# Тайга: первый вызов

Валентин Анатольевич Сухоруков

Когда я был студентом, моя жизнь кардинально изменилась, меня отправили работать в тайгу вахтовым методом. Здесь я сталкиваюсь с непривычными условиями жизни, жестокой природой и людьми, которые выживают в этом суровом окружении. Мои короткие истории рассказывают о том, как я приспосабливаюсь к этой среде, учусь выживать и нахожу свою истинную сущность в этих диковинных условиях. Все, что я узнал, привело меня к новому пониманию о себе и мире вокруг меня. Эта книга – история моих приключений и открытий, которые я с радостью поделюсь с вами.

> Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

Глава 1. Начало

Когда я учился в институте на третьем курсе, меня и ещё трёх парней отправили на практику. Нам по двадцать лет, и мы рады, что наконец-то хорошо заработаем, а где будет проходить работа было уже не важно. Юношеский максимализм, приключение, природа, красота. Но когда жизнь соответствовала ожиданиям? Так и в этот раз представления столкнулись с реальностью.

Город Колпашево, Томская область, наша первая остановка. Город с населением примерно 20 тысяч человек. Старые полуразрушенные дома, хрущёвки, чумазые дети с пивом в руках. В общем, классика провинциального маленького города. Мы заселились в общагу, в комнату, где помимо нас жило ещё десять человек.

«О! Студентики подъехали! Давайте прилепим!», – сразу закричал мужик хриплым голосом, сидящий за столом и поднявший стакан водки.

«Че ты орешь!», – крикнул ему в ответ другой мужик с кровати. «Все спят, бл*дь!»

И ведь правда, время 9 часов утра, все спят, а этот уже на кочерге.

«Все спят, бл*дь!», – ужато и пренебрежимо передразнил мужик за столом, опрокинув очередной стакан.

Оказалось, что это общага для перевахтовок. Здесь жили люди, которые отправятся в тайгу, как мы, либо которые недавно вернулись оттуда.

Все наши соседи только прибыли и по всей видимости у них вчерашний вечер был веселый.

Один кричал во сне какие-то несвязные фразы, что-то вроде – «Катя, накорми комаров!», «Ухх! Ща у*бу!».

Второй резко проснулся, наблевал на стену около кровати и дальше лёг спать.

«О! Это х*ёвый человек.», – тут же прокомментировал его мужик за столом.

Мы молча кинули свои вещи и пошли оформляться на работу. По дороге мы ржали, обсуждая события в общаге. Нам было, и страшно, и смешно от предстоящей поездки. Ведь все только начиналось, а уже сколько впечатлений.

После трудоустройства мы вернулись назад в общагу. Все наши соседи уже съехали, оставив подарок в виде блевоты на стене.

На второй день начались сборы. Всех расформировали по четырём бригадам.

Этого я, конечно, не ожидал. Я думал, мы пройдём этот путь вместе, потому что так легче. Но как оказалось нас четверых раскидали по разным бригадам, так что возможно мы и не встретимся там в тайге.

Я сильно расстроился, особенно посмотрев на свою бригаду.

Бригадир высокий, худой с усами. Подошёл, похлопал меня по плечу и что-то промямлил. Я ничего не понял.

«Лёха, ты понял че он, сказал?», – спросил я у одного из друзей, что был рядом.

«Ни понял ни хрена!», – ответил Лёха.

Оказалось, это не только моя проблема, его вообще никто не понимал. Позже выяснилось, что он Мариец. Это такой финно-угорский народ, у которого своеобразный диалект. И он мой бригадир! Как я его вообще понимать буду?

Нас отвели на огромный склад, где мы должны были подобрать себе далеко не новую спецодежду, посуду, котелки, топоры, палатку, ну в общем все, что может пригодиться в тайге. Я нашёл себе ветровку и штаны из разных комплектов, которые были не сильно грязные и рваные. Хорошо, что хоть сапоги и сигнальные жилеты выдали новые.


Глава 2. Дорога


Вечером, мы ужинали у себя в общаге. Я сделал себе студенческий бутерброд, состоящий из майонеза и хлеба. Пацаны сварили какой-то суп. Но поесть мы не успели. К нам в комнату ворвался какой-то начальник. Видимо, который вернулся недавно из тайги. Решил нам провести инструктаж о том, как выживать в лесу и какие задачи мы будем выполнять. Он был, мягко говоря, не трезв.

«Че вы, геодезисты! Смотрите чтоб все ровно было!», – начал он, закуривая сигарету, поставив пепельницу рядом с моим бутербродом.

«Кстати, мы вас консервами называем, потому что вас медведи первыми едят!», – он громко заржал от своей шутки.

Пацаны тоже заулыбались, но не от шутки. Дело в том, что он явно промахивался с пепельницей. Весь пепел с сигареты летел на мой шедевр кулинарии. Его уже никто не слушал, все смотрели на бутерброд. Лишь когда мизинец потонул в майонезе, только тогда он заметил, что немножко промахнулся.

«Бл*дь!» – сказал он, отдёрнув руку. – «Ладно, спите! Завтра выезжаем в девять!»

Он вытер майонез с пальца о стол и ушёл.

Посмотрев на свой ужин, который подвергся насилию, я спросил – «Пацаны, а из чего суп?»

Мы посмеялись, поужинали и легли спать в предвкушении завтрашнего дня.

Утром к девяти приехали две «вахтовки». Это такие автобусы на базе Урала. Мы организованно закинули все свои сумки на задние сиденья и разместились сами. Но начальнику это не понравилось, он решил разделить нас. Двое в одну вахтовку, двое в другую.

Я не помню имя начальника, но помню прозвище – «Пингвиныч». Почему? Не знаю до сих пор.

Все уселись, и мы отправились в путь. Водитель сказал, что мы будем ехать шестнадцать часов до взлетной площадки, а потом на вертолёте ещё пару часов.

«Ещё и на вертолёте? Получается мы оттуда самостоятельно хрен выберемся!», – сказал я Диману.

Он одобрительно покачал головой поджав губы, и мы засмеялись.

Как только мы выехали из города, то по всему салону начался какой-то кипишь. Все начали доставать из сумок колбасы, хлеб, консервы и конечно же водку! У каждого было по два-три литра водки!

«Мужики! Давайте сразу все нарежем и ножи спрячем!», – крикнул один спереди салона!

«Хорошая мысль!», – поддержал его кто-то.

Сердце забилось чаще. Я много слышал рассказов про вахтовиков и вот мы среди них. Это похоже на перевоплощение оборотней. Вот нормальные люди, но через каждый выпитый стакан меняется взгляд, речь, повадки.

Мы с Диманом молча сидели и наблюдали с кем мы будем работать.

«Ты где руку сломал?», – показывает один на руку другого в гипсе.

«Я не ломал! Это чтоб нарколог не до*бался!», – дикий ржач.

Впереди возник какой-то конфликт. Такая мини драка. Их быстро разняли, но один не успокаивался.

«Ты знаешь кто я? Я приблатненый!»

«Приблатненый?! Это вообще че? Получерт какой-то!»

«А ты кто тогда?»

«Я мужик!»

«Мужик?! Давай за мировую тогда мужик!»

Они выпили, и конфликт иссяк. Как у них все просто. По щелчку такой взрыв эмоций и по такому же щелчку мир и братство.

Да, спрятать ножи и правда была хорошая мысль.

«Главное, чтоб нас не трогали!», – повторял я снова и снова в голове.

«О! Студенты! Давай! Выпей!», – тут же подсел один здоровый, лысый в наколках. Как будто почувствовал мой страх.

«Не… не хочу.», – тихо ответил я.

«А че ты, *бать?!», – видимо ему не понравился мой ответ.

«К студентам не лезь!», – крикнул мужик ещё больше спереди.

«Да я ж шучу!», – он похлопал меня по плечу и вернулся к своим.

Прошло часов семь. Водитель сделал остановку, чтоб размять ноги и справить нужду. Мы вышли на улицу. Вторая вахтовка тоже остановилась. Дверь резко открылась!

«Это моя тайга!!!», – крикнул какой-то пьяный дед и выпал пластом на землю! Трое мужиков выскочили за ним, аккуратно подняли его и затащили назад.

Вышли наши пацаны. Я хотел было уже спросить, как у них там в салоне, но Андрей меня опередил.

«Там п*здец!», – улыбаясь и качая головой сказал он. Это было смешно и страшно одновременно.

Водка закончилась, как и силы у наших попутчиков. Они все успокоились и уснули в неестественных позах. К примеру, впереди меня болталась голова, из которой периодически капала слюна.

Мы прибыли к взлетной площадке рано утром. Вертолёт Ми-8 уже ждал нас. Первым делом надо было загрузить тяжелую электрическую подстанцию.

Мужики приступили к действию. В результате лужа крови, разорванная голень и сломанная нога. Все это у одного пьяного человека, который поверил в свои силы и начал принимать ее один внизу. На борт его разумеется не взяли.

Мы закидали сумки в середину фюзеляжа, как и пару пьяных, обездвиженных тел. Машина поднялась в воздух.

Нас ждала тайга!

Разговаривать в вертолёте почти невозможно из-за гула двигателей. Приходилось орать, чтобы тебя услышали, даже если человек, к которому обращаешься, сидит рядом. Поэтому я просто смотрел в иллюминатор.


Тайга

Бескрайние леса были под нами почти всю дорогу, но все очень быстро сменилось на множество чёрных болотистых озёр. «Васюганские болота» – одни из самых больших болот в мире. Площадь составляет 53 тыс. км2. Впечатляет, правда?


Васюганские болота

Оказалось, наша база находится около этих болот. Вертолёт начал садиться.

В иллюминатор я увидел примерно десять деревянных бытовых вагончика и куча гусеничной техники за ними.

Не останавливая лопасти, пилот посадил судно. Мы быстро вытащили все вещи, Ми-8 взмыл в небо и направился за второй партией.

Толпа побежала к вагонам.

«Этот моя бытовка!»

«А это моя!»

«Бля, а где ключи!»

«Да ломай замок нах*й!»

Тут из крайнего вагона выскочил охранник.

«Вы че делаете?!», – крикнул он толпе. – «Нах*й ломаете?! У меня все ключи!»

Но было уже поздно. Все бытовки были уже открыты вручную.

Мы с Диманом не стали заселятся, решили подождать Пингвиныча со второй партией.


Бытовые вагоны

Ждать пришлось не долго. Раздался гул вертолета. Высадка происходила по той же схеме. Все быстро вытащили сумки, и вертолёт взлетел.

Я смотрел, как мой последний шанс передумать летит от меня и исчезает за кронами деревьев.

«А че вы не заселились? Заселяйтесь, давайте!», – сказал Пингвиныч проходя мимо.

Куда заселятся? Там естественный отбор происходит. Ещё вторая партия подъехала, ситуация накалена до предела.

К счастью, не все ещё прибыли. Многие направляются сюда на пароме. Прибудут через пару дней, поэтому места свободные остались, правда в разных вагонах.

Я поселился с дядей Васей. Оказался интеллигентный мужик, лесоруб. Работает в тайге, чтоб оплачивать дочке институт.

Это были самые спокойные дни. Мужики запустили МЭТЛ. Это такой танк, но полностью разоружен. Мы ездили на нем за водой, таскали брёвна для дров, производили разведку ближайших территорий.

Познакомились с главным геодезистом, молодой парень, лет 35.

У него был странный дефект речи. Если есть в любом слове буква «г», то он перед ней добавлял ещё звук «гу». «Гугулять», «погугладить», «гугорох» и так далее. Отсюда и прозвище «Гуглонас». Особенно смешно было когда он говорил – «Глаза в глаза».

Что самое интересное, люди, которые были ещё вчера бухие в хлам, в том числе и дед, что выпал из вахтовки, на утро оказались огурцом! Даже не скажешь, что вообще кто-то пил. Кто-то дрова пошёл рубить, кто-то в технике копаться, в общем все при деле как муравьи.


Глава 3. Начало работы


Когда прибыли остальные люди на пароме и бригады были в полном составе, Пингвиныч провёл совещания, наметил планы и началась работа.

В бригаду входили два лесоруба, два помощника лесоруба, геодезист и помощник геодезиста, то есть кто-то из нас. В нашей была ещё собака и звали её «Х*ета плюшевая». Может у неё и было настоящее имя, но я его ни разу не слышал.


Член бригады

Мы выезжаем в лес, работаем по спланированному маршруту, живем в палатке и раз в две недели возвращаемся на базу. Обрабатываем данные, моемся в местной бане, стираемся и на следующее утро снова в бой.

«Ну че, ебасделамужикатебя!» – сказал мне бригадир Мариец, но я как обычно ничего не понял. Мы отправились в путь.

У каждой бригады был маленький танчик ГАЗ-71 или как мы его называли «газон». Советский гусеничный вездеход, который ещё и умел плавать. В нем мы перевозили все наши вещи. На кабину прикрепляли большой деревянный ящик, в котором находилась еда. Я любил ездить верхом на этом ящике и любоваться природой.

Мы подъехали к начальной точке откуда пойдёт работа. Мужики начали ставить большую палатку, мне же выдали задание сколотить столешницу.

«Нужны гвозди и молоток. Где их взять? В газоне наверно.», – подумал я и отправился к водителю газона.

Пожилой, маленький, сгорбившийся мужичек копошился в своей технике что-то приговаривая себе под нос.

«Здравствуйте, у вас есть гвозди и молоток?», – спокойно спросил я у водителя.

Он тут же бросил свои дела. Посмотрел на меня бешеными глазами.

«Я тебе че? Магазин бл*дь что ли!», – неожиданно он начал орать.

«Да мне столешниц…», – не успел договорить я, как он меня перебил.

«Гвоздей бл*дь! Кувалдой по *балу могу дать, а гвоздей нет! Хочешь кувалдой?», – продолжал он.

«А где их взять, если не у вас?», – я тоже немного повысил голос.

«Ууу, сука! Сейчас точно кувалдой у*бу! Пшел нах отсюда!», – сам развернулся и пошёл дальше копаться в газоне, приговаривая что-то про кувалду.

Я был мягко сказать в шоке от такой замечательной беседы.

«Ладно, сам найду.», – подумал я и полез в грузовой отсек газона. Чего там только не было! Сумки, матрасы, топоры, бензопилы! Все навалено как попало. Попробуй, найди тут хоть что-нибудь.

«Х*ли там делаешь? Где столешница?», – крикнул геодезист, приоткрыв грузовой отсек.

«Гвозди и молоток ищу!», – крикнул я в ответ.

«Так спроси у водилы!», – в голосе было недоумение, а между строк читалось – «Че тупой то такой?»

Олег Вильданов! Наш геодезист. Да, официально бригадиром был Мариец, но по факту человеком которого все слушались, был он.

«Я уже спросил у него! Чуть кувалдой по *блу не получил!», – в моем голосе явно читалась безысходность.

«Петрович! Че парню гвозди не даёшь?», – крикнул Олег с улыбкой водиле.

Тот улыбнулся, залез к себе в кабину, достал молоток и банку гвоздей.

«Да я же пошутил, но если все-таки хочешь кувалдой, то подходи.», – сказал он, протягивая мне инструменты.

Они заржали, но я юморок их не оценил. Молча взял что давали и принялся за дело.

Когда столешница была готова, ко мне подошёл Дядя Вася.

«Что там конь шахматный психует?», – пошутил он.

Конь шахматный! А ведь похож! Маленький и сгорбленный. Я засмеялся. Вот и новое прозвище готово.

«Шконарь себе сколоти ещё.», – подсказал Дядя Вася.

Я кивнул головой, но знать бы ещё что такое этот «шконарь». Спрашивать у кого-то предыдущая беседа все желание отбила.

«Видал какойумня шконарь п*здатый полуучмся!», – не далеко от меня хвастался Мариец.

Оказалось это спальное место, сколоченное из досок. Кровать в природных условиях. Лесорубы клали поперёк два бревна, мы клали на них свои «шконки», стелили матрац и вуаля! Готовая, тёплая кровать над землей.


Примерно так все выглядит

Это был морально тяжелый день. «Куда я попал?», – думал я, смотря на всех членов своей бригады. – «И это только начало.»

Но стоило мне прилечь на мою любимую «шконочку», сделанную своими руками, я тут же вырубился. Завтра нас ждал полноценный рабочий день.


Глава 4. Первый рабочий день


Первый полноценный рабочий день. Олег объяснил мне в чем состоит наша работа.

Мы указываем в каком направление лесорубы должны валить лес. Затем я иду по просеке с отражателем и через каждые 50 метров на левой стороне забиваю кол с номером пикета. Пикет – это точка разметки. Как на линейке есть разметка по сантиметрам, мы же делаем на местности разметку через каждые 50 метров.

За точность отвечал геодезист. Он «стрелял» в отражатель и прибор показывал сколько метров я не дошёл или перешёл.

В этот раз впереди было болото, поэтому валить лес не пришлось. Лесорубы поехали на «газоне» и разбили лагерь через два километра.

Пока Олег устанавливал тахеометр, мне надо было нарубить 20 колышков, потому что вдоль болота деревьев не было.

Я одеваю на себя деревянный штатив, беру охапку кольев, Олег втыкает отражатель в штатив у меня на спине. Вперёд!

Жара, от болота идёт зловонный запах, ноги проваливаются почти по колено. Это как идти по небольшим сугробам зимой. Рядом бежит собака. Ну как бежит, лапы у неё тоже проваливаются и поэтому она скачет как заяц. Дышать сложно, потому что я в москитной сетке и одет полностью в энцефалитный костюм, иначе меня сожрут все эти «фантастические твари» что летают вокруг.