Антон Емельянов, Сергей Савинов
Искусство взрывать 2

Взрыв 1

1.

– Ты видела моего дракона?

– Неприлично говорить такие вещи девушкам!

– Да нет, я про настоящего дракона. Выгляни на улицу!

Из одного сна

Сейчас

Чат под неофициальной онлайн-трансляцией сражения с черным игигом, высадившимся на западной окраине Москвы, рядом с воздушным портом Шереметьево.

– Двенадцать голов! Она размером со стадион! Кто это, вообще?

– Говорят, в сводке «Защиты» ее уже назвали гидрой.

– Как эта тварь поместилась в осколке?

– Ты что, не знаешь теорию? В осколке яйцо, потом оно вылупляется и растет.

– Но так быстро?

– Скорее всего, какие-то сектанты заготовили в этом месте жертвы для черного. Тот перекусил и сразу вырос.

– Точно. Вы же видели кадры, где на его стороне сражаются боевики с черными полосками на лице?

– Такого раньше не было.

– Говорят, даже из соседних областей везут игигов, чтобы не дать ему добраться до города!

– А что им еще делать? Танки, ракеты эту шкуру не берут. Авиацию гидра сбивает на подлете.

– Издалека пусть стреляют!

– А они и стреляют. Весь квартал уже под ноль снесли.

– Хорошо, что не одни наши сражаются.

– Да, команда Капитала оказалась рядом очень вовремя.

– А может, немцы все и подстроили? Помогли черному появиться, а сами теперь играют в героев?

– И как ты поиграешь под прицелом сотен камер? Тут все по-настоящему!

– С таким-то черным!

– И про обстрелы не забывай!

В это время в самой трансляции как раз показали отряд германской «Защиты». Лидер отряда Капитал летал из стороны в сторону, из его глаз били черно-красные лазеры. Они сносили стены домов, плавили асфальт, но, главное, удерживали на месте одну из голов гидры. Рядом с Капиталом парила девушка в белом коротком платье. Если ее напарник атаковал все время, то ей требовалось до нескольких минут, чтобы накопить энергию, но потом она словно взрывалась, сжигая все на сотни метров вокруг.

Все, кроме головы гидры – та отдергивалась, но продолжала искать способы добраться до столь кусачих врагов. Вторая часть сражения шла на земле. Там под прикрытием монстра из осколка пробирались вперед несколько сотен боевиков с полосками на щеках, а им противостояли двое парней с эмблемами германской «Защиты». Один в ярко-зеленом костюме, другой – с шутовским колпаком на голове. Все грохотало и взрывалось, и стороннему наблюдателю было бы непонятно, какие силы они используют.

– Робин опять перешел с холодного оружия на огнестрел, – фанаты зеленого следили за своим кумиром.

– Никогда не понимал его. Что парень без явных способностей делает в команде Капитала? Он там просто потому что они друзья?

– Робин подстрелил черного под Мюнхеном!

– Когда Капитал снес ему всю защиту. Да и что черному выстрел в глаз? Даже мелкому?

– А еще Робин отвлекает Шута. Не будь его, тот бы уже устроил свой супервзрыв!

– Помните, как он снес целый небоскреб? Одной картой в слабую точку!

– Он к этому взрыву полчаса готовился.

– И все же! Кто еще одним ударом уничтожит целое здание?

– Пустой! Говорят, он один вынес полкоманды «Скорости».

– Чушь! Опять телевизора насмотрелись? С каких пор у нас в империи появились сильные игиги?

– А с каких пор их нет? Или ты забыл про Морану, Лешего, Лихо?

– Кого-то не из «Защиты» назовешь?

– Легко. Взять наших московских: Толстяк и Мертвец – это высшая лига. А уж если копнуть под бандитов – та же команда Адвоката из Питера! Это тебе не мелкая шушера вроде «Черной Скалы»!

На трансляции сменилась картинка. Теперь крупным планом показывали девушку в черном облегающем костюме. Невысокая, запыленные волосы, резкие движения, от которых те постоянно развевались из стороны в сторону. Канал добавил подпись «Морана», но ее и без того знал каждый житель страны.

Перед девушкой клубилось черное облако, которое постепенно разрасталось, удерживая и погребая под собой одну из голов гидры. Огромное создание взрыкивало, упиралось, но ничего не могло поделать. Будь у черного только одна голова, и это стало бы началом конца, но у гидры их было много. Еще две пришли на помощь, а вместе с ними очередная толпа полосатых. Никто не понял, откуда они вылезли, но сейчас их участвовало в битве не меньше пары тысяч.

Впрочем, Морана тоже была не одна. Ее команда – Супер, Леший, Мышь и Лихо – вступили в бой рядом с ней. Тут же началась новая волна обсуждений.

– Супер и Мышь могут летать, очевидно, что они самые ценные члены команды.

– Суперу бы не летать, а в ближний бой лезть. Иначе зря его, что ли, Человеком из стали называют?

– А твой Мышь чего в стороне сидит?

– Он – игиг-техник! Между прочим, единственный, кто может сражаться на высшем уровне за счет своего мастерства. Ты только посмотри на его новый робо-доспех! Ни один полосатый не может его пробить!

– И все же он сидит позади!

– А кто тогда будет Морану от полосатых прикрывать?

– Да! Выпустят ей очередь в спину. Кому это надо?

– Одной Лихо хватит. Если рядом с ней хоть кто-то сделает задуманное, я готов признать, что ты не полный кусок…

– Шериф, оскорбление!

В чате пошла волна банов, а на экране вырвавшиеся из-под земли растения смели несколько полосатых, а потом попробовали прорасти внутрь тела гидры. И даже смогли пробить ее шкуру. Вот только вместо крови в жилах черного игига текла кислота, мгновенно убившая все побеги.

– О, народ! Подлетают первые дирижабли из соседних областей! Интересно, кто там?

– Они летят с запада. Там много сильных команд.

– Жалко, что я не рядом живу. Вот бы потом взять автограф прямо на поле боя.

– Ты совсем с ума сошел? Ты понимаешь, что обычному человеку в такой мясорубке не выжить?

– А с чего ты взял, что я обычный?..

Бесконечные разговоры продолжались, а тем временем несколько дирижаблей, специально собравшиеся в группу, высаживали прилетевших на них игигов. Вместе с ними готовилась вступить в бой танковая колонна и несколько стрелковых полков с имперским орлом на штандартах.

Шесть часов назад

Фердинанд Ангра

Молодой парень читал послание, пришедшее ему на одноразовый почтовый ящик.

– Скоро новый черный высшего класса явит себя, вас всех вызовут в Москву. Твое задание, если возьмешься, проследить за новой звездой бандитских игигов, Пустым. Задача минимум – подготовиться к его устранению во время похода в осколок, задача максимум – уничтожить здесь и сейчас.

Вместе с сообщением шел шифр со скрытыми данными нового аккаунта – следующее задание придет уже только на него.

– Каспер, ты скоро? – из-за двери донесся голос Дуболома. Они оба были из небольших городков, оба только недавно попали в команду «Скорости» взамен выбывших игигов и поэтому старались держаться вместе.

– Пара минут, надо костюм подтянуть, – отозвался Фердинанд, удаляя все полученные сообщения, а вместе с ними и весь аккаунт.

Это означало, что задание принято. Убийство? Почему бы и нет. С тех пор, как его завербовала царская охранка и он прошел отбор, у него бывали миссии и погрязнее.

Фердинанд посмотрел на себя в зеркало. Ему было всего двадцать два, а на лице и теле уже больше десятка шрамов, которые не свести даже сывороткой. Не страшно, главное, он до сих пор жив. Он никогда не боялся запачкать руки. Если это поможет стране, которую уже пять поколений его предков считают своей родиной, он готов на это.

– Каспер! – Дуболом снова его позвал, он всегда нервничал, когда они опаздывали.

– Уже все, – Фердинанд поправил маску, призвал свою искру, а потом прошел сквозь стену к своему напарнику.

Им действительно стоит поспешить. А то пропустят завтрак, и если охранка не ошиблась насчет черного, то потом для этого просто не будет времени.

Три часа назад

Пожарский

Я бежал по тренировочной площадке.

Со всех сторон деревянные и бетонные столбы метра по четыре в высоту, по некоторым протянуты электрические провода, на каждом закреплены батарейки. Самые обычные, пальчиковые… Для отработки взрыва больше и не надо.

– Атака, – в наушниках прозвучал механический голос.

Программа, отслеживающая мои результаты, пометила в дополненной реальности часть столбов зеленым, желтым и оранжевым цветами. Первый для гражданских целей, второй – для противников ближнего боя, третий – для стрелков.

Я мысленно добавил их на свою карту из звездочек, а потом резко ушел вправо – чтобы на одной линии со мной не было ни одной оранжевой точки. Задержусь – программа посчитает, что меня подстрелили. Прямо на бегу я коснулся одного из проводов – он проходил рядом с большей частью стрелков. Я запустил волну изменений, и по тренировочному лабиринту покатилась волна взрывов.

Отмечающие врагов батарейки вспыхивали словно солнечные протуберанцы и сразу же гасли.

– Минус семь врагов, гражданские не пострадали, – программа оценила мои успехи.

Новый провод, новый взрыв.

– Минус тринадцать врагов, гражданские не пострадали…

Еще несколько противников находились там, где нас с ними ничего не связывало. Раньше мне бы оставалось только бросаться в ближний бой, но сейчас я мог гораздо больше.

– Шэн! Вперед! – я мысленно обозначил цели, и к ним тут же бросилась призрачная молния.

Как оказалось, если животное одного из Пожарских погибло в бою, оно тоже становилось духом рода, и вот у меня теперь было два помощника. Шэн и Ноха, собака и белка.

– Ноха! Левее!

Духи рода воспринимали обычный мир по-своему, им было сложно указать, куда двигаться, и поэтому, стоило мне расслабиться, они так и норовили промазать. Но если довести их до конца, то для моей искры это ничем не отличалось, как если бы я сделал это собственными руками. Звездочка на расстоянии десятков метров легко раскрывалась и поддавалась воздействию.

Еще два взрыва.

– Минус пятнадцать врагов, гражданские не пострадали…

Теперь остались только воины ближнего боя, должно было стать проще. Стоило мне об этом подумать, как программа добавила врага-игига. Красная точка. Рядом не было проводов, чтобы я достал его сам, но Ноха была всего в паре метров.

– Прыжок! – я обозначил цель.

Призрачная белка взвилась в воздух и почти попала. До батарейки, обозначающей звездочку игига, оставалось где-то полметра. Проклятье. На предельной дальности постоянно так: дух мажет, потом долго пытается понять, куда дальше, а программа засчитывает мне поражение. Ничего, на этот раз у меня есть план «Б».

Почувствовать звездочку столба, активировать – это тоже не быстро, но дает хоть какие-то шансы…

Взрыв!

– Игра окончена, – тут же заявил механический голос и принялся подводить итоги. – Результат – поражение. Пострадали двое гражданских, вражеский игиг успел нанести смертельный удар.

Я поморщился. Таковы правила: если я разбираюсь с условными целями слишком долго, программа по умолчанию считает, будто они находят способ до меня добраться. В реальности все могло бы и обойтись, но на тренировке надо готовиться к худшему. Действовать быстро, четко, поражая врага взрывами сразу, как он появился в поле зрения. Для этого идеально подходят звездочки техники – они взрываются почти мгновенно. Со всем остальным надо ждать.

За две недели новых тренировок с духами я стал еще опаснее, чем раньше. Тело двигалось быстрее, мозги лучше контролировали ситуацию и принимали решения, но все равно недостаточно. Та же тьма в следующий раз точно будет сопротивляться. У меня не было иллюзий, что я нашел абсолютное оружие против ее слуг. Против слабаков – возможно, но ей же помогают не только они. Например, Курильщик – я не то что не смог ничего ему сделать, я даже не увидел его черную звездочку. А сколько еще у темной госпожи подобных слуг?..

Я подошел к стоящему на краю тренировочной площадки блюдечку и поджег налитую туда черную смолу. По маслянистой поверхности побежали языки пламени, я протянул руку, и в тот миг, когда наши искры столкнулись, рядом со мной появилась призрачная фигура в старой кольчуге и меховом тулупе. Шэн и Ноха тут же подбежали к ней и принялись радостно носиться кругами.

– Твое поражение – это все, что ты хотел мне показать? – призрачный предок смотрел на меня скучающим взглядом.

– Федор Данилович, – я еле заметно склонил голову, здороваясь.

Как выяснилось уже после сражения с тьмой, мои отношения с духами предков отнюдь не безоблачные. Да, они готовы были помогать, когда дело касалось их вечного врага, но не более. Например, присматривающий за мной предок даже не представился, это я сам вычислил его имя по описаниям из старых летописей. Я же догадался использовать смолу, чтобы имитировать условия для его появления.

Чем больше тьмы рядом, тем проще предкам прийти на мой зов.

– Это все? – он повторил свой вопрос.

– Нет, – я покачал головой. – То, что я показал сейчас – это мой максимум с учетом пределов моего тела, искры и уроков Курильщика. Сейчас я покажу то же самое прохождение, но немного другим способом. Моим личным!

Кажется, во взгляде предка появился интерес. Это хорошо – возможно, в итоге мы сумеем договориться.

– Атака… – механический голос ударил в уши.

Предок запустил испытание раньше, чем я решу сделать это сам. Не страшно.

Я бросился вперед. Снова объемная карта, снова разноцветные точки врагов. Как и всегда, часть была в зоне досягаемости, часть же можно было достать только с помощью призраков. Но так казалось только со стороны. Я коснулся кабелей, активируя всего четыре звездочки, а потом кинул в точку между ними алюминиевый шарик с закачанным внутрь газом.

Взрывная волна с моим небольшим дополнением получилась настолько внушительной, что вся тренировочная площадка покачнулась. При этом я выбрал место для эпицентра взрыва так, чтобы ни один гражданский столб не оказался на первой линии. И в итоге…

– Победа, – озвучил механический голос. – Враги уничтожены, жертв среди мирного населения нет.

– Что ты сделал? – призрачный предок подплыл и замер рядом со мной.

Ему интересно и использование дополнительного оружия мне простили – это хорошо. Значит, можно продолжать:

– Вы знаете, что такое модель детонации?

– Кажется, читал у Зельдовича и Неймана, – задумался предок, и я был удивлен. Не ожидал от давно умершего подобных познаний. А я ведь и сам готовился по их работам.

– Но как? Вы же умерли раньше, чем они даже родились.

– Новые члены рода, когда уходят к нам, забирают с собой любимые вещи. Кто-то оружие, кто-то прочитанные книги, – впервые после того, как мне помогли с созданием тренировочной площадки, один из предков начал что-то объяснять. Это точно стоило ночей в библиотеке, когда я готовился к этому представлению. – Так что насчет модели детонации?

– Если коротко, любой взрыв состоит из нескольких частей, на каждую из которых можно попробовать воздействовать. Детонационная волна…

– Зона индукции, – подхватил Федор Данилович, и мы продолжили уже по очереди.

– Продукты сгорания, – я.

– Газодинамический разрыв, – он.

– Зона образования свободных радикалов, – я чуть ускорился. – И волна разрежения, в которой происходят химические реакции окисления…

– Так что ты сделал? – его глаза блеснули.

Все-таки странные эти предки. Никак не могу их понять и предсказать. Даже с тьмой в чем-то было проще.

– Взял формулу, по которой в зоне индукции должен быть скачок уплотнения взрыва, – начал рассказывать я. – Потом закачал газ с плотностью в несколько раз выше, чем у воздуха, в улучшенный игигами шарик. Чтобы побольше влезло. И взорвал все это в месте, где совпали сразу несколько скачков. Чем больше плотность газа, тем больше теплопроводность, взрыв сильнее ускоряется… И результат вы видели. Четыре батарейки бахнули не хуже танка.

Я ждал реакции, но предка мое сравнение не впечатлило. У него были другие приоритеты:

– А если бы мирных рядом с тобой оказалось слишком много?

– У меня еще есть шарики с гелием, у него плотность гораздо меньше воздуха, соответственно, тепло он тоже проводит очень плохо. С его помощью можно сымитировать условия для направленного вовне взрыва, но тут нужно еще доработать теорию на практике. А если говорить о серьезном оружии, то я могу укреплять стенки гранат и снарядов с нужной стороны, что тоже позволит менять направление ударной волны… Я, кстати, так уже делал. Очень удобно.

– Я рад, – неожиданно на лице предка появилась широкая улыбка. – Искренне рад, что новый Пожарский умеет работать над собой. А то, знаешь ли, одной крови было бы мало.

Вот и всплыла моя главная тайна. И я ведь подозревал, что духи предков просто не смогут пройти мимо моего происхождения.

– Вы знаете, что я не один из вас?

– Как только ты принял фамилию, это стало заметно. Когда твои мать и отец коснулись тебя, это стало очевидно. Впрочем, они не отказались от тебя, возможно, чтобы не лишить силы во время боя с тьмой.

– А теперь?

– Теперь это не в их власти. Я как глава рода приму решение, достоин ты или нет. После этого вы сможете встретиться и все обсудить.

– А почему вы назвали себя главой? – не удержался я. – Я изучал историю, вы точно не первый Пожарский на Руси.

– Но я точно тот, кто принял решение, что наш род присоединится к Москве. С тех пор мы все служим новому порядку, и пока империя стоит, пока мое решение определяет судьбу семьи, именно я и буду главным.

– Как интересно, – я оценил, как устроена иерархия у духов. – А у других семей все так же? Или умение общаться с вами – это особенность нашей семейной искры?

– Искра… Что вы на ней все помешались? – Федор Данилович поморщился. – У всех родов есть предки.

– Но я не видел, чтобы вас кто-то использовал в бою. Не именно вас, а других предков.

– Потому что видит нас обычно глава рода, он лично сражается не слишком часто, и еще… Не все силы с нами совместимы. Тебе вот повезло – мы можем передать твои приказы в нужную точку, наша искра – часть твоей искры. Мы касаемся врага, и ты его взрываешь. Стреляй ты лазерами из глаз, и зачем бы тебе это?

– Для разведки, – нашелся я.

– Для хренетки! – ошарашил меня предок. – Ты о чем думаешь? Духов гонять, просто чтобы по сторонам посмотреть? Впрочем, некоторые в родовых поместьях заключают договоры о чем-то подобном, но не просто же так!

Я пользовался моментом, чтобы узнать как можно больше. Задавал вопросы, предок степенно летал из стороны в сторону и отвечал. Рассказывал о семье, о том, что общей искры, как у тех же Урусовых или Долгоруких, у нас пока не появилось, только личные. О чем-то не рассказывал – например, о том, почему на самом деле казнили отца и мать.

А потом меня осенило, что я чуть не забыл самый главный вопрос.

– Подождите, – выпалил я. – Вот вы уже столько раз говорили, что тьма наш враг. Но вы жили за сотни лет до того, как она появилась. Как появились игиги. Как это может быть?

– Опять ты про этих ваших игигов, искру… – Федор Данилович нахмурился. – Неужели непонятно, что все это – не новое, а продолжение противостояния, которое идет с самого начала времен?

– Если бы игиги были раньше, я бы нашел об этом информацию.

– Ты и нашел, – предок поднял вверх призрачный указательный палец. – Тиамат, Мардук, драконы – это же не сказки. Герои и боги древнего мира – тоже.

– Допустим. Но это было давно, а в нашем тысячелетии?

– Богатыри, ведуны – у нас. На Западе и на Востоке – свои истории. До года пробуждения тьмы действительно было затишье, темные века, как их называют. Мы даже думали, что все, это конец истории. Но тьма вернулась, она сильна как никогда, и что-то мне подсказывает, что приближается время последней битвы.

– Звучит жутковато, – я представил сталкивающиеся легионы света и тьмы. Вернее, игигов-героев и черных посланцев из осколков.

– Конечно. Думаю, пара сотен лет, и тьма устроит последний поход, – мой предок нарушил торжественность момента, напомнив, что фразу «приближается время» люди и духи могут понимать слишком по-разному.

Мы продолжали болтать, пока вся черная смола, запасенная мной на этот случай, не выгорела до дна.

* * *

Ксюша встретила меня после тренировки. Она захватила воду и пару энергетических батончиков – самое то, чтобы восстановить силы и не забивать желудок. Девочка старалась вести себя как обычно, но я видел, как ее взгляд периодически бегает из стороны в сторону, оценивая окрестности и возможные опасности. Все-таки предательство Павлика не прошло без следа.

– Ну как, удалось впечатлить твоего предка? – спросила Ксюша.

– Да, – я гордо кивнул с набитым ртом.

– Твои книжки про взрывы сработали? Или исторические?

– Про взрывы. Как оказалось, предки ценят практику, а не общую начитанность.

– А ты узнал что-нибудь про то, как управлять духами? Как усилить их или твою искру?

Чтобы помочь Ксюше справиться с навалившимися неприятностями, я включил ее в подготовку к тренировкам, и в такие моменты она снова становилась собой. Трясла косичками, блестела глазами и совершенно ничего не боялась.

– Духи не могут усилить мои взрывы на расстоянии, потому что и так они только благодаря им получаются. Например, когда я касаюсь звездочки через провод, то фактически просто использую его, чтобы указать Нохе цель. Это она любит длинные лабиринты. А вот Шэн – он помогает мне, когда нужно сломить сопротивление чужой искры. Федор Данилович сказал, что если стать сильнее, то ко мне могут присоединиться и другие духи рода. Теперь я буду их видеть и сумею сам натренировать на новые важные задачи.

– Интересно, – протянула Ксюша.

– Еще бы он объяснил, как именно стать сильнее, – я улыбнулся. – Но, думаю, мы на правильном пути. Будем развивать не только силу, но и само искусство взрывать. Кстати, а ты с Анной уже говорила?

– Она ждет меня в Санкт-Петербурге. Говорит, что до вашего отъезда устроит меня в лицей. Муравей, кстати, тоже звонил, передавал, что уже разобрался с твоей столичной недвижимостью, теперь там можно жить. Жалко, дедушка не согласился переехать.

– Он понимает, что мои враги могут попробовать его достать, – я тяжело вздохнул. – Понимает, но не хочет из-за этого менять свою жизнь. А ведь как Пожарский я бы ему и в Питере кофейню помог купить.

– Ну, зато ты нанял ветеранов из дедушкиного полка. Ему и веселее, и безопаснее. А еще они со мной занимаются.

– Да я видел, как тебя гоняют. И как ты тем тяжелым палашом махала? Он же больше тебя весит!

– Ха! – Ксюша гордо вскинула голову. – Я теперь тоже немного Пожарская, надо соответствовать.

Мы вместе хихикнули. Впереди показался знакомый забор и макушка дома. А вот внутри все очень сильно поменялось. Во-первых, нанятые мной ветераны из бывшего полка деда умели держать в руках топор и за пару дней поставили рядом с нашим еще один домик. И баню. Во-вторых, журналисты и чиновники – с тех пор, как я вернул титул, то одни, то другие заглядывали в гости. Кто-то с предложениями, кто-то просто поболтать. Первых я отправлял к деду или сразу к Урусову, если предложения были уж слишком за гранью закона. Вторыми занималась Ксюша. Вежливо слушала, кивала, а потом аккуратно провожала, так ничего конкретного и не пообещав. Возможно, однажды я и попробую окунуться в местную светскую жизнь, но точно не сейчас.

Старший из ветеранов помахал мне рукой. Когда я их впервые увидел, то невольно подумал, что нанял братьев, настолько они были похожи. Крепкие накачанные тела, короткие черные бороды, лысые как огуречные жопки головы и умные злые глаза. По-доброму злые – как это бывает у тех, кому приходилось убивать, но кто считает тебя своим.

Сначала ветераны пытались поглядывать на меня сверху-вниз, но потом дед устроил показательную дуэль – я против всех. И с тех пор мы пересмотрели наши отношения. Ветераны поняли, что я действительно умею использовать свои силы в бою, и двенадцать крепких мужиков – это недостаточно, чтобы скрутить игига с опытом. Я же оценил крепость их кулаков и умение идти до конца. Первый удар в той схватке я даже пропустил: хотел красиво встретить его небольшим направленным взрывом, но Бормотун тогда даже не поморщился, когда перед ним полыхнуло пламя взорвавшегося у него на пальце перстня…

– Привет, княжич! – Бормотун заговорщицки переглянулся с остальными. – Ничего не замечаешь?

Я окинул его взглядом, и действительно, обычная гражданская одежда на ветеранах сменилась на новые защитные комплекты и разгрузки.

– Пришел мой заказ? Там должно быть с запасом, начинайте осваивать.

– Спасибо. Набор уж больно хорош, ничего лишнего, и каждая застежка, каждый нож или граната – все высшего качества. Парни спрашивают… – Бормотун кивнул на парней. Одиннадцать крепких мужиков за пятьдесят. Я чуть не улыбнулся. – И где ты только успел всего этого набраться?

– Я – Пожарский, – я ответил точно так же, как и на все подобные вопросы до этого.

В этот самый момент телефон у меня в кармане сверкнул красным сигналом экстренного сообщения, и его стало видно даже сквозь одежду. Это был номер, зарегистрированный на Пустого. Я сразу напрягся, но вытащил телефон и прочитал сообщение.

На пороге дома появился дед – он сегодня, похоже, решил устроить себе выходной. Неужели что-то почувствовал?

– Что там? – спросил он за всех.

– На Москву летит осколок. Самолеты успели заметить его во время захода на орбиту, размер – почти двадцать два метра в длину, – у меня по спине побежали мурашки, когда я зачитывал информацию.

– До этого подобные крупные экземпляры встречались только дважды, – наморщил лоб дед. – Один в Нагасаки в сорок пятом, другой в Белграде в девяносто третьем. Оба раза города стирались почти до основания.

– Что ж, тогда понятно, почему объявлен общий сбор, – выдохнул я. – Всем игигам в радиусе трехсот километров от Москвы предложено принять участие в обороне.

– Прям всем и каждому? Сколько же вы будете добираться? И сколько будет идти бой? – выдохнула Ксюша.

– Не совсем каждому. Сбор объявлен только по городам, где стоят новые дирижабли «Скорости». Планируется, что мы окажемся на месте максимум через час. И… – я сверился со списком. – «Царица Савская» вылетает из нашего порта через одиннадцать минут.

– Ты пойдешь? – Ксюша ухватила меня за руку. – Двадцать два метра… В настолько громадном осколке будет очень сильный черный.

– Теперь я Пожарский, – я пожал плечами. – Если такие, как я, будут сидеть в стороне, то мы точно не победим. Да и тьма… ты же знаешь, что у нас с ней особые отношения. Возможно, у меня получится чуть больше, чем у остальных.

– Только не считай себя героем, – дед крепко пожал мне руку.

– О, я точно не герой, скорее благородный разбойник, – я улыбнулся.

– Ты правильно сказал, что благородный, – дед оставался серьезным. – Поэтому мои ребята побудут твоей гвардией.

– Но… – я не сразу нашелся. – Я же буду там как Пустой. Бормотун и остальные раскроют тайну моей личности. А там вопросы, почему я не устроен в корпорации, обвинения в нарушении Договора…

– А здесь скажешь спасибо своей ледяной подружке, – вот теперь лицо деда озарила улыбка. – Я попросил, и она достала двенадцать вуалей. Так что не боись, что твой отряд смогут отследить. Выводы сделают, куда уж без них, а вот с обвинениями… Хрен им!

И чего сегодня все мои старые и мудрые родичи ругаются? Погода, что ли, влияет?

– Спасибо! – я обнял деда.

Потом прижал к груди Ксюшу, и та пискнула от счастья.

– Выступаем, – из брата я стал командиром отряда. Жестким, спокойным, сосредоточенным только на деле. Все, как когда-то учил меня Курильщик. – Одна минута, чтобы проверить экипировку. Чтобы все по боевому списку в двойном количестве было у каждого.

Я объединил надетые отрядом шлемы в единую сеть со своей маской и скинул чек-лист. Не зря его когда-то готовил. А теперь и мне самому нужно собраться. Новые шарики с газами, гранаты, пара пушек потяжелее – как князь я мог их себе позволить и не собирался себе в этом отказывать.

Тьма решила нанести свой удар – что ж, пришло время проверить, насколько я к этому готов. Надеюсь, я смогу ее удивить и не раз.

2.

За полчаса до высадки

«Царица Савская» оказалась дирижаблем нового типа. Жесткий корпус, четырнадцать ячеек с плавучим гелием, скорость под триста километров в час на форсаже и двести двадцать в крейсерском режиме. Я сидел у окна и явственно слышал, как с той стороны свистит воздух.

Ветераны деда, как и остальные отряды поддержки, расположились в грузовом трюме. Мне же как игигу досталось место на верхней палубе. Я окинул взглядом тех, кто летел вместе со мной. Пару лиц я знал. Например, Архимед – он вернулся в команду «Скорости» и вместе с Миледи сидел в передней части салона. Рядом с ним были новенькие из их отряда: молодой парень в шрамах, качок в деревянных наростах и хрупкая старушка, которой на вид было лет двести, не меньше. Будет интересно увидеть их в деле.

Взгляд скользнул дальше. Отдельно от всех разместились бледная девушка и парень в рыцарском доспехе. Не знаю, как этот любитель средневековья влез в свое сиденье. Я обратил внимание на несколько пустых бокалов из-под вина – значит, летят уже давно. А еще у них не было корпоративных нашивок – выходит, передо мной такие же бандиты, как и я сам, которые могли бы отсидеться, но решили откликнуться на призыв царя.

Еще отдельная группа – это около двух десятков молодых игигов. От них прямо-таки разило нервами и страхом. Пятеро из них – это местная старицкая команда «Защиты», остальные, соответственно, из других городов по пути. Все молодые, неопытные, для многих это будет первое серьезное сражение, и хочется верить, что не последнее. Я не знал, как организованы битвы подобного уровня, но рассчитывал, что нас всех не бросят просто на убой. Я-то справлюсь… справлялся и в ситуациях похуже, а вот эти…

– Моя запасная частота, – я скинул им сообщение. – Если совсем уж прижмет, зовите.

Я не был уверен, что корпоративные игиги будут слушать какого-то бандита. А кто я еще для них? Но нет, в мой канал сразу же подключились пятеро, а потом и все остальные.

– Спасибо, Пустой, – командир старицкой пятерки вежливо склонил голову. – Мы изучали твой бой с черным у нас, ты настоящий герой. Если будет нужно, можешь рассчитывать на наши силы.

Кажется, не только у меня были опасения, что с разумным использованием новичков будут проблемы. Подумав, я отправил ребятам запросы, чтобы я мог отслеживать их перемещение, а потом скинул метки Бормотуну.

– Ты же командовал новичками в походах, недаром дед тебе доверяет? – я вызвал командира своих ветеранов.

– Бывало, – тот, как и раньше, не спешил рассказывать о своем прошлом.

– Присмотришь за молодыми игигами. Мне может не хватить опыта или времени заметить, если им придется совсем туго, а ты…

– После моих ребят буду присматривать за тобой, – Бормотун обозначил свои приоритеты. – Потом за ними.

– Принято, – я откинулся на спинку кресла.

Так было лучше видно то, что творилось прямо по курсу. А там уже открывалось поднимающееся над Москвой зарево. Нет, еще не сам город, а только северо-западная окраина, где-то в районе аэропорта имени Пушкина. Вот туда мы и летели.

Я всматривался в мельтешение впереди, пытаясь понять, что происходит. Взрывы – их точно было много. Пролетело звено самолетов и отбомбилось по какой-то цели чуть в стороне. Одна из крылатых машин ушла в сторону эпицентра схватки, и в тот же миг откуда-то снизу вынырнула огромная тень, сожрав самолет прямо на лету.

– Вот это рефлексы! – выдохнул парень со шрамами из команды «Скорости». Не только я следил за тем, что нас ждало.

– Это что, дракон? – выдохнул один из новичков, глядя как огромная голова на длинной толстой шее заглатывает остатки самолета, а потом неспешно опускается вниз.

– Скорее, гидра, – ответил всем Архимед. Вдалеке как раз стало видно, как копошатся сразу несколько огромных покрытых чешуей голов.

– А есть какие-то вводные, что нам нужно делать? Кто-то знает? – спросил я, глядя, как наш дирижабль уверенно летит вперед. И что-то мне совсем не хотелось оказаться в зоне ПВО этой твари.

– Да, – Архимед поднялся на ноги, бросил на меня испытующий взгляд. – Меня попросили ввести вас в курс дела. Для начала общая диспозиция, чтобы вы знали, что тут уже произошло и чего вам ждать…

Сейчас

Архимед в двух словах рассказал, как началась эта битва, и уже детальнее про ближайшие планы. Мы подключили маски в единую сеть, а потом стало не до разговоров. Дирижабли резко клюнули вниз, не заходя в зону поражения гидры. Заревели двигатели, останавливая падение и создавая пелену воздушной подушки. Нас вжало в сиденья, но я все равно смотрел в окно.

Где-то справа мелькали молнии и снежная буря. Я сначала было подумал, что это Королева, но нет, уж слишком мощную силу использовал неизвестный игиг. Значит, скорее всего, Громовержец и Генерал Мороз, команда «Рускосмоса». Слева сражался Капитал, а прямо перед нами должен был находиться отряд Мораны. Ей удалось достичь наибольшего успеха, а потому все подкрепления шли именно в этом направлении.

– Высадка! – крикнул Архимед и первым выпрыгнул наружу.

Ему в облике черной гориллы это было совсем не сложно, я же выждал, пока завихрения после посадки хоть немного успокоятся, и только потом последовал за ним. За мной из своего отсека выскочили ветераны Бормотуна и, не обращая внимание ни на грохочущие рядом танки, ни на взрывы вдали, пристроились рядом. Команда «Скорости» резво убежала вперед, из соседнего дирижабля выбралась пятерка московской «Защиты» во главе с Толстяком. Он походил на разросшегося раза в три борца сумо и казался не особо опасным, но только тем, кто не знал про силу его ударов и скорость реакции.

Московские тоже сразу рванули в бой.

– Не отставайте, «Царица Савская»! – в наушники ворвался голос Архимеда, который отвечал за всех с нашего дирижабля. – Не спите, но и вперед не лезьте. Делайте, как я говорил. Держите вторую линию. Не давать прорваться полосатым. Если есть возможность, бейте гидру, но только если уверены, что вас не достанут. Помните, ваши шансы навредить ей – один к бесконечности. Шансы сдержать ее удар – и того меньше. Так что никаких глупых геройств.

– Пожарский… – договорив по общему каналу, Архимед связался со мной. Уже лично. – Брат рассказывал, что ты можешь попробовать ударить тьме прямо под животик. Не знаю, выдает он желаемое за действительное или нет, но тебя я буду рад видеть и на переднем краю.

– Принято, – отозвался я.

К этому моменту создание трехмерной карты расположенных поблизости звездочек подошло к концу. Я наметил для нас траекторию движения, скинул ее ветеранам, а потом неспешно побежал вперед. Нервы ходили ходуном. Это уже мой второй бой с черным игигом, я теперь гораздо сильнее, чем раньше, но и враг тоже не стоял на месте… Смогу ли я хоть что-то сделать гиганту, который уже час сдерживает несколько царских полков и пару сотен игигов?

Где-то над домами через пару кварталов мелькнула одна из голов гидры, и она была просто огромной. Это подавляло.

– А ну соберись, Пожарский! – рявкнул я сам на себя, и вроде бы стало легче. И чего говорят, что крик – это плохая мотивация? Работает же!

Я побежал быстрее. На границе созданной мной карты мелькнуло что-то необычное. Нужно было подобраться поближе. Я ускорился изо всех сил.

– Шэн! Ноха! Вперед, мне нужно узнать, что там! – я отправил вперед своих призрачных помощников, и тут же детализация изображения в нужном районе начала расти.

Еще, еще немного!

– Прорыв! Прорыв полосатых! Их несколько сотен, идут под землей! – я закричал на волне нашего отряда, отмечая место, где мы встретим незваных гостей.

Также я скинул карту со новыми отметками Архимеду, пусть предупредит остальных, если я не справлюсь.

– Анна орала на меня за то, что не взял ее с собой, – неожиданно ответил тот. – Потом просила присмотреть за тобой, чтобы ты выжил. Я же… Просто пожелаю тебе удачи. Я видел тебя в бою, ты силен и ты хочешь добиться гораздо большего, чем сейчас. Для этого есть только один путь. Победы. Так иди же и покажи себя!

– Спасибо, – я ответил на ходу.

Мы с ветеранами успели пробежать половину пути, когда полосатые начали вырываться на поверхность через проход недавно заложенной, но еще недостроенной станции метро. Их действительно было очень много. В мою сторону нацелилось несколько гранатометов, застрекотали автоматы, выбивая каменную крошку из здания, за которым я укрылся. Они не хотели, чтобы я мог высунуться и оценить обстановку, но мне это было и не нужно.

Я ждал. Ноха была рядом с одним из полосатых, но я хотел действовать наверняка. Вот и Шэн добрался до цели, и через животных своих предков я обеими руками вцепился в горящую внутри человека черную звездочку. Когда я действовал на голой интуиции, было сложнее, сейчас же я видел, как от моей первой жертвы к другой перекинулась призрачная связь. Еще и еще. Рядом с бушующим в считанных километрах черным игигом моя воля находилась словно под прессом, было очень тяжело, но я справлялся. Два, три десятка – я зацепил всех полосатых, кто выбрался наружу, чтобы зачистить плацдарм для остальных.

Расти!

Я отдал приказ тьме, и та обрадовалась, начала высасывать силы из своих носителей, и в этот момент моя искра сделала то же, что и всегда. Все испортила. Для тьмы. Процесс пошел вразнос, животы полосатых раздуло, в каждом полыхнула вспышка, выжигая тела изнутри. Новая версия взрыва тьмы не лечила, а сразу уничтожала врагов.

– Вперед! – я воспользовался моментом, чтобы подобраться поближе к проходу и зацепить полосатых, сидящих там.

Первая волна успела заминировать окрестности, но я видел звездочки каждого из установленных ими зарядов. Десять метров до цели – я готовился уйти в сторону, когда наружу выскочили несколько полосатых в робо-доспехах. Похоже, не только Мышь из команды Мораны увлекался подобными штуками.

К счастью, у меня было прикрытие. Ветераны встретили шустрые железки очередями из автоматов, а потом и меткими выстрелами из гранатометов. Кто-то поставил пару минометов и начал навесом закидывать снаряды прямо в проход, из которого пытались вырываться еще полосатые. Робо-доспехи выдержали первый натиск, но тут асфальт у них под ногами превратился в болото, а сверху, разрывая металл, прыгнул серебряный волк. Это команда старицких игигов догнала меня и вступила в бой.

Остальные растерялись или испугались, а эти молодцы. Очень удачно. Я показал им большой палец, а потом скомандовал Бормотуну придержать минометы. На мгновение повисла тишина, а я загерметизировал свой доспех и спрыгнул вниз. Звездочки продолжали отрисосывать передо мной карту будущего метро и перемещения врагов. Меня не видели и не ждали.

Я подбежал к ближайшему полосатому, еще пары коснулись Ноха и Шэн – мы одновременно сжали сидящую внутри них тьму.

– Расти! – я повторил смертельный приказ.

Три утробных взрыва не смогли привлечь ничье внимание, а я уже бежал дальше. Еще три врага, еще… Потом мне попалось укрытие, кажется, экскаватор – это было достаточно надежно. Я на мгновение задержался, подчинив своей искре сразу десяток врагов.

Взрыв!

На этот раз я покончил со всеми полосатыми, которые вышли на перрон недостроенной станции. Остальные теснились в туннелях, ожидая или нападения, или нового приказа своей госпожи. Но той пока было не до подобных мелочей. Вот я и воспользуюсь моментом.

«Никому не спускаться, тут сейчас будет жарко», – я предупредил Бормотуна.

А потом направил Шэна по уходящим в проход рельсам. По ним еще не пустили электричество, но мне для дела хватит и голой стали. Сейчас, когда можно не спешить, когда сила моей искры метр за метром пробирается в глубины туннеля… Прошла бесконечно долгая минута, я хотел убедиться, что никто не уйдет обиженным.

– Уплотнение, – идеальный приказ для звездочек металла, из которого были отлиты рельсы.

Кристаллическая решетка сжимается, нарушая саму привычную связь между атомами, а потом процесс идет вразнос. В итоге не просто сталь разлетается во все стороны, калеча каждого, кто окажется рядом, а искажается само пространство.

Взрыв! По ушам даже через костюм ударила волна уплотнившегося воздуха. Туннель, где сидели полосатые, завалило, так что даже если кто и пережил мою диверсию, то выбраться у него уже не получится. Можно было возвращаться назад.

– На твоей карте были отмечены почти три сотни врагов, пацан, – когда я выскочил из пылевого цунами, поднявшегося под землей, меня перехватил Бормотун. Старый ветеран смотрел на меня изучающим взглядом.

– Что?

– Ты убил несколько сотен человек, ничего не сжимается внутри?

– Это не люди, – я покачал головой. – Я же рассказывал. Если игиг еще может пережить тьму внутри себя, то обычного человека она просто сжигает.

– И все же. Сотни живых созданий меньше, чем за пять минут, – Бормотун схватил меня за плечи.

– Сотни убийц, которые убили бы тысячи обычных мирных людей, если бы я их не остановил, – я встретил его взгляд.

– Вот и хорошо, – неожиданно ветеран отпустил меня. – Опасался, что тебя может накрыть. У молодежи порой бывают проблемы с приоритетами. Но ты, к счастью, крепкий парень.

– К делу, – я кивнул ветерану, принимая его слова, а потом двинулся вперед.

Бой еще не закончился, и наша сила могла пригодиться дальше. Чем быстрее мы остановим черного, тем больше жизней сегодня будет спасено. Я сверился с картой. Отряд Архимеда уже был на передовой, московские тоже, а вот областные игиги задержались, отстали, и теперь на карте отображались только места, где их точки светились в последний раз.

Я свернул на соседнюю улицу – нужно было проверить, точно ли все настолько плохо, как я думал. Мы пробежали сквозь какой-то магазин, где чуть не кружилась голова от запаха корицы, выглянули наружу. Посреди улицы была огромная ямина со следами зубов.

– Гидра. Похоже, ее головы могут не только самолеты перехватывать, но и другие цели, – голос старшего старицкого игига дрожал.

– Как тебя зовут? – спросил я.

– Сашка, – ответил тот, и я улыбнулся. – В смысле, Речной Волк.

– Значит, это ты помог разобраться с робо-доспехами черных? Хорошая работа, – кивнул я игигу, и тот расплылся в улыбке. Даже под маской было видно.

Парня начало отпускать, вот и хорошо. Значит, меньше шанс, что он натворит ошибок.

– Нам тоже может прилететь, – заметил Бормотун.

– Идем под прикрытием зданий. На открытое место не выходим, – решил я.

И мы продолжили движение вперед. Грохот, запах гари и пороха, крики – с каждой минутой они становились все громче. Сверху донесся шелест, я поднял голову: по крышам домов с другой стороны улицы пробежала пара наших соседей по дирижаблю. Парень в доспехе, который словно не обращал внимание на его вес, и бледная девушка. Они тоже нас заметили.

– Может быть, к нам? – я добавил к словам жесты. Такие поймут и на расстоянии.

Бледная покачала головой, а потом спрыгнула с крыши. Мгновение, и она превратилась в огромного летучего ската, который тут же рванул вверх. Едва я подумал, как это опасно, и одна из голов гидры попробовала закусить новой добычей, но ее зубы пролетели сквозь тело девушки. Интересная сила. Кажется, я читал про нее – Манта из отряда Адвоката. Считается одним из самых таинственных игигов столицы.

Пока я следил за девушкой-скатом, ее стальной напарник исчез с крыши – судя по двигающимся звёздочкам, ушел куда-то на соседнюю улицу. Я пожал плечами, и мы продолжили пробираться вперед. Новый поворот, мы вышли на площадь перед гостиницей для сотрудников воздушного порта и оказались на переднем краю.

Я своим глазами увидел отряд Мораны, гидру, сотни танков, пушек и минометов, бьющих и по прямой, и откуда-то из-за горизонта. Тяжелые огнеметные системы сжигали сам воздух, казалось, что люди, пусть даже и со способностями, могут делать в таком аду? Разве они способны сравняться с этой мощью? Вот только именно на людях все и держалось.

Откуда-то сверху сквозь висящие тяжелые облака постоянных взрывов прорвались сразу три головы гидры. Они хотели уничтожить всех тех жалких мошек, что мешали выполнить приказ госпожи, и, казалось, ничто их не остановит… Морана могла бы – но она держала две своих головы, превращая их в ничто своей страшной силой, ей было не до того.

– Лихо… – тихо шепнул Бормотун, указав на женщину в черной кожанке, появившуюся прямо посреди улицы.

Ей было точно за сорок, но даже за маской и кожаной одеждой было видно, что она все еще очень красива.

– Рокерша? – так же тихо спросил я у ветерана.

– Лучше, – ответил за него Сашка-Волк. – Она разрушает чужие атаки, рядом с ней враги практически не могут использовать свои искры…

Подобная сила казалась уж больно щедрой, но я видел ее результат своими глазами. Три головы черной гидры словно бились о невидимый щит – бились и отлетали обратно. Стоило им пересечь невидимую границу, как прочнейшая шкура, которую не могли взять ни тротил, ни кумулятивные заряды, начинала отслаиваться, опадая пеплом.

– Красиво, – оценил я.

«Но у любой силы есть предел. Иначе Лихо уже стояла бы рядом с Мораной, причем не тут, а рядом с сердцем гидры…» – чужой голос зазвучал так неожиданно. Уж слишком я привык замечать чужие звездочки с любой стороны, а тут ничего.

Я обернулся. Рядом со мной, частично перекрывая одного из ветеранов, стояла девушка-дух. Совсем молодая, с длинными черными волосами и словно идеально округлым лицом. Выглядело очень непривычно, но мило.

«Ты…» – осторожно начал я, ощутив связь между нами.

«Тут достаточно тьмы, чтобы я появилась, – ответила незнакомка. – Федор Данилович закончил проверку и назначил меня, чтобы я подумала над твоим дальнейшим обучением».

Я почесал затылок. В принципе, логично – старейшину рода в наставники еще нужно заслужить.

«Меня зовут Александр, – представился я. – Сейчас немного не до учебы, но если ты поможешь в бою, я буду благодарен».

«Мое имя тебе не нужно, – отмахнулась девушка. – Называй меня, как в дружине, Неясыть. Что же насчет боя – когда еще тренироваться как не тут?! Хватит отсиживаться, иди вперед. Проверим, чего стоит твоя сила против тьмы!»

3.

Новая наставница от предков мне не понравилась. Возникало ощущение, будто мое выживание для нее совсем не в приоритете. С другой стороны, раз я оказался так близко к созданию тьмы, пришло время снова столкнуться лицом к лицу с ней самой…

Громыхнуло. Странная сила Лихо задела несколько стоящих в стороне заправщиков для дирижаблей, что-то в них коротнуло, и взрывная волна накрыла девушку. В тот же миг головы гидры снова ринулись вперед, надеясь застать ее врасплох. Из гостиницы донеслись чьи-то испуганные крики – кажется, какие-то «бессмертные идиоты» решили не эвакуироваться сразу после предупреждения и насладиться боем из первых рядов.

К их счастью, искра Лихо помимо дара еще и укрепила ее тело. Вместе с защитой костюма этого оказалось достаточно, чтобы пережить волну пламени. Головы гидры снова были вынуждены отступить. Вот только крики из гостиницы – они были такие звонкие, а еще звездочки, удаляющиеся от окна… Они были очень низко от пола. Либо там, в номере, остановилась команда карликов, либо дети…

– Ну, давай! – Неясыть напомнила, что нас ждет тьма.

А я неожиданно осознал, что жизни детей, даже посторонних, для меня важнее встречи с хозяйкой из осколка. Кажется, принятие рода и жизнь с дедом и Ксюшей изменили меня сильнее, чем я думал. И никакие тренировки Курильщика с их расчетом и холодной целесообразностью не могли на это повлиять. Тьма подождет.

– Архимед, там в гостинице дети, – я попробовал воспользоваться административным ресурсом.

– Сканеры их не видят, – черная горилла прыгала где-то среди полосатых боевиков, но ответ пришел почти мгновенно.

– Разве вы не слышали крики?

На этот раз ответ задержался:

– Перепроверил запись из двух источников, все чисто.

– Но я слышал и прямо сейчас вижу там движение.

– Это может быть ловушкой тьмы. Просто сражайся… – Архимед решил, что сказал все, что нужно, и отключился.

Я посмотрел вверх, звездочки на пятнадцатом этаже гостиницы снова двигались.

– Неясыть, ты знаешь, что это может значить? – я посмотрел на девушку-предка, та только пожала плечами.

Понятно, и она тоже считает, что мне просто нужно идти и сражаться. Не задавая вопросов.

– Бормотун, ты что-то видишь? – я сверился с ветераном.

– Ничего. Смотри, я скинул изображение с дрона, – Бормотун переключил на меня картинку со своего летающего помощника. Действительно, в подозрительном номере было пусто. Моя искра видела движение, но электроника упорно говорила, что я ошибаюсь.

Может, и вправду забыть про эту аномалию?

– Не знала, что мой потомок трус, – Неясыть ехидно подняла бровь, и это стало последней каплей.

Когда все так старательно направляет меня в одну сторону, я просто из принципа пойду в другую. Потому что верю в себя достаточно, чтобы не сомневаться. Верю больше, чем в общественное мнение и показания электроники.

– Я в гостиницу, – я развернулся на месте.

– Трус, – проводила меня Неясыть, не сдвинувшись с места.

Кажется, мои отношения с предками снова испортились, но плевать. Им либо придется признать меня таким, какой я есть, либо я заставлю их это сделать.

– Мы… Мы останемся и будем сражаться, – Сашка-Волк тоже принял свое решение.

Тоже все ясно: они игиги-герои. Может, глава старицкого отряда и хотел бы мне поверить, но долг оказался сильнее.

– Мы тоже. Спасибо за оружие, – Бормотун даже не посмотрел в мою сторону.

Как быстро я остался без поддержки. Одна выбрала гордость предка рода перед зеленым новичком, второй – репутацию защитника справедливости и родной корпорации, третий – долг перед страной, которой снова был так рад служить.

Я развернулся и побежал к гостинице. Мелькнула мысль, что, будь тут Гусеница, мы бы взлетели наверх в мгновение ока. Ничего, мне хватит и лестницы. Я бросил взгляд на призывно горящее табло лифта, но это было бы слишком безрассудно – довериться электронике в такой момент.

Пятнадцать этажей по лестничным пролетам я пробежал без остановки. Шэн и Ноха не оставили меня и неслись на десяток ступеней впереди, чтобы первыми вцепиться во врага, если тот появится. Приятно, что эта парочка не сомневалась во мне ни мгновения. Иногда животные надежнее людей.

Нужный этаж встретил меня выбитыми дверями и пронизывающим ветром. Снизу этого не было видно, но вся задняя стена гостиницы оказалась снесена. Судя по размаху дыры – это гидра успела задеть здание, пока Морана с отрядом не начала ее теснить.

– Эй! Выходите, – я заглянул в коридор.

Тут никого не было, но вот в зрении моей искры дернулись несколько звездочек. Второй номер справа, определил я и выбил дверь.

– Выходите, – повторил я.

В комнате было пусто. Мой собственный тепловизор и датчик движения ничего не показывали. Только одинокая кровать, столик с телевизором, неплотно прикрытая балконная дверь и качающиеся занавески. Я видел, как несколько звездочек медленно двигались вдоль пола в сторону кровати.

Все необычнее и необычнее.

Я встал на пути у этой процессии, пошарил рукой и тут же нащупал чью-то небольшую курчавую голову.

– Искра невидимости? – теперь я окончательно понял, с чем столкнулся.

Ну или какая-то ее вариация, учитывая, что никакой прибор эту способность не засекал. Если бы не телефоны, я бы тоже так никогда и не узнал, что тут кто-то есть. Не понимаю, правда, как это помогло мне единственному услышать крики, но…

– Нет, – мне ответил тонкий детский голос, и словно из воздуха появилась дрожащая парочка. Мальчик и девочка, держащиеся за руки.

Обоим лет по десять, не больше. Тощие, чумазые. Оба белобрысые, в веснушках, судя по всему, родственники.

– Почему не ушли? Впрочем, ваше дело. Пойдем, я сдам вас военным, они найдут ваших родителей.

– Не надо! – тут же запаниковал мальчик.

– С родителями что-то случилось? – уточнил я. Кажется, тут дело было не только в необычно сильной искре сокрытия.

– Их никогда и не было, мы из детского дома, – ответила девочка. – Но, когда у Степы проснулись его способности, к нам пришел странный безносый человек, усыпил всех и забрал.

– Дальше, – кивнул я.

– Он нам ничего не говорил, только бил током и обездвиживал, стоило потянуться к искре. Мы лишь слышали, что нас хотели везти в Санкт-Петербург, – сказал мальчик.

– А потом появился черный игиг. Безносый хотел нас вывести подальше отсюда, но его сожрали, – в голосе девочки мелькнули довольные нотки.

– Мы спрятались, – продолжил мальчик. – Когда мне страшно, моя сила лучше работает. Я специально выглядывал из окна, чтобы больше бояться.

– Почему вы никому не сказали, что вас похитили? Безносый был не один? – я расширил радиус сканирования пространства, чтобы не пропустить возможную атаку.

– С ним должна была встретиться девушка. Такая бледная, как будто больная. Мы видели, как они разговаривали по видеосвязи.

У меня появилось нехорошее предчувствие. Я вытащил телефон, открыл главный форум по игигам и быстро нашел фотографию команды Адвоката. Сам столичный бандит, тощий старик в безносой маске, рыцарь, медведь и бледная девушка. С парочкой из них я лично летел в дирижабле.

– Она? – я показал фотографию Манты, и дети закивали.

Значит, подручные Адвоката прибыли сюда вовсе не для того, чтобы поработать на репутацию своего босса.

– Аня умеет чувствовать опасность, – затараторил Степа. – Она знает, что Бледная рядом. Поэтому я пугаю себя, чтобы она нас не нашла.

Значит, они оба игиги.

– Давайте-ка вы снова спрячетесь. Говорить нам это не помешает, но зато избежим ненужных неприятностей, – предложил я.

– А рядом с вами не страшно. Почему-то, – мальчик ошарашил меня ответом.

– Она рядом, – глаза девочки расширились, она повернулась куда-то в сторону окна.

Впрочем, я и сам уже увидел, как откуда-то сверху на огромной скорости к нам приближается целый арсенал звездочек. Манта. Теперь я в этом не сомневался. Так же, как и в том, что стены гостиницы ее не остановят. Я подхватил детей подмышки, а потом резво рванул в сторону лестницы. Шэн был рядом, Ноха же задержалась у решетки.

Было сложно рассчитать момент, но я постарался. И когда огромный летающий скат пролетел сквозь стену и превратился в девушку, ей в спину ударила взрывная волна. Чуть позже, чем я хотел.

– Тут Пустой! – Манта выругалась. – Перекрой лестницу.

Я успел это услышать одновременно с грохотом на пару этажей ниже. Это прибыл Рыцарь, лишая меня пути к отступлению. Оперативно они сработали. Я попробовал вызвать Архимеда, Бормотуна или хоть кого-то еще, но подручные Адвоката уже глушили связь. Если я и хотел выбраться из здания, то надо было полагаться только на себя.

Или на моих новых знакомых.

– Степа, тебе случайно снова не стало страшно? – я тряхнул правой рукой, которой прижимал к себе мальчика. Было бы неплохо, если бы он спрятал нас троих.

– Не страшно, – на глазах у Степы были слезы, но бояться он отказывался. Да что с ним? – Рядом с тобой – нет.

– Если не испугаешься, я брошу вас с сестрой тут. Останетесь одни, чужаки вас захватят! – я попробовал напугать парня.

– Не страшно! – он уже ревел.

– Не надо врать, – тихо пискнула девочка. – Степа был таким всегда, он чувствует, когда можно бояться, когда нет. Сейчас не нужно.

– Кто бы мне сказал, что меня будет расстраивать, что люди слишком сильно в меня верят!

Я отдал мысленный приказ Нохе и Шэну, а потом выбросил их из окна – так они быстрее доберутся до нужных мне целей на первом этаже. Сам же я побежал по лестнице вверх. На карте из звездочек я четко видел, что Манта снова взлетела. Значит, пытаться пробить проход наружу и позвать на помощь не выйдет. Она заметит меня и атакует до того, как кто-то поймет, что творится что-то неладное.

Снизу грохочет Рыцарь – собирается связать меня боем, тогда уже и девушка сможет атаковать меня на полную. А я даже про их способности ничего особо не знаю. Только те мелочи, с которыми уже сталкивался, но этого явно недостаточно, чтобы я был уверен в победе.

Мы пробежали уже два этажа, когда Рыцарь немного подотстал, а потом неожиданно прыгнул вверх, пробив сразу несколько перекрытий и выскочив рядом с нами. В тот же миг Манта спикировала на здание, пролетела сквозь пару стен и встала по другую сторону от меня.

– Пустой… – у нее был неприятный хриплый голос.

– Просто уйди в сторону, – а вот Рыцарь щеголял приятным баритоном.

– Не думаю, – я покачал головой. – Вы уверены, что хотите шуметь во время сражения с черным? Это не нарушает законы и договоры, но сегодня многие потеряли родных, и кто-то из них может решить, что и ваш босс в этом тоже виноват. Думаете, он будет рад таким проблемам?

– Босс будет рад только в одном случае – если его приказ будет выполнен, – Манте было плевать на мои слова, она ловила момент для атаки.

– Ты же один из нас, – Рыцарь решил сыграть роль хорошего парня. – Тоже бандит. Помоги нам, и тебя примут в наш отряд. У Адвоката ты сможешь по-настоящему раскрыть свои силы.

– Мне уже одна дамочка предлагала служить ей ради силы, я отказался.

– То, что ты не стал рабом тьмы, не делает тебя особенным, – неожиданно Манта смогла меня понять. – Адвокат в отличие от остальных на самом деле заботится о своих.

«Парень! Мы рядом!» – неожиданно в наушники ворвался голос Бормотуна.

«Мы засекли несколько живых меток в здании и поняли, что ты был прав!» – почти одновременно с ним заговорил Сашка-Волк.

Приятно, что они вернулись. Но как же невовремя!

«Парашюты готовы?» – спросил я.

«Да», – Бормотун все понял и вздохнул.

«Нет», – удивился Сашка.

«Захватите молодых с собой. У вас пять секунд, чтобы выпрыгнуть в ближайшие окна», – я отдал приказ ветеранам, а потом коснулся искры бетонного перекрытия у нас под ногами.

Укрепить.

Большая поверхность, сложный материал – по моим подсчетам она теперь взорвется через двенадцать секунд. Надеюсь, этого хватит.

– Хватит болтать! Просто прибей его! – Манта как будто что-то почувствовала, но было уже поздно.

Запущенные мной через Шэна и Ноху изменения на первом этаже перешли в стадию взрыва. Я подорвал несущие стены в семи точках – больше просто не успевал захватить – но и этого хватило. Второй этаж лишился части опор, вес огромного здания надавил на оставшиеся, и вся гостиница резко просела на четыре метра. А потом пошла цепная реакция, этажи складывались один за другим.

Какие-то проваливались сразу группами. Мы вместе со зданием устремились вниз!

Если бы я не укрепил пол, нам тоже могло бы достаться, но пока изменение играло мне на руку. Пока. Через семь секунд бетон под нами рванет, и тогда… Шесть секунд.

В окне мелькнули крутящиеся в воздушных потоках парашюты, на которых выпрыгнула моя группа поддержки. Семнадцать звездочек – все на месте. Четыре секунды.

– Тебе это не поможет! – Манта двинулась ко мне. Девушка осторожничала, готовясь в любой момент принять форму ската, но не собиралась отступать.

Громыхнуло! Наш этаж долетел до земли, продавил горы бетона, что упали раньше, но не разрушился. Он и в падении нас замедлил, создав под собой воздушную линзу, и тут продержался… Вот только самое страшное еще не случилось. Через мгновение на нас должны были обрушиться следующие этажи, и тут закончилось время изменения пола у нас под ногами. Все сразу же взлетело на воздух. Кроме небольшого круга в радиусе двух метров вокруг меня, где я отменил действие своей искры. Прием, который я подсмотрел у Дмитрия Урусова. Новая взрывная волна ударила строго вверх, заодно отбрасывая Манту, Рыцаря… Но главное – досталось падающим на нас этажам.

Взрыв словно раздвинул их в стороны.

Здание окончательно рассыпалось, а я и два зажатых подмышками ребенка так и стояли на одном месте, как и тогда, когда все это началось. Словно ничего не было, только ноги гудели от огромной нагрузки.

– Ты импровизируешь или на самом деле так все и запланировал? – рядом со мной появилась Неясыть. Кажется, мое «одиннадцатое сентября» ее впечатлило.

Вот только если она смогла появиться даже тут, вдали от черного, значит, рядом со мной высокая концентрация тьмы… Я отпрыгнул в сторону, ожидая, что из поднятой взрывом пыли появится морда гидры, но ее не было. Откуда тогда тьма?

Я бросил взгляд на спасенных детей – никаких черных звездочек и меток… Я так и не заметил ничего необычного, когда со всех сторон подтянулись вояки и несколько игигов.

– Бандит Пустой, объяснитесь! Что вы себе позволяете?! – судя по форме, первым меня принялся допрашивать поручик из московского полка.

– Ты понимаешь, что из-за тебя могло задеть всех? И кто бы тогда сдерживал черного? Сколько людей бы погибло из-за твоей глупости? – вторым до меня добрался Мышь.

Его голос, взрослый, убедительный, пробирающий до костей, даже меня заставил задуматься. Что уж говорить про остальных: большинство военных, которые жили в Москве и сейчас сражались еще и за свои семьи, посмотрели на меня с самой настоящей ненавистью. Кто-то даже буркнул, что сумасшедшего бандита лучше сразу пристрелить, чтобы не ударил в спину еще раз.

– Что за дети? – следующим ко мне подошел Архимед, и он первым обратил внимание, что я не один.

Вот с ним можно будет и поговорить.

– Рад, что ты заметил. Те, кто отвечали за эвакуацию гостиницы, пропустили этих двоих. Пришлось доставать. Что же касается взрыва… – я скинул Архимеду схему заложенных мной зарядов и расчеты. – Все было учтено.

– Вытащили бы их и все. Зачем гостиницу-то разрушать? – Мышь внимательно следил за разговором.

– Во-первых, а ничего, что вы все здесь собрались?

– Ничего, – Мышь был спокоен. – Моя очередь отдыхать. И Морана просила лично убедиться, что удара в спину не будет.

– Тогда во-вторых, – я был спокоен. – Вы предлагаете обсудить, что важнее, здание или человеческая жизнь?

«Иногда нужно жертвовать воинами, гражданскими, кем угодно, чтобы победить, – неожиданно вместо Мыша ответила Неясыть. – Потому что, если проиграешь, умрет еще больше людей».

«Я знаю, – я был согласен с девушкой-предком на все сто. – Иногда бывает именно так, и тогда моя рука не дрогнет. Но этот выбор приходит, когда ситуация или общество доходит до определенного предела. Сейчас же, пока у нас есть запас прочности, выбор стоял просто между жизнями и деньгами».

«Я услышала тебя, молодой Пожарский», – девушка-дух погрузилась в свои мысли.

Мышь тоже все это время молча стоял, рассматривая меня сквозь бронированное стекло робо-доспеха и заодно просвечивая всеми доступными ему сканерами. Наконец, помощник Мораны закончил и, больше ничего не говоря, развернулся и улетел обратно в сторону поля боя. Вслед за ним, словно услышав все, что хотел, развернулся и поручик.

– И это все? Я ожидал больших проблем, – честно признался я Архимеду.

– Ты – бандит. Официально, – тот пожал плечами. – Денег с тебя не взять, взрывная волна по большей части ушла вверх, техника и бойцы не пострадали, новой опасности тут нет, поэтому все вернулись к главной проблеме.

– Логично.

– Не совсем. Что тут случилось на самом деле? Твои выпрыгнувшие на парашютах люди, взрывы, которые начались еще до разрушения здания… Не думай, что я ничего не заметил.

– Это не тайна. Манта и Рыцарь, они пришли сюда за этими детьми, – я кивнул на две молчаливые макушки, которые тут же извернулись и постарались получше рассмотреть Архимеда. Я воспользовался моментом и поставил их на землю.

– Приказ Адвоката?

– Они сказали, что да.

– Почему не рассказал сразу?

– Честно? На меня накинулись с этими обвинениями, и я растерялся, – не хотелось признавать свою слабость, но не врать же.

– Иногда забываю, что ты еще пацан, – Архимед немного растерянно почесал затылок. – Ладно, информацию об этой парочке я передам дальше. А ты… Заметил в детях что-то необычное?

– Один преобразовывает страх в скрытность, другая умеет чувствовать опасность, – я бросил взгляд на девочку, как бы спрашивая, что сейчас, и та покачала головой. Почему-то мне казалось, что ее искре можно верить.

– Редкие способности, но ничего необычного. Ладно, я отдам приказ, и за ними присмотрят. Доверяешь мне? – Архимед протянул руку к рации на плече.

– Доверяю твоей семье, – уточнил я.

Урусов усмехнулся и кивнул, подтверждая, что сейчас я говорю не с наемным работником корпорации, а с членом древнего княжеского рода. Я подтолкнул брата с сестрой к нему:

– Можете идти. После того, как я привлек к нам внимание, за вами еще и армейские присмотрят, так что нового нападения Манты и Рыцаря можно не бояться.

Аня бросила взгляд на Степу, тот кивнул. Страха в нем все еще не было.

Миледи

– Каспер, не отвлекайся! Скоро Архимед вернется… Если полосатые нас отбросят, как бы команду не расформировали, – Дуболом попробовал несколько раз выстрелить в сторону наступающих помощников черного, но его тут же отбросили назад. Только кора полетела в разные стороны.

– Каспер! – Миледи, отвечающая за отряд в эти минуты, рявкнула на новенького и попробовала считать его мысли.

Иногда она так делала, чтобы держать руку на пульсе, но с последним пополнением все было странно. Один был словно слишком туп и постоянно чего-то боялся, второй как туман пропускал все ее попытки сквозь себя. Сейчас и вовсе впал в ступор.

«Вот бы избавиться от них, но нет… Их навязал совет Корпорации, и теперь постоянно приходится ждать подвоха. И это я еще постоянно забываю про третью. От этой молчаливой бабки прямо-таки мурашки по коже».

Миледи уже хотела было вызвать Архимеда, просто чтобы не оставаться с новенькими наедине, но в этот момент их лидер показался и сам. Вышел из руин гостиницы, превратился в гориллу, а потом схватил стоящего рядом с ним Пустого и запустил в сторону гидры.

И как этот парень с кляксой на лице постоянно вляпывается во все новые и новые неприятности?

4.

Как только я убедился, что никто не пострадал, в том числе Бормотун с командой, пришла пора возвращаться в бой. А то сколько я уже в Москве, да так ни разу еще не схлестнулся с черным?!

– Сможешь подбросить поближе? – попросил я Архимеда.

На переднем краю маячило много вояк. Пока игиги «Защиты» сдерживали черного, они пробовали самое разное оружие, пытаясь пробить создание осколков. Учитывая наши недавние разногласия, сталкиваться с ними не хотелось.

– Не расшибись только, – Архимед не стал долго думать, ухватил меня, а потом уверенно забросил на линию соприкосновения, как это называют военные.

Только в ушах засвистело, сначала от ветра, потом от кувырков по асфальту, пока я, наконец, не смог затормозить.

– Уходи… Маленький… Ты тут просто умрешь, – рядом со мной стояла Лихо.

Рокерша за сорок, роковая красотка – сейчас все прозвища, что я давал издали, казались неуместными. Передо мной стоял воин, который сражался, и, как бы ни работала ее сила, Лихо приходилось постоянно шевелить мозгами, чтобы удерживать текущий результат.

– Гидра! – Неясыть предупредила о новой атаке головы монстра, и я начал действовать.

Едва в пелене дыма показалось несущееся на нас черное пятно, я бросил ему навстречу Ноху. А что? Иногда проще не объяснять, а сделать самому. Белка расправила лапки и жировые складки, чтобы ускорить полет, и через мгновение впилась своими маленькими призрачными когтями в морду создания тьмы. Естественно, без какого-либо вреда для него.

Но мне нужно было только касание!

Я почувствовал тьму, словно сжимал врага с черной звездочкой прямо в своих руках. Теперь нужно было только потянуться, ухватить побольше, но… Тьма черного игига была совсем другой, не то что у обычных людей. Она давила на меня и просто так, а при касании казалось, что надо мной нависает чуть ли не каменная стена. Огромная, бесконечно крепкая – ее невозможно было пробить, разве что проковырять бесконечными монотонными ударами, но сколько времени это займет?

Надо брать то, что есть! Изменение – взрыв!

На морде отступающей гидры появилась небольшая рана. Словно ее укусил слепень: неприятно, даже кусочек мяса вырвал, и все вокруг опухло, но совершенно не смертельно. Впрочем, это только начало!

– А неплохо, – Лихо оценила мои успехи и сделала пару шагов поближе, чтобы получше рассмотреть.

Я неожиданно обратил внимание, что она очень высокая. Еще даже в бою она ходила на каблуках, а ее грудь и задница… Наверно, тут наложились гормоны и мои воспоминания из прошлого мира, в которых сорок – это совсем не много.

Лихо провела рукой по маске, чтобы очистить стекла на глазах от налипшей пыли и грязи, и я впервые увидел выбранный ею рисунок. Зеленая пятерка, перекрывающая правый глаз. Интересно, что бы она значила?

– Спасибо! Попробую подобраться поближе! – рядом с Лихо было неуютно, и я решил переместиться к Моране.

Перебежал к разрушенной подстанции, потом мимо вбитого в землю погрузчика, прокрался по чудом уцелевшей ливневой канаве, и оказался почти на месте. Вот здесь я был благодарен Мышу и Суперу: они действительно неплохо сдерживали полосатых, и рядом с лидером их отряда было довольно чисто.

– Пошел вон! – Морана оказалась грубее, чем Лихо.

Она даже не посмотрела в мою сторону, только вышла на командный канал и потребовала убрать посторонних. Как будто у меня там есть командир. Несмотря на это я начал поторапливаться, с этой строгой командирши станется и силой меня выдворить. А я собирался проверить, смогу ли захватить побольше тьмы, если не буду ограничен во времени.

– Шэн!

Я отправил вперед собаку предков, а потом постарался захватить побольше тьмы для нового взрыва. Но та на этот раз совсем перестала мне поддаваться.

– Ноха!

Я добавил белку. Не думаю, что у нее есть какая-то особая сила, но вдруг… Ничего не изменилось.

Тьма совсем не реагировала на мою искру. Даже недавний крошечный успех в стиле слепня не удавалось повторить. Мелькнула мысль: может быть, эта голова гидры просто крепче других? Я попытался переключиться на соседнюю, и опять – абсолютная защита, из-за которой как будто доносится чей-то заливистый смех.

Я не успел больше ничего попробовать, потому что Моране надоело ждать. Девушка отвлеклась на мгновение – я даже заметил сведенные от напряжения мышцы у нее на шее и на руках – и в мою сторону полетел сгусток ее разрушительной силы. К счастью, не прямо в меня – он врезался в землю в паре метров впереди, но и этого оказалось достаточно, чтобы взрывная волна откинула меня обратно.

Метров тридцать я точно пролетел. Потом еще метров десять прокатился. Если бы не костюм, мне бы стерло половину мяса и костей – хочется верить, что Морана учитывала эти последствия… Но и так мне досталось не слабо. Я успел сгруппироваться, и это помогло сейчас подняться. Но каждая косточка, каждая мышца в моем теле отдавали невыносимой болью.

– Соскучился? – Лихо оценила мое появление и уже собралась вернуться к бою, когда гидра сменила тактику.

Новая голова, отличающаяся зеленой чешуей над дырками слуховых проходов, не просто ринулась вперед, а неожиданно остановилась и плюнула слизью. Нет, кислотой! Едва поднявшись, я снова рухнул на землю, стараясь захватить своей искрой как можно больший кусок асфальта – чем сильнее я устрою взрыв, тем больше будет вероятность, что его волна остановит атаку гидры.

Это не понадобилось. Неожиданно Лихо подскочила ко мне и обняла, прикрывая спиной от летящей с небес смерти. Ее сила развеяла все, что направлялось к нам, а я неожиданно сделал два очень важных открытия. Первое: Лихо очень мягкая и приятно пахнет. Второе: именно ее сила, разрушающая воздействие чужих искр, помогала мне, когда я в первый раз достал гидру.

– Ударь меня! – я отстранился от девушки. Почему-то теперь никак не получалось назвать ее женщиной.

Рядом хихикнула Неясыть – кажется, самый бесполезный из предков, что только могли мне достаться. Я бы, наверно, предпочел ей морскую свинку, она хоть какую-то пользу бы приносила.

– Ты, кажется, перевозбудился, – Лихо отстранила меня, продолжая, впрочем, удерживать обеими руками.

– Ударь меня, – я добавил убедительности своей просьбе, коснувшись груди девушки.

И на этот раз та не стала сдерживаться: внутри меня словно разом увеличили силу тяжести, придавливая к земле. Хотелось попросить пощады, убежать, сделать хоть что-то, но я просто улыбался. И это смогло вывести Лихо из себя, она усилила напор и даже пропустила первое мгновение, когда новая голова гидры пошла в атаку.

Я успел первым. Вверх заранее прыгнули Шэн и Ноха, и когда только их когти коснулись твари осколка, я тут же перенаправил вперед все собравшуюся внутри меня мощь. Сила Лихо портила чужие искры, моя способность жила примерно по тому же принципу – наверно, поэтому подобное и смогло сработать. Два минуса дали плюс.

На этот раз у меня получилось захватить раз в пять больше тьмы, а потом я сложил два скачка уплотнения взрыва, еще больше усиливая результат. Наверху полыхнуло, и гидра отшатнулась с дырой в щеке, через которую было видно огромные белые клыки. Вот сейчас я достал ее по-настоящему!

– А ты талантливый, маленький игиг, – Лихо отпустила меня и, наконец, поднялась, склонив голову набок, словно увидев в первый раз.

Я не успел ничего ответить, только тоже встал на ноги, когда раздался рев двигателей и рядом с нами завис в воздухе Мышь. Игиг-техник из команды «Защиты». Я неожиданно осознал, что моя искра чем-то похожа и на его способности. Только в отличие от Лихо парень в робо-доспехе меня как будто невзлюбил.

– Морана сказала, чтобы я проследил. Он должен уйти, – Мышь опять говорил своим убедительным голосом, из-за которого, несмотря на угрозы, хотелось следовать каждому его слову.

Я тряхнул головой.

Лихо рассмеялась.

– Ты же видел, он очень полезный мальчик. Мышь, ты что, ревнуешь? – теперь Лихо склонила голову в сторону своего товарища, и мне захотелось бы увидеть его лицо в этот момент. Интересно, он покраснел?

– Он должен уйти, это приказ.

– Мне плевать на приказы, ты же знаешь.

– Он – бандит, – Мышь не стал спорить, и я решил запомнить это на будущее.

– Он считает меня красивой, – Лихо снова выдала неотразимый аргумент.

Мышь замолчал, но теперь уже я не выдержал.

– Прекратите!

– Тебя снова обнять? – эта девушка, кажется, умела вывести из себя любого.

Я даже обрадовался, когда издалека донесся привычный свист – головы гидры снова пошли в атаку. Хотя бы можно будет закончить этот безумный разговор.

– Добавишь газ в мой новый взрыв? – я предложил Мышу закончить спор с пользой для дела. Учитывая его доспех и его искру техника, думаю, он сможет помочь мне прямо на ходу.

– Пошел в задницу! – тот еще был на взводе.

– Малыш Мышь, ну помоги моему новому другу, – Лихо словно перенеслась в пространстве и заключила стальной робо-доспех в свои объятия.

– Я не мальчик, – голос Мыша звучал растерянно. А ведь он, наверно, привык, что в обычной жизни на его завораживающую речь реагируют совсем по-другому.

Лихо сжала его покрепче, и доспех начал искрить.

– Какой газ? – Мышь сдался вовремя, мы еще могли успеть.

Я скинул ему формулу, заранее раздавая команды своим зверям-предкам. Ноха и Шэн подобрались, прыгнули, взмывая прямо в направлении летящей к нам новой головы. Я опасался, что тьма или гидра попробуют меня остановить, но те, похоже, решили, что я достиг своего предела. Зря. Новый взрыв, рядом с которым Мышь распылил несколько десятков кубометров газа, полыхнул гораздо сильнее, чем в прошлый раз.

Робо-доспех даже не смог удержаться в воздухе, и взрывная волна откинула его на сотни метров в сторону военных.

– А ты опасен, малыш, – Лихо во все глаза смотрела, как после моего взрыва голова гидры качается на ветру словно тряпка.

Ее оторвало почти полностью, и теперь она трепыхалась в воздухе, удерживаясь на небольшом, чудом уцелевшем кусочке кожи. Вверх – открывая проход прямо в огромную монстрячью глотку, вниз – голова с хлюпом вставала на место. И так раз за разом… Я видел, как края обугленной кожи осыпались, как на их месте росла новая плоть, как она превращалась в тысячи тянущихся друг к другу змей, словно приклеивающих мертвую голову обратно.

– Вот это регенерация. С такой можно быть и вечно молодой, и вечно трезвой… Не напьешься никогда! – неожиданно заявила Лихо.

Она считала, что раунд уже закончился. В нашу пользу, правда, на исход всего боя он особо не повлияет. Но я видел еще одну возможность!

– Беги, Ноха! Беги изо всех сил! – я ухватил вернувшуюся белку, а потом кинул ее прямо в глотку гидре.

Не зря отрабатывал броски разных видов оружия – вот и с белкой все правильно рассчитал. Голова гидры снова качнулась, открывая проход внутрь ее тела, белка залетела внутрь, и я тут же принялся взрывать все, чего она касалась прямо изнутри твари осколка. Глотка, какие-то внутренние органы… Изо рта гидры повалил дымок, вот только на этом мои успехи как будто закончились.

– Опрометчиво, – рядом со мной задумчиво замерла Неясыть. Впервые с нашего знакомства она выглядела взволнованной. – Если дух застрянет внутри такого мощного создания тьмы, то может и не выбраться.

И почему раньше никто об этом не сказал? Как же я ненавижу чертовы недомолвки!

– Ничего страшного, – ответил я. – Значит, нужно просто довести дело до конца.

Я запретил себе думать о поражении. Мне нужна была победа, здесь и сейчас, любой ценой. Что я могу взорвать внутри гидры, чтобы эта тварь гарантированно сдохла? Что?! Мне нужна достаточно небольшая цель, чтобы я смог ее захватить. Что-то заметное, чтобы я нашел это даже наощупь! Условия становились все более сложными.

– Готовим новый взрыв? – вернулся Мышь. Его робо-доспех был потрепан, кажется, пара деталей даже отвалилась, но он снова был готов усиливать мою искру.

Ну, конечно! Я нашел цель, которая была мне так нужна. То, что смогу найти и захватить, и то, что рванет достаточно сильно, чтобы гидре пришлось несладко.

– Лапки кверху! – отдал я приказ Нохе.

Я привык работать именно через них, и сейчас мне нужно было, чтобы ничто постороннее меня не отвлекало. Чтобы я смог сосредоточиться только на своем теле и на газах внутри огромного желудка создания тьмы. Они не были полноценной частью гидры, поэтому охватить их своей искрой получалось легче, чем раньше. Плюс сила Лихо – она как-то поняла, что я сражаюсь, и снова врезала по мне своим даром.

Изменение!

Белка как ориентир! Я выбросил всю скопившуюся внутри меня энергию, нос изнутри защипало, как от пузырьков залпом выпитого стакана колы.

Я постарался повысить горючесть газа, избавив его от лишней влаги. Изменения начались… И они шли очень долго, дольше, чем со всем, что мне доводилось взрывать раньше. Минута! На мгновение у меня возникла мысль, что вот сейчас, словно назло самому себе, я смогу впервые не взорвать, а что-то просто изменить, создать…

Ноха пискнула! Внутри гидры она начала терять силы, и теперь тьма медленно, но верно ее поглощала!

– Ну же! – рявкнул я вслух, и в тот же миг моя искра все-таки сработала.

Мои изменения всегда заканчиваются только одним – взрывом. И вот газ внутри желудка гидры полыхнул. Сначала сам, потом пошла цепная реакция, температура выросла до неприличных значений, сжигая внутренние органы, а давление оказалось так велико, что тело твари осколков в трех местах даже лопнуло.

– Назад! – тут же скомандовал я, и Ноха, тяжело перебирая лапами, выбралась наружу.

Я выдохнул. Мой предок-белка, как бы странно это ни звучало, был спасен.

Вот только сражение, пусть я серьезно и ранил гидру, еще продолжалось. Та снова залечивала свои раны. Кожа, мышцы, даже кости превращались в змей, скручивались друг с другом, а потом стягивали огромное тело в единое целое.

– Мышь! К Моране! – рявкнула у меня над ухом Лихо.

Кажется, на этот раз план появился у игигов «Защиты».

– А ты лежи, – Лихо погладила меня по лбу, и я неожиданно осознал, что умудрился потерять равновесие и упасть.

Ничего, главное, белку спас.

– Можешь повернуть мне голову? Я хочу видеть, – попросил я Лихо.

У меня действительно кончились силы даже для такой мелочи. К счастью, девушка не стала задавать лишних вопросов и просто сделала то, что я и просил. Я как раз смог увидеть, как Мышь на всей скорости подхватил Морану, которая бросила скрученные ей головы монстра. Те тут же освободились, и стало видно, что от них остались только половинки. Морана не довела дело до конца, но у нее теперь была более лакомая цель.

Дырки в теле гидры еще не заросли, и в одну из них Мышь забросил лидера своего отряда.

Я на мгновение потерял дар речи. Туша гидры была метров двадцать в высоту, в ней и просто так можно было утонуть или захлебнуться, даже если забыть про тьму и ее воздействие. Но она тоже была.

– Она нормальная? – спросил я у Лихо.

– Она – Морана, – просто ответила та.

В этот момент глава русской «Защиты» пробила тело гидры изнутри и вышла наружу, сжимая в руке что-то золотистое. Я постарался присмотреться, но тут тьма вокруг Мораны хлынула во все стороны, словно прорвало плотину. Окутала девушку, гидру… Я не заметил, как от волнения сжал руку Лихо.

– Это уже все, – та улыбнулась.

И это действительно было все. Тьма рассеялась как туман, туша гидры осыпалась тоннами пепла, и на этом черном поле осталась только Морана, сжимающая в руках золотой самородок.

– Крупное сердце, – заметила Лихо и поднялась на ноги. – Кажется, мне пора. Прощай маленький игиг. Надеюсь, мы с тобой еще встретимся.

Девушка расстегнула кожаную куртку, словно расслабляясь после окончания боя, а потом двинулась навстречу главе своего отряда. С разных сторон в ту же сторону шли и летели Супер, Мышь и Леший. Отряд русской «Защиты» в полном составе. Пятеро… Я снова посмотрел на эту пятерку, а потом сознание неожиданно царапнуло воспоминание.

Они же спасли Муравья две недели назад, вот только тогда их было на одного меньше. Случайность, выходной или кто-то пропустил боевое задание, потому что именно тогда я взрывал тьму во всех, до кого мог дотянуться. Надо будет найти ту запись и пересмотреть. Я ведь даже не обратил внимание, кого именно тогда не было…

Отряд «Защиты» тем временем встретился, и они уже в полном составе двинулись к границе зоны оцепления. Там уже сверкали яркие вспышки камер – журналисты ждали своих героев. Вдалеке ревели сирены скорых и пожарных машин – они летели, чтобы разобраться с последствиями их работы.

Я несколько раз выдохнул и поднялся на ноги. Кажется, силы стали понемногу возвращаться. Или нет? Я покачнулся, но неожиданно мне подставили плечо.

– О, Волк, рад тебя видеть, – я улыбнулся, обнаружив рядом с собой старицкого игига.

– Это было круто! – выпалил тот. – Нас не пускали через линию оцепления, сказали, либо работайте издалека, либо никак. Но я все видел. И остальные видели. Это же ты взорвал гидру перед тем, как Морана смогла ее победить.

– Пусть это останется нашей тайной, – я улыбнулся.

– Жалко, что ты бандит, – вздохнул Волк. – Я видел, как несколько журналистов смотрели в твою сторону. Но кто же пустит в ход материалы о герое-преступнике? Вот они и сосредоточились на остальных.

– А ты не считаешь меня преступником?

– Я считаю, что ты помог убить уже двух черных, значит, спас тысячи жизней. И это гораздо важнее, чем какое-то клеймо, – Волк решительно махнул рукой, и я чуть не упал.

Все-таки хороший он парень, судя по всему.

5.

Фердинанд Ангра

Пустой полез на передовую, и добраться до него было просто невозможно. Набиваться в друзья на будущее Фердинанд не стал сам. Он никогда не считал, что легко сходится с людьми, и предпочитал действовать по-другому. Молодой игиг просто заметил, кто сам сдружился с Пустым, и взял на заметку молодого старицкого героя.

– Речной Волк, – подошел он к нему, когда хаос вокруг стал утихать.

– Каспер, – тот уважительно склонил голову. И правильно, все-таки он обычный рядовой игиг «Скорости», а Фердинанд состоял в главной команде.

– Ты хорошо проявил себя в этом бою, парень, – Фердинанд хлопнул игига по плечу. – Я заметил тебя.

– Спасибо, – тот пока был растерян, значит, пришло время для удара.

– У меня скоро практика в осколке. Как ты знаешь, по традиции опытные игиги из главных команд берут с собой новичков. Поработаешь со мной?

Как и ожидалось, Речной Волк только восторженно закивал в ответ. Еще бы, такое предложение – это мечта и шанс для любого молодого игига. Ну, а для Фердинанда это будет возможность через нового знакомого Пустого подобраться к своей жертве.

Он выполнит задание. Как всегда.

Пожарский

После Волка меня встретил и подхватил Бормотун. Парня позвали его коллеги из «Скорости», а ветераны помогли мне пройти через оцепление. Удивительно, как сила порой меняет восприятие. Тот самый поручик, который презрительно выслушивал меня после взрыва гостиницы, хотел было остановить и на этот раз… Но Бормотун только бросил на него убийственный взгляд, и у того сразу пропало желание с нами связываться.

Впрочем, может, я и не справедлив к парню. Все-таки он был почти на переднем краю во время нападения огромного черного…

– Александр, – Бормотун удивил меня, назвав по имени. – Мы видели, как ты сражался. Это было впечатляюще. Тьма – ладно. Но ты находился рядом с Лихо и мог использовать свои силы. Да и в целом команда Мораны тебя признала.

– Вообще-то, они хотели меня поскорее оттуда выкинуть.

– Но не выкинули же. А Мышь даже помогал тебе, ведь так?

– И он, и Лихо.

– Я же говорил, тебя признали, – Бормотун довольно улыбнулся, а потом резко сменил тему. – Твой дед говорил, что ты собираешься сходить в осколок вместе с полком Урусова.

– Да. Наверно, сразу после Москвы полечу в Питер.

– Кто так называет столицу? – Бормотун поморщился, но потом вернулся к сути. – Ты же будешь там как княжич, и тебе понадобится гвардия. Как насчет нас? Мы не так хороши, как в молодости, но со мной собрались те, кому уже нечего терять в этой жизни. Мы, если будет надо, умрем за тебя.

– Вы изначально это с дедом задумали? – догадался я.

– Он задумал. Я сомневался, что ты сможешь быть настоящим князем. Сегодня понял, что ошибался.

– Я… – мне не хотелось спешить с ответом. Хотя своя гвардия мне на самом деле бы не помешала.

– Мы принесем клятву твоему роду, – Бормотун выдал еще один аргумент, и это сняло последние сомнения.

– Сделаем Пожарских снова великими, – улыбнулся я.

Бормотун радостно закивал – лозунг ему понравился, и ведь действительно же красиво звучит. Мы как раз добрались до медицинского лагеря, где развернулись сразу около сотни скорых, пять огромных медицинских шатров и еще множество маленьких. Легкораненые останутся в них, тяжелых сразу на машинах развезут по больницам.

– Вас надо осмотреть? – ко мне подскочила девушка в белой полевой форме с утепленной жилеткой и меховой шапкой. Московский губернатор хорошо подготовился, и медики не оказались на улице в легкой домашней одежде.

– Просто укол сыворотки, и дальше я сам, – решил я.

– Простите, но сыворотка всем не положена, – возмутилась девушка. – Только корпоративным игигам и военным. А вы…

Она не сказала слово «бандит», но и так все было понятно. Для того же Волка мой статус не имел значения, а вот эта юная красотка, которая верит в свое призвание спасать жизни, наоборот, смотрит только на эту навешенную обществом черную метку.

– Поставьте ему укол и оставьте нас, – неожиданно рядом с нами появился Архимед.

Сейчас он был в обычной человеческой форме, но его и так все узнавали. Девушка только пискнула, ткнула в меня автоматическим шприцом и убежала. Архимед посмотрел еще раз на Бормотуна, но ветераны не собирались его слушаться и ждали моей команды.

– Подождите в стороне, нам, правда, нужно поговорить, – кивнул я, и только тогда они ушли.

– Твои люди никого не боятся, – как только мы остались одни и зашли в ближайшую офицерскую палатку, с лица Архимеда тут же пропало грозное выражение. – Кстати, а чего сам укол не сделал? Или экономишь?

– Когда Морана меня отправила полетать, все шприцы побило. Даже укрепленные, – признался я. – Вот и приходится требовать свою долю от государства.

– Это дело не простое, – Архимед согласно закивал. – И летать от рук Мораны, и получать то, что тебе положено. Но я по делу.

– Что-то с детьми? – я спросил про Степу и Аню.

– С ними все нормально, – отмахнулся Архимед. – Их уже посадили в дирижабль и везут в столицу. Люди Адвоката под присмотром, с ним самим мы связались и договорились, что он не станет пороть горячку.

– Он рассказал, зачем устроил эту охоту? – я поморщился. Хоть я формально и сам бандит, но вот сделки с настоящими местными бандами мне совсем не по душе.

– Пока нет, но, уверен, мы сумеем найти с ним общий язык. И теперь Адвокату придется учитывать и интересы империи, и детей.

– А вы сами как думаете, зачем они ему? – спросил я.

– Ты говорил про умение мальчика преобразовывать страх в скрытность. А все искры изменения могут быть очень опасны. Как физическая реакция или как способ нарушения законов природы.

– Да уж, с нарушением законов у нас у всех порядок, – я представил, как обычный физик смог бы объяснить появление дополнительной массы у того же Архимеда или Муравья. Это даже если не брать во внимание сам процесс трансформации.

– Но я пришел поговорить не об этом, – Архимед улыбнулся, видимо, представив что-то свое. – Мне звонили из столицы. Племянница рассказывала, что ты обнимался с какой-то старухой.

– Лихо не старуха, – осторожно ответил я, думая о том, что и самому надо будет пересмотреть все, что засняли местные операторы.

– Ты только Анне так не скажи, – Архимед хохотнул. – В любом случае она рада, что ты цел, и готовится к твоему приезду. Брат тоже. После нападения он решил больше не ждать, пока осколок успокоится, и выступать в поход уже послезавтра.

– А буря?

– Если не залезать далеко, вы справитесь. Поверь мне, Николай точно продумал и изучил все, что было возможно. Если он решил выступать, значит, у него есть план.

– Но стоит ли так спешить? – я все еще сомневался.

– Мне кажется, ты не понимаешь, что сегодня случилось, – ответил Архимед, и его улыбка стала грустной. – Тьма перевела противостояние на новый уровень. Да, это не атака столицы, но все же. Теперь мы или примем вызов, или признаем поражение.

– И так ведь думаете не только вы? – неожиданно понял я.

– Да, теперь многие начнут спешить с претворением своих планов в жизнь. Нас всех ждут изменения. Большие.

Мне хотелось еще поговорить, но Архимеду позвонил царский полковник, и ему пришлось бежать разбираться с какими-то срочными делами. Я остался один… Нет – пламя в газовой горелке, которая освещала палатку, качнулось.

– Неясыть, ты тоже хочешь поговорить? – я повернулся к девушке-предку.

Та стояла прямо в языках пламени, и те придавали ее круглому лицу странный потусторонний оттенок.

– Не греет, – неожиданно сказала девушка. – Ты бы знал, мальчишка, как обидно приходить в ваш мир и каждую секунду стакиваться с тем, что тебе никогда больше не ощутить его вкус и запах.

– Остается цвет, – заметил я.

– Слабое утешение.

– Ноха, когда попала в желудок твари осколка, точно что-то ощущала, – моя белка заскочила Неясыти на руки, и та запустила пальцы ей в шерсть.

– Я в тот момент ей немного завидовала, – девушка снова меня удивила.

Вот теперь я, кажется, начинаю понимать, насколько сильно ей не хватает жизни. Настолько, что ради пары мгновений можно даже и умереть.

– Как ты смогла появиться? Тут есть тьма? – я задал очень важный вопрос.

– Рядом Морана с сердцем черного, мне этого достаточно, – кивнула девушка. Что ж, хотя бы нового нападения можно не опасаться.

– Так ты хотела поговорить? – я повторил свой вопрос.

– Да! – та вскинула голову, и одежда из простой ткани на ней сменилась на кольчугу с рисунком совы на груди. – Я решила, я возьмусь тебя тренировать. Я поняла, в чем твоя сила и в чем твоя слабость. Мы еще сделаем из тебя настоящего воина.

– И в чем же? – мне стало интересно, что же такая, как Неясыть, сумела во мне увидеть.

– Ты считаешь, что можешь стать сильнее тьмы, – девушка показала зубы. – Сегодня, думаю, ты убедился, что это не так.

– Я взорвал одного из крупнейших черных игигов в истории!

– При помощи «Защиты»! И даже с ними ты бы не смог победить до конца. Бил бы и бил, раз за разом, но черный бы восставал из пепла снова и снова. Только сила Мораны смогла остановить его сердце, не твоя. Неужели ты не почувствовал это, когда столкнулся с тьмой без поддержки Лихо? Она сильна, она бесконечна, как ты планируешь сравняться с вечностью?

– И что теперь, сдаться? Опустить лапки?!

– Сражаться! Но без наивных мыслей задавить кого-то голой силой! Перестать рассчитывать на простые пути! Взорвать саму тьму? Я начинаю думать, что она могла специально отправить тебя по ложному следу.

– И что же ты предлагаешь?

– Я предлагаю быть хитрее, – глаза Неясыти расширились и полыхнули желтым. – Ты уже начал делать это, хоть, похоже, и не понимаешь до конца почему. Мы будем учиться взрывать не просто тьму, а все вокруг. Мы будем не просто качать мышцы, мы будем сражаться и убивать. Сделаем из тебя настоящего воина, а не его подобие. И в итоге, если ты не сможешь взорвать тьму, мы с тобой просто взорвем все остальное!

Неясыть была полна энтузиазма. Я не был с ней согласен, но…

– Раз ты будешь меня учить, я буду учиться. Будем взрывать все, как ты и сказала, – кивнул я. – Но и пытаться уничтожить тьму изнутри я не перестану.

– Пусть так. Ты еще молодой, было бы странно, если бы ты не совершал ошибки. Главное, в тебе достаточно мозгов, чтобы не отказываться от чужой мудрости.

Неясыть хлопнула меня по плечу и исчезла.

* * *

– Привезли? – человек в черной маске с тремя серебряными звездочками над правым глазом стоял у окна.

В цехе заброшенного завода свистел ветер. Через огромные окна он врывался внутрь, закручивал хороводы из мусора и скопившейся пыли. Человеку в черной маске было плевать на такие мелочи.

– Да, – молодой парень поправил маску у себя на лице. Верный знак, что ему пришлось сменить ее недавно, и к новому артефакту тело еще не привыкло. – Взяли обоих. Сопровождающие так и не заметили подмену. Мак хорошо поработала.

– Использовали похожих детей или сделали куклы? – в голосе Черной Маски мелькнул интерес.

– Обычные дети могли выдать себя, куклы надежнее, – быстро закивал молодой. – Спасибо вам за эти артефакты.

– Если мои слуги будут слабы, зачем они мне? – Черная Маска усмехнулся. У молодого сжались кулаки, но он сдержал себя.

Когда две недели назад тьма на мгновение показала своих последователей друг другу, они смогли ощутить скрытую в каждом силу. И она же определила их места в новой иерархии. Их враги думали, что смогли все разрушить – на самом деле это было только началом.

– Мы будем сильны, – молодой махнул рукой, и в комнату вошла девушка с красными волосами и в красной маске. За ней, словно крысы за дудочником, вошли два светловолосых ребенка. Мальчик и девочка.

– Разбуди, – Черная Маска смотрел только на детей.

Те еще пару мгновений смотрели в пустоту, а потом словно впервые увидели заброшенный цех и игигов вокруг.

– А-а-а-а-а! – девочка закричала.

Мальчик промолчал, но его глаза расширились от страха, и в тот же миг дети исчезли.

– Как интересно, – Черная Маска искренне восхитился. – Хорошая способность. Малыш так сильно испугался, что даже я его совсем не чувствую. Скарабей…

Из темноты рядом с Черной Маской вышел накачанный молодой парень. На нем был тактический костюм последнего поколения, несколько ножей на поясе и автомат за плечом, но внимание привлекали вовсе не они. Вокруг него словно змеи крутились тени – он раскинул руки, и они, превратившись в сотни нитей, разлетелись во все стороны, а потом вернулись, плотно окутав две крошечные фигуры.

– Степа! – закричала еще невидимая девочка, словно что-то почувствовав. – Не трогайте его!

– Это великолепно! – Черная Маска довольно улыбнулся. – Только я задумался, не стоит ли убрать лишнего ребенка, и вот она уже кричит.

– Она видит будущее? – Скарабей посмотрел на своего нового босса. – Я слышал о таких игигах, которые могут видеть на секунды или даже минуты вперед.

– Эта девочка еще лучше, – Черная Маска протянул руку и погладил невидимую голову. – Она еще не знает свой предел, и я постараюсь сделать из нее настоящую пророчицу и…

Он не договорил. Все остальные обладатели черных искр тоже промолчали. Некоторые вещи порой стоит держать при себе. Особенно такие.

Пожарский

Я думал, что после Москвы упаду на свое кресло в дирижабле и буду спать до самой столицы, но нет. Энергия, адреналин, мысли – не знаю, что именно – бурлили внутри и не давали расслабиться. Впрочем, смотреть на пробегающие внизу бесконечные леса и яркие нарядные поляны осенних деревень тоже было приятно.

Чем ближе мы подлетали к Санкт-Петербургу, тем больше природа отступала. Города, деревни, поля сменились заводами и островками небоскребов. Внизу показалось автомобильное кольцо, пущенное по дороге, похожей на позвоночник древнего дракона или огромного черного игига…

Я думал, что мы сейчас свернем в сторону, как в моем мире, где аэропорт всегда был за границей города, но нет. Современные дирижабли были безопасны, они почти не издавали шума и не мешали людям, даже десятками пролетая над головами. Вот и сейчас наш маршрут вел в самый центр. Невский проспект, Сенная – нас высадили в считанных метрах от Зимнего дворца. Правда, как выяснилось, это касалось только дирижаблей первого класса, те, что попроще, останавливались ближе к окраинам.

Следующие полчаса слились в одну бесконечную пелену звонков. Князю – чтобы договориться о том, когда я прибуду в расположение полка, и о моих спутниках. Анне – чтобы просто поздороваться и договориться о встрече завтра. Муравью – чтобы узнать, как он, и предупредить о том, что мы с ветеранами скоро будем.

– Мы в бордель, – удивил меня Бормотун, когда я скинул ему адрес поместья Пожарских.

– Что?

– Нас много, и именно в борделе будет проще всего снять вуали и дальше уже двигаться в форме вашей гвардии.

Я удивленно поднял бровь.

– Ты не знал? – ветеран искренне удивился. – Половина столицы использует публичные дома именно для этих целей. Поверь, надежнее них информацию никто не хранит.

– А кто владеет борделями? Разве не корпорации? – удивился я.

– Обычными – в основном, «Счастье». Но вот те, что нам нужны, обычно держат ребята вроде нас, – ветеран обвел рукой свой отряд.

– Бывшие солдаты?

– Те, кто знает, что такое честь. Кто готов ради дела получить статус бандита. Мы, я думаю, сходим к Старому Борову. Заодно и перекусим там, чего твои запасы объедать, – Бормотун хохотнул, а я как-то сразу понял, что ветераны вряд ли будут спешить с окончанием вечеринки.

Впрочем, понимаю их, они сегодня тоже рисковали.

– Ладно, гуляйте, – решил я. – Но чтобы с утра как штык.

– А ты сам куда? – неожиданно спросил Бормотун.

– Домой. Мне одному будет несложно найти место, чтобы снять маску, просто по дороге. Поверь, я умею проверять, чтобы за мной не следили в этот момент. Так что обойдусь без борделей.

– Да я не про это, – неожиданно отмахнулся ветеран. – Я просто краем уха слышал, что у тебя тут дама.

– Друг…

– Называй как хочешь. Главное, она тебя ждала, а тут вместо нормально погулять у вас срочный поход. Да ты и сам даже не спешишь ее увидеть. Не хочешь?

– Хочу! – возмутился я. – Просто уже почти вечер, а я грязный и потный.

– Парень! – Бормотун ткнул меня в плечо. – Если она тебя ждет, то лучше уж так, чем пропустить такой вечер. Впрочем… – он принюхался. – Хотя бы сполоснуться тебе все же не помешает.

* * *

После разговора с Бормотуном я неожиданно осознал, что просто боюсь встречи с Королевой. И в тот же миг взял себя в руки. Забежал в душевую при воздушном порте, заехал в голландский городок и купил самый свежий букет цветов, потом задумался и все же заскочил по дороге в бордель, о котором говорил Бормотун. Все это заняло не меньше часа, но зато, когда добрался до дома Урусовых, я был во всеоружии.

Здесь пришлось созвониться с князем, чтобы меня и всех сопровождающих пропустили на территорию поместья. Он согласился за право за всем наблюдать, и удивленные гвардейцы Урусовых расступились в стороны. Мы прошли через небольшую рощу перед зимним домом, где сейчас жила семья князя, а потом я выбрал окно, за которым должна была находиться спальня Анны.

– Эй! – я запустил туда камень, постаравшись ничего не разбить.

В первый раз получилось. Во второй раз – стекло разлетелось на осколки, и мне показалось, что откуда-то со стороны дальнего флигеля долетел смех старшего Урусова.

– Кто тут?! – из окна вырвалась вьюга, формируя закрытый балкон, а потом на него выглянула Королева. Лед и снег скрывал ее от случайных зрителей, но я сразу узнал ее фигуру.

– Это я! – я подбросил вверх букет, рассчитав, чтобы в верхней точке полета начали взрываться привязанные к нему пластины магния. Получился мини-фейерверк.

– Пожарский! – лед вокруг Королевы на мгновение посинел.

– Я подумал, что нам скоро в поход, а мы с тобой так ни разу и не танцевали! Наш долг перед вселенной исправить эту несправедливость!

– Так уж и ни разу, – Королева как будто смутилась, но лед вокруг нее снова приобрел нормальный цвет.

Девушка махнула рукой, формируя лестницу вниз, а я дал команду музыкантам, которых притащил с собой из борделя. Как заверил меня друг Бормотуна, это были надежнейшие люди, еще они умели играть с закрытыми глазами – в общем, за весьма скромную плату я получил и музыку, и сохранение тайны.

– Это Таривердиев, – Анна склонила голову набок, слушая начатый бородачами в повязках вальс.

Я невольно подумал, как странно сработала судьба. В этом мире не было Советского Союза, не было фильма «Семнадцать мгновений весны», а человек, написавший для него вальс, все равно создал эту музыку.

– Я очень рад тебя видеть, – я взял Анну за руку. Может быть, судьба на самом деле существует?

– Я рада, что ты все-таки зашел, – шепнула мне девушка, прижимаясь. – А то иногда мне кажется, что ты совершенно не понимаешь очевидных вещей.

– Иногда именно так это и бывает, – честно признался я.

А потом мы танцевали. Музыка кружилась над вечерним садом, становилось прохладнее, но мы были так близко друг к другу, что совсем не замечали этого.

6.

До этого Санкт-Петербург я видел лишь в другом мире или в детских воспоминаниях. Ни там, ни там ничего хорошего со мной не случалось. В тот вечер же все изменилось. Столица Российской империи стала для меня еще и чем-то волшебным. Мы танцевали, потом полночи гуляли, болтая о своих приключениях и прислушиваясь к мерному плеску каналов. А потом были поцелуи. Мы целовались долго и исступленно, словно ждали этого всю жизнь. Впрочем, лично я так точно мечтал о губах Королевы с нашей первой встречи.

На следующий день романтика закончилась. Для нее больше не было времени – каждая минута, каждая секунда уходили на подготовку к походу. Анна силой потащила меня по магазинам, несмотря на уверения, что мне хватит и электронных каталогов. И… Она оказалась права. Наверное, обычные вещи и можно купить просто по совокупности отзывов и характеристик, но что-то дорогое… Тут все было по-другому.

Моя старая одежда, купленная по размеру, и новая, наметанная прямо по фигуре, ощущались совершенно по-разному. Метательные ножи стачивали прямо при мне, создавая идеальную заготовку. Предлагали подобрать еще и меч, но я хотел сохранить клинок деда.

– Что скажете? – Королева внимательно посмотрела на огромного, похожего на шкаф, чернобородого мужика. Кузнеца-одиночку, державшего мастерскую в подвале старинного дома прямо на набережной реки Мойки. Скромно, ничего не скажешь.

– Сплав из атеркеля, – мозолистые пальцы пробежались по рукояти пистолета, неожиданно для меня поднимая чешуйки, из которых она состояла. – Не серийная работа, сделано вручную. Просто, но надежно.

– А что за атеркель? – осторожно спросил я, уловив необычное слово.

– Черный никель, – ответила с улыбкой Королева. – Атер по-латински – темный, матовый, ну а никель – это никель. Второй из семи элементов, что удалось достать в осколке и приспособить для чего-то полезного.

– Да, удивительная вещь, – пальцы кузнеца продолжали гладить пистолет. – Сплавы с этим металлом могут запоминать сразу две формы.

– Я превращал его в клинок, потом оставлял на ночь в марганце, и он восстанавливался, – рассказал я.

– Значит, вот с чем его смешали, – задумался кузнец. – То-то я не смог сразу узнать сплав. Сейчас чаще используют связь с кровью, чтобы можно было выбрать форму сразу в бою. Если хочешь, могу доработать твое оружие…

Он не ожидал отказа. А кто бы не захотел себе меч-пистолет, который может превратиться в то, что тебе нужно, в любой момент?

– Не надо, – я покачал головой. – Знаете, я не настолько доверяю даже полезным элементам из осколков, чтобы давать им пить мою кровь.

– Твое дело, – кузнец спокойно пожал плечами, но в то же время как будто напрягся. – Тогда могу подогнать по форме. Твой рост и хват пальцев немного отличается от того, что было у прошлого владельца.

Очень захотелось отказаться, но Анна уже оставила тут кучу своего снаряжения, многие из людей князя тоже ходили в эту мастерскую. Если чернобородый задумал что-то недоброе, надежнее будет его проверить. Вздумай он добавить что-то постороннее в мое оружие, я замечу новые звездочки и смогу предупредить остальных.

– Хорошо, рассчитываю на вас, – я подвинул свои пистолеты кузнецу. – И доработайте еще метательные ножи. Хочу добавить внутрь полость, чтобы заполнить ее газом.

– Они станут хрупкими… – Анна уже знала о моих экспериментах и оценила задумку, но в то же время увидела и ее слабости.

– Один тогда без изменений, – я поправил заказ. – А остальные все-таки с емкостями.

Нож я кину дальше и точнее, чем шарик с газом. Также стальное лезвие сможет пробить минимальную защиту или в чем-то закрепиться. В общем, такое подспорье для будущих взрывов мне точно нужно.

Оплатив аванс за наши заказы и договорившись, чтобы всю экипировку доставили завтра на подворье Урусовых, мы продолжили бегать по делам. Личная гигиена, лекарства, продукты, материалы для постройки жилья и укреплений во время стоянок. Все-таки в рамках похода я был не частью полка, а приглашенным игигом, и значит сам должен отвечать за себя и приведенных людей.

– Пойдем смотреть пушки покрупнее? – Анна предложила новую цель для покупок, и ее глаза блеснули.

– Конечно! – мне тоже стало интересно, что же можно найти и купить в столице, будучи обычным князем империи. – Только… С этим оружием буду сражаться не я, так что лучше позвать моих ветеранов.

– Конечно, – Анна, с одной стороны, еще бы погуляла только вдвоем, с другой, дело было важнее.

Я вызвал Бормотуна и Муравья. Первый поможет нам определиться с выбором, а второй пригонит грузовики из поместья, куда мы все и закинем. Мои прошлые покупки уже займут две машины. Еще одна понадобится под перевозку самого отряда. Я неожиданно осознал, что под моим началом будет целая колонна. Проблемно и дорого, но с разблокированными счетами рода я пока могу себе это позволить. И лучше потратиться, чем потом понять, что тебе нечем справиться с врагом.

Пока мы ждали, было решено спуститься на небольшую пришвартованную к берегу баржу и перекусить с видом на Питер. Среди растущего в горшках можжевельника и мерного покачивания волн это было так мило и спокойно, что я не сразу заметил туристов с экскурсоводом, что проходили мимо по набережной.

– Обратите внимание на дом рядом с нами, – тихо, но проникновенно рассказывал гид. – Сейчас там живут потомки Павла Степановича Нахимова. Героя Синопской битвы, когда наш флот втоптал в пыль планы Турции наложить свою лапу все Черноморье.

Экскурсовод принялся экспрессивно рассказывать о славном сражении, как корабли адмиралов Нахимова и Новосильского зашли в Синопскую бухту двумя колоннами, подавили и береговую артиллерию, и пушки турецких фрегатов. Это было так похоже на нашу реальность, что у меня по спине побежали мурашки.

– А игиги участвовали в той битве? – я не удержался и вступил в разговор.

– Конечно, – немного грустно кивнул мне экскурсовод. – Именно этот бой считается переломным в истории. До него игигов воспринимали как вспомогательную силу, как щит или меч для обычных армий. Но именно в тот день стало очевидно, что это больше не так. Их бой шел одновременно с боем кораблей. И только то, что наши смогли сдержать превосходящие силы турок, обеспечило империи победу. Но потом была Крымская война, героическая оборона Севастополя, когда Павел Степанович стал военным губернатором города, лично руководил обороной и…

– Пал на Малаховом кургане, – мне стало страшно от того, как совпала история. Неужели все ошибки, все ключевые трагедии нашего мира случатся и тут?

– Нет, – неожиданно возразил мне экскурсовод. – Адмирала Нахимова действительно поразило упавшим рядом снарядом. Но молодой огненный игиг Петр Кошка прижег рану, и уже через неделю Павел Степанович вернулся в строй. Именно под его началом мы отбили все атаки, и он же начал создание нового российского флота.

У меня чуть слезы не навернулись на глаза. Сколько в детстве читал эту историю, так жалко было славного адмирала, который мог еще столько сделать – и такая трагедия… Но даже это было не главным. Мои недавние страхи, будто история предопределена, оказались напрасными. Значит, мы еще со всем справимся. И с войнами, и с тьмой!

– Спасибо, – я искренне поблагодарил довольного моей реакцией экскурсовода.

– Читайте книги, молодой человек. Героев своей родины надо знать, – тот улыбнулся.

– Обязательно, – ответил я, неожиданно осознав, какую свинью мне подложила тьма.

Вместе со снами о прошлом Пожарского я узнавал все, что было известно ему. Поэтому, когда я изучал историю этого мира, некоторые этапы просто пропускал. Зря! Как обычно, тьма делала только то, что выгодно ей самой…

– Привет княжичу! – прерывая мои мысли, сверху раздался такой знакомый голос.

– Здорово! – я помахал рукой, а потом важно повернулся к задумавшейся о чем-то Анне. – Позволь представить тебе моего младшего братца. Константин Пожарский, новый член рода, принятый мной в семью.

Муравей слышал, как я его представил, и сиял улыбкой.

Раны после прощания с бандой Жуков уже прошли, также в прошлом осталась потеря веры в себя и в мир вокруг. Старый Муравей умер, его прошлая личность была стерта, нужна была новая, и я сделал парню предложение. Он долго думал, не хватаясь за соломинку, а принимая решение, а потом крепко пожал мне руку. Так мы и стали братьями. Я старший, как глава рода, этот амбал раза в два крупнее меня – младший. Приемные родственники всегда младшие.

– Ты знаешь, – рухнув за свое место, Муравей заговорщически посмотрел на Анну, – мой братец сегодня не ночевал дома. Даже не знаю, что думать. Как бы столичные сердцеедки его не соблазнили.

Королева не выдержала и улыбнулась.

Я же расхохотался во весь голос. Почему-то в компании этих двоих стало так просто и легко.

Мы еще немного посидели, болтая о всяких мелочах, потом к нам присоединился потрепанный Бормотун – вот кто точно вчера отбивался от сердцеедок – и все вместе мы отправились в имперский арсенал. Если всякую мелочь могли продавать и частники, то вот крупные калибры уже только официальные представители царя.

Двадцать минут езды на грузовике – нам можно было использовать полосы для общественного транспорта, и это позволило обойти все пробки – и мы оказались на месте. Нас встретил высокий забор, прямо-таки усыпанный звездочками самой разной техники. Что характерно, рядом не было ни одного игига, только обычные солдаты, которые проверили мои документы, а потом скинули на навигатор маршрут до главного ангара.

И маршрут нам действительно был нужен. Вокруг находилось огромное множество полигонов, тестовых образцов, открытых и закрытых складов на десятки квадратных километров. Я начал понимать, что в этом раю для ценителей техники можно зависнуть на дни и даже недели. Но тут как раз показался наш ангар, и Бормотун прямо на ходу замахал рукой вышедшему нам навстречу царскому распорядителю.

– Какие у нас лимиты? – выпалил ветеран.

– О чем он? – тихо спросил я у Анны, осознавая, что еще один аспект жизни аристократов прошел мимо меня. И здесь уже никакой вины тьмы, я просто раньше так старательно отстранялся от своей жизни Пожарского, что сознательно игнорировал законы и правила для высших сословий империи.

– У каждой семьи в зависимости от ее заслуг перед царем есть лимиты на крупную технику, – девушка уже поняла, что я в подобных вопросах полный ноль, и спокойно объясняла, что к чему. – Грубо говоря, если ты опора трона, то перед тобой открыты все двери. Если члены рода не блещут успехами или, более того, запятнали свое имя подозрениями в нелояльности, их лимиты, наоборот, урежут до какого-нибудь скромного десятка танков и жалкой пары тяжелых робо-доспехов.

На мой взгляд названные Анной объемы техники были довольно внушительными. С другой стороны, это много лично для меня, а если брать род в рамках всей страны – сколько навоюешь или назащищаешь себя, когда тебя связали по рукам и ногам?

– Сколько? – повторил свой вопрос Бормотун, пока распорядитель степенно листал страницы у себя в планшете.

– Два тяжелых робо-доспеха, – начал он, а я увидел, как Анна хихикнула. Ну да, она правильно предсказала мой статус в империи. – Десять легких. Тринадцать тяжелых танков, тридцать средних или легких. Машины поддержки разных типов – до пяти десятков, ракетные системы малого радиуса – две, дальнего радиуса – под запретом. Авиация: самолеты – под запретом, дирижабль – два, но без права размещения оружия. Стрелковое оружие – без ограничений, но нельзя завозить и использовать в черте города.

Короткое перечисление моих возможностей заодно словно приоткрыло завесу над скрытой от меня до этого частью жизни империи. Робо-доспехи, как у Мыша, танки, ракеты, самолеты – небольшие армии в частных руках. Вот еще одна гиря на весах, на которых балансирует мир.

– Маловато, княжич, но прорвемся, – Бормотун довольно потер руками. – У нас в отряде есть трое обученных на операторов робо-доспехов, каждый возьмет по ученику, так что на шестерку разрушителей можешь рассчитывать.

– Разрушителей? Так называют робо-доспехи? – уточнил я.

– Ага, – важно закивал Бормотун. – Надо будет посмотреть, какие у них тут модели есть, потом возьмем под них специальный транспорт. Шесть ячеек – это как раз одна машина. Еще надо будет хотя бы десяток ремкоплектов, – он загибал пальцы.

– Танки, БМП, какие-нибудь огнеметы? – я вспомнил, что использовал московский гарнизон в сражении с гидрой.

– Не надо, – Бормотун покачал головой. – Нас слишком мало для дополнительной техники. Сделаем робо-доспехи ядром отряда, остальные с личным оружием как отряды прикрытия. Так будет надежнее. А то с одними коробочками нас просто пожгут, и никакие сканеры не помогут. Да и мы же с царским полком идем, у них подобных машинок и так хватит.

Я кивнул, соглашаясь с доводами ветерана. Анна и Муравей тоже не возражали, и мы направились смотреть, что именно будем брать. Первой распорядитель нам показал платформу для перевозки. Она походила на обычный автовоз, только с огромным движком, вынесенным за кабину и шестью отстреливаемыми капсулами по бокам. В обычном режиме робо-доспехи аккуратно и без спешки вылезают из них своим ходом. Если же кто-то неожиданно нападет, сработают заряды, которые выкинут разрушителей прямо в центр боя.

– Берем, – кивнул я.

– Двести миллионов, – отметил у себя распорядитель, и я чуть не поперхнулся. На семейном счету было чуть больше ста миллиардов царских рублей, и это казалось мне космической суммой, которой хватит на всю жизнь еще и всем моим потомкам…

Что-то мне подсказывает, что сегодня я избавлюсь от этих иллюзий.

– Берем, – повторил я.

– Тогда посмотрим робо-доспехи, – распорядитель пригласил нас на платформу, которая поднялась на уровень третьего этажа, а потом скользнула вдаль ангара.

Мы пролетели через несколько залов с машинами и, наконец, оказались перед огромной территорией, где стояло около трех десятков робо-доспехов самых разных видов.

– Вот этот ряд – тяжелые, – Бормотун принялся вводить меня в курс дела. – У них встроенный силовой генератор, который может выдержать удары большинства игигов. Есть стрелковое оружие и ракеты. В соседнем ряду, который подлиннее, легкие робо-доспехи. Они без генераторов, так что уязвимы для игигов. Но они легче в прямом смысле этого слова. В них можно бегать, а в некоторых моделях и летать. Идеально для разведки, когда не нужно бояться каждой пули.

Я задумался:

– А у Мыша на вид был тяжелый доспех, но он летал.

– Мышь – игиг и техник, ясное дело, он может собрать для себя машинку, которой обычные и в подметки не годятся.

– Так почему бы не сделать сразу много таких? – задумался я. – Ведь клепают же техники мечи и пистолеты.

– Сложные артефакты в большинстве случаев привязываются к создателю и без него не работают, – вместо Бормотуна мне ответила Анна. – Пистолет, клинок – это сделать не сложно. Собрать улучшенную ракету – тут уже как повезет. Робо-доспех, где сотни и тысячи взаимозависимых деталей – уже без шансов.

– Сашка, гляди, – Муравей все это время всматривался в доспехи под нами. – Вон та группа легких очень похожа на те, что использовали полосатые в Москве, когда… Ну, ты понял.

Я действительно узнал робо-доспехи, которые выскочили на меня из недостроенного метро. Интересно, что о них скажет Бормотун? Я посмотрел на него.

– Турецкие, – пояснил тот. – Большинство доспехов собирает корпорация «Т-М», но в каждой стране она старается использовать местные ресурсы. Так вот в турецких хорошая сталь, они еще усиливают движок, что добавляет им скорости. Но вот надежности и им, и еще французам вечно не хватает.

Распорядитель, выслушав замечания ветерана, включил специальный проектор под потолком и отметил красным светом доспехи, которые нам не подойдут.

– Есть наши, имперские, – Бормотун тем временем указал на группу из серой некрашеной стали. – Это серия «Волчок». Двигатель слабый, но зато для них подобрали какой-то интересный сплав и компоновку – они легче своих конкурентов почти на тонну. Если нужно бегать по бездорожью или грязи, лучше «Волчков» ничего не найти.

– Предлагаешь их взять?

– Две штуки, – кивнул Бормотун. – Будем использовать для разведки. Еще возьмем четыре японских «Исекая». У них вся электроника сделана с запасом по мощности и за спиной есть дополнительные направляющие для ракет. Очень удобно для модификации.

– Хорошо, – кивнул я. – А тяжелые какие возьмем?

– Тут сложнее. Раньше не доводилось с ними работать, так что только слухи, – Бормотун почесал лоб. – Вот это русские «Медведи», – он выделил группу в желто-коричневой расцветке, прямо под осеннюю погоду. – Считаются неубиваемыми. Я видел, как такой отряд посекло ракетами, они лишились части брони, всех вынесенных на корпус датчиков, но все равно смогли двигаться и добраться до врага. А еще есть американские «Мустанги», – он показал на новую группу доспехов, которые выделялись горбом на грудном отделе.

– В чем их особенность?

– Очень мощный движок. Может держать защитное поле раза в два дольше, чем «Медведь», но если его все-таки выбьют, то любые повреждения могут вывести его из строя.

– Отец использует «Медведей», – заметила Анна. – Если возьмете их, то в случае чего сможете воспользоваться его мастерами.

– А что по ценам? – повернулся я к распорядителю, думая о том, насколько еще просядет мой бюджет.

– «Волчки» – по пятьсот миллионов, «Исекаи» – по пятьсот пятьдесят. Тяжелые доспехи идут от двух миллиардов за турок, от которых вы отказались. «Медведи» – три миллиарда, «Мустанги» по четыре.

Муравей, который слушал названные цены с открытым ртом, невольно икнул.

– Думаю, нас устроят «Медведи», – решил Бормотун.

– Хорошо, – кивнул распорядитель. – Один ремкомплект на машину входит в стоимость, все последующие – десять процентов от цены.

– Берем по два, – сказал я и мысленно подвел итоги.

Итого десять с хвостиком миллиардов, десятая от моего состояния за один заход, и это не считая остальных закупок. Хотелось верить, что все это нам пригодится. С другой стороны, деньги Пожарских мне достались без какого-либо труда, их было совсем не жалко. А еще я уверен, что моя искра поможет мне вернуть потраченные нолики на семейный счет. Достаточно, чтобы закупиться, когда у меня появятся новые гвардейцы, а царь поднимет мои лимиты.

* * *

Первый день похода встретил меня свинцовым питерским небом и легким моросящим дождем. Я махнул рукой Муравью и Бормотуну, которые взяли на себя сбор нашей колонны. Продукты, экипировка, робо-доспехи – все уже было на своих местах. Надо просто еще раз все проверить и можно выдвигаться.

– Я к князю, – сообщил я. – Туда привезут мои личные покупки, заодно уточню маршрут и скину вам.

– Анне привет, – Муравей послал мне воздушный поцелуй. Кто-то совсем освоился и потерял всякий страх. Я показал ему кулак, и мой названный младший братец довольно захохотал.

Я улыбнулся в ответ, прыгнул за руль одного из семейных седанов и отправился к поместью Урусовых. Тут тоже вовсю шли сборы. Сам полк, конечно, располагался за городом, но вот гвардия князя построилась именно в поместье. Сюда же прибывали и прикрепленные к походу игиги.

Я шел по уже известной мне дорожке, ведущей к окошку Королевы, и краем глаза искал знакомые лица. Парень в колпаке – кажется, из немецкой «Защиты» – строил четверку молодых парней с горящими глазами. Значит, с нами будут иностранцы. Чуть в стороне был новичок со шрамами из отряда Архимеда, значит из российских филиалов корпораций с нами будет «Скорость». Я бы не особо доверял этим ребятам после устроенного Морозовым, но Урусов, наверно, знает, что делает. С другой стороны, корпорация – это не приговор, есть среди них и нормальные ребята. Я увидел, как к парню со шрамами подходит отряд во главе с Речным Волком, и довольно помахал рукой своему старому знакомому.

Кто тут еще? По правилам к каждому походу в осколки прикрепляют усиление минимум из трех команд. Две я видел, какая же будет третьей? Я крутил головой из стороны в сторону, пока неожиданно не почувствовал чье-то присутствие за спиной. Резко обернулся.

– Привет, маленький игиг, – там стояла улыбающаяся Лихо. Сегодня на ней был длинный кожаный плащ. – Надеюсь, ты рад, что мы снова поработаем вместе?

Взрыв 2

1.

Анна Урусова, 6 лет назад

– Мелкая! Ты где? – Димка кричал во весь голос.

Анна пряталась в тени дивана и готовилась проскочить вперед, как только брат выйдет из гостиной. Там он уже ее искал, а значит, вернется еще не скоро. Если получится продержаться еще две минуты, она побьет семейный рекорд по игре в прятки.

Дмитрий вышел из гостиной и остановился в дверях. Его глаза блестели от азарта, и в то же время было в нем что-то новое, а потому немного пугающее. Анне не нравился новый учитель брата, которого он сам нашел, когда отец разрешил дополнительные занятия. Она даже думала, что Дмитрий за какие-то недели стал ей словно чужим, но сегодня все вернулось. Он пришел, как раньше, он улыбался, он предложил соревнование.

Брат сделал два шага вперед, чтобы заглянуть за диван через отражение в стоящей на камине вазе. Анна чуть не хихикнула вслух: это ведь она ее туда подвинула, чтобы Дмитрий мог проверить укрытие, не уходя далеко от прохода. Так бы он до последнего думал, что ей ни за что мимо него не проскочить. Вот только брата слишком долго не было.

Анна кожей чувствовала, как чужой взгляд приближается к ней, и потянулась к своей искре. Захватить тонкую полоску пространства рядом с собой, от дивана, мимо двери и дальше до гостевой стойки с зонтами и шпагами. Нога Дмитрия поднялась: когда она опустится, он ее увидит – девочка катнулась вперед. Сжатое пространство тут же подхватило ее тело и потянуло за собой. Получилось!

Меньше чем за секунду девочка пролетела больше десяти метров и теперь пряталась за деревянной стойкой, в которой позвякивали зонты и оружие.

– Привет, моя красавица, – дверь открылась, и в дом зашел отец.

Дмитрий тут же среагировал на его голос, вбежал обратно в гостиную и ткнул в Анну пальцем:

– Нашел!

– Если бы не папа, ты бы тут до конца времен ходил! – Анна раскраснелась. Она была рада тому, что все собрались, и в то же время ей так хотелось победить.

– Ха! Можешь говорить, что хочешь, но время на таймере не обманешь – сегодня победа за мной.

– Еще раунд?! И ты увидишь мою силу!

– Прости, сестренка, но больше побеждать мне сегодня некогда. Скоро тренировка, а мой новый учитель довольно строг, но вроде бы знает, что делает, – Дмитрий нахмурился, задумавшись о чем-то своем.

Он снова стал чужим, и на глазах у Анны появились слезы. То ли от того, что она теряла брата – не могла объяснить как и почему, но теряла – то ли от того, что сила была на ее стороне, а она все равно проиграла. Обидно.

– Подожди, – неожиданно заговорил отец, выведя на большой экран изображение с домашних камер.

Там благодаря повышенной чувствительности матриц и сотням специальных датчиков можно было во всей красе оценить кувырок Анны через полдома.

– Последовательное сжатие, а потом такое же последовательное высвобождение, – отец улыбался во все зубы. – Дочка, а ты стала очень сильна.

Девочка от похвалы мгновенно забыла про слезы. Это действительно было очень сложно: не просто отпустить искру – тогда созданный ею переход просто бы исчез – а сделать это последовательно. Словно фитиль и бегущий по нему огонек пламени. Это требовало сосредоточенности и контроля, но в то же время позволяло использовать искажения пространства для перемещения.

– Анка, а это круто! – Дмитрий снова стал собой, и это было вдвойне прекрасно. – Очень рад, что моя сестра самая крутая в мире, – парень показал ей большой палец. – Официально признаю, что сегодня я проиграл.

Он улыбнулся, Анна подпрыгнула и, нарушив все возможные правила этикета для маленьких принцесс, громко завизжала. Урусов-старший смотрел на своих детей и радовался тому, какими они могли быть… Девочка краем глаза заметила, как отец на мгновение помрачнел при взгляде на Дмитрия, словно вспомнил о чем-то. Впрочем, все закончилось так быстро, что у Анны это сразу и вылетело из головы, тем более что дальше случилось кое-что по-настоящему невероятное.

Она пошла проводить брата, и тот в последний момент вытащил из-под полы своего уличного пиджака огромный белый конверт с царским вензелем. Знаком, который можно использовать только членам дома Романовых.

– Знаешь, что это? – Дмитрий помахал конвертом перед носом девочки.

– Бумажка, – Анна старалась придумать шутку. – Ты подал заявку в королевские фрейлины, и тебя утвердили.

Дмитрий фыркнул, и девочка гордо вскинула нос.

– На самом деле нет. Это письмо тебе, – брат протянул конверт. – Я был на одной из тренировок в Зимнем, и там меня поймал Григорий.

– Какой?

– У нас один Григорий Романов. Тот, что наследник, – Дмитрий стал неожиданно серьезным. – Ты же знаешь, что члены царской семьи не используют соцсети, а этому десятилетнему дурачку неожиданно понравилась одна моя знакомая.

– Я? – глаза Анны расширились.

– Ты! – важно кивнул Дмитрий. – Ну или это дурацкая шутка, а в письме, что он тебе передал, будет про это написано.

Анна мгновенно разорвала конверт и вытащила самый белый в мире лист бумаги. На его фоне та, что лежала у них в принтере, казалась серой и грубой.

«Точно, – мелькнуло воспоминание из школы. – Царская семья же использует для своей канцелярии шелковое волокно…»

Эта мысль была такой несвоевременной, но девочка словно боялась узнать правду. Она никогда не думала о наследнике, она даже с трудом помнила, как тот выглядит, но интерес будущего царя – это волновало почти так же сильно, как азарт от раскрытия семейной искры.

Девочка взяла себя в руки и стала читать длинное витиеватое послание, разбавленное аж тремя стихами. Взгляд выхватывал самое важное:

Ты очень красива… Давно хотел узнать тебя поближе… Быть наследником так скучно, тебя все контролируют… Я даже не видел ни разу развод мостов с берега. Только по праздникам с борта «Адмирала Нахимова»… Говорят, именно в это время сосиски в тесте самые вкусные… Если будешь в Зимнем, заходи в гости… Только не выдай меня… Лучше тайно, я знаю силу твоей семьи, если кто и сможет проскользнуть мимо всех, то только ты… Мои комнаты тут… Твой Григорий Романов.

– Покажешь? – Дмитрий протянул руку к письму, но Анна тут же спрятала его за спину.

Наследник оказался совсем не таким, каким она его представляла. Никакой силы, никакого величия, просто пленник своего положения. И его было так жалко. Девочка приняла решение. На следующей неделе будет бал, она пойдет с отцом в Зимний, там прокрадется к наследнику и устроит ему то, чего этому домашнему мальчику так не хватает! Прогулку по городу.

И вот там уже можно будет решить, стоит ли он того, чтобы тратить на него время.

– Ладно, я пойду, – Дмитрий снова улыбнулся, но как-то грустно.

Анна, поглощенная письмом и своими планами, уже не обратила на это внимание.

Через неделю

Нет ничего красивее балов в Зимнем дворце. Когда свет отражается от тысяч свечей, проходит через тысячи драгоценных камней и потом играет на твоей руке. Так говорила их мама, вытягивая крошечную руку Анны и показывая бесконечный завораживающий танец. Гораздо более величественный, чем то, что выделывали обычные люди.

– Ты как? – Урусов-старший все еще был удивлен решением дочери сходить на прием, который она игнорировала столько лет.

– Нормально, я пока просто постою, – Анна продолжала смотреть на свою руку.

Танец света и драгоценных камней – это было не просто красиво. Погружаясь в него, она словно по-новому начинала ощущать свою искру, свое понимание пространства… Она думала, что так ловко им управляет, но на самом деле чего стоят ее потуги по сравнению с тем, что выделывает свет?

Отец ушел: ему нужно было потанцевать с парой дам из дружественных семей. Что-то вроде союзного долга, только не на поле боя, а в гораздо более серьезной игре. Анна оглянулась: никто за ней не следил, и девочка начала аккуратно двигаться к границе зала.

Сначала она зашла в туалет, где оставила тяжелое, похожее на танковую броню платье. Под ним был легкий спортивный костюм и заботливо положенная в карман вуаль. Несмотря на то, что формально она планировала пробраться в семейное крыло по приглашению Григория, Анна не хотела, чтобы ее узнали и что-то предъявили отцу. Мало ли что. Пусть все останется тайной.

Девочка свернула платье, а потом засунула его под декоративную потолочную плитку. Мелькнула мысль закрыть одну из туалетных комнат изнутри, но это рано или поздно могло вызвать подозрение. А так из этого платья она все равно почти выросла. Даже если не получится его забрать, ничего страшного.

Анна сжала до песчинки двухметровое витражное стекло с Александром Невским, который словно безмолвно задавал вопросы «почему меня, почему тут». Анна помахала великому князю прошлого, а потом выскочила на внешнюю стену дворца через открывшийся проход. Будь дело дома, она бы построила маршрут до нужного этажа прямо изнутри здания хоть с закрытыми глазами, но Зимний она не знала так хорошо и поэтому приходилось контролировать весь процесс.

Одна ошибка в подготовке последовательно сжатого пространства, и то не закинет ее наверх, а уронит на полпути. И это точно будет больно. В дверь туалета снаружи кто-то постучал. Анна отвлеклась, чтобы уменьшить щеколду – внутрь тут же заглянула какая-то незнакомая дама. Она целеустремленно смотрела только вперед, как это бывает только в особые моменты жизни, но даже если бы дама и подняла взгляд, то Анны на окне уже не было.

Девочка закинула себя на третий этаж дальнего правого крыла, где, как написал наследник, находились его апартаменты. Теперь оставалось только пройти пару коридоров, и она будет на месте. Анна уже представляла, как вытащит царевича на улицу впервые в его жизни. Тот, как и все мальчишки, будет болтать какую-нибудь чушь, но уж она-то не станет его слушать. Раз он хотел поесть сосисок у поднимающихся мостов, она ему это устроит. И никакая царская охранка ее не остановит.

Неожиданно до девочки донесся приглушенный звук каблуков.

«Кожаные подошвы и набойки, – оценила она. – На ботинки гвардейцев не похоже. Значит, надо просто подождать, пока внезапная модница не окажется подальше».

Девочка затаилась, ожидая, пока незнакомка покажется, и заодно выстраивая коридор из искаженного пространства, чтобы оказаться у нее за спиной. Каблуки были все ближе, к их звуку добавился терпкий запах каких-то восточных духов. Словно с нотками специй. Анна поморщилась.

В этот момент темная фигура показалась из-за угла, и это было совсем не то, что девочка ожидала увидеть. Во-первых, незнакомка была красива, несмотря на явно приличный возраст. Во-вторых, она носила в помещении кожаный уличный плащ и высокие черные сапоги на неприлично высоком каблуке. В-третьих, у нее на лице была маска игига с зеленой пятеркой на пол-лица.

«Плевать! – Анна постаралась не паниковать. – Игиг или нет, я просто пролечу мимо!»

Незнакомка продолжала идти в сторону девочки. Шаги, словно шуршание гремучей змеи, раздавались все ближе. Анна запаниковала. Обычно она выстраивала поле боя так, чтобы ее соперник мог на что-то отвлечься, когда она начинала движение. В случае с обычным человеком это было не так важно – они слишком медленные и не привыкли отслеживать столь резко движущиеся объекты, особенно в неожиданных плоскостях… Но игиг – как бы вульгарно ни выглядела незнакомка, она могла все испортить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.