Марина Серова
Живее всех живых

© Серова М.С., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Пролог
Примерно двадцать лет назад

Он снова пошел на этот далекий пруд за кувшинками. Естественно, пошел тайком от матери. А отцу, который жил от них отдельно, он вообще не рассказывал о своих вылазках в лес. Отец всегда ругался, запрещал забегать далеко в чащу, особенно к этому пруду, до которого добираться почти десять верст, и все лесом.

Он часто любил прибегать сюда один, без своих друзей. Ловил лягушек, кидал в воду камешки и даже отважился как-то зайти по пояс в пруд и нарвать кувшинок. Эти кувшинки были доказательством того, что он один через лес бегал к этому пруду и даже осмелился в него зайти. Друзья тогда восхитились его поступком, потому что они если и были у этого пруда, то только в сопровождении взрослых.

В этот раз он немного задержался, уже начало смеркаться, и он понял, что пора возвращаться домой, чтобы успеть до темноты. Как и в последний раз, он отважился и зашел в воду, нарвал кувшинок и, стуча зубами, вылез на берег. Вода в пруду была всегда очень холодная, к тому же лето на Ямале никогда не было жарким и длинным.

И в этот момент послышался какой-то шорох.

Он замер и внимательно всмотрелся в тень кустов. Вдруг из-за деревьев вышла большая серая собака. Она долго смотрела на него в упор, и глаза ее странно блестели. Он не ощущал особого страха, но что-то заставило его замереть на месте и не двигаться.

Потом он резко присел и стал звать его:

– Хороший пес, иди сюда…

Собака делает к нему шаг, делает другой, а он спокойно сидит и манит ее рукой. Но тут зверь разворачивается и убегает обратно в лес. И самое главное, он видит, что хвост у этой собаки висит поленом, как у волка. Вот тут его и объял настоящий страх – никакая это была не собака, а самый настоящий волк.

Позабыв про кувшинки, он сломя голову побежал домой.

Наутро ребята подтрунивали над ним:

– Ты все придумал! Не было там никакого волка!

Тогда он предложил им втроем сбегать к пруду. Ребята согласились.

Прибежали они на пруд и увидели валяющиеся на берегу кувшинки. А один из друзей вдруг сказал:

– Гляньте, пацаны, волчьи следы!

– Значит, ты не обманул, – ответил второй друг.

Трое друзей отважились залезть в пруд и нарвать кувшинок, а потом, довольные своей храбростью, побежали в поселок.

А через несколько дней волк задрал несколько овец из колхозного стада…

Г. Тарасов
Наши дни

…Я бежала вниз по лестнице, прикрывая полой плаща зажатое в руке оружие.

К тому моменту когда я выскочила на улицу, фигура на крыше соседнего дома исчезла. Неприятель просчитал возможность спланированной мной контратаки. Но я прекрасно знала местность, в которой проживала. Спуститься с крыши того дома можно было лишь одним-единственным путем. В третьем подъезде на девятом этаже люк, ведущий на крышу, был взломан, именно благодаря этому факту снайпер смог занять столь удобную для себя позицию.

Я бегом устремилась к тому самому подъезду. Нырнула внутрь и вскинула руку с пистолетом. Звук приближающихся шагов известил меня о том, что киллер быстро спускается вниз по лестнице. Кажется, он уже находился где-то в районе третьего этажа.

Я встала в дверном проеме и замерла в ожидании. Дверь распахнулась от удара ноги, и парень в черном одеянии с кейсом в одной руке шагнул в мое укрытие. Второй рукой, как я заметила, он сжимал пистолет.

Мы столкнулись с киллером взглядами.

Я быстро и резко замахнулась и ударила рукояткой пистолета сверху в плечо противника. Мышцы его правой руки, в которой до этого находился опасный для меня пистолет, как я и планировала, онемели, и оружие неприятеля с глухим стуком упало на бетонный пол.

Однако парень оказался крепким орешком.

Моя стремительная и результативная атака не выбила его из колеи. Ведь если уметь и не растеряться, то оказать сопротивление своему врагу можно и одной левой.

Стального цвета кейс лихо взметнулся в воздух, и если бы я не прикрылась рукой, то врезался бы мне точно в лицо.

Удар швырнул меня на стену подъезда. Парень не стал терять драгоценное время и, воспользовавшись моей секундной недееспособностью, правой, свободной рукой ткнул меня прямо в лицо. На этот раз я не успела защититься, но смогла чуть увернуться, отчего удар пришелся вскользь. Тут же мой противник нанес удар головой в верхнюю губу.

Кровь хлынула из обеих моих ноздрей. В голове загудел колокол.

Этот высококвалифицированный наемник знал, что делает. Он знал, куда и для чего бить. Участок между основанием носа и верхней губой считается одним из самых уязвимых человеческих мест. Достаточно сильный и грамотно нанесенный удар в эту область способен вызвать не только сотрясение мозга и потерю сознания противника, но и даже смерть. Но благодаря моей реакции удар получился смазанным, это спасло мне жизнь и мой хрупкий носик.

Наплевав на оброненный пистолет, наемный убийца выскочил из подъезда. Я, насколько смогла быстро, последовала за ним.

Я выскочила из подъезда и вскинула руку с револьвером. Широкая спина киллера уже скрывалась за поворотом. Выстрелить я не успела и, проклиная все на свете, устремилась за противником. Кровь из пострадавшего носа капала на мой бежевый плащ и голубого оттенка футболку под ним.

Поврежденное ударом кейса предплечье тоже давало о себе знать тупой болью. Теперь на этом месте будет очень большой синяк. Но в данный момент я старалась об этом не думать.

Через несколько секунд я свернула за угол, за которым совсем недавно скрылся лихой и весьма проворный неприятель, и снова вскинула руку с пистолетом. К черту гуманность! Выбора у меня не было, иначе я просто-напросто упущу наемного убийцу.

Я прицелилась и выстрелила своему противнику в бедро. Очень неприятное ранение, скажу я вам. Шок от удара пули столь велик и ощутим, что противник быстро теряет способность к сопротивлению.

Киллер вскрикнул и, корчась от боли, плашмя упал на землю, выронив свой кейс.

Я подошла к нему, продолжая держать его на мушке. Глаза моего противника смотрели с ненавистью и метали молнии. Однако он понял, что проиграл и дальнейшее сопротивление бесполезно.

– У полиции и у моего клиента есть к тебе очень много вопросов, – спокойно ответила я, переведя дыхание. После чего достала из кармана телефон, отыскала нужный мне номер и нажала соединение…

* * *

Меня зовут Евгения Охотникова, и я – телохранитель.

В свое время я окончила специфическое военное заведение под названием «Ворошиловка», где учились дочери генералов и высокопоставленных чинов. Вуз, где из молодых людей чеканили высокопрофессиональных бойцов элитных спецподразделений для заброски в тыл врага. Затем – стажировка в отряде «Сигма» и последовавшие за ней спецзадания.

Обучение в «Сигме» было настоящим испытанием – именно там я научилась обезвреживать (и устанавливать) взрывные устройства, водить любой транспорт и обезоруживать противника раза в четыре тяжелее себя. Когда я стала бойцом «Сигмы», то следующие несколько лет провела, освобождая заложников, проводя спецоперации в горячих точках. Пули снайперов, засады на нескончаемых горных тропах, холодные перевалы, обвалы, предательские обломки скалы, выскальзывающие из-под ноги, ищущей опоры, и улетающие с грохотом в бездонные пропасти…

Тогда я полагала, что делаю важное дело, служу своей стране и помогаю людям. Но постепенно стало приходить понимание, что нашу группу используют в своих целях нечистоплотные сильные мира сего. Нашими руками решали проблемы, которые должны решаться цивилизованными методами. А самоубийство нашего наставника полковника Анисимова стало последней каплей.

Со временем я оставила службу, разорвала все связи со своей прошлой жизнью и уехала из Владивостока к своей родной тетушке в провинциальный городок на берегу Волги.

Связи моего отца помогли мне выскользнуть из цепких лап спецслужб. Однако с отцом я в ближайшее время тоже прервала все отношения. После смерти матери мой дорогой родитель предал ее память, женившись на соседке, которую я терпеть не могла. Мои возражения ничего не значили для моего отца – генерал до мозга костей, он всегда сам принимал решения. И мне не оставалось ничего другого, как тоже принять важное решение в своей жизни…

Покончив со старой жизнью, я переехала в Тарасов, к тете Миле. Тетя жила одна и была несказанно рада моему приезду. Она относилась ко мне как к дочери, позволив без стеснения обитать в ее квартире.

Со временем я планировала обзавестись своим жильем и не напрягать своим дальнейшим присутствием мою дорогую родственницу. Однако мы с тетей Милой так сдружились, что уже не представляли себе жизни порознь.

В общем, прижилась я в квартире у тетушки и вот уже несколько лет продолжаю жить в Тарасове и работать частным телохранителем.

Вначале я пыталась устроиться по специальности, записанной в выданном в «Ворошиловке» дипломе, – преподаватель иностранных языков. Но зарплаты преподавателей и профессиональные обязанности переводчика повергли меня в уныние. Со временем, подняв кое-каких людей, я обзавелась хорошими рекомендациями и переквалифицировалась в телохранители, благо соответствующий опыт имелся. Деньги за свой опасный труд я получаю хорошие, и главное – работаешь на себя и без указки из центра.

…Прошла пара часов, как я привела себя в порядок. Остановила кровь и приложила смоченное в холодной воде полотенце себе на лицо. Через некоторое время заставила себя пойти в душ.

Стоя под струями горячей воды, я смывала с себя всю усталость последних напряженных и опасных дней. Выполняя свою работу телохранителя, я буквально выложилась до последнего, истратив свои моральные и физические ресурсы. Клиент попался очень капризный и проблемный, к тому же его постоянно преследовал киллер, которого мне удалось вычислить и нейтрализовать только на шестой день. И почти все эти дни я находилась без сна, без нормального и регулярного приема пищи и в состоянии постоянной боевой готовности и психического напряжения. Однако все самое страшное позади – наемный убийца пойман и передан в руки правоохранительных органов, а клиент цел и невредим. А счет Евгении Охотниковой пополнился на внушительную сумму. Как говорится, все целы и довольны.

Выйдя из душа, я растерлась докрасна махровым полотенцем, намазала свои ссадины и ушибы одной хитрой мазью, после чего завалилась в кровать и провалилась в беспробудный сон…

Проснулась я от пряного и вкусного запаха чего-то жареного, который проник в мое сознание и вернул из глубокого забытья.

Я не сразу поняла, где я и кто я вообще такая. Стряхнув с себя остатки сна, я окончательно разлепила глаза и вернула себя в реальность. Посмотрев на часы, я ужаснулась – было около двух часов дня. Обычно я себе никогда не позволяю спать до такого времени, однако, учитывая события последних дней, это было простительно. Когда я не занята работой, то обычное мое пробуждение происходит не позднее шести часов утра. Обязательная пробежка не менее десяти километров, затем комплекс силовых упражнений, растяжка и отработка элементов из арсенала восточных единоборств. И все это ежедневно, несмотря на погоду. Три раза в неделю я посещаю тир и пропадаю там не менее часа. И обязательно раз в неделю – посещение бассейна.

Но сегодняшний день был исключением. Мне нужно было время на восстановление. Единственное, что я могла себе сегодня позволить, – это поход в бассейн с последующим посещением сауны. Также не мешало бы записаться на массаж. А к концу дня закрыться в своей комнате и предаться моему любимому занятию – просмотру интересного фильма. Я как раз отложила себе неделю назад парочку новинок, которые ждали того заветного часа, когда я могу спокойно расположиться на своем любимом диване и предаться своей маленькой слабости…

Запах пирогов с грибами приятно щекотал ноздри.

Быстро умывшись, я рысью проскользнула на кухню.

Моя тетушка больше всего на свете любит две вещи: детективы и кулинарию. Читала она запоем – если брала в руки книгу, то, не отрываясь, дочитывала ее до конца. Прервать это занятие могли только две вещи – запах пригорающего пирога или шипение на плите убегающего молока. Готовит же тетушка так, что даже самые помешанные на диетах ее приятельницы забывают о толщине своей талии при виде кулинарных шедевров тети Милы.

– Женечка, как ты вовремя. Наконец-то ты проснулась, – прощебетала тетя Мила, завидев меня на пороге нашей уютной кухни. – Я слышала, как ты пришла посередине ночи, но не стала выходить и тревожить тебя. Ох уж эта твоя работа. Нет чтобы найти себе достойного мужчину, нарожать детей и перестать уже играть в войнушку. Да и мне хочется еще внуков понянчить…

– Тетушка, пожалуйста, давай не будем сейчас об этом, – жалостливо попросила я. – Я очень устала за последние дни и безумно хочу есть. Что ты тут вкусного приготовила?

– Я пирог только из духовки достала. И пожарила отбивные. Только давай ты сначала пирог покушаешь, у холодного вкус уже не тот, да и аромата такого не будет. Я специально торопилась, старалась к твоему пробуждению приготовить. А ты все спишь и спишь…

– Да, что-то я устала за эти дни. Ну ничего, уже завтра я войду в свой ритм, буду вставать рано, как обычно, и отправляться на пробежку.

– Ох, Женечка, угробишь ты себя этими тренировками. Ты скоро будешь похожа на Терминатора.

– На Терминатора? – Я усмехнулась. – Ну, если ты меня сравниваешь с Кристанной Локен, которая играла женщину-терминатора в третьей части, то я весьма польщена. Выглядела она в фильме очень эффектно, и мы с ней чем-то похожи, только она блондинка, а я шатенка.

– Не знаю, про какую ты там Кристину говоришь. Не очень-то я люблю все эти твои современные страшные фильмы. И, Женечка, ты же не героиня какого-то там фильма. Поэтому я за тебя переживаю. – Тетушка налила мне какао и отрезала большой кусок ароматного пирога.

– В жизни также мы играем те или иные роли, – философски заметила я. – И как говорится, кто на что учился. Я же не виновата, что мой отец – твой брат – решил сделать из меня универсального солдата. Теперь воин, воспитанный во мне годами, не может успокоиться и всегда рвется наружу. – Я откусила внушительный кусок от пирога и глотнула какао. – М-м-м, какая вкуснятина!

– Ешь, мой воин. Солдаты должны хорошо питаться. Так что восстанавливайся, горе ты мое. Ты неисправима, Женечка. Ладно, – тетушка махнула рукой и поставила на стол большую чашку с чаем и кусок пирога, села напротив меня. – Тоже поем вместе с тобой.

* * *

…Мое тело как снаряд прорезало воду. Поверхность ушла далеко вверх.

Я донырнула до самого дна бассейна и поплыла, сопротивляясь выталкивающей силе, прочь от трамплина, считая секунды. Прошлый рекорд был триста секунд, но это было дней десять назад, и тогда я поставила цель побить его.

Я работала не покладая рук, рассекая водную гладь, однако понимала, что сегодня мне рекорд не побить. Ограничусь двумя минутами подводного плавания и затем спокойно поплаваю кролем и на спине. А после водной тренировки можно будет погреться в сауне и посетить массажиста, к которому я предварительно записалась.

Считая секунды, я посмотрела на циферблат водонепроницаемых часов на руке – опять тороплюсь. В уме я досчитала до ста восьмидесяти, а таймер показывал, что прошло всего полторы минуты.

Сердцебиение отдавалось в ушах так, что, казалось, еще немного – и лопнут барабанные перепонки. Не считаясь ни с чем, организм требовал воздуха.

Нет, сегодня я точно не в форме. Вынырнув из-под воды, я поплыла к лесенке. Взявшись за поручни, я вытащила себя из воды и с разочарованием посмотрела на таймер. Чувствую, нескоро мне придется побить свой рекорд. И нет чтобы сегодня просто спокойно поплавать, я решила погрузиться на дно бассейна и потренироваться в подводном плавании.

Дурная голова ногам покоя не дает.

Тяжело дыша, я выбралась на бортик бассейна. Ощущалось легкое головокружение, предметы в глазах двоились. Вид двенадцатиметрового трамплина вызвал у меня отвращение.

«Все, довольно! На сегодня точно хватит. Надо дать организму время на восстановление. А рекорд побью в следующий раз», – сказала я себе, и, взяв свое полотенце, висевшее на крючке, отправилась в сауну.

…На следующий день я все же дала себе еще небольшую поблажку. Я пропустила утреннюю пробежку и проспала до восьми утра. Я дала своему организму еще один день на восстановление, к тому же вчерашний заплыв, а потом релаксирующий массаж разморили меня окончательно, и, вернувшись домой, я насытилась вкусным ужином, заботливо приготовленным тетушкой Милой, после чего рухнула на свой любимый диван и погрузилась в глубокий сон.

«Сегодня последний день», – пообещала я сама себе и вылезла из-под одеяла. Если и пропустила пробежку, это не значит, что надо валяться в постели и ничем не заниматься.

Я выпила стакан воды и затем выполнила комплекс упражнений на растяжку, затем движения из тай-чи и закончила все свои физические процедуры контрастным душем.

Тетя Мила же за это время успела проснуться и приготовить умопомрачительные кексы, сварила мне ароматный кофе. Поблагодарив свою заботливую родственницу, я водрузила кексы и кофе на поднос и с виноватым видом скрылась в своей комнате. Тетя никак на это не отреагировала, лишь молча пожала плечами. Я же хотела побыть наедине с собой и своим любим занятием – просмотром нового шедевра кинематографа.

Поставив поднос на стол, я бухнулась в кресло, включила компьютер и, пока он «разогревался», занялась кексами. Кофе, приготовленный тетей, имел слабый привкус спиртного, отчего, на мой взгляд, сильно проигрывал перед другими замысловатыми рецептами этого напитка. Тетя вечно экспериментировала, выискивая что-то новое и необычное…

Однако кофе я выпила, отчего окончательно взбодрилась. Кексы я тоже уплела, после чего, отставив бокал в сторону, погрузилась в мир кино. И именно в этот момент зазвонил мой мобильный. И почему я его не выключила или не додумалась убавить звук? Может, не брать трубку и продолжать заниматься просмотром остросюжетного фильма? Однако звонок был очень настойчив, видимо, я кому-то очень сильно понадобилась.

Взяв телефон, я с раздражением посмотрела на дисплей. Номер мне был неизвестен.

Я глубоко вздохнула, нажала «паузу» на пульте от моей плазмы и сухо ответила:

– Слушаю.

Приятный мужской голос из трубки осведомился:

– Добрый день. Имею ли я честь разговаривать с Евгенией Охотниковой?

– Да, это я. – Мне хотелось, чтобы в голосе не чувствовалось расстройство от того, что собеседник оторвал меня от любимого занятия. Поэтому я не сдержалась и добавила: – А вот насчет того, имеете ли вы честь, не скажу, так как лично с вами не знакома.

Собеседник замолчал, видимо, раздумывая над моим ответом.

Я первой нарушила молчание:

– У вас ко мне какое-то дело?

– Да, конечно… Меня зовут Алексей. Фамилия Громов. Дело в том, что мне грозит опасность. В общем… мне посоветовали вас как крутого телохранителя…

– Кто?

– Что кто? – не понял мой собеседник.

– Кто вам меня порекомендовал?

– А-а… Олег Соколов. Он рассказывал, что вы буквально чудеса творите: спасли его от смерти и помогли найти семейные драгоценности.

– Было дело, – уклончиво ответила я, потому что ту историю, случившуюся три месяца назад, мне не хотелось вспоминать.

Точнее, вспомнить было что. Обаятельный клиент, деревушка в Мордовии, поиски клада, разборки с местными бандитами… А вознаграждением за это опасное дело мне стали три сверкающих алмаза.

– А у вас, Алексей Громов, что за проблема? – деловито спросила я.

– Понимаете… Меня хотят убить, кажется, я уже сказал об этом. И вообще… знаете, происходят странные вещи. Я боюсь за свою жизнь, поэтому решил обратиться к вам.

– С вами уже что-то случилось? Или только подозрения?

– На меня напал человек в подъезде. Ранил ножом в предплечье. Слава богу, рана пустячная. Я сейчас нахожусь в больнице. Уже сегодня или завтра утром меня готовы выписать, и я… Я боюсь выходить из больницы. Да и тут мне как-то не по себе. Нет ощущения безопасности. К тому же мне поступают какие-то странные письма с угрозами.

– Да, вижу, дела у вас нешуточные, – с иронией в голосе ответила я. Уж больно не хотелось мне сейчас браться за новую работу. – До завтрашнего утра подождать сможете?

– Нет. Поймите, до утра я могу и не дожить. Мне нужна ваша помощь сейчас, а не завтра!

– Даже так, – пробормотала я с недоверием. – Вы в полицию заявляли, что на вас покушались?

– Конечно! – воскликнул собеседник. – Только пока они раскачаются, будет уже поздно. Да и дело у меня… довольно щекотливое. В общем, Евгения Максимовна, давайте встретимся и обо всем поговорим при встрече. И деньги, чтобы оплатить ваши услуги, у меня имеются.

– Вы знаете, сколько я беру за свою работу?

– Примерно знаю, но вы можете назвать другую сумму.

– Плюс к этому дополнительные непредвиденные затраты: на различную спецаппаратуру, наем дополнительных людей, скажем, для слежки или иных поручений. А также оплату услуг осведомителей и возмещение ущерба в результате пожаров, взрывов, затоплений, автомобильных аварий и техногенных катастроф.

Я сама не знаю, к чему я несла эту пургу. Наверное, где-то в глубине души я надеялась таким способом отпугнуть своего потенциального клиента и не браться за его дело.

– Чего-чего?.. Простите, вы сейчас пошутили? – спросил пораженный собеседник.

– Про техногенные катастрофы я пошутила, а остальное происходит с завидной регулярностью, – ответила я, – в особенности аварии. Защищая клиентов, я трижды лишалась своей машины, и они приобретали мне взамен новую. Вы как, потянете?

– Думаю, финансовую сторону вопроса я решу без проблем, – деловым тоном ответил господин Громов.

– Хорошо, – сдалась я. – Как, простите, вас по отчеству?

– Сергеевич. Алексей Сергеевич… Но можно просто Алексей.

– Алексей Сергеевич, я скоро приеду и выслушаю вашу историю. После этого решу, браться за это дело или нет, – приняла я решение, а после уточнила, в какой больнице лежит мой потенциальный клиент, и отключилась, ответив коротко: – До встречи.

Мои глаза обратились к часам. Я дала себе еще минут десять на подготовку, заскочила на кухню, съела еще один тетушкин кекс, запила его соком и пошла одеваться.

На шорох из своей комнаты выглянула тетя Мила.

– Женя, ты что, уходишь? – В голосе ее звучало беспокойство. А, заметив в моей руке небольшую походную сумку, она занервничала еще больше: – Опять работа, да? Господи, когда же это кончится? Женечка, ты же только закончила последнее дело, я же видела, какая ты была уставшая. Ты же совсем не успела отдохнуть.

– Тетя Мила, не переживай за меня. Я пока что просто иду на встречу с одним человеком. Возможно, никакой работы и не будет. И я скоро вернусь домой, – заверила я тетушку и поцеловала ее в щеку.

– Ты там осторожнее.

* * *

Мой «Фольксваген», блестевший от мороси в свете отблесков солнца, слабо пробивающегося через высокую облачность, сиротливо стоял среди других машин на стоянке за моим домом.

Я побыстрее забралась в уютный салон, завела двигатель и вырулила со стоянки. Путь до нужной мне больницы занял минут десять, не более. Свернув в какой-то глухой переулок, я достала с заднего сиденья свою сумку, раскрыла ее и достала свои маскарадные принадлежности.

Через пару минут я уже перевоплотилась в работницу здравоохранения. Белый халат, шапочка, стетоскоп…

Немного подумав, я надела на голову светлый парик, нанесла небольшой макияж и напялила на нос очки в роговой оправе. Пистолет нырнул в потайное отделение автомобильной аптечки, сделанной в виде небольшого чемоданчика с ручкой, с красным крестом на черном корпусе. Покончив с маскарадом, я смело подъехала к главному корпусу медсанчасти.

Будем подходить к делу творчески. Во-первых, я решила таким образом потренировать свои навыки перевоплощения и побывать в роли медсестры. Во-вторых, мне хотелось немного подшутить над своим потенциальным клиентом и заодно проверить его реакцию, как он будет реагировать не на телохранителя Евгению Охотникову, а на бестактную бестолковую медсестричку.

Здание больничного корпуса окружали большие тополя. Я поставила машину в тень под развесистым деревом, чтобы не бросалась в глаза охране.

У больницы не было видно никого подозрительного. Я осмотрелась и уверенно двинулась к служебному входу. Один раз мне уже приходилось проникать в эту больницу подобным образом, поэтому я четко знала, куда идти. Через этот вход в здание заносили все необходимое для нужд учреждения: оборудование, белье, медикаменты. И я уже знала, что за дверью находился грузовой лифт, а также выход на лестницу. Именно здесь я могу, как и в прошлый раз, пройти незамеченной, да и с охраной не придется объясняться.

Я подошла к нужной двери, оглянулась и достала отмычки. Врезной замок поддался без всяких проблем, вот только дверь на этот раз не поддалась. Она оказалась закрыта изнутри на засов – самое простое и эффективное средство против взлома. В этот раз мои попытки проникнуть в больницу этим путем оказались провальными.

Какая досада.

Однако для меня нет закрытых дверей и нет в принципе ничего невозможного.

Я осмотрелась вокруг. Старый водосток привлек мое внимание. Однако ветхое и ненадежное сооружение не ремонтировалось, наверное, лет двадцать и держалось, как говорится, на честном слове. Малейшее напряжение – и ржавый водосток обрушится со страшным грохотом. А я вместе с ним.

Я представила себе эту картину и отказалась от этой сомнительной затеи.

В конце концов я плюнула на все и решительно пошла к главному входу.

Я сделала непроницаемое лицо и вошла в вестибюль больницы, словно к себе домой. Охранник только вопросительно посмотрел на меня и нажал кнопку открывания вертушки. Все оказалось проще простого, а я-то, неугомонная, собиралась лезть по водосточной трубе.

Быстро шагнув по направлению к лестнице, я пристроилась к трем солидным мужчинам в светло-зеленой форме врачей, с важным видом поднимающимся по ступеням.

Я тихой тенью шла за ними, и до самого третьего этажа на меня никто не соизволил обратить внимание. Только тот, что был в очках, наверняка главный, обернулся и хмуро глянул на меня.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я и быстро прошмыгнула в длинный коридор нужного мне отделения.

Я обернулась и обратила внимание, что «очкарик» скрылся за одной из дверей.

Я быстро подошла к ней и прочитала табличку: «Соколов Олег Валерьевич. Главный врач».

Ну надо же, какое совпадение. Я и не думала, что мой недавний клиент, который, кстати, меня и посоветовал Алексею Громову, работает в этой больнице. Насколько я помню, он трудился в частной клинике. А может, это однофамилец? И тот импозантный врач в очках и есть Соколов Олег?

Самым верным решением было просто зайти в кабинет и проверить.

Я постучалась и, не дождавшись ответа, открыла дверь и вошла внутрь.

Да, один из мужчин, а их было двое, был именно тот самый Олег Соколов, которого я недавно охраняла на его родине в Мордовии, где мы искали пресловутый клад, будь он неладен.

Тот же томный взгляд, тот же ежик коротких волос, только очки сменили свою форму на более стильную, и лицом он как-то слегка осунулся. А ведь этот человек предлагал мне выйти за него замуж.

Как хорошо, что я не согласилась.

Но время, проведенное с ним тогда в деревне, я не забуду никогда…

Мужчины вопросительно подняли на меня свои взгляды, блестя стеклами своих очков.

– Простите, а вы кто? Я вас не знаю. Вы из другого отделения? Что вы хотели? – забросал меня вопросами Соколов.

– Вас я хотела, Олег Валерьевич, – без стеснения произнесла я и томно посмотрела через стекла своих бутафорских очков.

– Что? – Главврач смутился буквально на секунду. – Так кто вы? Говорите по существу.

– Олег Валерьевич, вы что, меня не узнаете? Какая досада! – Я стянула с себя очки и выразительно посмотрела на него. Свой белокурый парик я снимать не стала, это было бы чересчур.

В его взгляде что-то переменилось, потом блеснуло, глаза раскрылись, и он понял, кто перед ним стоит.

– Всеволод Александрович, простите меня, давайте позже обсудим этот вопрос. Оставьте меня, пожалуйста, наедине с этой замечательной леди.

– Хм… Понял, – только и сказал его коллега, подозрительно глянул на меня и вышел из кабинета.

– Евгения!.. И к чему этот маскарад? – Олег встал из-за стола и подошел ко мне. Но обнимать не спешил.

– Решила сделать сюрприз своему бывшему… клиенту. Неужели не соскучился?

– Но… Почему в таком виде и именно здесь, на работе? Женя, я… я правда часто думал о тебе, разве можно тебя забыть. Но… Ты сама оборвала все контакты, пропала. Деньги я тебе перевел за работу в двойном размере. А найденные сокровища… ты сама не захотела ничего брать.

– Да не нужны мне твои сокровища. Я про них уже давно забыла. А как там поживают алмазы старика? Ты их не нашел? – спросила я с издевкой в голосе.

– Нет. Я даже не представляю, где они… Женя, давай не здесь об этом говорить.

Я не стала признаваться, что эти алмазы, по воле случая, оказались у меня. Но пусть это будет моей маленькой тайной.

– Ладно, Олег Валерьевич, я тут на самом деле по делу, простите за тавтологию. И не без вашей подачи.

– В смысле?

– Некий Громов Алексей тебе знаком?

– А… Алексей. Ну конечно, – я заметила, как лицо Олега буквально расслабилось. – Не думал, что он так быстро свяжется с тобой.

– Что с ним случилось?

– Да особо ничего страшного. Ножевое ранение в руку. Шов я наложил ему. Он сразу ко мне обратился, просил без полиции, но переживает за… За себя, в общем, переживает. Что-то у него там случилось, ну, и я подумал, что ты сможешь ему помочь… Но, Женя, к чему этот маскарад? Ты в своем репертуаре. Вот уж кому нескучно жить.

– Это в целях конспирации, – уклончиво ответила я. – Проводишь меня до палаты триста пятнадцать?

– О да, конечно! Ох, Женя, – Олег вышел из-за стола и приобнял меня за талию. – Как я часто тебя вспоминаю…

Я лишь улыбнулась уголками губ. Да, у меня были чувства к этому мужчине, но это все в прошлом. У каждого из нас своя жизнь, наши дорожки разошлись, и каждый из нас пошел по своему пути.

Я усмехнулась.

– Если честно, не думала, что увижу тебя в этом городе. С твоими сокровищами ты можешь позволить себе жить в лучшем месте.

– Женя… Это мой родной город. Я его люблю. И да… я думаю уехать жить в другое место, но пока не решил куда.

– Ладно… Веди меня к Алексею Громову.

Олег молча провел меня мимо поста, где дежурила медсестра, которая мило беседовала с тем представительным врачом, который недавно был в кабинете.

Мы подошли к нужной нам палате, Олег уже хотел было постучать, но я его остановила.

– Палата, скорее всего, закрыта. Это место для VIP-персон, – пояснил мне Олег.

– Ничего страшного. Спасибо, Олег Валерьевич, дальше я справлюсь сама, – и я выразительным взглядом дала понять, что главврачу тут делать больше нечего.

Олег пожал плечами, улыбнулся мне, затем подмигнул и быстро ретировался.

Стучаться я не стала. Снова достала свои отмычки. Пара несложных пассов – и я уже внутри, в одноместной палате для VIP-персон.

Человек на постели, укутавшийся в плед, смотрел телевизор. Кажется, там шел сериал «Сверхъестественное».

Мое неожиданное появление заставило больного подпрыгнуть на кровати, при этом он умудрился задеть стакан с водой, который упал на пол, но, слава богу, не разбился. А другая рука мужчины смешно запуталась в плюшевом пледе.

Надо же, какой неуклюжий.

Или это я его так напугала?

Алексей Громов словно застыл, сидя на кровати с открытым ртом.

Я щелкнула выключателем на стене. Вспыхнул свет.

Алексей Громов – симпатичный молодой мужчина чуть за тридцать, с каштановыми волнистыми волосами, правильными чертами лица, смуглой кожей, чуть выше среднего роста, стройный и подтянутый. Нос с небольшой горбинкой нисколько его не портил, а скорее наоборот. А вот его оттопыренные в сторону уши вызвали у меня легкую ухмылку. И, судя по прыгучести, этот мужчина был живее всех живых. И на меня смотрели пронзительные умные глаза.

Хотя по телефону у него был такой голос, словно он при смерти и его преследует целая свора бандитов. Вот только симулянта мне не хватало. Тоже мне, жертва нападения.

– Кто вы такая? – сдавленно проговорил Громов каким-то скрипучим голосом, прожигая меня взглядом серых глаз.

– Если угадаете с первого раза, то получите в награду травяную клизму. А если нет, то тоже клизму, но только из битого стекла, – сообщила я абсолютно серьезным тоном, словно телеведущая. – Даю подсказку: белый халат, стетоскоп… И на кого я похожа?

– Очень смешно, – проворчал Громов недовольно. – Я вас раньше не видел. Где Маша, которая приходила раньше?

– Я новенькая. А Маша ушла в декрет, – бросила я, решительно направляясь к кровати. – Встаньте, мне нужно перестелить постель.

Громов с нежеланием поднялся и отошел в сторону.

– Как ушла в декрет? – с пришибленным видом спросил он.

– А что вы так испугались? Или вы имеете к этому какое-то отношение? – строго осведомилась я.

– Нет… Мы с ней были едва знакомы, – затряс головой мужчина.

Тут я поняла, что сменной постели у меня нет. Это мой маленький косяк. Поэтому я тут же переиграла эту ситуацию:

– Так, дайте я посмотрю ваше ранение, – деловым тоном предложила я и шагнула в сторону моего потенциального клиента.

– Вы же собирались перестелить постель? – запротестовал он.

– Я забыла сменный комплект, – беспечно произнесла я и глупо захлопала своими ресницами через стекла очков.

– В смысле?.. Послушайте, у вас вообще есть соответствующая квалификация, чтобы осматривать мою рану?

– Насчет квалификации не переживайте, – ответила я, бесцеремонно задирая пижаму на предплечье Громова. – Дайте-ка взглянуть, что у вас здесь? Или вы считаете, Алексей Сергеевич, что перестилание постели важнее вашего здоровья?

– Нет, конечно, но мне бы хотелось, чтобы мой хирург меня… Ой, что вы делаете? – вскрикнул мужчина, когда я сорвала жиденькую повязку с его предплечья.

Я не ответила, рассматривая небольшой ножевой порез на мягких тканях предплечья с аккуратным швом, который старательно наложил Олег Соколов.

Я сделала скучное лицо, потом прыснула со смеху и прилепила повязку на место.

– Что вы кричите как резаный, – цыкнула я на мужчину, смотревшего на меня круглыми глазами. – Я-то думала, у вас тут рана… А тут так – царапина. До свадьбы заживет. Вы, кстати, женаты?

– Нет. Что?.. Подождите, в смысле царапина? Да у меня ножевое ранение. И знаете, юная леди, лучше позовите мне моего лечащего врача, – злобно заметил этот молодой симпатичный мужчина, поправляя рубашку. – Имейте в виду, про ваши выкрутасы будет доложено заведующему.

– Так вы еще и ябеда? – Я скривила губы.

– Ну знаете!..

– Я к вам со всей душой, хочу вам помочь, – перебила я. – А вы? И знаете, что я вам еще скажу?

– Ну говорите уже!

– Я думаю, что вы симулянт, – ответила я и потянулась к своей аптечке. – Сейчас я вам сделаю перевязку, намажу йодом ваше ножевое… ха-ха!.. ранение и всажу в ваш зад хитрый укольчик.

Господин Громов чуть не задохнулся от возмущения, сверля меня своими умными глазами.

«Интересно, кем он работает? – промелькнула мысль. – Наверняка какой-нибудь скучный банкир».

– Я просто не знаю, что сейчас с вами сделаю! – выдохнул красный как рак мужчина.

– Вопрос в том, что сделаю с вами я, – произнесла я, решив прекратить этот спектакль. – Примерно час назад вы позвонили мне, умоляли помочь, говорили, что вы чуть ли не при смерти и вам нужна моя помощь. Я прихожу и что я вижу? Вы беззаботно валяетесь перед телевизором с царапиной на руке, кругом тишь, гладь и сплошная благодать…

Громов изумленно посмотрел на меня, потом в его голове словно что-то перещелкнуло, и он воскликнул:

– Так это вы! Вот уж никогда бы не подумал. – Он окинул меня взглядом и добавил: – Не обижайтесь, но вы похожи на неряшливую практикантку из медучилища, а не на телохранительницу.

– А вы что, ожидали увидеть секс-бомбу в обтягивающем кожаном костюме и с автоматом в руках? – ядовито спросила я, присев на край кровати.

– Нет, что вы… – пошел на попятную Громов. – Это рассказ Соколова о вас ввел меня в заблуждение. Я представлял вас совсем иначе.

– Ой, мне даже страшно подумать, что там наговорил про меня Соколов. Так что давайте без подробностей.

– Пожалуйста, – он пожал плечами и подошел к холодильнику. – Хотите чего-нибудь выпить? Есть три вида соков. Может быть, фрукты…

– Спасибо, я не голодна и не мучаюсь жаждой. Не для этого я тащилась к вам… Садитесь и рассказывайте, что у вас стряслось, а я решу, стоит ли браться за ваше дело.

* * *

– Я думала, что все намного серьезней, – со скучающим видом ответила я и даже наигранно зевнула.

– Ну как?.. – Громов озадаченно посмотрел на меня своими выразительными, умными глазами. – Вы считаете, что нападение в подъезде и записки с угрозами – это полная ерунда?

– Вы даже себе не представляете какая. И поверьте, вы еще не знаете, что такое настоящая опасность. Да и слава богу.

– Значит, вы не возьметесь меня охранять? – Лицо моего потенциального клиента стало как у обиженного ребенка. – Но, Евгения, я так полагался на вас. Мне страшно выйти из больницы. Вдруг этот псих с ножом снова нападет на меня?

– Ладно, успокойтесь. Я понимаю, что для вас это почти шок. Но… как вы себе представляете мою работу? Что я буду постоянно находиться рядом с вами, сопровождать вас на работу, а затем с работы? Я вам уже обрисовала принципы моей работы. Для меня главное ликвидировать источник опасности для моего клиента. А не сидеть рядом с ним, ожидая очередного нападения, – я выразительно посмотрела на мужчину.

В глазах Громова промелькнул отблеск надежды.

– Вот этого я от вас и хочу, уважаемая Евгения. Вы будете меня охранять и параллельно попытаетесь выяснить, кто все это затеял. И повторюсь еще раз: я готов щедро оплатить ваши услуги. Лишь бы спать спокойно.

– Ну хорошо, – сдалась я. – Ваше дело мне не видится особо интересным, но вы вызываете у меня симпатию. К тому же я сейчас совершенно свободна в плане работы. Хотя в планах у меня было совсем другое. Ну ладно… Тогда давайте начнем еще раз и более подробно. Кто, по вашему мнению, мог присылать вам записки с угрозами?

– Понятия не имею. Один раз был конверт с общей корреспонденцией, второй раз записка лежала прямо на моем рабочем столе.

– Вы помните дословно, что было в этих посланиях?

– Прям дословно нет. Но в первой записке было написано что-то типа: «За все надо платить. Возмездие скоро свершится». А вторая, хм?.. Там было написано совсем что-то странное. «Осталось немного. Проклятие скоро свершится…» – и далее что-то про готовое оружие, что ли… Типа орудие мести уже наготове. Бред какой-то.

– У вас сохранились эти послания?

– Да, они дома.

Я одобрительно кивнула, после чего спросила:

– Вы так и не сказали, где и кем вы работаете?

– Ах да… Руководитель отдела ипотечного кредитования. Банк ОТП.

Я про себя усмехнулась. Так и знала, что мой потенциальный клиент скучный банкир. Интуиция меня не подвела.

– И как я поняла, у вас имеется личный кабинет и, скорее всего, секретарша? – решила уточнить я.

– Совершенно верно, – кивнул банкир. – Секретарь у меня с опытом, солидная женщина средних лет.

– Солидная женщина средних лет!.. – Я чуть не рассмеялась. – Ну хорошо. Тогда кто, по вашему мнению, мог подкинуть вам записку прямо на стол? Уж не эта ли солидная женщина это сделала?

– Кто? Мария Степановна? – Банкир удивился, а потом ухмыльнулся. – Ну нет, Евгения, своему секретарю я очень сильно доверяю, да и вообще… Зачем ей это?

– Не знаю, но кому-то это нужно. А вам не приходило в голову, что это просто чья-то злая шутка?

– Может, это шутка, только зачем так шутить? К тому же на меня напал неизвестный в подъезде и чуть не пырнул ножом. Хорошо, я вовремя подставил руку…

– Хорошо, давайте о нападавшем. Вы смогли его разглядеть?

– Если вы про лицо, то нет. В той части нашего дома всегда тусклый свет. Это, как принято называть, мертвая зона. Переход из подземный парковки к лифту. Камер наблюдения там нет. Я вышел из машины и как ни в чем не бывало пошел к лифту. И вдруг словно тень на меня накинулась. Весь в черном и на голове капюшон. На лице черная маска. Ну… щас маски почти никто не носит, и слава богу. Но опять же есть редкие мнительные личности, которые продолжают носить «намордник». Поэтому маска на лице сейчас никого не удивит. В общем… Я вскрикнул, отскочил в сторону. В руке нападавшего блеснуло лезвие. Он сделал выпад в мою сторону, я успел отпрянуть назад. Затем закрылся руками и тут почувствовал, как руку словно обожгло. Я закричал, и преступник удалился. Все произошло за считаные секунды. Вот…

Я призадумалась.

– Получается, нападавший, скорее всего, не хотел вас убивать. Возможно, его целью было просто напугать или нанести вам физические увечья. Например, ножевое ранение.

– Что, в принципе, и случилось, – банкир кивнул на свою перевязанную руку.

– Ну, вы еще легко отделались. Поверьте, ранение в живот или под ребро было бы куда страшнее.

– Ну спасибо.

– Ладно, оставим пока нападавшего. Давайте вернемся к запискам с угрозами. Я смею предположить, что это сделал кто-то из ваших коллег или подчиненных, ведь только у них есть доступ к вашему кабинету.

Громов призадумался на минуту, потом ответил:

– Вы знаете, Евгения, кажется, я понял, кто все это затеял. И как я сразу об этом не догадался.

– Та-ак… Интересно послушать.

– Все это, скорее всего, затеяла моя бывшая… Иринка. Неужели она до сих пор не может успокоиться и решила перейти к активным действиям? Вот дура!

– А что, у этой Иринки был повод так вас невзлюбить? Чем вы ее так обидели? – спросила я и слегка ухмыльнулась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.