# Все эти миры

Деннис Тейлор

Финалист польской премии «Книга года».

Международный бестселлер и продолжение цикла «Мы – Легион. Мы – Боб»!

Боб никогда не верил в загробную жизнь, поэтому был удивлен, когда очнулся после смерти. Еще большим шоком стало то, что теперь его сознание загружено в виде программы в управляющий компьютер космического зонда.

Ему предстоит создать целый флот из своих «репликантов» и открывать планеты, на которые сможет переселиться человечество с опустошенной войнами Земли. У Боба есть союзники, но есть и противники – разумные зонды других государств и агрессивные представители инопланетных видов.

«Бобы привносят теплоту и юмор вариациями личностей своих клонов. Они сталкиваются с принятием высоконравственных и трудных решений, когда берут на себя роль защитников человечества. И временами их роль во Вселенной ставится под сомнение». – Amazon.com

> Биллу Пакстону, который сделал несколько отличных научно-фантастических фильмов чуть более человечными.

> Моей жене Блэйхин, которая согласилась пройти весь этот путь вместе со мной – особенно ту его часть, где я решил стать профессиональным писателем.

> «Я оставляю Тебе вечность, ибо что есть человек, чтобы пережить ему своего Бога?»

> Герман Мелвилл, «Моби Дик»

Dennis E. Taylor

All These Worlds

Copyright © 2017 by Dennis E. Taylor


© М. Головкин, перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

## 1. Стычка

Боб. Март 2224 г. Дельта Эридана

СЕРДИТО ВЕРЕЩА, свиноид выскочил из своего логова, демонстрируя потрясающую скорость для такого коротконогого существа. Двое камнеметателей отбежали в сторону; мех вдоль их хребтов топорщился, а уши торчали вертикально вверх от возбуждения. Остальные бойцы нашего отряда поставили копья на землю, подперли их ногами и стали ждать.

На этот раз я не был наблюдателем и поэтому не просто нервничал, как раньше, а пришел в ужас. Я чувствовал, как мой мех встает дыбом прямо до самой макушки. Я постоянно напоминал себе о том, что на самом деле я на орбите и от места событий меня отделяет десять тысяч миль. Это не помогало: глаза убеждали меня в том, что свиноид в десяти метрах и атакует меня на скорости, которая, похоже, всего в два раза меньше световой.

Затем животное напоролось на наши копья: свиноиды, очевидно, по-прежнему эволюционировали не в сторону увеличения интеллекта. Копья согнулись, но устояли, и животное, взвизгнув напоследок, рухнуло на землю.

Берни осторожно подошел к свиноиду и несколько раз ткнул его копьем в морду. Ответа не последовало, и тогда он взмахнул копьем и завопил:

– У-у-у!

Все остальные вскинули вверх сжатые кулаки и ответили:

– Ха!

Ну, по крайней мере, так это озвучила программа-переводчик. Речь дельтанцев больше напоминала громкое хрюканье свиней, но программа переводила все – в том числе имена и разговорные выражения – в понятные людям эквиваленты.

Дональд хлопнул меня по плечу.

– Роберт, помоги мне его связать.

Я связал задние ноги свиноида, а Дональд перебросил край веревки через ветку дерева. Взглянув на мою работу, он начал поднимать животное, но вдруг удивленно посмотрел на меня.

– Ого! Он похож на один из странных узлов Архимеда. Кто тебя ему научил?

Упс.

– Э-э… Архимед, конечно. У него столько разных узлов, что пальцев не хватит их сосчитать. Парочку я запомнил.

Дональд кивнул; похоже, мои слова лишь слегка его заинтересовали. Мы потянули за веревку и подняли свиноида – я следил за тем, чтобы мой уровень силы был таким, как у обычного дельтанца, и поэтому позволил Дональду сделать почти всю работу за нас обоих. Когда свиноид повис в воздухе, Дональд пустил ему кровь кремниевым ножом. Остальные охотники затянули благодарственную песнь.

Когда все закончилось, мы привязали тушу к копьям и понесли ее в Камелот. Вечером будем пировать, а я ведь обожаю жареных свиноидов. Правда, соуса для барбекю у дельтанцев все еще не было. Я рассеянно подумал о том, что мне стоит его изобрести.

Распевая победную песню, мы, вероятно, утратили бдительность, и поэтому группа дельтанцев, преградившая нам путь, застигла нас врасплох. Мы остановились, увидев, что они наклонили копья в нашу сторону. Это была не совсем угроза, а скорее намек на нее.

У меня за спиной послышался шорох: нас окружили. Я быстро оглянулся и увидел, что окруживший нас отряд на двоих больше нашего. Проблема не являлась нерешаемой, но определенно внушала тревогу. Они, скорее всего, рассчитывали напасть на нас из засады и сразу сломить наше сопротивление.

Мне уже сообщали о том, что группы дельтанцев из Карлеона нападают на охотников и отбирают у них всю добычу или ее часть. Похоже, что очередной жертвой стали мы.

Представитель карлеонцев вышел вперед. Я узнал его: имя этого неприятного типа программа перевела как «Фред».

– Неплохой улов, Дональд, – сказал он, злобно улыбаясь. – Какой огромный свиноид! Думаю, большой беды не будет, если мы отрежем от него пару ног.

Дональда эти слова не напугали, и он взял копье на изготовку.

– Фред, свиноидов тут полно. В чем дело? Тебе не везет, что ли?

Фред инстинктивно сделал шаг назад, но взял себя в руки. Дональд не был таким же огромным, как его отец, но все-таки был достаточно крупным. Ему редко бросали вызов. К несчастью, рядом с Дональдом стоял я, а своего андроида я сделал как можно более заурядным – средний рост, среднее телосложение, усредненная внешность. Поэтому неудивительно, что Фред решил проучить именно меня – в назидание остальным.

– Ну а ты, куцци? Не хочешь поделиться богатством?

Фред с улыбкой посмотрел на своих друзей. Они подошли поближе.

– Фред, я тебе так скажу, – ответил я. – Наклонись, засунь свою голову себе в зад и толкай, пока полностью не исчезнешь.

Кто-то фыркнул, а кто-то даже расхохотался – причем и из другого отряда тоже: я попал точно в цель. Я, разумеется, мог черпать оскорбления из гигабайтов книг и фильмов, так что в войне слов дельтанцы фактически были безоружны.

Дональд удивленно посмотрел на меня и оскалился. Похоже, поддержки с моей стороны он не ожидал.

– Твой ход, кал свиноидный.

Фред свирепо посмотрел на Дональда, на меня, а потом повернулся, словно собираясь уйти.

Ой, да ладно. Какая банальщина.

И точно: Фред внезапно развернулся, замахиваясь для удара. Я мог бы выпить чашечку чая и все равно успел бы отреагировать. Ну да, я компьютер, но все-таки…

Я слегка отклонился назад, и сжатый кулак пролетел совсем рядом с моим лицом. Пока Фред продолжал вращаться, я нанес короткий джеб в… ну у человека там было бы солнечное сплетение. Правда, эффект оказался тот же самый. «Уф!» – сказал Фред и упал на колени.

Теперь карлеонцев стало всего лишь на одного больше, чем нас, и на нашей стороне был Дональд. Наши парни заухмылялись и начали размахивать копьями.

Мы с Дональдом двинулись вперед, и карлеонцы расступились. Фред зло посмотрел на меня.

– Где меня искать, ты знаешь, – сказал я.

Фред не ответил, но, с другой стороны, в ту секунду он все еще задыхался.

Конечно, сейчас мной во многом управляла жажда мести – ведь я много лет был жертвой травли. Но рациональная часть моего разума подсказала мне, что теперь я должен остерегаться Фреда.

Дональд снова хлопнул меня по спине, и я нарочно пошатнулся: мне не хотелось, чтобы он считал меня своим соперником.

Остаток пути мы были настороже – никаких песен, никаких шуток. Двое парней отнесли добычу к заранее выбранному костру, где мы должны были ее разделить. Я уже собирался навестить Архимеда, но Дональд положил мне руку на плечо и жестом пригласил меня пойти с ним. Через несколько секунд я понял, что мы идем туда, где собирается совет старейшин.

Одна из универсальных истин, которые я обнаружил, изучая дельтанцев, заключалась в том, что политики и лидеры всегда приберегают лучшее для себя. На поляне совета солнце ярко светило с утра, а после полудня это место оказывалось в тени. Несколько членов совета постоянно находились там; они делали вид, будто предаются размышлениям, но на самом деле отдыхали.

Дональд подошел к Джеффри, нынешнему лидеру совета, и стал ждать, пока на него обратят внимание. Джеффри иногда вел себя как настоящая скотина и любил заставлять просителей ждать – просто чтобы показать свою значимость. Поэтому Дональд случайно загородил Джеффри солнце и принялся чистить копье, да так, что засохшая кровь и кусочки шкуры полетели в Джеффри. Я же делал все возможное, чтобы не расхохотаться.

В конце концов Джеффри смирился с тем, что его переигнорировали, и знаком приказал нам садиться. Мы устроились поудобнее, и Дональд рассказал ему о нашей встрече с бандой из Карлеона.

Выслушав наш рассказ, Джеффри скривился.

– За последние три руки дней это уже почти целая рука нападений. Пару наших пырнули ножом, когда они отказались отдать добычу. Придется сообщить об этом на заседании совета. Мы должны что-то предпринять.

– И все это сделали карлеонцы? – спросил я.

– Да, похоже на то. Предоставьте это мне, я заставлю совет отреагировать.

Дональд кивнул Джеффри, и мы встали. Когда мы отошли подальше, я спросил у Дональда:

– Думаешь, это разные банды или одна и та же?

– Про Фреда упоминают уже не в первый раз. Возможно, другие тоже участвуют, но в основном этим занимается его отряд.

– И все это произошло сейчас? Что же изменилось за последнее время?

– М-м… – Дональд уставился в пустоту. – Вряд ли что-то изменилось. Скорее всего, Фред просто понял, что можно воспользоваться тем, что уже давно назревало. Но что именно, мы не знаем.

Какое-то время мы шли молча, и я обдумывал одну мысль.

– У меня есть план, – наконец сказал я Дональду. – Сможем мы набрать еще десяток охотников – тех, кто не боится потасовок?

– Да, такие найдутся, – ухмыльнулся Дональд.

Я улыбнулся в ответ. Пора переходить к грязным приемчикам в стиле землян.

## 2. Мы проиграли

Говард. Февраль 2217 г. Вулкан

Бриджет открыла дверь и удивленно посмотрела на меня. Я не позвонил ей заранее, и сегодня вечером она меня не ждала.

– Говард… что… – начала она, но затем, похоже, все поняла, увидев мое лицо.

– Говард, что случилось? – Она схватила меня за руку и затащила в квартиру.

– Мы проиграли. Мы проиграли, и теперь миллиард разумных существ погибнет! – Я рухнул на диван и, согнувшись, закрыл лицо руками.

– Павы? – спросила Бриджет.

Я кивнул, не доверяя своему голосу.

– Господи! А Баттеруорт знает? Бобы не пострадали?

Вздохнув, я попытался успокоиться.

– Мы потеряли много Бобов. Да, у нас есть сохраненки, но это, конечно, уже не то. – Я повернулся к Бриджет и постарался приободрить ее улыбкой. – Райкер сообщит Декстеру, а Декстер передаст инфу Баттеруорту или тому, кто занял его место.

– Нам грозит опасность?

– Конкретно нам – нет. Понимаешь, Бриджет, Другие знают только про Землю и Эпсилон Эридана. Но еще есть почти двести систем, которые ближе к Глизе 877, чем мы. Пока существуют Другие, все эти системы находятся в опасности.

– А павы? Я почитала блог Жака: они, похоже, интересный вид. Что станет с ними?

Я на секунду закрыл глаза, надеясь, что, открыв их, я окажусь в другой вселенной. Но нет, мне не повезло.

– Сам процесс мы раньше никогда не видели – только его последствия, а теперь у нас будут билеты в первый ряд. Другие убьют все живое на родной планете павов с помощью «астероидов смерти», высадят туда своих «муравьев» и очистят всю планету и систему от металлов. Кроме того, они заберут все трупы.

Мне пришлось остановиться и сделать несколько глубоких вдохов. Телу андроида, разумеется, воздух не нужен, но оно было создано так, чтобы реагировать на эмоции, а я сейчас загонял себя в мощную истерику.

– У Жака был план по спасению двадцати тысяч павов, но остальные скоро умрут. И тогда на счету Других будет еще один уничтоженный вид разумных существ, еще одна уничтоженная экосистема.

Я повернулся к Бриджет.

– Сегодня у нас будет совет; мы стараемся понять, что можно сделать. Я просто хотел провести пару минут…

Бриджет обняла меня и положила мою голову себе на плечо. Я пытался молча плакать, хотя слезных протоков у меня не было.

## 3. Тучи сгущаются

Марк. Ноябрь 2212 г. Посейдон

Я потер переносицу двумя пальцами и покачал головой. Кел терпеливо ждал в окне видеочата. Подняв взгляд, я увидел ухмыляющуюся Джину. Да, она быстро приняла невозмутимый вид, но я же компьютер, помните? Я быстро улыбнулся ей в ответ.

– Марк, я тебя не убедил? – спросил Кел, наклонив голову.

– Кел, ты, похоже, давно меня убедил, – со вздохом ответил я. – Просто я не хотел в это верить.

– Вот так рушится миф о том, что компьютеры обладают логикой, – рассмеялся Кел.

– Иди в зад. Когда-то я был человеком.

Откинувшись на спинку кресла, я обдумывал свой ответ, и именно в этот миг Шпилька решила прыгнуть мне на колени, чтобы я почесал ей подбородок. Я, как и положено, выразил ей свое восхищение, одновременно анализируя все имеющиеся варианты. Кел и Джина даже не заметят, что в нашем разговоре возникла миллисекундная пауза.

Кел был заместителем губернатора Третьего Южного ковра, а Джина – офицером службы безопасности. За последнюю пару лет я подружился с ними, и они поведали мне о том, что их беспокоят непрекращающиеся попытки Совета узурпировать власть.

– Совет даже не делает вид, что собирается проводить выборы – или, по крайней мере, не очень старается. Это не является неопровержимым доказательством того, что Совет – тоталитарное правительство, но да, это тревожный симптом. Джина любит поднимать шум по малейшему поводу, но ты, Кел, более консервативен, и, раз уж тебя удалось убедить, значит, опасность реальна.

Джина открыла рот, чтобы возразить, но Кел ее опередил.

– Сейчас мы далеки от того, чтобы перейти какую-либо черту. И если у Совета внезапно начнется приступ рассудительности, то он поймет, что мы не сделали ничего предосудительного и даже постыдного. И да, Марк, прежде чем мы совершим что-то непоправимое, я хочу как следует изучить ситуацию.

Я кивнул; слова Кела меня успокоили. Административный Совет Посейдона с радостью пользовался моими услугами, но я не занимал никакой официальной должности и не обладал реальной властью. Как только я стану для Совета обузой, он от меня избавится. Нет, конечно, это меня не оскорбит. Я всегда хотел, чтобы колония стала самостоятельной – хотя бы потому, что тогда я смогу спокойно заняться своими проектами.

– Что тебе от меня нужно, Кел? – спросил я. – Я уже десять лет постепенно передаю полномочия местной администрации. Если дойдет дело до конфликта, то я, возможно, даже не смогу контролировать автофабрики.

– Ты – наш джокер, – ответил Кел. – Совет не может ни контролировать тебя, ни помешать тебе, так что ты всегда будешь держать их в напряжении.

– Ну да, я всегда хотел стать занозой в заднице.

– Задание выполнено, – ухмыльнулась Джина. – Но ты еще и общественный деятель, и за тобой легко следить. Мы должны тщательно обдумать твои действия.

– Хм… – Я почесал подбородок. – Джина, я могу кое-что предпринять. А общественную деятельность можно использовать для отвлечения внимания. – Я улыбнулся. – Видишь, я уже приступил к работе!

Мы еще немного поговорили, а затем распрощались. Я уставился в пустоту, обдумывая свои возможности. Как и многие ботаны, я не был прирожденным интриганом и предателем, но уже нашел несколько простых стратегий, которые осложнят жизнь тем, кто пытается за мной следить. Кроме того, они же сделают мой любимый проект более актуальным.

Возможно, пора появиться на публике. Я наклонился к панели управления и вызвал на связь Говарда.

## 4. Высокомерие

Говард. Ноябрь 2217 г. Вулкан

Я медленно пил кофе и смотрел на идущих мимо меня людей. Похоже, что от недостатка покупателей торговый центр не страдал. Но, с другой стороны, торговых центров на Площадке было немного. Ну ладно, всего один. У Изначального Боба никогда не было времени на то, чтобы наблюдать за людьми, и он ни за что не стал бы сидеть без дела. Очевидно, бессмертие меняет взгляды человека.

Магазины одежды, электроники, бутики, торгующие мылом и шампунями; видя все это, я одновременно чувствовал себя как дома и тосковал по дому. Знакомая картина постоянно сталкивалась с тем простым фактом, что я в семнадцати световых годах от Солнца, в родной системе мистера Спока, и к тому же на планете, которую уничтожили в фильме, который должен был стать «перезагрузкой» франшизы. Но это я так, к слову.

И все же тот факт, что я сидел за столом и пил кофе, делало все происходящее… ну будничным.

Скоро придет Бриджет. Я решил, что лучше подождать ее здесь, чем путаться у нее под ногами в офисе. А пока ее нет, я порадуюсь возможности ощутить себя обычным среднестатистическим человеком.

Уже иду.

Я улыбнулся, прочитав сообщение. Мы договорились, что ничего конкретного на сегодня не планируем. Обед, прогулка, ничего особенного.

Бриджет появилась именно в тот миг, когда я допил кофе. Мы быстро поцеловались, она сжала мою руку и села.

– Умираю от голода. Может, пообедаем на фуд-корте?

– На фуд-корте? – удивился я. – У баронессы бухла должен быть более утонченный вкус. Давай шиканем! Может, пойдем в «Бронтобургер»? Или даже в ресторан, где подают настоящую еду?

Бриджет сурово взглянула на меня.

– Да будет тебе известно, я люблю гамбургеры из бронтов.

– Значит, идем к бронтам, – объявил я и встал. Бриджет с улыбкой сделала небольшой книксен и взяла меня под руку.

Когда мы двинулись в направлении выбранной забегаловки, кто-то, сидящий за одним из соседних столиков, сказал:

– Обязательно держи маму за руку.

Голос был негромкий, и реплика, возможно, не предназначалась для нас, но говоривший – прыщавый подросток – допустил ошибку в расчетах.

Резко остановившись, я развернулся и свирепо посмотрел на него, но Бриджет положила вторую ладонь на мой локоть.

– Говард, ты серьезно? Подумай о том, кто именно это сказал.

Ушлепок ухмылялся, глядя на меня. 140 фунтов вместе с одеждой. Против андроида, у которого сила и скорость реакции в несколько раз выше, чем у человека. Силы слегка не равны. Я демонстративно смерил его взглядом и расхохотался. Надеюсь, он понял намек.

Бриджет потянула меня за руку.

– Еда в той стороне.

– Точно. Вперед! Отправимся туда, где сможем отобедать мясом инопланетного бронтозавроподобного существа.

Мы улыбнулись друг другу и пошли дальше, но этот эпизод не давал мне покоя. Бриджет было под шестьдесят – я про биологический возраст, – ведь время, проведенное в анабиозе, не считается. Я, с другой стороны, сделал своего андроида по образу и подобию Изначального Боба – каким он был в тридцать один год, в тот день, когда умер на одном из перекрестков Лас-Вегаса. К сожалению, с точки зрения математики, реплика про маму была вполне правдоподобной.

Но я не допущу, чтобы Бриджет еще раз оказалась в такой мерзкой ситуации.

* * *

Аппетит Бриджет с возрастом ничуть не пострадал: она набросилась на гамбургер и картошку энергично, словно подросток. Я ел более размеренно, наслаждаясь вкусом, но, с другой стороны, я-то в пище не нуждался. С формальной точки зрения, сейчас я напрасно расходовал продукты, но я делал это так редко, что подобными убытками можно было пренебречь.

– Как дети? – спросил я – и для того, чтобы услышать ответ, и чтобы замедлить кровавую бойню, которую Бриджет устроила гамбургерам.

Бриджет проглотила еду, вытерла рот салфеткой и сурово посмотрела на меня.

– Меня не обманешь, парнишка. Ты всегда выбираешь момент, когда у меня набит рот.

Я довольно ухмыльнулся, и она продолжила:

– Рози… Ну ты ее видел и знаешь, какая она. У нее – свое мнение, у тебя – свое.

Бриджет откусила еще кусок от гамбургера и задумчиво нахмурилась.

– Можно сказать, что ей наши отношения не по душе. Говард, дело не в том, что ты ей не нравишься. Ну то есть она ненавидит тебя не больше, чем всех остальных. Но, по-моему, ей хочется, чтобы я встречалась только с представителями своего вида. Я пыталась поговорить с ней об этом, но, видишь ли…

Я ухмыльнулся.

– Иными словами, есть мнение Рози, и есть… а, нет, на самом деле существует только мнение Рози.

– Вроде того, – усмехнулась Бриджет. – Я хотела, чтобы мои дети были самостоятельными, и, похоже, это задание я выполнила.

– В последнее время я пару раз беседовал с Хауи, – сказал я, поедая картошку фри. – Он немного отдалился от меня, но, по-моему, это из-за того, что он взрослеет и перестает поклоняться старым героям.

– Да, наверное, но лично мне кажется, что на него сильно влияет Рози. Она без конца заводит разговор на эту тему.

Я пожал плечами.

– Слушай, Бриджет, я не раз говорил, что для меня на первом месте ты. Если я начну мешать твоей личной жизни, твоей карьере или отношениям с родственниками, то сразу же исчезну.

Бриджет положила на тарелку жалкие ошметки гамбургера, подалась вперед и посмотрела мне в глаза; я понял, что мне нужно заткнуться и внимательно слушать.

– Говард, мои отношения – это мое дело. У всех остальных права голоса нет. Я любила Стефана и оплакала его как полагается. А теперь я хочу общаться с тобой, и мы будем проводить время вместе – что бы ни говорили моя стерва-дочь и какой-то прыщавый болтун из торгового центра. Может, ты хочешь что-то добавить?

– Нет, дорогая, – ухмыльнулся я.

Бриджет закатила глаза.

– Ладно. – Она протерла стол салфеткой и бросила ее на то, что осталось от ее обеда. – Тогда идем. Я обещала, что найду для твоего андроида одежду получше.

– Угрожала.

– Что?

– Ты пригрозила, что найдешь для меня одежду получше.

Рассмеявшись, Бриджет схватила меня за руку и потащила прочь. Я иду покупать одежду. Даже смерть не избавила меня от этого занятия.

## 5. Засада

Боб. Март 2224 г. Дельта Эридана

Мы подняли копья, к которым была привязана туша свиноида; при этом мы делали вид, будто не замечаем другую группу, которая наблюдала за нами. Я бросил взгляд на панель интерфейса. Здесь точно прятались зрители, и их было двенадцать, а нас – шестеро. Я не стал предупреждать своих – ведь я, обычный дельтанец, не мог узнать о засаде, – но подготовился к тому, что враги устроят нам сюрприз.

Когда мы отправились обратно в Камелот, я невольно подметил, что мои товарищи – очень, очень скверные актеры. Услышав их слишком громкие реплики, неестественные интонации, любой режиссер немедленно подал бы в отставку.

Но я зря волновался: Фред и его банда, скорее всего, нас не слушали. Как и в прошлый раз, они вышли на тропу перед нами и позади нас.

Фред посмотрел на меня, возглавлявшего отряд, и мерзко улыбнулся.

– Ну что, Роберт… Вижу, ты поймал мне еды на обед, и сегодня с тобой нет здоровяка, который мог бы тебя защитить. Может, подеремся? Я просто мечтаю об этом.

Я наклонил голову набок.

– Во-первых, в прошлый раз Дональду не нужно было меня защищать. Во-вторых, ты, Фред, так себе боец. Но если ты хочешь подраться, то сегодня тебе повезло.

В этот миг восемнадцать охотников из Камелота, и в том числе Дональд, вышли из зарослей, находившихся позади банды Фреда. Карлеонцы приготовились к обороне. Несколько из них попытались потихоньку улизнуть, но мы быстро собрали их в кучу, слегка уколов копьями.

– Думаешь, это тебя спасет? – фыркнул Фред. – Твои друзья не всегда будут рядом с тобой, куцци.

– И твои тоже, Фред.

Фред вздрогнул.

– Что? – ошеломленно спросил он.

– Что слышал. Я буду ждать, буду наблюдать, и рано или поздно ты, например, пойдешь отлить, – и рядом с тобой не окажется друзей, которые готовы спасти твою шкуру. – Я подошел к нему. – Я перережу тебе глотку, а ты даже и не поймешь, что я рядом. – Я повернулся к остальным бойцам из его отряда. – То же самое относится и к вам. Если начнете войну с нами, то вам до самой смерти придется ходить да оглядываться. Я ничего не забываю и ничего не прощаю.

Фред коротко, лающе рассмеялся.

– Неплохо. Но все это – пустые слова.

– Вот как? – Я улыбнулся и, не давая ему возможности отреагировать, нанес удар в ту же точку, что и в прошлый раз. Фред упал.

Бой, конечно, был неравный: я действовал с компьютерной скоростью и находился в теле андроида, который в несколько раз сильнее дельтанца. Но это не имело значения: я хотел, чтобы они прекратили выслеживать охотников из Камелота, а для этого нужно было показать Фреду и его банде, что они смертны.

Я посмотрел на карлеонцев. Дерзости в них поубавилось.

– Сегодня мы заберем у вас копья и отпустим. В следующий раз вам будет гораздо больнее.

Я подал знак, и двое наших начали собирать копья. Банда Фреда уже была окончательно запугана и сопротивляться не стала.

Мы отправили их прочь, а затем двинулись обратно в Камелот.

– Роберт, черт побери, вот это был номер! – воскликнул Дональд, шагая рядом со мной. – Но вряд ли Фреда можно так легко убедить.

– Фреда – нет, а его последователей – очень даже. А ведь таким, как Фред, нужны последователи. Надеюсь, что эта история обломает ему зубы.

Кивнув, Дональд затянул походную песню, и все ее подхватили.

К сожалению, я совсем не был уверен в том, что я прав.

## 6. Запуск

Билл. Январь 2223 г. Эпсилон Эридана

Гарфилд восхищенно покачал головой.

– Они похожи на машины из мультиков – те, которые состояли из одного двигателя.

Картинка на экране действительно поражала воображение. Планета Эпсилон Эридана-1, которая теперь находилась на совершенно новой орбите, была окружена восемью сотнями пластин с двигателями. Где-то в миллионе километров за ней следовала одна из более крупных лун Эпсилона Эридана-3 с таким же комплексом пластин.

На то чтобы создать все необходимое оборудование, а также научиться им управлять, ушло несколько лет. Сорок ИМИ занимались поддержанием и отстройкой полей для каждой планеты, и в каждом двигателе тоже был свой ИМИ.

Перемещением планет руководили мои самые новые клоны, которые назвали себя «Дедал» и «Икар». Лично мне казалось, что это слегка претенциозно. Но, с другой стороны, у нас свободная галактика.

Гарфилд, раскрасневшийся от волнения, посмотрел на меня.

– Испытания на коротких дистанциях завершены. Конечно, возможны отклонения, но в обычных условиях эта система даст нам как минимум несколько сотен g.

Улыбнувшись, я откинулся на спинку кресла.

– Ну, значит, мы почти готовы.

Я быстро пинганул Дедала и Икара, и они появились в моей ВР.

– Так, парни. Все работает. Вы понимаете, что дело рисковое?

Они кивнули.

– Да, но попробовать стоит, – ответил Дедал. – В худшем случае мы потерпим неудачу, но Бобам от этого хуже не станет.

– Кроме того, это хорошая возможность поэкспериментировать в тишине и спокойствии, – с улыбкой добавил Икар.

Я усмехнулся. Оказалось, что мы с Иком похожи по характеру: он был готов уступить войну и разведку другим, а сам хотел только заниматься исследованиями.

Постепенно мне стало ясно, что я испытываю сложные чувства по отношению к Икару и Дедалу. Конечно, клонируя себя, мы всегда преследовали какие-то определенные цели, но этих двоих я создал для задания, которое вполне может закончиться их гибелью. Почему-то мне показалось, что я поступил низко.

Они точно знали, о чем я думал, когда дал зеленый свет этому проекту. Они с интересом смотрели на меня, и в их глазах я не увидел ни следа обвинения и злобы. Я решил, что положусь на их мнение.

Я помедлил, обводя взглядом комнату. Настал один из тех моментов, которые навсегда меняют твою жизнь. Все готово. Либо тащи рыбу на берег, либо режь леску.

– Ну ладно, парни. Стыковочные отсеки готовы принять ваши корабли. Подключайтесь, и вперед. В добрый путь.

## 7. Свидание

Говард. Ноябрь 2217 г. 40 Эридана

Держась за руки, мы вышли из кинотеатра. Бриджет, как всегда, выглядела роскошно, а когда она повернулась и зашептала мне на ухо, мой мозг превратился в кашу.

– Говард, ты выглядишь очень солидно. Но ты мог бы этого и не делать.

Я пожал плечами. Изменить облик андроида – несложная задача. Главной моей целью было сделать так, чтобы Бриджет не попала в некомфортную для нее ситуацию, и поэтому теперь мой андроид выглядел как человек ее возраста.

– Знаешь, а мне понравилось, – сказал я, меняя тему. – Возможно, у этих новомодных штучек – кинотеатров, да? – есть будущее.

– Да, люди наконец-то добрались до Вулкана, так что следующий пункт в списке – дискотеки!

– О нет! Только не это!

Конечно, процветающая киноиндустрия тут не возникла. Вулкан по-прежнему оставался планетой-фронтиром, и экономика все еще пыталась удовлетворить основные потребности жителей. Пройдет еще несколько десятилетий, прежде чем развлечения превратятся в крупный сегмент рынка.

Но Голливуд, его сателлиты и духовные братья уже создали тысячи фильмов самого разного уровня качества и популярности. И по большому счету владельцы авторских прав на эти фильмы находились в нескольких световых годах от нас и почти наверняка давным-давно умерли. Кому-то на Площадке в конце концов пришла в голову блестящая мысль – открыть местный кинотеатр и крутить в нем фильмы, по два за сеанс, а местные жители, которые провели большую часть прошлой жизни в тесных, изолированных анклавах, с восторгом встретили новый вид развлечений.

Сегодня показывали пару фильмов про зомби, и все билеты на сеансы проданы. Да, зрители громко выражали свое мнение и смеялись над тем, что происходило на экране, но до конца сеанса никто из зала не ушел.

Я наклонился к Бриджет.

– Я мечтаю отведать мозгов. Или суши.

Бриджет рассмеялась и уже собиралась ответить, но в этот миг зажужжал ее телефон. Через две секунды я получил письмо. От судмедэксперта.

Я прочитал сообщение и замер. Бриджет оторвала взгляд от экрана телефона; ее глаза наполнились слезами.

– Говард, нет…

* * *

– Он оставил вам записку, – сказал доктор Онаги и толкнул по столу конверт.

Оцепенело, чувствуя себя так, будто мной кто-то управляет, я развернул записку и сдвинул лист так, чтобы Бриджет тоже видела текст.


Говард,

Недавно я решил посетить врача, поскольку у меня возникли проблемы с памятью и мыслительными процессами. Врач сообщил мне не очень радостную новость: похоже, что у меня особенно мерзкий вид слабоумия, вызванный разрушением нервной ткани. Лечению эта болезнь не поддается, и врач сказал, что процесс зашел уже довольно далеко.

Я обратился за консультацией к нескольким экспертам, и они заверили меня, что исправить эти проблемы при переходе к программному коду невозможно. В сложившейся ситуации меня совсем не привлекает возможность превратиться в репликанта, страдающего когнитивным расстройством.

Теперь я могу лишь выбрать метод, с помощью которого я закончу свою жизнь.

Говард, вы много лет были мне добрым другом. Пожалуйста, не осуждайте меня за это решение.

С уважением,


> Джордж Баттеруорт

> (полковник СШЕ в отставке)

Бриджет тихо плакала; по ее щекам текли слезы. Я посмотрел на доктора Онаги.

– Как…

– Нейротоксин. Безболезненно и быстро.

– Можно ли его сканировать?

Доктор Онаги покачал головой.

– Даже если бы сканирование было возможно с медицинской точки зрения, он это запретил.

Кивнув, я встал.

– Спасибо, доктор Онаги.

Бриджет вытерла глаза и вслед за мной вышла из врачебного кабинета.

* * *

Мы так и не встроили в андроида Мэнни способность плакать, а жаль – мне очень хотелось сбросить напряжение. Снова. Возможно, пора повысить приоритет этой задачи – хотя я бы предпочел, чтобы у меня пореже возникали поводы пользоваться этой функцией.

Мы сидели на диване в квартире Бриджет, обняв друг друга. У Бриджет уже закончились слезы. Я тоже поплачу, когда она пойдет спать, а я вернусь в ВР.

– Люди уходят, – наконец сказал я, глядя в пустоту. Бриджет подняла взгляд, и я посмотрел ей в глаза. – Это нормально, я знаю. Умирают родители, бабушки и дедушки, люди, которые были рядом всю твою жизнь. В конце концов умираешь ты сам, и на этом все заканчивается. Но когда ты бессмертен, ты все время остаешься только на одной стороне. Удары обрушиваются на тебя один за другим.

– Но ты знакомишься с новыми людьми, – сказала Бриджет.

– И в конце концов они уходят, и рано или поздно ты начинаешь побаиваться новых знакомств. – Я улыбнулся Бриджет, но улыбка вышла в лучшем случае вымученной. – Я менее замкнут, чем другие Бобы, но в данном случае мне кажется, что они правы. Бессмертных и тех, кого Бобы не без причины называют эфемерами, разделяет пропасть.

– Ты считаешь меня эфемером? – спросила Бриджет, вглядываясь в меня.

– Я считаю тебя самым главным существом во вселенной. И в этом вся проблема: рано или поздно ты умрешь, и тогда я снова останусь один. – Вздохнув, я встал. – Прости, Бриджет, что-то сегодня мне невесело. Пожалуй, я пойду, чтобы ты могла поспать.

Бриджет схватила меня за руку.

– Пожалуйста, не уходи. Я не хочу оставаться одна.

Не говоря ни слова, я снова сел и обнял ее. Бриджет положила голову мне на плечо и вздохнула. Мы сидели тихо, не шевелясь и не разговаривая. В какой-то момент я понял, что она заснула. И это тоже было хорошо.

## 8. Революционеры

Марк. Июнь 2214 г. Посейдон

Уже в третий раз я поднял руку, чтобы постучать в дверь, – а затем опустил. Когда-то Говард рассказал мне, как страшно ему было, когда он впервые вышел на публику в теле андроида. Не помню, поверил ли я ему тогда или просто решил, что он шутит. А вот теперь я понял, что кто-то должен перед кем-то извиниться.

Сейчас я должен впервые появиться в новом облике андроида. После нескольких лет общения в видеочатах и по телефону я наконец-то встречусь с моими друзьями лицом к лицу.

Если мне удастся постучать в дверь.

Зарычав, я заставил себя забыть о страхах и три раза постучал. Дверь распахнулась немедленно – я знал, что меня ждут, но в моей голове внезапно возникла картинка: Кел, который стоит, взявшись за ручку двери, и ждет, когда я начну действовать.

– Итак, великий компьютер соблаговолил спуститься с небес и навестить нас, жалких смертных. – Кел ухмыльнулся. Мой андроид был одного роста с Изначальным Бобом, но Кел возвышался надо мной – как и над большинством людей.

– Да ну тебя, Кел. Кто-нибудь уже пришел?

Кел посторонился и жестом приказал мне заходить.

– Дену и Джина здесь, а Винни слегка опаздывает. Его задержали какие-то дела Совета.

Я зашел в гостиную маленькой квартиры Кела. На такой огромной планете люди по-прежнему теснились, и эта скученность оставалась постоянным фактором социальной напряженности. Да, более половины планеты было покрыто водой, но на ней уже появилось достаточно «ковров» – а сейчас уже и плавучих городов, – чтобы люди могли расселиться посвободнее. Но Совет настаивал, чтобы люди жили компактно, и в последнее время его позиция стала раздражать почти всех. Интересно, насколько естественным было это недовольство и в какой степени его подогревают бунтари, собравшиеся в квартире Кела?

Я сел и заметил, что Джина и Дену пялятся на меня.

– Черт побери! Марк, это поразительно, – сказал Дену. – Если бы я не знал, кто ты, то вообще не обратил бы на тебя внимания. Облик абсолютно достоверный.

Я пожал плечами.

– Бобы работают над дизайном уже пару лет, и я далеко не первый, кто подключился к этому проекту. У меня свои приоритеты, понимаете?

Джина и Дену кивнули, а Кел фыркнул.

В дверь постучали, и в квартиру вошел разъяренный Винни. Очевидно, то дело, связанное с Советом, закончилось неудачно.

– Идиоты! Олухи! – воскликнул Винни и, взяв пиво из холодильника, рухнул на диван.

– Заходи, Винни, выпей что-нибудь, – с ухмылкой сказал Кел.

Винни отсалютовал ему банкой.

– Извини. Ты же знаешь, что творится на заседаниях Совета.

– То есть…

Винни с хрустом открыл банку и изогнул бровь, словно Спок, выразительно глядя на Кела.

– То есть члены Совета наотрез отказались рассматривать любые нововведения. От сообщений о том, что моральный дух общества падает, они отмахиваются, называя их «нагнетанием паники». Я добился от них только одного: они повторили свои стандартные, заученные наизусть речи типа «все за одного». – Винни сделал паузу и одним глотком выпил полбанки пива. – Если не возникнет какая-либо прямая угроза, они не уступят. Добро пожаловать в будущее, ребята.

Джина повернулась ко мне.

– Ну что, здоровяк, похоже, настал тот самый момент. Ты сказал, «сначала исчерпайте все остальные возможности», и, видимо, мы это сделали. Пора менять руководство. И поскольку Совет считает выборы «задачей с низким приоритетом» и «фактором, отвлекающим от важных дел», то о них тоже можно забыть.

Я потер лоб и вдруг понял, что рассеянно гляжу на руку. Только что выполненное действие сильно отличалось от того, что я чувствовал в ВР, хотя я и не мог понять – чем именно. Эту мысль нужно обдумать, когда появится свободное время.

Я посмотрел на Джину, которая все еще ждала ответ.

– М-м… Действительно, вы уже перебрали все альтернативные варианты, но я пока – нет. Парни, я очень не хочу становиться революционером. Во время революций, даже так называемых «мирных», гибнут люди. – Я по очереди посмотрел в глаза каждому из собеседников. – У меня почти готов большой сюрприз – летающие города. По-моему, это немного встряхнет ситуацию и позволит обойтись без стрельбы и взрывов.

– Это будет угроза или приятный сюрприз?

– Кел, если это и угроза, то не очень мощная – по крайней мере, на бумаге, – ответил я. – «Откажитесь от своих заблуждений, или мы построим летающие города». Тебе не кажется, что этой фразе чего-то не хватает?

Кел печально усмехнулся.

– Ну да. Города станут более явной угрозой, когда мы их построим, и это приведет к определенным последствиям. А пока Совет видит только то, что хочет увидеть.

– И все же ты должен попытаться, – добавил Дену. – Представь им свой план, а если они ничего не поймут – ну что ж…

Джина достала из холодильника пиво и помахала им Дену. Лишь потом до нее дошло, что делать так неоткрытой банкой с газированным напитком не стоит.

– Но Марк говорит, что мы хотим избежать полномасштабной революции, так что от настроя «ну что ж…» нам пользы мало. – Джина повернулась ко мне. – И перестань быть таким слюнтяем.

Мы с Дену ухмыльнулись. Вот она, старая добрая Джина, которая так уважает чужое мнение.

– Ладно, – сказал Кел и обвел взглядом всех нас. – Значит, Марк поговорит с членами Совета и постарается убедить их в том, что их тоталитарные методы недопустимы. Если они внемлют голосу разума, отлично. Если нет, тогда мы все равно начнем строительство городов – без официального одобрения.

Мы молча кивнули. Нашему плану чего-то не хватало, но он, по крайней мере, позволял избежать войны.

* * *

– Это неприемлемо!

Лицо члена Совета Бенбена в окне видеочата можно было описать только как «внушающее ужас». Я с трудом сдерживал улыбку. Мой план столкнулся с сопротивлением, и это еще мягко сказано.

Член Совета Мюррей, находившийся в другом окне, вклинился в наш разговор.

– Мы почти добились того, чтобы распределение жителей соответствовало потребностям «ковров» и городов в рабочей силе. Если люди начнут перемещаться беспорядочно или даже эмигрируют в другие места проживания, начнется хаос. У нас не хватает людей. Они должны жить там, где они нужны.

– То есть вы задумываетесь о том, допустимо ли с точки зрения морали указывать людям, где они должны жить и чем им следует заниматься, – сказал я.

– Таков закон, Марк.

Я улыбнулся советнику Бреннану.

– Вы просто уходите от вопроса. Закон может быть любым, но это еще не значит, что он справедлив. Кроме того, вы забываете о соглашении, которое подписали с Райкером до того, как мы доставили вас сюда. Оно определяет…

– Данный документ не имеет юридической силы, – ответил Бреннан. – Мы уже проголосовали за это.

– То есть, если соглашение вам не нравится, вы можете самостоятельно объявить его недействительным, а затем проголосовать за то, что вам нужно? А все остальные должны просто подчиниться, потому что это закон?

Мюррей посмотрел на меня сверху вниз. В буквальном смысле слова.

– Презрительная усмешка не является доказательством, мистер Йоханссон. Мне кажется, что мы довольно четко объяснили свою позицию. Никаких летающих городов. Возможно, когда-нибудь они появятся, но это решение примем мы, а не вы. – Он посмотрел по сторонам – вероятно, оценивая настроения других членов Совета. – И, пожалуй, на этом мы закончим дискуссию. До свидания.

Он отключился. Через пару секунд остальные члены Совета последовали его примеру.

Я покачал головой. «Закончим»? Вряд ли. В фильме «Разрушитель» есть сцена, в которой капитан полиции не может поверить в то, что кто-то не подчинится приказу. Реакция Совета была очень похожей.

Я отправил короткое сообщение Революционному совету – Келу, Дену и Джине.

Я пытался. Они уперлись. Похоже, придется действовать жестко.

* * *

Мне очень не хотелось беспокоить Билла или Райкера – или Боба, если уж на то пошло, ведь у каждого из них были свои проблемы. Рано или поздно мне тоже придется бороться с Другими, но пока что я должен был разобраться с местными неприятностями.

Я проверил, где сейчас находится мой андроид. После встречи в доме Кела я загрузил его в грузовой беспилотник и отправил на орбиту вокруг Посейдона. Теперь же я направил беспилотник на Четвертый Западный ковер, приказав ему известить меня, как только он прибудет на место.

Население «ковров» пока что не сильно уменьшилось. Плавучих городов было немного, и Совет не стремился делать их жилыми: они предназначались только для рабочих и обслуживающего персонала. Еще одна причина, по которой Совет уже начал надоедать людям. Когда мы только высадили колонистов, все предполагали, что им придется жить на «коврах» лет десять, не больше, и что за это время их постепенно переселят в плавучие города. А теперь, двадцать лет спустя, более девяноста процентов населения Посейдона по-прежнему находилось на «коврах».

Я получил сигнал от беспилотника и улыбнулся. Собственный андроид появился у меня всего несколько дней назад, а я уже пользовался любым поводом для того, чтобы вывести его на прогулку.

Андроид активировался почти мгновенно, и я обнаружил, что лежу на опорной раме. Я встал, открыл двери грузового отсека и вышел наружу.

С погодой на «коврах» обычно проблем не возникало: колонисты обычно селились на тех из них, которые оказались в тропической зоне. На Посейдоне, где суша отсутствовала в принципе, океаны состояли из полос, почти таких же, как на Юпитере, и в каждой полосе была своя температура, соленость воды и экосистема.

Над «коврами» часто шли тропические ливни, но они были не сильные, теплые и короткие. Мощную бурю обычно удавалось обнаружить за несколько дней до ее приближения, и тогда беспилотники оттаскивали «ковры» с ее пути.

Я пересек посадочную площадку и вышел на тротуар. Нью-Джорджия по всем понятиям была маленьким городом, и это чувствовалось. Здесь все друг друга знали, здесь никто не спешил, и не возникало ощущения скученности – по крайней мере, в общественных местах. Лишь из-за врожденного упрямства местные жители больше всего жаловались на то, что не могут сами выбрать себе место для жизни.

Вздохнув, я отправился куда глаза глядят, чтобы просто насладиться солнечным днем.

Не прошло и пяти минут, как мой день был испорчен.

Внутри андроида раздалось гудение: входящий вызов. Судя по метаданным – от Кела. Я включил только аудиосвязь.

– Как дела, Кел?

– Очевидно, Совет решил, что просто отказать тебе – этого мало. Они приняли меры…

– О-о, меры, – усмехнулся я. – И что они сделали?

– Закрыли нам доступ к источникам сырья. Перевели в другое место всех, кто мог бы нам помочь – в том числе Джину и Дену. И изменили расписание работы принтеров.

– Джина и Дену против этого не возражали?

– Нет, – ответил Кел. – Прямо сейчас упираться бессмысленно. Просто будем чаще говорить по телефону.

– Хм. Может, на это и расчет? – спросил я, задумчиво потирая подбородок.

– Что?

– Слежка, Кел. Если мы говорим по системе связи, то, возможно, они ее мониторят.