Виталий Конторщиков
Макс охотник. Книга первая

Глава 1

Осень… Ошеломляющее буйство красок, терпкий аромат засыпающей земли и лёгкий порывистый ветерок, колыхающий листву, в дуэте с ярким, ещё теплым солнышком всегда рождали во мне желание остановить, замедлить, растянуть как можно дольше это волшебное, по-настоящему живое, вызывающее лёгкую грусть время года.

Вот только сейчас мне было не до причудливого калейдоскопа образов, создаваемых порхающими листьями на заезженном асфальте. Мне было всё равно. С грехом пополам передвигаясь, загребая ногами павшую листву, я шел в никуда. Мне просто некуда было идти, да уже и незачем. Моя осточертевшая жизнь очередной раз плюнула мне в рожу и нагадила прям в душу, впрочем, откуда у меня душа?

Сегодня утром Рябой и Пряник, мои последние кореша на этой земле, попинав ногами для приличия, вышвырнули меня на улицу из нашего «Дворца» на простор заброшенной промышленной зоны, расположенной вблизи моего города.

А спрашивается, за что? Ну подумаешь – срыгнул Прянику на его парадный макинтош, так нечего было за мной следить. Только уселся по утренним делам, а он тут как тут. Думал, я втихаря за нычкой ломанулся. Ну я с перепугу и выдал.

А ну их к чёрту! Все туда и шло. Не нужен им лишний рот. Выхлопа от тебя, говорят, не стало. Да и откуда ему быть? Во все городские магазины путь мне был закрыт: я добился, так сказать, звания– персона нон грата. В извечной борьбе вора и системы победила последняя, причём с разгромным счётом. Сколько же раз меня били, сажали в обезьянник и снова били! Ну а в крайний залёт нервы не выдержали даже у Фемиды. Районный суд нарезал мне треху условно и, как водится, выгнал на улицу. В родной город я добирался пешком трое суток, питаясь чем придется – как, впрочем, и сейчас.

Над головой пролетел военный вертолёт и, заложив вираж, ушёл в сторону леса. Что-то интересное творится вокруг НИИ «Заря». Летом, наблюдая за дорогой из своего «Дворца», я видел нескончаемый поток строительной и военной техники. Началась вся эта движуха далеко не вчера, да и город в последнее время преобразился до неузнаваемости. Впрочем, мне уже давно не до чего нет дела. Забот у меня немного – бухнуть, заныкаться в тёплый угол и закинуть в пасть какой-нибудь хавчик.

Вот и сейчас я подходил к очередному сетевому магазину в надежде урвать хоть что-то из просрочки. Это было непросто. Когда надутый от своей важности уроженец южного ближнего зарубежья вывозил набитую упаковками тележку на пандус магазинного погрузочного терминала, то начинались Содом и Гоморра. Могу с полной ответственностью заявить: если между нашими бабушками и тележкой встанут какие-нибудь «морские котики», то у ребят будут весьма призрачные шансы обойтись без увечий. Размахивая клюками, оттаскивая соперниц захватом за шею, старушенции мгновенно вгрызались в добычу, и над грудой упаковок разгоралась межвидовая борьба среди божьих одуванчиков. Именно в этот тонкий момент появлялась возможность урвать хоть что-то, опередив остальных участников «раздачи слонов». Кстати, в последнее время претендентов на искомые просроченные продукты стало неизмеримо больше.

Шаркая нижними конечностями, я упёрся в витрину магазина. Поднял с усилием голову и узрел это. На меня смотрело отражение классического бомжа. На красной, одутловатой морде лица расположились две смотровые щели, прикрытые отёчными мешками, мято ниспадающими аж до самой носопырки. Эта самая носопырка, несомненно, являлась центральной частью сего образа: трижды ломаный, растёкшийся на полморды шнобель мало кого оставлял равнодушным. Обветренные, рваные, потрескавшиеся губы, щедро покрытые герпесом, уже давно не привлекали уста юных прелестниц.

И по всему этому великолепию неравномерными кусками, словно островками какого-то архипелага, топорщилась рыжая щетина. А вот голова – голова была лысой и иссечённой надрезами вследствие объявленного моими «дерматологами» – Дня борьбы с педикулёзом.

Нет, вы не подумайте ничего плохого! Я сам тогда рассказал «коллегам» и о вшах, и о гнидах, и название недуга приплёл тоже я. Просто мне удалось украсть дегтярного мыла, вот я и просветил корешей. Вдоволь насмеявшись, мои «врачи» единогласно приняли решение: так как у них по определению не может быть ничего подобного, а гнидами они никогда и подавно не были, то надо срочно лечить именно меня.

В роли патронажной медсестры выступал Пряник. Обильно, от души поливая водой из лужи, он старательно намыливал мне голову. На мои робкие попытки взять процесс лечения в свои руки ответом послужила гневная отповедь о доверии, друзьях и их исключительном профессионализме. Да и как тут командовать парадом, если сидишь на треногой табуретке, привязанный проволокой к бетонному столбу?

Процесс лечения набирал обороты. Во время очередного симпозиума, сопровождаемого внутренней дезинфекцией организмов, метод частичного удаления волосяного покрова путём его состригания был признан малоэффективным.

В какой-то момент я даже расслабился, прекрасно понимая ход мыслей моих лекарей. Складывалось чёткое ощущение, что сегодня операция не состоится, и у меня были весьма веские основания для такого вывода. Ну не было у нас ни ножниц, ни каких бы то ни было лезвий или бритв! Имелся только столовый нож с оплавленной ручкой, который давно уже не резал, а ломал. Азарт во взорах моих корешей стал затухать. Я, с умилением поглядывая на вторую, слегка початую, бутылку самогона (добытого, между прочим, мною), начал возвратно-поступательные движения руками с целью перетереть стягивающую их проволоку о столб.

Но судьба, как это часто со мной бывало, распорядилась иначе.

Рябой резко вскочил из-за стола и, ни секунды не раздумывая, схватил пустую бутылку, которая в тот же миг была жахнута о бетонную стену. Похоже, своё везение я слил под ноль: «розочка» вышла на загляденье – ухватистая, с острейшими зубцами, она выглядела эталоном импровизированного оружия. Пряник посмотрел на меня со все понимающей отцовской улыбкой, не забывая наполнять свой стакан.

Рябой же, переглянувшись с напарником, рванул ко мне с правого фланга, выписывая кренделя и выделывая кульбиты, доступные только пьяным в хлам индивидам. Он шёл, как в свой последний и решительный. С левой же стороны заходил Пряник, прижимая к груди стакан с дозой, вполне достаточной для приведения меня в состояние общего наркоза. Меня сковал паралич. Выпучив глаза и распахнув рот, я не мог вымолвить ни звука. Липкий страх выедал моё нутро, по спине пробежал табун бегемотов, а по штанам расползалось предательское пятно. Я никаким местом не контролировал своё тело, в результате чего сфинктер сказал «прости». И, я обделался.

Но что характерно – невзирая на весь ужас происходящего, где-то на периферии сознания я мечтал, молясь всем богам, об одном: чтобы Пряник донёс до меня этот чёртов стакан и не расплескал ни капли. И вот живительный нектар, минуя ротовую полость, ухнул прямиком в гортань. По моему лицу расплылась дурацкая улыбка, и, зафиксировав напоследок счастливые рожи этих мучителей, сознание покинуло моё бренное тело.

Утром я очнулся бритый наголо и весь в крови. Выслушав от ублюдков «кто тебя так, парень, это не мы, ничего ни помним, а вообще-то тебе идет», умылся из той же лужи, в ней же застирал портки тем самым, мать его, дегтярным мылом и понял одно: надо уходить!

Вот ведь черт, опять залип у своего отражения. Еще раз окинув себя взглядом, вспомнил, что скоро зима, и моей коллекции «Весна, Лето, Осень» требуются обновки. Так-то среди своих я был, можно сказать, иконой стиля – длинная до колен куртка, пуловер, свитер, рубашка, и две футболки. На ногах висели донельзя заношенные джинсы, а гордостью ансамбля были настоящие морские прогары, крайне неудобная, но очень практичная обувка. Шею мою обматывал длинный шерстяной шарф ядовито-красного цвета, вносящий пикантные нотки в мой общий образ, выполненный в тёмно-серых тонах.

Всё это стильное великолепие было покрыто многочисленными слоями грязи и отходов жизнедеятельности человека, а также животных, птиц и прочих представителей фауны нашего края. И вишенкой на тортике – здоровая прожжённая до подкладки дыра на спине, результат давнишнего неудачного падения в костер. Идеал, одним словом.

Но надо спешить! Я как мог ускорился и, выскочив за угол магазина, шумно выдохнул: опоздал! Никого, только стая голубей, размахивая крыльями, деловито подбирает хлебные крошки. Привалившись спиной к стене магазина, мое тело начало неуправляемо сползать.

Господи, да за что же мне всё это! Всё нутро задрожало, тремор накрыл меня с пяток до макушки, боль, с которой я давно сжился, резанула с новой силой. Казалось, болели даже волосы, под лопатку словно воткнули нож, ливер скрутило жёстким спазмом, из глаз брызнули слёзы, сердце выскакивало из груди. Я начал задыхаться, и в очередной раз подвел сфинктер. Сколько продолжалась эта пытка – я не знаю. По ощущениям меня ломало не один час. Ну, по факту, наверное, гораздо меньше…

– Мама, мама, смотри! Дяде плохо, ему в больницу надо, к тёте врачу! – Нажав пальцем через веко на глазное яблоко, я увидел маленького голубоглазого ангелочка, с чистым и незамутнённым взглядом какой бывает только у маленьких детей. Улыбаться я предусмотрительно не стал.

– Никуда этому дяде уже не надо, а не будешь слушать маму с папой, будешь как этот дядя. – Тут всё ожидаемо, ну а что я хотел, всё верно по сути.

– Фу, от него плохо пахнет! Я буду, буду слушаться! – Девочка, подняв ручки над головой побежала к маме.

– Машенька, ну-ка быстро иди сюда, не смей подходить к дяде! Быстро пошли отсюда!

Хм… Вот так работает моя защитная аура. Она неплоха в повседневной жизни: люди готовы на многое, чтобы избавиться от моего присутствия. Кормилица! Я назвал её «Смердящая Вонь». Жаль только, что на моих коллег не действует. А у меня после Конида (это болезнь такая, от которой скоро полмира передохнет) обоняние исчезло напрочь. Со дня на день и зрение пропадёт, не вижу ни хрена, хожу как слепой. Пока пальцем на веко не нажмешь, глаз не сфокусируется.

Как же я докатился до жизни такой? В какой момент сорвался в штопор? Где я так нагрешил, и кто во всём виноват? Опять моё любимое самокопание с поиском виноватых. А, может, я сам, своими, так сказать, руками вырыл себе яму и быстро очутился в зоне невозврата?

Память услужливо распахнула свои объятия. Вот ничего в организме не работает, зато память! Она безотказна, как швейцарские часы, её я тренирую каждый день. Вот и сейчас накрывает, ну что ж…

Глава 2

Родился и вырос я в молодом, современном городе с ласкающим слух названием – Зареченск. Оно ему было дано неспроста: на высоком правом берегу Оки расположилась эта жемчужина центрально европейской части России. И я ничуть не преувеличиваю.

Вот представьте себе прекрасные, утопающие в зелени широкие проспекты, прямые свободные улицы, уютные, какие-то по-простому домашние переулки, а рядом – футуристического вида высотки, здания современной архитектуры и различного облика частные владения.

Моим землякам есть где отдохнуть и купить всё необходимое. Театр, четыре Дома культуры, два стадиона, ледовый дворец, аквапарк, три огромных торговых мола, восемнадцать школ и многое, многое другое. И изюминка города – раскинувшийся в центре Зареченска сосновый бор, обрамленной маловодной речкой – одной из многочисленных притоков Оки. Эта речка, в народе прозванной Переплюйкой делит город на старый и новый.

Мой город – по населению, крепкий сто тысячник. Но он не всегда был такой, в его истории были разные моменты. В середине прошлого века, в семи километрах от небольшой деревушки Заречье, Министерством обороны СССР было начато строительство секретного НИИ «Заря». Одновременно с этим, по лекалам советских инженеров и руками немецких военнопленных, вокруг Института возводился небольшой, но добротный городок.

До начала девяностых прошлого века он разрастался и ширился, обрастал институтами и предприятиями различной направленности, жилыми домами, садами, школами, магазинами, объектами культуры. Но ни на одной карте мира не обозначался Зареченск. Закрыт он был и для прочих граждан Союза, поэтому люди сюда попадали лишь по заявкам от «Зари» или других секретных организаций – и то требовалось поначалу пройти проверку в соответствующих органах.

Это был рай по тем временам: прилавки ломились от товаров, Зареченцы ездили на курорты и в санатории по бесплатным путёвкам, детей возили в летние лагеря по всей великой стране, зарплаты были достойные, а уровень преступности – самый низкий.

А потом не стало той страны, и пришла «свобода». Многие, особенно из старшего поколения, так и не поняли, от каких оков их избавили, не предложив взамен абсолютно ничего. Незатейливо обнулились накопления, урезалась социалка чуть ли не до нуля, была объявлена рыночная экономика, мол, она сама с ценами разберётся. Разобралась: цены поскакали ввысь, наплевав на все прогнозы.

Мой город вывели из-под крылышка Министерства обороны и внезапно объявили открытым. «Варяги» со всей России кинулись в Зареченск делить власть, не понимая специфики города, не зная, как работает городское хозяйство. Молодые и не очень реформаторы быстро довели его до ручки. Чиновники всех мастей богатели на глазах, мэры и команды менялись как перчатки. Из всех щелей повылазили проходимцы, аферисты, всевозможные коммерсанты, да и преступный мир не остался в стороне. Бесконечные увольнения и сокращения, волна за волной сотрясали город. Безработица, пьянство, воровство стали обыденностью. По улицам, среди многочисленных торговых палаток слонялись неприкаянные люди, пытаясь продать хоть что-то. Медицина и отличное образование, казалось, исчезли навсегда. «Заря» сидела на подачках от правительства, исследования и разработки были заморожены – едва хватало на мизерные зарплаты и на хозяйственные нужды. И весь этот ужас происходил на фоне галопирующей инфляции.

Такой вот экскурс в недавнюю историю Зареченска мне один не раз проводила мама и разные представители старшего поколения. Хвала всем, кто пережил этот хаос, и вечная память тем, кто «не вписался в рынок»!

В новый век город вошёл, как потасканная шлюха, – грязный, серый, с обветшалыми фасадами, горами мусора и разбитыми в хлам дорогами. Крысы, бомжи, дикая преступность…

Старая власть со слезами сказала: «Простите» – и скинула умирающую страну преемнику. Маховик разрухи ещё вращался, но, чтобы окончательно обрушить государство в пропасть, сил уже не хватило. Новые руководители в ручном режиме принялись латать дыры и купировать прорывы. Робко зарождалась слабая надежда, мир замер в ожидании.

А в это время, на излёте первого десятилетия нового века, в одном из спальных районов Зареченска родился мальчик… Он был назван Максимом, по праву рода получил фамилию Прохоров, а также отчество Петрович. Так, свет узрел меня.

Рос я как самый обычный ребёнок: в меру болел, шалил, дул в кровать. Когда мне было года четыре, не стало отца. Как позже объяснила мама: «Рак предстательной железы».

Себя я помню лет с шести. К этому возрасту мама научила меня чтению и простейшему счёту. Благодаря ей я открыл для себя волшебный мир книги, и он стал для меня всем.

Читал я много, всегда и везде. Погружался в моря с героями Жюль Верна, переживал за Гулливера, сражался вместе с Бампо Фенимора Купера. Позже были Дюма, Конан Дойль, Хаггард, Брэдбери, Азимов, Шекли, Стаут, да сотни и сотни прочитанных книг! В каждой я проживал жизнь героя, окунаясь с головой в созданный автором мир. Это была моя отдушина, мой личный микрокосмос.

В школе я был тихим, скромным ботаником, настоящих друзей у меня не водилось, да и сам по своей натуре не отличался общительностью. Поначалу меня часто задирали одноклассники, но поняв, что я ни на что не претендую и взять с меня нечего, быстро отстали.

А ещё к нам с мамой часто заходили друзья отца – дядя Боря и тётя Лена Нечаевы. Они работали вместе с моим отцом в НИИ «Заря». Мама тоже работала там же, только супруги Нечаевы и отец были какими-то жутко секретными учёными, а мама сидела в отделе кадров. Дядя Боря с тётей Леной всегда, приходя в гости, приносили каких-нибудь вкусняшек, и тогда у меня наступал праздник живота.

Всё пошло кувырком, когда я старательно учился в шестом классе. В «Заре» прошла реорганизация. Мою маму, и ещё кучу сотрудников заменили компьютеры с новыми программами. Отпала надобность во многих кадрах.

Дядя Боря находился в столице и вмешаться не смог, да он и не знал: мама никому не звонила и никому не жаловалась. Когда дядя Боря вернулся, то долго выговаривал ей за жизнь, но, к сожалению, поезд уже ушёл.

Дядя Боря всё-таки помог, устроив маму к знакомому частнику. Но через полгода сократили и там. Было очень тяжело, начались проблемы во всем, даже с едой. Я метался по городу, не зная, чем помочь. Иногда мне поручали подметать дворы за небольшую денежку.

И вот однажды, когда я возил метлой по тротуару, ко мне подошёл мужчина кавказской национальности. Сказал, что зовут его Ашот, и предложил работу: мол, я парень работящий и настойчивый, если захочу, могу по вечерам наводить порядок у него в пункте приёма металлолома. С деньгами, как это у них и бывает сказал, «не обижу».

Домой я летел, не замечая дороги. Рассказал маме, она почему-то заплакала (в последнее время это случалось всё чаще), но я твёрдо решил – буду работать у Ашота!

Втянулся быстро, да там не было ничего сложного: подмести, убрать, собрать и так далее. Платил Ашот немного, но исправно. Также я получил от него разрешение самому сдавать в пункт найденный металлолом.

Я брал отцовский старый рюкзак и после школы убегал к заброшенным предприятиям, коих хватало, но вот металла там оставалось всё меньше и меньше. Бывало, нарывался на конкурентов, встречи с ними заканчивались по-разному. В основном не трогали, даже часто помогали, но порой меня спасали только быстрые ноги.

За полгода я сильно окреп и возмужал, бегая везде. Порой не успевал ничего и никуда, но мне всё нравилось. Только вот в школе дела пошли не очень. Учиться я стал через пень-колоду, оценки поползли вниз, появились первые двойки. Меня это не сильно заботило – на центральном месте стояло выживание.

Мама всё-таки нашла себе работу торговать на рынке, и нам стало значительно легче. В рационе появились всякие овощи и фрукты, но вот лёгким запахом алкоголя от матери веяло всё чаще и чаще. Она иногда не ночевала дома, стала следить за собой и явно похорошела. Иногда ходила по квартире с задумчивой улыбкой, тихо напевая. Я был мальчик уже не маленький – восьмой класс как-никак! – и обо всём догадывался. Ей ведь не было ещё и сорока. Отец был старше её на тринадцать лет.

И вот в один из погожих летних дней это произошло. Мама как-то робко зашла в мою комнату, присела на край кровати, и, пряча глаза, сообщила, что хочет меня кое с кем познакомить.

– Ну наконец-то! Созрела, – выдохнул я.

– Так ты знал? – На её лице отобразилось лёгкое удивление.

– Ну, догадывался… – Всё я для неё маленький мальчик, хм.

– Я боялась, что он тебе не понравится.

– Мам, он тебе нравится?

– Ну, наверное, да нравится.

– Значит, всё хорошо.

– Ну тогда мы скоро придём! – Счасливая улыбка мамы, это для меня лучший подарок.

И убежала резво, прям как девочка. Я надел отцовский старый костюм, который был мне немного великоват. Услышав, как открылась дверь, я напялил на своё лицо идиотскою улыбку и шагнул в прихожую.

Никогда не забуду те яркие эмоции, которые я испытал при первой встрече с Тарасом.

От входной двери, растопырив руки в стороны, на меня мчался мужчинка. Малого росточка, худенький в плечах, с круглым, как мяч, пузом, гость источал такой позитив, словно увидел лучшего друга после долгой разлуки. Самое сильное впечатление на меня произвела его физиономия: выпученные по-крабьи глаза, гармонично дополняющие их огромные уши, острый с горбинкой нос, упирающийся в какие-то педерастические усики «а-ля Кларк Гейбл». И это чудо, ощерившись щербатым ртом, полезло ко мне целоваться. Не выдержав подобной фантасмагории, я повалился на пол с криком: – «Это же гоблин!». – Истерический смех захлестнул меня с головой. Катаясь по паркету, я ржал как умалишённый.

Когда казалось, что уже нет сил даже дышать, надо мной склонилась мама:

– Так ты его знаешь? Его на рынке все так называют – Гоблин. Он всем нашим девчонкам нравится, его все очень любят!

Минут через пять, облитый водой из стакана, который притащила встревоженная мама, я стал подниматься. Штормило меня изрядно. Конечно, я его и знать не знал. Просто мамин любовник с виду был копией, прямо-таки клоном всем известного персонажа.

Когда я пришёл в себя, Тарас подставил своё хилое плечико, я опёрся на него, и мы оба двинулись на кухню. Там он и поведал мне о себе: ему тридцать восемь, сам с Западной Украины, но русских любит больше жизни, поэтому и приехал в Россию. Также мне поведали, что у Гоблина есть брат, а фамилия у них обоих Баблюх. У меня не было сил даже улыбаться.

На прозвище «Гоблин», добавил Тарас, он давно не обижается, мол, ко всему в жизни надо относиться с юмором и пониманием. Ещё немного посидев с новоявленным членом семьи, я ушёл к себе читать.

Последующие три года были, наверное, лучшими в моей юности. Тарас со всей своей неуёмной энергией кинулся восстанавливать из руин наш заброшенный приусадебный участок. Честно говоря, если бы не дядя Боря, каждый год скашивающий триммером заросли, то правление садоводческого товарищества давно отжало бы его у нас. Кстати, и взносы за землю выплачивал тоже дядя Боря.

Тарас торжественно вручил мне новую наточенную лопату, и махнув рукой обозначил объём работ – весь участок. Сам он тоже не филонил: с бесконечными своими «ё» приколачивал всё ко всему, чинил забор, пилил ветки на яблонях, подверг капитальному ремонту садовый домик, красил всё, до чего дотягивался – и умудрялся совершать все это одновременно. Да ещё часто подбегал ко мне, вырывал лопату и показывал «как надо».

А я копал, грабил, полол и тяпал, потом опять копал. Мама сажала, и столько в её глазах было счастья, что мои руки ещё сильней сжимали черенок орудия, и я с удвоенной энергией вгрызался в землю. На семейном столе не переводились овощи и сочные ягоды, выращенные нашими руками, а дачная фазенда стала любимым местом отдыха.

Больше я не рыскал в поисках металла, у Ашота не вкалывал. Взялся за ум, и школу закончил с неплохими результатами. Готовился поступать куда-нибудь. Ну, как готовился – всё свободное время читал и гонял в компьютерные игрушки. Компьютер мне подарил Тарас. Он переехал к нам, а свою комнату в общаге сдавал. Дальнейшая жизнь мне виделась размеренной, радужной и счастливой.

Глава 3

Компьютер превратил меня в конченого домоседа. Тысячи сайтов и разных программ вскружили голову, я, как губка, впитывал в себя байты информации, читая всё подряд: политика, наука, история, военное дело… Имелся у меня когда-то старенький, ещё отцовский, аппарат, но он давно уже не тянул ничего и был отправлен на фазенду. Всё более тревожными становились глобальные новости. Пандемия Конида охватила весь мир, новые штаммы этой гадости возникали каждый месяц. Врачи всего мира с самого начала были в роли догоняющих, а теперь разрыв только увеличивался. Число умерших от заразы перевалило за цифру пятьдесят миллионов. Экономика почти всех стран задышала на ладан, границы перекрывались.

Поэтому моё сидение дома было всеми одобрено. Мы прошли пятую вакцинацию и, исключительно в целях профилактики заболевания, вечером под ужин выпивали по рюмочке гарной горилки.

Этот Гоблин с шилом в заднице приволок откуда-то самогонный аппарат и запустил поточное производство алкогольной продукции в самом широком, так сказать, ассортименте. Большая часть напитков уходила на рынок, где пользовалась огромным спросом, поэтому аппарат работал круглосуточно, принося доход семье. Постигнув хитрые и нехитрые премудрости зельеварения, я был назначен мастером производства.

Со временем вечерние дозы горилки стали увеличиваться, ужины зачастую переходили в банальную пьянку. Мама начала потихоньку сдавать. Всё чаще подменялась на рынке, забывала или не могла готовить, осунулась, стала терять вес. Тарас и я решили даже прекратить возлияния, но долго не продержались.

И вот в один из таких пьяных дней Тарасу позвонил брат. Взаимоотношения у них обоих были сложные, я не интересовался, только понимал по оговоркам что хоть они и родня, но любви там не было. Но зёрнышко упало на удобренную почву, звонок обрадовал нетрезвого Гоблина. Узнав, что брат приехал в Россию, мы тут же пригласили его с супругой к нам в гости.

Были бы мы тогда по трезвее – ещё бы подумали, а так…

Через пару дней братья уже обнимались в нашей прихожей, похлопывая друг друга по плечам. Ждан (так звали гостя) ничем, кроме ушей, на Тараса не походил: крупный, с покатыми плечами борца, на голову выше брата. Но выглядел сильно ослабленным, и жёлтый цвет лица говорил о нездоровье. Берта, Жданова жена, на всех смотрела, как на грязь, и было понятно, что лишней секунды она здесь не проведёт, я начал понимать причину разлада.

Так и вышло – минут через двадцать, братья повезли Берту в гостиницу. Вернувшись, они закатили грандиозную пьянку, на которой и выяснилось: Ждан разочарован в своей стране, в самостийной – полная жопа, и чета Баблюхов решила перебираться в Россию. Тарас, конечно же, предложил Ждану пожить первое время в своей общежитской комнате. Он обещал обязательно подумать.

Брательники сидели до поздней ночи. Меня вежливо попросили вон, да я и сам не горел желанием выслушивать семейные воспоминания. Ждан укатил под утро в гостиницу к Берте, чтобы уже через несколько часов выехать из Зареченска к себе домой.

В нашей квартире к завтраку никто не встал. Я не придал этому значения. Поклевав остатки вчерашнего пира, я убрался на кухне и поскорее ушёл обратно в свою нору. На следующий день мы завтракали с Тарасом вдвоём. Непривычно хмурый и молчаливый, он сказал, что маме нездоровится, и пускай, мол, она отлежится. Проводив Тараса на работу, я зашёл к маме. Она лежала на краю кровати, лицо её было покрыто бисеринками пота, затруднённое, хриплое дыхание прерывалось глухим тяжёлым кашлем. Левая рука слегка дрожала.

Предательский холодок пробежал по телу. Нет, не может быть! Да как же так! Да нет, ерунда, у нас ведь уже пятая вакцинация, врачи из каждого утюга заверяли – мол, враг не пройдёт, вы защищены как никогда.

Но перед глазами стояло желтушное лицо Ждана, нет, не лицо, а мерзкая, тошнотворная рожа. Быстро метнувшись за градусником, сунул его маме в подмышку и в ожидании мерил шагами комнату из угла в угол. Тридцать восемь и пять! Господи, ни хрена себе приболела! Убью гада! Трясущимися руками схватил телефон, набрал номер, объяснил, как мог ситуацию диспетчеру скорой и сел у маминых ног.

– Максим… Там, на верхней полке… В документах доверенность на тебя… И завещание… найдёшь…

– Ты что? Не думай даже! Всё будет хорошо! Ты просто слегка приболела, сейчас приедет врач, сделает укол, и ты быстро выздоровеешь!

Мама только робко улыбнулась. Скорая приехала быстро. Мимо меня пролетело какое-то мелкое недоразумение в белом халате и в маске. Стрельнув в меня глазищами, оно запорхало вокруг мамы. Через минуту этот вулкан энергии умчался из квартиры. Я стоял и хлопал глазами как дурак.

Но тут медичка вернулась, волоча за собой сложенные носилки, и скомандовала:

– Быстро укладываем!

Словно заворожённый, я помог уложить маму на носилки, на полном автомате взялся за штанги средства переноски. Этот энерджайзер в халате рванул так, что ручки чуть не выскользнули из моих рук. Плохо помню, как оказался на улице, причём в одних носках, как грузили маму в машину, как мне отказали поехать с ними… Дав этой бешенной врачихе номер своего мобильного, проводил взглядом карету скорой и растерянно уселся прямо на асфальт.

Вечером Тарас чуть не заработал от меня в дыню и покорно выслушивал всё, что я думаю про бандеровских тухлодырых сифилитиков и весь Тарасов род в частности.

А утром позвонили из больницы и предложили мне пройти обследование: диагноз у мамы подтвердился. Недослушав мои вопли о вакцинации, врачах-пидарах и прочий словесный понос, молча повесили трубку.

Дядя Боря пообещал всё узнать и сообщить мне. Спустя какое-то время вдруг позвонил Гоблин. Ему резко поплахело прямо на рынке, товарки по прилавку дотащили Тараса до рыночных ворот и бросили там дожидаться скорой. Новость не вызвала никаких эмоций: в душе-то я понимал, что Тарас ни в чём ни виноват. Но! Одно большое «но»!

Дядя Боря навестил меня спустя день. Ничем обрадовать не смог, сказал только, что врачи продолжают борьбу и состояние стабильное. На мои крики в адрес нашей медицины зло ответил, чтобы я прекратил истерику и верил в удачный исход. Я, дурак, забыл, что дяди Борина жена тётя Лена – врач.

Ночью у меня поднялась температура, к утру растащило конкретно. Я крутился, стонал, метался по кровати как резаный. Сил хватало только дойти до туалета. Кашель напрочь выворачивал нутро. Мечталось заснуть, чтобы во сне пережить этот кошмар. Не хватало воздуха. Сколько это длилось, сколько я не спал – не знаю. Где-то на полу звонил телефон, но мне было не до него.

В полуобморочном состоянии доковылял до кладовки, с трудом открыл дверь, собрав в кучу все свои убитые силы, дотянулся до бутылки из горючих запасов Тараса. Открутил зубами пробку и жадно опрокинул посудину в рот. Жгучее пойло обожгло горло.

На периферии угасающего сознания уловил какие-то изменения в окружающем мире: удары в дверь, суета теней, увидел вроде, даже ту активную пигалицу из скорой. Вот ведь как, почти помер, а всё туда же – дивуля, походу, чем-то зацепила!

Чёрная воронка и провал в темноту.

В себя пришёл в одноместной палате. Рядом стоял аппарат ИВЛ. Понятно, выжил, значит. Интересно, а за что это мне такие хоромы, и как я вообще сюда попал? А как там мама… Чёрт, мама! На глаза попалась большая красная кнопка. Недолго думая, нажал на неё, и в палату вошёл какой-то биоробот женского рода.

– Как вы себя чувствуете?

– Спасибо, гораздо лучше. Как там моя мама?

– Скоро придёт доктор, он вам всё расскажет, – и женщина в скафандре отвела глаза.

Сердце сжал сильный спазм – я всё понял. Мамы больше нет. Приходил ещё один в скафандре, что-то говорил, потом замолчал и ушёл. Этот мир для меня умер.

Дни мелькали один за другим, часто заходили разные люди, что-то в меня кололи, брали всякие анализы, делали какие-то измерения. Я ни на что не реагировал.

Выписали меня через два месяца. Заявился дядя Боря и рассказал, что инфекцию мы подхватили, скорее всего от Ждана, и в России это первый случай заражения новым, самым опасным штаммом. Из всех подцепивших его в Зареченске выжил лишь я один. Дядя Боря отвёл меня на могилу к маме, где я просидел больше суток. Где схоронили Тараса – меня не интересовало.

Домой я вернулся другим человеком. Во мне закипала волна протеста против всех и вся. Я с юношеским максимализмом решил избавиться от «томительных оков цивилизации». Первым делом была продана дача. На толику от вырученных средств через того же Ашота был приобретён ствол. До этого держать в руках оружие мне как-то не доводилось.

С самого утра залив глаза, моё тело срывалось, на поиски приключений. И они находились в полной мере: драки, беспробудные пьянки, грязный разнузданный секс, первый триппер – это как первая любовь, незабываемо. Коньяк, абсент, анаша и гашиш стали прозой повседневной жизни, а спайс и соли дополняли это адский коктейль.

Протестовал я со всей страстью. В моей квартире перебывали представители всех маргинальных слоёв общества: бомжи, аферисты, барыги, «чудо-коммерсанты», воры, просто бандиты, сутенёры и, конечно, целый сонм разных проституток и блядей. С последними я любил ходить на свалку за городом, чтобы пострелять по собакам. Псин, правда, ни разу не находили, но знатно куражились по полной.

Утро, одно из очередных… О боже, как же болит голова! Окинул взглядом ближайшее пространство. Странно, вроде бы я дома, но как-то пустынно вокруг. Встал и двинулся в ванную. На полу валялась разбитая раковина, зеркала не было. Прошёлся по квартире, заглянул в кладовку. Веселее не стало. Жилище было похоже разграблено. Кроме старой поломанной мебели, наблюдались две большие кучи явно человеческого дерьма.

Да пошли все на шнягу! Никто мне больше не нужен, продам хату и сразу уеду в деревню. Так, стоп, я недавно был в какой-то деревеньке… Точно, там ещё этот весёлый толстенький мужичок попросил у меня ствол, чисто пострелять. Не, ну мужик-то хороший, чё не дать.

Помню, он ещё смешно бегал вокруг каково-то старого дома с проломленной крышей и рассказывал про разные перспективы. А ещё помню, он забирал меня с корешами из обезьянника. Там вообще всё смешно получилось. Ко мне в квартиру влетел странный военный и, размахивая какой-то бумажкой, кричал про долг Родине. Девчонки стащили с него пилотку, а парни силой влили ему в рот стакан самогона. А потом вдруг приехал ОМОН и покидал нас мордами в пол…

Кажется, я всё вспомнил. Мы же с этим Санычем, так просил себя называть мужичок, куда-то постоянно ездили, что-то подписывали… Видно, тот самый дом с провалившейся крышей мне покупали. В памяти всплыло: банда каких-то «талибов» шустро вынесла из моей квартиры всё ценное. А я в это время сидел такой весь из себя на последней табуретке и пил коктейль «Революция». Убойная, кстати, вещь, прям по Пелевину, настоящий трэш!

Саныч подогнал, видимо, этих «талибов». Он продал моё барахло. Или я сам продал? Не помню… Ведь на что-то купили недвигу в этой деревне? Или еще не купили? Надо узнать, сейчас позвоню и все станет понятно. Только кто у меня так нагадил, наверное, грузчики может, я с ними не расплатился, вот и отомстили? Ничего не помню…

Мобилу я так и не нашёл. Наверное, потерялась. Да ладно, куплю новую. Зато в кармане куртки нащупал две пачки сторублёвых купюр. Ну Саныч, ну мужик! Деньги явно он оставил. Всё, решено: продаю квартиру, уезжаю в деревню, в свежо купленный домик, отремонтирую его, заведу курей, ну и жену, хе-хе, и буду барствовать. Да и друзей с собой возьму. Надо ещё Саныча отблагодарить, золотой мужик, но это потом, а сейчас…

Спустя трое суток я возвращался к своему дому. Теперь я знаю, кто тогда у меня нагадил. Нет, таких друзей мне точно не надо. И подруг не надо: эти шлюхи пинали меня не слабее остальных уродов, допытываясь, где оставшиеся деньги. Хорошо, что часть купюр я предварительно в носки заныкал – не нашли. Было потом на что с бомжами оттянуться. Вот душевные ребята! Хорошо с ними, пахнут, правда, но это так, мелочи.

У подъезда меня встретила гора переломанной мебели – моей мебели, что было странно. Санычу, я вроде ключ от своей квартиры не давал. Или давал? Вот чёрт, не помню.

Не узнал я и лестничную площадку на своём этаже: проход к нашей с соседом квартирам перекрыла внушительная железная дверь. Хм, он, наверное, поставил, пока меня не было. Начал стучать, открыл сосед:

– Чего тебе, забыл, что? – Он как-то странно на меня смотрел, даже со злостью, что ли.

– Ты чё? Я здесь живу, и твоя дверь мне совсем не преграда, и платить я за неё не буду!

– Да-а, дела! Догулялся ты, видать, Максимка. Вчера был новый хозяин, молодой, вежливый, документы показывал, всё чин по чину. Иди-ка ты, Максимка, в полицию и не ломись в двери!

Небо упало мне на голову и застучало тяжёлыми молотками. Всё встало на свои места, всё стало предельно ясно и понятно. Слёзы полились градом, скрючившись в позе эмбриона прямо на лестничной площадке, я ревел навзрыд, проклиная, себя, жизнь и весь этот мир.

В полицию я сходил, узнал, что теперь прописан в деревне Новые Везёмы за двести километров отсюда, и что деревенька эта давно заброшена, и что я не первый и не последний такой дурак. Заявление за меня написал пожилой майор, сразу предупредивший, что шансов практически нет: моё жильё уже дважды перепродали, а по закону всё в порядке.

К дяде Боре я не пошёл – меня сжигал жгучий стыд, ведь он не раз меня предупреждал…

Подвалы, подъезды, коллектор, стройки, чьи-то участки, заброшенные и живые деревеньки, промзона, и вот я сижу здесь, у магазина, потерявший последние силы и волю к жизни.

Приоткрыл глаза, увидел очертания двух мужчин, быстро приближавшихся ко мне, и закрыл их снова. В плечо что-то кольнуло, сознание заволокло чёрным туманом… Вот и всё, наконец-то!

Глава 4

На огромной территории в окружении соснового бора расположился один из самых секретных объектов Российской Федерации. На месте мало кому известного НИИ «Заря» вырос современный и высокотехнологичный комплекс.

На протяжении последних семи лет государство вкладывало просто гигантские суммы в строительство, оснащение и реорганизацию этого объекта. Были отремонтированы и переоснащены все старые корпуса и площадки, проложены десятки километров новых дорог, сотни единиц кабелей, выстроено более сорока научных лабораторий и пятьдесят производственных цехов. На прилегающей к «Заре» территории разместились: университетский кампус, жилой городок со всей инфраструктурой и трансформаторная станция. В долине реки, протекавшей у комплекса, находились засеянные поля, коровники, свинарники, птицефабрики и многое другое.

На месте небольшой воинской части, выполнявшей сугубо охранную функцию, выросла уникальная испытательная база Министерства обороны. Взлётные полосы ново построенного аэродрома были способны принимать все виды летательных аппаратов. Отремонтировали старую железнодорожную ветку и проложили новую. На берегу реки отстроили причал.

Созданный с нуля военный полигон, расположенный в десяти километрах от базы Минобороны, обслуживал потребности всех родов войск, а также спецслужб и МВД, чьи части тоже находились здесь. И всё это огромное хозяйство было надёжно прикрыто эшелонированными, самыми новейшими системами противовоздушной и наземной обороны.

Но основополагающим элементом комплекса была его подземная составляющая. На восьми уровнях ниже земли расположились лаборатории, цеха сборки готовой продукции, центр сбора и всестороннего анализа информации. Часть огромных помещений ещё пустовала, но всё было уже распределено, учтено и поделено.

На глубине в сотни метров под «Зарёй» ожили и вышли на проектную мощность два сердца всего комплекса – квантовый суперкомпьютер «Ломоносов» с искусственным интеллектом и ядерный реактор на свинцовых теплоносителях последнего поколения, способный обеспечить энергией пару областей.

В небольшом конференц-зале на минус третьем уровне собрались уполномоченные филиалов «Зари», всё руководство Комплекса, ведущие специалисты, также присутствовали военные и представители спецслужб. Тему предстоящего собрания традиционно не озвучивали. Да это было ни к чему: по пустякам отрывать людей от работы никто бы не стал.

В аудиторию вошли два человека.

– Товарищи офицеры! – быстро сориентировавшись, подал команду плечистый генерал-майор. Все встали. Вошедшие, легко запрыгнув на подиум, оглядели зал и сели за столик. Немного пошептались, и один из них – уже далеко не молодой, среднего роста, худощавый мужчина – поднялся с места. Его высокий покатый лоб и серые пронзительные глаза выдавали недюжинный ум и огромную волю. Все сотрудники, друзья, знакомые, уважительно без иронии, звали его «Наш Дед».

Именно Дед – действующий член Академии наук РФ, почётный профессор лучших университетов мира, автор многочисленных научных трудов Никита Иванович Сваровский – много лет возглавлял закрытый научно-исследовательский и промышленный комплекс «Заря».

– Уважаемые коллеги, товарищи военные, друзья! – начал Сваровский. – Разрешите представить вам очень и очень глубокоуважаемого генерал-лейтенанта ФСБ, нашего куратора Сергея Викторовича Смирнова!

Высокий, крупный, с волевыми карими глазами мужчина в генеральской форме лишь слегка улыбнулся: Сваровский и Смирнов знали друг друга более тридцати лет, и лёгкий стёб с подначками являлся непременным элементом их общения. Сергей Викторович поднялся к трибуне:

– Начну, пожалуй, немного издалека. В начале прошлого века в Соединённых Штатах Америки была образована компания «Монсано». Кристиан Меер, создатель и владелец компании, изобрёл или украл формулу сахарина. Гипертрофированная тяга к добыванию денег любым путём передалась и потомкам Меера. Урановые опыты, исследования диоксидов, военный химикат «Агент Оранж» – это все были вехи движения «Монсано» к новому источнику дохода – генной инженерии. В этом данная компания с присоединившимися к ней «Да поинт» и другими достигли небывалых успехов.

Генерал Смирнов сделал паузу и поглядел вокруг. Люди молчали, ожидая, что будет сказано дальше.

– Западные ловкачи на своём шабаше решили, что людей в мире стало слишком много. Так появилась тема «Золотого миллиарда», который имеет право жить на планете. Борухи, Леейбы, Морганы, Ротшильды, Рокфеллеры и прочие, при одобрении британской короны этот вопрос порешали. И вот переходим к основной теме нашего собрания. Воплощение идеи «Золотого миллиарда» в жизнь было поручено самой беспринципной и скандальной компании – «Монсано». СПИД, птичий и свиной грипп – это только этапы деятельности «Монсано». В итоге в мир была выпущена бацилла «Конид», созданная генными инженерами этой компании. Свалив вину на наших китайских друзей, заокеанские "друзья" были уверены в успехе. Но что-то пошло не так. Вакцина от «Конида», разработанная для избранных, была эффективной только на первых штаммах вируса. Последние варианты этой заразы пока не лечатся. Человечество оказалось бессильно решить эту проблему медикаментозными методами. Крайний штамм «Конида», кроме влияния на лёгкие, воздействует и на обоняние человека. Больше всего болезни подвержены люди и животные, употребляющие генно-модифицированные продукты. Эксперименты с животными в Африке привели их на грань уничтожения. Потеряв свои навыки основные, последние защитные меры, они стали лёгкой добычей браконьеров и хищников. Люди стали умирать и в Европе, и в самой Америке. Те, кто выжил, получали большие проблемы со зрением и осязанием. Того, кто стоит за всем этим мировым геноцидом, долго искать не пришлось. Однако прошедшие в ряде стран погромы офисов и лабораторий «Монсано» ни к какому эффекту не привели, поскольку все основные разработки и итоговые испытания проводятся в Африке и на Мадагаскаре. Там, под охраной частных армий, лаборатории недоступны. На сегодняшний день практически все государства, закрыв свои границы, столкнулись с огромными экономическими и финансовыми проблемами. Небывалая инфляция и безработица захлестнули весь мир. В ряде стран вопросы стали решать старым проверенным способом – оккупацией чужих территорий, экономическим удушением, войнами. В нашей стране семь лет назад было принято решение о строительстве на базе существующих НИИ комплексов нового поколения, способных решать нынешние и будущие проблемы государства. На сегодняшний день основной опасностью является Конид, но нам не привыкать отвечать на мировые вызовы. Мы обязательно справимся! Очень рассчитываем и на вас. Спасибо за внимание. Никита Иванович!

– Да, благодарю, Сергей Викторович, – Сваровский сменил Смирнова у трибуны. – Ещё раз здравствуйте уважаемые. Как хорошо многим из вас известно, квантовые технологии довольно давно не могли найти практического применения из-за своей огромной теплоотдачи. Российскими учёными в конце прошлого века была разработана – правда, так и не получила развития – технология создания аналога базовой единицы данных на основе импульсов лазерного излучения. Как это было принято в те годы, все разработки ушли нашим «потенциальным друзьям». Лучезарно улыбаясь, нас похлопали по плечу и дали очередной кредит для погашения предыдущего. К чести американских учёных, они довольно быстро создали работающий прототип квантового компьютера. Но первый промышленный образец увидел свет лишь десять лет назад. Появление квантовых технологий перевернуло мир: первые ИИ, автоматизированные системы управления целыми городами, заводами, фабриками. Полностью были автоматизированы железные дороги, частично – автомобильные. Многое, очень многое изменилось в жизни людей, причём и в негативную сторону. Огромное количество безработных захлестнуло планету, упала рождаемость, опустели малые поселения, люди стали все реже встречаться. И, наконец-то, свершилась мечта сотен миллионов людей – к нам пришла виртуальная реальность. С моей точки зрения, именно ВР сильней всего отразилась на всей нашей жизни – как в положительную, так и отрицательную сторону. Правительства многих стран и крупнейшие мировые корпорации объявили о начале новой эры всеобщего благополучия. Насчёт новой эры они безусловно правы, а вот по поводу и существу благополучия есть вопросы. Как горячие пирожки стали выпускаться шлемы и капсулы ВР, как грибы росли ВР-салоны, уходящие на десятки этажей вверх и вниз. Эти муравейники представляют собой сеть комнатушек с капсулами. На пособие по безработице капсула арендуется пожизненно, к тому же предоставляется питание. Фармакологи, генетики и создатели компьютерных игр обогащались невиданными темпами. Миллионами по всему миру выпускались обучающие тренажёры, лекции, виртуальные экскурсии и, конечно же, игры. Ход вещей нарушил новый штамм «Конида». А что же наша страна? А мы выжидали, запрягали, так сказать, потихоньку, внедряя у себя самое нужное. Купили у китайцев партию квантовых компьютеров, изучили их и наладили выпуск своих изделий. Так, Родина получила свои квантовые компьютеры с улучшенной архитектурой модели «Менделеев», которые работают во многих учреждениях нашей страны. Переходим к главному! Нами в «Заре» был разработан и внедрён принципиально новый квантовый Мейнфрейм. Это уже даже не компьютер, а нечто несоизмеримо большее. Как вы уже догадались, речь идёт о нашем «Ломоносове». При гораздо меньшей мощности его быстродействие не имеет аналогов в мире. А его искусственный интеллект даже сложно назвать искусственным. К сожалению, об одном из главных секретов «Ломоносова» прознали наши западные партнёры, и пришлось идти на некоторые уступки…

При этих словах Дед выразительно посмотрел на генерала и продолжил:

– Речь идёт об функции обратной связи в ВР-капсулах полного погружения. Сгенерированная частота, совпадающая с работой нейронов головного мозга, позволяет влиять на работу синапсов в реальности, пока человек находится в виртуальном пространстве. То есть происходящие положительные процессы там влияют на реальное тело здесь.

Никита Иванович сделал паузу. Секунд наверно десять в зале стояла оглушительная тишина, а потом вскочили и заорали все. Причём громче всех вопили военные. Люди обнимали друг друга, кто-то даже лез к кому-то целоваться. Генерал с Дедом переглянулись и заулыбались, глядя в зал. Через пять минут безумства люди с горящими глазами расселись обратно по местам.

– Эко вас раззадорило! – продолжил Сваровский. – Но понять можно! Всю важность этого открытия оценить пока сложно, но первые результаты уже есть. И вот это действительно тайна. Для проведения испытаний обратной ВР-связи был создан закрытый совет на уровне министров стран-участников. Одним из решений этого совета стал выпуск новых капсул двух видов – для длительного и краткого полного ВР-погружения. Ну а для тестирования наш «Ломоносов» сгенерировал игру с полным погружением, получившую название «Земля надежды». В этом мы были непреклонны. А то наши западные партнёры надумали назвать игру «Ландония». «Ландо», мол, на эсперанто значит «Земля». Каково?

В зале раздался дружный смех.

– Участниками проекта был выкуплен у Греции один из островов, где разместились админы и наблюдатели от стран-участниц. Управляет всем процессом наш «Ломоносов», и во власти только его ИИ – все сюжетные линии и вся игровая механика «Земли надежды». Сейчас производится настройка спутниковой группировки. В ближайшее время на острове приступят к работе. Скажу про игру. Это фантазийный мир на двух огромных материках с кучей островов. Каждой реальной стране-участнице в виртуальном пространстве игры выделена локация с учётом её предпочтений. Сам игрок может выбрать любую локацию. Да, размеры «Земли надежды» сопоставимы с настоящей Землёй, но океаны гораздо меньше. А то неинтересно выйдет, только плыть на войну устанешь. Одним словом, «Ломоносов» там такого намешал, мануалы изучать и изучать. Испытатели стран-участников уже тестируют игру, и в ближайшие два-три месяца мы её запустим для всех желающих на коммерческой основе. И самое важное – человеческий мозг намного, гораздо быстрей любой машины, поэтому положительные воздействия, получаемые в игре, в реальности будут в сто раз меньше. Зато все возможные увечья, раны, отравления и прочее, которые происходят в виртуале, не отражаются на реальном организме – этого не позволит «Ломоносов», в корневых кодах которого прописаны законы о защите человека, такие, что Азимову и не снились. Руководители всех рангов, а также ведущие специалисты с завтрашнего дня переезжают с семьями в городок при «Заре». Сотрудники, занятые на производстве ВР-шлемов и капсул, переходят на трёхсменный график. Спасибо за внимание! Все свободны! Борис Иванович, Елена Сергеевна, задержитесь, пожалуйста!

Как только закрылась дверь за последним из участников собрания, Никита Иванович спустился в зал и присел рядом с супругами Нечаевыми. Генерал Смирнов сел следом.

– А расскажи-ка мне, Борис, – спросил Сваровский, – какого чёрта ты приволок к нам в центр этот полутруп бомжа? Ты же мне сказал, что у тебя на примете есть кандидат с подходящими характеристиками для испытания нашей последней разработки. А это что?

– Это Максим, сын Петра, Никита Иванович.

Дед встал, и, сложив руки за спиной, начал задумчиво прохаживаться. Подумать было о чём: Пётр Прохоров стоял у истоков создания ИИ, а с его сыном вон оно как приключилось.

– Иваныч, а может всё и к лучшему? – сказал Сергей Викторович. – Если парень выкарабкается, оформим испытателем, а на нет и суда нет.

– Елена Сергеевна, в двух словах – как он? – спросил Дед, – Только давай попроще, а то мы и половины не поймём.

– На основании анализов сразу был проведён плазмофорез, и пациент был ведён в состояние седации.

– Лена!

– Простите! По-простому мы почистили как могли кровь, отработали с физраствором, и сейчас он на аппарате ИВЛ находится, в искусственной коме. Выявлены – ишемия сердца, алкогольный гепатит, панкреатит, почечная недостаточность… ох да там много чего! – на глазах женщины выступили слёзы. – Да, и основное заболевание, представляющее для нас интерес – один из последних штаммов «Конида».

Академик резко остановился:

– Это тот штамм, о котором я думаю?

– Да, Никита Иванович.

– Так, срочно проверить всех, без исключения, сотрудников комплекса!

– Уже. Остались только вы и Сергей Викторович.

– И каковы результаты?

– У одной из новеньких обнаружен тот же вирус в спящем режиме. Как выяснилось, именно её бригада скорой помощи забирала заболевшую Конидом мать Максима в больницу. Девушка и Максим перенесли кризис в острой форме и были выписаны. Но одна из способностей этого штамма – выступать в роли некого спящего агента и сосредотачиваться, аккумулируясь в межклеточном пространстве. Обнаружить его простыми анализами не представляется возможным.

– Где сейчас эта сотрудница?

– Изолирована, а до этого была испытателем в игре.

Генерал встал:

– Иваныч, я думаю, нам стоит приступить к реальным испытаниям нашей секретной разработки и плевать на мнение наших и зарубежных патронов. Тем более что просвещать ни тех ни других мы пока не собираемся. Дело в том, что далеко не все последние открытия, наработки и испытания были озвучены на прошедшем собрании. То и понятно, после слива на Запад информации об обнаружении ВР-обратной связи наступать опять на те же грабли никто не собирается. Скажу, что осталось за кадром: около ста осуждённых из разных исправительных колоний строгого режима добровольно вызвались, в обмен на послабление режима и солидное уменьшение срока, быть испытателями капсул длительного погружения с болевым порогом в семьдесят процентов. Срок испытаний – три месяца, и уже как две недели они обживаются в одной из локаций начального уровня. А Министерство обороны испытывает боевую химию на виртуальных полигонах «Сталкер» и «Быль», имитирующих соответственно постапокалипс и наше время. Но главный секрет в том, что «Ломоносову» удалось разработать, а нашим учёным и специалистам – воплотить в жизнь медицинскую систему для ВР-капсул. Обратная связь с организмом человека позволяет восстанавливать работу тех или иных органов путём лечения возможностями виртуальной реальности. Пускай на реальном теле эффект лечения небольшой – при грамотном подходе, учитывая возможности создания любых условий, это перевернёт весь мир.

– Хорошо! – отозвался Сваровский. – Мы поступим следующим образом. Елена Сергеевна, переместите этих, как их там…

– Максим и Надежда.

– Да, Максима и Надежду в наши экспериментальные капсулы и наверно отправьте их к какой-нибудь знахарке в начальной локации. Её – ученицей знахарки, его – больным. Никаких лечебных процедур с нашей стороны, ну, кроме реанимационных, и те – только на самый край. Борис! От тебя – ежедневный доклад со сводкой от медиков ко мне на стол. Как там наши обезьяны? Тоша и Какоша, не ну и назвали же!

– Идут на улучшение семимильными шагами, Никита Иванович! С ними одна проблема: ни в какую ни вылезают из капсул – видно, сообразили где их рай.

– Так, Максима – на два месяца безвылазно, обезьян также безвылазно. Для Надежды – погружение по неделям. Ну, и заинтересуйте её как-нибудь. С неё – уход за Максимом в локации и доклады нам о внешних и поведенческих изменениях, которые с ним происходят. Ну, с богом! Приступайте.

Глава 5

– Кукареку!!!! Кука-ре-кууу…

Я уже давно пришёл в себя. Лежу на чём-то мягком, но колком, похоже, это солома. Глаза привычно не открываются, как и прежде веки залиты гноем из тех же очей. Но что-то на этот раз многовато натекло. А ты, Максимка убогий, не докукарекаешся всё никак! Ещё не все круги ада пройдены, не все мои грехи отмолены… Мысли летали в голове и как я вообще понимаю, что, ещё жив? Так болит всё, и сил нет совсем, мощей не хватает даже веки пальцами разодрать, но ничего – я упёртый, сейчас отдохну и продолжим.

Спустя время один глаз открыть удалось, но это не сильно помогло восприятию действительности: мутное светлое пятно было мне наградой. Где-то рядом послышались голоса:

– Нада, накорми птицу, а я пока тартыгу нашего голимого навещу!

– Сделаю тётя Бояна! – послышался тонкий девичий голосок. В глаз ударил яркий солнечный луч, а следом надвинулась чья-то тень.

– Нада, иди-ка глянь-ка! Твой кренделёк зеницу свою бесстыжую вылупил! Вон как зырит, ирод, всё гуменце заблевал, окаянный.

– Это из него хворь выходит, тётя Бояна! Зелья ваши целебные помогают, скоро на поправку пойдёт.

– Не может в благом теле столько дерьма быть. Третий день пошёл, а из него всё гадость одна лезет. А вдруг он проклятый?!

– Не, тёть Боян, второго дня отец Белозар приходил. Думали тогда, что преставится, к богам провожать собирались. Белозар его сразу проверил – чист!

– И где вы этого пришлого да такого довели. В нём же жизнь чуть теплится!

– Горя на его род много выпало, вот и не сдюжил он. Кинулся во все тяжкие! Сам себя со свету изжить решил, но всё теперь в руках божиих и в твоих, мастерица.

– Вот не было бы мне виденья за вас двоих – батогом бы, а не лаской встретила!

– Пришлые разные, тёть Баяна! Не судите по нехристям нас всех.

– Вот что, Нада, возьму я тебя к себе в ученицы. Смотрю: что-то ты немного и так знаешь, да и типок этот за твоим приглядом будет.

– Спасибо, наставница, добром за добро ответим, всё отработаем.

– С кем? С этим мертвяком, что ли?

– Он у меня через десницу козликом молоденьким скакать будет!

– Ну если сдюжишь – быть тебе подарку от меня. Ну а я подсоблю в лечении, чем смогу.

Мне в рот что-то влилось, и сознание вновь покинуло моё страждущее покоя тело.

Надежда Меркулова к своему двадцати одному году успела закончить мединститут в родном Зареченске по ускоренной программе, ещё и попрактиковалась на станции скорой помощи. В результате отличницу курса общей практики, терапевта-пульмонолога заметили и предложили работу по специальности в Комплексе. Наверное, по-другому и быть не могло: девушка из семьи потомственных медиков, отличница, призёр многих олимпиад, участница КВНовской команды института, да и просто очень обаятельная и чрезвычайно энергичная красавица. Небольшого росточка, слегка худощавая, она не привлекала бы внимания, если бы не глаза. С милого курносого личика, слегка присыпанного канапушками, смотрели на этот мир два огромных прекрасных серых глаза – причина вечной зависти всего слабого пола и неослабевающего внимания со стороны мужского. Причём интерес был вызван не столько повышенной сексуальностью, хотя и без этого не обошлось, сколько каким-то внутреннем притяжением, хотелось находиться рядом с Надей Меркуловой, защищать её, оберегать от угроз этого мира. Её непосредственность, харизма и лёгкость характера никого не оставляли равнодушным. Всякие модные ковайно-анимэшные определения – типа «вайфу» или «айдол» – к Меркуловой не прилипали. Для всех окружающих она так и оставалась Наденькой.

Когда в Комплексе был объявлен конкурс на должность испытателя в игре «Земля надежды», желающих оказалось более десяти человек на место. У членов отборочной комиссии изрядно прибавилось настроения, когда к ним ворвался маленький воздушный вихрь, безапелляционно заявивший, что земля без правительницы – засыхает, реки – мелеют, лес – редеет, надои – падают и вообще срочно надо доставить её к своим подданным без малейшего промедления! Даже не дождавшись решения, очаровательный ураганчик вынесся из помещения. После такого спича мнение всех было единогласным– берём.

Играть, ну и работать Надя сразу решила за людей. Ей хотелось изучить хомо во всех, так сказать, аспектах, поэтому роль лекаря-травницы как нельзя лучше подходила к её планам. После десятого уровня она решила взять функции мага жизни, что тоже способствовало её развитию. Огорчало только что большинство тестеров, на начальной локе, за неимением особого разнообразия носились по полям и лесам вместе с ней, забивая кроликов и щипля травку, а ей хотелось подвига, как, впрочем, и всем.

А потом был «Конид» последовавшие за этим борьба организма с заразой, анализы и карантин, но и здесь Надя не унывала, искренне веря в могущество современной медицины. Было, правда, обидно, что пришлось прервать свою деятельность в игровой реальности и покинуть княжество. Меркулова была настроена по выздоровлении вернуться туда, тем более что игра вызывала искренний восторг, давая возможность воплотить свои девичьи мечты: принцы там, единороги, ну, вы поняли.

Поэтому дальнейшие предложения руководства, поработать в игре, вызвали неподдельную радость, а обещанные бонусы в виде двойного вознаграждения и хорошей однокомнатной квартиры в городке при «Заре» только добавили эйфории.

Следующую пару дней я, Максим Прохоров, иногда приходя на короткое время в себя, чувствовал, как чьи-то нежные руки вытирали моё тело, обмывали, натирали разными мазями, вливали что-то в рот, разминали уши и веки глаз… В общем, я постоянно подвергался массажу и лечению. Порой ощущался запах дымящихся благовоний: меня чем-то окуривали. По завершении всех этих пассов мне закрывали глаза повязкой и выносили куда-то из дома на воздух. Потом я опять лежал на соломе – до следующих процедур.

Все мои попытки узнать, где я и что вообще происходит, полностью игнорировались. Долго раздумывать я не мог, снова то и дело проваливаясь в исцеляющее небытие.

На третий день я окончательно понял, что меня зачем-то хотят вернуть к жизни. Только где капельницы, где уколы, запахи врачебной химии, или я их совсем не чувствую? Почему я лежу не на больничном белье, а на соломе? И самое таинственное – почему нет желания бухнуть? Всё это очень похоже на сельскую народную медицину, сделал я вывод. И вот, очередной раз придя в себя, я твёрдо решил выяснить – где я, что я, и к чему мне готовиться.

Запах трав чередовался с ароматной свежестью раннего утра, нос щекотал игривый ветерок, приносящий дух деревенского быта и, как ни странно, лёгкую пригарь, надо же, чувствую. Я открыл глаза. Да, зрение значительно улучшилось. Гной вокруг бельмаков почти исчез, оказалось, я действительно лежу на соломе под крышей какого-то свежо сделанного сарая, со стропил свешивались веники из разнообразных трав и корений. Я осторожно пошевелил ногами, слегка повращал кисти рук- всё работает, и боль уже не рвёт на части, а такая, нудная что ли.

А вот что случилось со слухом? Вообще сказка! Давненько я так хорошо не слышал! Целый сонм разных звуковых ощущений навалился на меня. Где-то недалеко разговаривали люди, кто-то колол дрова, издалека доносились удары молота по наковальне, блеяла коза, прозвенел колокольчик и донеслось краткое «му-у» – корова, что ли, прошла с боталом на шее…Ох, хорошо-то как!

Ладно, повалялся и хватит, пора выяснить, кому в ноги пасть и в рабство себя предложить за вторую жизнь. Приподнять своё тело и сдвинуться у меня с ходу не получилось. Не беда! Сейчас мы враскачку попробуем, подтянул под себя локоть и резко дёрнул набок, собрав в кулак все невеликие силы, перекатился. В лицо пахнуло соломой, мелькнула крыша и стены сарая, следом произошло очень краткое падение. Я скатился с соломенной копны на земляной пол, удар, боль, но я был счастлив. Лежал вдыхая аромат пыльной земли, слёзы брызнули из глаз, а я смеялся, да, могу, ещё живой.

– Нада! Сходи-ка глянь, чой-то в гуменце бухнуло и ржёт. Никак твой буянит!

– Хорошо, наставница, проведаю болезного!

С открывшейся дверью в лицо прилетели пучок соломы и всякий мелкий сор. Тяга есть, значит, где-то в сарае и окно имеется. Почему-то эта мысль первой пришла на ум.

– Ооо… Вы никак, милостивый сударь в поход собрались, ну что ж.

Мальбрук в поход собрался,

Наелся кислых щей,

В походе обос…ся,

И умер в тот же день!

Звонкий девичий голосок замер на высокой ноте.

– Что у тебя здесь девочка? – я услышал грузные шаги вошедшей в сарай второй женщины.

– Да вот, в путь наш герой собрался. Грит, сил нет в темнице более сидеть, принцессы все ждут не дождутся своего освободителя!

– А, ну это святое, шлында в доме не нужон, в натуре. Ну вы тут покалякайте, а я пошла.

Крепкие девичьи руки взяли меня за подмышки, выволокли во двор и усадили на лавку.

– Просьбы, чаяния, пожелания? – выдал тот же голосок. Проморгавшись от яркого солнца, я наконец-таки увидел кто все эти дни доставал меня с того света. Два огромных серых глаза впились мне в лицо.

Наверное, с полуминуты я открытым ртом ловил воздух.

Она? Не может быть! Та, которую я вспоминал последние сознательные дни, с которой пообщался мельком и запал в эти прекрасные глазища!

– Любви и ласки, – выдавил я.

– А я думала, поесть чего попросишь!

Мне в нос ударил запах свежей сдобы. Живот сократился в спазме, голод накрыл, как цунами. Захотелось не то что есть, а прямо жрать. В подтверждение из моего живота раздался глухой рокот.

Она весело рассмеялась.

– Ты посиди, а я щас всё организую! Ты только не куда ни уходи.

Не уходи! Хм, очень смешно, ага. Надо бы всё же понять где я. Похоже, это деревенский двор, судя по такой некислой площади, которую окружали деревянные, крытые соломой, постройки, глухой высокий забор и очень добротная изба. Доносилось кудахтанье птицы и мычание коровы. Удивительно! За всё время своих бомжовских скитаний в какие только места вдали от города меня ни заносило – но живую корову у кого-нибудь в деревне не видел ни разу!

Рассмотреть повнимательней окружающую обстановку мне пока не позволили ещё не восстановившееся зрение и бегущая ко мне моя спасительница с большой корзиной в руке. Помнится, мы с мамой в такие грибы собирали.

– Максимка-а, бегу! Так, ну давай знакомится што ль? Я Надежда здесь – Нада. А ты – Максим, я знаю. Давай сначала заморим червячка, а потом можно и в викторину сыграть.

Что такое викторина, я знал, поэтому молча вгрызся зубами в эту мягкую, пышную умопомрачительную сдобу, запивая свежайшем парным молочком из настоящей глиняной кружки, изо всех сил пытаясь придать процессу поглощения пищи более-менее культурный вид, но давалось это с большим трудом.

– А ты молодец, сдерживаешься! А то я ужо и речь приготовила, мол, не спеши, тебе нельзя, ну и всякое там.

– Тшатено певешовая пишу, ты помафаеш оббшесту.

– Прожуй сначала, товарищ Бендер.

Такой вкуснотищи я не ел очень давно. Кусочки мяса, завёрнутые в какие-то травяные листы, чередовались с малосольными огурчиками, рассыпчатым картофелем, куриными яичками, почему – то с двумя желтками, что делало их ещё вкусней.

Чуть отдышавшись, запивая под конец всё проглоченное травяным чаем, я понял, что соглашусь на любое предложение, выполню любое её требование, лишь бы как-то отблагодарить. Так, соберись, тряпка! Может, это твой шанс наконец-то пожить по-человечески!

Пока я размышлял, Нада успела отнести пустую корзину и вернуться. Сейчас она сидела рядом на лавочке, с улыбкой наблюдая за следами мысленных потуг на моём лице.

– Пожалуй, начнём. Максим, сейчас я доведу до тебя серьёзную информацию, а потом мы поговорим обо всём на свете. Сразу отвечу на твои главные вопросы– где я, и что со мной? Физически наши тела лежат себе, полёживают в медицинских капсулах виртуальной реальности находящихся на территории известного тебе комплекса «Заря». Думаю, почему именно в медицинской – объяснять не требуется, твой организм нуждается в серьёзной помощи, Максим. А вот наши полные клоны – или аватары, решишь сам, как называть – сидят и беседуют тут. Не буду долго держать тебя в неведении, скажу сразу – мы с тобой в игре! В лучшей компьютерной игре на этой планете, Макс!

Она замолчала. Как же, соберёшься тут. Наверное, опять сижу с глупой рожей. Кое-как наклонившись сорвал травинку и тупо уставился на ползущую по ней божью коровку, поверил я словам Нади-Нады почему-то сразу. Наверное, потому, что очень хотел верить в чудо, а если это не оно, то я не знаю, тогда как можно ещё всё происходящее назвать.

– Что значит «полные аватары», и почему у меня всё болит? – спросил я, похлопывая себя по бокам.

– Ха-ха-ха! Ой не могу! Ты, поди, меч-кладинец ищешь, Макс, аль пространственный карман потерял? А вопрос хороший, удивил. Всё дело в том, что мы не играем. Мы с тобой здесь лечимся! Точнее, ты пациент, а я твой врач, так будет понятнее. Наши капсулы уникальны, на них установлена система обратной связи, способной влиять на реальное тело из виртуального пространства. Притом – на всё тело, на весь организм в целом. Проще говоря, чем качественнее твой аватар излечится и наберёт сил здесь, в виртуале, тем скорее ты – настоящий, выздоровеешь в реальном мире. Правда, воздействие лечения здесь передаётся туда, в тот мир, гораздо слабее, а вот насколько слабее и как это будет выглядеть, мы с тобой и должны выяснить. А по поводу боли – это своего рода мотивация тебе поскорей избавится от недомоганий, заодно и понимание происходящих процессов для врача, то есть меня. Да и ещё, мы здесь полностью соответствуем себе настоящим на момент погружения, а капсулы настроены на стопроцентные ощущения, в том числе и на боль, полученную в игре. Но все негативные моменты, синяки и раны, заработанные здесь, не отражаются на реальных телах.

Из дома на крыльцо вышла женщина внушительных пропорций, одетая в рубаху с широкими рукавами и просторный сарафан. Её тень, отбрасываемая восходящим солнцем, уж очень напоминала сахарницу. Была такая посудина, непременный элемент чайных наборов, являющихся обязательным атрибутом в сервантах наших бабушек. Тень-то я увидел, даже ухмыльнулся про себя, но саму тётю Бояну рассмотреть не смог из-за чёртова зрения.

Сдохну, но верну себе здоровье и стану сильнее прежнего!

– Нада! Не забудь скотину накормить и ужо скоро зелье варить, не задерживайся, егоза! – Давши указания, тётя Бояна, окинув двор взглядом, скрылась в доме. Я посмотрел на своего доктора. Она сидела с отсутствующим видом, глаза её бегали туда-сюда, как будто читали что-то, губы что-то тихо нашёптывали.

«Что это с ней?» – встревожился я. Но тут Нада словно пришла в себя:

– Всё лишнее для тебя я уже убрала! Теперь лови гостинец!

Перед моими глазами вдруг возник мультяшный конвертик и скользнул вправо вниз, замерев где-то на границе бокового зрения. Я непроизвольно попытался смахнуть его рукой, как надоедливую муху. Конвертик не смахивался.

– Макс, скажи: «Статус!»

– Статус! – уже догадываясь, в чём дело, повторил я и тут же дёрнул от неожиданности головой, серьёзно приложившись теменем о стену сарая, вдоль которого стояла лавка. Одно дело ожидать нечто подобное, другое – увидеть в действии, знаете ли…

Медицинская капсула МК – 12э/БИС.

Мы рады приветствовать Вас, Максим Петрович, в наших дружеских объятиях. Скорейшего Вам выздоровления, к чему, я, несомненно, прилажу все свои силы и знания.

Ознакомьтесь с текущими показателями вашего здоровья:

Здоровье – 1.86

Телосложение – 2.01

Внутренние органы – 1.23

Восприятие – 2.51

Бодрость – 18%

Репутация с Волостью «Пограничная» – 3 (недоверие)

Репутация с селом «Травники» – 3 (недоверие)

Репутация со знахаркой «Бояна» – 3( недоверие)

Вот что вспыхнуло в моих глазах, ставших своего рода монитором компьютера. Напротив столбика строк показателей крутилась, словно в фуэте, трёхмерная человеческая фигурка, раскрашенная в разные цвета. Основную гамму составлял тревожный красный цвет с редкими вкраплениями жёлтого. Только в области головы проскакивали зелёные искорки.

Я быстро догадался, что это были значения состояния моего здоровья, а фигурка изображала, что и где со мной не в порядке. Не в порядке было почти все. Захирел я основательно! Но ничего, стисну зубы и ринусь в бой!

– Нада, скажи пожалуйста, а какой числовой показатель считается нормой, и почему у меня репа в приличном минусе?

– Усреднённый коэффициент здоровья должен быть около пяти балов, но там схема не прямолинейна от слова совсем. Наша цель – в первую очередь поднять органы реального Максимки, поэтому применяем всё, что можно. Да и что нельзя – тоже применяем. Пойми, здесь для тебя непросто игра с баллами и прокачкой, это твоя жизнь, и только от тебя зависит, как всё сложится дальше. Без твоего искреннего желания ничего не получится. Мы все, и здесь и в реальности, очень рассчитываем, что ты найдёшь в себе силы и с нашей помощью встанешь на ноги. А с репутацией не всё так просто, но сейчас у меня нет времени. Я тебе скинула кое-какое чтиво, ознакомишься. А немедля – дама приглашает кавалера. Пройдёмся, сударь!

Нада обхватила меня руками и подняла с лавки. Это сколько же у неё силы, чтобы вот так просто кантовать взрослого мужчину? Или я не хрена не вешу, тем более в виртуальной реальности?

– Максим, опирайся на меня, не бойся, ты весишь, как курёнок, я всяко тебя удержу!

На трясущихся ногах, собрав в кулак все сопли, я начал движение. Тело наклонилось вперёд, правая нога выкинулась следом, а вот левая явно запаздывала. На плечо нажала сильная девичья ладошка, и я выпрямился.

– Опять убегаешь! Эх, ну что за кавалер мне попался: с утра в бега ломится. Не спеши Максим!

Все мы видели людей с нарушением опорно-двигательного аппарата. Так вот, если прибавить к этому инсульт и эпилепсию – будет самое оно, что испытывал я. Мы двигались по кругу, спина взмокла сразу, затряслась голова, а следом и всё тело. Завершал я променад уже только на морально-волевых.

– Сейчас, осталось чуть-чуть, и ты ляжешь!

Мы направились к сараю, откуда я был вытащен пару часов назад.

Господи, как же от неё приятно пахнет – луговыми цветами и какими-то свежими травами. Разнообразные мягкости девичьего тела касались меня… Так, стоп! Куда-то меня не туда понесло. Видимо, произошла полная ресинхронизация мыслей и телесной оболочки.

Внезапно для меня самого мой рот произнёс:

– А можно ещё кружочек, пожалуйста?

Нада внимательно глянула на меня и стала молча разворачиваться на повторную дистанцию.

…В себя я пришёл уже на своём сеновале. Грёбаный Экибастуз, какое позорище! Опять налажал. Из последнего, что помню – как где-то на середине круга, когда рассудок от боли плескался уже за гранью моего восприятия, тело выгнуло дугой от болевого спазма, мышцы свело судорогой и меня вырубило.

Ладно, не время хандрить, будем разбираться дальше. Интерфейс так и висел перед глазами. Странно, числовые значения, вроде даже упали. Ну-ка, сравним… Точно, снизились показатели. Бодрость, вон, вообще только восемь процентов…

Очередная волна мягкой, тягучей боли прокатилась по моему телу. Было в какой-то степени даже приятно. Кому удалили больной зуб – меня поймёт, ощущения схожие. Так, смотрим дальше! О, оказывается, можно каждый пункт разложить на составляющие. Строчка «Телосложение», например, разворачивается в отображение состояния скажем- костей скелета, хоть только сухожилий или отдельных групп мышц. А пункт «Восприятие», оказывается, вмещает в себя зрение, обоняние, осязание и слух. Показатели выражаются в процентах. Ба, ещё расписаны разные упражнения на каждый орган или мышцу.

Кроме слуха, смотреть пока без слёз не на что. А вот и конвертик от Нады, взглянем. О, это мануал по игре. Вот спасибо, Наденька! Я же тут, значит, механизмы и правила здешнего мира знать обязан.

Итак, игра носит название «Земля надежды». Ха, теперь понятно, почему моя спасительница её своей землёй называет. Перед глазами развернулась карта. Что мы имеем? Наличествуют два огромных континента с кучей разных островов самых различных размеров. Вон один островок, похоже, не меньше Гренландии и лежит как раз между материками. А тутошняя земля круглая. Вот её другая сторона – там обнаружился ещё один остров, примерно с Мадагаскар.

Формой континенты, расположенные зеркально, напоминают песочные часы, только одна половина побольше другой. А ну-ка, приблизить карту! Изображение аж прыгнуло прямо в глаза. Быстро же система откликается, можно даже не проговаривать, а только подумать, что хочешь сделать.

Что видим? Леса, горы, поля, озера… Внутренние моря – не меньше Каспийского, множество рек, пустыни, города и поселения. Шикарный мир, да. Всё поделено на локации: есть закрытые, а есть частично открытые. Судя по названиям государств и территорий, тут у нас весь древний мир представлен.

Дабы не терять время попусту, решил поделать простые упражнения, естественно, лёжа. Отключил статус, через «не могу» позгибал руки и ноги, попытался проделать «косые скручивания» для боков и спины, повращал головой. Одновременно со всем этим тренировал зрение: усиленно моргал, вращал глазами как ошалелый. За этим занятием меня и застала Нада.

– Смотрю, занимаешься. Умница, а я уж грешным делом думала – в себя бы пришёл, и то ладно, а оно вона как! Мужик!

Я вымученно улыбнулся: вроде не злится, а что стебается – наверно и к лучшему. Повернувшись набок, я заметил, что соломы в сарае стало меньше. В углу стояли стол и два стула. Сам я был в одних трусах.

– Конечно, мы с тобой немножко перестарались, но, похоже, по-другому никак.

Девушка поставила на стол корзину, достав из неё пару морковок, протянула мне:

– Грызи давай, тебе это сейчас очень нужно. В местных овощах и фруктах в разы больше полезностей, чем в реальности.

Она села на стул, а я, давясь слюной, вгрызался в корнеплод.

– Продолжим нашу викторину. Времени у нас сегодня немного, так что я буду тебя подкармливать и разговоры разговаривать. На чём мы… А, вспомнила, по поводу нашей репутации! Этот мир ещё не открыт для игроков, Максим. Мы здесь испытатели, считай тестеры, и ты своего рода тоже тестер. По миру сейчас носятся, пытаясь засунуть свой нос везде, тысячи таких как мы, и у всех разные задачи, в основном пишутся инструкции по прохождению так называемые гайды. Но есть и другие форматы тестирования. Их немного, но они требуют определённых физических усилий, зачастую сопряженных с болью. И вот на одно из таких направлений наша с тобой страна решила направить осуждённых. Они испытывают ощущение боли на семидесяти процентах от реальной в капсулах длительного погружения. Волею судеб этих зэков забросило в нашу с тобой волость, так как она является одной из первых локаций «Земли надежды». Для них даже создали свою деревеньку с говорящим названием Выселки, но, как часто у нас бывает, что-то пошло не так. Сначала всё было более-менее: зэки разбрелись по округе, часть оказалась в Травниках, а остальные ломанулись в Барсуки – это село такое, отсюда недалече. Жители в этих деревнях встречали их, как родных. Ну как же – герои, появление которых предсказано богами, грозная сила в борьбе с нечистью и порождениями преисподней, которых с каждым годом становится всё больше и больше, тем более здесь в Пограничье. Первые три дня все пили и гуляли, обменивались знаниями и разными историями. Уже тогда прозвенели первые звоночки – все рассказы пришельцев отдавали низостью и даже мерзостью. Затем у селян стали пропадать вещи, исчезала домашняя птица, «Герои» начали требовать больше браги, медовухи и женской ласки. Женщины, уже испытавшие их внимание, ходили зарёванные и молчали. Чашу терпения переполнило ограбление божественного прихода в деревне Травники и жестокое изнасилование молодой жрицы. Люди обратились к богам, но те молчали, тогда сельский совет потребовал у наглых гостей объяснений. Те объяснились: ночью запалили божественный приход, сожгли дом старосты, оставив его связанным в огне, и сбежали из Травников, угнав скот и не позабыв вынести всё самое ценное. Наутро местное ополчение и воины из охраны решили нанести визит вежливости в Выселки – «родную» деревню бандитов, но застали одни головешки от домов. В Барсуках произошло то же самое, только выкрали ещё и дочь старосты, девочку семи лет, потребовав изрядный выкуп. Деньги и бухло в качестве выкупа были собраны и сразу отданы, ребёнка зэки отпустили. В погоню отправились лучшие следопыты и воины обоих сёл, но в лесу на них накинулись, кажется, чуть ли не все твари в округе. Потеряв троих воинов, люди вернулись по домам…

– Нада, подожди. Если бандиты ушли в леса, то их тоже должны были сожрать твари.

– Все поначалу так и решили, даже восстановили тотем возрождения в Выселках. Но никто не появился. Тогда опросили всех жителей, и люди в сёлах вспомнили: когда ещё шли празднества в честь этих «героев», ихние авторитеты встречались на опушке леса с какими-то типами в чёрных балахонах. Тогда, в эйфории гуляний, никто не придал этому значения, а чёрные балахоны, Максим, у нас носят адепты тёмных богов или, что ещё хуже, слуги преисподней. Значит, тёмные силы взяли эту банду под своё крыло. Видимо, есть у них колдун не из последних, смогли тотем свой установить, что там в случае чего заново возрождаться. За день до нашего с тобой появления твари в очередной раз ночью напали на Травники, осыпав село стрелами из леса. Убило двух ополченцев и сгорело три дома.

– А почему просто не выдернуть этих уродов из капсул?

– Максим, это же эксперимент. Негативные результаты тоже приносят свои плоды, к тому же выдернуть – значит нарушить договор. Выйти из игры можно лишь двумя путями: либо по своей воле, либо в случае опасности реальному здоровью человека, лежащего в капсуле, а так это – всего лишь игровой момент, и все дела.

– Ну хорошо, но тут ведь есть правитель? Типа князя? Прислал бы дружину, порубили бы тотем да разогнал всю эту кодлу.

– Ох, Максимка, было бы так просто… У князя проблем покруче хватает. Да и посылал он к нам два десятка бойцов, так попали они в засаду и были перебиты тварями и этими ублюдками. А крупных сил тут просто нет. Волость наша же начального уровня, да и само княжество особой силой похвастать не может. Вот гады и вошли в раж – грабят, насилуют и убивают всех подряд. Перекрыли основной тракт, да и по местным дорогам наводят шороху. А самое поганое, что они в отличие от местных НПС, активно прокачиваются. И если не найти управу, то через месяц—два они вырежут всю округу. Уже сейчас фактически мы в блокаде, а что будет дальше – страшно подумать.

Я не заметил, как оказался на втором стуле и уже уничтожил всю остальную снедь. Чёрт и куда столько влезло! Вот ни фига себе игра! Понятно, что это всё программа, но, когда у тебя на глазах разрубят женщину или ребёнка, тут у кого хочешь башня поедет. Я сидел, как пыльным мешком пришибленный, в шоке от перспектив.

– Ладно Максим ложись, пора заняться процедурами, – Нада выложила из кожаной мошны на стол разные флакончики и пучки трав, подошла ко мне, подхватила и мягко забросила меня на уже привычную соломенную перину. Дальше следовали натирания, вливания и окуривания.

– У меня квест от наставницы: через семь, ой, уже через шесть дней ты должен смело ходить, как минимум. Если мы справимся, то, думаю, поднимем чуть репу, то есть репутацию. Я стану травницей, а не ученицей как сейчас. Завтра мне надо в реал, тобой займётся тогда тётя Бояна, а сейчас всё, спи.

Мои веки отяжелели, и я провалился в сон – первый раз сам и осознано.

Утро встретило меня запахом озона. Наверное, прошёл дождь. Солнышко только распустило свои лучики, и природа просыпалась. Послушав звуки деревенского быта, я принялся моргать, крутить глазами, нюхать солому и вращать головой. Ай, забыл, надо же взглянуть на свой статус.

Ох, ничего себе!

Здоровье – 2.26

Внутренние органы 1.53

Восприятие – 2.88

Бодрость – 22%

Репутация с Волостью «Пограничная» – 3 (недоверие)

Репутация с селом «Травники» – 3 (недоверие)

Репутация со знахаркой «Бояна» – 3 ( недоверие)

Вот это я понимаю, не зря жилы рвал. Но надо больше стараться – судя по всему, только когда превозмогаешь себя, ломаешь все запреты и выходишь за границы человеческих возможностей, тогда и происходит прорыв.

И я пошёл на прорыв. В реале я навряд ли вообще встал бы после вчерашнего, а тут ничего – сам слёз, сам встал и сам же пошёл, ну как пошёл… Зацепился ногой за порожек и полетел со ступеньки во двор, даже руки не успел выставить. Но, несмотря на удар и боль, не вырубился, а вот разозлился изрядно. Подтянув ноги, дёрнул тело на бок упёршись локтями в землю, стиснул зубы, и встал на четвереньки. Идеально, лучше для меня в теперешнем состоянии и не придумаешь! Перебирая ручками да ножками, вращая башкой и глазьями, я пёр, что тот бульдозер по целине. Иногда руки внезапно ослабевали, и моё лицо встречалось с матерью-землёй. Замирал, отдыхая и вдыхая божественные ароматы подопревшего чернозёма, щедро удобренного куриными экскрементами. Отдышавшись, снова поднимался на четвереньки и колтыхал дальше. Сколько продолжалось это издевательство над здравым смыслом – мне сие не ведомо. Настал момент, когда я как баран упёрся головой в стену какого-то строения и что-то промычав, отключился совсем.

В себя пришёл уже банально на том же сеновале. Чьи-то сильные, явно умелые руки наминали мою тушку так, что я заорал похлеще резанного поросенка.

– Не ори! Как кусты ломать и выть волком, словно на луну, – так он герой, бл…ть. Баламошка ты юродивый! Удумал же лежа за курами гоняться. Весь насест куриный вокруг тебя кругами ходил, любовался: когда ещё такого тупиздня увидишь! Вот ведь чёрт верёвочный, и пошто мне такое наказание! Тьфу!

В мой рот привычно что-то влилось. Хлопнув дверью, тётя Бояна удалилась. Боль в теле снизила свой напор, и я понял, что снова хочется жрать. Скосив глаза на стол, заметил, что он девственно чист. Облом? Но нет, корзина со снедью обнаружилась у изголовья моего соломенного матраса. Подтянув себя к стене, я кое-как сел и дотянулся дрожащей рукой до этого рога изобилия.

Ну не может нормальный человек столько сожрать! У меня не аватар, а бездонная бочка какая-то. Сколько же мне энергии надо? Эх, статус огорчил: все показатели скатились, и бодрость всего двенадцать процентов. На глаза попался конвертик с посланием от Нады, ой, я же совсем забыл, надо дальше про игру разузнать-то. Мыслью велел конверту развернуться…

О, Великое Американское королевство занимает половину одного из двух континентов. Там же расположены королевства поменьше – Канадское, Бразильское, Боливийское, Мексиканское, Аргентинское. А вот совсем крошечные земли ацтеков, майя, инков: понятно, дань исторической памяти, так сказать. Совсем неудивительно, с американским подходом к делу лет через сто все реально будут думать, что гегемону лет тыщь этак сто, и что америкосы создатели всего сущего – неба, солнца и звёзд, ну и по мелочи там – колесо, порох. А Иисус, Мухаммед, Кришна да что там, все боги в истории человечества – чистокровные американцы. А кто будет не согласен – сто лет тюрьмы за сепаратизм. Остальному миру, кроме своих сателлитов, – санкции.

Вернёмся к моей карте. Меньшая часть представляет собой Тёмные земли и всё в тумане войны, ну, это, наверно, правильно, они же тёмные. А вот на перешейке – ну как на перешейке, километров сто он в ширину будет – у нас Фронтир, и расползается он, как устье реки, по всему континенту.

А это что за блинчик? Украинцы, ха-ха, ой не могу! Великая Украина! Ещё одни создатели всего сущего. Как они здесь оказались? А, понял, эти же всегда на страже демократии. Ладно, бог им судья.

А на нашем материке всё более-менее исторично. Эпохи намешаны разные, но на то она и игра. Вот Великая Русь, тоже кусочек неслабый, вся поделена на княжества: Владимирское, Новгородское, Киевское Суздальское ну и другие. А вот и империи: Византийская, Римская, Британская, Европейская даже. Китайская империя Мин тут же. Всевозможные халифаты и разные индусские раджастаны. О, Африканское королевство! Здоровенные локации, но и континент этот побольше будет. Есть где разгуляться. И вот и здесь тоже – Тёмные и Серые земли, расползающиеся, как рукава реки, между локациями. А это я не сразу заметил: на обоих континентах между светлыми и тёмными территориями на перешейках находятся Пустоши. Судя по масштабу, каждая не меньше Италии, не кисло так.

Игровая предыстория Земли Надежды довольно банальна. Пару тысяч лет назад мировые противоречия развитого техногенного общества достигли точки кипения, и земляне сошлись в ратной сече в космосе, покрошив друг друга в капусту. На посошок жахнули и по Земле, практически уничтожив всех и вся. Тут явились боги, наваляли всем зачинщикам, добили военные флоты и немедля установили свои законы. Оказывается, они куда-то отлучались новые миры создавать, вернулись, а тут такой праздник непослушания, так что прогресорствовать здесь особо не дадут: танков и самолётов не будет, уроки усвоены. Зато есть магия. Мои веки отяжелели и…

Глава 6

Утро красит нежным светом стены древнего Кремля! Ну я и дал стране угля – мелкого, но дофига. Как же хорошо, боже ж ты мой, мне определённо здесь нравится. Статус так и висел перед глазами. Не, ну вообще!

Здоровье 3.04

Телосложение 3.32

Внутренние органы 1.93

Восприятие 3.64

Бодрость 32%

Репутация с Волостью «Пограничная» – 3 (недоверие)

Репутация с селом «Травники» – 3 (недоверие)

Репутация со Знахаркой «Бояна» – 2 (недоверие)

Блин, вот и пойми этих женщин! Мне иногда кажется, что они с другой планеты. Вчера думал, что тётя Бояна меня аж пинками со двора погонит, а она мне репу подправила. Да чего только стоит дикая мешанина в её речи: старорусские слова, современный сленг, блатные выражения и смачный мат! Походу, это результат культурного обмена с зеками… Вот честное слово, не понимаю! Не могли, что ли, урок к тёмным игрокам забросить? А, может, это какой-то мудрый план? Да нет, скорее всего всё это от безысходности.

Оглядевшись вокруг, у двери обнаружил палку. Нет, непалку, пусть будет посох – я в мире магии или где? До неприличия запросто встал и двумя руками вцепился в «мою прелесть». Ничего такая подпорка! Ухватистая, тяжёлая, под два метра длиной. Очищенная от коры гладкая поверхность посоха прямо-таки требовала стремглав кинуться в кровопролитный, беспощадный бой. Но по факту она послужит лишь опорой для одного сиротинушки калечного. Впрочем, возможность двигаться с костылём для меня уже является большой удачей. Я решил пройтись и немного осмотреться.

Смешно забрасывая ноги, почти не чувствуя усталости, выдвинулся на свой первый самостоятельный променад по двору. Шагал вдоль хозяйственных построек, целенаправленно приближаясь к здоровому курятнику. Ну, что тут скажешь? В загоне-нагуле, огороженном плетнём, хаотично носились куры, наверное, размером с хорошую утку, а между ними вальяжно прохаживался царь горы – петух, сильно смахивающий на фазана со здоровенным клювом. Заметив моё внимание, он неспешной походкой направился ко мне и вылупил, свои моргала.

Я гордо, как вершина эволюции, расправив плечи, зыркал в ответ. Тут петух махнул крыльями, в одно движение взлетел на плетень и сразу со всей дури жахнул мне клювом в лоб! Моё тело, слегка подбросив, опустило на задницу в паре метров от нагула. Я ощутил, как со лба струйка крови побежала вниз и закапала с подбородка. В голове загудело набатом. В соседнем овине забесновалось что-то крупное. Мой же оппонент, легко спрыгнув вниз, наклонил голову набок и двинулся ко мне. И тут я со всей отчётливостью понял, что сейчас меня тупо заклюют наглухо! Не задумываясь о последствиях, ткнул палкой в грудь подскочившей наглой птице. Шанса разойтись краями не представилось – это исчадие ада, что-то яростно прокурлыкав, рвануло на меня, что тот Ленин в Петроград. За долю секунды до столкновения моё тело само на инстинктах крутанулось в сторону. Мимо меня, обдав тугой струёй воздуха, словно литерный состав промчалась моя пернатая погибель.

С каким-то первобытным рычанием я схватился за свой шест и с низкого старта, с пробуксовкой, помчался вперёд с такой скоростью, что Усэйн Болт мог бы нервно покурить. Мимо промелькнула охреневшая морда петуха.

Цель – родной спасительный сарайчик с мягким соломенным ложем была близка, но не тут-то было. Ляжку обожгло резкой болью, меня повело в сторону и сбило с курса. Рядом бежал мой клювастый палач и явно отсекал меня от моего укрытия. Пришлось заходить на второй круг. Петух возникал то справа, то слева и временами поклёвывал меня в бёдра, явно издеваясь. Меня швыряло из стороны в сторону. Вот в очередной раз промелькнула дверь сарая. Но забегать туда – верная смерть, закрыться от врага я не успею. Ноги стали заплетаться, и моё падение стало неизбежным. Кувыркнувшись через голову, весь заклёванный, я вскочил на четвереньки и продолжил драпать. Свой посох я выронил при падении. Вся надежда была только на Наду или Бояну, но их не было видно.

Небось, стоят где-то и тихонечко угорают. Краем глаза заметил, что к развлекухе стали подтягиваться товарки петуха – куры. Здесь они, очевидно, в агрессивности не уступали своему предводителю. Паника прибавила сил. Я вскочил с четверенек на ноги, и шатаясь, как пьяный матрос, продолжил марафон. За моей спиной неслась целая кавалькада крылатых бестий. Да они точно прикалываются!

Всепоглощающая злоба забурлила во мне, как гейзер. На глаза попался уроненный мной посох. Ну, пидоры пернатые, я вас не звал! Пока нагибался за оружием, получил удар когтями в мягкую часть. Всё, достали, у…бки! Упав, я уцепился за посох и принялся лёжа размахивать им в разные стороны, практически ослепнув из-за вдруг надвинувшейся на глаза красной пелены. Крутясь волчком на спине, я чувствовал, как деревянная палка сшибается с куриными тушками. Войдя в состояние неистовства, я бил орудием возмездия по мелькавшим пятнам.

Какофония из воплей умирающих кур, хруста их костей и моего рёва, очевидно, не осталась неуслышанной. Сквозь шум битвы пробивались взволнованные голоса людей. Но мне было не до них – я умирал, в глазах густел бордовый туман. Острая боль напоследок резанула сознание и наступила спасительная чернота.

Надежда вернулась в игру позже, чем рассчитывала. Дело было в том, что утром пришли последние данные с аватара Максима, и все специалисты были неслабо удивлены его крайними показателями: согласно прогнозам, такой рост должен был быть достигнут только ещё через две-три недели. Но самый шок наступил, когда поступили данные из медицинской капсулы, где лежало настоящее тело Максима. Прирост положительных показателей составил в 2 % за два дня, вирус начал отступать, на килограмм увеличилась масса тела. В общем, и в целом здоровье стабилизировалось. Надю хвалили все, и даже главврач Нечаева попросила рассказать про Макса. Оказывается, она знает его ещё с пелёнок. Было решено не ставить Максима в известность о его основной болезни во избежание возможных негативных последствий.

Бояна сегодня до обеда в ополчении врачует раненых, так что пора навестить героя. Ребята на просмотре заявили Наде, что прямо кипятком от смеха писали, когда вчера наблюдали за Максом, в игровом пространстве везде висят своего рода плавающие камеры, которые записывают все, что происходит на Земле Надежды. Для тестеров и персонажей эти ока невидимы и физически неосязаемы. У Нади, как у лечащего врача, тоже имелся доступ, но посмотреть она решила потом.

Войдя в виртуал и оказавшись в избе, Нада выскочила на крыльцо. Вчера вот бульона куриного не наварила – отсутствовала. Завернув за угол избы Нада, споткнувшись, чуть не упала. Весь участок был покрыт перьями и забрызган кровью, кое-где валялись мёртвые куры, обрывки окровавленной одежды. Корзина выпала из рук. Скинув оцепенение, Нада подбежала к месту, где, очевидно, был самый эпицентр бойни. Так, это одежда Макса!

Перья и кровь стали пропадать на глазах. Это сработала механика игры: если не собрать в тару мусор органического происхождения, то он исчезает. Так и куры пропадут, а их не на один бульон хватит! Девушка начала хватать раздробленные тушки, обернулась в поисках брошенной корзины…

«Господи, что ж я делаю, какой, к чертям, бульон? Где Макс?» Нада заглянула в домик – пусто. «Боже, что ж я так туплю-то»!

——Показать последнее событие.

—– Вы убиты. Воскрешение через 10.00 мин. 09. 59. 58… Вы воскресли. Ваше передвижение временно затруднено желательно оставаться на кругу воскрешения 1.59.58…

Вы воскресли. Ваше передвижение временно затруднено желательно оставаться на кругу воскрешения 1.59.58…

Запах гари, сильный запах гари – это первое, что я почувствовал. Зрение возвращалось, мир вокруг проявлялся, как бумажная фотография в растворе, медленно, но неуклонно. Смахнув – уже привычно одной силой мысли буковки статуса с глаз долой, огляделся. Сидел я на деревянном помосте круглой формы, прислонившись к столбу. Наверное, это и есть тот самый тотем возрождения. Убили меня, значит! Было тогда жутко, очень страшила неизвестность – оживу ли я, будет ли опять больно? А вдруг я, оживши, истеку кровью и снова умру – и так без конца?

Действительность оказалась не такой мрачной, я бы даже сказал, жизнеутверждающей – никаких травм, порванных мышц, порезов и синяков. Немного печалило отсутствие одежды, кроме трусов и обильных кровяных подтёков, перемешанных с травой и грязью, на мне не было ничего.

Солнце стояло в зените и довольно активно припекало. Прямо перед моими глазами возвышалось двухэтажное строение с высокой двухскатной крышей, покрытой тёсом. Это было самое большое и важное здание на всей площади, наверняка являющейся центром села. Скорее всего, двухэтажная хоромина исполняла функции места правления деревни. С разных сторон по кругу располагались торговые лавки, постоялый двор с харчевней и небольшие мастерские. Ряд зданий прерывался пустырём, на котором шло строительство. На соседних со стройкой домах кое-где виднелись обгорелые подпалины, да и вообще почти все здания на площади несли следы пережитого пожара. Скорее всего, отстраивают сгоревший приход, догадался я. За стройкой наблюдал здоровый детина, наверно метра под два ростом, с широкими покатыми плечами и длинной, не по возрасту седой бородой. В руке бородач держал резной посох.

Оказавшийся на площади народ начал замечать меня, такого красивого, и не спеша стягиваться к тотему. Через пару минуту вокруг помоста стало людно и тесно. Жители стояли молча и только хмурые лица выдавали их отношение ко мне. Мужчины были одеты в длинные, до колен, рубахи серых тонов и широкие штаны. На женщинах красовались сарафаны в пол с вышивкой по самому подолу и на рукавах, головы покрывали цветные платки. На ногах у многих мужчин были одеты добротные сапоги, но кое-кто обулся и в лапти. Женщины же щеголяли в мягких кожаных ботиночках, наподобие мокасин.

Сквозь молчащую толпу просочились дети и тут же занялись делом. В меня полетела первая, коровья, наверное, лепёшка, через пару секунд обстрел усилился. Я прикрылся как мог руками и ногами, приняв позу эмбриона. Никто из взрослых не вмешивался.

– А ну, отроки, кыш отседова!

Я поднял голову, передо мной стоял тот самый детина с бородой и посохом. Детей уже не было. На меня смотрели пронзительные синие глаза. Очень захотелось куда-нибудь исчезнуть, раствориться или же проснуться, в конце концов.

– Поведай-ка мне, Гарип безродный, кто и почто тебя так отдубасил.

Соврать я почему-то не мог, даже если бы захотел. Вот это сила у мужика – одним взглядом к земле клонит!

– Куры во главе с петухом заклевали до смерти…

Вот теперь столпившийся у тотема народ отреагировал, да ещё как. Ржали все, утирая слёзы, хлопая себя по коленям и без конца повторяя: «Куры с петухом!». Даже грозный мужик улыбнулся. Я уже боялся, что начнётся массовая истерика, но тут этот с посохом поднял руку, и смех стал затихать.

– Ты же у Бояны хворь лечишь, за каким бесом к этим курам в нагул полез? Это вотчина петуха, и там он своих курочек топчет.

– Да я, в общем-то, не лез ни в какой нагул! Просто подошёл на кур посмотреть – интересно же, я таких никогда не видел. А петух стал гонять меня по двору, а потом и куры присоединились…

Улыбки стали сползать с лиц селян, здоровый мужик с седой бородой нахмурился:

– Максим расскажи-ка мне подробно, безо всякой утайки, как дело было.

Седобородый повернулся к людям, но они уже почти все куда-то быстро разошлись. На память я не жаловался, рассказал всё подробно, чего уж там.

– Ты идти сможешь?

Я уверенно кивнул, хотя слабость никуда не делась. Но надо попробовать. Я поднялся на ноги, и в раскорячку двинулся за мужиком.

– Меня можешь звать отец Белозар, – новый знакомый дождался меня и, взяв под локоть, потащил вдоль улицы.

А нам навстречу бежала вся растрёпанная, но такая милая моя спасительница, и похоже, по её боевому виду мне грозило что-то ужасное. Зыркнув на отца Белозара, она молча выхватила из его клешни мою руку и как трактор, потащила меня в светлое будущее. Дошли быстро, дом знахарки был рядом. Повалившись на «свою» лавочку, я тяжело задышал. Тётя Бояна уже пришла, и они с Белозаром скрылись в курятнике. И чего эти куры им дались? Нада, не сказав ни слова, ушла в дом. Плохо, очень плохо… Надо бы с ней поговорить, попросить прощения за что-нибудь, они это любят.

Из курятника вдруг полыхнуло светом. Ни хрена себе, наверное, какая-то магия, прикольно! Мимо меня к избе прошла Бояна, в руках она несла тушки мёртвых кур. Интересно, нафига ей столько мяса? Вскоре из дома вышла моя кормилица со здоровенным подносом, от которого парило мясным духом.

– Не желает ли славный воин вкусить тела врагов, поверженных в ратном бою?

Слава богам, заговорила, стебёться, значит, ещё поживём. Но пожевать мне так и не дали. Занеся поднос в сарай, девушка взяла меня за руку и потащила за избу. Здесь я ещё не был. Под навесом стояла здоровенная деревянная бочка, а к её краю вели широкие ступеньки. Вот чего мне недоставало больше всего за эти дни! Да и за множество предыдущих там, в реале. Я, не дожидаясь никаких слов или команд, кинулся по ступенькам, собираясь нырнуть с головой, но в последний меня за щиколотку схватила женская рука. Я чуть не споткнулся и в недоумении обернулся. Нада с шумным вздохом закатила газа, как это умеют делать только женщины, выражая своё отношение к происходящему:

– Макс, включи голову!

Чёрт, и верно, нырнул бы в бочку вниз головой – и снова здравствуй, тотем возрождения… Сделав умное лицо, неспешно спустился в воду. О, какой кайф! Вода сразу стала темнеть, а я чем-то вроде мочалки сдирал с себя всю гадость, плещась, как ребёнок.

– Макс всё хватит, вылась давай, а то всё остынет!

Спорить я не решился. Одев свежую и, похоже, новую одёжку (по здешней моде, рубаху со штанами) почувствовал себя человеком. Присев за стол в сарае, мы принялись вкушать, причём я накинулся на куриное мясо безо всякого стеснения. Это что же получается – после каждого физического действа так и буду метать в себя пищу килограммами? Вопросы, одни вопросы. Отяжелевший, слегка осоловевший я вывалился из сарая на лавочку. Нада понесла посуду в дом.

Из овина, того самого, в котором живёт что-то крупное, вышел отец Белозар.

– Я присяду Максим? —

– К-конечно! – от волнения я стал слегка заикаться: рядом с Белозаром на меня почему-то нападал мандраж.

– Тебе, наверное, интересно узнать, что здесь произошло? Так вот, сразу тебе скажу: твоей вины в произошедшем нет, а скорее наоборот. Ты, наверное, слышал, какая беда пришла на наши исконные земли? Это случалось и раньше, но на этот раз всё в разы хуже, отчасти благодаря твоим соплеменникам. Слугам Вия удалось найти и наверняка уничтожить ближайшие к нам тотемы светлой силы, оберегавшие людей, природу и зверей от тёмных порождений. Виевы подручные установили свои тотемы. Первые отголоски чёрной силы уже затронули окрестные леса. Природа становится враждебной человеку, а звери превращаются в тварей, коих не видела земля русская. Вот и до нашего села добралась нечисть поганая, злым духом своим накрыть землю нашу праведную пытается. Охотники в лес ходить боятся, скот в поля не вывести. А чтобы урожай посадить, а потом убрать – всем селом стали выходить для безопасности. Не хватает у нас людей с поганью этой справиться. Когда пришлые явились, мы уж и возрадовались хоть и слабые они, но помощь могли явить немалую. А оно вона, как вышло – ничем не лучше тёмных тварей оказались. Так вот, Максим, петух с курами, что на тебя набросились, так вести себя не могут. Чтоб перегородку нагула преодолеть, да на человека кинуться – несвойственно это домашним птицам. Оказалось, что дух тёмный в разум их куриный вселился, вот и обезумели они. А ты смертью своей героической под их клювами вовремя предупредил нас, за что мы тебе благодарны.

Рука Белозара коснулась моего плеча.

Репутация с Отцом «Белозаром» 0 (Безразличие)

Репутация с Волостью «Пограничная» – 2 (недоверие)

Репутация с селом «Травники» – 2 (недоверие)

Репутация со Знахаркой «Бояна» – 1 (недоверие)

Внимание – получено божественное благословение «Длань Ярило». Восстанавливает здоровье, придает сил и выносливости, снимает все негативные эффекты вплоть до редкого.

Здоровье: +2

Сила: +2

Восприятие +1

Бодрость: +20 %

Время действия благословения 3 часа.

Меня окутало мягкое свечение. По телу пробежала лёгкая дрожь, с плеч будто гора свалилась, исчезло сосущее ощущение в груди, слабость растаяла, как дым. Тело наполнилось небывалой для меня силой, в голове исчезла боль, а мир заиграл новыми красками. Встав с лавочки молча поклонился в ноги отцу Белозару. Подходящих слов, я не находил, все слова благодарности казались недостойными, не подобающими текущему моменту. Но и стоять, пуча глаза, как камбала, было глупо.

– Отец Белозар, не судите, пожалуйста, по стае отщепенцев обо всех пришлых одним гуртом! Эти выродки и на нашей земле достойны только тюрьмы и меча. В большинстве своем мы праведные и трудолюбивые люди, но и постоять за себя, свой род и друзей можем. Прошу вас: если селу, любому его жителю понадобится какая-то либо помощь, то вы только скажите, а я приложу все силы и не посрамлю ни свой род, ни свое отечество!

Ещё раз поклонившись после этой тирады, я замолк. С мудрой улыбкой Белозар поднялся с лавочки и проговорил.

– Вижу я, что нет в тебе гнильцы и мракобесия, но ты ещё слишком слаб, да и доверие у людей заслужить надо. Слышал я, что в другой стороне княжества тоже появились пришлые, но ведут они себя в основном по правде, и это вселяет надежду. А тут нам боги испытание на веру истинную уготовили, видимо, дух и волю нашу проверить решили. Максим, мы ещё обязательно встретимся, и я тебе о многом расскажу, а сейчас извини, у меня действительно много дел.

Белозар дождался тётю Бояну, и они быстро куда-то ушли. Как же мне хорошо! Я уже и не помню подобных ощущений. Наду, наверное, конкретно запрягли, отрабатывает прогул, поди, хе-хе. Мне ясно дали понять, что всё в моих руках, а, значит, у меня есть три часа. Ой, уже меньше. Всё отпущенное мне время я бегал кругами в разных направлениях, отжимался, скакал со своим посохом, как сайгак из Шаолиня, подтягивался на балке в сарае. Когда силы покидали меня – просто падал в сено. И всю дорогу, всё это время я смеялся, нет, не смеялся, а ржал как конь.

Пару раз выходила Нада, улыбалась и снова исчезала в избе. В оставшиеся полчаса я поменял воду в бадье и с радостными криками поплескался в ней. В сарай, ставший уже чуть ли не домом родным, мы вошли одновременно с моей кормилицей, принёсшей еду.

Я смел со стола ужин и взгромоздился на родную соломенную лежанку в ожидании лечения и расплаты за надругательство над своим телом. И дождался: всего затрясло, мышцы рвало и тянуло, в голове били молотом по наковальне, тело обдавало жаром, и оно обильно потело. Нада металась вокруг меня, вливая разные микстуры и натирая мою кожу чем-то ядовито жгучим. При этом она без остановки то ли ругала меня, то ли хвалила – я так не понял.

Боль постепенно утихала, а на её место пришла тяжёлая усталость. Напоследок залив в меня что-то ужасно противное, Нада пожелала спокойной ночи и закрыла за собой дверь сарая. Я провалился в сон…

Глава 7

Утром, проснувшись, я захотел парного молока. Но его рядом не было, поэтому я встал и вышел из сарая потягиваясь. Уселся на лавочку, потёр лицо руками, чтобы окончательно проснуться и вспомнил, что не проверил свой статус.

Вызвал, перед глазами появилась целая простыня текста. Ни хрена тут наворочено!

——Вами получен урон: – 35 XP (единиц здоровья) Внимание- ошибка! Идёт перерасчёт… Перерасчёт произведён.

——Вами получен урон: – 1.4 XP.

——Вами получен урон: 0.2 XP.

——Вами получен урон: 0.1 XP.

——Вами получен …

——Вами нанесен урон: 34 XP.

—– Вами нанесен урон: 21 XP.

——Вами получен урон: 0.8 XP.

——Вами нанесен урон: 58 XP.

——Вами убита частично мутировавшая кура породы «Муромская» уровень – 2. Получено 1.9 XP.

——Вами получен новый уровень: Текущий уровень – 1

Внимание ошибка! Идет поиск решения… Решение найдено! Уровень будет заморожен до полного достижения приемлемого для игры уровня Атрибутов. Полученные очки здоровья также замораживаются.

——Вами нанесен урон: 43 XP.

——Вами нанесен…

——Вами убита частично мутировавшая кура породы «Муромская» уровень – 3. Получено 2.89 XP.

——Вами нанесен…

——Вами получен…

——Вами убита…

——Вами убита…

——Вам нанесен…

Вами получен атрибут характеристики «Стойкость»

Внимание- ошибка! атрибут заморожен до…

Вами получен навык «Регенерация». Принять: Да/Нет.

——Вам нанесен…

——Вы убиты. Воскрешение через 10.00 мин 9.59.58…

Вами получено достижение «Заклёванный до смерти» Стойкость +1 Заморожено до…

Офигеть! Я сидел и раз за разом перечитывал логи, стараясь вникнуть во все эти данные и цифры., но полная картина не складывалась.

– Прочитал? – вдруг раздалось над ухом.

Я как сидел, так и запрыгнул с ногами на лавочку одним движением.

– Уф, ну нельзя же так, Надочка! Инфаркт микарда, вот такой рубец! – хлопнул я рукой по своей груди.

– Как-как ты меня назвал? Ну ладно, разрешаю. А так я уже минут пять здесь любуюсь, как ты лоб морщишь.

– Да я просто в шоке был!

– Не ты один, я твой статус видела, потом ещё кино посмотрела – немного расплакалась. Макс, ну нельзя же так! Бешеные куры тебя до смерти заклевали! Боюсь даже представить, что ты чувствовал.

– Зато какие ничтяки заполучил, да и вариантов не было…

– Ты знаешь, мне сегодня целый циркуляр прислали по твоей прокачке. Вкратце тебе сейчас надо все твои достижения закрепить и довести бодрость до предела. Это сильно поможет в игре, а что ты туда попадёшь – уже никто не сомневается. Ох, Максимка, какие же ты страсти разжёг в нашей команде! На тебя даже ставки стали делать! А эти курицы, общипанные задолбали: расскажи да расскажи про тебя… Ну, тебя уже не касаются такие подробности, это мы о своём, о женском.

– Надочка, подожди, ты мне лучше объясни. С этими очками в статусе что-то у меня не сходится…

– И тут ты умудрился отличиться! Понимаешь, ты в игру никак попасть не должен был. Под наши капсулы другая виртуалка разрабатывается: ну там радуга, единороги, медсестрички, пляжи, море. Там убиться нереально, сплошь покой и нега. У нашего ИИ аж мозги электронные вскипели, когда ты оказался тут. Но получилось даже лучше! Тебя официально в штат испытателей «Земли Надежды» взяли, ещё и премию выписали. А по поводу этих очков – тебе же уровень дали и, соответственно, очки здоровья до твоей верхней планки вернули. Одно очко здоровья соответствует двадцати игровым очкам, вот ты только поэтому выстоял столько в куриной битве. Я тебе ещё там по игре инфу скинула, почитаешь потом. Сейчас мы покушаем, а затем буду твои желания исполнять.

Вот и молоко со сдобами, как с утра мечталось. Просто праздник души какой-то, и ещё желания будут исполнять, ну вообще!

– Нада, посоветуй. Хочу взять регенерацию, а вот про достижение даже не знаю.

– Бери все, твоя регенерация вообще вещь! О ней все мечтают, но так себя истязать, да ещё и на ста процентах чувствительности, чтобы её добыть… Из-за самых высоких процентов ты её и получил, и лишним это достижение не будет, к тому же там единица стойкости добавилась. Макс, да я тебе уже завидую вовсю. Так, ну а теперь плюшки! Приказано тебя как-то поощрить и заодно простимулировать. Ручного дракона не обещаю, но что ни будь подберём.

– А откуда у нас деньги? И давно хотел спросить, как мне с тётей Бояной за всё рассчитываться.

– «У нас»? Хм, а мне нравится ход твоих мыслей. Максим, неужели ты думал, что эксперимент такого можно сказать мирового уровня пустят на самотёк? Хотя да, работает принцип невмешательства, но мы непростые испытатели – на нас с тобой, сжав кулачки, смотрят с большой надеждой. Конечно, минимальный уровень поддержки нам обеспечен. Не хватало ещё, чтобы ты, беспомощный, от голода здесь умер, находясь в капсуле, ни имеющей ещё стоимости от слова совсем. Капсул таких пока всего пять, и пять испытательных стендов на весь грёбаный мир. Так что донат сейчас рулит. Поэтому вся живность и урожай у Бояны скуплены на корню, и дом этот, и моё проживание в нём, и учёба проплачены с запасом на три месяца вперёд. Мало того, я лично Белозару заносила компенсацию за сожжённые приход и дом старосты: так сказать, возмещение ущерба от имени нас, пришлых. Еле вручила, пришлось соврать, что ты очень для рода важен. А от главного тотема силы, что в храме сожгли, и твоя жизнь зависит! Вот на скорейшее восстановление мы кубышку и выгребли. Если бы они знали, насколько ты действительно важен для всех пришлых! Ну ладно излагай же, что столь родовитому и полезному мужу надобно!

– Сейчас в себя приду, а то как говорила моя мама, «Санта-Барбара отдыхает». Не знаю, что это за Барбара такая, но твоей речью я проникся. Если можно, то – железную штыковую лопату потяжелей, сапоги или ботинки главное с подошвой потолще и два ножа: один с ручкой, а другой без – для метания. Да и ещё точило надобно, чтобы ножи с лопатой править. Есть у меня кое-какие мысли…

– Ну ты, блин, даёшь! Лопату ему потолще! Чую, дичь какую-то задумал. Ладно, я побежала, жди.

Ура, лопата будет и нож тоже. Ну, ворог, держись! Надо ещё раз данные свои проверить. Статус!

Очки Опыта 100/200 (Заморожено)

Здоровье 4.14

Телосложение 4.09

Внутренние органы 2.23

Восприятие 4.17

Стойкость 2.0 (Заморожено)

Бодрость 54%

Навыки:

Регенерация 1.0

Достижения:

Заклёванный до смерти.

Очки Характеристик 5.0 (Заморожено)

Репутация с селом «Травники» – 2 (недоверие)

Репутация со Знахаркой Репутация с Волостью «Пограничная» – 2 (недоверие)

Бояна – 1 (недоверие)

Репутация с отцом Белозаром – 0 (Безразличие)

Красавчик, я короче! Повторяя вчерашний физкультурный комплекс, я с нетерпением поглядывал на калитку. И вот свершилось: в воротах появился лёгкий смерч и промчался с лопатой в дом. Ну, наверное, так надо. Делая вид, что совсем не волнуюсь, носился по участку со своей палкой, пытаясь не показывать своё нетерпение.

Вы когда-нибудь видели вживую или по ящику как наши женщины в русском танце, разводя руки плывут по сцене, словно павы? Вот эту красоту я и увидел: в роскошном, расшитом яркими цветами на зелёной основе, платье, приталенном жёлтым широким поясом, в моднячих красных сапожках и расшитом узорами с бисером кокошнике моя богиня была хороша, как сказка. Застыв соляным столбиком и разинув рот, я молча наслаждался столь гармоничным и прекрасным творением. Но Нада решила подкинуть экспрессии и окончательно добить меня. Быстро перебирая изумительными ножками, она закружилась передо мной. Мой левый глаз задёргался, я вытаращился на её ножки, которые почти полностью оголились под взметнувшимся кверху платьем. Боже, ну нельзя же так! Тестостерон мощной волной ударил по мозгу. Мой уже много времени дремлющий богатырь, который в последнее время мог только ссать, вдруг решил показать свою удаль и принялся восставать из забвения. Прикрываться руками я не стал – как-то совсем не комильфо. Вот я так и стоял, гордый и пунцовый как рак. Стряхнув оцепенение, я, наконец, додумался упасть на колени. Мой ангел с широкой улыбкой походкой от бедра приблизилась ко мне. Мой взгляд упёрся в ее коленочки. Легче не стало. Да что ж это за сексуальный тренинг такой на мою голову!

– Смотрю, тебе понравилось! Этот наряд я для города приготовила, мне его неделю шили. А стоит он мама не горюй, но мне тоже премию выписали, вот!

– Нада, не могла бы ты, ну это, блин, переодеться, а то я тут…

– Ха-ха-ха, а ты такой смешной, Макс! Я ведь врач!

– Да, но в первую очередь, ты девушка, притом очень красивая. Я сейчас даже встать не могу, в общем!

Заливаясь смехом, она убежала в дом. Ух, стало отпускать. Значит, реально выздоравливаю. Ну а где же мои плюшки? Нада появилась снова, уже в повседневной одежде, и принесла с собой лопату и мешок.

Вот это лопата! Всем лопатам лопата! На массивном надёжном черенке покоилось металлическое полотно обычной «лопатной» ширины, но толщиной с деревянную разделочную доску, заточенную с нижнего края. Из мешка были вынуты сапоги – такие добротные, из мягкой и крепкой кожи, с толстой подмёткой. Нож был тоже неплох: резать строгать, разделывать им самое оно. Оплетённая кожей рукоять удобно сидела в руке. Далее из мешка извлекли четыре ножа, заточенных двух сторон и с ручками в форме вытянутой баранки. Это орудия для метания, а ещё добавилась перевязь с гнёздами для них. Моя радость опять залезла в мешок и вынула обломанный кусок толстого металлического прута. Серый метал, покрытый мелким абразивом. Явно не отсюда эта штука!

Я поднял свои глаза на Наду, она сразу догадалась и ткнула пальцем вверх. И я, пожалуй, впервые за эти дни, всмотрелся в небо. Однако! На огромной высотище, на орбите планеты парило множество предметов, оттуда казавшихся крохотными. И как же я этого не видел раньше. А, ну да понятно, тогда зрение не позволяло, а теперь с глазами всё в порядке. Вот где, значит, остатки военно-космических флотов Земли, перемоловших друг друга и добитых гневом вернувшихся богов! Обломки покрупней да покрепче, сходя с орбиты и не сгорев атмосфере, достигают земли. Вот откуда этот прут в руках Нады.

– А теперь гвоздь нашей программы! Та-дам!

Из мешка появился широкий кожаный пояс с прикреплёнными к нему двумя ножнами. Одни ножны, подлиннее, были пустыми, а вот из вторых, малых, торчала рукоять с клювообразным навершием. Нада, не спеша, вытянула оружие, и тут я очередной раз выпал в осадок.

Это не сон! Хотя да, не следует забывать, что здесь виртуальная реальность. Это был Боуи. Внушительный тесак, с S-образной гардой и характерной «щучкой» на обухе у самого острия. Рукоять Боуи состояла из двух деревянных щёчек с вырезами под пальцы. Меня прорвало от восторга – подняв Наду за пояс, я закружился и сразу упал, успев обслюнявить девушке все лицо.

До вечера я терпеливо изнурял себя тренировками, в перерывах затачивал лопату с трёх сторон и правил ножи, хоть они и так были остры. Боуи Нада купила у вдовы охотника. На него облизывались все мужики в селе, но отдать за нож деньги, на которые можно построить дом, были не готовы. Да, охотнику этому когда-то повезло найти кусок «небесного железа». Везунчик допёр его до деревни, продал кузнецам, после чего год бухал и в результате помер. Но хотя бы ему хватило ума заказать кузнецам этот нож, теперь доставшийся мне, а может, он его выковырял из упавшего железа, фиг знает.

Вечером, откушав и пройдя очередные процедуры, наконец-то добрался снова до игрового мануала. Итак, что мы имеем дальше?

Для создания баланса боги заселили Землю Надежды разумными расами из других божественных пределов. В итоге здесь собрались эльфы с гномами – сторонниками светлой стороны; Дроу и Дворфы – соответственно, приверженцы стороны тёмной; орки и гоблины, живущие в горах, серых землях, и у тёмных, ещё они тусуются на Пустошах.

Эльфы и Дроу заселяли леса, коих было великое множество. Дворфы и гномы жались, естественно, к горам. Но многие из них обитали в людских поселениях, ковали металл, вели торговлю, или какие ещё дела мутили. Орки и гоблины в этом мире исполняли роль кочевников, и если орка можно было увидеть в человеческих городах, то гоблина – никогда. Между гоблинами и людьми царили только вражда и ненависть.

Правителей всех мастей и наименований в игре было дохрена: цари, короли, шахи, падишахи, князи, султаны и тд, и тп. Меня больше интересовала Великая Русь. Поделённая на княжества, она управлялась Великим князем Владимиром. Ага, тут разработчики особо мудрить не стали, все привычно. Русь состоит из пары десятков княжеств-локаций со своими уровнями. Но если в начальных локах сильных монстров не встретишь, то в остальных – как повезёт.

У князей в помощниках бояре и воеводы, которым подчиняется дворовый и служивый люд. Каждое княжество поделено на волости, где и живёт основная масса населения. Кстати, игроки на любой игровой земле могут быть кем угодно, невзирая на окружение: хоть самураем, хоть асасином. На всей территории Земли финансовый порядок один, и в нём принята следующая градация:

10 монет меди равны 1 монете серебра

10 монет серебра равны 1 монете золота

10 монет золота равны 1 кредиту

Причём кредитами могут пользоваться только игроки – выводить, вводить рассчитываться между собой. Один кредит равен где-то пятьюдесятью мультивалютным единицам. Монеты отчеканены по-разному, в каждой стране свои рельефы на аверсах-реверсах, но все они равны по платёжеспособности и номиналу. К примеру, каравай хлеба стоит 1 медяк и на Руси, и в Византии, но то в сёлах, а в городах от вольного, да и войны, набеги, голод, никто не отменял, а там уже расклад другой. С голодухи за хлебушек по весу в золоте отдашь, уж я-то знаю.

Следующую пару дней я перекапывал огород тети Бояны, кидал ножи, скакал с посохом и лопатой (изрядно смеша своих лекарш). Успел обнулить репу с хозяйкой и перешагнул отметку «пять» баллов, кроме состояния органов. Бодрость достигла 83 %. Тело ускоренно приходило в норму.

Завтра у Нады сдача задания – то есть она должна показать меня, здорового и целого. Тогда мой ангел-хранитель перейдёт из учениц на уровень лекаря– травницы.

Разбудили меня среди ночи звуки тревоги. Знаете, когда в рельс бьют? Вот и тут также было. Скатившись с соломы, я первым делом подпоясался и выглянул во двор. Над головой висело тяжёлое свинцово-серое небо, в лицо бил сильный порывистый ветер, норовивший вырвать дверь из рук.

Я вышел. Вокруг стоял людской гомон, раздавались команды, слышались крики и детский плач, по всему селу билась и ревела животина. Из-за высокого частокола, огораживающего село, доносились клацанье зубов, утробный рёв и душераздирающий вой.

Нада, наверное, уже там, на стене, да и Бояна тоже. Как же помочь? Я схватил лопату и заметался по двору. Где-то там, у частокола, раздался и затих предсмертный крик, следом ещё и ещё. В небе замелькали огненные росчерки.

Бл…ть, горящие стрелы! Сожгут село, сраные паскуды! Что делать-то? Одна из них ударила в угол избы, где, как на грех, валялась куча древесных щепок. Занялся огонь, а я стоял и смотрел, как заворожённый… Да японский городовой! Не дам сгореть дому тёти Бояны и Нады! Стряхнув оцепенение, я бросился с лопатой раскидывать горящие деревяшки, но огонь жрал угол избы не унимаясь. Я бросил лопату, схватил оказавшееся поблизости ведро, побежал к бадье, зачерпнул и понесся обратно, лишь с шестым вылитым ведром огонь был потушен. Я огляделся: по всему селу разгорались пожары. Надо снова наполнить ведро и быть наготове…

Во всеобщем гвалте чётко послышались громкие щелчки. Я подхватил лопату, крадучись на полусогнутых выглянул из-за угла. Поначалу никого не было, но вдруг воздух пошёл рябью, и в трёх метрах от меня проявилось это. На двух ногах с выгнутыми назад коленями, стояло черт его знает, что такое – то ли мини-Годзилла, то ли кузнечик-переросток. Худощавое, сплетённое из одних мышц тело, покрытое мелкой чешуёй, короткие передние когтистые лапы, вытянутая вперёд узкая морда с крокодильими челюстями. Они без остановки клацали весьма немаленькими зубами, и было этих зубов очень много, ещё и не один ряд. По всему монстру – от кончика хвоста до ушных впадин – пробегали цветовые волны, как бывает при настраиваемом изображении. Возвышаясь на два с половиной метра, это недоразумение меня не замечало, гарь и стелющийся дым не давали ему учуять моё присутствие.

Мандраж охватил тело, злость стала выбираться наружу. Ну что ж, раз все здесь считают меня чокнутым, то надо соответствовать. А боль, что боль, я с ней давно уже живу, и насрать, что это всего лишь игра – местные здесь гибнут по-настоящему. Покрепче стиснув лопату, я поднял её двумя руками над головой и прыгнул навстречу чудищу. Тварь почувствовала опасность и успела дёрнуться в сторону, так что лопата моя ей по голове не попала. Зато с противным хрустом обрушилась на тело, половинка хвоста улетела в ночь. Промахнулся, но ничего… Спустя миг раздался дикий рёв, обрубок хвоста заметался, заливая всё вокруг какой-то мерзостью, завоняло прокисшем гнильём.

Я рванул прочь, пронёсся под навесом, услышав, как он рушится следом за моей спиной. Обогнул бадью, тут же развалившуюся под весом твари. Наш друг любит прыгать? Ускорившись из последних сил, добежал до садовых деревьев, резко свернул в сторону на грядки огорода тёти Бояны. Мимо пролетело вырванное с корнем деревце, и я резко свернул на пахоту. За спиной дохнуло мерзким смрадом. Под немыслимым углом я отскочил в сторону и по инерции не удержавшись упал, но тут же вскочил, держа лопату наперевес. Мои руки ходили ходуном, сердце казалось вот- вот покинет моё бренное тело, мгновенно выступивший пот застилал глаза, но я держался.

Тварь по инерции пронеслась мимо, сразу развернулась и поймала мои глаза своим взглядом. В то же мгновенье моё тело оцепенело. Задрав морду к небу, эта мразь снова заревела. А я стоял, растопырив ноги в полуприсяде, и не мог даже моргнуть. Так вот, ты какой – «стан», скилл оглушения. Если попадётся мне в будущем, надо брать себе однозначно!

И что со мной? Меня сейчас жрать буду, а я свои ощущения анализирую да планы строю, бл…ть. Действовать мы начали одновременно: монстр мощно прыгнул, а я, погружаясь пятками в пахоту не удержался, и упал на спину, как столб, по-прежнему парализованный. Над головой мелькнула смердящая пасть, выставленное кверху орудие ручного труда с силой повлекло в сторону, таща меня за собой. Ага, тварь напоролась на лопату! Треснула, ломаясь, моя кисть, моё оружие выскользнуло прочь из рук.

В этот момент ко мне вернулась подвижность. Перевернувшись на пузо, я приподнялся на локтях и увидел эту суку. Та стояла с разорванным брюхом, из которого кольцами вываливались кишки. Но что за? У ног чудовища закопошились невесть откуда взявшиеся какие-то черви, они поползли по ногам твари к разверстому брюху, залезали внутрь – и штопали рану, скрепляя её края своими телами! Кишки втягивались внутрь, брюхо зарастало на глазах. Твою мать, ещё немного времени, и эта падла эта станет как новенькая!

Краем глаза я заприметил ещё какое-то движение: что-то крупное приближалось ко мне. Ан нет, не ко мне! Доскакав на четырёх лапах до приходящей в себя твари, новый монстр встал на задние лапы за спиной чудовища и жестко обхватило его передними ручищами. Тварь заверещала, стуча прижатыми к бокам передними конечностями.

Мать моя женщина – это же обезьяна пришла на помощь! Горилла, точь-в-точь такая, как её рисуют в учебнике по зоологии за 7 класс.

Тварь и не собиралась сдавался. Его ноги с треском выгнулись вперёд коленями, и, стоя на одной конечности, по которой продолжали взбираться червячки-скоросшиватели, тварь принялась рвать когтями второй своей лапы обезьянку куда достанет. Рёв удвоился. Ну нет, пора показать, кто тут вершина эволюции! Я рванул из ножен свой любимый Боуи и с низкого старта помчался к твари. Только бы не промазать! Только бы не промазать! Не теряя ни секунды, я со всех сил оттолкнулся от земли и полетел уже в самом конце затяжного прыжка увидел перед собой это страшное, истекающее гноем рыло, заорав, плюнул в эту морду и засадил кинжал по самую гарду в левый глаз монстряки. В это самое мгновение челюсти твари сомкнулись на моей голове и раздавили её. Кажется, радостно улыбаясь, я успел услышать хруст своего расколотого черепа, прежде чем адская боль унесла меня в небытие.

Вы воскресли. Ваше передвижение временно затруднено желательно оставаться на кругу воскрешения 1.59.58…

Вот сижу и думаю: если бы я заранее знал о том, на что способна эта тварь, то попёр бы на неё буром или очканул? Вышло так, что в незнании наша сила. Ведь способно чудище, оказалось на многое: мимикрия, регенерация, ментал, всё это помноженное на бешеную скорость, реакцию и силу. Натуральная химера. Откуда в начальной локации такая зверюга? Надо с отцом Белозаром поговорить…

Чёрт, там же обезьян с тварью бьётся, а я расселся тут в одних трусах у воскресительного тотема. Перед глазами мелькают строчки статуса, но не до него сейчас. Пока бежал, огибал тоже торопящихся людей с вёдрами воды. Пожары ещё полыхали, но кое-где уже тлели угли – что-то догорело до конца, где-то уже было потушено. Ползущий по улицам села дым резал глаза, першило в горле. Звуки битвы затихали.

Добежал я к своему двору быстро, почти не запыхался: явно становлюсь сильней. На месте битвы лежала гора смердящего мяса, а рядом мой спаситель. Тяжело и надрывисто дыша, он сжимал и разжимал – руки? лапы? ноги? – не знаю, как правильней, но пускай будут здесь руки, а здесь ноги. Свой же брат-примат, почти человек! Ноги гориллы представляли из себя кровавое месиво. Я нашёл свою залитую кровью одежду, разорвал рубаху на куски и как можно аккуратнее обмотал ими нижние конечности обезьяна. Всё, теперь дождаться бы моих эскулапов, а то сдохнет ведь, а жалко – он уже почти как родной стал. А тварина-то эта всё-таки сдохла, и черви не помогли! Ну с клинком в мозгах особо не поживёшь. Хотя кто знает, где у неё мозг, и есть ли он вообще. Задыхаясь от смрада, я выдернул свой Боуи из головы мёртвого чудища, и тут перед глазами выскочила строка:

Развоплатить: Да/Нет

Я было собрался кивнуть, как мысленно ударил себя по голове: какое «развоплатить»! Моя радость узнает – меня сама развоплатит. Ведь здесь столько ценного и полезного в смысле ливера! Мысленно нажал «нет», надпись исчезла. Где-то я видел деревянные разнокалиберные банки и туески с крышками… А, вспомнил, под навесом, на полке! Сбегал до разрушенного навеса, порылся – почти вся эта деревянная посуда уцелела. Обмотав тряпкой лицо, как бедуин, я нагнулся с ножом над кучей воняющего мяса. Ну-с, приступим. Перво-наперво собрал всех ещё шевелящихся червячков-лекарей и насыпал их в посудину. Трижды блевал, но продолжил работу. Выковырял уцелевший глаз, положил в другую баночку. Расшатал клинком и по выковыривал все зубы, отпилил зубчиками Боуи голову от хребта, не удержался, вырвал язык из пасти: всегда мечтал такое сделать с кем-нибудь, а то наслушался в своё время «Я тебе язык твой поганый вырву!». Особенно противно было вырезать мозг и ковыряться в брюшине, но я справился. У твари обнаружились два сердца и две печени. Всё отрезанное и разрезанное отправлялось в баночки и туески. Крупные детали, типа черепа и хвоста, складывалось в старое корыто – какая-никакая, но ёмкость, значит, трофеи не исчезнут.

В какой-то момент перед глазами выскочила надпись:

Вами получено умение: «Потрошение». Получить Да/Нет

Тут я даже думать не стал, конечно «да», чую, мне это скоро очень пригодится. Обезьян тем временем задышал ровно. Я сходил к колодцу, попил сам и принёс ведро с водой болящей горилле. Приподняв ей голову, напоил, сунул ему под голову скрутку из тряпок и продолжил процесс раскручивания трупа. Умаялся отпиливать лапы от туши.

Опять выскочило перед глазами:

Вами получено умение: «Разделка» получить Да/Нет

И тут без раздумий – конечно «да». Когти решил не вырывать, во-первых, нечем, а во-вторых, и так неплохо выглядят лапы. Они были уложены в то же корыто к голове и хвосту. Пустых баночек осталось немного. Я принялся отделять шкуру от мяса. Я заметил, что с получением умений стал меньше тупить, скорость разделки увеличилась.

Солнце перешагнуло зенит, звуки боя давно утихли, по Травникам разносились надрывный плач и удары топоров. Ко многим людям сегодня в дом горе пришло… А что-то моя радость ко мне не сильно спешит. Ну и понятно, не до меня ей, сегодня столько раненых, что работы будет на несколько дней.

– Максим? Максим? Ты где запропастился, окаянный, Максим?

Не, не голос Нады. И не Бояны. Кому это я понадобился?

– Здесь я, в огороде сижу!

Запоздало пришла мысль, что выгляжу, наверное, не очень, да и вообще тут как-то не убрано. Из-за угла избы вынырнула маленькая старушка с большой корзиной. Где-то я ее уже видел, а, вспомнил: соседка баба Агния. Смотри-ка, сама пришла, а то обычно с той стороны плетня только ругалась на меня да плевалась.

– … у меня нет, только всяким шлындам снедь нос…

Бабка подняла голову, корзинка выпала из рук, на мгновенье замерев она заорала:

– Тати! Убили!!! Всех убили!! – развернувшись на месте, Агния с криками умчалась вдаль. Эх, сейчас начнётся… Наморщив лоб, я продолжил сдирать шкуру с монстрячьего мяса.

Первым, как ни странно, прибежал какой-то мужик с копьём, бородатый, со сросшимися бровями и грязными обвислыми усами. Он замер, выпучив на меня свои поросячьи глазки. А дальше начался цирк с конями.

– Макс!! Макс! Ты чего тут уч…

Вот не видел бы – сам бы не поверил! Моя радость, влетев на огород, затормозила, зажав нос пальцами. Так вот её глазищи, по-моему, вышли за пределы лица – не думал, что такое возможно. Или виртуальная реальность такое допускает? Вернув глаза в исходное положение, Нада обогнула меня по кругу и тихо остановилась у лежащей гориллы.

– Скажи мне Максим, почему Тоша тут и так изранен? Что случилось? – её голос дрожал, и было видно, что Нада держится из последних сил, чтобы не впасть в истерику. – Всё, стой и молчи, не говори ничего, но сейчас мне всё очень подробно расскажешь!

Женская логика – непобедимое оружие!

– Ждан, – продолжила моя радость, – спасибо тебе большое, всё в порядке. Можешь идти, здесь все свои. И найди Белозара, попроси его как можно быстрее сюда прийти. Будь добр!

Обросший чувак молча ушёл. Ни фига себе они её слушаются…

– Макс, я щас, быстро!

Нада умчалась в дом. Ну ладно, продолжим дело. Снятие шкуры оказалась самой геморройной частью разделки. Нада действительно скоро вернулась, но все её внимание забрал обезьян. Да я и не был в претензии: сам хотел её попросить помочь этому, как она его назвала, Тоше, что ли. Значит, они знакомы? Срезал очередной кусок со шкуры – с подушечкой своего пальца, замахав рукой, увидел сообщение:

Вами получено умение: «Свежевание» Получить Да/Нет

Внимание вы встали на путь получения профессий Повар, Кожевник, Мясник, Охотник. Получайте и развивайте соответствующие навыки. Удачи в выборе профессии.

Ну наконец-то! Конечно, «получить», вот какой я молодец. Продолжил шкуро отделение, не обращая внимание на порезы. Шло уже значительно легче. Нада закончила хлопотать над Тошей, огляделась вокруг и упёрла в меня свои прекрасные глазищи:

– Максим, скажи мне честно, что ты такое? Тебе сегодня сначала раздавили зубами голову, потом откусили её. И это при стопроцентной чувствительности! Ты сейчас должен или пузыри пускать, или лежать пластом в глубокой депрессии! А он сидит такой, весь в крови и дерьме да улыбаешься. Все расчёты от гуру психологии, классической и экстремальной медицины, все выкладки профессионалов военных и специальных подразделений, все прогнозы кучи разнообразных аналитиков ты просто растёр и смыл в унитаз. То, что ты вытворяешь, не поддаётся никакому пониманию, и логикой здесь не пахнет. У меня на служебном канале более двухсот непрочитанных вызовов! Пришлось ставить фильтр. И знаешь, Максим, меня сегодня сам Дед попросил узнать твоё мнение по поводу, цитирую, «твоего феномена». Дед! Представляешь? Его половина сотрудников «Зари» за всю жизнь и пары раз не видели! Но так и это ещё не всё! Три часа назад меня выдернули в реал на закрытый показ фильма – с тобой в главной роли. На просмотр допустили всего десять человек, включая меня и Деда. Каждый кадр был разобран по косточкам, там много чего удивительного, но концовка не оставила равнодушным никого: когда химера плющила твою башку – ты улыбался, Макс! Улыбался с видом самого счастливого человека на этой грёбаной земле!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.