# Все константы этого мира

Алексей Каровин

Меня зовут Рубин, я субрегент Луны, мне десятки тысяч лет. И впервые я ощущаю, что мир на нашем пороге. Среди людей и лунных кошек. Я надеюсь, что наши слезы были пролиты не зря, а наши котята выросли в уважении к павшим войнам. Я заклинаю вас: существует множество переменных, но лишь три константы. Какие? Я расскажу вам… Четвертая повесть из цикла "Повелители мечтаний".

## – 1 -


«Верить Вам или нет? В мою историю? Историю отважного космического моряка, что решился на натуральную авантюру. Отдайте космический парус! Солнечные аккумуляторы на все 100! Дайте импульс, запускайте двигатели! И поехали! Перед нами полотна, нарисованные самым талантливым художником этого мира! Самой Вселенной! И пусть я, может, никогда не вернусь домой. А того хуже – буду глядеть на него через иллюминатор. Но не рубите с плеча: я выбрал свой путь самостоятельно. И не жалею ни одного кварка, ни одной секунды в полёте. Не могу представить себе жизнь без маневрирования среди астероидов, звёзд и осколков материи. Не могу проснуться без гула титановых поршней и писка сверхзвукового взлёта. Не могу кушать, пока не послушаю тишины. Той настоящей тишины, что создана в космосе. Молчание звёзд. Нет, бесконечную песню их молчания. Без этих вечных остановок на дрейф-постах. Или на космических маяках, где одинокий смотритель вечно наблюдает за Млечным путём. Одинокая Бангула, грозный Толиман. Луна и Андромеда. И если иной дышит кислородом, то мои бронхи наполнены звездной пылью вечных дорог и порталов. Как морской волк, пробирающийся среди цунами, я перебираюсь через солнечные ветры и туманности. Древние морские пираты боролись с Ктулху, я – с чёрными дырами. Они – в бесконечном океане, я – в бесконечном космосе…»

Отец ущипнул его за плечо, попытавшись изобразить кошачий «кусь». И тут же ретировался за стул, издав тягуче «хе-хе». Стегогея вскрикнул, подпрыгнув на стуле от небольшого испуга. Он тихо, недовольно почесал плечо. Папа, вечно со своими щипцами, от этого никуда не денешься. И ведь всегда попадает в такие минуты: когда мысли находятся совсем в ином мире. Нет, тут даже и не стоит спорить. Мир мечтаний ещё больший, чем мир, в котором мы живем. Стегогея, подумаю про себя: удивительно, он не перестанет восхищаться этому; в мире мечтаний – ты всесилен. И даже можно сказать повелеваешь этой Вселенной. Можно делать, ну все, что угодно. Путешествовать, съесть что-то вкусное с Юпитера или полететь на пляжи в Сибирии. Или представить, что ты пересёк на воздушном шаре Тихий Океан. Или даже прилетел на каникулы в пустыни Антарктиды.

– Папа, ты чего щипаешься? – он повернулся недовольно (по-детски) на стуле.

Космос ещё стоял перед Стегогеей, окутывая приятными геройскими мечтаниями. Наконец, он улыбнулся, остыв от своих мыслей. Он немного погрустил, и бросил свой блокнотик с рисунками в портфель. Ещё немного, и он покинет родительский дом на целую неделю. И если найти в мире плод, вкуснее, чем Толиманский драконий фрукт, то он точно бы назывался «Путешествие в космос». Стегогея поправил на себе комбинезон и принялся быстро доедать водоросли на завтрак.

– Он просто представил себя лунной кошкой, – отвлеклась мама от укладывания сумки.

Стегогея выдохнул и недовольно покивал. Будто он сам родитель, недовольный дурачеством ребёнка. Как же нелепо это смотрится от родителей? Уж те-то должны были наиграться. Отец, что-то свистнув из генератора овощей и фруктов, тут же уселся за трапезу. Мама его, окружённая несколькими дронами, успевала за несколькими делами – готовила, убирала, да ещё и собирала Стегогею в дорогу. И только ее красивое космическое платье мелькало между кухней и залом. Тут же плёлся роботизированный кот, наблюдавший за летавшими по дому автоматонами. Стегогея и про него не забыл, погладив его по металлической шерстке.

– Хватит налегать на яблоки, поел бы что-нибудь дельного. Супчик из жира лунной касатки, скажем, – сказала ему жена с некоторой обидой и наставлением и удалилась в соседнюю комнату.

Стегогее всегда было странно: почему каждая экскурсия куда-нибудь в космос сопровождалась целым ритуалом пребывания рядом с ним родителей и бесконечных сборов. Все это время сыпались бесконечные вопросы: «Тебе это положить? А это ты взял?». А Стегогея вроде космического звездолета должен был уклоняться от маминых яблок; и папиных туфлей. Нет, не то, чтобы так не должно было быть. Ну, просто: это же полёт на Луну, а не в систему Андромеды. Да и вроде бы, не навсегда туда летит, а только с классом на экскурсию. Ответ же он быстро нашёл на поверхности: ну, это же родители; родители, которые его любят.

– Я в детстве там бывал, – треская яблоко, рассказывал папа, – Там живут лунные кошки, с лунными людьми. Надо сказать, специфические. Я, когда, первый раз летел, боялся, что внутрь меня вселится сонный кот. И я, такой, приеду домой, а он будет моим разумом управлять.

Отец, покончив с яблоком, выхватил из генератора драконий фрукт. И принялся очищать его. Позади завидовал металлический котейка. Стегогея улыбнулся. Папа был мастером рассказывать всякие враки. Точнее даже не враки, а байки из глубокой древности. Что ж, ещё бы рыцарей вспомнил. Или динозавров.

– Да ну тебя, папа, не могут так лунные кошки, – возразил Стегогея, вроде того, что подрали какие-то основы мироздания в его голове – Ты что? Учебников не читал? Лунные кошки не захватывают разум людей. Просто говорят с ним телепатически. Просто у них очень плотная энергетическая связь с этой Вселенной. Особенностью их организма является способность преобразовывать энергию.

Папа зловеще возвёл руки к небу, изобразил что-то грозное, с когтями (наверное, кошку, Стегогея не понял). Металлический кот от страху перескочил на дрона, который тут же увёз его в соседний зал к маме.

– Эй, Карма, ты чего? Я же просила тебя! Не летай на дронах! – послышалось очень строго в зале.

После металлический кот, опустив свой хвост, виновато вернулся на кухню, принявшись чистить свою шерсть у самого генератора.

– Нет, нет! Раньше они захватывали планеты и убивали людей, – настаивал папа.

Он многозначительно обвёл руками стол и пространство вокруг. А позже сделал ещё большую по значимости паузу.

– Архиаква, прекрати стращать ребёнка, – послышалось из другой комнаты, – уже давно они не опасны. Сколько десятков тысяч лет прошло. Ты бы ещё биогеохимическую эволюцию вспомнил.

– Нет, ну, правда, – обиделся тот, – это сейчас они с людьми неразлучны. А раньше!

– Ну и что? – отрезала его жена – Нечего вспоминать сорок Вселенных назад прошедшее.

Стегогее же на самом деле предстояло большое путешествие. Перед самыми зимними каникулами ментор разрешил каждому в его классе выбрать квалификационную работу. Каждый из обучающихся (Стегогея не был исключением) должен был выбрать планету, которую он посетит с экскурсией. И какой! Целых 7 земных дней. Стегогея долго не решался выбрать Луну. Его одноклассники выбирали Юпитер, Марс или Нептун, другие Бангулу или ещё что-то с Альфа-Центавры или Млечного Пути. Но он почему-то выбрал Луну. Может, ему стало обидно, что ее никто не посещает. В любом случае недалеко от Земли и интересно. Везде люди или антропоиды, а там кошки. Это хотя бы отдаленно, но напоминало приключение. Может, на Луне он почувствует себя настоящим космическим рейнджером?

– Стега, а скажи мне, – мама появилась около Стегогеи с кислородным баллоном, – Там, на Луне есть атмосфера? Или я пакую тебе скафандр?

Мама предстала с двумя вакуумными капсулами разного цвета, внутри которых располагались скафандры. Конечно, с намеком на то, чтобы Стегогея выбрал себе тот, который ему необходим.

– Нет, мам, там есть атмосфера, и много кислорода. Ментор говорит взять с собой термокостюм и антигравитационный модуль. Говорят там гравитация теперь мощнее, чем на Земле. Бывают солёные и солнечные ветра. И жарче. Но в целом, похоже на Землю. Если что: я все упаковал.

Он показал ей набитый доверху портфель. Маме он точно понравится, Стегогея знал. Величина же маминой заботы была больше. И на столе перед Стегогеей появилась еще большая сумка, всклень набитая всякой всячиной.

– А вот раньше! – было начал Архиаква.

Стегогея сморщил губы. Перед тем как стать космическим рейнджером, кажется, ему придётся стать отменным носильщиком. Впрочем, никогда не знаешь, какие приборы и вещь пригодятся тебе в космосе.

– Аква, прекрати свои исторические справки! Иначе отобьёшь у ребёнка желание лететь на Луну. Ваши диванные враки о лунных кошках и ядерных ракетах вот уже где, знаете ли.

Мама улыбнулась. Но затем укорительно что-то пробурчала, обнаружив уничтоженный драконий фрукт на столе. Затем что-то поискала в дроне, произнесла что-то вроде: «на всякий случай положу» и утрамбовала в наполненную сумку кислородный костюм.

Скоро автоматическая дверь в дом отварилась. И на пороге появился, счастливый, усатый мужичок, одетый в белый скафандр и такие же ботинки. Идеально блестящий и сверкающий. Стегогея выглянул в коридоре. Его выражение лица сменилось на бойкую радость. И он бросился к нему в объятья.

– Дядя Эмеральд! – Стегогея с нежностью прижался к его груди.

Дядя Эмеральд был здесь всегда желанным гостем. В особенности для Стегогеи.

– Привет, племянник! – он погладил его по голове, – Смотрю растёшь и растёшь. Ещё немного и к нам, в космическую гвардию!

– Ну, ладно! Ему ещё рановато! – папа протянул Эмеральду руку – Я рад тебя видеть. Спасибо, что согласился встретить и проводить Стегогею.

– Эмеральд! Это ты! – тут же появилась и мама с чем-то вкусным в руках – Ты не проголодался?

Эмеральд смутился. Когда же приятный запах пирожков из моллюсков дошёл до него, он тут же согласился.