Шел Силверстайн
Лафкадио, или Лев, который отстреливался

© 1963, renewed 1991 Evil Eye, LLC

© Г. Кружков и Д. Литвак, перевод, 2022

© ООО «Издательство «Розовый жираф», издание на русском языке, 2023

* * *

Даже у вашего старого дядюшки Шелби когда-то был учитель. Его звали Роберт Косби.

Эта книга посвящается ему.

А теперь, ребята, дядюшка Шелби расскажет вам про одного очень странного льва – пожалуй, самого странного, какого я только встречал. Итак, с чего же начать мой ррыссказ? Я хотел сказать, мой рассказ. Думаю, надо начать с того, как я в первый раз увидел этого льва. Ну-ка, ну-ка… ага, дело было в Чикаго, в пятницу 17 декабря. Я очень хорошо запомнил этот день: снег под ногами превратился в слякоть, и машины на Дорчестер-авеню двигались еле-еле. Лев искал парикмахерскую, а я как раз возвращался домой из…

Нет, надо начать не с того. Ведь эта история началась не в Чикаго, мои дорогие. Расскажу-ка я сначала о временах, когда лев был еще очень юным, можно сказать, подростком.

Итак, слушайте.

1.

Жил-был львенок, и звали его… Хм, честно говоря, я даже не знаю, как его звали: жил-то он в джунглях, вместе с другими львами; имя у него, конечно, было, но уж точно не Джо, и не Эрни – ничего похожего. Нет, это было львиное имя – вроде Гроагр, или Грммфф, или Ррымф, или даже Грыгрр.

В общем, звали его как-то так, и жил он в джунглях с другими львами, и занимался всякими львиными делами: прыгал, валялся в траве, купался в речке, ловил кроликов, играл в догонялки, спал на солнышке и был очень счастлив.

И вот однажды – помнится, дело было в четверг, – когда все львы славно пообедали и дремали на солнышке, похрапывая своими львиными храпушками, а небо было синим-пресиним, и птицы кричали «куир-куир», и ласковый ветерок шевелил траву, и все было спокойно и чудесно…

Как вдруг…

Раздался такой громкий звук, что львы разом проснулись и подскочили на месте. А потом ка-aк побежали! Цок-цок-цок! Цок-цок-цок! – или, погодите, так, кажется, бегают лошадки? Нет, они побежали по-львиному: пум-пупум! пум-пупум! – что-то вроде этого. Короче говоря, рванули со всех ног (точнее, лап). Рванули – но не все.

Был один лев, который не рванул, – тот самый, чью историю я собираюсь вам рассказать.

Этот лев слегка приподнял голову, моргнул, зевнул, размял лапы, потом протер глаза и спросил:

– Э, куда это всех понесло?

Старый лев ответил ему на бегу:

– Спасайся, малыш, это идут охотники.

– Охотники? Какие такие охотники? – удивился этот неопытный юный лев, все еще моргая.

– Помолчи! – рыкнул старый лев. – Нашел время болтать! А ну, бегом марш, если тебе дорога твоя шкура!

Тогда львенок встал, лениво потянулся и припустил за другими львами. Пум-пупум, пум-пупум… или цок-цок-цок, как там у нас было? В общем, неважно.

Пробежав совсем немного, наш лев притормозил и оглянулся.

– Охотники, – сказал он сам себе. – Интересно-интересно, что это за охотники такие?

И стал повторять на разные лады:

– Охотники… о-хо-хо… охотники…

Видите ли, ему очень понравилось это слово: так же, как другому нравится слово «Мадагаскар», или «альбатрос», или «каратэ», – вот так ему понравилось слово «охотники».

Он пропустил мимо себя всех бегущих львов, остановился и спрятался в высокой траве, чтобы получше рассмотреть охотников: они двигались на задних лапах, на головах у них были замечательные красные кепки, а в руках они держали непонятные палки, которые делали громкое «бууммм».

Льву охотники понравились.

Даже очень понравились. Так что когда один такой симпатичный охотник с зелеными глазами, без одного переднего зуба и в смешной красной кепке (чуть-чуть испачканной птичкой) прошел мимо высокой травы, – юный лев поднялся из укрытия.

– Привет, охотник! – сказал он.

– Боже праведный! – заорал охотник. – Лев, зверь рыкающий! Жуткий, свирепый, кровожадный, людоедский лев!

– И вовсе я не людоедский, – обиделся лев. – Я ем кроликов и ежевику.

– Не оправдывайся, – отрезал охотник. – Сейчас я тебя застрелю.

– А я добровольно сдамся, – нашелся лев и поднял лапы вверх.

– Не валяй дурака! – рассердился охотник. – Быть такого не может, чтобы лев сдавался. Львы не сдаются, львы дерутся до последнего! Львы едят охотников! В общем, так: сейчас я тебя застрелю, сделаю из тебя красивый коврик и в холодные зимние вечера буду сидеть на тебе перед камином и кушать вкусные мармеладки.

– Но, боже мой, зачем же меня убивать! – испугался лев. – Я и так согласен быть твоим ковриком, я буду лежать перед камином не шевелясь, а ты сможешь сидеть на мне и кушать вкусные мур-рмеладки сколько угодно. Я тоже люблю мур-рмеладки.

– Ты что-о-о? – удивился охотник.

– Положа лапу на сердце, я не знаю, нравятся мне мур-рмеладки или нет, ведь я их никогда не пробовал, – признался лев. – Но думаю, что понр-р-равятся, особенно если они на вкус так же хороши, как на звук – ммммммурр!

– Ерунда какая-то! – воскликнул охотник. – В жизни я такого не видел, чтобы лев сдавался. В жизни не слышал, чтобы лев ел мармеладки. Я тебя сейчас пристрелю, и точка. – И он приставил свою непонятную палку к плечу.

– Но почему? – расстроился лев.

– А вот потому! – ответил охотник и нажал на спусковой крючок. И палка сделала «кряк!».

– Что это за кряк? – спросил лев. – Меня уже застрелили?

Можете себе представить, какой глупый вид сделался у охотника; в один миг он покраснел, как его собственная кепка.

– Боюсь, я забыл зарядить ружье, – промямлил он. – Вот так шутка: ха-ха-ха! Пожалуйста, погоди секундочку, я только заряжу пульку, и мы начнем все сначала.

– Не-а, – сказал лев. – Не погожу. Не буду я дожидаться, пока ты зарядишь пульку. Не буду я дожидаться, пока ты в меня пульнешь. И чего-то мне расхотелось быть твоим ковриком – тем более не такой уж ты милый. И знаешь что, я, пожалуй, тебя съем.

– Но почему? – спросил охотник.

– А вот потому! – отрезал лев.

Так он и сделал.

Сперва он слопал охотника, потом – его красную кепку, хотя она была шерстяная и очень невкусная. (Тьфу! Вы только представьте себе, что у вас во рту – шерстяная кепка!) Потом он еще хотел съесть непонятную палку и пульки, но они оказались слишком жесткие.

– Ладно, возьму на память, – решил лев и, прихватив добычу, пошел догонять других львов.

2.

А в это время другие львы, убежавшие от охотников, отдыхали, развалившись на траве, и рассказывали друг другу, кто убегал быстрее всех, кто убегал храбрее всех и кто убегал свирепее всех, – в общем, хвалились кто как умел. Но едва появился наш львенок, несущий в пасти свою палку, все разом подпрыгнули и закричали:

– Ого-го!

– Ух ты!

– Вот это да!

И еще:

– Откуда у тебя это ружье?!

– Ружье? Какое такое ружье? – удивился львенок.

– Да вот эта самая палка, из которой они в нас пуляют, – сказал старый лев. – Убери ее с глаз долой и выкинь куда-нибудь подальше! У меня от нее мурашки по спине бегают. (Странное, между прочим, выражение: мурашки бегают. Чтобы большой лев да испугался маленьких мурашек? Смешно, правда?)

Ничего не понимая, львенок отошел, унося прочь свое ружье.

– Все-таки интересно, – сказал он сам себе. – Как это они так стреляют?

Лев взял в зубы пулю, засунул ее в ружье и затолкал поглубже носом. Потом он попытался ухватить спусковой крючок левым клыком, чтобы выстрелить, но у него ничего не вышло: помешала твердая медная скобка.

Тогда он попытался ухватить крючок правым клыком, но снова ничего не вышло.

Тогда он взял ружье в лапы и попробовал подцепить крючок носом, но только исцарапал нос; тогда он просунул в скобку хвост, завязал его узелком вокруг крючка, дернул что было сил, и вдруг ружье сделало

Все львы разом подскочили и бросились наутек.

– Эй! – закричал им львенок. – Не бойтесь! Стойте! Это я, я стрельнул!

Ну, скажу вам, и разозлились же львы!

– Вот что, – сказали они. – Прекрати свое глупое стреляние раз и навсегда. Займись нормальными львиными делами!

Но львенку стрелять очень понравилось! И знаете, что он придумал?

С этого дня каждый раз, когда львы задремывали после сытного обеда, он удирал за гору и тренировался там часами, пока, наконец, не натренировался держать ружье правильно: лапами.

Через много дней он все-таки научился стрелять, хотя, конечно, на первых порах попадал только в небо.

Но он все тренировался и тренировался, неделя за неделей, и наконец сумел попасть в большую гору.

Он продолжал тренироваться, месяц за месяцем, – и смог попасть в водопад на горе.

Потом – в скалу посреди водопада. А уж дальше пошли цели помельче: пальмы, кокосы на пальмах, ягоды в кустах, мушки на ягодах, ушки этих мушек, пыльца на ушках, солнечный свет на пыльце.

И как вы думаете, какой из него получился стрелок?

Скажем так: лучший в мире! Просто-напросто лучший стрелок во всем целом мире.

А где же он брал пули и порох, спросите вы? Что ж, отвечу. Каждый раз, когда у него кончались боеприпасы, он отправлялся на поиски охотников, съедал какого-нибудь из них, забирал его снаряжение и снова тренировался.

3.

В один прекрасный день, когда лев как раз собирался на тренировку, из глубины джунглей донеслись выстрелы. Вы, конечно, уже сами догадались, что было дальше: львы бросились наутек.

– Куда это вы все побежали? – спросил их львенок.

– Опять начинается! – вздохнул на бегу старый лев. – Давай договоримся: больше никаких вопросов. Все бегут – и ты беги!

Юный лев так и сделал. Но, пробежав совсем немного, остановился.

– Стоп, – сказал он сам себе. – А я-то зачем бегу?

Он уселся прямо там, где стоял – посередине джунглей, – и давай отстреливаться от охотников!

И представьте себе, в две минуты с охотниками было покончено!

Понемногу остальные львы стали выбираться из своих укромных местечек. Сперва они не поверили собственным глазам:

– Что это было?

– Что тут произошло?

И еще:

– Ого-го!

Они так воспряли своим львиным духом, что на радостях пообедали второй раз и, довольные, уснули на солнышке, с улыбками на мордах и красными шерстинками, запутавшимися в усах. (Вы ведь поняли, откуда взялись шерстинки? От красных шерстяных охотничьих кепок.)

А наш львенок? Уж он-то точно был самый счастливый: ему перепала куча новых боеприпасов, и старые львы сказали, что он самый великий лев, какого они только встречали, а уж они-то видели немало львов.

С этого дня началась по-настоящему беспечная львиная жизнь: они спали, сколько спалось, играли на солнышке, бултыхались в речке, ни о чем не заботились, – в общем, жили-были в свое удовольствие. И все потому, что всякий раз, когда охотники приходили пулять, выходил наш лев и отпуливал их обратно: БУМ! БУБУМ! БУМ-БУРУМ! – пока вообще не осталось никаких охотников.

Когда же в джунгли пришли другие люди узнать, куда подевались охотники, – БУМ, БУМ, БУМ-БУРУМ – очень скоро не осталось никаких искателей охотников.

А когда еще другие люди пришли искать искателей охотников, то – БУМ, БУБУМ – очень скоро исчезли и они.

С тех пор ни один человек уже не появлялся в джунглях.

Стало как-то безохотнично, птично, кролично и преотлично.

Львы были толстые и счастливые.

И у каждого был собственный коврик из охотника.

4.

Однажды, в чудесный дождливый день, когда лев оттачивал приемы художественной стрельбы – например, стоя на голове, или держа ружье зубами, или дергая крючок хвостом, или левой лапой из-за спины, или вслепую (то есть с закрытыми глазами), – так вот, в этот дождливый день по джунглям шел маленький толстенький лысый человечек с вислыми усами и круглым брюшком, которое колыхалось при ходьбе, словно малиновое варенье в банке. На нем была высокая смешная шляпа, цветной жилет с золотыми часами на золотой цепочке, трость с золотым набалдашником и лакированные башмаки. Как видите, одет он был не самым подходящим для джунглей образом, да и вообще, явно был чужаком: цеплялся за ветки, спотыкался о корни, шлепался в лужи и непрерывно восклицал: «Ой, батюшки!», «Ужас, какая жара!», «Уфф, какие кошмарные комары!», «Ай!» – и все в таком же духе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.