиорема. Потерянные во времени.

Потерянны во времени.

1.

– Ох, Катя, я знала, что ты особенная, но не до такой степени? – Высокая брюнетка в стильном летнем платье стояла у стойки, готовя на вынос два пирожных и кофе.

Рита или Марго, как она предпочитала себя называть, была владелицей уютной кофейни, известной своим вкусным кофе и свежей выпечкой. Она гордилась своим заведением, считая, что ее жизнь удалась, в отличие от жизни Кати, у которой, казалось, не было никаких целей в жизни.

– И интересно, с чего это я ненормальная? Только по тому, что я попросила тебя уйти пораньше с работы? – Катя работала бариста в кафе и так же, как и Рита обожала это место. Здесь было уютно, и комфортно, словно ты пришел в гости к лучшему другу, который каждый раз радует тебя вкусными напитками и едой. Круглые столики у окна, с удобными креслами, цветы, книги, приятный свет ламп и аромат кофе и выпечки в воздухе.

– Меня смущает причина просьбы. Именины какой-то собаки! Пса! Какого черта, Катя! Это глупо! – Возмущенно произнесла Рита.

– Я не вижу ничего странного в этом. Ему сегодня исполнилось десять лет – юбилей. Это единственное родное создание для меня на свете. Почему я не могу отметить его день рождения с ним?

– Вот и кому я должна вызывать скорую, после таких слов? – Усмехнулась девушка с темными волосами. Как только она закончила работу с заказом, протянула его покупателю, натянув самую приветливую и искреннюю улыбку. Это было типично для Риты. Она обожала свою работу, считая своим единственным ребенком, которому отдавала себя полностью.

– А эти скитания из угла в угол? Нет, я конечно понимаю, ты сирота, ни кола ни двора. Но откуда это постоянное желание убежать? Скажи мне, на милость, сколько ты сменила мест работы и жилья?

Катя задумалась. Много. Очень много. Лет с десяти скиталась, сперва по детским домам, потом когда ей исполнилось восемнадцать, и получив свободу меняла жилье, работу, а вместе со всем и города.

У Кати на самом деле был странный пунктик: она не задерживалась ни в одном городе более года. Этот город, кстати, оказался исключением, ибо здесь она пребывает, вот уже второй год и ни разу не задумалась над тем, что бы поменять место жительства или работу. Катя считает, что причиной тому стала Рита и ее удивительное кафе. Она сдружилась с хозяйкой и, возможно, сроднилась.

– В том, что Катя меняет города, нет ничего плохого! – В разговор вмешалась Даша, стажерка официантка. – Как много интересных мест она успела увидеть! Вот я, была счастлива сменить город или место жительства.

– Да, рада ты. – Презрительно фыркнула Рита. – Да тогда твоя бабка примчится сюда и разнесет мою кофейню в пух и прах. Ты до старости будешь сидеть на шее своей бабули, в чем тебе сочувствую.

Катя улыбнулась. Рита не стеснялась на откровения, за это Катя ее и любила.

– А эти шастанья по заброшкам? Голову свернуть хочешь или наткнуться на бомжа? – Продолжала Рита ворчать, взяв следующий заказ. – Остроты ощущений ей не хватает. А я скажу, чего тебе не хватает, мозгов!

Увлечения Кати было необычным. Первоначально девушка увлекалась изучением города, в котором жила. Ходила на всяческие экскурсии, посещала исторические места. А потом случайно оказалась на экскурсии в заброшенном особняке некого графа, или князя, где полностью погрузилась в атмосферу старины, окутанного историей. Девушке захотелось найти еще больше подобных мест для прогулок. Ей нравилось посещать места, где хранилась многовековая история семьи, поколение за поколением, живущих в одном месте. Катя не могла объяснить, почему она ощущает такую сильную привязанность. Но она чувствовала себя там спокойно, оно приносили ей умиротворение.

– Значит, ты не собираешься отпускать меня? – Светлые глаза девушки сверкнули хитринкой. Она откинула свою длинную челку и взглянула на Марго.

– Конечно, отпускаю. Уходи к своему кобелю, купи ему печеночный торт и перекорми этого ребенка до отвала. – Рита произнесла с ревностью. – На твоем месте я бросила бы это кафе, а вместе с ним и меня, и поступила бы на учебу. Там столько возможностей! Начала бы роман с каким-нибудь студентом и просто пропала бы, навсегда.

– Конечно, прекрасную хозяйку такого кафе и отпустить, – иронично ответила Катя.

На это Рита махнула рукой, приказав ей уйти, пока она еще не передумать.

По дороге домой Катя снова задумалась о разговоре, о ее собственной жизни. Рита была права, Катя никогда не задумывалась о своем будущем, хотя ей было всего лишь двадцать. Она поменяла пять городов, работала на разных местах и жила во множестве съемных квартир и домов. Отца и матери она не знала. По рассказам воспитателей из детского дома, они нашли ее на помойке буквально. Вероятно, ее родители были пьяницами, наркоманами или просто безответственными малолетками, неспособными брать ответственность за чью-то жизнь. Катя ненавидела своих родителей за такое отвратительное поступок. Как можно было выбросить младенца в мусорный контейнер, будто это лишь ненужная вещь или мусор? Разве недавно родившийся человечек заслуживает такого отношения? Он даже не успел сделать ничего полезного, даже не ощутил этот проклятый воздух, а уже порядком надоел кому-то.

Катя никогда не задерживалась на одном месте надолго, и была в этом простая причина. Она боялась привыкнуть, считать чужую квартиру своим домом. Она боялась привыкнуть к образу жизни, которым она долгое время жила. Не хотела осесть в маленьком городке и никогда не увидеть чего-то большего.

Катя была уверена в том, что заслуживает большего, но так и не могла понять, что именно это "большее".

Квартира, которую Катя снимала, находилась на другом конце города. Когда девушка вернулась домой, на часах было уже восемь вечера. Не так уж и рано. Но девушка не сильно расстраивалась, когда ее с порога встретил коротколапый, без породы пес, похожий на маленькую сардельку. Этот маленький пес поднял ей настроение, и долгий путь до дома уже не казался таким долгим и скучным.

– Бос! С днем рождения, Бос! – с радостью сказала Катя, вытаскивая из пакета печеночный торт. Ритка была права, Бос обожал его. – Ну, у кого сегодня день рождения?!

Пузатый, маленький пес начал махать своим коротеньким хвостиком, подпрыгивая от радости.

Катя в последнее время стала делать исключения. И этот пес был одним из них. Она всегда была одинока, но десять лет назад, случайно подобрала маленького щенка, который дрожал под дождем. Возможно, в его глазах Катя увидела что-то родное, и решила, что им вдвоем будет гораздо веселее. Также, как ее саму, его бросили на произвол судьбы, и он тоже надоел кому-то. Сначала, она прятала его в подвалах детского дома, опасаясь, что его найдут воспитатели и прогонят. Когда она была выпущена на свободу и взяла друга с собой, они начали искать место, где можно было осесть. Он прошел весь этот путь вместе с ней, начиная со времени, когда они начали свою независимую жизнь. И она никогда не могла его предать. Он был как семья, как друг, как брат – самый родной.

Вечер Катя провела, как обычно. Ужин, принятие ванны и просмотр кино на старом изодранном диване. Бос, разумеется, был рядом, растянувшись и подставляя свое пузо хозяйке. Кто-то может сказать, что это самый скучный вечер на свете. Но у нее не было других развлечений, и она ценила то, что у нее было.

Ровно в полночь Катя отправилась спать. Завтра будет снова работа, и так каждый день, пока не надоест.

***

Она услышала громкий, приятный смех женщины, который наполнил ее сердце радостью. Она знала, что та, кто смеется, была счастлива рядом с Катей.

– Я так сильно тебя люблю! – Шепнул женский голос, с любовью и нежностью.

Смех продолжал звучать, а яркий солнечный свет ослепил девушку, заставив ее закрыть глаза. Катя ощущала себя неловкой и неуклюжей, но где-то внутри нее царило истинное счастье. Голос женщины наполнял ее радостью и опутывал ее до самых глубин ее души. Внезапно смех прекратился, а солнце потеряло свою яркость. Раздался громкий крик, а вспышка красного света ослепила девушку, вызвав у нее испуг.

Катя резко открыла глаза. Это был всего лишь сон, но кошмарный сон. Она оглядела полутемную комнату, намереваясь укутаться в своем одеяле и продолжить спать. Однако вскоре она услышала какой-то шорох. Или это только ей показалось? Неожиданно она вскочила с постели, надев тапочки. По ее памяти, в квартиру никогда не проникали воры. Что-то необычное происходит. Может быть, это была только ее выдумка?

Катя осторожно вышла в полутемную гостиную, замечая слабый свет, исходящий из кухни. Кто-то был там, и этот кто-то шумел!

На цыпочках она медленно приближалась к двери, взяв с собой трость-зонтик. Она понимала, что в случае реальной угрозы, эта вещь не поможет ей.

В ее голове промелькнула мысль о том, почему ее собака не среагировала. Он всегда громко лает, когда рядом оказываются подозрительные люди. А сейчас он молчит. Или может быть он где-то лежит, без сознания? Мысль, что пес может потерять жизнь в свой день рождения, наполнила ее ужасом.

Катя приблизилась к двери кухни и заглянула. То, что она увидела, заставило ее вскрикнуть. Перед ее глазами предстала неописуемая сцена.

У распахнутого холодильника стоял ее пес, прямо на задних лапах держа половинку колбасы, а другой лапой пытаясь вытереть остатки разлитого молока. Пес повернулся и подмигнул, и в этот момент Катя закричала. Пес выронил свои угощения и помчался под стол, чиркая лапами по полу.

– Тихо! Прекрати кричать! Я сейчас оглохну! – Попытался успокоить пес Катю. Но в ответ девушка еще больше завопила, размахивая зонтиком.

В какой-то момент она устала от всего этого и упала на пол, запутавшись в своем халате. Наступила гробовая тишина. Катя прижалась к углу, пытаясь осознать то, что только что произошло. Она знала, что она не сошла с ума, она на самом деле видела, как ее пес, маленький рыжий песик, вел себя не в полнее по собачьи.

– Ты все там? Можно выходить? – Послышался голос из-под стола.

Катя подскочила. Она сошла с ума? Или это все сон? Говорящий пес в ее квартире?

– Да… – ответила она, неуверенно.

– Ты больше не будешь кричать? Я, уже слегка оглох.

– Нет, постараюсь, не буду… – прошептала она.

Что-то зашевелилось под столом, и вскоре перед Катей оказался ее любимый пес. Тот самый пес, которого она знала. Коротколапый, рыжий, пухлый повисшими ушами и добрыми глазами.

– Ты разговариваешь? – спросила Катя, пытаясь осознать происходящее.

– Да, – ответил пес, сев чуть поодаль от нее и уставившись своими добрыми глазами.

– И всегда умел?

– Да.

– Почему же не разговаривал раньше?

– Вы, люди, странные существа. Вы всегда говорите, что было бы хорошо, если бы мы понимали нас и могли говорить. А когда один пес начинает разговаривать, вы кричите, как будто что-то ужасное случилось. Подумай сама, почему я молчал?

– А почему ты заговорил только сейчас?

– Случайность.

– Конечно, ты молчал все эти годы, а тут вдруг заговорил. Не верю! – Воскликнула Катя, схватив пса и подняв его с пола. – Это розыгрыш! Ты где тут прячешь камеру и микрофон? – она осмотрела пса, но ничего необычного не заметила. Пес, как пес, самый обычный и кажется настоящий.

– Ты дура, Катя. Я говорю правду, и ты не сошла с ума!

Девушка ужаснулась, когда увидела, что пасть пса открывается, и из нее раздается звук. От осознания этого, она выпустила пса и бросилась прочь, вскрикивая.

– Пес! Говорящий пес! Я сошла с ума, я схожу с ума!

Она влетела собственную комнату и прыгнула под одеяло. Девушка замерла, не пытаясь даже вынырнуть.

Все было слишком нереальным. Псы не разговаривают, это все просто галлюцинации. Ритка сегодня назвала ее не вполне адекватной. Может быть, она права?

Дверь спальни тихо открылась, и внутрь протиснулся пес. Он неуклюже запрыгнул на кровать и сел.

– Катя, хватит. Ты не спишь, и ты не сошла с ума. Это все на самом деле.

– Зачем? – Спросила Катя, не понимая.

– Потому что пришло время вернуться домой, в твой родной мир.

– А я где сейчас, по-твоему? – Смутилась Катя.

– В другом мире. А вернуться туда, где ты родилась. В Альтиорем.

– Что за мир? Это Швеция, что ли?

– Нет, это мир где ты родилась.

Катя быстро вынырнула из-под одеяла, уставившись на пса.

– Я сплю, верно? Просто мне все это снится? – Прошептала она.

– Нет, это совершенно не на вашей планете. Альтиорем это место, где сходятся свет и тьма. Ты там родилась, но была увезена во время большой войны между Фоссом и его учениками и Тенебрисом. Но пришло время вернуться и остановить эту войну.

– Чего? Какой Фосс, какой Тенебрис? Что за ерунда? Это какая-то шутка?

– Это не шутка, Катя. Война длится уже десятки лет, и пришло время ее остановить!

– Как? Я бариста в кафе? Я что, всем заварю кофе? Или приду и помашу руками, и все исчезнет?

– Нет, Кать, это не какое-то кино, это жизнь.

Девушка уставила на пса, совсем запутавшись. Кто она такая? И что ей нужно сделать? И после такого она и не сошла с ума? Ей не позавидуешь. Говорящий пес, другой мир, спасение человечества.

– Ты же говорила, что в твоей жизни нужно что-то менять, я слышал. Ну, вот и повод хороший.

– Я собиралась сменить работу, а не планету, – девушка вздохнула, завалившись на кровать. – И пора прекратить разговаривать с собаками, это точно ни к чему хорошему не приведет.

– Катя, правда, только тебе под силу помочь Тенебрису, и ты обязана спасти свой народ.

– Какой народ? Кто я такая, чтобы спасать целый мир? Если он вообще существует, а не является плодом моего больного воображения.

– Существует, и чем скорее мы вернемся, тем лучше.

Катя поднялась на руках, внимательно посмотрев на пса. Если это не сон, если ее пес не робот, то, что это может значить? Шутка? Наверняка это шутка, но кто именно решил ее разыграть и зачем?

– Хорошо, – внезапно ответила девушка, – я уверена, что это чья-то шутка. И чтобы не разочаровать шутника, я пройду этот квест до конца. А когда узнаю, кто так надо мной пошутил, оторву уши!

Катя поднималась по лестнице. Пес неуклюже следовал по ступенькам, едва поспевая за девушкой. Его коротенькие лапки не совсем справлялись с высокими ступеньками. Издавая кряхтящие звуки, пес старался подняться как мог. В какой-то момент девушке это надоело, и она взяла пса на руки, поднявшись на последний этаж.

– Дальше пути нет, только крыша, – недовольно сказала девушка.

– Она родная и нужная нам, – ответил пес.

– Заперто! – Катя опустила пса и посмотрела на решетку, загораживающую путь на крышу.

– Там наверху ключ, – вдохнул пес. – Никто и никогда не запирал эту крышу. Слесарь всегда терял ключи, поэтому решили оставлять их здесь.

Катя окинула пса недовольным взглядом и пошарила по раме металлической решетки. И вот она обнаружила ключ. Откуда это пес все знает? Может, он еще и умеет читать мысли?

Спустя мгновение они уже шли по крыше. Близился рассвет, город еще спал. Небо немного посветлело, давая понять, что скоро наступит утро.

– И что мы здесь забыли? – Недовольно спросила Катя.

– Чтобы попасть в Альтиорем, нужно пройти через портал.

– Какой еще к черту портал? – Девушка последовала за псом и остановилась у самого края крыши. Высота была немаленькая. – Только не говори, что нам нужно прыгнуть вниз, и мы мгновенно переместимся!

– Катя, какой ерунда ты насмотрелась по телевизору? Нет, определенно, телевизоры зло! Мы не будем прыгать с крыши. Я не самоубийца! Мы переместимся. И времени почти не осталось, нужно торопиться, потому что портал скоро откроется!

– Какой портал, где?

– Рассвет! Разуй глаза! – Воскликнул пес, приказав девушке взять его на руки. – А ты – проводник.

– Я кто?

Пес опять вздохнул, покачнув мордой.

– Вот вы, людишки, совсем не замечаете, что творится вокруг вас! Вы никогда не видите того, что рядом, под самым вашим носом! Вы слишком углублены в свои гаджеты, и не видите самое настоящее волшебство, окружающее вас всех! Рассвет – это самое чудесное, что только может произойти с вами. Вы каждое утро встречаете его, но никогда не задумывались о его тайнах. Что, если я скажу тебе, что рассвет – это не просто восход солнца, а приоткрытая дверь в другую вселенную? И мы совсем скоро войдем в эту дверь…

2.

Место, в котором она находился, просто восхитительно. Высокие пурпурные горы, у подножья которых росли нежно розовые цветы, а трава была самой сочной зелени. В лесах росли экзотические фрукты, а на полянах весело прыгали длинноухие зайцы и бесхвостые собаки. Над огромными огненными цветами порхали стрекозы с мерцающими, как бриллианты, крыльями, а в гуще леса громко пели золотые соловьи. Она шла по усыпанному серебром полю, и громко смеялась, наслаждаясь чистым и легким воздухом

Катя открыла глаза.

Приснится же такое – говорящий пес.

Она повернулся, пытаясь заснуть снова, но быстро поняла, что лежала не в своей постели, а на траве. Она ощупал себя осознавая, что на самом деле находилась в совершенно чужом ей месте. Здесь была густая зеленая трава, бесконечная равнина с луговыми цветами. Пейзаж был обычным, как, по мнению, большинства людей. Но не для Кати.

Катя ущипнул себя, но ничего не произошло. Это не сон, и она на самом деле не спала. Где она была? Девушка обернулась, приметив рядом мужичка невысокого роста. Он был лысоватым, полноватым.

– Кто вы? – Спросила Катя.

– Я Бос, – отвечал он.

– Босс? Какой босс? Кого босс? – Не понимала девушка.

– Нет, не босс, а Бос! Пес по кличке Бос! Катя, это же я! – Поднялся мужичек.

Он был на пол головы ниже девушки, у него был смешной нос, большие уши и добрый взгляд. Он напоминал пса.

– Бос? Мой пес Бос? Ты… такой… – не могла Катя договорить.

– Какой? Молодой? Да, я молод для своих лет, – улыбнулся мужичек, поглаживая себя по голове. – Ваш мир для меня новый. Быть в теле человека – это здорово! Никаких блох, вони и проблем с высокими поверхностями.

Катя огляделась, удерживая голову руками. Этот кошмар никак не заканчивался.

– Так это не сон? Где мы?

– Мы в Альтиореме, – улыбнулся мужичек и двинулся вперед. Катя неохотно пошла за ним. Они направлялись к холмам, пересекая поле зелени. Солнце стояло высоко в небе, воздух был чистым.

– Меня все еще смущает, что все это может быть шуткой. Может быть, меня вывезли за город, а ты – актер. Но зачем все это и сколько это стоит? – Спрашивала девушка.

– Да, за городом есть красивые места, но они полны помоев и грязи. Не то, что здесь, – ответил мужичек.

– Может быть, я просто не особо знаю окрестности города, – предположила Катя.

– А еще, за городом вода течет вверх, – пошутил мужичек, когда они приблизились к холмам. Холмы казались слишком далеко, почти не досягаемы, но спустя минуты пять они уже стояли прямо перед ними.

Катя резко остановилась. Прямо перед ней возвышался небольшой, скалистых холм, по которому стекала серебряного отблеска вода. Вот только вода не стекала, сверху вниз, а наоборот, из ручья, вверх.

– Это невозможно! Это всего лишь обман зрения! Мы на самом деле стоим на возвышенности, а все остальное… – не могла поверить девушка, отпрянув от воды. Она коснулась струйки, что ниткой тянулась ввысь, и от нее посыпались горошины капли, что лениво взмыли вверх.

– Нет, это не обман. Здесь физика вашего мира не действует, особенно рядом с временными ловушками, – объяснил мужчина и продолжил движение вперед.

Катя покачала головой, все еще ошеломленная происходящим. Ничто не могло быть объяснено логикой, ни говорящий пес, ни его волшебное превращение, ни все остальное. На мгновение девушку охватило желание закричать и бежать прочь, но любопытство было сильнее. Катя все еще горела желанием узнать, как эта история закончится.

– Долго еще идти? – Недовольно спросила Катя, закутанная в халат. Вид, мягко говоря, не был подходящим для прогулок. Пижама и шелковый халат до пят, в то время как Босс выглядел совсем нормально. Потрепанные штаны на подтяжках, рваная рубашка и старые поношенные ботинки.

– Нет, недалеко. Мы просто пересечем поле, а за холмами будет Сумрачная долина, владения Тенебриса, – ответил мужичок.

– А я родилась здесь? – Спросила Катя.

– Нет, не здесь, а в городе Хранителей Врат, в Ордей, – пояснил Бос.

– Где это?

– Крошечный городок владений Альтиорема, – ответил он.

– А мы пойдем туда?

– Нет, Ордей был сожжен вместе со всеми Хранителями.

– Зачем? – Не могла понять Катя.

– Хранители – это проводники в другие миры, они могут перемещаться между мирами и временем. Ученики Фосса опасались, что Тенебрис может воспользоваться этим, и приняли крайние меры, – объяснил Бос. – Ты была нареченной, но не избранной, и твой дар так и не раскрылся. Накануне наречения твой город сожгли, но тебя успели спасти.

– Но ты сказал, что я проводник. Значит, у меня есть какие-то силы? – Спросила Катя.

– Немного, но ты не обучалась и сама ими не вполне можешь управлять.

Когда бескрайнее поле зелени и цветов оказалось покорено, перед путницами явилась низина, где солнце лишь слегка пробивалось. Это выглядело необычно. Равнина, на которой они остановились, была озарена солнцем, а над ними распростерлось ясное, чистое небо. Но, спустившись вниз к долине, солнце оставалось позади, как если бы они вошли в тень. Небо было открыто и солнце продолжало светить, но уже находилось позади, согревая зеленую поляну своим светом и теплом. Здесь же деревья практически не росли, а те, что встречались, выглядели искаженными и неестественными. Земля сухая, безжизненная.

– Что это? – Спросила Катя, указывая вдаль.

Мрачная долина была безусловно самым ужасным местом по сравнению с солнечной поляной. Но, еще более ужасным было то, что в самом сердце долины находилось нечто. На обширных просторах тысячи, даже несколько тысяч воинов в доспехах и с оружием стояли неподвижно. Они словно замерли, не шелохнувшись.

– Война, – вздохнул печально Бос.

– Какая война? – Они продолжили двигаться в сторону воинов, пока вовсе не оказались рядом.

– Великая война.

Катя шагнула вперед и замерла на месте, не веря своим глазам.

– Что с ними? – Она подошла к одному из воинов. Он был смелым, сильным, покрытым доспехами и с огромным шлемом на голове. Его лицо замерло в яростной гримасе, словно это была кукла. Его огромный меч был поднят вверх, а тот, кого он собирался поразить, уже на последнем издыхании витал в воздухе, готовый упасть на землю. Кровь и пласты грязи вперемешку с воинами, создавали для Кати застывшее изображение или фотографию.

– Они застряли во временной ловушке.

– Где?

– Честно говоря, я сам не знаю. Время течет медленно там, и для нас это мгновение, а для них это вечность. Честно, я не очень разбираюсь во всем этом.

Девушка подошла к одному из воинов, внимательно его изучая. Он был настоящим, не куклой, но был ли он жив? Его черты, мимика, одежда – все было человеческим. Однако все эти люди, тысячи, миллионы людей были без движения, словно живыми мертвецами.

– Пойдем, Тенебрис не любит ждать, – нервно торопил Бос девушку.

Катя взглянула на него и заметила, что чем ближе они подходят к замку, тем он становится все более взволнованным и серьезным.

– И что с ними делать?

– Так и надо. Тенебрис не хотел, чтобы братья проливали друг другу кровь, поэтому решил прибегнуть к этим мерам и остановил войну.

– Я думала, что война идет где-то там, а оказывается, ее и нет.

– Время остановилось. Тенебрис искал различные способы и нашел один. Надеюсь, это поможет.

– Я пока не вполне понимаю, как я могу помочь, – проворчала Катя, продолжая двигаться вперед. Она начала сомневаться в своей теории о шуточном представлении. Это выглядело слишком масштабно, а у нее не было столь богатых друзей. Даже Марго не смогла бы придумать что-то подобное, даже если продаст свое детище.

Они продолжили движение, пока каменная земля не сменилась скалистым участком, где в серой мрачности мелькнуло что-то еще более ужасное – огромный замок. Черный, хмурый, построенный из камня и булыжника. Величественный и мрачный замок возвышался на несколько этажей, обрамленный острыми башнями и небольшими стрельчатыми окнами. Маленькие окна внутри пылали темнотой и тишиной. Вороны кружили над замком, издавая громкие крики, поддерживая атмосферу ужаса и мрака. Замок был огромным и, что особенно важно, бесконечным. Его стены возвышались высоко, скрываясь в мраке туч, не имея видимого предела.

Катя подошла к стене и прикоснулась к камню.

– Ого, стены не подвластны! – Воскликнула она, поднимая голову. Архитектору надо быть настоящим гением, чтобы такое создать. Стена была высокой, нет, она была бесконечной.

– Неприступная крепость. Высота стен равна размерам всей окраины. Бесконечность, так сказать.

Катя отступила, взглянув на огромный череп гиганта, врезанный в стену. Его рот был широко раскрыт, он служил входом в замок.

Бос, совсем сник, не торопливо засеменив внутрь. Что могло его так напугать?

Путники вошли в темный коридор, где фонари изредка освещали путь мрачным кровавым светом.

– А ваш Тибрис, ценитель пафоса, – пошутила Катя.

– Не знаю… не замечал… – в голосе Боса сквозила тревога. Он явно боялся чего-то или кого-то.

Катя оставалась спокойной. Пока она продолжала считать это шуткой, но у нее все сильнее возникали сомнения. Она была готова поверить во что угодно, но не в то, что все это было реальностью.

Продвигаясь дальше, они поднялись по широкой каменной лестнице с колоннами из темного мрамора. Внутри замок был не менее мрачен, чем снаружи. Нескончаемые залы без мебели. Из темного камня с запахом плесени и влаги. Запутанные коридоры, множество комнат. Наконец, они вошли в огромный круглый зал. Он был полностью пустым. Сложный узор из мозаики на полу и белоснежные колонны, окружающие его. И это было все, что Катя смогла оценить.

Она, оглядываясь по сторонам, и видела только белоснежные колонны, исчезающие в бесконечной высоте. Весь потолок был скрыт серой дымкой, которая скрывала все, что находилось сверху и окружало пространство за пределами зала. Вокруг было достаточно светло, но девушка не могла разглядеть источников света.

– Что это такое? – Спросила Катя, приблизившись к дымке, которая плавно плыла за колоннами и время от времени вспыхивала мелкими световыми импульсами. Пелена окутывала весь зал, оставляя центральную часть неприкосновенной.

– А что, по-твоему, это может быть? – Раздался голос, доносившийся откуда-то позади.

Катя обернулась и увидела, что посреди зала стоял стул, обычный и современный, и на нем сидел мужчина, лениво развалившись. Он был одет в черный костюм, носил распахнутую на верхние пуговицы белую рубашку, что обнажала его светлую шею и грудь. У мужчины были длинные прямые черные волосы, частично скрывающие его лицо.

Катя подошла ближе и взглянула в лицо незнакомца. В этот момент на нее взглянули черные глаза с густыми нависшими бровями, они казались бездонными и полными тьмы.

– Ну не знаю, дым, – предположила девушка, отстранившись от мужчины. Бос стоял вдали, готовый забиться в угол или раствориться в этой мистической дымке.

– А откуда, по-твоему, возникает дым? – Спросил незнакомец.

– Это вы мне сейчас проводите уроки химии? – Пошутила Катя, но, заметив испуг на лице Боса, смолкла. Почему этот человек напугал его настолько? – Когда, что-то сгорает.

– Тебе не интересно, что спалил этот огонь? – Продолжал незнакомец.

Катя раскрыла рот, глядя на мерцающую дымку. Странный был этот незнакомец. Девушка совершенно не была напугана и не страшилась его, как это делал Бос. Но было все-таки что-то в нем, что вызывало опасение и тревогу.

– Прах и тлен, вот что остается от некогда живого существа. Тысячи сгоревших. – Заговорил незнакомец протяжно. – Человеческая душа – бесценна. Иногда она становится самой дорогой платой. Люди расточают свою уникальность, даже не понимая этого. Они вкладывают свою душу в бездушные предметы, которые становятся для них драгоценными. Возьми, к примеру, книгу. Автор придумывает целую историю, оживляет героев, создает живой мир на страницах. Автор, не замечая этого, вкладывает частичку своей души в свои произведения. Веришь ли ты, что книга может быть живым существом? – Спросил незнакомец, с тревожным интересом взирая на Катю. И в следующий миг они находились уже не в зале с колоннами, а в полутемной старинной библиотеке с множеством стеллажей, нагруженных книгами. Книги были повсюду – на столах, полу, стульях. В помещении витал запах ветхости.

Мужчина приблизился к девушке. Волосы были убраны с его лица, и Катя могла рассмотреть его черты. Мужчина не был ни стар, ни слишком молод. Похоже, ему было около тридцати. У него белое худое лицо с прямыми чертами, тонкий нос, большие черные глаза, густые брови и бледные губы. Но самое странное – его лицо было идеально гладким, без единой морщинки или складочки, словно это была маска. Взгляд его был неприятным, почти не проявляющим каких-либо эмоций. Приблизившись к Кате, мужчина взял книгу, раскрыл ее, но вместо чтения, приблизил к лицу и вдохнул. Из страниц начал вырываться серый дымок, играющий светом.

– А я верю, – сказал мужчина, – потому, что я ими питаюсь.

Кат, опешив уставилась на незнакомца.

А вот теперь стало, не по себе от сказанных слов. Как можно питаться душами? Если верить в существование неких душ, призраков и всего этого бреда. Катя не верила ни в то, ни в другое. Она даже не верила в существования высших сил, как таковых.

– Сколько ей? – Спросил незнакомец Боса. Он бросил книгу, которая секунду назад была наполнена чернилами, а теперь оставила пустые страницы. Катя огляделась, осознав, что они уже не находятся в старинной библиотеке, а снова находятся в зале с колоннами.

– Двадцать, согласно земным стандартам,– неуверенно ответил Бос.

– В таком случае, уже готова, но слишком стара для обучения.

– Может быть, вы могли бы не обсуждать меня в моем присутствии, – сказала Катя, шагнув вперед к мужчине, который снова сел на стул.

– Тебе рассказали о твоей цели?

Теперь все это шоу начало раздражать девушку. Фокусы с книгами, перемещения и эта загадочная манера его поведения. Это все было просто цирком.

– Мне нужно остановить войну. Просто не уточнили, каким образом, – ухмыльнулась Катя.

– Что ты вообще знаешь о нашем мире? – Лениво спросил Тенебрис.

– Мне вообще ничего не рассказывали. И по телевизору и в новостях не особо писали о вашем фантастическом мире.

Тенебрис усмехнулся. Это было его первое эмоциональное проявление за все время.

– Альтиорем – это целый мир, основанный владыкой света Фоссом и его последователями.

– А что такое Ордей? Бос сказал, что я была там рождена.

– Поверь, Ордей – это маленькая мушка на спине слона по сравнению с Альтиоремом. Это когда-то был город, где рождались и жили Хранители Врат, защитники проходов в другие миры. Когда война пронеслась по Альтиорему, Ордей был уничтожен. Мне удалось спасти тебя и сохранить от врагов. Ты последняя из своего рода. Уникальная.

Катя внимательно слушала, пытаясь поверить в то, что слышит.

Она – избранная. Как это вообще возможно? Она всегда считала себя обычной девчонкой, как многие другие, сотни и тысячи девочек. Она никогда не претендовала на звезды с неба, никогда ни на кого не смотрела свысока и не унижала других. Она была серой массой. А теперь ей говорят, что она уникальная – какая-то хранительница врат. Вчера она еще заваривала кофе на вынос, болтала о всякой ерунде с Марго, спешила на ужин к своему любимому псу, а теперь этот пес в человеческом обличии стоит рядом с ней и разговаривает!

– А кто такой Фосс и почему его ученики начали войну?

– Фосс – это Хранитель Света, Хранитель самой чистой энергии этой вселенной.

– То есть, как волшебник? – засмеялась Катя. – Как Гарри Поттер, например?

Тенебрис молчал, не оценивая ее шутку. Понял ее, только Бос, едва сдерживал смешок.

– Его ученики задумали свергнуть владыку и установить свои правила в Альтиореме. Суть в том, что они развернули войну, в которую я был втянут. В Альтиореме должен прекратиться конфликт между братьями и сестрами, и должен наступить мир!

– А что я имею к этому отношение? Я не волшебник, и я даже не учусь, – пошутила Катя снова.

– Ты – последний Хранитель Врат, – Тенебрис поднялся и начал прохаживаться по комнате, – и хоть тебя и не признают, в твоих жилах течет кровь настоящего гражданина Ордей! Ты всегда это чувствовала, ты всегда понимала, что твоя жизнь не на своем месте, как будто что-то упускаешь.

– Что я должна делать? – Серьезно поинтересовалась девушка. Похоже, она отложила свою гипотезу о розыгрыше в глубокий ящик.

– То же, что я сделал, чтобы спасти тебя от смерти, ученики сделали со своими детьми. Укрыли их среди смертных и так же, как и ты, они на Земле.

Катя широко открыла рот. Она не была одна такая потерянная? Сколько еще несчастных детей спрятали на помойке без понимания, почему они так несчастливы.

– А как я их найду? Я только что узнала о том, что я особенная. Или наш Бос – ясновидящий?

– Кто? А он, – Тенебрис равнодушно посмотрел на присутствующего мужичка. – Он был закреплен за тобой с твоего рождения.

Катя обернулась на Боса. Таинственного парня, который всегда был с ней, как будто выступая в роли ее хранителя.

Тенебрис приблизился к девушке и протянул свою худую ладонь вперед. На его белоснежной руке блестел ключ – огромный, необычной формы и, казалось, из чистого золота. На его поверхности были письмена, которые Катя никогда раньше не видела.

При виде ключа что-то внутри девушки задрожало, словно она встретила того самого мужчину, от которого в животе возникают бабочки, и которого так хочется поцеловать. Тенебрис протянул ключ, а Катя молча приняла его. Он был тяжелым, но приятно теплым, словно нагревался изнутри. Мгновенно после контакта с ее кожей, ключ засветился золотым светом. Девушка почувствовала нестерпимое желание сохранить его в своем кулаке и никогда не отпускать. Голоса в ее голове, словно шептали ей, чтобы она оставалась его обладателем.

Но внезапно Тенебрис отнял ключ. Он прекрасно понимал, что с ней происходило, и эта небольшая демонстрация была не случайной. Катя должна была поверить ему.

– У каждого хранителя врат есть сотни таких ключей. Но этот особенный – он открывает двери в определенный мир и в определенные временные промежутки. Туда, где находятся дети, – объяснил Тенебрис, глядя на девушку.

Ключ исчез из вида, но желание владеть им не исчезло ни на миг. Она понимала, что он принадлежит только ей. Только она имеет право владеть им.

– Ты всего лишь нареченная и не обладаешь своим даром. Но этого и не нужно. Главное, что есть ты и этот волшебный ключ. А теперь дело техники. Ты отправишься вместе с моими людьми, найдешь всех детей и вернешь их домой. А потом… – загадочно продолжил Тенебрис.

– Что потом? Вы вернете меня домой? – Спросила Катя с нетерпением.

Тенебрис рассмеялся и взглянул на нее.

– Только что тебе открыли истину о твоем происхождении, а ты спешишь вернуться туда, где не должна быть. Эти люди должны поклоняться тебе, ведь ты для них бог. Ты не обычная девушка, ты выше них. Ты избранная!

– Я родилась там, где меня любят и уважают. Меня там приняли и дали возможность жить. И я хочу вернуться домой, к своим родным и близким! – Воскликнула Катя, раздраженная высокомерием Тенебриса. – И, кстати, я еще не решила, буду ли я помогать вам. Что, если вы соберете всех этих детей и сделаете им что-то ужасное? У меня нет представления, насколько опасны ваш Фосс и его ученики! Зачем вам вражеские дети? Чтобы их уничтожить или использовать?

– Я хочу убедить их встать на мою сторону и убедить их близких прекратить бессмысленную войну! Война – это зло, и ее нужно остановить. Брат против брата, а народ разделился надвое! Так не должно быть! – Произнес Тенебрис.

– И это говорит человек, который только что питался душами! – рассмеялась Катя.

Тенебрис улыбнулся и продолжал ступать по залу, двигаясь размеренным шагом.

– Ты мне не веришь, – спокойно произнес он. – Ты считаешь меня злодеем. Да, я зло, вышедшее из тьмы, но не причинял зла никому, в отличие от света.

Неожиданно Катю резко толкнули в спину, и она едва не упала на пол. Однако она удержалась на ногах и огляделась, осознавая, что находится не в зале, а в совершенно другом месте.

Перед ней предстала крошечная детская комнатка. Светлые стены, окружающие ее, увешаны шелком и украшены цветами. Солнечный свет беспрепятственно проникал в эту уютную детскую, наполняя ее теплом. В уголке стояла колыбель, а рядом, покачивая ее, находилась высокая и прекрасная женщина. Ее светлые локоны спускались до самой талии, ее наряд был сделан из изысканного шелка, а в ее волосах украшения из жемчуга и блестящих камней. Она поистине была элегантной, невероятно красивой.

– Во славу лун, наше дитя избрано самим старейшиной! Он благословил наше чадо, а также всех будущих детей! – Проговорила женщина с радостью в голосе.

В комнате присутствовал еще один человек. Мужчина сидел в удобном кресле-качалке, улыбаясь своей супруге. Внешность его была не менее великолепной, чем у жены, и он также полон довольства всем происходящим.

– Завтра состоится церемония наречения, но пока наш ребенок только избран. Сегодня нам привезли множество шелковых тканей и украшений, также к нам приходили старейшины, которые будут готовить нас к этой торжественности.

– Во имя Фосса настал такой день для нас! – Радостно заявила женщина.

Катя замерла. В своих снах она не раз видела один и тот же образ, или скорее, слышала его. Ослепительный солнечный свет и женский смех. И сейчас она услышала то же самое.

Неожиданно смех прервался, а солнце потускнело, затем из окон потекла тьма, погружая комнату в полумрак. Среди детской возникла, словно буря, женщина с уродливой внешностью, издавая дикие вопли.

– С того самого дня, когда старейшина произнес имя избранного, каждый, кто увидит нареченного, ослепнет и погрузится в вечную тьму и страдания! Да будет так! – Прогремело громовое эхо, а вместе с ним супруги неистово закричали. Тьма рассеялась вместе с женщиной, и солнце вернулось, но на этот раз оно ослепило Катю настолько сильно и ярко, что она прикрыла глаза рукой. Супруги кричали, схватившись за свои глаза, которые горели как пламя, пронизывая их до самого мозга.

Катя рванулась вперед и в следующий миг оказалась в знакомом круглом зале. Девушка упала на колени, схватившись за живот. Ей стало плохо. Она отлично понимала, что только что увидела своих настоящих родителей и их смерть.

– В тот день, когда новый хранитель врат был избран, весь город Ордей ослеп и погрузился в вечную тьму. А после этого он исчез из памяти, – рассказал мрачным тоном Тенебрис.

– Это жестоко! – Воскликнула Катя, вставая на ноги. – Это ужасно!

– Твои родители и тысячи невинных жизней – старцев, младенцев – все они сгорели в тот ужасный день под знойным солнцем Ордей! Никто из них не получил пощады! И твой мир также не пощадят, узнав о твоем существовании! Они жестоко лишили тебя дома и семьи. И ты сейчас думаешь, стоит ли соглашаться? – Вопросительно произнес Тенебрис, глядя на Катю со злобой.

Катя с ненавистью посмотрела на него, не зная, что ответить. Она понимала – сейчас все шутки лишены смысла. Она находится в реальном, жестоком мире, и ей предстоит как-то спасти его.

3.

Дни до падения Альтиорема…

– Хозяин! Хозяин! – Кто-то тормошил его, пробуждая от приятного сновидения. – Хозяин! Вставайте!

Тенебрис нехотя приоткрыл глаза, взглянув на своего слугу Волкодава.

В его спальне царил полумрак, лишь слабый свет свечи у кровати растворял кромешную тьму.

Тенебрис, поднялся оперившись на руки. Перед мужчиной предстало лицо его раба и слуги Волкодава. Даже на его израненном шрамами лице, повидавшем сотни войн и сражений, проскальзывало неподдельное волнение. Это значит, что дело было серьезным.

– Пришло, стало быть, время, – спокойно произнес Тенебрис, поднимаясь с постели. – Эти псы безродные смутили его разум и сломили волю! А я говорил, что настанет тот час, когда эти начнут совать свои грязные носы не в свое дело!

– Вам нужно торопиться! Повозка уже у черного хода, стража еще только у подступях к замку.

Тенебрис резко обернулся, заметив, что Волкодав собирал его вещи.

– Не сметь! – Рявкнул тот, накидывая мантию поверх ночного одеяния. – Я пришел в этот дом в одном платье моего отца, и уйду от сюда, не взяв ничего, что дали мне эти…

Волкодав бросил все пожитки, быстро кинувшись к двери, резко ее распахнув. В длинном коридоре был полумрак. Но Тенебрис никогда не испытывал страха перед темнотой, она всегда сопутствовала ему, укрывая и даже спасала. Тьма это его порождение, это наследство, переданное от его отца. Тьма всегда будет ему союзницей, но никак не свет. Несмотря на все попытки Фосса, несмотря на все его усилия, чтобы внушить ему свет в сердце, Тенебрис никогда не признавал противоположности своей сущности. Он полностью состоял из тьмы, и изменить это – значило бы умереть самому.

Когда еще в юности, вместе со своим братом, он был привезен Фоссом в Альтиорем, его ученики сразу пришли в ненависть к самому сыну тьмы. Он был исчадием зла. С первых дней пребывания здесь, они умоляли спрятать его в темнице вместе с отцом, а лучше всего – казнить всех троих. Но по какой-то причине Фосс не намеревался убивать Примуса и тем более его сыновей. Элемента, брат Тенебриса, был слишком мал, чтобы что-то понимать и осознавать. Видимо, из-за его неразумности Фоссу удалось вырастить элемента чуть более податливым, чем его старшего брата. Но Тенебрис не собирался забывать. С первых дней здесь он преследовал цель отомстить за отца и никогда не искать милости в свете.

Они двигались совершенно одни по полутемному коридору, пока не спустились по винтовой лестнице в самые глубины замка. Все спали, никто не подозревал, что хозяин уходит из своего дома навсегда. Он не считал это место своим, все было ему чужим и никогда настоящим.

У самого выхода Волкодав резко обернулся, услышав громкие шаги, разносящиеся за его спиной.

– Они уже здесь, – рявкнул воин и приблизился к маленькой дубовой двери. Он легко ее распахнул, впустив внутрь прохладу ночи.

– Тенебрис, сдавайся! – Двое застыли на месте, уставившись на высокого детину в доспехах, окруженного стражей Альтиорема.

Волкодав, державший все это время наготове меч, бросился защищать своего хозяина, но Тенебрис жестом руки остановил солдата, выходя во дворик, озаренный светом луны.

– Потенс, ты же прекрасно понимаешь, что вы меня не остановите, даже если прибудут сюда все его последователи. Я сама тьма, и со мной справится только равный мне по силе. – Он спокойно сделал еще пару шагов на встречу сильному воеводе. О нем слагались легенды, он был рожден из пепла самого страшного сражения в истории Альтиорема. И даже ему не под силу покарать саму тьму.

– Выхода нет, тебе лучше сдаться и твоему псу!

Волкодав рыкнул в ответ, оскалив пасть подобно зверю.

– В таком случае, прольется кровь, и ее будет литься отныне очень много.

Стража бросилась к ним на встречу. Волкодав, вырвавшийся из тени коридора, одним ударом ранил двоих. Тенебрис не стоял на месте, пусть стражники побаивались приближаться к нему. И у них была веская причина. Тенебрису не нужно было оружие, он мог уничтожать иначе, и его раны всегда были смертельными.

Рука Тенебриса протянулась к одному из воинов, лишив того воли. Из его глаз и рта стало вытекать нечто, словно серебряная дымка, и затекать в рот и нос самого Тенебриса с рождения он питался лишь душами живых существ, а душа человека была самым вкусным яством. Опустошив одного за другим, Тенебрис повернулся на Потенса, что уже бросился на него, но волкодав преградил ему путь. Между Потенсом и некогда его воеводой разразилась битва, которую Тенебрис не стал наблюдать – он знал, что два сильных будут драться до конца, не на жизнь, а на смерть, и эта бойня будет эпичной. Тенебрис скрылся под покровом ночи.

У самой речушки, в чаще леса, Тенебриса дожидалась скромная, темная повозка, в которой его уже поджидали его дети.

– Собаки! – Рявкнула девушка, как только Тенебрис сел напротив и спокойно взглянул на юношу и девушку. – После стольких лет эти псы кусают руку своего хозяина! – Возница тронулась с места, а черные вороные заржали от нетерпения гнать во всю прыть.

– Ничего неожиданного, – ровным тоном произнес юноша, – этого следовало ожидать. Порождения тьмы не в почете у учеников света.

– Эти скоты сами приютили нашего отца, а теперь воротят носы призирая! Лицемеры!

– Довольно Мания, – вздохнул Тенебрис, не намереваясь слушать причитания дочери. – Этого следовало ожидать еще с самого начала. Фосс повинен в том. Дав волю своим детям, он развязал им языки и руки. Точнее, одной конкретной змее, что грелась на его шее годами.

– А где Волкодав? – Настороженно спросила Мания, завертев головой.

– Наш раб и верный слуга остался там, давая мне отступать.

– Ты бросил его там? На произвол судьбы? – Возмущенно произнесла девушка. Не для кого не секрет, что красивая бестия питала слабость к воину, и пусть ее сердце было черствым, как камень, чувства страсти оно не было лишено.

– Волкодав – наш верный слуга. Почет ему и слава. Этот великий воин избрал правильный путь, посягнув на верность нашему отцу. Он, как доблестный герой, примет свою смерть от меча.

– Заткнись, Нуллум! – Огрызнулась Мания, уткнувшись в окно. – И что мы будем делать дальше? Прятаться, как крысы по углам?

– Не предлагаешь ли ты объявить им войну, сестра? Думаю, в этом случае это бессмысленно. У Фосса великая армия, у нас же маленькая горстка ничего. Мы проиграем эту битву.

– Мы порождение тьмы! За нашими спинами вся тьма этого мира! Обрушим на их головы эти земли!

Тенебрис довольно заулыбался. Ему было приятно, что его дети до конца стояли за него. Не то, что эти варвары.

– Отец, ну что же ты молчишь? Разве за столько лет тебе не хочется отомстить за все эти годы? Они в буквальном смысле заточили тебя в этих стенах, лишили свободы, отца! И после стольких лет…

– Месть – пустое. Кому, как не мне, знать об этом. Годами я вынашивал план мести, так и не совершив его.

– Тогда что же ты собираешься делать?

– Они сами обрушат на свои пустые головы то, что пострашнее мести, что заставит их грызть глотки друг у друга. Грядет время, Альтиорем поглотит тьма. Задуманное Примусом воплотится, уничтожив свет и всех ее приспешников. Они сами, не ведая, погубят себя.

4.

Катю поселили в замке, в одной из комнат, которая выглядела, словно из средневекового романа о рыцарях и прекрасных дамах. В маленькой комнате царил полумрак. Все окна были закрыты плотными портьерами, и единственный источник света – это зажженные лампы и свечи. У самого входа находилась огромная резная кровать с толстой периной, на которую Катя упала, словно погрузившись в пушистое облако. Весь интерьер был усыпан мелкими деталями – от тумбочек до резных канделябров, от дубовых шкафов до целого письменного стола с лакированными стульями. Все было пропитано атмосферой старины. А еще заметно было множество книг, разложенных на столе, тумбочках, в шкафах, на полках. Мысль о том, что Тенебрис мог вытворять сними, вызывала у Кати неприятные ощущения.

Дверь спальни приоткрылась, издавая неприятный скрип. В комнату осторожно вошел Бос в своей привычной манере. Мужичек подошел к кровати и растянулся на ней, полулежа. Девушку до сих пор не покидало чувство странности, что недавний рыжий пес теперь стал человеком и они оба лежат на кровати и беседуют.

– Как ты себя чувствуешь? – Спросил он, уставившись на Катю.

– Все это так странно. Я и в Альтиореме. Мне предстоит спасти этот мир. И к тому же мой пес превратился в человека, и мы сейчас лежим на кровати и разговариваем. Просто сумасшествие. – Девушка поднялась на руках и села по-турецки. – А этот ваш Тенебрис… такой пугающий тип.

– Он сын тьмы, существо из темных и проклятых мест. Но он не такой уж и плохой, особенно если сравнивать его с теми, кто развязал эту войну.

– А это правда, что он питается книгами? – При мысли об этом у Кати исказилось лицо.

– Он не может питаться обычной пищей. Более того, это не приносит ему насыщения и энергии. Он предпочитает, прежде всего, души людей. – Здесь Катя нахмурилась, отказываясь слушать дальше. Она никак не верит в существование душ, но даже если они существуют и внутри нее есть одна, ей было не по себе.

– А кто такой этот Фосс?

– Он основатель Альтиорема, владыка света. Он первый и единственный из человеческого рода обладающий силами света.

– Бог, что ли?

– Нет, в нашем мире нет богов. А только силы света и тьмы. И Фосс был избранным. Он сеял свет на земле, собирал своих учеников, тех в чьем сердце рождался уникальный свет и помогал открыть в них способности.

– Тогда он волшебник?

–Да нет, Кать. Волшебство, как ты его называешь это силы света и тьмы. У вас на Земле это называют магией, чудом, волшебством. А у нас это силы, дар. Есть простые смертные, а есть избранные, кому свет даровал дар стать особенными.

Катя вздохнула, не до конца понимая, рассказ Боса.

– У Фосса были ученики, те, кто был у истоков, и кто был избранным им же. Они его последователи, распространяющие свет.

– А Тенебрис?

– Как есть свет, так же есть и тьма. Примус, отец Тенебриса, избранный тьмой. Он сеял свои семена и распространял свою тьму. Фосс же намеревался искоренить тьму из мира.

– Понятно, банальная вражда добра со злом.

– В том то и дело, что Примус никогда не выступал против Фосса, Фосс первым пошел войной против тьмы. Пойми две стороны, мироздания всегда сосуществовали в мире. Без добра нет зла, а зла нет без добра. Фосс одолел Примуса и забрал его детей в Альтиорем. Тенебриса и его брата Элемента. Ученикам, разумеется, это не нравилось. Они не желали видеть порождения тьмы в своем доме и всячески пытались избавиться от Тенебриса. Но Фосс был непреклонен. Вообще не ясно, почему Фосс не избавился от Примуса, а заточил того всего лишь в темницу и детей его пощадил. Это и возмущало остальных. Пока не случилось самое страшное. Ученики ослушались и восстали сами против Тенебриса и самого Фосса.

– Пригрел змею на шее, – усмехнулась Катя.

– Ученики считали, что время правления Фосса прошло, и решили сами возложить на свои плечи правление Альтиоремом.

– И где этот Фосс?

– Неизвестно. Жив ли, мертв, не ясно. В ночь восстания он исчез, и никто его не встречал.

– Но почему же он не вернется и не положит конец всему этому? Он же владыка, он может все!

– Не знаю. Все склоняются к тому, что он мертв. Иначе для чего ему скрываться.

– А где сейчас ученики?

– Когда началась война, Тенебрис взял превосходство над Альтиоремом, и ученики ушли в подполье.

– А откуда Тенебрис узнал о детях? И вообще, зачем ему эти самые дети? Они, я так понимаю, тоже не знают ничего, и сил не имеют.

– Не знаю. Узнал, как-то. Я, честно говоря, всех подробностей не знаю. Мне было велено присмотреть за тобой и все тут. Когда придет время – вернуть. Я свое дело сделал, а дальше уже пусть они решают.

– А я погляжу, ты слишком спокоен. Тебя, что же не волнует судьба твоего народа и твоего дома? – Усмехнулась Катя.

Бос замолчал, помедлив с ответом. Он внезапно спрыгнул с кровати, потянувшись.

– Хватит расспросов. Хозяин приказал приодеть тебя и покормить. Так, что пошли.

Бос явно что-то скрывал. И не хотел об этом говорить. Ведь, по сути, он родом из этих мест и неужели ему не хотелось мира и света в Альтиореме?

Катя не стала напирать. Да и информации, за последние несколько часов, было столько, что хватит с нее.

– Ладно, веди меня. Ты прав, в таких хоромах и в пижаме, как-то не гоже, – рассмеялась девушка, следуя за Босом.

Они вышли в полутемный коридор с каменными полами и резными потолками. Стены узкого пространства были отделаны темным деревом. Ни украшений, ни картин, сплошной длинный коридор с изредка встречающимися дверьми.

– А чей это замок? – Следуя за Босом, Катя спросила. Она разглядывала коридор, ловя себя на мысли, что он смахивал на лабиринт.

– Примуса, отца Тенебриса. Темная долина некогда владения тьмы. Когда Тенебрис покинул владения Фосса, он подался сюда.

– А это не Альтиорем?

– Ну, скажем так часть, земель не принадлежащая Фоссу. После свержения Примуса, Фосс присоединил эти земли к Альтиорему, но здесь практически нет жизни. Никому не хочется жить в местах, где живет само зло. Когда пришла война, Тенебрис вернулся в замок отца. Теперь это его наследство.

– Да уж, так себе наследство.

– О вкусах не спорят. – Бос свернул за угол, и остановился около одной из дверей. Затем отпер ее, зазывая Катю, войти скорее.

Они вошли в тесную комнату похожую на чулан. Здесь было слишком много старой мебели, пыльных картин, множества, все тех же, книг и другого добра.

– Есть мы будем в чулане, я так понимаю, – ворчала Катя, боясь задеть толстые слой пыли на мебели. Свободного места практически не было, всюду была мебель, нагроможденная друг на друга и все та же пыль.

– Погодь, сейчас все увидишь, где же он. – Мужичок принялся подходить к шкафам, тумбам и перебирать их, путем открывания и закрывания дверц. Странное зрелище.

– Ах, вон оно, – Бос приблизился к одному из шкафов, коснувшись его резных створок. Это был высоченный шкаф, под два метра, но узкий в ширину и толщину. Больше смахивал на книжный шкаф, чем платяной. Он был из темного дерева со сложным узором. На самом деле очень красивый, пусть и старомодный.

Бос распахнул створки шкафа. Заглянув в него, вынув из недр стопку одежды.

Катя с любопытством взглянула на стопку.

– На. Кажется, все верно и размером не ошибся.

Девушка приняла вещи, внимательно рассмотрев их.

– Постой, так это же мои вещи! – Воскликнула Катя, осматривая джинсы, любимую футболку, худи и даже старые потрепанные кроссовки. Здесь было даже белье.

– Как ты это сделал? – Удивилась девушка.

– Это волшебный шкаф. Что бы ты не загадал, все воссоздаст. Любую вещь.

– Ого, что бы не загадала?

– Ага. Все, что ты сама видела. Даже еду. – Створки сомкнулись и спустя мгновение Бос вынул поднос с ароматным картофельным пюре и парочкой куриных ножек. Два стакана с лимонадом и водой даже десерт в виде кусочка торта наполеон и второго кусочка, печеночного торта.

Катя довольно улыбнулась.

– Классная штука. И прям, все при все может?

– Не все. Все, что живое не воссоздаст. А в остальном может. Еду, только ту, что ты пробовала, иначе вкуса не получится, вещи, которые видела и владела ими, а то может получиться не реалистично.

– А новый айфон?

– Может.

– А технику?

– Может, если уместится в шкафу.

– А кучу денег?

– Тьфу ты, Кать. Сдались тебе эти бумажки? Ты хранительница врат! Зачем тебе деньги там, где ты ими все равно не воспользуешься? И твой телефон тоже тебе не пригодится. – Бос махнул головой, покидая комнату. Они вышли в коридор, возвращаясь обратно.

– Я, между прочим, не решила, останусь я здесь или нет. – Девушка обернулась на дверь комнаты, с волшебным шкафом. А он ей понравился. Это ведь, сколько всего можно было бы с ним сделать. Никогда не тратиться на еду, одежду. На всякие мелочи. Экономия сплошная. – А вот поощрение или награду за проделанную работу приняла бы. Мы живем с тобой, перебираясь с копейки на копейку. Думаешь, нам не помешали бы лишние деньги?

– Создание денег это сложный процесс и незаконный, замечу, в твоем случае. Этот шкаф копирует то, что ты когда-то видела. Вот и подумай, скопирует он одну купюру и размножит ее, одну и туже. Подумай, сможешь ли ты ей воспользоваться? Будет ли она считаться настоящей?

Катя скривилась.

– Технически можно, если осторожно…

– Ага, пока не поймали. Кать! С каких пор ты стала такой меркантильной! С кем я живу, с фальшивомонетчиком!

Девушка промолчала, следуя за Босом. И все-таки шкаф ей понравился. Надо будет попросить Боса еще ее сводить к нему и наколдовать куче всего домой.

– А что еще у вас тут есть? – Поинтересовалась девушка, возвращаясь в свою комнату. Она сложила одежду на кровать, а вот за еду, они принялись сразу. Катя сильно проголодалась.

– Много всякого хлама. Я и не упомню всего. Может, покажу, как-нибудь. – Бос, с аппетитом поедал куриную ножку, чавкая, прям, как ее любимый пес.

– А как я переместилась? Ведь, по словам Тенебриса я не владею силой. И как ты получал информацию отсюда?

– Информаторы были. Гадалки. Некоторые гадалки настоящие, а большая часть шарлатанок. Они мне доносили, а я передавал им все о тебе. Вот так и выяснил, что пора бы тебе вернуться. – Мужичок проглотил ножку, даже сгрыз косточку. Кому, как не Кате знать, косточки пес любил больше всего.

– Поверить не могу, что все эти годы ты в обличие пса подглядывал за мной?

– Не подглядывал! Я что, ненормальный, какой? Я приличный мужчина в самом расцвете сил. – Они рассмеялись. – А переместилась ты сама, ну и меня в придачу прихватила. – Набивая рот печеночным тортом, ответил Бос. – У тебя есть силы, но ты ими не умеешь в целом владеть. Но при определенных условиях можешь совершить прыжок между мирами. А в основном хранители пользуются ключами, они открывают двери в любую часть времени, мира и перемещаются.

– Везет нам, можем посетить любой отрезок времени и в других мирах побывать. Мечта, а не работа! – Довольно Катя откинулась на кучу подушек. – Нельзя. Думаешь, хранители для красоты существуют? Они на то и хранители, что бы охранять миры и никого не впускать и не выпускать. И сами соответственно не могут прогуливаться. Есть устав, которому они должны были придерживаться. Так, что это не такая уж и работа мечты. – Ворчливо Бос ответил.

– Теперь, какая разница, – печально девушка. – Никого не осталось.

– Ага. И все двери запечатаны, стало быть.

– А эти ключи где?

– Спрятаны. Наверно. Хотя без хранителей какая разница? Ими все равно никто не воспользуется теперь.

– Это было пока. Но теперь то я есть!

Бос кивнул. А Катя призадумалась. Теперь она немного стала осознавать собственную ценность. Ведь, по сути, перемещение по времени и мирах – это штука хорошая. Хранитель врат может вышвырнуть кого угодно и куда угодно. А может ли он помочь изменить ход времени? Или помешать той же войне? Тогда то, что Катя есть, скоро узнают и остальные. И насколько тогда здесь будет волшебно и сказочно? А что если ей вообще здесь грозит опасность? И на нее объявят охоту?

Аппетит совсем пропал и съеденная еда, как-то дискомфортно осела в желудке.

Что же ждет Катю впереди? Вопрос куда интересней всего остального.

5.

Дни до падения Альтиорема…

Вокруг было достаточно света. Все пространство светилось белоснежным свечением. Создавалось впечатление, что этот самый свет исходил изнутри огромного зала.

Вокруг круглого подиума стояли люди разодетые в различные наряды.

Кто в скромных тогах и мантиях, кто в роскошных нарядах и украшениях. Все были обеспокоены и громко перешептывались.

Из стен света возникали люди, они прибывали и прибывали, присоединяясь к стоявшим в круге и так же взволнованно шептались.

– И сколько это будет продолжаться? – Подала голос роскошная светловолосая женщина. Она была очень красивой. Высокая, в дорогом наряде, украшенном драгоценными камнями и жемчугом. В ее светлых волосах были вплетены золотые нити и жемчуг. Единственное, что омрачало ее вид, то, что ее красивое лицо было напряжено и полно обеспокоенности. – Сколько мы будем терпеть это? Почему Фосс молчит, почему, после такого он не действует? Разве ему не важно благополучие народа Альтиорема?

Прибывшие продолжал взволнованно перешептываться, соглашаясь со словами женщины.

– Потенс! Ты верный слуга и соратник Фосса, разве тебе не известно, где твой учитель? – Женщина обратилась к высокому детине, стоявшему, напротив, в круге. – От чего наш учитель молчит? Тогда, как Тенебрис открыто заявил о своих намерениях! Разве он не обязан принять меры?!

– О нахождении Фосса мне не ведано. – Спокойно ответил рослый, темноволосы детина. Потенс, как и многие воины Альтиорема был могучим и сильным. Но в отличие от своих воевод он был в два раза выше, сильнее и мускулистее. Сам сын войны, рожденный из пепла самого страшного сражения за все человечество.

– Наш отец оставил нас! – Продолжала женщина, презренно взглянув на Потенса. – В день, когда наш злейший враг объявил нам войну, учитель не вступился за нас! Он нас оставил?

Шепот нарастал. Сказанное женщиной было явным протестом против самого Фосса. С того момента, как Тенебрис скрылся в неизвестном направлении, о его дальнейших действиях было неизвестно. Поговаривали, он вернулся в дом своего отца Примуса. Кто шептал, что он тайно собирает армию, что бы ответить за причиненные ему оскорбления и вызволить отца из темницы. Примус до сих пор был спрятан в глубинах подземелья, лишенный собственных сил.

– Что ты такое говоришь, Мастихио! – Подала голос Дейнде. Не высокая, худенькая женщина. В отличие от Мастихио, она не была столь роскошно разодета. Простое светлое платье, расшитое мелким бисером и серебряными нитями. Ее рыжие пряди волос были убраны в простую косу, ее голову и венчала не большая тиара. Это не роскошная корона Мастихио, с огромными камнями, что переливались радужными цветами. Да и говорила Дейнде с придыханием, словно боясь, что ее услышит сам Фосс. – Фосс не мог оставить нас! Тому есть объяснения и скоро мы все узнаем.

– Узнаем, это да. Например, то, что Тенебрис спалит дотла весь Альтиорем и вернет власть отцу! Разве вам всем не страшно за будущее Альтиорема? За наш народ, которому мы поклялись в верности и защите? Разве вам всем не страшно за ваших детей? Ты Дейнде, что станет с твоей дочерью тогда, когда сама тьма завладеет ее сердцем?

Дейнде промолчала, крепко взяв своего супруга за руку.

– Довольно Мастихио! – Выкрикнул Зоа. Он подался вперед. – Нам и так страшно не только за судьбы детей, но и детей всего человечества. Тенебрис ушел, и это не значит, что вернется с армией.

– Элемента? Может, ты скажешь, что задумал Тенебрис? Кому, как не тебе знать его лучше. – Мастихио проигнорировала слова Зоа. Женщина сверкнула взглядом в сторону высокого рыжеволосого мужчины. Он стоял рядом с Потенсом, что-то тому шепча. Когда женщина обратилась к нему, его спокойные глаза взглянули в ответ.

– Ты права Мастихио, кому, как не мне знать родного брата. Увы, только родство нас и объединяет. Я не ведаю о планах Тенебриса.

Мужчина отвернулся. Разумеется, он предполагал, что как только Тенебрис воспротивится, все начнут тыкать в него пальцами. Ведь он, как и его брат, сыновья самого врага Альтиорема. Вот только в отличие от Тенебриса Элемента рос покорным, и верным Фоссу. Элемента был ребенком и не знал того зла, что нес Примус. Он не впитал с кровью ненависть к свету. А вот Фосс воспитал в нем свет и тягу к добру. Он никогда не разделял чувства брата, хоть и печалился, когда тот бунтовал и восставал. Элемента любил своего брата и напротив пытался убедить отказаться от мести. Но Тенебрис был стоек, он верен отцу.

– Разумеется, тебе не стоит ни о чем беспокоиться, твой сын все равно под защитой. Тенебрис не обидит племянника. – Язвила Мастихио. Она отвернулась от мужчины. Женщина недолюбливала Элемента и в последнее время эта ненависть возросла вдвойне. Возможно из-за происхождения мужчины. А может тому были другие причины. – Хватит молчать, хватит ждать! Я предлагаю сделать первым шаг!

– Какой? – Кто-то спросил из толпы.

– Предлагай!

– В глубинах подземелья томится зло. Где это видано, что бы на землях самого света жила тьма? Так не должно быть, это не допустимо! Я предлагаю избавиться от Примуса, пока Тенебрис не вернулся за ним и не выпустил зло! Сделаем первый шаг!

Элемента отступил в глубь толпы. Кто-то из совета соглашался с Мастихио, кто возмущенно протестовал. А кто вовсе молчал. У каждого было свое мнение, но мало кто мог, открыто высказать его, ибо пока судьба Фосса не известна, он все еще оставался владыкой Альтиорема.

Элемента вышел из круга, войдя в поток света, и растворился в нем.

Тенебрис, его родной брат признан врагом, его отца хотят уничтожить. А что же будет с ним самим? Примут ли его за врага? Начнут ли отворачиваться и призирать? Что ждет его семью?

– Мастихио приводит мечты к исполнению? – Элемента появился в длинном, светлом коридоре из белого мрамора. Когда он материализовался, за его спиной раздался голос       Щинтоса. Мужчина выглядел не молодо. Высокий, стройный с тощим лицом и взглядом преисполненным вековой мудростью. На его длинных волосах и короткой бороде седина рисовала серебряный узор. И при всем при этом его лицо не было похоже на старца, оно сохраняло отпечаток бессмертия. Все ученики и приближенный Фосса получали помимо дара еще один дар, бессмертие. Точнее долгую, жизнь. Ведь старость и к ним придет и на их плечи смерть возложит руки и уведет за собой.

– Она полна решимости. – Спокойно ответил Элемента, спрятав руки за спину.

Вслед за ним в коридоре возник Потенс.

– О ее планах всем нам известно. Вот, только простодушные, коих там набралось полный зал, слушают и верят в ее благие намерения! Но мы то знаем, она хочет власти, не своими руками, так руками собственного мужа. – Потенс в компании Щинтоса и Элемента стали двигаться вдоль по коридору. Потенс шел чуть впереди, из-за его больших размеров он занимал все пространство коридора. Щинтас и Элемента за ним.

Они двигались не долго, пока не оказались у огромных двустворчатых дверей. Покои Фосса были заперты с тех пор, как Тенебрис покинул владения Альтиорема.

У покоев стояла женщина в скромном, можно сказать простом платье. Она была не молода, по человеческим меркам ей было довольно за сорок. Женщине ее возраста одевалась скромно, в темные цвета, и не украшала свои наряды изобилием драгоценностей. Эфтихиа и в юном возрасте не кичилась богатствами и роскошью в нарядах. Она всегда была скромна, ибо считала богатства уделом людей недалеких. Тем более если эти самые богатеи не тратили свои богатства на добрые дела. Женщина, была дочерью самого Фосса. Она не владела даром, и была смертной. Фосс много раз предлагал даровать хотя бы сотню лишних лет, но та отказывалась.

– Я приняла то, что мой отец сам владыка Альтиорема, но принять все привилегии его, я не намеренна. – Говорила она.

– Как он? – Потенс остановился рядом, взглянув на печальное лицо женщины. Эфтихиа была печальна с тех пор, как отец закрыл свои покои, перестав общаться со всеми. Он не отвечал на все ее мольбы, даже ей, той ради которой был готов свернуть горы, лишь бы она признала его отцом. А теперь она сама стояла у дверей его покоев и молила ответить ей на просьбы. Печаль Фосса ей была непонятна. Он скорбел по тому, что сын врага предал его? Или то, что его ученики отказывались его слушать? В чем была причина скорби?

Эфтихиа отрицательно закачала головой.

– Ни кому не открывает. Вот уже какие сутки не ест и не пьет. Я начинаю беспокоиться.

– А может взять штурмом эти треклятые стены? – Воинственно произнес Потенс.

– Не стоит, – спокойно ответил Щинтас. – Воля нашего повелителя такова, что он желает остаться один. Не будем нарушать его покой.

– И будем молчать? Мастихио там готовит едва ли не армию! Да она на пустом месте дует на огонь! – Возмущенно Элемента.

– Мастихио никто не послушает. Они верны Фоссу, а значит не пойдут на предательство. – Ответил Щинтас.

– Тогда, что же будем делать мы? Ждать? – Спросил Потенс.

– Наблюдать. Пока Мастихио не начнет что-то делать. Пресекать все ее попытки. Мои люди присматривают за ней. Темпус за одно с нами и не разделит взгляды жены. Сами вспомните на какой шаг он пошел ради своего учителя! Он не пойдет на предательство!

– Мастихио умеет убеждать. – Пробормотал Элемента. – Не забывайте она жена Темпуса и он рано или поздно послушает ее и сдастца.

– Этому не бывать. – Потенс воинственно ответил. – Если Темпус предаст, тогда все дело Фосса пойдет прахом! Если верные и близкие ему люди, начнут предавать, тогда все это напрасно! Все старания и весь путь!

– Страшно подумать, что будет тогда, – шепнула Эфтихиа, прикрывая рот рукой.

– Вот тогда у нас появятся враги по страшнее самой тьмы. – Ответил спокойно Щинтас.

6.

Проведенные несколько часов в Альтиориуме Кате показались вечностью. После так называемого завтрака, хотя по ощущениям девушки это был полноценный ужин, Бос прибрал разнос и ускакал, захлопнув за собой двери. Катя рада, что ее любимый питомец теперь приятный собеседник, вот только иногда на него накатывала внезапная молчанка или странная тоска, как если бы он был героем войны, что при разговоре порой видит не хилые такие флэшбэки, от которых лицо его принимает очень жуткий вид.

Катя пыталась расспросить пса о его прошлом, но тот либо отшучивался, либо куда-то торопливо убегал.

Вот и сейчас, любимый Бос, прикрыл за собой двери, увиляв пятой точкой, без всяких объяснений. Чем в это время заниматься Кате никто, разумеется, не сказал. По этому, почувствовав усталость, ко всему плотный завтрак давал о себе знать, девушка прилегла на мягкую перину и уснула.

Как долго она спала, Катя не скажет, потому, как часов в этом треклятом доме не наблюдалось. Много книг, словно здесь жил библиотекарь, старой мебели, всяких волшебных шкафов, а вот часов, ни одних, даже самых неказистых. Счастливые люди здесь живут.

Спала Катя, как младенец. Крепко и сладко. Правда, под самый момент пробуждения ей приснился странный сон.

Она проснулась в собственной комнате, посреди ночи от жуткого шепота, что взывал к ней. Катя открыла глаза, окинув взором комнату, что находилась в странной дымке тумана. Наверно во всех странных снах вечно все не реалистично.

Девушка поднялась на руках, вслушиваясь в шепот, доносившийся из коридора. Сперва, она решила, что ей это мерещится, потом подумала, что это Бос, так шутит. Но когда вышла в коридор, никого не было, а голоса все шептали и шептали. Неразборчиво, а потом четко и понятно. Голоса, сотни голосов, взывали девушку взять его, взять и владеть им. Странные призывы, но противиться им девушка не могла, ибо ноги сами вели ее куда-то вперед. Катя шла по нескончаемому коридору, пока не остановилась у двери. Самой обычной двери, вот только от многих остальных отличалась она тем, что в замочной скважине торчал тот самый золотой ключ.

Девушка замерла, оглядываясь по сторонам. Это тот самый ключ, что отпирал все двери мира. Тот самый ключ, которым голоса призывали ее владеть.

Катя протянула к нему осторожно руку. Она, было, хотела воспротивиться, но дикое желание оказалось сильней. И как только коснулась его, замочная скважина засветилась ослепляющим светом, и двери распахнулись. И в этот самый момент Катя проснулась.

Хорошенько зевнув, она припомнила сон. Он был странным, как впрочем, все здесь. Катя отбросила мысли, посчитав, что находилась под впечатлением, от того и приснился столь необычный сон.

Поднявшись с кровати, девушка оглядела комнату. Она ей не нравилась, уж больно старомодная была и не уютная. Казалось, что в этой комнате даже мебель имела свой характер и могла с ней заговорить. Да и после волшебного шкафа, она теперь боялась прикасаться к чему-либо.

Пройдясь по комнате, так и не найдя чем заняться, девушка решила покинуть ее, прогулявшись по замку.

Разумеется, Катя надеялась отыскать ту самую комнату, с тем самым шкафом. Хоть и не особо питала надежды.

В коридоре было по-прежнему тихо. Полумрак, ни души. Странный этот Тенебрис, у него даже охраны нет, ни слуг. Неужели в столь огромном замке таковые не нужны?

Катя двигалась вперед, оглядывая скучный коридор и все больше замечая то, что она шла вот уже, как пару минут, несколько раз сворачивая, а коридор все не кончался и не кончался. Словно лабиринт какой-то. Она свернула на пересечении, на право, потом двигалась пару минут прямо, потом решила вернуться и свернула в другую сторону. Но там она двигалась ровно столько же времени и уткнулась в тупик. Потом Катя стала вспоминать путь, что бы вернуться обратно в свою комнату, но вместо этого натыкалась на запертые двери. В конечном счете, она бродила полчаса по запутанным лабиринтам, так и не оттискав хоть какого-то выхода. А потом, громко выругавшись, девушка резко свернула на право и застыла в ступоре. Как по волшебству перед ней открылась винтовая лестница из старого камня.

– Вот же черт! – Воскликнула она, обернувшись на тошнотворный коридор. Возвращаться обратно и петлять по закоулкам, она не хотела. А вот увидеть, что-то новенькое, это, пожалуйста.

Катя стала осторожно спускаться, изучая узкую лестницу с широкими ступенями из серого камня. С каждым шагом девушка стала ощущать странное присутствие кого-то. Это чувство сверлило затылок так, будто тот, кто следил за ней стоял прямо за ее спиной, вплотную. Но, обернувшись, она никого не обнаружила. Тогда Катя снова стала спускаться, пока не наткнулась на странных существ.

Как точно назвать их, девушка не знала. Это были не большие комочки чуть больше ладони девушки. Комочки черной дымки, полупрозрачные, что сверкали изнутри и плавали в воздухе, как облака. Иногда комочки натыкались на стены, издавая звук, похожий на электрический разряд или при замыкании, при этом сверкая искрами. Катя спустилась чуть ниже, а комочков стало больше и все они хаотично плыли по полу, иногда поднимаясь вверх, и словно бы изучали девушку. Некоторые плавали над головой, и следовали за Катей, шаг в шаг.

Девушку, сначала, испугали эти субстанции непонятно чего. Затем забавляли, ведь не каждый раз встретишь непонятно, что. А вот после они начали пугать.

Два комочка столкнувшись друг, с другом, вдруг слились в один, чуть больше. Так произошло и еще с парочкой других, а затем те, что побольше, в свою очередь, слиплись с другим таким же образом, образовывая уже форму, размером футбольного мяча. Теперь их размеры напрягали. Потому как комок размером в мяч продолжал следовать за девушкой, при этом увеличиваясь в размерах, и вспыхивая не мелкими безобидными искорками света изнутри, а целыми разрядами, подобно молнии.

Катя ускорила шаг, опасаясь, что такой ком непонятной субстанции столкнется с ней. Что он с ней сделает?

Катя ускорилась, а облака продолжали двигаться вперед, разрастаясь все сильней и сильней, приобретая очертания фигуры, чем-то похожую на человеческую. А вот это уже было не смешно.

Катя округлила глаза, свернув с лестницы за угол, и вскрикнула, как только ее тело столкнулось с чьим-то другим. Она повалилась на пол, схватившись за голову, ничего не понимая.

Громкий глосс четко проговорил, что-то непонятное похожее на заклинание, затем чья-то бледная рука показалась над девушкой и огромная масса из дыма и искр вспыхнула, разорвавшись в сотни маленьких комочков. С писками, искрами и звоном те разлетелись по углам, просачиваясь в щели камня, ступенек и растворяясь в воздухе, до тех пор, пока все призрачные массы не исчезли.

Катя задрала голову вверх, уставившись на стоявшего над ней человека. Затем, торопливо поднялась на ноги, осмотрев незнакомца.

Это был парень, ростом, наверно, как она. Бледный, с худым лицом, блеклыми глазами и черными волосами. Фигуры его было не разобрать, ибо на нем был балахонистый наряд, похожий на наряд священника. Черный и бесформенный. Его руки скрывались в рукавах балахона, как и ноги, шея. Торчала только голова, что была как у призрака бледной и маскообразной, ибо эмоций лицо не выражало.

– Кто ты? – Ровным голосом спросил парень.

– Катя. А ты?

– Что ты здесь делаешь?

– Гуляю.

– Зачем? Здесь нельзя гулять смертным.

– Может по тому, что я гость хозяина сего заведения, – усмехнулась девушка, еще раз взглянув на незнакомца. Что-то в нем было странным, вот только что, девушка не могла понять. – Что это сейчас за твари были? – Катя обернулась на лестницу. Теперь та покоилась в тишине. Ни странных субстанций, ни шорохов, ни искр.

– Черни. – Ровным тоном ответил парень.

– Кто?

– Они обитатели замка. Следят за порядком. И если увидят нарушителя или непрошенного гостя, оповещают стражу.

– Волшебные камеры что ли? – Пошутила Катя.

– Кто?

– А забей. – Катя еще раз придирчиво осмотрела парня. На вид ему было не больше чем ей. Лицо молодое, лишенное морщинок. Глаза пустые, без жизненной искры. Может, это смущало девушку? Или его странный наряд? Что же с ним не так?

– Кто ты такая и что ты здесь делаешь? – Ровным тоном спросил парень.

– Я здесь по приглашению Тенебриса. Я типа должна ему помочь. – Важно ответила Катя.

– Так ты тот самый хранитель. – Кивнул парень. – Ясно. А что ты делаешь здесь? По замку нельзя просто так бродить.

– Мне стало скучно, и я решила прогуляться. У вас здесь есть сад или еще что-то? Хочу подышать свежим воздухом.

Незнакомец помолчал, затем спрятал руки в рукава тоги и двинулся по широченному коридору.

– Идем.

Катя довольно улыбнулась, проследовав за парнем.

– А ты кто, собственно?

– Я Нуллум.

Катя скривилась. Ну и странные же у них здесь имена.

– А я Катя. И я должна спасти мир. Так Тенебрис говорит. Но, честно говоря, я не особо доверяю этому вашему королю пафоса. Странный он немного. Душами питается. В голове никак не укладывается, как это вообще возможно?

– Это его дефект при рождении, – спокойно ответил Нуллум. Парень двигался почти бесшумно. На его ногах были странные тапочки, что при ходьбе практически не издавали шума. Прям, как у ниндзя какого-то. А может он местный ниндзя? Ходит и бесшумно всех убивает? Хотя по комплекции слишком хилый для ниндзя.

– Дефект? Как это?

– Тенебрис был рожден смертным, он имел частичку света в душе, его мать и бабка, дабы избежать этого изъяна окунали его в омут душ, после чего Тенебрис стал чистым вместилищем для тьмы. Но последствием такого обряда стало то, что он имеешь жажду, утолить которую может только путем поглощения душ.

– Вот же жуть. А зачем ему очищали душу от частички света?

– Дитя тьмы не может иметь в себе свет, так не положено. И вся тьма не сможет войти в душу, если там уже занята часть другим. Либо тьма, либо свет. Та же проблема и у Фосса. Говорят он не смог владеть всем светом, ибо в его сердце была частичка тьмы.

– Вот как. А ты откуда это знаешь?

– Я все знаю.

Странный был этот Нуллум. Разговаривал странно, двигался тихо. Куда он вообще ее вел? Они шли пару минут по нескончаемому коридору, но никак никуда не могли придти. А может, он вовсе вел девушку убить? Вот сейчас свернет за угол и убьет ее. Катя напряглась, в серьез, поверив в то, что этот с виду, безобидный парень может нести смерть.

Нуллум, в самом деле, свернул за угол, так внезапно оставив девушку одну в коридоре.

Катя помедлила, опасаясь, подтверждение того, о чем только что подумала. С минуту колеблясь, она все-таки заглянула за угол. Какого было ее облегчение, когда вместо палача с топором, девушка обнаружила открытый балкон с видом на долину. Так он на самом деле вел ее на свежий воздух.

Нуллум стоял у высокой балюстрады каменных перил. Он сложил руки на перекладину, всматриваясь в даль мрачной долины.

Вид скажем так удручающий. Нескончаемое пространство выжженной пустоты, заканчивающееся багряным горизонтом.

– М да. Мрачновато. – Катя приблизилась к перилам.

– Тебе не нравится? – Спросил Нуллум. Лицо его при этом не выражало эмоций. Его лицо было немым.

– Ваш этот Тенебрис крайне безвкусный тип.

– Наш создатель не тратит время на созерцание, он предпочитает творить.

– Создатель? – Усмехнулась Катя.

– Тенебрис мой создатель.

– Отец что ли? – Катя скривилась, представив Тенебриса в качестве отца и возможного героя любовника. Как-то не вяжется этот образ с мрачным и хмурым пожирателем душ.

– В целом да, он мой отец. Но если в понимании процесса создания, нет. Я не был им создан традиционным путем. Ибо в моем создание не участвовало женское начало.

– Как это? – Прыснула смешок девушка. – Тенебрис сам тебя родил?

Нуллум спокойно закачал головой.

– Иногда рождение происходит путем слияния двух начал, мужского и женского, в моем случае во мне имеется лишь частичка от отца. Но меня не вынашивали в утробе, я был создан путем заклинаний и силы тьмы.

– Пробирочный что ли? – Катя вздохнула. – Скучно же вам живется, детей сами создаете.

– По сути да. Тенебрису было скучно, и он создал меня и мою сестру Маниа.

Катя отпустила мысль о Тенебрисе в качестве отца. Явно этот тип не создан ни для чего подобного.

– Понятно. И чем это отличает тебя от остальных, созданный, нормальным путем? – Катя облокотилась на перила, уставившись в даль.

– У меня нет души. Любой смертный или бессмертный, рожденный от двух начал имеет душу, это дар любого рожденного. Я же лишен этой привилегии. Я бездушен.

Катя внимательно посмотрела на парня. Может по этому он выглядит таким странным? Отсутствие души означает быть человечным, более реальным, что ли.

– Ты смущена?

– Я обалдеваю от ваших причуд! Один ест души, другой вовсе ее не имеет. Весело вам здесь живется. – Катя вздохнула, опять взглянув на скучную долину.

– Ты не довольна чем-то?

– Мне грустно.

– Почему?

– А тебе разве не грустно, глядя на этот мрак? Ни солнышка, ни дуновения ветра. Где птицы, где природа? Депрессивные пейзажи!

Нуллум окинул взором окрестности продолжая селить на лице маску лишенную мимики. Разве может человек так жить, не проявляя никаких эмоций?

– Я не умею грустить.

– Такого быть не может. Все грустят. – Пробормотала девушка.

– Я не могу. Я лишен эмоций.

Глаза Кати загорелись.

Так вот оно что! Вот причина его странности. Эмоции! Как же сразу Катя не обратила на это внимание. Лицо лишенное мимики, ровный голос.

– Как это? Прям совсем? – Девушка с интересном взглянула на парня.

Нуллум отрицательно закачал головой.

– И гнева, радости, грусти?

– Никогда.

– А если я попрошу тебя спрыгнуть с башни, спрыгнешь?

– Я лишен эмоций, а не разума. Я прекрасно понимаю, что если я спрыгну, то погибну, по этому этого делать не стану.

– А если я тебя ударю? Боль ощутишь?

– Да. Ощущений я так же не лишен. Но проявить при этом эмоции не смогу.

Катя внимательно посмотрела на парня. Теперь он был для нее гораздо интересней скучных пейзажей.

– Тебя это забавляет?

– А по твоему не должно? Не каждый день встречаешь людей лишенных эмоций. Это, как с пластиковым Кеном пообщаться, или роботом!

– Кто эти персоны? Они важные люди у вас на Земле.

Катя усмехнулась. Подумав, что будь они хоть семи пядей во лбу, культуру Земли никогда не поймут.

– Вот вы где! – На балконе возник высокий детина в доспехах. Выглядел он как лохматый викинг, весь в шрамах, волосы светлые, длинные с мелкими вплетенными косичками и странными медальонами, как у цыган. При нем был огромный меч и пояс с множествами маленьких кинжалов. А этот тип внушал опасения.

– Катя! – Следом за детиной появился Бос. Взмыленный, встревоженный. Он, кажется, искал девушку. При виде незнакомца и Нуллума, он сник. Катя могла поспорить, будь сейчас у Боса хвост, тот бы его поджал.

– Привет. А я здесь с вашим пластиковым Кеном общаюсь, – пошутила Катя.

На что Бос покорно, поклонился Нуллуму. Он, кажется, не оценил шутку, вздрогнув при виде Нуллуму и детины.

– А этот лохматый еще один внебрачный сынок вашего любителя почитать перед сном? – Пошутила девушка.

– Тенебрис велел привести тебя. – Грозно проскрипел детина. Кажется, он тоже не ощенил юмор девушки, раз жилы на его лице дрогнули.

– Чего это? – Катя оперлась спиной о перила, скрестив руки на груди. Она придирчиво осмотрела незнакомца.

– Велено идти, так иди! – Рыкнул детина. – Ты чего Пес не научил ее правилам, как принято вести себя с хозяином?! – Он обернулся на Боса, что трусил от каждого слова лохматого.

– У него есть имя! – Процедила девушка, шагнув на встречу детине. – И я здесь, по собственной воле! И я не чьим приказам не подчиняюсь!

Жилы на его лице и шее содрогнулись от напряжения. Он был в ярости от такого ответа. Да он видимо никогда не сталкивался с тем, что ему, великану кто-то перечил!

– Он раб и обязан выполнять приказы! А ты…

– Волкодав. – Наконец вмешался Нуллум. – Чем перечить отцу, проводил бы их к нему. Тенебрис ждать не любит.

Волкодав тот час же сбавил пыл, покосившись, сперва, на Нуллума, и лишь после на остальных.

– Идем!

***

– Как это понимать? – Когда они вошли в одну из библиотек, наполненную книгами. Катя, словно разъяренная фурия, налетела на Тенебриса. – Почему этот патлатый говорит, что Бос раб!

Бос, меньжевался за спиной Кати, боясь на столько, что не смел даже вмешаться и успокоить хозяйку. Эта ситуация его напрягала. Он был крайне напуган решимостью девушки, опасаясь, что за такое влетит не только ему, но и самой Кате.

– До жизни на Земле этот был работ моего отца. А потом моим рабом. – Спокойно ответил Тенебрис, даже не подняв взгляда на вошедших.

– Бос не раб! И у него есть имя! – Что за этот? У Боса, что даже имени не было? Ведь Бос кличка, данная псу. А настоящее имя? Катя поймала себя на мысли, что и не поинтересовалась о его настоящем имени. Она еще сильней разозлилась. Как возможно, что у человека не может быть имени?

Тенебрис спокойно сидел за столом, перебирая страницы книг. Когда девушка влетела в библиотеку, нарушив тишину, Тенебрис откинул книгу, словно потерявший аппетит человек.

– Я позвал тебя не для этого. Мне нет никакого дела до того, как относятся к моим рабам. На кону судьбы миллионов, а ты предлагаешь, думать о каком-то…

– Судьбы этих миллионов, я замечу, зависят от меня! – Рявкнула Катя. – Я так понимаю, вы позвали меня ради моего ответа?

Тенебрис поднялся из-за стола, лениво приблизившись к девушке. Все страшились его, все трепетали перед ним. Но Катя от чего-то не видела в нем угрозу. Напротив, он, малость, раздражал ее.

– И каков ответ? – Пристально взглянув на девушку, Тенебрис спросил. – Пойми, время не терпит отлагательств.

– У меня есть условие!

– Она еще и торгуется. – Усмехнулся Волкодав. Детина стоял в отдалении, внимательно наблюдая за происходящим. Он как вышибала или грозный охранник, что следил за всем, сверкая зорким взором.

– Истинный хранитель. Вы все славились корыстью и алчностью. – Усмехнулся Тенебрис, отступив назад. – Говори!

– Первое. Босс отныне не раб! Он свободный человек! И все вы, будете называть его по имени! – Девушка обернулась на патлатого, сверкнув взглядом, полным ненависти. – И относиться к нему, не как к рабу!

Тенебрис промолчал. Создавалось ощущение, что его забавляло поведение девушки. Он совсем не воспринимал ее в серьез? Не смотря на то, что она ему нужна и важна?

– Во-вторых. Как только я закончу, вы отпустите меня домой! И я хочу награды! – Выпалила Катя, пытаясь говорить твердо и уверенно.

– Как мелко ты мыслишь. Но простительно, учитывая твою молодость. – Произнес Тенебрис. – Это все?

– Да!

– В таком случае, я согласен на твои условия. Мне они ничего не стоят. – Тенебрис улыбнулся. – Завтра отправляетесь в путь. Волкодав отправится с тобой.

– А Бос? Я желаю, что бы и он был с нами!

– Ты понимаешь, что там он не будет выглядеть, как ты уже успела привыкнуть. В мире людей он не может быть человеком. Нужен ли тебе пес, что будет мешаться под ногами?

– Это уже моя проблема!

Тенебрис кивнул Волкодаву.

– Что ж, в таком случае на рассвете вы отправляетесь в путь. Твоя задача не большая, только открыть портал, впустить всех и вернуть обратно.

– А как, простите, я должна открыть ваш этот портал? Я же понятия не имею, как это происходит?

– Ключ, не забывай о нем. Он работает, только в паре с тобой. Все просто, дверь, замок и ты. Ты проводник, и только ты можешь им воспользоваться, а иначе, вся твоя ценность пустышка. Как думаешь, стал бы я терпеть твои капризы, будь ты так не важна? – Тенебрис хитро улыбнулся. – Вряд ли.

– Раб! Неслыханно! – Катя влетела в комнату, пнув стопку книг, попавшуюся ей под ноги. – Ты не можешь быть каким-то там рабом! – Девушка развернулась, взглянув на вошедшего, следом Боса. Мужичок осторожно прикрыл двери, пройдя к одному из кресел, и присел. Вид у него был, как у нашкодившего пса. Катя в душе улыбнулась. Порой ей не хватало его прежнего обличия, толстого неуклюжего пса с добрыми глазами.

– Могу, до жизни с тобой я им и был.

Катя осеклась, упав на кровать. А ведь девушка толком не знала, кем был Бос, до встречи с ней? Как ему жилось здесь, есть ли у него имя, есть ли семья, друзья? Свои предпочтения, увлечения. Хотя от одного слова раб, становится ясно, что никакой жизни в целом у него не было.

– Как ты оказался здесь?

– Родился, – ответил Бос.

– А разве можно родиться рабом? Твои родители, что служили семье Тенебриса? Как так получилось?

Бос тяжело вздохнул, заерзав в кресле.

– Я сирота. Я понятия не имею, кем были мои родители.

Бос опять вздохнул, вспоминая, детство. Его воспитывали, как попало, слуги и рабы хозяина. Он не мог назвать кого-то определенного своей матерью или отцом. Ибо, не успев привыкнуть к одному человеку, как ему всучивали нового надсмотрщика и так до тех пор, пока тот не смог вести более или менее самостоятельную жизнь. Лет с восьми его детство закончилось, а началась рабская жизнь. Он служил всем, кто хоть как-то мог отдавать ему приказы. Примусу, его семье и даже его слугам. Все кому не лень, обращались с ним, как вздумается, не уважая и никогда не проявляя жалости.

– И у тебя не было имени? – Возмутилась Катя.

– Никогда. Мое первое имя это кличка данная тобой.

Катя осеклась, потупив взгляд. Она и подумать не могла, что, по сути, его нормальная жизнь оказалась в обличии дворового пса. И все равно девушке было стыдно, только за то, что она относилась к нему, как к животному, питомцу, не подозревая о том, что он на самом деле был человеком. И пусть эта жизнь казалась Босу раем, стыдно все равно было не меньше.

– Хочешь, мы найдем тебе имя, подходящее человеку? Я могу называть тебя, как ты хочешь? – Виновато Катя.

– Сдурела? – Усмехнулся Босс. Да он был счастлив тому, что когда оказался в доме девушки, с первых минут ощутил столько тепла и заботы, сколько никогда не ощущал за всю свою жизнь. Он был счастлив тому, что теперь к нему не будут относиться как к вещи. И у него появится настоящее имя. Он перестанет отзываться на слова типа «этот, ты пес, раб или иди сюда тварь… » А порой просто ругань и пинки. Имя. Да назови Катя его просто толстяком или какой-то дурацкой кличкой, Бос все равно был бы рад. Он видел и чувствовал любовь, исходящую от Кати и что бы та не делала он воспринимал это, как данное.

– Зачем тебе эта дурацкая кличка? Мы можем придумать любое имя, какое захочешь…

– Не вздумай! – Твердо сказал Бос. – Это самое лучшее, что со мной произошло! Мое первое имя, данное мне тому, кто проявил ко мне заботу. Ты мой друг, ты моя мама, что ли. И имя данное той, кого я уважаю, и люблю я не буду менять! Это, как там называется у вас, типа кощунство!

Катя выдохнула, увидев искры счастья в глаза мужичка. Он был на самом деле счастлив. Даже такой мелочи, даже тому, что в шкуре пса он был гораздо счастливее, чем в обличие человека. Девушке страшно представить через что пришлось пройти ему, в шкуре раба. А еще, Катя поймала себя на мысли, что они чем-то похожи. Оба сироты, не видевшие от жизни ничего хорошего. И лишь обретя друг друга хоть немного, но обрели семью. Катя всегда считала Боса родным, близким другом. Она торопилась на его именины, спешила отпраздновать с ним новый переезд или новую работу. Свои дни рождения не отмечала с друзьями, а только с Босом. И когда они проводили вечера вместе, Катя ощущала покой и то самое счастье.

– Пойми, когда ты нашла меня, ты не просто подобрала мокрого щенка на дороге, ты спасла его от смерти и подарила больше, чем тебе кажется. Я счастлив и ничего менять не намерен!

Катя выдохнула, все, никак не укладывая в голове то, что узнала.

– Ничего, отныне никто не смеет тебя больше принижать! Ты больше не раб и свободен! – Воскликнула девушка. – А эти…

–Ты бы эт, самое, не лезла на рожон. Гневить Тенебриса опасно. А то передумает и прикончит тебя.

– Что высосет из меня все соки? Я знаю, видела. – Катя поднялась на ноги. – Я ему нужна, и не думай, что только по этому я так самоуверенна. Я не боюсь вашего короля мрака! Я его не уважаю и не верю. Вот помяни мое слово, не к добру он затеял это все. Не верю в его благие намерения.

– Верь не верь Катя, а выбора теперь нет. Ты дала слово, и обязана его выполнить.

Катя остановилась, напротив Боса, внимательно на того взглянув. Жалела ли она о том, что рискнула? Немного. Она не до конца верила Тенебрису, но отступать уже было поздно.

– Я знаю, – ответила девушка. – Он тоже дал слово, и так же обязан его сдержать!

7.

Очнулась девушка рано, от того, что кто-то усердно тормошил ее за плече, взывая к пробуждению. Катя не сразу проснулась, отказываясь подниматься и лишать себя приятного чувства. В ее маленьком забытие не было ни Альтиорема, ни говорящего пса, ни хранителей врат. Ничего такого.

Но настырный голос Боса, в конечном счете, добился своего, и девушка поднялась на постели, злая, прям, как собака.

– Чего тебе? – Рявкнула она.

– Пора, все готово, ждем только тебя.

Катя уставилась на Боса, что пытался выдавить улыбку. Он прекрасно понимал – рано утром девушку лучше вообще не трогать.

– Я хочу спать!

– А Тенебрис требует исполнения договора.

Катя скривилась, а потом хорошенько зевнула, спускаясь с кровати.

– Сколько сейчас?

– До рассвета еще далеко. Тенебрис сказал, что нужно торопиться. Сама понимаешь, война ждать не будет.

Катя лениво натянула джинсы, худи. Да провались эта война, Тенебрис и весь Альтиорем. Она хочет спать, а не спасать, какой-то там мир.

– А этот, патлатый?

– Волкодав ждет. Он сегодня крайне не в духе.

– Еще бы, вставать в такую рань. – Катя принялась за кроссовки, еще раз зевнув.

Бос торопливо расчесал девушку и помог ей собрать ее светлые локоны. Так приятно, когда не ты ухаживаешь за своим псом, а твой пес за тобой.

Девушка зевнула в сотый раз наверно, и вышла в коридор.

– Куда?

– Какая разница, ты можешь из любой двери сделать портал,– за спиной раздался голос Волкодава.

Катя в миг проснулась, встретившись взглядом с патлатым.

Девушка с призрением взглянула на великана. Он ей определенно не нравился. Грубиян, да еще и относится к Босу, как к псу!

– В таком случае гони сюда ключик и пошли искать ваших детишек! – Процедила Катя, с неприязнью посмотрев на патлатого.

Волкодав сунул руку в мешочек, что висел у него на шее и вынул тот самый ключ. Сон тот час же покинул девушку, придав ясности ума. Вновь желание пробудилось в Кате. Она машинально протянула руку.

– Не пойму, чего это от какой-то сопли зависит вся наша судьба! – Скривился Волкодав, протянув ключ.

Катя внимательно разглядывала ключ, когда великан произнес эти слова. А потом ненавистью, взглянула на верзилу.

– Потому, что я хранитель, а ты раб! – Катя резко вырвала ключ из рук патлатого, остановившись рядом с первой попавшейся дверью.

– Ну? И? Что мне, произнести волшебное слово или просто… Как это работает?

– Вставь ключ в замок. – Пояснил Бос, стоя за спиной у Кати.

– Здесь прорезь другая! Как я вставлю ключ?

Лицо Волкодава налилось гневом, он явно был не в восторге.

– Велено вставляй, значит вставляй!

Катя стиснула зубы и сунула ключ в прорезь.

На удивление та оказалась точь-в-точь, как сам срез ключа, до самого миллиметра подходил. Катя округлила глаза, обратив внимание на то, как замочная скважина засветилась золотым светом, прям, как в ее сне, а вскоре и вся дверь, весь проем вокруг.

– Только ты можешь открывать порталы, – шепнул Бос, подталкивая девушку.

Катя была в замешательстве и в тоже время она была в предвкушении того, что сейчас делала. Она открывала самую обычную дверь, что вела в невиданные миры и измерения! Она, обычная бариста!

Катя взглянула на Волкодава и Боса, а потом, взявшись за дверь распахнула ту.

Перед ними предстала чернота, словно за дверью была тьма ночи. Вот только самая кромешная и глубокая.

– Возьми ключ, иначе, как мы вернемся! – Сказал Бос.

– А разве портал не закроется?

– Возьми, велено же! – Рыкнул Волкодав.

Катя вынула ключ, но ничего не произошло.

Волкодав вырвал ключ из рук девушки и резко толкнул ее и Боса в темноту. И тут понеслась. Девушка закричала, ибо она не упала на пол, она провалилась, и стала лететь куда-то вниз. Темнота резко сменилась мерцающим голубым, розовым. Все цвета радуги сверкали у нее перед глазами, словно она оседлала эту самую радугу. Пролетали созвездия скопления звезд, мерцающих как вспышки фотоаппарата. Проносились целыми галактики, красивые вереницы. Все кружилось, вертелось, мелькало, а Катя громко кричала, проваливалась куда-то в непонятное. Но в одно мгновение все прекратилось, и девушка рухнула на землю.

Катя вскрикнула, потерев голову. Она сильно ударилась затылком, ощутив неприятную боль. Но вскоре это стало не важным. Девушка принялась осматриваться.

Она была на улице, где ясно светило солнце, был день, а вокруг ни души. Одинокий сарай или амбар, стоял среди просторной поляны, усыпанной луговыми цветами. Слышался щебет птиц, стрекотали насекомые.

Катя осмотрела себя. Да она была в другом наряде! На ней платье и не простое, а старинное. Объемное, до самых пят, отделанное тесьмой и кружевами из бархата. Длинный, похожий на жакет верх, приталенный и подчеркивающий стройную талию Кати, закрытый до самого горла. А еще девушке было трудно дышать, словно ее сковали в узкий чехол. Помимо неудобного платья под ее одеждой, кажется, был корсет, от которого девушке хотелось вопить.

– Черт, возьми, мы в прошлом! – Завопила Катя, пытаясь подняться на ноги, но запуталась в собственной юбке, повалившись обратно на землю.

– Я бы помог, да лапки короткие, – пробурчал Бос в обличии пса. Кажется, он не очень был доволен тем, что опять был в шкуре животного.

– Ну, хоть, что-то радует глаз, – усмехнулась Катя, попытавшись опять подняться, но у нее опять ничего не получилось. Длинный подол платья был достаточно не удобным для резких движений.

Вдруг, к девушке кто-то подошел, схватил ее за талию и с легкостью поставил на ноги. Катя обернулась, оглядев Волкодава насмешливым взглядом.

Он был так же приодет. Брюки, пиджак, казалось, все это сейчас лопнет на его мускулистом теле. Волосы были причесаны и убраны в хвост, борода аккуратно подстрижена. Не было ни косичек, ни оберегов. И шрамов на лице, кажется, стало меньше.

– Отмой бомжа и он сойдет за приличного человека. – Пробормотала Катя. – Где это мы? – Она стала двигаться вперед, приподнимая юбку, как можно выше.

– Сдается мне там, где должны быть. Ключ не обманывает мы в том месте, где должен быть один из наследников. – Буркнул Волкодав, пробираясь по полю.

– И как мы его, по-твоему, должны найти?

Волкодав скривился, сунув руку в дорожную сумку, что никуда не делась. Эта самая сумка была при нем, когда они только отправлялись в путь, и сейчас она была с ним же. Видимо важный предмет.

Не патлатый, вынул кожаный мешочек, и раскрыв его достал щепотку странного порошка.

Катя напряглась.

Волкодав кинул щепотку на ладонь, а потом дунул, так, что порошок подхватило ветром. Образовалась зеленая дымка, что устремилась ввысь, уносясь куда-то вдаль, оставляя за собой длинную зеленую полосу, подобно тем, которые оставляют реактивные самолеты.

– Идем. – Скомандовал верзила, став двигаться за полоской в небе.

Катя скривилась.

– А других волшебных мешочков у тебя нет, что бы наколдовать нам машину или ну не знаю, карету? На чем здесь передвигаются люди?

Катя старалась двигаться быстро, но из-за неудобной обуви и наряда выходило это сложно. Вскоре они вышли на дорогу, обычную проселочную дорогу. А затем, стали двигаться по ней, преследуя дымку, что растворялась за ними.

– Навигатор, мать его, – шепнула Катя, взглянув на Боса. Может, зря она взяла его с собой. Он выглядел так неуклюже.

***

Добрались до города, можно сказать с ветерком. Не пройдя и километра, Катя явно бы его не одолела, их настигла старая повозка, запряженная лошадьми. На открытой телеге сидел мужичок. Он был немного удивлен тому, что господа благородные делали едва ли не на окраине, без экипажа. Волкодав, что-то сморозил, мол, сломался. Мужичок любезно согласился подвести господ в город, ибо сам направлялся туда.

Катя была рада такому проведения. Идти пешком до города она не была в восторге, ибо уже изрядно пропотела в этом плотном наряде и голова гудела, под дурацкой шляпкой.

Прибыли в город, по словам мужика ближе к полудню. Катя поблагодарила незнакомца, и тот час же троица скрылась в неизвестном направлении. А дымка тянулась высоко в небе, продолжая рисовать зеленый след.

– А их не привлечет внимание это? – Катя махнула в сторону полосы в небе.

– Эти остолопы ничего не видят, дальше своего носа. – Пробурчал Волкодав.

Все трое оказались на просторной мостовой, где всюду сновали люди в таких же странных нарядах, кареты упряженные лошадьми. Всюду суета, крики, и запах навоза. Атмосфера в точь-в-точь, как в кино, что Катя смотрела по телику. Девушка поймала себя на мысли, что зря внимательно не смотрела подобного рода кино, как бы не оконфузиться здесь и не привлечь лишнего внимания.

– И так, мы ищем наследника. А кого конкретно? И сколько вообще этих самых наследников надо найти. – Катя ступала по мостовой, озираясь по сторонам. Она пытливо изучала странные вывески. Это как сходить в музей, на столько те были необычными и порой смешными, что глаз не оторвать. Это тебе не современные неоновые или целые электронные мониторы, что изобразят тебе что угодно. На здешних не было новомодной подсветки и стиля. Это были вполне обычные вывески из досок и краски. С причудливыми и устаревшими названиями.

« Кожевенная торговля», « Оружейный магазинь А. И. Кондратьева», « Чай М. П. Сорокина», «Табакь» и многие другие.

– По версии Тенебриса упрятали лишь самых юных отпрысков. Их не так было много, что радует. – Бос следовал за людьми, как ни в чем не бывало, разговаривая с Катей. Катя озиралась по сторонам, но кажется все были заняты своим делом и никому не было до того, что совсем рядом, шел пес и разговаривал человеческим голосом. Разумеется, они слышали голос, но кто его произносил, не пытались понять.

– Вариабис, сын Понири и Элемента. Котаноиси, дочь Зоа и Дейнде. Потом сын Потенса и Стренус, и еще девочка, она тоже дочь Потенса, не знаю брать ли ее в расчет.

– А что с ней не так?

– Она незаконнорожденная, – пробормотал Волкодав. – Тенебрис говорит все малыши были отправлены, даже такие ущербные.

Катя стиснула зубы. Ей не особо нравились высказывания не патлатого, но она сдержалась.

– И как мы их отыщем? Эта штука нас приведет, прям, к конкретному человеку?

– Не совсем, она указывает путь, где точно искать. Дверь привела нас в конкретное время и место, а эта, как ты назвала, штука указывает точную часть города. Но не конкретно. Она может указать на часть района, дальше уже дело техники. Мы сами ищем. – Пояснил Бос.

– Так, ясно. Но все-таки, откуда нам точно знать, что тот или оной человек наследник? У него, что на лбу написано?

– Нет. Но это не важно. Я уверен этих ущербных издалека видно будет. – Буркнул Волкодав.

Катя еще сильнее стиснула зубы, но и тут сдержалась.

Они прошли еще чуть вперед, пока Волкодав резко не остановился.

Он уставился в небо, бурча себе под нос.

– Что там? – Спросила Катя, едва не воткнувшись в детину.

– Дальше пути нет. Видишь крепость?

Катя выглянула из-за спины не патлатого, взглянув на огромный особняк, стоявший прямо перед ними. Мостовая заканчивалась прямо на этом, так называемом замке. Это был огромный особняк, в несколько этажей, белоснежный, чистый с красивыми ухоженными газонами лужайками. С фонтанами и огороженный высоченным, кованным забором.

Катя задрала голову вверх. А указатель растворился прямо над этим зданием.

– И что будем делать? Я так понимаю, здесь живет наш первый претендент?

– Не знаю, брать штурмом, опасно, привлечем внимание. – Ответил Волкодав. Еще бы. Эта детина и без того привлекала внимание. А если он как дикарь будет кидаться на ворота особняка, его тот час же повяжут.

– И что тогда?

– Надо бы обдумать.

– О, господа любезные и дамы! – К парочке, пса не считать, подоспел статный мужчина, худой, как щепка в цилиндре и тростью. – Вы к мадмуазель Азалии?

– Кому? – Спросил Волкодав, недовольно.

– Госпожа Азалии, нашей премудрой гостье. Волшебнице и кудеснице. Весь город уже осведомлен столь невообразимом визитом.       Госпожа Азалия так поразила всех. Все только и говорят о ее представлениях, все с нетерпением ждут предстоящего вечера! Сегодня и только один раз в нашем городе, это же грандиозное событие!

– Что, простите? Кто такая Азалия? И чем она так покорила вас всех? – вмешалась Катя.

– О, вы ничего не знаете? – Удивленно незнакомец. – Откуда вы прибыли, раз не знаете о самой повелительнице всех тварей живых! Госпожа Азалия известна на весь мир, понимающая язык животных! Только ей подвластны все живые существа. И сегодня в ее честь будет дан бал маскарад в доме Курпатого! Граф Курпатов принимает все сливки города сегодня. Что бы мы могли узреть это грандиозное событие!

– Так, ясно. И как попасть на это событие? Билетиков не найдется лишних? – Пошутила Катя.

– О, мадмуазель. Прошу прощения, но приглашения на бал были розданы за неделю до приезда Азалии. И, увы, посторонних в на столь…

– …грандиозное событие не пускают, – пробормотал Волкодав. Он отстранился, от говорливого джентльмена. – Значит так. Нам не нужны эти самые приглашения. Главное, мы знаем, что здесь будет наследница. И скорее всего она с числе гостей. Или живет в этом самом доме.

Катя обернулась, на незнакомца.

– Простите, а у господина Курпатого есть дети?

– Разумеется. Сын Федор и дочь Анастасия.

Катя обернулась на Волкодава. Ну вот и все. Кажется, они почти нашли первого наследника, кем бы он ни был.

8.

Бал маскарад должен был пройти вечером в особняке Курпатова. Приготовления шли полным ходом. По словам Боса, суета велась как в самом доме, так и вокруг. Всюду сновали слуги, прибывали курьеры, повозки груженые неизвестно чем. В общем, жизнь кипела.

– А эта Азалия, видимо важная персона, – Катя ступала по мостовой, прогуливаясь.

– Еще бы, то тут то там слышны разговоры о ней, уж поверь мне, слух у меня в таком виде отличный. – Бос следовал за девушкой, присматривая за ней. Хотя, в случае опасности, навряд ли, сможет помочь. Лапки коротковаты.

До вечера времени слишком много, а заняться чем-то нужно было. Сперва, перекусили в местной кондитерской, мадам Рэйман, потом осмотрели особняк Курпатова и на этом все. Дальше заняться, в общем-то, было не чем. Волкодав решил схорониться у дома, присматривая за обитателями. Кате такая затея показалась скучной. Сидеть и ничего не делать, это не в ее случае. А вот прогуляться и осмотреться, куда интересней. Не каждый раз оказываешься в прошлом. Упускать такую возможность, было глупо. И потом, ее задача заключалась, что бы переправить Волкодава, а об остальном, пусть он заботится сам. По этому Катя решила прогуляться и так сказать вдохнуть воздуха прошлого, окунуться в быт и степенность того времени.

Катя улыбнулась, озираясь по сторонам. Наверно сложно жить во времена, когда не было практически ничего. Нет электричества, как такового, нет машин, современной техники, Интернета. Передвижения из города в город занимали несколько дней, а не часов, письма доходили часами, а слухи были банальными и смешными. Кто-то кому-то что-то не то сказал, кто-то не так себя повел. Дуэли, честь, благородство. Ценности другие и все усложнено в миллион раз. Правила приличия, это нельзя, то нельзя. Даже прогуливаться девушке вот так, как это делала Катя, уже кажется сверх неприличием, не говоря уже разговоры с незнакомцами.

– Ты знал родителей наследников? – Поинтересовалась Катя, разглядывая набережную, на которую они вышли.

Здесь было просторно и, малость, ветрено. Народу практически не видно, так пару джентльменов прогуливались близ воды и одна дамочка, видимо с супругом. Дамочка шла с огромным зонтиком, украшенным оборочками и вышивкой. Важная особа шла, выпрямив спинку, словно кол проглотила и двигалась подобно лебедю, не шла, а плыла по набережной.

Катя усмехнулась, заметив женщину, а потом подумала, смогла бы она вот так держать спину, двигаться как гейша и при этом сохранять достойное выражения лица.

– Немного. Я ведь практически сразу покинул Альтиорем, когда случилась война. А до этого, сама знаешь, жил в заточении Примуса и Тенебриса.

Когда я вместе с Тенебрисом перебрался в дом Фосса, не часто показывался на люди. – Бормотал Бос, семеня за девушкой.

– Вот же гад, этот Тенебрис! Надо бы ему высказать все, что я о нем думаю. – Прорычала Катя. – Заточить моего друга в рабстве и не дать и белого света увидеть!

Бос довольно хрюкнул. Ему было приятно, что Катя так о нем заботилась. На самом деле, еще никто так не ухаживал за ним и не относился, человечней, чем Катя.

– Ничего, как только мы выполним все здесь, вернемся домой и тогда я куплю тебе, что ты захочешь, все торты скуплю, кучу корма! – Катя осеклась. – Хотя нет, куплю нормальной человеческой еды!

Бос промолчал, засопев носом.

Катя остановилась, взглянув на пса.

– Что-то не так? – Почуяв неладное, она внимательно взглянула на того.

– Я, Кать, это самое, тут подумал…

– Что?

– Зачем тебе возвращаться туда, где тебя никто не ждет.

– Как это никто? А Рита? Там вообще-то работа у меня и…

– Здесь твой дом.

– Здесь нет ничего. Пока, что здесь только ты.

Бос промолчал. Неужели он не хотел вернуться? Остаться здесь, и в качестве кого? И для чего ему оставаться там, где с ним обходились, как с вещью?

– Давай, для начала решим здесь дела, а потом, будет видно.

Катя устремила взгляд в даль, на просторное русло реки. Водная гладь чуть рябила, принося ветер к берегу. В какой-то момент ветер усилился, устремив на набережную свои могучие потоки.       Сильный порыв сорвал нелепую шляпку с головы Кати и взмыл с ней над головой.

– Вот черт! – Девушка резко развернулась, пытаясь угнаться за шляпкой, но длинный подол платья не давал сделать широкого шага, заставляя двигаться медленнее. Катя пыталась предугадать траекторию полета чертовой шляпки, но ветер будто бы решил поиграть с ней. Сперва, поднял шляпку вверх, а потом резко опустил на мостовую, покатив куда-то в сторону.

Бос, уж было, кинулся за шляпкой, но чья-то рука крепко схватила ту, прервав беготню девушки и пса.

Катя взмыленная, остановилась, уставившись на молодого человека, бережно отряхивающего головной убор девушки.

– Прошу, меня простить, – он слегка склонил голову, приподняв цилиндр, – это ваша мадмуазель?

Катя приняла шляпку, пытаясь попутно разглядеть незнакомца.

Он был высоким, стройным, в светлом костюме, подчеркивающем стройность его фигуры. Его лицо было худым, с выпирающими скулами и пышными усиками. Из-под цилиндра выбивалась копна кудрей.

А он ничего, подумала Катя.

– Спасибо! Эта чертова штуковина не держится на голове, – выругалась девушка. – Как вы вообще их носите, – Катя улыбнулась.

Молодой человек с любопытством рассматривал Катю, даже с чрезмерным. Но, вдруг поняв это, опомнился и потупил взгляд, от растерянности.

– Сегодня достаточно ветрено для прогулок по набережной. Вы так не считаете? – Пытаясь прервать неловкую паузу, молодой человек заговорил.

– Не знаю, по-моему, в таких местах всегда ветер. – Ответила Катя. – В этом городе гулять особо не где. Вот и решили прогуляться здесь, чем нюхать вонючие улицы.

Молодой человек покраснел, опять потупив взгляд.

– Мы? – Вдруг опомнился он.

– Я и Бос…

– Кто, прошу прощения?

– Бос, пой пес… – Катя осеклась. Она совсем забыла, что для остальных это всего лишь собака. Никому ведь невдомек, что Бос разговаривает.

– Ох, вот этот? – Молодой человек бесцеремонно присел на корточки и потрепал пса за ухом. Так обыкновенно, по современному, что ли.

Катя улыбнулась.

Босу, кажется, нравился незнакомец, раз он закряхтел, как у него обычно это получается, когда ему что-то нравится.

– Необычная кличка у вашего пса. Как впрочем… – Внезапно незнакомец поднялся на ноги. – Прошу меня простить. Имею честь представиться Грабин Константин Сергеевич. – Молодой человек чуть приподнял цилиндр и поклонился Кате.

Катя прыснула смешок. Выглядело это так забавно, пусть и приятно. Вот что ей нравится, так это вежливость и учтивость мужчин того времени. Это не привет Катюха, не здорова подруга. Это имею честь, представиться, мадмуазель. Вот же приятно.

Катя стояла раскрыв рот, пока Бос, дабы привлечь ее внимание, громко не гавкнул.

– А, я… – Опомнилась девушка, вспоминая, как там ее по отчеству. – Екатерина Андреевна Реброва! – Катя чуть присела, взявшись за подол юбки. Она точно не знала, как полагает представляться дамам, но вроде как делала все верно.

– Не сочтите за бестактность, но что, столь молодая особа делает на набережной одна?

– С чего это? – Выпалила Катя. – Я не одна со мной Бос!

– Прошу меня простить, но компания дворняги не самая подходящая для приличной девушки.

– А может я не совсем приличная, – снова выпалила Катя. – Я где хочу, там хожу, и гуляю, с кем вдумается. Я может, вообще не местная.

– Тоже прибыли на бал маскарад господина Курпатого? – Поинтересовался Грабин.

– А хотя бы.

Бос опять гавкнул, привлекая внимание девушки. Катя не сразу обратила на очередной призыв пса, пока нервно не опустила взгляд на него.

Бос махнул мордой куда-то в сторону.

– Вот же странность, – удивленно Грабин, – бьюсь об заклад, что ваш пес только что подавал вам знаки!

Катя обернулась в сторону, куда кивал пес.

У одного из фонарных столбов стоял Волкодав, недовольно косясь на Катю и пса.

– Показалось, – усмехнулась Катя, сунув шляпку под мышку. – Вы, это самое, меня извините, но нам с Босом пора. – После чего бесцеремонно, побежала в сторону Волкодава.

– Приятно познакомиться… Екатерина…Андреевна… растерянно молодой человек.

Катя на бегу выкрикнула, что-то в знак согласия.

– Чего надо? – Выпалила Катя Волкодаву. Она только, что познакомилась с симпатичным парнем, а этот встревал.

– Надо бы придумать, как проникнуть внутрь замка. Там собирается народ, – рычал Волкодав.

Катя недовольно вздохнула, обернувшись на Грабина. Молодой человек продолжал стоять на том самом месте, поглядывая в их сторону.

– Ясно. И как мы это сделаем?

– Я займусь этим, вы главное найдите наследника. А остальное за мной. Катя недовольно скривилась, проследовав за ворчащим не патлатым. А ведь все так хорошо начиналось, но нет же, появился этот и все пошло насмарку.

Катя напоследок обернулась на Грабина, но, увы, того там уже не было.

Девушка вздохнула от досады, постаравшись скорее забыть о приятной встречи, и переключиться на важные дела.

***

Найдите наследника! Легко сказать, чем сделать. И потом, с чего бы это искать должна Катя? Ее задача маленькая, почему Волкодав не сделает это? Почему Катя должна принимать в этом участие?

Ближе к торжеству Волкодав раздобыл бальные наряды. Кате стало интересно, откуда он их взял? Украл? Или наколдовал? Девушка мысленно рассмеялась, представив колдующего Волкодава.

Катя быстро приоделась в роскошный наряд цвета ясного неба, украшенное камнями и вышивкой. Волкодав был в обычном смокинге, все так же опрятно выглядевший.

У подступях к особняку волнение девушки нарастало. Народ прибывал. Экипажи въезжали в ворота друг за другом. Дамы в роскошных нарядах появлялись на высоком крыльце парадного входа, мужчины статной походкой вышагивали, элегантно сопровождая дам.

Сердечко Кати забилось от волнения. Ведь это ее первый бал. Словно она понимала всю важность такого события.

– И как нам проникнуть? – Стоя у кованного забора, спросила Катя.

Волкодав осмотрелся, став двигаться вдоль забора. Он обошел почти весь забор, остановившись в укромном местечке. Затем повернулся на Катю.

– Береги платье, и не порви зад об прутья. – А потом сделал то, чего Катя не ожидала. Подхватил ее на руки и подбросив вверх перекинул через высоченных забор.

Катя рухнула в кусты роз, чуть оцарапав ладони. Она никак не ожидала, что не патлатый так сделает. Для чего, зачем?

– Вот черт, не мог найти хода поудачней! – Зарычала она, замечая, как сам Волкодав с легкостью взобрался на забор и рывком перепрыгнул его, как какой-то супер-герой.

– А я! – Гавкнул Бос, бегая из стороны в сторону.

– Ищи для своей жирной задницы дырку подстать, – выругался Волкодав.

Бос что-то прорычал, засеменив лапками дальше.

Катя поднялась из кустов, поправив платье.

– А если бы я что-то сломала?

– Ну не сломала же, – пробормотал Волкодав, двинувшись к зданию.

– Гад патлатый, – пробормотала девушка, двигаясь за ним.

Оказывается, проникновение в особняк было проще простого. Минуя главный вход, камердинеров и остальных любопытных слуг, парочка уже стояла в толпе гостей, как ни в чем не бывало. Они ни чем не отличались от остальных господ, разве что Волкодав своим величавым видом, ну и чуть ободранный подол Катиного платья.

– Как же здесь классно! – Воскликнула девушка, озираясь по сторонам.

Сотни, тысячи свечей освещали огромные бальные залы особняка в этот вечер. Всюду цветы, запах еды и ароматов духов. Сверкающие наряды дам, бриллиантами, роскошные шелка, парча, точеные фигуры кавалеров передвигались в черных смокингах. Всюду плыли головы убранные украшениями, беленые лица дам, взмахи вееров, охи, вздохи, речь на незнакомом языке. И что самое завораживающее, почти все мужчины были в смокингах, лишь слегка украшая свои наряды масками. Дамы в пестрых нарядах, так же лишенные привычных маскарадных костюмов. Маски да перья. А Катя понятия не имела, что значит бал маскарад в те времена. Единственное, что указывала на тематику торжества это яркие украшения, артисты в красочных нарядах.

– Ищи, наследника! – Пробормотал Волкодав, прикрывая лицо простой черной маской.

Катя озиралась по сторонам. Откуда ей знать, кто мог быть ребенком не от мира сего, как и она впрочем.

– Как я, по-твоему, его найду?

– Ищи такого же убогого, как и ты, – ответил Волкодав.

Катя, было, хотела выругаться, но тут же осеклась. А ведь в чем-то он был прав. Не от мира сего! Ведь Катя бросалась всем на глаза своей манерой жизни и мировоззрением. Быть может и в этом времени ребенок родом не из этого мира, будет выделяться из толпы? Катя постоянно чувствовала, что была не в своей тарелке. А что если и этот ребенок ощущает то же?

Катя вдирчиво стала осматриваться. Девушка всматривалась в лица, прикрывая лицо золотой маской. Она разглядывала каждого гостя, пытаясь увидеть в взгляде молодой девушки или парня тоску, пустоту. Рвение, дико желание увидеть, покорить весть мир. Доказать всему этому неблагодарному миру, что ты достоин большего. Что судьба незаслуженно одарила тебя убогой жизнью. Что она ошиблась.

Катя шла, ступая через толпы гостей. Всюду лилась музыка, смех, танцы. Девушка шла дальше, из зала в зал, продолжа разглядывать толпу. Увы, никто не цеплялся взглядом.

– Вот черт! – Выругалась Катя, выронив маску, когда случайно столкнулась с мимо проходившим джентльменом.

– Прошу прощения! – Молодой человек протянул поднятую маску и застыл на месте.

– Вот же гадство! – Вновь выругалась Катя, уставившись на незнакомца.

– Екатерина Андреевна! Какая встреча! – Широко улыбнулся Грабин.

В этот вечер выглядел он еще привлекательней. Смокинг, что кажется, сделала его фигуру еще соблазнительней. Копна черных кудрей, темные глаза и эти смешные усики.

Он широко улыбался Кате, вгоняя ее в краску. Катя поверить не могла, что впервые чувствовала смущение, от чьего-то взгляда.

– И вы здесь! – Воскликнул молодой человек.

Катя приняла маску, сделав важный вид.

– А, по-вашему, не должна? – Она усмехнулась.

Грабин опять улыбнулся.

– Напротив, я дико рад встречи. Как вам вечер? Хотя, пока госпожа Азалия не одарила нас всех своим присутствием, вечер не достаточно хорош.

Катя закивала.

– Вы здесь…

– Я с отцом, – пробормотала с чего-то Катя. Она подумала, а сойдет ли Волкодав за отца? На вид он был не молод, лет сорок, наверно. И хмурый вид прибавлял ему лет десять. Да и характером он сойдет на ворчливого старика.

Константин взглянул на Волкодава, что кривил лицо недовольно, разглядывая гостей. Великан был сосредоточен на деле, в отличие от Кати.

Молодой человек оценивающе взглянул на Волкодава.

– Буду надеяться, что нас представят друг другу.

– Да, конечно, но не сейчас, он не в духе. – Торопилась ответить Катя.

Константин рассмеялся.

– Прошу меня простить, но вы Екатерина Андреевна весьма необычная девушка. Говорите странно, извините за откровенность и ведете себя, соответственно.

– А я не местная, то откуда я родом все достаточно уверенные в себе!

– Вы иностранка? Прошу меня простить, но ваше имя и речь.

– Не совсем, но да, я далеко живу. Очень далеко. Боюсь, вы и представить себе не сможете насколько далеко.

– В таком случае, не откажете мне в чести пригласить вас Екатерина Андреевна на танец? Всегда мечтал провальсировать с заморской барышней! – Смеялся Грабин. – Если конечно вы…

– А да… Только я не умею.

Константин вновь широко улыбнулся.

– Буду рад, выступить вашим учителем, – после чего поклонился. – И все же, вы загадочная персона Екатерина Андреевна. Наверно гораздо интересней господи Азалии. – После чего, учтиво удалившись.

– Чего ему надо от тебя? – Буркнул Волкодав, когда молодой человек скрылся в толпе.

– Да так, клеится. Телефончик стрельнуть хотел. – Девушка продолжила разглядывать проходивших гостей. Жалко конечно, что эта встреча состоялась не в реальное время, а в прошлом. В те времена Кати не то, что в помине не было, ее вовсе здесь не существовало. Хотя это плюс для девушки. Зная, что она родилась не в этом мире, не рискуешь столкнуться с далеким предком и наломать дров.

Катя опять стала разглядывать толпы гостей. Ни кто не привлекал внимание ни на грамм. Все были с неестественно важными лицами, кто изображал наигранную радость, и никто из них не вязался с образом наследника.

– Кто эти дети? Может ты, хотя бы расскажешь мне немного о родителях, их роде деятельности? И вообще эти дети, я так понимаю должны иметь какие-то свои дары. Значит, они не просто люди и точно должны отличаться от остальных.

– Дети, как дети. Вот только силами они могу и не владеть. – Ответил Волкодав. – В них есть дар, который так просто не возникает. Они могут чувствовать в себе особенность, быть не такими, как все, но без должного обучения никогда не смогут в полной мере использовать дар. Так было с учениками Фосса. К нему приходили люди, за частую, некоторые вовсе не понимали, что с ними происходит. А Фосс видел свет в душе и помогал раскрыться дар, после чего его ученики получали способности и силы. Дети учеников, на момент отправки сюда были совсем маленькими, разумеется, их ничему не успели обучить. Но я предполагаю, какие они могут иметь силы. Сын Потенса, наверняка, сильный и выносливый, как отец. Дочь Зоа и Дейнде, либо унаследовала дар отца и способна понимать язык животных или перевоплощаться, ну или как мамаша способна чувствовать эмоции других. Был еще сын Элемента…

– Элемента, брат Тенебриса?

– Да, он самый. Вариабис мог унаследовать дар от отца и управлять стихиями, а мог вовсе быть подвластен тьме как наш господин. Но там была его мать Понири, но у нее дар чем-то схожий с даром Дейнде, чувства, эмоции. Еще ребенок, отец Темпус, он управляет временем и имеет дар предвидения. А вот жена его, змея еще та, у нее сила в волосах.

– Ох. – Катя схватилась за голову, запутавшись во всех этих именах, дарах и происхождениях. Одно было ясно, ей нужно обратить внимание на то, что человек будет явно обладать тем, чем не обладает простой смертный.

Девушка хотела сказать, что-то еще, как внезапно музыка смолкла и посреди зала возник камердинер, принявшись объявлять самую главную гостью сего вечера.

Катя с любопытством завертела головой. Ей было интересно, кто была эта такая Азалия и чем она так привлекла всех пришедших.

Заиграли фанфары, голоса стихли, лишь тихий шепот раскатывался пол залу. Даже свет приглушен, когда в зале возникла красивая девушка в зеленом, бархатном наряде, украшенном огненно красными розами. Волосы девушки ниспадали до самого пояса медным оттенком, а ее глаза даже из далека горели зеленью. На ее плече сидел огромный попугай, и вокруг нее кружились стаи голубей, словно свита, сопровождая девушку, ступающую в центр зала.

Она взмахнула рукой и из ее рукава выпорхнули мелкие канарейки. Стоило ей взмахнуть второй рукой, как словно, из неоткуда, вышагивал огромный олень, с раскинутыми в обе стороны ветвями рогами.

Олень покорно остановился перед девушкой, приклонив голову и одно копыто.

Гости охали, вздыхали. Все были изумлены столь зрелищному появлению девушки.

Азалия окинула всех надменным взглядом и подняв над собой руки, громко хлопнула. Прямо над ней вспыхнули искры, и посыпался разноцветный конфетти, из которого выпорхнули сотни бабочек с яркими крыльями.

Дамы воскликнули от радости, мужчины сдержанно охали. Все без исключения были поражены.

Бабочки разлетелись по разным сторонам. В то время, как птицы принялись садиться на плечи, головы и руки гостей.

Дамы были еще пуще поражены, увидев рядом собой красивую канарейку, или огромного ворона, что каркал на весь зал.

– Дамы и господа, госпожа Азалия! – Вновь громко объявил камердинер. Азалия резко развернулась, взмахнув огромным подолом юбки, из-под которого выскочили несколько десятков зайцев, белых, как снег.

– Вот черт, – выругалась Катя, услышав грозный рык у себя за спиной. Она резко обернулась, отступив в сторону. Прямо за ее спиной стоя огромный лев с пышной гривой. Он издавал громкий призыв, ступая к Азалии. Озираясь на гостей, хищным взглядом он остановился у ног девушки, покорно присев.

Олень, уже был в снимании гостей, позволяя себя тискать и трогать, даже не шелохнулся.

– Слушай, что ты там говорил про дочь Зоа, что она может? – Шепнула Катя Волкодаву.

– Зоя, был учеником Фосса, он мог понимать язык животных, а те в свою очередь принимали его за своего.

– А подчиниться они ему могли?

– Наверно. Дочь наверняка могла обладать таким даром. Ты хочешь сказать, что эта вертихвостка и есть наша наследница?

– А по твоему нет? Ты знаешь дрессировщика, который способен устроить такое шоу с животными? Да в обычной ситуации зверь загрызли бы друг друга.

Волкодав зыркнул на льва, прикидывая, как ему подобраться к девушке.

– Нам нужно с ней поговорить. – Волкодав шагнул на встречу Азалии.

– И что ты намерен ей сказать? Я знаю, почему ты можешь управлять животными? Я бы не поверила!

– Но ты же здесь!

– Я здесь, только по тому, что рассказывал мне эту чушь мой пес! Тут грех не поверить.

Волкодав ничего не ответил, шагнув вперед, но не успел. Ему на перерез возник Грабин, собственной персоны в компании статного мужчины.

– Госпожа Азалия! – Заговорил громко незнакомец стоявший рядом с Грабиным. – Вы арестованы!

Все гости в недоумении принялись озираться по сторонам.

– Прошу простить! – В разговор вмешался тот самый незнакомец с улицы, что встретился Кате и Волкодаву у дома Курпатовых. – По какому, такому праву вы задерживаете нашу дорогую гостью?

– По закону. Так называемая Госпожа Азалия или как вас по батюшке Зоя Федоровна Ланье? Так вот, госпожа Ланье, мошенница и воровка!

Азалия невозмутимо смотрела на полицейских. Гости продолжали сохранять недоумевающий вид.

– Так называемая Азалия, гастролировала по городам, и заграничным, в том числе, и устраивала вечера с этими представлениями! А потом обчищала гостей. Вы и здесь были намерены ограбить невинных, поверивших вам гостей?

Азалия молчала, лишь слегка улыбнулась.

– Думаю, ваша песенка спета госпожа Ланье. –       Незнакомец кивнул двум мужчинам в штатском. Явно переодетых служителей закона. Вот только в тот самый момент девушка широко улыбнулась.

– Ну, попробуйте, – после чего махнула руками и рой птиц полетел на полицейских, лишая их возможности двигаться и что-то увидеть. Огромный лев зарычал, а вместе с ним в зале возникла стая волков, что окружила Азалию, не давая подступить ближе. Азалия громко рассмеялась, кинувшись прочь. И тут началось. Хищники не давали подступиться к ней, а девушка, пользуясь возможностью бросилась прочь, минуя один зал за другим.

– Сюда! – Катя побежала вместе с Волкодавом в другую сторону, понимая, что выбраться из здания так просто не получиться. Громкие крики давали понять, что полиция кинулась, было за девицей, но хищники дали отпор.

Вынырнув на улицу, Волкодав в два шага одолел сад, передвигаясь в ту самую сторону, куда только что бежала сама Азалия. Девица когда-то успела скинуть длинный подол платья, оставшись в узких мужских брюках в цвет изумрудного наряда. Ее длинные локоны растрепались на ветру. Девица быстро передвигалась, уносясь прочь. Волкодав и Катя следовали за ней, а за их спинами слышались крики полиции, лай псов, вой волков.

Девица влетела в чащу леса, скрывшись в темноте. Преследователи за ней, уже теряя надежду на то, что им удастся ее поймать. Но почти сразу до них донесся голос девицы, что с грохотом рухнула на землю.

– Отпусти! Я приказываю тебе шавка подзаборная!

Катя и Волкодав устремились к лежавшей на земле девице, в ногу которой вцепился Бос и дергал ее из стороны в сторону, пытаясь прикусить ногу.

– Бос, это самое, фу, – крикнула Катя, ощущая неловкость. Ведь по сути ногу девушки кусал не пес, а человек, в обличие животного.

– Тьфу,– выплюнул пес штанину и мирно присел рядом. – Никогда не любил это делать.

Девица резко подскочила и сидя на земле, уставилась на пса.

– Ты разговариваешь? – Удивилась девушка.

– А что в этом такого? Ты вообще можешь уговорить волков сделать из нас фарш! – Пошутила Катя, опустившись рядом с Босом, и погладив его за ушком.

Девица стала ерзать на земле, озираясь по сторонам.

– Кто вы такие? Что вам от меня нужно? – Она уставилась на великана Волкодава, испуганными глазами.

– Нет времени на болтовню, – после чего Волкодав ударил девицу, погрузив в беспамятство. – У нас есть еще желающие за ее голову.

9.

– Что ты сделал? – Воскликнула Катя, ступая следом за не патлатым. Он взвалил себе на плечо бездыханное тело девушки и размеренными шагами двигался через лес. – Как теперь мы уговорим ее пойти с нами? Да она сбежит при первой же возможности!

– Хватит зудеть под ухом, а то мух терпеть не могу!

– Это плохо, – бормотал Бос, едва поспевая за парочкой. – Если на нее охотится полиция, значит нам нужно, как можно скорее уматывать отсюда ноги.

– И как? Мы, что возьмет и, просто, ее выкрадем? Как она, по-вашему, согласиться помогать Тенебрису после такого? – Катя совсем не понимала логики верзилы. Взять и против воли забрать человека из его привычной жизни? Немыслимо!

– Какое твое собачее дело? Нам нужно ее доставить, а там Тенебрис сам решит, что и как! – Нервно отвечал Волкодав. Катя его откровенно раздражала.

– Так нельзя! Это не законно! – Девушка резко остановилась, упрямо заявив.

Волкодав остановился, выругался и скинул девицу на землю, как какой-то мешок картошки или муки. Он резко развернулся на Катю и зарычал, подобно зверю.

– Еще слово!

– И я никуда не пойду! – Выпалила Катя. – Я не стану помогать тебе! Я вернусь домой, а ты!

Не патлатый еще громче рыкнул, на, что Катя вздрогнула от испуга. Интересно, а он мог ей переломать кости в порыве гнева? Или его разум, до последнего сохраняет ясность?

– В то время, как вы прохлаждались за прогулками, я осмотрел здесь все вокруг. Не далеко в этом лесочке есть маленькая хижина, там и дверь имеется, мы через нее вернемся домой. И все, дело сделано! Они ее здесь до скончания веков будут искать, не найдут. – Волкодав опять закинул на плечо бездыханную пленницу, ускорив шаг.

– Нельзя без воли красть! – Катя, семенила за великаном, продолжая протестовать. – Ты обязан спросить хочет ли она или…

– Воли? Ее уже без воли засунули сюда! Так, что она изначально не на своем месте.

– Он, в чем-то прав, – пробормотал Бос.

Катя недовольно рыкнула, заметив в сумраке леса очертания маленького строения. На самом деле перспектива оказаться за решеткой в прошлом, не очень-то нравилась. Тюрьмы раньше не славились комфортом и условиями для проживания. Так, что девушка грозила сгнить в темнице уже через год, а то и того раньше.

– И так, как ключ поймет, что нам нужно не в другую часть Земли, а в Альтиорем? – Катя остановилась около хижины. На удивления единственное целое, что было у этой развалюхи, так это дверь.

– Ключ надо крутить в другую сторону. Ты вставляла и крутила против часовой стрелки, а теперь крути почасовой. – Пояснил Волкодав, протягивая ключ.

Катя дарила не патлато недовольным взглядом.

– И все же, я против, – девушка была готова сунуть ключ в замочную скважину, но быстро остановилась. – Здесь нет замочной скважины!

Но словно по волшебству, стоило ключу оказаться рядом с дверью, как замок тот час же образовался.

– Волшебство, – буркнула девушка, пытаясь просунуть ключ.

– Не с места! – Катя замерла, как только за ее спиной послышался голос. Она узнала его, и от этого ей стало еще больше не по себе.

– Я сказал стоять на месте! – Громко Грабин. Молодой человек стоял за спинами людей, выставив револьвер в их сторону.

Катя осторожно подняла руки вверх, неуклюже повернувшись на молодого человека. Теперь он не выглядел так привлекательно, как раньше. Он был опасным, он был угрозой. А с виду симпатичный и приятный.

– Вы арестованы! – Повторил Грабин.

– Кто это сказал? – Усмехнулся Волкодав и вынул, не весть, откуда взявшийся меч. Тут Катя сразу смекнула, этому пареньку несдобровать. Она преградила путь не патлатому, выставив руки вперед.

– Нельзя! Никого убивать мы не станем!

– Дура! Если мы сейчас не уйдем, сюда придет подмога и тогда никто и никуда не уйдет! Крути ключ!

– Константин, Костя! Ты не понимаешь, нам нужно уйти! А иначе этот тебя покромсает! Тебе это надо? – Пыталась хоть как-то объяснить Грабину.

– Вы сейчас предлагаете мне, должностному лицу отпустить преступника? Вы хоть понимает, что это значит? – Твердо Константин. – Госпожа Ланье самый разыскиваемый преступник! Она воровка и она должна сидеть за решеткой!

– Хватит мусолить! Нет на то времени! – Волкодав, понимая, что болтовней они только теряют время, быстро скомандовал Кате.

Девушка кинулась к двери, но тот час же, у ее уха что-то просвистело. От трухлявой двери посыпались щепки. Кто-то выстрелил!

Катя отлетела в сторону, позабыв о двери, ключе. Ее безопасность была гораздо важнее, какого то там задания.

Девушка, выхватила ключ из двери и упала на четвереньки, став ползти в укромное место. Но тот час же кто-то крепко схватил ее за руку, вытягивая встать. Девушка обернулась, заметив лицо Грабина.

– Куда собралась?

Катя обернулась, пытаясь понять, что происходит. На небольшой полянке, образовавшейся вокруг домика, уже была суета. На Волкодава налетело несколько человек в штатском и в полицейской форме. Бос вцепился в штанину одного из служителей закона. Азалия, едва успела придти в себя, не сразу поняла, что произошло. Но стоило ей вникнуть в суть, решила, было убегать. Да вот только один из полицейских крепко схватил ее, не давая улизнуть. Катя уставилась на Грабина, пытавшегося поймать ее. Девушка выпутала ноги из юбки, ловко ударила того в живот, а потом еще и в нос кулаком.

– Черт! – Выругался Константин.

Катя опять огляделась и кинулась к двери, но вновь выстрел оглушил чащу леса, и на этот раз Волкодав повалился на землю без дыхания. Катя замерла, понимая, что дело плохо. Сопротивление бесполезно. Либо она сдается, либо ее пристрелят.

Тюрьмы раньше были ужасными маленьким коморками, в которых содержали всех кого не лень. Женщины, мужчины, бомжи… Ну или, кто там был в те времена.

Катя сидела на деревянной скамейке, опасаясь задеть стены или рядом сидевшую бабку, от которой разило по хлещи, чем от помойного ведра.

Рядом сидела Азалия, что давно пришла в себя и нервно крутила оборки на своем некогда роскошном корсаже.

– Какого черта вам от меня понадобилось? – Бормотала она, вскочив на ноги. – Я бы сбежала и меня только видели, эти… Что вам от меня нужно? – Она уставилась на Катю, округлив ясно зеленые глаза.

Катя почувствовала угрозу в этом взгляде, от того боялась пошевелиться.

– Мы прибыли тебя спасти, – ответила Катя, сглотнув слюну.

– Спасти? Хороши спасители! По-вашему сидеть за решеткой это спасти?

– Все пошло не по плану. – Виновато Катя. На самом деле Катя сама поражалась тому, как они действовали. Отсутствие четкого плана это пол беды. У них не было подмоги, плана «Б» наконец. Вот, как им выбираться отсюда? Они мало того застряли в прошлом, так еще и попали за решетку, как особо опасные преступники.

– Ох! Деятели! Я просила вас меня спасать? И зачем вы вообще решили, что мне нужна ваша помощь?

– Судя по тому, что за тобой охотятся полиция, то дела твои не так уж и хороши. – Ответила Катя, язвительно. – Прости, как тебя?

– Азалия… – Важно ответила девица.

– А на самом деле?

Девушка шагнула к решетке, заглянув в темный коридор.

– Зоя. Ты сама же слышала. – Спокойно ответила девушка. В голосе почувствовалось отчаяние или Кате показалось?

– Зоя, твой дар, как давно ты владеешь им?

– Дар? – Усмехнулась Зоя. – Это всего лишь удача. Я всегда ладила со скотиной. Они меня любят, а я…

– А что если я тебе скажу, что твоя любовь к животным, это не просто удача. А твой дар!