# Курьер для секретарши

Валентина Батищева

Я никогда не думала, что встречу свою истинную любовь на работе и будучи в отношениях. Но чтобы стать счастливой, мне придется пережить предательство, боль, ненависть, интриги и свои собственные сомнения и страхи.Будет ли это того стоить? Не сменю ли я одни неудачные отношения на другие?

## Часть первая. Лида.

Он по-хозяйски развернул меня к себе спиной и вошёл сразу, без подготовки. Уж промолчу, а то взорвётся, и так у него настроения ноль. Игорь пил вчера, как, впрочем, часто в последнее время. Под видом встреч стал куда-то ездить вечерами, задерживаться за полночь и возвращаться с запахом алкоголя. Только из всех этих поездок за две недели – всего пара мелких заказов. Я-то знаю, потому что я его секретарь.

Вообще, мы учились вместе, только он стал боссом, а меня уговорил стать его секретарем: "Мы ведь вместе, а кому, как не тебе, я смогу доверить дела нашей фирмы?". Нашей, – хмыкнула.

– Что? – спросил он, подняв на меня глаза. Тут же ускорился и наступил финал.

Ушла в ванную, о моём "фейерверке" речи не было, нам же некогда, пора ехать на работу. Молча собралась, он ещё лежал на постели с закрытыми глазами.

– Долго будешь кайфовать? Две встречи с утра и планёрка онлайн с главным офисом. Потом выезд ещё.

Игорь нехотя поднялся, прошлёпал босыми ногами по паркету, матерясь и источая запах перегара.

И вот так в последнее время начинается наше утро. Пока он собирался, просмотрела вчерашнюю почту, наметила план работы на сегодня.

– Ты за рулём, – кинул мне ключ.

Ну естественно. Кто ж ещё?

Лифт вознёс нас на десятый этаж, офис уже наполнялся работниками, а Игоря откровенно мутило. Как он домой-то вчера добрался?

Так, этому таблетку, айтишникам файл, эти документы сюда, это отправить, это в синюю папку, это на подпись, это мусор, это отчёт для планёрки, это передать в филиалы.

– Лида, кофе, – простонал селектор голосом Игоря.

Несусь. Кофе, минералка, аспирин.

– Умираешь? – лежит с полотенцем на голове.

– Дааа…

Ставлю кофе на столик перед белым кожаным диваном.

– У тебя через двадцать минут встреча. Отменять не буду. Азаров тебе не Иванов, больше не приедет из-за твоей дури. Данные на столе, я даже распечатала, чтобы ты в комп не пялился.

– Как ты с боссом разговариваешь, женщина? – простонал тот самый "босс".

– Ещё слово – я не подготовлю данные для планёрки, будешь сидеть, глазами хлопать.

– Вообще распустилась, – промямлил из-под полотенца.

Ровно через двадцать минут, как всегда, идеальный и пунктуальный, господин Азаров входил в кабинет Смирнова И.А., директора филиала ГК "Рускомпдомстрой".

Раньше у нас была своя фирма, вложились пополам, пара невыгодных контрактов, и Игорь отдал нас на съедение огромной группе компаний, сокращённо ГК. Я всё понимаю, он набирался опыта и не хватало знаний на первых порах. Теперь мы маленькая часть огромного кита. Над нами только головной офис, под нами область. Чуть больше года сами перебивались мелкими заказами, во всём себе отказывали, практически в минус работали. Теперь у нас машина, квартира, новая мебель и командировки. Можно бы остановиться и подумать о ребенке, возможно, но Игорь пока и слышать об этом не хочет. Я так понимаю, он думает набраться опыта, связей, и всё же открыть своё дело, где он будет БОСС, вот к этому все его ежедневные отлучки, он что-то опять мутит. А то приходится с утра в понедельник на летучках сидеть с бутылкой минералки и вот, как сегодня, по средам, планёрка онлайн с начальством и всеми директорами филиалов, а он не в адеквате.

Азаров покинул кабинет шефа, посмотрел на меня сурово и выдал перед уходом:

– Лида, неужели, вам тут очень много платят, что вы согласны работать с таким шефом? Такой секретарь, как вы, нарасхват. Если решитесь уйти, у вас есть мои контакты.

Что он там уже отчебучил? Влетаю в кабинет. А он сидит с бокалом виски, скотина.

– Ты сдурел?

– Отвали.

– У тебя встреча через полчаса! А планёрка? Забыл?

Он кинул в меня думочкой, я ушла. Ну и фиг с тобой, придурок.

На стуле в приёмной уже сидел Козлов и читал какой-то документ, взятый с моего стола.

– Отдай, – выхватила лист.

– И тебе привет, – он развернулся на стуле, уперевшись локтями в стол, потянулся ко мне:

– Поцелуешь, принцесса?

– Козлов, иди, куда шёл.

– У себя?

– Не принимает.

– Меня примет.

– У него встреча скоро, иди, не мешай, не до тебя.

– Я могу и позже зайти, – он поднялся и уже у выхода послал мне воздушный поцелуй.

Фу, терпеть его не могу. Давно его знаю, и бесят его шуточки, а уж когда глазами раздевает – и подавно. Чего Игорь с ним общается – вообще не пойму. Он у нас не работает, но таскается постоянно. И каждый раз эти сальные намёки.

Господин Стрункин вошёл минут за пять до назначенного, мучимый одышкой и попросил воды.

Пока он приходил в себя, метнулась к Игорю.

– Виталий Сергеевич здесь.

По одной мне известным признакам Игорь переступил черту "навеселе". Я молча отобрала бутылку, показав кулак и повернула к нему ноут.

– Работай.

После ухода гостя ожил селектор:

– Бутылку отдай.

– Облезешь.

– Дура, – отключился.

Что-то мне всё это не нравится. Как-то я упустила начало всего этого. Очень много работы, да и за Игоря половину делала, – отчёты, мониторинги рынка, поиски клиентов, площадок, филиалы на себя взвалила, сама не заметив как. Вернее, как в нашей фирме дела вела, так автоматически на мне они и остались.

Время до планёрки пролетело за работой. Звонки, организация работы отделов, документы, подрядчики. Очнулась – три минуты до подключения. Почему Игорь молчит, не уточняет по отчёту, как обычно?

Приоткрыла дверь – тишина. Вхожу – спит! Скотина пьяная, рядом бутылка из-под коньяка. Намешал.

Что делать? Что делать? Подключаться надо! Мандраж и истерика. Бегу на каблуках, закрываю приёмную на ключ, обратно, подключаюсь к конференции, на ходу поправляя блузку, волосы.

– Так, Смирнов, вижу подключение, Иволга вижу, Белов, Муромский, Газизов, – секретарь главного офиса подтверждала подключение.

– Приступаем, – Юрий Викторович, один из двух глав нашего "кита", как всегда, собран и сдержан.

– На повестке дня: Взгляд на филиалы, расширение работы в области.

Я, пересмотрев ваши отчёты за прошлый период, вывел несколько пунктов…

Я сидела, ни жива, не мертва. ЧТО можно сказать про отсутствие шефа? Умер? Украли инопланетяне? Что может ему позволить не быть на этой планёрке? Только бы не захрапел!

– Так, Челябинск. – Челябинск – это я. И я ка-ак затараторила! Я ж сама отчёт писала, я каждую циферку наизусть знаю.

– Стоп. Михеева, камеру включи, – прервал меня главный Босс. – Где твой шеф?

– Он не может. Я вот, – показала в камеру отчёт.

– Михеева, где. твой. шеф?

– Он не может. Он не на связи. Я уверена, как связь восстановится, он всё сам объяснит.

– Лида, – устало потёр переносицу Юрий Викторович, – ты, конечно, кремень, но о пьянстве твоего шефа я уже наслышан. Если это имеет такие тяжёлые последствия, я буду вынужден думать о его замене. И для начала прислать проверку. Передай ему. А сейчас продолжай свой отчёт.

После меня выслушали ещё двух докладчиков, я даже порадовалась – цифры по моей области были даже немного выше, чем у коллег. Потом, в обсуждении стратегии, я даже смогла вставить свои пять копеек, причём по делу.

– Всем спасибо, до свидания. Михеева, не отключайся.

"А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!"

– Лида, мне нужен ещё отчёт конкретно по Магнитогорску. Когда сможешь составить?

– А, так, есть, Юрий Викторович, вчерашняя сводка. Сейчас перешлю.

– Михеева, ты знаешь, что ты – золото? Я тебе премию выпишу. И потрать их на себя, пожалуйста, а не на коврики.

И отключился. Капец, шеф даже в курсе, что я годовую премию потратила на машину Игоря. Она как-бы считается нашей, мы вдвоём покупали, пополам, но ездит на ней он. Меня только до офиса и иногда из. В основном я на автобусе, дальше пешком, иногда через магазин. Иногда наш шофёр, Виталик, меня отвозил. И вот я на премию купила новые чехлы и коврики в машину. Ну, такой себе подарок, как сказал Игорь, но вот было так.

Я откинулась на спинку кресла. Так, надо выезд отменить, позвонить, чтоб не ждали, и Виталика отпустить, у него жена приболела, пусть он с ребенком посидит. С этим что делать?

Вышла, закрыла дверь, решила, пусть проспится. Сама занялась до вечера своими делами. В итоге уехала домой, отключила телефон, Игорь так и остался спать в офисе.

Утром меня ожидал злой Игорь, его зловонный перегар и куча работы.

– Совсем охренела? Ты знаешь, во сколько мне доставка обошлась?

На столике стояли коробки из под пиццы, валялась бутылка из-под виски.

– А я тебя на себе тащить должна была? Собирайся давай, в область надо ехать, вчерашний выезд отменили.

– Да пошла ты, – он завалился на диван. – Отменяй всех, Игорь Антонович сегодня не принимает.

Вот сука. Я разозлилась. Отменила встречи, дополнила стопку документов на подпись этому козлу, когда проспится, занялась текучкой.

– Здравствуйте, – меня вытащил из омута бумаг голос. Поднимаю глаза: Аполлон! Нет, Алёша Попович! Классный! Высокий, крепкий, а глаза! Серые, со смешинками.

– Игорь Антонович сегодня не принимает, – на автомате ответила я.

– А я не к нему, к вам. Я ваш новый курьер.

Зависла. Такие бывают курьеры? Они либо молодые совсем, зелёные, либо дядечки предпенсионные. Аполлон протянул документы:

– Вот, я из отдела кадров.

– Александр Егорович Кнолев. ГК "Рускомпдомстрой", должность – прочерк. А чего прочерк?

– Я ж не всегда курьером буду, – смеётся.

Надо потом не забыть позвонить в отдел кадров. Что за вольность такая? Мы человеку документы доверять должны, а у него должность не прописана.

Отправила его на два адреса, с запечатанными конвертами. Как раз он вовремя, а то три дня курьера не было, с Виталиком отправляла.

Через пару часов его величество шеф решил, что он хочет домой. Всё, отходняк, значит. Закрыла приемную и потащила на себе до лифта. При выходе из здания умнейший и красивейший и ещё что-то там, забыла, споткнулся и кулем свалился под ноги новому курьеру. Тот глянул на недоразумение у своих ног и пытающуюся поднять этот верещащий куль меня. Поднял Игоря и потащил за мной на стоянку. Помог загрузить на заднее сиденье.

– Ключи давай, я поведу.

– Я сама, – попыталась отговориться.

– И до дома сама донесёшь? – он хмыкнул и взял из моих рук ключи.

Я шла впереди, открыла квартиру, мужчина сгрузил Игоря на кровать, я сняла ботинки, унесла в прихожую.

– Ой, а как вы назад? Машина у офиса осталась? Я вас отвезу! – вскинулась я.

– Ты сегодня ела?

Я мотнула головой:

– Некогда было.

– Мне тоже. Может, перекусим? Я видел кафе на углу.

– А он? – я кивнула в сторону Игоря. – Вдруг ему плохо станет?

– Да перестань ты с ним нянчиться, большой мальчик уже.

Да правда, почему бы и нет?

– А пошли! – я потянула его на выход.

На улице в свои права уже вступила золотая осень. Днём было ещё по-летнему тепло, к вечеру опускалась прохлада. По краям аллеи шуршали гонимые ветром опавшие листья, я накинула капюшон плаща и мы молча шагали в сторону кафе.

Народу было немного, играла ненавязчивая мелодия, мы заняли третий столик у окна. Я заказала оливье и шашлык.

– Странно, – хмыкнул Александр.

– Что странно?

– Обычно девушки заказывают "Цезарь" и какие-нибудь овощи гриль.

– Я не обычная девушка.

– Я уже понял, – усмехнулся, от чего в глазах заплясали бесята. – Давай на "ты" и по имени?

– На работе нельзя на "ты". Этика компании.

– На работе не будем, только когда не на работе.

– А ты предполагаешь, что мы будем встречаться вне работы? – вскинула бровь.

– Будем.

– Я, вообще-то, не свободна.

– Не вижу кольца. И наручников тоже.

– Сплюнь.

Он со смехом поплевал через плечо.

– Любишь его?

Пожала плечами.

– Лет пять назад любила точно. Когда универ вместе закончили, когда свою фирму с нуля поднимали. Когда он не послушал меня и всё потерял по собственной глупости, жалела. Радовалась, что в депрессию не впал, а потом нас ГК поглотил и, вроде как, жизнь стала налаживаться. Вот, квартиру купили, машину.

– А разве это всё не принадлежит фирме? – удивился Саша.

Я уставилась на него:

– У меня родители бабушкину однушку продали, я вложила свою долю.

– И документы видела?

Я зависла. Но тут принесли мой шашлык, живот заурчал и я выпала из реальности. Вернулась в адекват, когда Саша протягивал мне бокал с вином.

– Зачем?

Пожал плечами:

– Может, за знакомство, может, за новую жизнь. Кто знает?

Мы чёкнулись. Пригубила.

– Ммм, вкусно. А то я вино выбирать не умею. Как-то маме подарила кислятину, мама до сих пор смеётся, что я специально, "шоб жизнь малиной не казалась".

Мы смеялись. Было хорошо. Тепло, сытно, уютно. Саша был интересным собеседником: начитан, остроумен. Наши шуточные пикировки доставляли мне удовольствие. Но хорошего понемногу и мне предстояло вернуться домой.

– До завтра, – сказал он мне, провожая.

– До завтра, – ответила я, отчего-то замёрзнув, когда сделала шаг в подъезд.


Утром Игорь кое-как собрался и мы поехали на работу. Даже душ и чистый костюм не сделали из него приличную картинку босса. Помятый бомжик – точное определение. Я поглядывала в зеркало на него с водительского места. Ему всё ещё было плохо, но остатки совести имелись. Сегодня пять важных встреч. На выезд он опять не успевает. Сроки жмут, недовольные клиенты звонят, уточняют о начале строительства. А он ещё площадку не смотрел. Может, в выходные уложится.

Разговаривать мне не хотелось, от слова "совсем". Заехала на стоянку, молча вышла, дождалась, пока супербосс соизволит вывалиться из машины, закрыла её и пошла к офисному зданию. Обратила внимание на стеклянную стену: косынка на голове, тёмные очки, высокие каблуки – этакая Лара Крофт и позади неё зомби в деловом костюме еле ноги передвигает на рефлексах.

В лифт вошла, тоже его ждать не стала, пусть другие наслаждаются ароматами алкомаркета. На нашем этаже жизнь уже кипела вовсю. Дело перед зарплатой, все усиленно делают вид, что работа работается. Люблю их. Они отвечают взаимностью: всё, что я прошу, выполняют в срок, я их никогда не сдаю за мелкие провинности, прикрываю отлучки и ранние уходы, если форс-мажор. Нет, они не наглеют, коллектив хороший, хоть и разношёрстный.

– Всем пламенный привет, – что означало: шеф злой и будет медленно поджаривать в аду до золотистой корочки.

Все по местам, пасьянсы закрыты, все работают. Красота. Я этим приёмом часто пользуюсь, но не перегибаю. А шеф сегодня не злой – он никакой. Хоть бы собрался и провёл встречи.

Так. Этому кофе. Это сразу на подпись. Это в бухгалтерию, это в жёлтую папку. Явился. Открываю ноут, собираюсь сортировать письма.

– Кофе.

Киваю. Открываю кабинет, несу кофе и бумаги на подпись. Подписывает не глядя, значит – ещё не отпустило. Наконец-то! Теперь хоть дела сдвинутся.

– Встреча через десять минут с замом Синицына, вопрос о площадке номер двенадцать. Вот сводка. В десять встреча с Мамоновым, площадка три, вот сводка, – веером выкладываю распечатанные листы с данными.

Затем…

– Лид, может минет?

– Минет ты будешь делать себе сам, если не отзвонишься Юрию Викторовичу с внятной причиной твоего отсутствия на позавчерашней планёрке. И не объяснишь, почему до сих пор не звонил. А сегодня пять встреч. Пять! – показала как отсталому на пальцах. – И будь так любезен, поработай сегодня плодотворно!

– Бываешь же ты сукой, – услышала вслед. Кольнуло.

На моём рабочем столе стоял горшок с розовым кустиком, усыпанным нежными цветами. Подперев косяк, в дверях – Саша. Костяшкой пальца постучал рядом с собой:

– Лидия Ивановна, можно?

– Здравствуйте. – От чего-то вспыхнула.

– Здравствуйте, – мимо Саши пытался протиснуться дородный зам Синицына, тот отступил.

– Лидочка, доброе утро. Сегодня всё утро ждал звонка. Раз вы не отменили, я здесь.

– Всё правильно, Константин Сергеевич, ждём, проходите. –

Указала Саше на стул, сама стала готовить гостю кофе. Он любит латте, да послаще. Унесла.

– Привет, – сказала, усаживаясь на своё место. – Только подписал, ещё не разбирала. Подождёшь? Кофе?

– Подожду. Я так понимаю, меня никто не ждал, сами с утра справились. Но, чувствую, к обеду дамочки завалят работой, будут гонять между собой с одной и той же запиской, – он ухмыльнулся.

– Не, сегодня не будут. Я им выдала код "красный". Сегодня будут пахать без шуточек. Это мне? – указала на куст.

– Тебе. Необычной девушке необычный букет.

– Спасибо. Люблю в горшках. Будет тут у меня жить. Назову Розиком. Дома нельзя, у Игоря аллергия.

– А и не надо дома. Ты целыми днями здесь. Зато полить не забудешь. И меня вспоминать будешь.

– А ты уже увольняешься?

– Не дождёшься, – опять смешинки во взгляде.

– Так, смотри – это в бухгалтерию, это в отдел планирования, это айтишникам. Потом это отвезти вот по этому адресу, лично в руки вот этому человеку, – указываю на надпись на конверте, – документы проверь. Пока всё.

– Пообедаем? – невинный вопрос, но я краснею.

– Вряд ли. Много работы, надо ловить момент, – указала кивком в сторону кабинета Игоря. – И вообще, я говорила, что не свободна. Вчера так получилось. Случайно.

– Не ломай карандаш, пригодится. – Он ушёл, а я осталась с непонятными чувствами внутри. Ощущение, что я его предаю. Чтобы избавиться от ненужных мне переживаний, окунулась в работу. Сегодня Игорь провёл все пять встреч, договаривался онлайн о поставках, проводил переговоры, с посыпанной пеплом головой дозвонился до Юрия Викторовича, получил втык, выговор в личное дело и штраф в размере моей премии.

Я тоже забегалась сегодня: кофе, бумаги, подписи, посетители, вернее – просители. Устала. Ого, вечер, – взглянула в окно, на подоконнике красота. Вспомнила, что с утра Сашу больше не видела.

– Лида, собирайся, – Игорь закрывал кабинет.

Я выключила ноут, убрала бумаги в стол. Так, принтер, кофемашина, свет. Домой.

– Устала, малыш? – Игорь по хозяйски обнял за талию.

– Устала. Сил нет.

– Поужинаем в "Редиссоне"?

– Я не хочу.

– Ну не злись. Прости. Такой период тяжёлый. – Он прижался, поцеловал в висок. – Ну хочешь, поедем в "Шафран"?

Кивнула, соглашаясь. Так устала, что без разницы.

Всё равно сделал по-своему, в "Шафран" не повез. Выключив мотор, повернулся ко мне:

– Кис, может, сделаешь минет? Я устал, мне сбросить напряг надо.

– Да иди ты…

Вышла из машины. Он, источая злость, прошёл вперёд. Сделал заказ, пока я отлучилась в дамскую комнату. Опять за меня всё решил…

– О, ребята, привет! – Галя, жена прораба с седьмой площадки, мы с ними обедали в прошлое воскресенье. – Присоединюсь? Не против? – она вглядывалась в наши лица.

Я пожала плечами, Игорь благосклонно кивнул.

– А мы, представляете, поругались, Илья уехал, я решила продолжить веселье. Такая музыка хорошая, да? Игорь, потанцуй со мной. Ну пожалуйста, – она сложила руки в умоляющем жесте.

К моему удивлению, он согласился. Ушёл, не обернувшись на меня. Пока они танцевали, принесли еду. Ненавижу морепродукты, он опять заказал эту гадость. Поискала Игоря с Галей глазами, не нашла. Решила выйти, подышать. Приятная прохлада остудила после душного зала. Решила вернуться, вдруг потеряет, перед этим зашла в дамскую комнату вымыть руки. Из одной из кабинок раздавались сдавленные стоны. Смотря в зеркало, невольно опустила глаза и увидела ноги двоих. Её, в ярком Галином платье на корточках и его, в брюках и ботинках Игоря. Дыхание перехватило, глаза расширились от увиденного. Подошла, толкнулась в дверь, та приоткрылась на пару сантиметров, но и этого было достаточно, чтобы увидеть происходящее. Это был Игорь. Глаза закрыты, на лице маска экстаза, Галя перед ним, вылизывает его член.

Слёзы брызнули из глаз, забрала плащ и рванула к выходу, по пути одеваясь.

Поймала официанта:

– Передайте мужчине за этим столиком, что он – козёл.

– Лида? – на встречу попался Саша.

Кивнула, собираясь проскочить мимо. Он удержал меня за руку:

– Всё в порядке?

– Да-да, всё хорошо, – говорила, не глядя ему в глаза.

– Тебя увезти отсюда?

Подняла заплаканное лицо и кивнула.

Он взял мою ладонь и повёл за собой. Открыл машину, усадил на переднее сиденье, пристегнул и лишь после этого сам сел за руль.

Он вёз меня по ночному городу, мимо проносились огни встречных машин, мелькали освещённые окна домов и магазинов, я отвернулась к окну и бездумно смотрела на капли моросящего дождя, что били по стеклу, прокладывая себе дорожки вниз.

Когда это случилось с нами? Где мы друг друга потеряли? Я не заметила, полностью поглощённая работой, что между нами что-то не так. Что произошло?

– Расскажешь? – не выдержал Саша.

– Нет, – помотала головой.

– Это Игорь? Он обидел тебя, Лид?

– Одна наша знакомая ему делала минет в кабинке туалета, потому что я отказалась.

– Козёл.

– Вот тут я с тобой соглашусь.

Прислушалась к своим чувствам. А ведь внутри пустота. Немного горечи, обиды, но боли нет. Неужели, я тоже перегорела?

– Давай напьёмся? – предложил Саша.

Взглянула на него с удивлением:

– Я не пью.

– Боишься потерять контроль?

Пожала плечами:

– Не пью и всё.

– А как ты расслабляешься?

Задумалась. А как я расслабляюсь?

– Я музыку слушаю. Книги читаю, – ответила ему.

Он включил магнитолу и салон заполнила приятная мелодия.

– Так что: отвезти тебя домой, или напьёмся?

– Не хочу домой.

– Намёк понял, – он развернул машину, и мы помчались по ночному городу в одном ему известном направлении.

– А я, прикинь, однажды на рыбалке нырнул, а обратно влезть не смог на лодку. Солнце печёт, вокруг никого, и я такой – с бутылкой пива и удочкой.

– Так доплыл бы до берега… – что за чушь он несёт?

– До Индии далеко, если только в Африку…

Он ещё что-то говорил, говорил, я не слушала. Слёзы прокладывали дорожки по моим щекам, мне было жалко себя. Я вспомнила нашу встречу с Игорем – он пришёл к нам на третий курс. Красавец с амбициями и неуёмной энергией. У него всегда в голове была тысяча планов, множество знакомых и какие-то делишки с Козловым, о которых он мне никогда не рассказывал.

Жалеючи себя, начала вспоминать моменты, когда Игорь не учитывал моё мнение, когда мои желания опускались в конец списка и потом как-то терялись на фоне текущих дел. Я никогда не была заграницей, хотя Игорь летал в командировки. И брал с собой Иру, переводчицу. Может, и она помогала ему там "напряг" скинуть? А на выезды часто с ним моталась Алина из отдела статистики, она тоже? А ведь после поездок она ко мне по-долгу не заходила в перерыв "на чаёк".

Какая я дура! – я закрыла руками лицо. И ведь, скорей всего, весь офис знал, знали и молчали. А я с ними всегда по-хорошему, по-доброму. Только пахала и улыбалась. Дура! Впереди два выходных, маленькая передышка, потом решу как быть. Решено – напьюсь!

– …ну вот, а я ему и говорю: а раз такой умный, сам и садись голой задницей на муравейник!

– Саш, спасибо. Я в норме, – слабо улыбнулась. Куда едем?

– Не поверишь, у меня под окном алкогольный рай. Круглосуточный. Еду закажем. Шашлык?

– Шашлык, – согласилась я. – Только Саш, обещай: без рук, мне реально этого сейчас не нужно.

– Да брось ты, я ж понимаю. Просто напьёмся, будем песни орать под "Руки вверх" – хочешь?

– Хочу! Очень хочу! И клубнику в шоколаде ещё!

– Закажем, – посмеивался он.

Через два часа я, уже плохо ориентируясь вокруг себя, орала вместе с любимой группой:

– А он тебя целует, говорит, что любит…

– Саш, вот скажи, Саш, почему мужики изменяют, а?

– Да забудь ты этого козла, – повторял он в сотый раз. – Он тебе даже не муж.


Утром проснулась от дикой головной боли, пытаясь со стоном оторвать голову от подушки. В поле зрения возникла запотевшая бутылочка с минералкой. Приложила её к голове:

– Ооо…

– Проснулась, спящая царевна?

Перевожу взгляд на мужчину. Он, по всей видимости, из душа. На нём только светлые зауженные шорты из хлопка. Мокрые волосы и кубики пресса. Даже сквозь бой курантов в голове замечаю, каков красавец. Ему моделью работать, а не курьером, о чём и сообщаю. Смеётся. И смех у него приятный, не истеричный, как у Игоря. О, Игорь! Наверное ищет, надо позвонить.

– Где мой телефон? – шарю рукой и не нахожу.

– Отобрал и выключил. На, выпей, – протягивает шипучую смесь. – Не зря, я тебе скажу, ты раньше не напивалась.

– Чего? – в голове перекати-поле вместо воспоминаний.

Оглядела себя – как была, так и сплю в одежде. Блузка хоть хлопковая, не измялась, узкая юбка задралась, но капронки вроде целые.

– Неугомонная, вот чего. Пошли, в душ унесу, – сграбастал вместе с бутылкой.

– Поставь! Сдурел?!

Опять ржёт. Весело ему. Воду включил, умыл:

– Умывайтесь глазки, умывайтесь щёчки…

– Всё, я сама, иди, – выгнала из ванной.

Гляжусь в зеркало:

– Н-да, принцесса…

Трясущимися руками включаю телефон. Пять пропущенных от Игоря. Сообщение в Вацап ему от меня. Открыла и волосы дыбом встали: я, пьяная, с бутылкой вина в руке ору в камеру на фоне музыки:

– Ты козлина! Коз-ли-на! – и начинаю горланить песню: – Чужие губы тебя ласкают…

Жесть. Вздыхаю. Звонок. Игорь. Мне нечего ему сказать. Отключаю телефон.

Принимаю быстро душ и выхожу из ванной.

– Кофе или пиво? – слышу вопрос из кухни.

– Кофе.

– А то пиво уже привезли.

– Мне домой надо.

– Тебе для начала подумать надо.

– Посмотрим, что он скажет. Да и работаем мы вместе…

– Вчера я увидел сильную, смелую, самостоятельную девушку со стержнем. Сейчас опять размазня: Игорь, Игорь.

– Нет, – я замотала головой. – Он тут не причём. Просто, так будет правильней.

– Ну раз он не причём…

Я не успела сообразить, как он поцеловал меня. Нежно, невесомо. Его мягкие губы ласкали мои, затем его язык скользнул мне в рот, я робко ответила от неожиданности, – вкусно. Приятное тепло разлилось по телу и стянулось внизу узлом. Мурашки побежали по спине и горошины сосков затвердели. Я испугалась. Испугалась реакции своего тела, испугалась такого быстрого темпа перемены событий в моей жизни. Если я сейчас не остановлюсь, чем я буду лучше Игоря? Отстранилась.

– Нет.

В его потемневших глазах плескалась досада, но они вмиг посветлели и в них заплясали смешинки:

– Поедем, заберем твои вещи из офиса, уволишься задним числом, пока выходной и никого нет. А из дома всё заберёшь, когда он будет на работе.

– Нет, моя личная жизнь никак не касается компании, на меня надеются, сначала надо найти замену, ввести в курс дела. Проверка ожидается опять же. Да и вообще, мне там нравится работать.

– Судя по откликам коллег, Игорь твой не возьмёт приз года, как лучший начальник. Слей его.

Я пожала плечами. И пошла искать свою сумочку, в ней есть расческа и косметика.

– Может, всё же кофе? – Саша протягивал мне чашку.

Кивнула, взяла на автомате. Мой мозг уже оправился и заработал в привычном режиме. Многоуровневость решения задач – работа секретаря.

– Ты прав, надо съездить в офис. Забрать документы из сейфа.

– Хочешь, отвезу?

– Ты и так мне помог. Навязалась я на твою голову.

– Мне приятно тебе помочь. Особенно, если в благодарность получу вот такое вот "спасибо", – он притянул меня к себе и опять пытался поцеловать.

– Саш, не надо. Я ещё ничего не решила. Я решаю проблемы по мере их поступления.

– Ну хоть позавтракай. Смотри, какие чудесные круассаны.

– Мой желудок пока не в состоянии воспринимать еду. Поехали.

До офиса добирались, попав во всевозможные пробки. Даже успели опять поспорить.

– Что ты предлагаешь? Уйти от него? Куда? У нас квартира общая. И работу сменить? Виноват он, а мне всё бросить?

– Про машину и квартиру я тебе говорил – скорее всего, они принадлежат фирме. Как и та, в которой я живу – мне её выдали на время работы в компании.

– Не хочешь же ты сказать…

– Не хочу. Поищи документы, хотя, если он даже всё купил и оформил на себя, тебе даже через суд ничего не светит, если по-хорошему не получится договориться. Можно пробить по базе имеющееся у тебя имущество.

Включила телефон, всего два процента зарядки.

– Поднимусь в офис, зайду в программу с ноута.

На парковке несколько машин, пробежалась глазами – нашей нет.

– С тобой подняться?

– Нет, я справлюсь.

Захожу в непривычно тихое здание, киваю охраннику, прикладываю пропуск, в лифте еду одна. На нашем этаже тишина. Открываю своим ключом в приёмную, роюсь в своём столе, там, в самом конце ящика должен быть ключ от сейфа. Достаю его и иду в кабинет Игоря.

Солнце бьёт в окна, в кабинете по-летнему жарко и душно. Открываю шкаф, затем сейф, но ничего не успеваю сделать, как чья-то рука обвивает за талию, и прижимает к чему-то телу.

– Что ищешь, кис?

Игорь! Мурашки от страха пробегают по телу.

– Отпусти, – пытаюсь вырваться.

Он легко разворачивает меня и прижимает спиной к стене.

– Потеряла что-то? – он немного пьян и очень зол. – Так что ты забыла в моём кабинете, а, дорогая?

– Отпусти, говорю, – второй рукой он держит меня за шею, пытаюсь вырваться из хватки. – Ты изменил мне, ещё и смеешь так себя вести?

– Изменил? – улыбнулся уголком рта. – А ты мне кто? Жена? Нет, не жена. О какой измене речь? То, что я напихал готовой к этому бабе – так она сама просила, как все они просят у меня. Я пытался с тобой быть ласковым, но ты вечно уставшая, какие-то разговоры о детях начала заводить. Дура! Мне это не нужно! Секс и деньги – вот что правит миром! – он развернул меня к стене, со всей дури ударил об неё лбом, так, что я вскрикнула, и у меня потемнело в глазах. Его руки шарили по моему телу под блузкой, я вяло сопротивлялась, он дышал мне в шею перегаром, прерывисто целуя.

– Ну давай, давай, детка, мы же ни разу не делали этого здесь, – щёлкнула пряжка ремня, он задрал мою юбку. От боли я не сразу сообразила, откуда у него столько рук, пока не услышала:

– Я первый, – голосом Козлова.

– Нет, нет, уроды! – забилась я, зажатая с двух сторон. – Отпустите!

Они развернули меня лицом к себе, Козлов с размаху дал мне оплеуху, что аж голова дёрнулась, я забыла как дышать. Игорь схватил меня за волосы и намотав их на кулак, сильно дёрнул вниз, я вскрикнула. Козлов в этот момент вставил мне в рот бутылку с алкоголем, начал вливать, отчего я захлебнулась, и жидкость пошла носом.

– Наконец-то, сучка, ты мне не откажешь! – заржал он. – И дашь и возьмёшь и ещё попросишь!

– За что, Игорь? – только и успела спросить, прежде чем меня подтащили к дивану и бросили на него. Руку обожгло болью, боком ударилась о твёрдую боковину.

Сверху плюхнулся Козлов, одной рукой держа меня за шею, другой расстёгивая ширинку.

– Ничего личного, дорогая, я просто проиграл тебя в карты, – Игорь сидел в кресле, ожидая своей очереди. – А ты так удачно включила телефон по дороге сюда, а мы успели приехать раньше и спрятаться в туалете. С детства любил эту игру. Тебе понравился сюрприз?

Я задыхалась под этим уродом Козловым, меня мутило от влитого алкоголя на голодный желудок, он сейчас меня изнасилует! Мамочка, какой ужас! И Игорь, – как он мог меня отдать этой гниде, проиграть в карты, как вещь?!

Я не поняла сразу, что произошло, Козлов слетел с меня, стало легче дышать, я свесила с дивана голову – меня рвало на светлый ковёр. Я слышала звуки борьбы, вскоре всё стихло.

– Как ты? Лида? – Саша поправил мою одежду, взял меня на руки и понёс из офиса к машине. Он что-то говорил, я не слышала, сквозь шум в ушах.

У меня случился откат, – началась истерика.

– Всё закончилось, потерпи, вот уже больница.

Саша бережно вытащил меня из машины и занёс в приёмный покой. И тут меня накрыла темнота – я потеряла сознание.

Очнулась в светлой палате, накрытая простынёй. В руке капельница, рядом врач и медсестра.

– Лидия, вы в больнице, мы о вас позаботимся.

– Спасибо, – слёзы застили глаза от воспоминания произошедшего.

– Сейчас мы отвезём вас на рентген. Подозреваю, что у вас перелом в лучевой кости и, возможно, трещина в ребре, может, просто ушиб. Не волнуйтесь, всё будет хорошо.

– Мужчина, что привёз меня?

– Он уехал. Оставил вашу сумочку, нам нужны были документы.

Телефон сел, на память номеров не помнила, кроме Игоря и родителей. Но им я точно звонить не буду, а этому козлу и подавно.

Доктор был прав – в ребре трещины нет, всего лишь ушиб, в руке перелом. Наложили на руку гипс, сижу, думаю: куда ехать? Куда подевался Саша? Мои размышления прервал доктор сообщением о том, что со мной желает побеседовать дознаватель.

– Лидия Ивановна, здравствуйте, – невысокий, подтянутый шатен, лет сорока. Гражданская одежда, чисто выбрит.

– Моя фамилия Заев. Виталий Алексеевич, дознаватель отдела полиции. Мне нужно задать вам несколько вопросов.

В следующие полчаса я вспоминала до мелочей произошедшее в офисе. Он записывал, взял у меня заявление, потом протянул мне два листа:

– Пишите: с моих слов записано верно, мною прочитано. Дата и подпись.

– Что с ними теперь будет?

– Козлов и Смирнов будут вызваны для дачи показаний. Мне нужно опросить господина Кнолина Александра Егоровича.

– Я могу лишь сказать адрес, номера телефона у меня его нет, сегодня выходной, отдел кадров не работает.

– Интересно, что делал Кнолин в офисе в выходной день? Новый сотрудник, всего лишь курьер…

– Он привёз меня.

– У вас отношения?

Замотала головой: нет, мы… друзья.

– Он и недели не отработал в вашей компании, вы были знакомы раньше?

Опять замотала головой:

– Нет. Но он хороший человек, раскрыл мне глаза на некоторые вещи.

Следователь посмотрел на меня, как на дурочку, и тяжело вздохнул.

– Вам есть куда ехать?

Поджимаю губы.

– Я думаю, вам лучше остаться здесь на пару дней, пока мы во всём разберёмся.

Он ушёл, оставив визитку.

Медсестра проводила меня в платную палату, сообщила, что уже оплачено, принесла для меня халат и тапочки. Ну, что ж, пара дней, чтоб зализать раны. Мне в кои-то веки было совсем безразлично, что будет в офисе без меня. Я горела работой все эти три с лишним года, тащила и свою и половину дел Игоря. Он не имеет представления о многом, зачитывая лишь готовые цифры на планёрке с начальством из моего отчёта. Я боялась, если всё не будет выполнено в срок, то нас уволят обоих из нашего же бывшего офиса, куда я лично выбирала мебель и планировала её расстановку, чтобы сотрудникам было комфортно работать. Большинство из них остались из первого состава, который я лично набирала, знала резюме каждого наизусть. Это потом, когда Игорь запорол всё дело, мы влились в компанию, у нас появился отдел кадров и штат расширился.

Мысли шли сплошным потоком, не оставляли в покое ни на минуту. Вроде как размеренная и устоявшаяся реальность разбилась, как стекло, на мелкие осколки. Собирать их не имело смысла. Нужно начинать всё сначала. Новая работа, новоё жильё. Кстати, надо узнать – действительно ли квартира принадлежит фирме? Просто для себя самой знать – как давно Игорь врёт мне. Это ж уму непостижимо, какой я была слепой. И всё же интересно – куда подевался Саша?

Я проспала до вечера, меня никто не беспокоил, вечером только медсестричка принесла таблетку и какой-то любовный роман. Хоть немного отступили мысли и воспоминания о событиях этого утра, от которых била дрожь. Воскресенье тоже провалялась бездельно, с книгой в руках.

Спала плохо. Под гипсом чесалось, на левый бок не повернуться, а я привыкла на нём спать. В ночь на понедельник, прокрутившись почти до утра, решала, как быть дальше. Адрес подруги и родителей Игорю, естественно, известны. Нужно бросить всё и уехать, начать с чистого листа. Только в один день как с работой решить? Не смогу видеть Игоря, его враньё, предательство и вообще, вся эта грязная сцена, что он, после пяти лет вместе проиграл меня в карты, как вещь…

Ох, Игорь, зря ты так…


В понедельник утром, после обхода врача, получив рекомендации и вызвав такси, я вышла из больницы. На крыльце меня уже ожидал Игорь.

– Только вякни, – схватил меня под руку и поволок к машине, – я твоего хахаля посажу вместе с тобой, сучка.

Он открыл машину и запихал меня на переднее сидение.

– Сиди молча. Телефон сюда.

Мне ничего не оставалось делать, как застыть от страха.

Игорь забрал у меня телефон, обошёл машину и сел за руль.

– Сейчас мы едем в полицию, забираешь своё заявление, иначе всё, что было – будут только цветочки. Скажешь, упала неудачно, напилась с курьером в офисе, он тебя трахнуть хотел, не помнишь половину. И только попробуй что-нибудь выкинуть, я твоего Кнолина Александра Егоровича засажу далеко и надолго. Откуда он только взялся, падла?! – Игорь зло ударил по рулю. – Я в частной клинике снял побои и ни капли алкоголя во мне не было. А в тебе, дорогая, ты помнишь сколько было.

Меня бил озноб, несмотря на тёплый сентябрьский денёк. Я должна оболгать Сашу, который спас меня. Иначе Игорь его посадит. Кошмар.

– Игорь, зачем я тебе? – спросила тихо.

– Не твоё собачье дело, тварь, – чудовище, что находилось рядом со мной, не могло быть моим Игорем.

В коридоре казённого здания сновали люди в форме, нам выписали пропуск и указали направление.

– Войдите, – пригласил нас Заев.

Только взглянув на мой скорбный вид и улыбающегося Смирнова, спросил:

– Неужели заявление забрать?

– Да, Виталий Алексеевич, вот, осознала, что натворила, – рассказывал Игорь вместо меня, – я ж вам рассказывал: мы поссорились с утра, она и рванула в офис, там у меня коньяк для гостей в кабинете есть, а тут курьер этот откуда-то взялся. Выпили, он стал руки распускать. Ну что ты молчишь, дорогая? – обратился он ко мне.

Я подняла на него тяжёлый взгляд, что не ускользнуло от следователя.

– Разве не так всё было? – настаивал Игорь с улыбкой.

Я кивнула. Всё. Умерла внутри.

– Ох, и дуры вы, бабы, – произнёс Заев, доставая из папки моё заявление.

На улицу Игорь вышел со счастливой улыбкой.

– Сейчас едем в офис и не дай Бог, хоть слово кому-то вякнешь.

– Мне надо переодеться.

– Обойдёшься.

В офисе царила суета, при виде меня сотрудники удивлённо поднимали брови, недоумённо перешептывались. Я, в одежде с пятницы, в которой спала у Саши и в которой была до обеда субботы, пока медсестра не купила мне халат, благо это была блузка из хлопка и юбка-карандаш, сильно помятой я не выглядела, но неопрятной – точно.

– Кофе мне сделай, – бросил Игорь, уходя в кабинет.

И потянулись желающие разузнать и посочувствовать, только я видеть их не хотела, особенно после того, как поняла, что Игорь переспал с половиной из них точно.

– Лид, привет, – а вот и первая пташка, – Ленка.

– Лен, некогда.

– Да я только узнать…

– Помоги лучше, кофе Игорю отнеси, боюсь разлить.

– А, конечно, конечно, – она исчезла за дверью кабинета. – Игорь Антонович, ваш кофе, – услышала я её мурлыкающие нотки.

Выскочила:

– Чего это с ним?

На столе раздалось из селектора:

– Лидия, зайди.

Делать нечего, пошла, Ленка только головой покачала.

– Свои обязанности выполняешь сама, это понятно?

– Я вообще имею право взять больничный, – сказала, смотря в окно.

– Не имеешь! – треснул кулаком по столу. – Ты больше ни на что не имеешь прав! Я тебе сказал – сядете вдвоём и на долго. Скажу – обворовали меня по пьяни.

– Мне телефон для работы нужен, верни.

– Геолокацию чтобы включила, проверю.

Кивнула и ушла в приёмную. Просидела молча с полчаса, пялясь в окно и на кустик ярких роз на подоконнике.

– Здравствуйте, – в дверь заглядывал совсем вчерашний школьник, – я курьер ваш новый…

Значит, я совсем одна. Что ж.

Ровно в 17.00 выключила ноут, кофемашину и, собрав вещи, вышла из офиса. Попрощалась с ещё не успевшими уйти коллегами, что удивились моему уходу вовремя. Спустилась лифтом, вышла из здания, звонок. Игорь.

– Далеко собралась? – рвёт и мечет.

– Игорь Антонович, мой рабочий день окончен в 17.00.

– Стой там, сейчас спущусь, – отключился.

Не стою. Не хочу. Как он мне там сказал: "Ты мне кто? Даже не жена!". Иду медленно, наслаждаясь вечером. Я знаю, что он будет длинным и неприятным. Игорь мне не даст уйти и закатит истерику. Ожидаемо он догнал меня на машине и рявкнул в открытое окно:

– Садись!

Села, куда деваться? Едем молча, на него не смотрю, разглядываю людей и здания.

– Где ты была?

– В больнице.

– Звонила мне откуда, спрашиваю.

– Из квартиры, принадлежащей фирме.

– Откуда узнала о ней?

– Я секретарь, – отвечаю устало. – Скажи, наша тоже принадлежит фирме?

Молчит. Конечно молчит, ну и пусть не отвечает, я уже и так знаю. Фирме. Наша квартира принадлежит фирме. И машина, она тоже не наша.

– Верни мне деньги за бабушкину квартиру.

Хмыкнул. Повернулась на него.

– Деньги верни, если совесть осталась, или хоть в память о том хорошем, что было между нами. И отпусти меня и проблем не создавай ни мне, ни тому курьеру. Я найду, куда обратиться, если что.

До самого дома мы молчали. На парковке открыл мне дверь, хотел помочь выйти.

– Не прикасайся. – Кое-как справилась сама, бок ещё немного побаливал.