Джек Харт
Джей Бакури

Редактор Татьяна Генг

Иллюстратор Джей Бакури

Дизайнер обложки Джей Бакури

© Джей Бакури, 2023

© Джей Бакури, иллюстрации, 2023

© Джей Бакури, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0059-9168-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Автор романа Джей Бакури Название «Джек Харт» Роман – фантастика

04.11. 2013 – 14.06. 2021

Размер шрифта – 12

Количество страниц в оригинале – 237 стр.

Содержание :

Пролог – стр. 2

Предисловие Интервью – стр. 3

Глава первая Воскрешение из мёртвых – стр. 4

Глава вторая Потусторонний мир – стр. 12

Глава третья Возвращение – стр. 21

Глава четвёртая Живая капсула – путь в будущее – стр. 29

Глава пятая Пробуждение – стр. 32

Глава шестая Пророчество – стр. 39

Глава седьмая Танец в огне – стр. 47

Глава восьмая Малави – стр. 57

Глава девятая Миньоны – стр. 67

Глава десятая Портал времени – стр. 76

Глава одиннадцатая Охота на монстра – стр. 86

Глава двенадцатая Инопланетные существа – стр. 95

Глава тринадцатая Берлин – стр. 101

Глава четырнадцатая Покушение – стр. 110

Глава пятнадцатая Предательство – стр. 115

Глава шестнадцатая Параллельный мир – стр. 127

Глава семнадцатая В гостях у Гюнтера – стр. 134

Глава восемнадцатая Уход от преследователей – стр. 146

Глава девятнадцатая Полёт на дирижабле – стр. 151

Глава двадцатая «Огород» Хольгера – стр.155

Глава двадцать первая Подарок пшеничных полей – стр. 166

Глава двадцать вторая Иси – стр. 174

Глава двадцать третья Полёт – стр. 185

Глава двадцать четвёртая Рассказы Иси о мироздании – стр. 193

Глава двадцать пятая Самопожертвование – стр. 203

Глава двадцать шестая Планета Нибиру – стр. 206

Глава двадцать седьмая Миссия выполнена – стр. 215

Эпилог – стр. 225

Аннотация:

Книга написана в жанре мистической фантастики. В романе писатель делится своими философскими мыслями о жизни, мироздании, о присутствии в жизни человека других сущностей, которые манипулируют общество в целях овладения властью над всей планетой, цивилизацией и в том числе над сознанием человека.

Герои романа, исследователи паранормальных явлений Галина и Джек, отправляются для необычного расследования в Берлин. Друг Галины, Гюнтер Браун, объясняет им, что в каждое полнолуние на территории исторического здания Рейхстага происходит трансформация времени и возврат жизни в годы правления нацисткой Германии. И чтобы выяснить причину этого аномального явления, группа экстрасенсов, к которой примкнул любознательный журналист, отправляется в путешествие во времени и оказывается в параллельном мире, в прошлом. Герои проходят многие испытания, они находят летательный аппарат пришельцев и на этом корабле летят в космос с целью уничтожения планеты Нибиру, которая причастна к порабощению земной цивилизации. Взорвав источник зла, герои погибают, но время и вселенная возвращают героев вновь в круговорот времени. Весь цикл жизни начинается заново.

Герои романа:

Джек Харт – бывший сотрудник военной разведки, исследователь аномальных явлений

Галина Багирова – экстрасенс, исследователь аномальных явлений

Александр Смирнов – журналист

Гюнтер Браун – немецкий экстрасенс

Хольгер Браун – брат-близнец Гюнтера

Иси – искусственный интеллект корабля

Пролог:

Роман посвящён актрисе, экстрасенсу, прорицательнице и прекрасному человеку Галине Исламовне Багировой.

Я познакомился с Галиной Багировой случайно, можно сказать, первая встреча у нас была в каком-то смысле мистической и судьбоносной. Этот момент я описываю в романе. Я ехал в метро, на остановке вошла привлекательная дама и села напротив меня. Её красота очаровала не только меня, но и всех присутствующих мужчин в вагоне. Я не узнал в ней актрису, но она околдовала меня своим магнетическим взглядом и женственностью. На следующей остановке она сошла. Я вышел на станции метро «Баксовет» и прошёлся по Крепостной улице.

Я любил прогуливаться в Старом городе и любоваться историческими местами Баку. В юности для меня эта прогулка была традицией, так как я готовился стать художником и свои дни проводил с мольбертом и эскизным блокнотом на улочках этого удивительного для Баку места. Я спустился по переулкам на Фонтанную и вдруг на доме увидел табличку с надписью «Экстрасенс Галина Багирова». Меня всегда интересовало всё сверхъестественное, и я решил войти в эту обитель тайн эзотерики.

Там я увидел снова ту очаровательную даму, что встретил в метро. Я удивился и воскликнул:

– Я вас только что видел, в метро!

– Вы что следили за мной! – испуганно спросила Галина.

– Нет, я просто прогуливался и случайно оказался здесь… – оправдываясь, сказал я, но она, с подозрением посмотрев на меня, сказала:

– Хорошо! Присаживайтесь!

Галина спросила дату рождения, некоторые подробности, затем сконцентрировалась и стала писать на листке бумаги какие-то знаки, цифры, посмотрела на мою ладонь, затем сказала:

– В скором будущем ты уедешь далеко от родного дома. Там ты будешь жить! Но спустя некоторое время ты станешь писать! Это произойдёт не скоро, но ты станешь писать! Я это вижу! Ты будешь известен, как Пушкин…

После этих слов я рассмеялся, сказал, что всегда списывал у девчонок сочинения и вообще неважно учился в школе, на что она покрутила головой и вновь повторила:

– Не нужно смеяться! Ты будешь писателем! Вот когда придёт время, ты вспомнишь мои слова!

Прошло много времени с тех пор, я стал писать стихи, прозу и, естественно, вспомнил предсказание Галины Багировой о моей писательской деятельности.

Предисловие:

«Интервью»

– Итак, разрешите представиться: бывший сотрудник военной разведки капитан в отставке Джек Харт. И я расскажу вам, как всё начиналось. Хотя, когда я вспоминаю прошлое, у меня такое впечатление, что кто-то другой жил моей жизнью, а я всего лишь наблюдал за этим человеком и вместе с ним прожил его жизнь. Впрочем, всё так и было!

Меня и моих ребят отправили в одну из африканских стран, чтобы разведать обстановку и доложить в центр о ситуации в бывшей колонии Британской империи. Затем нам был дан приказ встать на защиту одной из индустриальных компаний, добывающей ценные породы металлов, золото, платину, алмазы и многое другое. Страна, в которую нас отправили, стала независимой, но вместе с этой независимостью и свободой пришли анархия и беспорядки. Начались вооружённые столкновения между этническими кланами, разгорелась гражданская война. А марионеточное государство, с диктаторским режимом правления, воевало с повстанцами, делившими между собой богатые земли с золотоносными и нефтяными месторождениями. В стране царил хаос, и каждый князек клана хотел поживиться, считая эти земли своими. К тому же, все эти междоусобные войны и недовольство людей поджигались зарубежными странами, которые были заинтересованы в разработке африканских рудников и непосредственно финансировали вооружённые стычки.

Как я уже сказал, в одном из таких богатых регионов работали наши британские и американские компании. Они приносили огромные доходы президентской семье, чиновникам, а те, в свою очередь, предоставляли гарантии безопасности работникам компаний, обеспечив охрану объектов вооружёнными отрядами, солдатами гвардии самого президента. Все были довольны. Армия охраняла территорию наших предприятий, люди получали зарплату, а чиновники – взятки. И всё было бы хорошо, если бы не одно «но»! В стране произошёл переворот. Одно из армейских подразделений восстало против действующего президента. Вскоре он был свергнут, к власти пришла военная хунта. Страна погрузилась в хаос и неопределённость, безопасность наших компаний оказалась под угрозой. Вот поэтому нас и отправили в Африку на защиту этих территорий.

Мне, как командиру специального подразделения, было поручено разведать и, как я уже сказал, встать на защиту частной горнодобывающей компании. С моими двадцатью лучшими ребятами я прилетел на место назначения и заступил, как говорится, на дежурство.

– Простите, мистер Харт, вы были командиром спецподразделения, которое ваше командование отправило в Африку для защиты алмазодобывающей компании?! – недоумевая, переспросил журналист, – я думаю, защищать какой-то производственный объект – это дело не армии, не бойцов со специальной подготовкой, а работа охранной структуры! В крайнем случае, небольшого подразделения полиции, вы так не думаете?!

– Не совсем так, господин Смирнов! – ответил я на азербайджанском языке.

– О, вы говорите на азербайджанском? – удивился бакинский журналист, потом немного подумав, сказал: – Хотя, чему я удивляюсь, вы же бывший разведчик и, наверняка, владеете несколькими языками! Кстати, на моем родном языке вы говорите очень хорошо, почти без акцента. Браво!

– Спасибо за комплимент, господин Смирнов, но хочу подметить, что бывших разведчиков не бывает, есть понятие: отставной офицер! Запомните это, господин журналист! Но если даже офицер в отставке, то его многолетние знания и опыт никто не отменял!

– Да, вы правы! – согласился журналист, записав что-то в свой электронный блокнот.

– Э-э-э, господин Харт, меня интересует ваша нынешняя работа и ваши расследования. Но прежде чем мы начнем беседу на эту тему, расскажите о вашем втором рождении, – попросил журналист, положив микрофон на стол.

– Хорошо! Только не пугайтесь, когда я расскажу вам о последних мгновениях моей жизни и о моём воскрешении! – сказал Джек и на какой-то момент задумался, а затем усмехнулся, увидев озадаченное лицо собеседника. – Да вы не волнуйтесь так! Расслабьтесь! Воскрешением я называю свой второй приход в этот мир. Или, как говорят эзотерики, физический переход из прошлого в будущее! Когда я, скажем так, «погиб», мне было тридцать два года. Как видите, я и сейчас выгляжу неплохо, хотя прошло с тех пор…

– Шестьдесят лет, – перебил рассказчика журналист, – но вы действительно выглядите молодо, и что? вам по-прежнему тридцать два?!

– Нет, внучек, мне уже стукнуло девяносто! – воскликнул я иронично и рассмеялся. – В это и мне иногда с трудом вериться, но увы, это – правда! А кстати, вы ощущаете себя тридцатилетним человеком? – спросил уже я журналиста.

– Ну, мне ещё двадцать семь, но всё равно я не чувствую этого возраста. Он где-то колеблется в районе семнадцати, двадцати… Я имею в виду, что такое у меня чувство.

– Я прекрасно понимаю вас, мой молодой друг! Я, хотя и старше вас на шестьдесят три года, но чувствую себя пятнадцатилетним юношей! Итак, давайте вернёмся к нашему разговору, а то у меня времени мало, а дел полно! – сказал я, посмотрев на часы. Затем забил старинную трубку табаком, зажёг её и, сделав несколько затяжек, начал рассказывать историю своей прошлой жизни.

Глава первая:

«Воскрешение из мёртвых»

– Нас отправили в Африку не просто охранять какую-то производственную компанию, нас откомандировали защитить сверхсекретный объект нашего государства от потенциального противника.

– Секретный объект? Защитить? От кого, мистер Харт? – удивился Смирнов.

– От кого?! Ну, скажем так, там находилась английская военная база. Под прикрытием алмазодобывающей компании глубоко под землёй находился целый город, где работали высокообразованные специалисты военно-космической отрасли. Замаскированная в пустыни, там находилась самая большая в мире радиолокационная станция, контролирующая несколько тысяч гектаров как африканского, так и часть азиатского регионов. Военные на станции отслеживали космос и страны, где размещались баллистические ракеты вероятного противника. В общем, это был стратегически важный объект и его нужно было защищать.

– А почему только двадцать человек, ведь мог быть, как минимум, армейский полк… – поинтересовался журналист.

– Как вы это представляете – целый полк военнослужащих на гражданском объекте в чужой стране? Это вызвало бы подозрения.

– Да, верно! Я как-то об этом не подумал, – ответил Смирнов.

– Итак, отправка нашего спецподразделения на объект была не случайной. Поступили сведения, что туда под прикрытием мятежников хотели прорваться несколько отрядов боевиков, но тогда правительственные войска смогли отбить их, и этим всё закончилось. К сожалению, после свержения президента этой страны объект вновь оказался под угрозой.

Разведки других стран тоже не дремали. Они работали днём и ночью, чтобы узнать о новейших технологиях противника в военной сфере. Начало девяностых годов двадцатого века было похоже, если хотите, на начало апокалипсиса. Старый мир разваливался, и никто не знал, что будет завтра. Все силы были брошены на Восточную Европу и бывший Советский Союз, чтобы полностью добить советского зверя. Так говорил наш инструктор, внук русского офицера, сбежавшего из царской России в Англию. Старый мир рушился, но разведка по-прежнему работала!

Сейчас я могу уже о том задании говорить открыто, прошло много времени, и срок действия документов под грифом секретности истёк. Об этом, ранее засекреченном, африканском объекте уже писали и в британских газетах, и многих других европейских СМИ. Даже была передача о нём на одном из французских каналов. Всё это было сделано спецслужбами нашей страны, чтобы ослабить интерес к данному объекту. В общем, как говорится: «Если хочешь что-то скрыть, говори правду». Банально звучит, но это – работает!

Мы-то знали, что глубоко под землёй велись многочисленные эксперименты и в обычной военной сфере, и в военно-космической области, разрабатывались современные виды космического оружия, как для британской армии, так и американской. Технологии будущих войн! Другими словами, это был многоцелевой военный городок, где готовились к будущим войнам на Земле и в космосе. Тогда, в девяностых, это звучало фантастично, но сегодня, когда я вспоминаю некоторые виды технологий, я не могу думать о них без улыбки. Мир дикими темпами меняется! То, что вчера казалось фантастикой, сегодня это образ жизни. И с каждым годом, да что там годы, с каждой минутой всё меняется. Мы не успеваем овладеть одной технологией, как на её место подоспевает другая, а вчерашняя уже приходит в негодность. Это я так, для размышления сказал. Просто мне, как никому другому, трудно свыкнуться с тем, что окружает меня. Это знаете как если прилечь спать в одном времени, а, пробудившись, оказаться в совершенно ином. Возможно, это хорошо, что ты попал в будущее, но, когда рядом нет родных и близких, и ты понимаешь, что их больше не вернуть, это больно!

Ну, я немного отвлёкся от нашего разговора… итак, продолжим! Работающие в этой компании военные и гражданские лица иногда месяцами не выходили на поверхность. Для них были созданы все условия жизни. Многие из них создавали семьи, рождались дети, и жили они под землёй не хуже, чем на поверхности. Это были избранные! Для обычного человека, который привык к солнцу, небу, природе, было бы тяжело жить в таком замкнутом мире, но для жителей подземного города всё обстояло иначе.

Я спускался иногда вниз с моими ребятами, мы прогуливались по небольшим улочкам, заходили в закусочные, чтобы выпить бокал свежего пива и отдохнуть от невыносимой изнурительной жары. Люди там были очень приветливыми и на редкость доброжелательными.

– Всё же, как такое возможно, мистер Харт, жить где-то под землёй и не видеть солнце, окружающую нас природу? Я бы так не смог! – высказался журналист.

– В мире всё возможно! Если ты подготовлен к экстремальному образу жизни, то на подсознательном уровне ты уже смирился с ним. Ведь люди живут годами на космических станциях, моряки под водой или на поверхности океана. Их туда насильно никто не отправлял, они все добровольно выбрали такую жизнь. Эти люди не с улицы подобраны. Их готовили годами, прежде чем они соглашались на эту работу. Мои слова могут показаться вам странными, но чем дальше люди уходят вниз, под землю или под воду, или, наоборот, ввысь над землёй, в космос, тем более сплочёнными они там становятся, так как понимают, что кроме них в бездне океана или под землёй больше никого нет. Только рядом находящийся товарищ – он тебе и друг, и брат. И в трудную минуту только он тебе поможет. Такие же чувствовали себя бойцы моего подразделения, и эти мысли сплачивали нас.

В обычной жизни людей разделяют крепкие двери, можно сказать, люди сами воздвигают по отношению к себе подобным различные преграды, крепости, словно хотят защитить себя от какого-то зверя, монстра, и не думают, что сами себя изолируют, воздвигая для себя тюрьмы, и это, я думаю неправильно! Но мы живём той жизнью, которую нам навязывает общество.

Там, в этом подземной городе, всё было иначе. Не существовало никаких преград и стен. Каждый человек мог прийти в гости к соседу, как к себе домой, и это считалось нормальным. Этот коллектив трудяг был как единый кулак, и, когда мы находились там, то чувствовали себя частью их сплочённой семьи.

Однажды, когда мы с бойцами отдыхали в одном из ресторанчиков подземного города, ко мне подошёл наш сотрудник и сказал, чтобы я поднялся в кабинет директора компании, тот хочет срочно поговорить со мной. Я поднялся и прошёл в его офис.

– Вызывали, мистер Стивенсон? – спросил я, войдя в кабинет директора.

– Капитан Харт! Проходи! Присаживайся! Срочное дело! Джек, мне нужно передать тебе очень важное сообщение. От наших агентов поступило тревожное сообщение. Сюда направляются несколько грузовиков с вооружёнными повстанцами. Я думаю, ты понимаешь, кто эти люди…

– Догадываюсь! – кивнув головой, воскликнул я.

– Несколько месяцев тому назад мы смогли отстоять нашу территорию с помощью правительственных войск, но сейчас всё изменилось. Ты же понимаешь, какой после переворота творится хаос. Президента нет, а защищающая нас раньше президентская гвардия расформирована. Представитель нового правительства обещал прислать нам войска, но пока их нет, до прибытия армии нужно как-то самим остановить повстанцев. Мы не можем ни на кого больше надеяться. Мы всегда отслеживаем каждый сантиметр нашей территории, но эти повстанцы, они появились словно из-под земли… Их отряд действует оперативно и профессионально, Джек, они скоро будут у ворот нашей компании! Что делать? – взволнованно сказал директор.

– Поздно на кого-то надеяться, мистер Стивенсон, если так называемые повстанцы уже в пути.

– Джек, ты меня не слышишь? Через несколько часов вооружённый до зубов отряд будет у наших ворот! Что делать?

– Вечный вопрос… Ну, для начала надо успокоиться и подумать, что делать. О правительственных войсках этого бананового государства забудьте! Они вряд ли прибудут. Там переворот, и им нет дела до наших проблем. Теперь остаётся одно! Нам надо подготовиться и встретить нападающих своими силами.

– Капитан, вы же понимаете, что сюда направляются не просто повстанцы, а спецотряд хорошо подготовленных бойцов. Вы думаете, им нужна наша продукция, золото, алмазы?

– Можете не продолжать, мистер Стивенсон! Я догадываюсь, кто и зачем сюда направляется. Мы с моими ребятами тоже играли в такие игры. Разведка не имеет границ и национальностей, – сказал я, затем задумался и произнёс: – Хорошо, если это небольшая группа, то мы как-нибудь выстоим, но если сюда надвигается целая орда Чингисхана, то придётся применить ракеты с ядерным боезарядом.

– Что? – недоумённо вскрикнул Стивенсон. – Какой Чингисхан, Джек? Какое к чёрту ядерное оружие? Вы что, шутите?

– Да расслабьтесь, босс! Ну, пошутил, это же не конец света! Я срочно соберу своих людей и ваших охранников, и мы приступим к подготовке обороны. А вы попробуйте связаться с ближайшей военной базой и попросите подмогу.

– Я уже разговаривал с командованием одной из наших армий, базируемой в соседней стране, нам пообещали отправить два вертолёта с морскими пехотинцами. Это далеко, так что они прилетят собирать наши трупы, если мы не сможем противостоять нападающим. Всё намного серьёзней, мистер Харт.

– Вот вам мой совет, мистер Стивенсон. Эти ребята, как вы сказали, повстанцы, попытаются прорваться сюда, они знают, что здесь серьёзной охраны уже нет. Нам нужно собрать всех мужчин и держать оборону, пока не прилетят вертолёты с десантом. Вы будете на связи с ними, а мы будем делать свою работу. Да, сегодня будет жарче, чем прежде, в этом африканском климате!

– Капитан, вы должны защитить этот объект любой ценой. Вы же понимаете значение этого объекта для обороноспособности нашей страны. Это государственно важный объект, и его нужно обязательно защитить! – воскликнул в истерике Стивенсон.

– Успокойтесь, мистер Стивенсон! Не нужно так нервничать. Я займусь подготовкой к обороне, а вы – эвакуацией пожилых людей, женщин и детей, которые находятся на поверхности. Их нужно спрятать в подземном городе, там они будут в безопасности.

– Что? Вы предлагаете эвакуировать гражданских людей на территорию секретной военной базы? Вы что с ума сошли, капитан?! Мне за это начальство голову оторвёт, если я только заикнусь об этом. Забудьте! Будем считать, что вы пошутили, мистер Харт! Я тоже люблю шутить, но не в этой ситуации.

– Мистер Стивенсон, я не шучу! Меня учили защищать мою страну и её граждан! Наверху около двухсот человек работают, как я могу гарантировать жизнь каждому из них?

– Послушайте, капитан, вы же англичанин и к тому же профессиональный военный, разве вам не важны интересы Англии? Это же сверхсекретный объект, мы с вами знаем, что вас сюда прислали не для того, чтоб защищать людей и алмазодобывающую компанию, вы должны защищать секретный объект, и давайте прекратим дискуссию. И потом, на поверхности только наши инженеры и геологи, их около пятидесяти человек, остальные рабочие – местные. Стоит ли ради них жертвовать национальными интересами Великобритании?!

После этих слов я посмотрел на Стивенсона презрительно и, не сказав ни слова, вышел из кабинета.

– Капитан Харт, подождите, куда вы! Я ещё не закончил разговор! Мы с вами должны ещё принять план действий по безопасности базы!

Я уже не слышал Стивенсона и мысленно обдумывал план обороны. Я вышел на поверхность и включил наш спутник-шпион, портативный чемоданчик, в котором было устройство спутникового слежения в онлайн-режиме. На мониторе я увидел три грузовика с вооружёнными людьми и две бронемашины с крупнокалиберными пушками. «Да, серьёзная компания», – подумал я и начал готовиться к обороне. Территория компании была окружена высокими стенами, но всё же они были уязвимы. И для хорошо подготовленной вооружённой группы не стоило большого труда взорвать стены или ворота и вторгнуться вовнутрь. Я предугадывал планы противника, ведь командиры таких формирований – специалисты своего дела и знают, куда правильно бить. Все спецслужбы мира придерживаются практически одной и той же методики нападения и обороны.

Своим бойцам я приказал, чтобы всю технику – огромные тракторы, бульдозеры и многотонные грузовики – рассредоточили вдоль стен главного офиса, женщин и детей отвели в подвальное помещение, а всем остальным, кто мог защищать территорию, было роздано оружие и боеприпасы. Мои ребята со снайперскими винтовками разместились на крышах и смотровых башнях. Всё было готово к отражению атаки незваных гостей. А я постоянно отслеживал на мониторе компьютера путь вооружённого отряда. Повстанцы были уже совсем близко. Буквально через несколько минут они начнут брать штурмом наше предприятие. Мы с моим верным другом, сержантом Брайаном, притаились за бульдозерным ковшами и приготовились к атаке противника.

– Ну, что там, капитан? – спросил Брайан, поглядывая в небольшой экран полевого компьютера, – скоро эти ублюдки появятся?! Как-то непривычно! Мы привыкли охотиться, а сейчас я чувствую себя в роли куропатки, засевшей в зарослях. Нам нужно было засаду им устроить за пределами компании, подорвать несколько транспортных средств и атаковать, как мы всегда это делаем, а сейчас…

– Да, ты прав, Кевин, вот только информация пришла слишком поздно! А если точнее, два часа тому назад. Чисто физически нам не хватило бы времени на такую операцию. Ладно, будем действовать по обстановке! Мы с тобой и не такое видали в Ираке, парень. Сержант Брайан, всё будет хорошо! Нам нужно немного продержаться. Морские пехотинцы уже в пути. Хотя бы час продержаться, а там и подмога будет!

– Ах, скорее бы всё это началось, а то у меня от волнения пальцы чешутся о курок.

– Послушай, сержант, а с каких пор ты стал таким несдержанным? Я тебя знаю не первый год, ты был всегда хладнокровным и спокойным. Что-то случилось, парень?

– Да как вам сказать, капитан, – ответил сержант, а потом после небольшой паузы продолжил: – Если честно, то у меня странное предчувствие, да ещё этот странный сон, который я вижу буквально каждую ночь. Он меня угнетает. Такое ощущение, что смерть где-то рядом, ходит за нами по пятам.

– Успокойся, сержант! Все мы когда-нибудь уйдём в иной мир. Если судьба уготовила нам умереть сегодня и здесь, пусть так и будет! Мы же солдаты, Кевин, и всё время ходим по лезвию ножа. Смерть – эта наша профессия! Да что я тебе тут мораль читаю, ты и сам всё прекрасно знаешь! Да и не нам это решать, когда жить, а когда умирать! Всё в руках бога!

– Да, капитан! Мне лучше не думать об этом, а то ребята засмеют, если узнают про мой дурацкий сон. Только вот просьба у меня будет к вам, капитан! Могу я попросить вас об одной услуге?

– Да, конечно, говори! – прошептал я.

– Если со мной что-то случится, отдайте, пожалуйста, вот это моей невесте, – сказал Кевин и протянул мне свой Орден боевого креста. – Она меня уже два года ждёт, мы с ней помолвлены, но, если мне суждено… ну вы понимаете! Пусть она знает, что я её…

– Не говори ерунды, сержант! Положи это обратно в карман, пока никто не увидел! Ты что раскис, солдат? Выше нос, сержант, и плюнь на все сны и предрассудки. Ты же моя правая рука, как ты можешь такое говорить?!

– Да, простите, капитан! Я сегодня что-то не в себе. Ну что там, где наши «друзья», пора бы им уже объявиться и получить от меня пару свинцовых пилюль!

– «Наши друзья», говоришь?! – глядя на монитор, повторил я, затем сказал: – Если верить нашему спутнику, они уже у ворот. Посмотри на экран, видишь, там, за холмами их техника прячется. Сразу видно, что профессионалы работают. Хорошее место выбрали для атаки. Объяви по рации готовность номер один. Они сейчас штурмовать начнут. Скажи ребятам, пусть первым делом займутся ликвидацией бронетехники. Она может создать нам большие проблемы. Сверху, с крыш домов им будет удобно её сбить!

Сержант передал мой приказ, и на какой-то момент наступила тишина. Такое происходит в африканских саваннах, перед тем как лев подкрадывается к жертве и неожиданно набрасывается на свою добычу. Но в нашем случае происходило всё иначе. Два льва находились в укрытии и готовились к схватке. Затишье было недолгим. Сильный взрыв прогремел у входа. Ворота, словно листы бумаги, взлетели в воздух и упали на территорию компании. Впереди у ворот стоял мощный бульдозер с большим ковшом, но несколько выпущенных по нему ракет превратили эту махину в груду металла. Вход нападающим был открыт, и первыми двинулись на территорию компании бронированные машины. Началась перестрелка.

– Сержант, стреляй же из гранатомёта скорей, бронетранспортёр движется прямо на нас! Сержант! – крикнул я, но когда обернулся, то увидел жуткую картину. Брайан лежал у гусениц бульдозера с простреленной головой. Из зажатого кулака торчала сине-красная лента – Кевин погиб, держа в руке Орден боевого креста. Мне не раз приходилось видеть смерть людей, но, когда погибали бойцы моей группы, я чувствовал себя виноватым. С ними я прошёл не один путь ада войны. В глубине души мы знали, что играем в прятки со смертью, но с каждым разом страх всё больше становился адреналином, и война тянула нас вновь к себе. Адреналин… Он как наркотик. Как подъём в горы… Каждый раз, когда ты поднимаешься по скалам, преодолевая сложные перевалы, несмотря на опасность, тебя всё равно тянет в горы, в эту бездну опасностей. Ты вновь идёшь, и вновь сталкиваешься с трудностями, идёшь по лезвию ножа. Если однажды ты поднялся на вершину, то горы вновь тебя потянут к себе! Это необъяснимое состояние души. И всё же ты снова идёшь на риск, подавляя свой страх, чтобы… наверное, доказать самому себе, что ты ещё жив и можешь что-то сделать невозможное! Я обнял Кевина и закрыл ему глаза, а Боевой крест положил себе в нагрудный карман. В эти минуты вокруг меня происходил хаос. Взрывались снаряды, со свистом пролетали пули, но я был в каком-то эмоциональной трансе и словно не замечал всего этого. Вскоре я пришёл в себя, утёр слёзы и вызвал по рации капрала:

– Капрал Адамсон, вы теперь моя правая рука, принимайте командование группой. Сержант Брайан погиб! В ответ я услышал холодное восклицание: «Есть, сэр». – Капрал, уничтожьте вторую бронемашину, а я разберусь с первой… Я взял с пола ручной гранатомёт, прицелился на идущую в мою сторону машину и открыл огонь. Ракета разнесла башню броневика, он тут же загорелся. Я обрадовался и высунулся из-за ковша бульдозера, чтобы увидеть подорванную машину. В эту минуту капрал Адамсон произвёл ещё один выстрел с крыши офиса и поразил вторую машину. Броневик загорелся, но в последнюю минуту ствол башни повернулся в мою сторону, и раздался выстрел. С этого злосчастного момента вся моя жизнь изменилась!

– Вас ранило этим выстрелом? – спросил журналист.

– Выпущенный снаряд был осколочным. В танках и бронемашинах имеются два вида снарядов – противотанковые или же противопехотные, осколочные для поражения живой силы. Когда был произведён выстрел, я увидел невероятное зрелище! Всё вокруг меня словно застыло. Я видел летящие свинцовые пули, они пролетали мимо меня, и я мог наблюдать за каждой из них. Они были словно подвешены на нити и медленно продвигались мимо моего тела. Я стоял как вкопанный и не мог пошевелиться. Если бы даже одна из этих пуль или её осколок долетели до моего тела, я бы не смог увернуться. И вот представьте себе, ты застыл на месте и видишь, как в твою сторону летит снаряд, знаешь, что скоро произойдёт взрыв, но ничего не можешь сделать! Ни укрыться, ни нагнуться, а только стоять и ждать своей смерти.

– Да, жуткая сцена! – воскликнул журналист и вытер платком пот со лба. – Такое и в страшном сне не увидишь!

– А я видел! – задумчиво произнёс я и продолжил свой рассказ: – И испытал на себе. Я смотрел на сцену боя, видел застывшие лица людей, и вдруг всё в один миг остановилось. Время замедлилось, и я только помню, как прогремел взрыв и меня отбросило куда-то далеко. Через некоторое время я пришёл в себя и открыл глаза. Надо мной было синее небо и тёмный густой дым, поднимающийся вверх. Тело своё я не чувствовал. Я хотел пошевелиться, но не ощущал своих конечностей, их словно не было. Я попытался крикнуть, но во рту был песок, а в горле сухо. Глаза горели от солёного пота, смешанного с кровью. Я ещё раз попытался поднять голову, крикнуть, но у меня закружилась голова, я закрыл глаза и потерял сознание. Вдруг я услышал голос. Не знаю, в каком состоянии я был, но меня словно кто-то будил. Это было такое чувство, что спишь, и в полусонном состоянии тебя кто-то зовёт, будит. Я приподнял голову, затем присел и, не открывая глаз, вдохнул свежий воздух. Как же я был рад, что могу двигаться, а всё страшное мне просто приснилось. Но в теле всё же чувствовалась усталость. Похожее чувство у меня было, когда нас, молодых курсантов, заставляли бегать по утрам несколько километров при полном обмундировании, с двадцатикилограммовым рюкзаком за спиной и оружием. После таких утомительных тренировок мысли были только об одном: принять душ и завалиться в кровать. А когда тебя вновь будят в шесть часов утра, мышцы ног ноют, болят, и тебе совсем не хочется вставать. То же самое со мной происходило и в эти минуты. Жуткая усталость и нежелание вставать из тёплой постели.

Но военная закалка всё же взяла верх! Я по привычке поднялся, открыл глаза и увидел перед собой белый туман и свет, пробивающийся откуда-то сверху. Он был настолько ярким, что мне пришлось прикрыть рукой глаза. Туман рассеялся, и я увидел сбитый мною горящий броневик. Затем я стал свидетелем боя. Сцена сражения разворачивалась в замедленном темпе, словно время приостановилось, и я мог видеть весь театр действий в мельчайших подробностях. Возле меня взрывались бомбы, я видел летящие осколки, пули. Одна из них пролетела рядом со мной, я даже хотел прикоснуться к ней, но пальцы проскользнули между свинцом, словно сквозь воду, и пуля продолжила свой полёт.

«В чём дело?» – спросил я себя и посмотрел на свои руки. К чему бы я ни прикасался, всё проходило сквозь пальцы, и я не мог ощутить материю. Опустив голову, я увидел на земле застреленного человека. Через некоторое время его тело раздвоилось, и я стал свидетелем жуткой сцены. Полупрозрачная сущность встала над своим двойником. Я понял, что наблюдаю за своим погибшим телом. В то время я не знал, что существует астральное тело, но я был шокирован увиденным. То же самое происходило и с другими убитыми людьми, павшими в том кровопролитном сражении.

Увидев расплывчатые силуэты людей, растерянно стоявшие над своими телами, я, наконец, осознал со всей ясностью, что я сам мертв, я умер и нахожусь по другую сторону мира. Я думал, что всё это страшный сон и хотел скорей проснуться, но когда я обернулся, то как-то разом очутился на том самом пустыре, куда меня отбросило взрывной волной. Там я обнаружил своё обезображенное тело, истекающее кровью, с оторванными ногами и руками – бесчувственное и безжизненное тело лежало на земле, словно это была туша мяса. Я с ужасом смотрел на самого себя и в панике закричал:

– Этого не может быть! Это не я!

Я плакал и понимал, что умер, и теперь нахожусь в ином мире. Но в тоже время мною руководило и другое чувство: я чувствовал, что это ещё не конец и жизнь продолжится. Это состояние невозможно описать словами, это такое состояние души, словно тебя заперли в закрытом пространстве, и ты должен ждать, когда кто-то придёт и откроет тебе дверь! Но вдруг сзади я услышал голос. Я повернулся и увидел Кевина. Сержант, озадаченно осматриваясь по сторонам, спросил меня:

– Капитан, что со мной произошло?! Где мы находимся? Я видел пулю, летевшую в мою сторону, меня словно приковали к стене и сказали, чтобы я смотрел на этот кусок свинца, не двигаясь. Пуля летела очень медленно, я наблюдал, как она, вращаясь, вонзилась мне в голову. Всё было как в замедленном кадре. Затем, будто в ужасном сне, я увидел своё убитое тело и вас, капитан. Вы стояли надо мной и плакали, а затем наклонились и закрыли мои глаза. Вы забрали у меня крест, мой боевой орден, потом вы взяли ручной гранатомёт и сделали выстрел по бронемашине. Я всё это видел! – воскликнул Кевин и задумчиво произнёс: – Что теперь будет с моей Кэтрин? Она ведь ждёт меня! Моё предчувствие было пророческим, капитан. Странно, моё тело убито, а я до сих пор жив, я думаю, вспоминаю и могу ещё о чём-то рассуждать, говорить. А я всю жизнь думал, что это тело и есть я, хотя это всего лишь моя оболочка. В Лондоне, на улице, я встретил как-то одну молодую англичанку, она была в индийской одежде и держала в руках книги, предлагала мне купить их. Меня привлекла её невероятная, очень искренняя улыбка. Мы разговорились, и она мне рассказала о боге Кришне, об инкарнации души. Она говорила, что наше тело – это всего лишь материальная оболочка, я немного поспорил с ней, но всё же купил книгу, которую она предлагала. Теперь, когда я вижу со стороны своё убитое тело, свою оболочку, я вспоминаю эту девчонку и её слова. Что теперь с нами будет, капитан? Когда мы живём, нам некогда думать о жизни, а теперь, когда наши тела мертвы, мы хотим знать, что нас ждёт, но так и не знаем, что произойдёт с нами! Где все эти идеалы, за которые мы сражались, и вообще, зачем всё это мы делали? Зачем мы убивали людей, и почему нас убили?

Я молчал и слушал своего бойца. Я не мог ему возразить или сказать что-то в поддержку, так как мы находились в ином мире, а законы взаимодействия там были совсем другими. Кевин смотрел на меня в ожидании объяснений, но понял, что я, как и он сам, был в растерянности от необъяснимого и непредсказуемого. Он посмотрел в небо и сказал:

– А ещё девушка сказала, если человек умирает, то это не конец, а всего лишь начало другой стадии жизни. Мы покидаем материальное тело, как поношенную одежду, и получаем другую, новую одежду. И как ты прожил прошедшую жизнь, какая у тебя жизненная карма, чего ты заслужил, то и получишь в новой жизни. Если эта девчонка была права, то сейчас мы с вами, капитан, находимся в астральном теле. Она объяснила мне, что астральное тело дано для перехода в другую стадию развития. Считайте, капитан, что это наш скафандр, без которого в этом астральном мире, как в открытом космосе, не выжить.

– А эта девчонка тебе не говорила, что за этим «скафандром» в нас таится? – спросил я у Кевина. На что он ответил:

– Душа, капитан! Она ещё привела пример с обычным куриным яйцом, сказав, что скорлупу можно представить как наше нынешнее тело, белок – астральной оболочкой, а желток – душой. Той тонкой божественной нитью, что связывает эти два тела – прошлое и новое.

Сгусток облаков над Кевином рассеялся и с неба устремился на землю поток света. Сержант посмотрел наверх, на лучи света, протянувшиеся к нему с неба, потом грустным взглядом посмотрел мне в глаза и сказал:

– Капитан, я почему-то верю, что вы продолжите жить в нашем грешном мире. Будете в Лондоне, прошу вас, разыщите Кэтрин и отдайте ей мой боевой крест. Пусть Господь будет благосклонен к вам, капитан!

После этих прощальных слов сержант Брайн исчез, словно растворился в пучине света.

– Кевин! – крикнул я вслед парню и, упав на колени, заплакал. В этот момент все чувства во мне смешались: боль, обида, страх и жалость к самому себе. Я не знал, что произойдёт со мной в следующее мгновение. Я не знал, куда мне идти, что делать, стоять или бежать. Я был в отчаянии и замешательстве. Но небо становилось светлее, и оставшиеся сгустки облаков, словно серые волки, умчались вдаль, за горизонт, разыскивая новые жертвы.

Глава вторая:

«Потусторонний мир»

Вскоре бой закончился. Несколько вертолётов британской армии всё же прилетели с ближайшей базы и отбили атаку противника. Я по-прежнему стоял в центре сражения и наблюдал, как враг отходил назад, а затем бросился бежать. Мои бойцы радовались, что смогли отстоять территорию компании. Поддавшись общему ликованию, я на какое-то время даже забыл, что со мной произошло, и пошёл навстречу капралу Адамсону, чтобы поздравить его. Он с печальным и усталым видом прошёл сквозь меня, затем приказал собирать трупы убитых и раненых. Я стоял на месте и с ужасом смотрел, как мои боевые друзья проходят мимо и не замечают меня.

– Ужас! Я даже не смог бы представить себе такое… – с горечью произнёс журналист, слушая мой рассказ.

– Да, в эти минуты мне как никогда было печально. Это действительно невозможно заранее представить, когда ты оказываешься в потустороннем мире. Всё происходит внезапно, спонтанно, а человек, привыкший к этой жизни, он просто не готов к переходу в другой мир. Там другие правила, другие законы и мы там гости, живущие по велению хозяина дома.

– А как вы выжили? Я имею в виду, как ваше тело выжило? Я даже не могу подобрать нужные слова к этой ситуации, – спросил Смирнов.

– Да, вы правы, ситуация непростая! Капрал Адамсон приказал найти меня. После долгих поисков бойцы нашли моё изуродованное тело. Но в последний момент, перед тем как уйти, капрал приложил к моему лицу небольшое зеркало и закричал:

– Быстро капитана в вертолёт! Он ещё жив!

Так меня и некоторых людей отправили в Лондон, где мне предстояло пройти через ад и долгие годы сна.

– Вы имеете в виду клиническую смерть? – уточнил журналист.

– Как хотите, так и называйте это состояние, но я был мёртв! Я был подключен ко многим приборам, конечностей у меня не было и даже меня самого, моего духа, в этом, простите за грубость, куске мяса, не было. Но нас – меня и моё тело – ещё связывала некая жизненная нить, похожая на тонкую сверкающую пуповину. Я висел, как надувной шар, над телом и не мог избавиться от этого истерзанного и обезображенного человека.

Может, странным это прозвучит, но я не хотел возвращаться в своё тело, мне было противно оно, я хотел, чтобы наша связь оборвалась, и я смог бы освободиться от него. Я даже чувствовал отвращение к моему человеческому образу, к этому жалкому телу, в которое я был облачён. Тогда я и осознал, что мы действительно заточены в наши тела. И вспомнил, как сказал сержант Брайан: «Мы одеты в некий скафандр и вынуждены носить его всю жизнь, боясь причинить ему вред!»

Сейчас, когда я стою на ногах и выгляжу как полноценный человек, вспоминая те мгновения, я со страхом задаюсь вопросом: а что было бы, если я не вернулся с того света… куда бы меня судьба занесла?!

Я произнёс эти слова и задумался. Журналист не решался задать следующий вопрос, но я, заметив смущённый вид гостя, продолжил свой рассказ:

– Буквально на днях на нашем бакинском бульваре я встретил одну очаровательную девушку. Она была в индийском сари и продавала книги. Вспомнив рассказ сержанта Брайана, я подошёл к ней, и мы разговорились. Она мне рассказала практически всё то же самое, о чём говорил сержант. Я не во всём соглашался с ней, и в ходе нашей дискуссии она вдруг спросила меня: «А вы счастливы в этой жизни?» На что я, немного подумав, кивнул головой, что да, счастлив. Но она с сомнением посмотрела на меня и шутливо ответила: «А по вам это не видно!» И тогда она привела мне пример, которым очень впечатлила меня:

«Тело, о котором мы привыкли думать, что это – я, на самом деле просто материальная оболочка и не нужно считать себя «глиняным сосудом». Душа – она как вода, может разместиться в любом сосуде и находиться там какое-то неопределённое время. Вода не может оставаться в кувшине вечно, она протухает и, в конечном счёте, просто испаряется из кувшина. Это материя, а материя, как известно, не вечна! Вернусь к кувшину с водой. Тепло испаряет содержимое сосуда, и вода, испарившись, поднимется к небу. А там превратится в облако и вновь упадёт на землю в виде дождя. И этот процесс круговорота воды в природе, чередование падения и возвышения, будет продолжаться вечно, пока существует жизнь на Земле. Это закон природы. Я привела вам пример с обычной водой, так как этот процесс очень похож на переход человеческой души из одной формы в другую. И подтверждение моим словам – рождение человека и его взросление. В этом жизненном процессе происходит трансформация тела человека из малого в большое, затем его старение.

– Да, это так, но причём здесь счастье? – спросил я девушку, на что она улыбнулась и спросила: – Откуда вы приехали? Я сказал, что из Лондона. И тогда она вновь спросила: – За какую футбольную команду вы болеете?

– Хм, интересный вопрос! Ну, вообще-то, многие лондонцы и военные болеют за «Арсенал». А почему вы спрашиваете об этом? – поинтересовался в свою очередь я.

– Когда ваша команда забивает гол или выигрывает матч, что происходит на стадионе? – продолжала она задавать мне вопросы, не отвечая пока на мои.

– Ну, это не передать словами, там надо побывать и почувствовать всё, как говорится, своим нутром! Это невероятное чувство радости, адреналина в крови и гордости за свою команду. Всё вместе!

– Прекрасно! Значит, когда вы все вместе – болельщики, единомышленники – испытываете чувство радости, сопереживания, вы как единое целое, становитесь счастливыми, выкрикивая слова поддержки вашим футболистам, не правда ли?!

– Да, это так! – ответил я. Девушка улыбнулась мне и сказала:

– Я не просто так привела пример с водой. Одна капля воды в океане – это ведь часть океана, не правда ли?! А если капля отделится от массы, ну, скажем, волна ударится о скалы и частицы капель окажутся на раскалённых солнечным зноем скалах, то, как вы думаете, эти капли воды могут быть вечными, как сам океан? И счастливыми, если сопоставлять эти капли воды с человеческими душами, а брызги на скалах это – участь и судьба этих душ?

– Я думаю, нет! Понятно, что они испарятся через пару минут, – ответил я.

– Верно! Но, испарившись, как я уже сказала, они превратятся в облако, а затем в виде капель дождя вновь упадут на землю. Вот только не каждой капле суждено упасть вновь в океан. Многие из них упадут на раскалённые скалы, испарятся и вновь уйдут в небо. И так будет продолжаться до тех пор, пока эта капля не окажется в более благоприятном для неё месте, где облака будут пролетать над огромным океаном. Вы понимаете суть моих слов?

– Да, я понимаю, что вы хотите сказать. То есть наша душа, как капля воды из океана проходит некое испытание, урок, и через какое-то время она вновь сольётся с Абсолютом, с Богом, где она вернётся к существованию в родной среде и будет чувствовать себя счастливо.

Девушка улыбнулась мне и пригласила посетить их храм, где они говорят о философии жизни и отвечают на все вопросы, завязанные с жизнью человека.

– А что произошло потом, мистер Харт, кода вы находились на операционном столе? Вы… то есть ваше астральное тело, какие чувства вы испытывали в те минуты, находясь за гранью нашей действительности?

– А что вы испытываете, находясь во сне? Вы можете на что-то повлиять или противостоять какому-то действию? В таком приблизительно состоянии был и я. Эта была грань между сном и реальностью. Я до сих пор не могу понять, что со мной происходило! Я смотрел сверху на своё растерзанное тело, и мне не хотелось возвращаться в эту разорванную и ненужную «одежду». Вся жизнь моя промчалась перед моими глазами, словно кинолента. Я увидел своё рождение, город, где я родился и вырос. Набережная Каспийского моря, бульвар, прогулочные катера и нашу квартиру в Баку. Затем я увидел смерть матери, аварию, что унесла её жизнь. Потом отъезд из Баку в Лондон. Учёба, знакомство с девушкой, учеба в Британской военной академии. Я увидел первое моё ранение и боевое крещение. Всё это промелькнулось в моём сознании, как молниеносная информация, и когда я очнулся от нахлынувших на меня воспоминаний, то увидел над собой свет. Облачное кольцо окружило меня и медленно стало виться вокруг меня. Когда я увидел сержанта, уходящего в небытие, поток света был быстрым, он стремительно захватил Кевина и умчал его ввысь. Но когда я сам оказался в светящемся туннеле, то поток света мне показался спокойным и утешительным! Возможно, это был момент перехода в иной мир, и он был предусмотрен так, чтобы душа, находящаяся в этом коконе света, успокоилась, осознала всю свою прошлую жизнь и настроилась на позитивное будущее. Я расслабился, забыв о плохом и хорошем. Вся прошедшая жизнь показалась мне бессмысленной и ненужной. Меня, как голубиное перо, подняло вверх, к свету, и, вращаясь в этом потоке света, я чувствовал себя свободным и счастливым. Не знаю почему, но свет сильно подействовал на меня. Это, к примеру, если тебе холодно и ты согреваешься у огня, это так приятно и комфортно – то же самое происходило и там. Мне было тепло, уютно, я испытал чувство безмерного счастья.

– Мистер Харт, вы можете сказать или хотя бы предположить, как долго длился ваш полёт в этом потоке свете? – поинтересовался Смирнов.

– Не знаю! Может быть, это длилось несколько часов, а быть может, всего лишь мгновение! Знаете, о чём я думал в те счастливые мгновения, вернее, что я говорил про себя?!

– И что же?

– Я читал стихи! Да-да, не удивляйтесь, стихи! Я их написал когда-то в молодости и почему-то в тот момент я вспомнил о них:

«Как же бежит время,

Может, годы стали месяцами?!

Детство – кратким мгновением!

Юность – воспоминанием!

Молодость – будто молния!

Прошлое покрыто забвением,

Настоящее – сомнением!

А будущее даётся терпением!

Что же такое время?

Почему оно бежит?

Может, в суету и бремя,

Человечество спешит?

Может, мы взрослее стали,

Время видеть перестали?

А оно всё тикает, бежит!

И над нами суд вершит!»

– Ну, как?

– Замечательные стихи! – высказал своё мнение Смирнов. – А когда вы их написали?

– В молодые годы, когда учился в военной академии! А знаете, там, между небом и землёй, когда поток света поднял меня вверх, мне казалось, что я кричал, выговаривая каждое слово из этого стихотворения, и это меня вдохновляло!

– А что вы ощущали, когда находились в этом состоянии? – спросил Смирнов.

– Это невозможно объяснить словами. Такое состояние возможно только во сне. Незадолго перед тем, как отправиться в командировку в Африку, я увидел сон. Я не рассказывал его никому, но видно, как и сон сержанта Брайана, он стал вещим! Во сне я летал. И когда я находился в световом туннеле, я вспомнил о своём последнем пророческом сне. Во сне меня, как пушинку, приподняло вверх, и сверху я наблюдал, как вёлся бой. Это был тот самый бой, где меня смертельно ранили. Все события были один в один, как мне привиделось во сне. Это я потом понял, когда оказался ранен и вновь увидел этот бой, но со стороны. Я рассказываю вам о своём сне, а в глубине души не могу понять, что было реальностью, а что сном. Пережитое состояние до сих пор не даёт мне покоя. Порой я задумываюсь о том, почему нам снятся сны? Что это, проявление какого-то предсказания, или это наша жизнь, но в другом, параллельном мире? И где вообще реальность: там, в наших сновидениях, или здесь, в мире, где мы живём? – спросил я, посмотрев серьёзно на Смирнова.

– Я даже не знаю, что вам ответить, мистер Харт! – растерянно произнёс Смирнов. – Я, наверное, поэтому-то и нахожусь здесь, чтобы узнать от вас все подробности этого случая! Вы пережили страшную мучительную смерть. Вы воскресли из мёртвых, и я сам хотел бы знать ответы на многие вопросы.

– Простите, господин Смирнов, я немного отвлёкся! Забыл, что это вы мне задаёте вопросы. Хотя я тоже хочу задать вам вопрос!

– Да, пожалуйста, мистер Харт! Я с удовольствием отвечу вам на все вопросы, которые вас интересуют!

– В современном мире так много информации о том, о чём я вам рассказываю. Много фильмов на эту тему, книг, так неужели вы думаете, что кто-то всерьёз заинтересуется вашими публикациями в вашем печатном журнале?! Кстати, как называется ваш журнал?

– «Полтергейст», мистер Харт! Наш журнал издаётся только в бумажном виде, но он пользуется большим спросом у наших читателей и подписчиков. Мы даём публикации только о реальных событиях, поэтому наш журнал популярен. Наш главный редактор принципиально не издаёт журнал в электронном виде. А бумага в наше время очень ценна, хорошие издания книг, они на вес золота. Как говорит один из старейших журналистов, дядюшка Бахрам, ничто, никакое техническое новшество не может заменить шелест бумажных страниц. Бумага будет всегда в цене.

– О, да! Ваш дядюшка Бахрам прав насчёт технического прогресса! Мир действительно катится вниз. Он настолько изменился, что скоро деревья будут искусственно оплодотворяться, принося готовые плоды. И заметьте, не раз в год, а каждый месяц!

– К сожалению, мистер Харт, генетики уже добились таких результатов. Модифицированные растения уже сейчас дают урожай пусть не каждый месяц, но по нескольку раз в год, который идёт на корм для животных. Производители кормов ссылаются на то, что население планеты увеличивается и просто необходимо повысить урожайность кормовых культур искусственным путём.

– Да, конечно, я всё понимаю. Они не кормят нас напрямую этими генно модифицированными продуктами, но кормят животных, а человек питается мясом и молоком этих животных. Хочу только одно сказать! Человечество само себя обманывает и губит так называемыми достижениями технического прогресса. Перенаселение Земли – это всего лишь отговорка, глупая чушь! На нашей планете столько места, что хватит для проживания нескольким сотням миллиардов человек, а нас меньше десяти миллиардов… О, я опять забежал вперёд со своими мыслями, но думаю, что люди не так уж глупы, чтобы уничтожать себя и собственный дом. Найдутся люди, которые сохранят и сберегут природу в её первозданном виде. Итак, на чём мы с вами остановились, господин Смирнов?

– Вы рассказали о том, как оказались в световом туннеле и что увиденные вами сцены боя вы прежде видели в ваших снах.

– Да, всё перемешалось у меня в сознании. Вспоминая тот момент, я не могу определить, сколько всё это продолжалось. Как я сказал, это могло длиться несколько секунд, возможно, какое-то мгновение, а может быть, целую вечность! Там нет определения времени, это пространство – само время! Именно оно определяет судьбу человека и его дальнейшую жизнь. Там решается всё! Кем ты был в прошлой жизни и кем ты станешь в будущем.

Я парил в центре светового вихря, а за гранью свечения слышались шёпот, слова, крики. Я видел лица разных существ. Это были люди и неизвестные мне твари. Кто-то смеялся ехидно, а кто-то одобрял мои хорошие действия, поступки, и в то же время ругал и бранил меня за плохие поступки, и за них я должен был ответить. Кто-то кричал на меня и показывал мне жуткие сцены смерти и насилия. Думаю, таким образом я проходил через некий адский суд и стал раскаиваться за свои ошибки.

Мне кажется, что этот процесс происходит с каждым, кто оказывается по ту сторону мира. Там нет ни судей, ни присяжных заседателей, только ты и твоё сознание. От рождения и до последних секунд жизни человек просматривает всю свою жизнь, как некий фильм, в котором главным героем является он сам… – задумчиво сказал я и на какое-то время замолчал. Затем я посмотрел пристально на гостя и тихо произнёс:

– У вас было такое чувство, словно вы совершили какой-то неприятный поступок и хотите исправить свою ошибку, но всё осталось позади, в прошлом, а вы не в состоянии вернуться и что-то изменить, поэтому у вас остаётся такой тяжёлый осадок?

– Да, было такое! – подтвердил журналист. – Несколько лет тому назад мы повздорили с моим двоюродным братом, можно сказать по пустякам, а через несколько дней с ним произошёл несчастный случай: брат погиб в автокатастрофе. И теперь мне так тяжко на душе, что я не успел попросить у него прощения.

– Я сожалею! Дело в том, что я не просто так спросил вас об этом. Подобное чувство испытываешь там, за гранью нашего мира, когда видишь ошибки в своём прошлом и уже не можешь их исправить. Ты кричишь, плачешь, душа страдает от боли, что ты причинил кому-то горе и страдание, но изменить что-то поздно и невозможно!

Я солдат, не скрою, мне приходилось убивать, но на поле боя передо мной стоял не просто человек, а противник, которого необходимо уничтожить быстрей, чем он убьёт тебя. И ты к этой ситуации привыкаешь. Это как интересная игра, которую трудно прекратить. Она тебя манит, притягивает, и ты с каждом разом хочешь достичь всё большего успеха. Так вот, там, на поле боя, всё тебе привычно и понятно. Есть цель, противник, солдат выполняет приказ любыми способами. Как я сказал, мы убивали противника и не ощущали жалости. Это было нашей работой. А когда я побывал за гранью нашего мира, то видел буквально каждого из родных мне людей, которые страдали и оплакивали своих близких. То есть, убив одного человека, я принёс боль многим людям. И не важно, на какой стороне он воевал, на стороне зла или добра, его тело было убито, а родные и близкие оплакивали его. Да, я понимаю, это мой выбор быть солдатом, и ремесло воина – убивать, защищая интересы других. Мы этому учились! Но учителя наши не учили нас, что за каждой смертью будет страданье и покаяние наших душ.

Я рассказал девушке в индийском сари, что я солдат и от моих рук гибли люди, в ответ она сказала: это твоя карма. Быть воином предрешено было мне ранее. Она сказала, что это жизненный опыт, и мы учимся на своих ошибках, чтобы не совершать их в будущем. Я понял прежде всего одно: Бог создал уникальную систему мироздания и никто никого не наказывает в этом мире. Человек как личность свободен в своих деяниях, и только он сам может себя наказать, и он сам должен отвечать за свои поступки. Человек волен распоряжаться собой в своих мыслях и поступках, но нельзя переходить грань дозволенного. Это я понял, когда был там, в том мире – всё, абсолютно всё, становится бессмысленным, когда тебя призывают к стопам Бога. Карьера, деньги, власть – всё остаётся по ту сторону стены, и ты становишься в один ряд с людьми, которые, возможно, были твоими работниками, начальниками, знаменитыми людьми, президентами, но сейчас они все равны и каждый ожидает своей участи.

– Вы сейчас говорите, как священник… – сказал с ухмылкой журналист, но, увидев мой взгляд, смутился. – О, простите, мистер Харт, я не хотел вас обидеть…

– Я понимаю, вы думаете, если я бывший военный, офицер элитного подразделения, который воочию видел смерть и ад, то не могу говорить о высших моральных ценностях?! Ошибаетесь, друг мой, могу! Потому что своими глазами видел смерть, ад и то прекрасное, к чему мы должны стремиться.

– Простите, мистер Харт, я не хотел вас обидеть! И всё же меня интересует такой вопрос: если мы заговорили о потустороннем мире, то как наши души получают наказание после смерти. Вы можете это объяснить? Ведь не все попадают в так называемый рай, некоторые люди и в нашем мире уже живут в аду, – спросил Смирнов.

– Я же объяснил вам, что нет никакого наказания. Бог не карает нас, как думают многие люди, мы сами себе готовим участь в процессе всей нашей жизни. После встречи с этой девушкой на бакинском бульваре я прочитал много литературы на эту тему. В основном ведические писания, где подробно описывается процесс инкарнаций, перехода души из одного тела в другое… Есть много информации о карме человека. Почитайте! Как говорят тибетские монахи, что ты совершил в процессе жизни, то и получил.

– Интересно, но всё так сложно… в суете нашего сумасшедшего мира эта философия кажется прекрасным лотосом, растущим в грязном замусоренном пруду. Не каждому человеку под силу понять эту науку, хотя то, что вы рассказываете, непосредственно связанно с нашим будущем. Жизнью после смерти.

– А знаете, господин Смирнов, я, пожалуй, прочту вам ещё один стих и, возможно, вы поймёте смысл моих мыслей…

– С удовольствием послушаю! – воскликнул журналист.

«Тяжело с миром идти,

Искать истину на верном пути.

Если бьют тебя в щёку правую,

Сложно подставить левую!

Если лгут, ненавидят, ругают,

Тяжело быть постыдным!

Когда смеются и в душу плюют,

Сложно быть праведным!

Есть слово о Просветителе,

Урок он людям завещал!

Его били и ненавидели,

А он терпел и даже прощал!

Стоит задуматься и понять,

Урок Учителя осознать.

Стать праведным не так-то сложно,

А гордыню сломать – можно!»

– Прекрасно! Тоже вы написали?

– Эти стихи я написал несколько лет тому назад. После того как побывал за гранью нашего мира и всех последующих событий ко мне пришло вдохновение. Это может показаться странным, но стихи помогают мне расслабиться после напряжённой работы.

– А как вы вернулись? Как вы избежали суда, я имею в виду небесного суда, позволившего вам вернуться в обыденный мир? Почему вас оставили жить на Земле? Я даже не могу подобрать правильные слова: как Господь оставил вам жизнь?! Вот так сформулируем!

– Хм, вы обратились не по адресу. Это надо спросить у Него, – ответил шутливо я, показывая пальцем вверх. – Ну, начну с того, что так называемый суд был и надо мной, но возможно, всевышний дал мне шанс исправиться и переосмыслить мою жизнь. От капитана Джека Харта осталось только имя. Он стал видеть мир другими глазами и жить частично в другом теле, в другом мире.

Когда я оказался вне своего тела, какое-то время я находился в состоянии отчаяния и неизвестности. Вокруг меня бушевал хаос. Вопли, крики, разговоры не давали мне покоя. Как ни странно, но я мог одновременно слышать всех, кто говорил, кричал и даже шептал мне какие-то слова. В эти мгновения я ощущал стыд за прошлые действия и в то же время гордость, радость – за праведные поступки, печаль и страдание, когда видел смерть моих близких и родных. Я пережил все эти чувства, когда мне показывали мою жизнь.

И вдруг во всём этом хаосе вновь пробил свет, буря стихла и открылось ясное голубое небо. Свет был настолько ярким и прекрасным, что на фоне тёмно-серых тонов уходящего смерча свет казался мне родным и близким. Он, словно струя тёплой воды, струился нежно, переливаясь изумрудными лучами. Мне было хорошо и уютно в эти мгновения. Это был словно сладкий сон, от которого я не хотел пробуждаться. Откуда-то доносился нежный женский голос. Женщина смеялась и радовалась вместе со мной, но потом голос сказал: «Тебе ещё не время уходить в иной мир. Ты должен остаться и выполнить определённую миссию в этой жизни. Ты будешь помогать людям, ты станешь совсем другим человеком». Я смотрел вниз, на своё обезображенное тело, и хотел возразить, не хотел возвращаться обратно, но голос замолчал, и я, словно тяжёлый камень, полетел вновь вниз.

Однажды я рассказал об этом полёте в потоке света одному индийскому монаху, я ожидал увидеть на его лице удивление, но он, выслушав меня, рассмеялся и довольно спокойно ответил: «Ты должен радоваться этому. Не каждому человеку суждено быть избранным». Он сказал, что я на какой-то момент слился с духовным миром, поэтому ощущал себя хорошо и уютно. Это была Нирвана – как он сказал, вход в духовный дом Создателя. Но, видимо, Господь дал мне только слегка почувствовать сладкое умиление, наверное, это был всего лишь порог духовного дома.

– Интересно! – воскликнул Смирнов, обдумывая наш разговор. – Ваш рассказ… он впечатляет! Вы так красиво описали ваше состояние души, нахождение в ином мире, что невольно я задумался о смысле человеческой жизни: мы строим дома, считаем своим домом Землю, строим планы на будущее, но в действительности это всего лишь иллюзорный комфорт, пустота, бессмысленная трата времени. А действительность такова, что Бог не дал нам возможности жить долго, наше тело, как одежда, изнашивается, стареет, мы страдаем, болеем, затем умираем, и не это ли доказательство того, что нам дали временную жизнь, чтобы человек осознал своё предназначение в этой жизни, прошёл некое испытание, затем вернулся обратно в ту обитель, откуда когда-то ушёл?!

– Хм, а вы философ, господин Смирнов, – выслушав журналиста, сказал я. – Да, я с вами согласен! И знаете, я уже и сам порой начинаю запутываться и думать, где же на самом деле реальность человеческого существования, а где иллюзия?!

– Ну а как же вы вернулись в своё тело? – вновь спросил журналист.

– О, это было ужасное состояние! После сладкого и утешительного упоения, я вдруг стал падать вниз и оказался в операционной, где военные хирурги трудились над моим изувеченным телом. Они боролись за мою жизнь, надеясь её спасти. Впервые я предстал перед жестким выбором: остаться в этом мире или уйти, но меня уже предупредили, что я продолжу жить. Однако в эти минуты, когда я парил над своим телом, меня охватил панический ужас, и я задавал себе только один вопрос: как мне жить с этим изуродованным телом?!

Это такое состояние души, будто тебе дают рваную грязную одежду, и ты просто вынужден её надеть, так как другой у тебя просто нет. Я смотрел то вверх, где продолжал излучать сияние поток света, то вниз, где врачи предпринимали очередную попытку воскрешения моего тела. Я умолял, просил, чтобы меня забрали вверх, но моя судьба уже была предрешена свыше.

Тонкая серебристая нить жизни ещё связывала меня с моим телом. В реанимационной, на аппаратуре я видел, как медленно скачут строчки кардиограммы, сообщая моим спасителям, что жизнь пациента ещё не закончена. Это я теперь осознаю, что видел, как свет забирает душу, а нить, связывающая тело с астралом обрывается, и вот тогда наступает смерть. Для человеческого сознания этот процесс не совсем понятен, сложен, даже трагичен, но так называемая смерть – это не конец, а только начало следующей жизни. Так что, господин Смирнов, не переживайте, что когда-нибудь вы смените старую одежду на более приличный костюмчик, а что касается нашей души, то она – вечна, друг мой! – подытожил я.

– Я рад за всех нас, господин Харт. Если честно, я впервые слышу такие интересные размышления человека, который испытал клиническую смерть! Мне приходилось встречаться с людьми, которые прошли клиническую смерть, но они очень мало помнят о том, что происходило с ними. Они говорят о светлом туннеле, о некоем проходе в заоблачное пространство и буквально все они твердят, что это было будто сновидением и они не всё помнят, а затем и вовсе забывают об увиденном. А ваш рассказ просто уникален! Вы словно прожили одну жизнь, а затем, сбросив с себя старую кожу, как хамелеон, обрели другую оболочку, став другим человеком.

– Хамелеон?! – с усмешкой воскликнул я. – Здесь вы попали прямо в десятку. Наше разведывательное подразделение так и называлось – «Хамелеон». Скажу по секрету, только это не для печати, тогда ещё, в конце прошлого века, наши специалисты разработали такую материю, которая камуфлировала нашу одежду, и боец был практически невидим. Вот это действительно было фантастикой. Ну, а сейчас я даже представить себе не могу, какие технологии существуют, о которых обычный обыватель просто не знает.

– Но сегодня это уже не секрет, мистер Харт! Сейчас практически все военные структуры мира обеспечены технологией «стелс» — технологией снижения видимости с помощью электронных средств противодействия. Но мы опять отвлеклись! Как говорят французы, вернёмся к нашим баранам. Расскажите, мистер Харт, что произошло с вами дальше?

Глава третья: «Возвращение»

– Дальше?! – задумчиво переспросил я. – Дальше я увидел своего отца! Он сидел в одной из больничных комнат в ожидании результата операции. Я хотел приблизиться к нему, обнять его и почувствовать себя защищённым отцовской лаской, но в то же время я осознавал, что больше не увижу отца. Я был словно ребёнок, хотел, чтобы он увёл меня от этого страшного сна, защитил, обнял, успокоил. Я хотел, чтобы отец взял меня за руку и увел далеко-далеко, от всего, что происходило со мной.

И вот после пережитых чувств вдруг появился поток света, закружился вокруг меня и унёс далеко ввысь. Он поднял меня, как ветер, и я увидел в небе необычайной красоты сияние. Это было не просто какое-то свечение, оно радовало, успокаивало и в то же время придавало бодрости и уверенности в том, что я там, где должен быть. В это мгновение моя земная жизнь стала безразличной и чуждой для меня, всё нажитое, все так называемые человеческие ценности превратились в прах и бессмысленную трату времени. Ты осознаёшь, что вот она – истина и вот то место, куда ты должен стремиться и прийти. Там ты словно капля океана, сливающаяся с самим океаном, с бескрайней стихией, а душа, она безумно счастлива тем, что всё это происходит. Это душевное состояние невозможно описать словами, там совсем другое измерение времени, другие правила и законы.

Я парил как ангел, и мне было хорошо. Я обрёл чувство свободы и ни с чем несравнимую радость. В этом божественном состоянии я вдруг услышал нежный детский смех, затем я стал слышать голоса. Меня пытались уговорить, чтобы я вернулся в прежнюю жизнь и приносил людям пользу, но я не хотел возвращаться и был счастлив в этом изумительно прекрасном состоянии, меня, как пчёлку, манящую к мёду, тянуло к свету, я поднимался к нему всё выше и выше, чувствуя себя частью бескрайнего мира. Но голоса убеждали меня вернуться. И заметьте, они всячески твердили, чтобы я сам согласился.

– Голоса принуждали вас согласиться? – спросил журналист.

– Нет, что вы! Они не вынуждали, они звучали мягко, доброжелательно, но убедительно, мне говорили, что моё возвращение будет полезным как для меня, так и для людей, которым мне предстояло в будущем помочь. Они не просто даровали мне жизнь, но и оставляли меня на Земле их посланником, миссионером. Они сказали, что я буду обладать сверхъестественными способностями, в процессе познания истины обрету и силу. После этих слов мне ничего другого не оставалось, как только согласиться и принять их предложение. После моего согласия всё неожиданно изменилось, словно поменялась декорация театральной сцены, и я вернулся в своё тело. В реанимационной палате медики засуетились, увидев первые признаки жизни.

Итак, после моего возвращения из дальней выси в реанимационную палату, аппараты, к которым было подключено моё тело, вновь показали признаки жизни. Операция к этому времени была закончена. Я, вернее, моё тело, ещё находилось в коме. Сейчас всё это странно звучит, второстепенно, так как я, вернее, мой дух, он уже находится внутри так называемой «телесной одежды», а тогда со стороны мне было даже страшно осознать, что я вновь вернусь в это обезображенное тело и буду жить с ним. Хотя, если философски рассуждать, мы, люди – как дети, не умеем надевать нужную нам одежду, на нас её, можно сказать, насильно надевают, а мы смиренно терпим, растём в ней и якобы умираем, – подытожил я.

– Да, интересное философское рассуждение! – задумчиво проговорил журналист. – Скажите, Джек, как долго вы пролежали в коме и находились за пределами вашего тела? Я имею в виду, в астрале! Вы ощущали время?

– Там не существует такого понятия, как время! Я даже думаю, что четвёртое измерение, то есть время, его для нас специально придумали, чтобы мы, люди, смотрели на часы и поторапливали оставшийся кусок жизни. Годы, месяцы, часы, минуты – всё это придумано для определения окончания нашей жизненной вехи в этом мире! А там, за гранью нашей реальности, такого понятия, как время, просто не существует! Там другие правила, другие измерения. Я помню только фрагментные моменты нахождения в астрале. Помню… нет, я даже видел тонкую серебряную нить, связывающую моё астральную сущность с материальным телом. Я был словно надувной шар, привязанный за эту нить к реанимационной кровати, который парил над своим телом, наблюдая сверху за всем, что происходит вокруг.

Определить время в таком состоянии невозможно. В нашем трёхмерном мире тело может пролежать в коме несколько месяцев, даже лет, но для духа вне тела всё происходит иначе. В ином мире все действия проходят молниеносно. Одни и те же чувства и эмоции могут возвращаться в первоначальную стадию многократно, а в нашей реальности все действия совершаются в определённой последовательности, и их не вернёшь, они остаются в прошлом.

– А в чём состоят повторяющиеся эмоции, чувства? – спросил журналист.

– Ну, в основном, это связано с воспоминаниями о прожитой жизни. Радостью и печалью. Там человеку дают возможность пережить вновь и вновь свою прошлую жизнь и осмыслить: правильно ли ты действовал в том или ином случае. Это своего рода личный суд над собой. Никто никого не судит и не наказывает, как думают люди. Человек остаётся один на один с самим собой, он видит, ощущает и осознаёт, что жизнь его прошла зря и впустую. Он проходит некое жизненное испытание, затем ему предстоит пройти другие испытания. Он вновь рождается и при этом не помнит свои предыдущие перевоплощения. Это делается для того, чтобы человек мог исправиться, подняться на ступень выше.

– Если я вас правильно понял, человек умирает, вернее, его тело, затем в астральном мире дух человеческий проходит некий суд над самим собой и только потом он вновь появляется в этом мире и, как говорится, начинает жизнь с чистого листа?! Ну, а как же наша прошлая жизнь? Почему мы не помним наши прошлые перевоплощения, если эта концепция жизни и смерти состоит в нашем перерождении? – задал вопрос журналист.

– Да, вы верно подметили, именно с чистого листа! Меня тоже интересовал этот вопрос, и я задал его той девушке на бульваре, на что она ответила: «Если человек будет помнить свои предыдущие жизни, он будет повторять свои ошибки из прошлого опыта, и тогда не будет смысла перерождаться для новых испытаний жизни». А вот что ещё сказал дядюшка Сократ, более двух тысяч лет тому назад: «Жизнь без испытаний – это не жизнь».

– Сократ был мудрым философом своего времени, но я не думаю, что он смог пережить и познать все тайны, открывшееся вам, мистер Харт! Смерть тела и материи существовала всегда, но не каждый может зафиксировать этот момент на собственном опыте. И всё же я хочу понять, чем отличается наша реальная жизнь от параллельного мира?!

– А что вы называете реальностью? – спросил вдруг Джек. – Если мы родились на планете Земля и с детства привыкли к этой жизни, к этой атмосфере, привязаны к материальным ценностям, то мы должны считать это – реальностью?!

– Ну, да! – опешив, воскликнул Смирнов. – Я называю это реальностью, так как с помощью своих чувств я воспринимаю этот окружающий мир таким, какой он есть! Возможно, я ошибаюсь, но мы, люди, привыкли к этому миру и не готовы увидеть что-то совершенно иное.

– Я тоже так думал, пока не умер и не увидел… вернее, не осознал, что есть истинная реальность, к которой мы должны стремиться. Вот скажите, господин Смирнов, как может быть реальна человеческая жизнь, если она – временна? Да, надо осознать, что мы временное явление на этой планете, в этом мире. Там, за гранью этой так называемой реальности, человеку открывается истина, и он не хочет возвращаться. Это как, к примеру, переехать из старого дряхлого дома в светлый и большой дом, где намного лучше условия жизни и все жильцы рады тебе. Истинная реальность – это когда ты сам по себе вечен и слился с вечностью. На какое-то мгновенье я ощутил это состояние, поэтому этот мир, в котором мы живём, стал не интересен для меня!

– Я слышал такую концепцию, что наш мир некая проекция, компьютерная программа, где мы, люди, выполняем второстепенные роли по воле главного героя, и вся наша жизнь заранее запрограммирована. Даже наше интервью – это своего рода проекция создателя этой программы. Как вы относитесь к такой идее? – спросил журналист Смирнов.

– Хм, интересная теория! Хотя со стороны кажется, что наша жизнь течёт очень медленно. Я поэтому и сказал, что понятие времени – оно относительно для человечества. Вот представьте себе: идёт бой, взрываются снаряды, свистят пули со скоростью тысяча метров в секунду, а ты стоишь по ту сторону параллельного мира и наблюдаешь за сценой боя… и для тебя это не бой, а застывшие во времени манекены. Если даже эта теория о проекции нашего мира верна, то она работает на уровне компьютера с очень слабым процессором! – подытожил я с иронией. Смирнов, выслушав меня, на какое-то время задумался, затем задал следующий вопрос:

– Так, погодите, я хочу понять, как происходит движение в параллельном мире. Если пуля, летящая со скоростью тысяча метров в секунду, застыла в воздухе, то наш мир по сравнению с параллельным, просто застывшая картинка?! И теория о проекции верна?

– Да, можно сказать и так. Жизнь на земле мне напоминает большую книгу с картинками, где на одной странице одна сцена жизни, а на другой продолжение… Поэтому я вам сказал, что время – это относительное понятие. Его просто нет. Образно говоря, там, в параллельном мире, можно заглянуть во все страницы нашей жизни, перелистать её вперёд и назад и прожить всю жизнь заново. Я много думал об этом и даже хотел изменить неприятные моменты жизни, но, как говорится, путь пройден, испытание прошло, и оно зафиксировано в прошлом, как в документах.

– Да, интересный у нас получился разговор! Особенно необычно сравнение нашей жизни с компьютером и слабым процессором. А разве было и такое в истории человечества, что всемирная сеть связи работала медленно? – поинтересовался Смирнов.

– Эх, молодой человек, вам бы в конец восьмидесятых двадцатого века, вы бы ещё и не такое узнали. Это сейчас – прикоснулся к клавише и получил нужную информацию, а в те годы чтобы получить какие-то знания, приходилось рыться не в компьютерах и всяких гаджетах, а в библиотеках, в книгах. Так мы получали знания и нужную нам информацию. А сейчас вся необходимая литература и даже учебники стали электронными. С одной стороны, возможно, это хорошо, прогресс технологий, а, с другой стороны, многие молодые люди, дети разучились писать и считать в уме. За вас теперь всё делают технологические машины, и вы становитесь ленивыми и малоподвижными. Если всё будет идти такими же темпами, то в скором будущем технологии и искусственный разум просто восстанут против людей и наступит полный хаос.

– Ну, вы преувеличиваете, мистер Харт, я не думаю, что до этого дойдёт! – с ухмылкой воскликнул Смирнов. – Машины помогают нам жить в этом непростом мире, вот и всё! А ленивые и безмозглые люди, они были всегда. Давайте лучше оставим наше не безоблачное будущее и вернёмся в ваше прошлое. Что произошло дальше, мистер Харт?

– Я ещё некоторое время был в астральном мире и наблюдал за своим телом, лежащем в коме. Рядом сидел отец и молча смотрел на меня, вернее, на моё тело. Какое-то время я находился высоко над палатой, затем подобно ангелу я подлетел и присел рядом с отцом. Он жалостливо смотрел на моё бледное лицо и молча молился, чтобы я выжил и вернулся к прежней жизни. Странно, но я до сих пор помню его молитвы, его слова. Он даже не шевельнул губами, но я слышал, как он мысленно молит бога о моём спасении. Ещё ребёнком я как-то спросил у дедушки: почему мы молимся перед едой, и кто слышит нашу мольбу, на что он ответил: «Бог слышит каждого, кто обращается к нему. Он всевидящий и всеслышащий».

И знаете, там, в астральном мире, я слышал голоса молящихся людей. Моё пребывание в тот момент выглядело так, словно я стоял на крыше дома рядом с дымовой трубой, а в доме находилось огромное количество людей, и все они молились, а я через эту трубу слышал их голоса.

Молитвы миллионов людей, имена бога, звучащие из уст людей, – это словно пение и звучание прекрасной музыки. Трудно объяснить словами, но это был огромный поток энергии, исходящей из Земли в просторы иного, но в то же время родного нам мира. Порой мы сами не задумываемся, говорим какие-то слова, но от слов и действий человека зависит тон, звучание музыки.

– Простите, я не совсем понял вас! Можете подробно объяснить этот момент? – спросил журналист.

– Понимаете, когда людям живётся хорошо, музыка рвётся ввысь, она весёлая с позитивным настроем, но, когда идут войны, наступают голод и смерть, в молитвах людей звучит другая музыка. В ней появляется грусть, печаль, скорбь. И она по-другому отражается в потустороннем мире, в голосовых вибрациях, или как-то иначе, но это происходит. Люди перестали осознавать истинные ценности человечества, поэтому совершают убийства, а за убийство другого существа всегда приходится расплачиваться. Мы не понимаем многого, но всё в этом мире взаимосвязано.

– То есть, когда на земле войны и царство мрака, то и тон музыки соответствует нашему существованию? Так я вас понял?!

– Именно так! – подтвердил Джек.

– Да, интересная взаимосвязь событий в мире и состояния душ человеческих в обители Господа, – высказался журналист, записав это изречение в свой электронный блокнот.

– Это была не обитель Господа! А всего лишь граница между материальным миром и духовным. Это место, образно говоря, пограничный контроль. Если у тебя всё в порядке с документами, ты можешь спокойно лететь в любой райский уголок, ну а если тебя что-то связывает с нашим грешным миром, то тебе дают эконом-класс и отправляют туда, куда ты заслуживаешь лететь, как говорится.

– Хм, не перестаю удивляться вашим высказываниям о теории потустороннего мира. Вы так красиво рассказываете, но я журналист, и порой мне приходится не только задавать вопросы собеседнику, но и спорить с ним. Буду с вами откровенен, я скептически отношусь к таким высказываниям. Я привык рационально смотреть на мир и хочу, чтобы нас убеждали в чём-то, прежде чем мы скажем «да»!

Я посмотрел гипнотическим взглядом на журналиста, затем молча заполнил трубку табаком и, прикуривая, сказал:

– Зачем вы этим занимаетесь, если вы закоренелый материалист?! Я вижу в вас Фому-неверующего. Если вы привыкли видеть только всё материальное вокруг себя, то это не значит, что по ту сторону стены нет других форм жизни. А хотите, я прямо сейчас докажу вам, что за этой стеной существует другая жизнь, и вы её сейчас увидите! – воскликнул я, показывая пальцем на соседнюю комнату.

– В каком смысле? – встревоженно спросил Смирнов.

– В самом прямом! Что вы видите перед собой сейчас?

– Как что? Стену, обои…

– То есть вы не видите, что творится за этой стеной, а видите только стену и бумажные обои?!

– Да! – взволнованно сказал журналист.

– Хорошо, пойдите и посмотрите, что находится за другой стеной, вернее, кто? Только предупреждаю вас, будьте осторожны! Если это существо голодное, то оно может быть опасно и может… – тихо сказал я, приложив палец к губам, затем рукой показал, чтобы журналист пошёл в другую комнату.

Смирнов нерешительно поднялся из кресла и направился в другую комнату. Через несколько минут, проведённых в другой комнате, журналист вернулся в холл дома с чёрным котом в руках. Он, нежно поглаживая кота, вновь сел на своё место и недовольным голосом произнёс:

– А я и в правду подумал, что за этой стеной увижу что-то невероятное. Если честно, я повёлся на вашу шутку.

– А это была не шутка, мой юный друг! Вы хотели оказаться по ту сторону стены и увидеть живое существо – вы оказались там и увидели живое существо! Вы открыли дверь и переступили границу двух миров! Кроме того, вы осмелились принести в этот мир это симпатичное, но чертовски прожорливое существо.

– А вам не кажется, мистер Харт, что всё это банально и смешно?!

– Нет, не думаю! Я снял вас на камеру и хотел бы показать ваш уход в другую комнату и затем приход сюда, в холл дома.

Я взял пульт и на большом телевизионном экране показал журналисту все его действия. Смирнов посмотрел на меня удивлённым взглядом и спросил:

– И что здесь сверхъестественного? Я прошёл в другую комнату и вышел оттуда с этим замечательным котом.

– Что здесь сверхъестественного? – задумчиво повторил я, затем сказал: – Понимаете, господин Смирнов, когда человек видит что-то невероятно красивое, он впечатлён этим, а когда ему преподносят искусственное, он сразу замечает разницу. Так произошло и со мной! Ну, к примеру возьмём восход солнца. Вы чувствуете свежесть утреннего воздуха, свет и тепло, исходящее от светила, вам хорошо на душе и комфортно. Вы всем телом и душой чувствуете всю прелесть природы, ощущаете гармонию между вами и создателем. А вот вам второй пример: вам показывают на бумаге иллюстрацию восхода солнца и говорят: «Не правда ли, это красиво?» Да, вы соглашаетесь с этим мнением, ну вы не чувствуете всей прелести пробуждения природы. Вот в чём разница между этим «бумажным» миром и тем, что находится, образно говоря, за другой стеной.

– Да, это прекрасная теория, но, к сожалению, я не знаю других людей, кроме вас, конечно же, кто смог переступить эту грань и описать жизнь по ту сторону «стены». И потом, мистер Харт, вы можете предположить, что это могли быть ваши галлюцинации во время клинической смерти? – возразил Смирнов.

– Хм, трудно вас в чём-то убедить, господин журналист! Ну, хорошо! Я вам кое-что продемонстрирую, и вы на практике убедитесь, что этот мир – эфемерная иллюзия! Я вам говорил, что там, за гранью нашего воображения, скорость подобна молнии. Десятки прожитых лет нам кажутся долгими годами, но там всё происходит молниеносно, а понятие времени просто отсутствует.

Я ускорил видео с движением журналиста до максимума. Скорость движения была настолько высокой, что вскоре Смирнов просто исчез с экрана, где осталось лишь изображение пустой комнаты.

Журналист долго смотрел на экран и был озадачен этим показом. С одной стороны, он понимал, что это всего лишь технические возможности аппаратуры, но, с другой стороны, он осознал, насколько действительно скоротечна человеческая жизнь, как я описал и показал ему на примере.

– Что ж, вы меня впечатлили этим показом. Не скрою, ваша теория меня заинтересовала, но вы ведь понимаете, мистер Харт, что это всего лишь технические возможности аппарата.

– Никакого другого ответа я и не мог ожидать от заядлого материалиста! – воскликнул я, заострив свой взгляд на коте, сидевшем на коленях журналиста. И вдруг произошло нечто неординарное. Кот вдруг зафыркал, словно увидел, что-то страшное, скрутился колесом и неожиданно исчез. Смирнов испуганно отпрянул от меня и, тяжело дыша, спросил:

– А где же к… кот? Он же буквально несколько секунд тому назад сидел у меня на коленях… я чувствовал тепло его тела, но он вдруг стал холодным и словно испарился на моих глазах! Что это было, мистер Харт?

– Вы же материалист и не верите во всякие потусторонние штучки, будем считать, что это был фокус.

– Какой ещё фокус?! Я держал на руках живое существо, и в одного мгновение оно из моих рук исчезло. Я видел всё своими глазами. Объясните мне, что это было, мистер Харт?! – взволнованно сказал журналист.

– Для начала успокойтесь, господин Смирнов. Это был обычный кот, его зовут Панда, из-за некоторого внешнего сходства с бамбуковым медведем панда, но, скажу по секрету, после пребывания в потустороннем мире он стал, мягко говоря, не обычным. Он может неожиданно исчезать, а потом так же неожиданно появляться в разных местах дома. Мы уже привыкли к этому, так что не удивляйтесь, если он вдруг неожиданно появится у ваших ног. Кот, что с него взять! И только я рассказал об этом, как журналист вновь резко отстранился назад, громко воскликнув:

– О! Что это было? Что-то проскользнуло между моих ног.

– Панда, сорванец, зачем ты напугал нашего гостя?! – со смехом обратился я к коту. – А ну-ка марш на кухню! После моих слов послышались фырканье кота и шорох движений этого «ходячего призрака» по паркетной доске.

– Это был ваш кот? Я слышал его шаги, но не видел его самого. Как такое возможно?

– О, друг мой, вы ещё так мало знаете об этом мире, а рассуждаете о нём, словно жили на Эвересте и видели весь мир с его высоты. Так говорят на Тибете, когда речь идёт о зазнавшемся человеке.

– Но, простите, я констатирую только факты нашей жизни, а факты – упрямая вещь! – сказал журналист и оторопел, услышав из другой комнаты мяуканье кота. – Фу, дьявольщина какая-то, это же обычный кот, а я…

– Наш Панда умный кот, и он с вами не согласен. Итак, задавайте ваши вопросы, пока у ваших ног не очутился наш чёрный доберман. Смирнов посмотрел удивлённо на меня и настороженно спросил:

– У вас есть ещё и собака?

– Нет, я шучу! У меня только кот-призрак, ну и пару малюсеньких мотыльков, иногда появляющихся на свету. Так уж получилось, что они… хотя об этом позже. Задавайте ваши каверзные вопросы, господин Смирнов.

– Э.., хорошо! – озираясь по сторонам, воскликнул озадаченный журналист и продолжил беседу:

– Мистер Харт, расскажите, пожалуйста, как ваш отец отнёсся к тому, что вас, скажем так, временно умертвили, заморозив в специальной капсуле?!

– Да, насчёт каверзных вопросов я не ошибся! А как вы думаете, господин Смирнов, как может отнестись родитель к такой ситуации, когда его сына привозят полумёртвым, затем как кильку в консервной банке, замораживают в металлической капсуле и отправляют в будущее, для реанимации тела?! И при этом отец понимал, что больше не увидит сына таким, каким он был раньше.

– Простите мою бестактность…

– Всё нормально, вы журналист, привыкли задавать каверзные вопросы, а я военный, и привык отвечать прямо, как говорится, в лоб! Я был единственным сыном в семье, когда мне исполнилось десять лет, моей матери не стало. Она умерла после длительной онкологической болезни. Впоследствии наша жизнь с отцом стала скучной и холодной. Отец очень любил маму, она была весёлой, темпераментной, любящей жизнь. С отцом они познакомились в Москве, когда мама училась в Московском государственном институте международных отношений – МГИМО. Мечтала стать дипломатом и уехать в Англию. Позже отец рассказывал мне, как долго ухаживал за Мери, так он нежно звал маму – Мехрибан. Её родители не решились отдать свою единственную дочь за иностранца, но отец, как военный стратег, обаял родителей Мехрибан своим прекрасным турецким языком. В молодости отец служил в Турции, выучил турецкий язык, а турецкий и азербайджанский, они почти идентичны…

Во время знакомства отец служил аккредитованным военным атташе Великобритании в Москве. Тогда ещё был Советский Союз. Очень часто в МГИМО отца приглашали читать лекции для студентов, так как у него уже был опыт преподавания на военной кафедре Кембриджского университета. На одном из семинаров отец заметил красивую девушку восточной внешности. Отцу было уже за сорок, но, как он сказал, с первой встречи влюбился в Мери, как шестнадцатилетний мальчуган. Так встретились мои родители.

После распада СССР отца, по его инициативе, направили в Азербайджан, там он продолжил службу в посольстве Великобритании в Азербайджане. Через год родился я. Мне исполнилось пять лет, когда миссия отца в посольстве закончилась, и мы уехали в Лондон.

После смерти мамы отец впал в депрессию. Много пил. В дальнейшем он так и не женился ни на какой другой женщине, боясь оскорбить память Мери. Да, возможно, это слишком консервативный подход к жизни, его поступок походил на средневековый рыцарский жест, но в этом-то и заключалось вся суть и характер династии Хартов.

Рассказывая об отце, я вспомнил, как видел его сверху, из астрала, сидящим в клинике в обреченной позе, но с надеждой, что его сын откроет глаза и обнимет его. Там, по ту сторону мира, эти чувства ощущались особенно остро, мне было очень больно видеть родного человека, переживающего предсмертное состояние сына. От воспоминаний у меня на глазах выступили слезы, но я сдержал нахлынувшие эмоции и продолжил рассказывать:

– Две души находились друг против друга, а посередине лежало моё тело, как пропасть между двумя мирами. Я долго смотрел на отца и хотел крикнуть ему: «Отец, вот он я, твой сын, я здесь, я жив! Посмотри на меня». Меня одолевало даже чувство ревности, что отец так сильно переживает за мёртвое безжизненное тело, а я, как суть, наблюдаю за этой несправедливой сценой и ничего не могу изменить. Странно, наверное, это слышать, но я воспринимал его переживания по поводу моей смерти так, словно родной человек плачет не по тебе и твоему уходу, а по какой-то одежде, которую ты когда-то носил! И при этом тебя ничего не связывает с этим телом. Хотя нет, жизненная нить, исходящая из тела, она ещё подтверждала моё присутствие в этом мире, а я только ждал и надеялся на то, что она скоро оборвётся и я устремлюсь ввысь.

Глава четвёртая:

«Живая капсула – путь в будущее»

– Да, жуткая сцена! У меня аж мурашки по спине пробежали, – высказался журналист.

– Жуткая сцена… вы ещё не знаете, что такое жуткое состояние – это когда ты просыпаешься, как в обычный день, но оказываешься не там, где ты должен быть. Тебя одолевают страх и растерянность, а потом ты осознаёшь, что умер и больше не живёшь обычной жизнью. Вот это жуткая сцена.

– Как, разве после смерти нас ждёт состояние страха и отчаяния? – спросил журналист.

– По сути, мы каждый день умираем и в то же время воскресаем. Вы не задумывались, почему человек спит?

– Ну, таким образом мы восстанавливаем физические и психологические силы, это нормальное явление для всех живых существ! – ответил Смирнов.

– Я не буду спорить с вами о необходимости сна для человека и живых существ, но это состояние приближено к так называемой смерти тела. Только в этом состоянии вы, то есть ваша астральная сущность, может общаться и находиться за пределами материального тела. Недаром говорят: сны – это зеркальное отражение иного мира. Что же касается вашего вопроса о том, ждёт ли нас страх и отчаяние, то опять-таки это зависит от вашего жизненного пути, пройденного испытания. Или, как говорят сейчас, вашей кармы. Если она прошла позитивный жизненный путь, то и «проснувшись», вы не почувствуете угнетенное состояние.

Находясь в госпитале и став свидетелем операции с телом одного больного, я увидел, как дух отделяется от тела. Дух в страхе и отчаянии метался и страдал, увидев со стороны своё умершее тело. Дух умершего какое-то время парил над своим земным телом, затем нить, связывающая тело и дух, оборвалась, и дух улетел не в поток света, как принято считать, а в тёмный туннель. И всё это время дух умершего кричал и молил бога, чтобы его пощадили. Затем я услышал от врачей, что умерший был военным преступником и убил огромное количество людей. И как вы считаете, с какими чувствами такие люди должны «просыпаться»?

– Но позвольте, вся эта философия человеческой жизни, связанная с моральной стороной жизни, разве это правильно?! У меня вопрос: если мы стали заложниками правильного образа жизни, то, где же свобода личности? Если мы будем бояться, что когда-нибудь заснём и проснёмся в ужасных сновидениях, то разве мы должны это одобрять? Не считаете ли вы, что мы, люди, не свободны в своём выборе, а становимся пленниками наших стереотипов?!

– Нет, я так не считаю! Что же касается свободы личности, то у нас с вами этой свободы предостаточно! Я был солдатом и мог убивать своих врагов одним только выстрелом, но во мне есть та моральная грань, которая не позволяет мне стать убийцей. Если хотите, можете назвать это инстинктивным проявлением чувства самосохранения, которое и позволяет выжить. Как хотите это называйте, но это тот «предохранитель», который есть в каждом живом существе, он в нужное время может включиться и остановить нас от совершения непоправимых поступков. Вот этот фактор и делает нас сознательными людьми. И таких людей, живущих по внутренним законам совести, проснувшихся от «сна», не одолевает чувство страха и паники.

– Расскажите, пожалуйста, мистер Харт, кто принял столь рискованное решение: заморозить ваше тело и отправить его в будущее?

– Мой лучший друг Уильям! Мы с ним познакомились в военной академии, он выбрал кафедру медицины. Как говорил мне Уильям, «быть врачом в нашей семье – традиция». По окончании военной школы нас разбросало по разным странам, но, тем не менее, мы находили случай перезваниваться и писать друг другу. В день его свадьбы я буквально вырвался из района боевых действий и приехал к нему на торжество. Через год я вновь вернулся в Лондон и стал крёстным их ребёнка.

Уильям стал инициатором консервации моего тела и отправки его в будущее. Я был свидетелем разговора отца с моим лучшем другом. Уильям вошёл в палату, где сидел мой отец, и взволнованным голосом сказал:

«Мистер Харт, мы сделали всё, что могли… Осколочный снаряд повредил многие жизненные органы вашего сына, но сердце Джека, слава богу, не повреждено».

«Скажите, Уильям, Джек будет жить?» – спросил отец.

Уильям затруднялся сразу дать ответ, но потом сказал: «Мистер Харт, он, конечно же, выйдет из комы и придёт в себя! Джек – молодец, у него крепкий организм, он выживет, но сможет ли он жить такой неестественной для него жизнью? Ему придётся всю жизнь быть в инвалидном кресле, без ног, без рук, с вечными проблемами со здоровьем и быть всегда под присмотром. У него повреждены многие внутренние органы, вы понимаете: неправильная еда, ошибка при назначении медикаментов, недостаточный уход за его ранами – да всё что угодно может произойти и привести его к смерти. Мы можем сохранить ему жизнь, но он будет очень страдать от своей неполноценности, ущербности, полной зависимости от медицинского персонала. И это будет его угнетать».

«Что ты предлагаешь, Уильям? Отключить моего сына от аппарата искусственного дыхания и покончить с этой проблемой!» – воскликнул отец.

«Нет, что вы! Как вам могло прийти такое в голову! Я хотел поговорить с вами о его будущей жизни. Но то, что я предложу вам, это равносильно смерти. Джек может полностью реабилитироваться, даже стоять на ногах как полноценный человек, но для вас он будет мёртв».

«Уильям, что ты такое несёшь»?!

«Мистер Харт, послушайте меня внимательно! Сегодня у нас нет средств для восстановления вашего сына, и мы рискуем потерять его, но в лабораториях нашего института разрабатываются современные технологии по генерации тела человека в рамках генной инженерии и они уже дают положительные результаты. Я частично провожу там исследования и могу сказать вам, что в ближайшем будущем мы сможем полностью реабилитировать вашего сына. Мы проводим удачные эксперименты на животных, но нам нужно время, чтобы понять, насколько наши исследования эффективны. В недалёком будущем будет возможно искусственное отращивание конечностей, а также человеческих органов. Сегодня это звучит как фантастика, но скоро наши исследования будут применяться на практике, и таких больных, как ваш сын, мы сможем исцелить и поставить на ноги. Я вам скажу больше! Если нам удастся произвести новые ткани и органы человека, то жизнь людей может продлиться на несколько столетий. Теперь вы понимаете, какие серьёзные испытания мы проводим?! Повторяю, в скором будущем мы сможем спасти и полностью исцелить вашего сына».

«О чём ты говоришь, Уильям? В недалёком будущем? Ты имеешь в виду, лет через пятьдесят, сто? Я тоже военный и знаю, что необходимо ждать, как минимум, пятьдесят лет после таких испытаний. Это живой человек, а не мышь, и я не отдам своего единственного сына для всяких экспериментов!» – возразил отец.

«Мистер, Харт, вы опять меня неправильно поняли! Я понимаю ваше состояние, поверьте, у меня тоже оно не из лучших! Когда я увидел Джека в таком состоянии, мне тоже было плохо, но я как врач-исследователь надеюсь увидеть Джека в полном здравии! Если даже потребуется выждать десятки долгих лет. Я хочу вам предложить следующее: на одной из наших военных баз уже проводятся практические работы по замораживанию людей. Поверьте мне, мистер Харт, что это очень эффективная перспектива. Я предлагаю заморозить Джека, чтобы в будущем, когда технологии по регенерации тела человека уже будут применяться, провести разморозку и исцелить его».

«Ты что, Уильям, действительно предлагаешь заморозить моего единственного сына»?

«Да, мистер Харт! Я именно это имею в виду! Сейчас две тысячи пятнадцатый год, через каких-то двадцать – сорок лет Джек вновь встанет на ноги и будет себя чувствовать полноценным человеком! У нас нет времени на ожидания, мистер Харт, вы же знаете Джека, он никогда не смирится с ролью куклы. Вы должны согласиться и подписать бумаги, как ближайший родственник вашего сына».

Уильям говорил уверенно и настаивал на своём. Если честно, я не узнавал в нём того застенчивого парня, которого знал когда-то. Он возмужал, стал главным хирургом исследовательского института и добился многого в своей профессии. Ещё в военной академии он говорил, что я буду служить в элитных войсках разведчиком, как Джеймс Бонд, а он станет доктором и будет лечить нас от бандитских пуль. Мы шутили, но в его словах чувствовалось немного зависти к нам. Прошло много лет, теперь я сам ему завидовал. Он стал образцовым семьянином, у него сложилась прекрасная карьера, а я… Я стал воином – без семьи, без детей и дома. Я вечно лез в пекло, словно меня манил запах пороха, и этот адреналин боя, он сводил нас с ума. Быть крутыми, сильными делало парней, подобных мне, безрассудными.

Я находился между отцом и лучшим другом и думал о своей жизни. Насколько же она – жизнь моя, оказалась пустой, глупой и бесплодной. Там, за невидимой гранью, у меня были какие-то ценности в жизни, а сейчас, когда я умер, все планы, привычки, да и в целом вся моя жизнь оказались бессмысленны, и я будто остался в пустоте. Так зачем я жил в этом мире? Неужели ради этой самой пустоты, иллюзии, которая окружала меня? Я смотрел на отца, видел его растерянность и понимал, что он не может так сразу согласиться на предложение Уильяма. Хотя в глубине души отец понимал, что Уильям хотел спасти меня и желал мне только добра, но его угнетала моя дальнейшая судьба. Отец понимал, что если он решится на заморозку сына, то больше уже не увидит его, а это действительно равносильно смерти.

«Уильям, я не знаю, что тебе ответить, ты так умеешь убеждать, что я начинаю верить тебе»! – сказал отец. Он глубоко задумался, затем спросил: – «Ты уверен в безопасности этого эксперимента? Ты ведь тоже отец, Уильям, и ты должен понять меня, я так сразу не могу решить этот вопрос».

«Мистер Харт, у нас очень мало времени! Если честно, я уже договорился с моим шефом и объяснил ему ситуацию. Он не против. Вот его письмо, в котором он подтверждает своё согласие. Положитесь на меня, мистер Харт, и всё будет хорошо! Если бы это было опасно для жизни Джека, я бы никогда не согласился на такое! Это единственный шанс исцелить его в будущем!»

И после долгих сомнений отец всё же решился: «Ну что ж, Уильям, если всё так, как ты говоришь, мне ничего не остаётся, как только согласиться на твою авантюрную идею! Давай бумаги на подпись. Пусть мне будет одиноко и трудно, но я буду знать, что в будущем мой сын будет жив и здоров. Я конечно же не доживу до этих дней, но пусть Джек живёт и продолжит род Хартов»!

«Не беспокойтесь, мистер Харт, что всё будет хорошо. А пока Джек спит сладким сном, разрешите мне и моим малышам посетить вас в конце недели. Джек всё-таки крёстный моего первенца, а вы считаетесь ему дедушкой!» – попросил Уильям, и отец, конечно, обрадовался его предложению.

После того как отец подписал бумаги, Уильям распорядился, чтобы моё тело увезли и поместили в специальный контейнер. Затем на военно-транспортном самолёте контейнер с моим телом доставили в Шотландию, где у подножья горы Бен-Невис находился научно-экспериментальный центр вооруженных сил британской армии.

Моё тело изучали два дня, а затем отправили глубоко под землю. В лаборатории тело поместили в герметичную капсулу, залили специальной жидкостью и заморозили.

За всем этим процессом я наблюдал со стороны и в какой-то момент почувствовал, что жизненная нить, связывающая меня с телесной оболочкой, как аркан стала затягиваться и тянуть меня назад, в эту замороженную «тушу». Вы можете представить моё состояние, когда тебя насильно обратно всовывают в старую одежду, да ещё в таком обезображенном состоянии. Я сопротивлялся, не хотел возвращаться, но не успел я опомниться, как уже оказался в своей старой телесной оболочке. Это было жуткое состояние! Буквально за какие-то доли секунды я стал задыхаться от судорог, болей и ужасного холода, словно во мне вновь включились чувственные каналы. Это было такое ощущение, словно ты проснулся и оказался под водой: не можешь дышать, не можешь сопротивляться, так как мышцы не слушались меня, а нервная система отказывалась принимать команды головного мозга. Какое-то время я ещё был в таком полуобморочном состоянии, затем всё смешалось в моём сознании, и я отключился.

Глава пятая: «Пробуждение»

Когда я пробудился, первое что услышал, это тихую мелодию флейты, а где-то на улице дружно чирикала стая воробьёв. Я слышал шелест деревьев и чувствовал лёгкий тёплый ветер. Всё это было прекрасно, словно продолжение сладкого сна. Я чувствовал уют и комфорт, солнечные лучи щекотали моё лицо своим теплом, словно хотели разбудить меня, чтобы я встал и насладился жизнью. Это было пробуждение. Мне было хорошо! Но вдруг я вспомнил, что случилось со мной, и долго не решался открыть глаза.

– Он пришёл в себя, доктор! – вдруг кто-то воскликнул рядом. Я услышал шаги, а затем знакомый голос:

– Ну, всё, хватит притворяться, Джек! Открой глаза и посмотри на новый мир! Надеюсь, он тебе понравится! – я услышал голос Уильяма. Открыв глаза, я увидел перед собой пожилого человека в очках и белом халате.

– Уи… иль… ям! – произнёс я, еле выговаривая буквы. Я удивлённо уставился на него и внимательно рассмотрел его лицо. – Уильям, как же ты постарел, друг! – произнёс я.

– А что ты хотел, время безжалостно бежит, но в твоём случае оно как раз остановилось! Я прожил достаточно долгую жизнь, а теперь, молодой человек, твоя очередь – жить и наслаждаться жизнью! Я всегда тебе немного завидовал, и вот теперь ты всех нас оставил позади. Мне семьдесят три года, парень! Такие вот дела, Джек!

– Как, семьдесят три? – удивился я. – Мы же с тобой почти ровесники! Ты на два года старше меня. Какой сейчас год, Уильям?

– Две тысячи пятьдесят шестой…

– Какой? – удивился я. – Это что же, сорок лет прошло?

– Сорок один, дружище! Ладно, мы ещё успеем с тобой наговориться за чашкой кофе, а теперь, мистер разведчик, я попрошу вас встать и показать мне, как вы можете делать приседания и армейское отжимание от пола!

– Ты что издеваешься надо мной, Уильям? Ты разве не видел моё истерзанное тело? Я не чувствую своего тела. И потом, зачем ты меня заморозил?

– А откуда тебе известно о твоём истерзанном теле? Ты ведь был в состоянии комы. Ты был практически мёртв, Джек, откуда ты мог знать, что случилось с твоим телом?

– Перед тем как меня поместили в капсулу и заморозили, я был рядом с вами. Я слышал и видел, как ты разговаривал с отцом, и многое другое. От момента моей смерти до самой Шотландии я был всё время с вами. Но, видимо, Бог сжалился надо мной и оставил в живых. А, может быть, наоборот, это моё наказание – быть калекой до конца своей жизни и страдать в этом теле.

– Хм, я и раньше слышал о таком, но, чтобы человек жил после смерти и наблюдал за тем, что происходит вокруг его тела, – хотя чему я удивляюсь, это же Джек! Ты и после смерти умудрился остаться разведчиком. Так, значит, ты не чувствуешь своё тело? Понятно! Это нормальное явление, Джек, после долгого пребывания в лежачем состоянии мышцы ещё пока не работают. Сейчас мы их приведём в действие. Уильям сделал укол в зону шеи, и я почувствовал, что все мышцы тела натянулись, как струны, и я постепенно стал двигать шеей, затем приподнял голову и… с удивлением посмотрел на своё тело, а затем на Уильяма. Я был в шоке. Не сказав ни слова, я поднял правую руку и стал рассматривать её, словно это было не рука, а произведение искусства.

– Тебе не нравится? Может, ты и ноги свои рассмотришь? Я бы на твоём месте встал на ноги и посмотрел бы на себя в зеркало.

– Но как? – радостно спросил я, не переставая любоваться собственной рукой. – Как вы всё это сделали? Я чувствую свои конечности, пальцы ног и рук.

– Как, как – очень просто! Это долго объяснять, а пока наслаждайся тем, что есть! Или ты хочешь вернуться в то потрёпанное тело? – усмехнулся Уильям.

– Нет, нет, я просто не могу поверить… Всё это словно сон, и я боюсь пробудиться и увидеть себя без ног и рук. Спасибо, Уильям! Я даже не знаю, как мне быть теперь со всем этим?

– Жить! Быть полноценным человеком! Я обещал мистеру Харту, твоему отцу, что поставлю тебя на ноги, теперь я спокоен, что выполнил обещание. Хотя нет! Пока ты не пробежишься по коридору, я не буду считать обещание выполненным, – сказал Уильям, ощупывая мои ноги. – Пошевели пальцами ног!

Я с удовольствием выполнил указание доктора. Я чувствовал мышцы ног и даже приподнял одну ногу, согнул её в колене.

– Уильям, я чувствую их! Мои ноги! Руки! Это чудо! – закричал я в восторге.

– Это ещё не чудо! Чудеса впереди, Уильям! Ты даже не знаешь, насколько ты теперь стал… хотя об этом я скажу тебе позже! Встань на ноги, я хочу посмотреть, как ты чувствуешь себя на своих новеньких ножках. Нам предстоит пару недель пройти реабилитацию, затем мы сможем выписать тебя, как говорится, на гражданку. Я встал на ноги и почувствовал некую тяжесть. Меня даже немного трясло, и я вновь сел на кровать.

– Ничего, для первого раза неплохо! Твои кости смогли удержать вес почти в двести килограммов. Это хороший результат для первого раза.

– Двести килограмм? – переспросил с удивлением я.

Я посмотрел на себя: моё тело не было плотным, толстым, я не ощущал себя закомплексованным, а, наоборот, мне было хорошо, я выглядел спортивно сложенным человеком. – Почему во мне такая тяжесть, Уильям? При росте сто восемьдесят сантиметров я всегда весил восемьдесят килограммов, но почему сейчас я вешу двести… Вы что, во мне двигатель Рендж Ровера разместили?

– Да, ты почти угадал, Джек! – с улыбкой ответил Уильям. – Дело в том, что твой скелет сейчас не совсем обычный. После генетического вмешательства в твой организм у нас была задача сделать твои кости более жёсткими и прочными. Теперь их практически невозможно сломать при любой физической нагрузке. Так же мы смогли защитить твою внешнюю оболочку. Твои мышцы стали намного прочнее и эластичнее, а кожа, она не поддаётся изменению. Если произойдёт ожёг, получишь сильный удар или ещё какие-то внешние повреждения, то твой организм сам начнёт затягивать раны, восстанавливать кожу и превратит твоё тело в первоначальный вид.

– Что?! Мне теперь радоваться этому или плакать? Да, я рад был видеть, что у меня есть ноги, руки, но что вы сделали с моими внутренними органами? Я же теперь не человек, а киборг! Это же всё не моё! Хорошо, что вы мой мозг не изменили. Я ещё умею думать и говорить по-человечески.

Я был в ярости от результата излечения, во мне вскипел гнев и я просто хотел, что-то швырнуть и показать своё недовольство. Первое, что попало мне под руки, было деревце в горшке, стоящее в помещении госпиталя. И только я хотел прикоснуться к нему, как вдруг оно само приподнялось вверх вместе с огромным керамическим горшком и с огромной скоростью врезалось в стенку.

Я удивлённо посмотрел на происшедшее, затем на Уильяма, который даже не обернулся, а всё это время пристально наблюдал за моими словами и действиями.

– Неплохо, парень, ты делаешь успехи! – сказал врач, хлопая в ладоши. – Браво, Джек! Жаль, конечно, же, деревце, но, как говорили древние греки, искусство медицины требует жертв!

– О чём ты говоришь, Уильям? Я только посмотрел на это деревце, мысленно хотел его разбить об стенку, но я даже не притронулся к нему, оно само по себе… Погоди-ка, это что же, я силой мысли смог швырнуть это огромное растение метров на пятнадцать? – спросил я у врача. Уильям с сияющей улыбкой на лице кивнул головой. Я долго смотрел на разбившийся горшок и сломанные ветки дерева, затем задал вопрос:

– Что ты сделал со мной, чёртов исследователь?

– То, что происходит с тобой, – это нормальное явление! – воскликнул Уильям. Я хотел было возразить ему, но он сразу же жестом руки показал мне, чтобы я замолчал и выслушал его.

– Послушай, Джек, я тебе не враг, сначала выслушай меня, а потом выскажешь своё мнение. Дело в том, что ты после процесса заморозки перешагнул в будущее, а думаешь ещё стереотипами твоего прошлого. В этом мире для тебя всё новое и неизведанное. Тебе надо привыкнуть к этому, а потом ты можешь хоть сотню таких деревьев швырять, но по назначению.

Теперь, о главном! Никто из тебя киборга не делал! Хоть я и стар, но по-прежнему тот самый Уильям, и по-прежнему твой друг. Все эти годы я жил с надеждой излечить тебя и поставить на ноги. Вот наконец-то пришло наше время. Если честно, я не ожидал таких быстрых результатов. Это говорит о том, что ты избранный!

– Не понимаю, о чём ты, Уильям?

– Сейчас я всё объясню! Дело в том, что генная инженерия за последние десятки лет ушла далеко вперёд. Мы можем создать абсолютно совершенного человека! Я говорю в прямом смысле этого слова – совершенного! То есть человек может родиться таким, каким хотят видеть его родители. Хотя у нас давно уже никто не рожает естественным путём и многие предпочитают искусственное оплодотворение, но я всё же человек прошлого и рекомендую моим пациентам вынашивать своих детей самим.

– Уильям! Уильям! Какое оплодотворение… речь обо мне идёт сейчас!

– Ах, да прости, я настолько впечатлён твоим воскрешением, что хочу рассказать тебе обо всём, что произошло за эти годы. Итак! Это может показаться тебе странным и даже смешным, Джек, но ты прошёл почти такой же процесс, как новорожденный ребёнок в специальном контейнере для эмбрионов. Правда, твой контейнер был немного больше, чем у наших новорожденных малышей, но процесс был похожий, – сказал Уильям и рассмеялся.

– Ты что, шутишь? Какой эмбрион, Уильям, я семьдесят лет тому назад родился, а ты мне про какой-то эмбрион рассказываешь, – возмутился я.

– Да успокойся ты, Джек, это просто стеклянная капсула, где находилось твоё тело! Я бы сам с удовольствием туда нырнул и омолодил свои старые косточки, но боюсь, моя супруга, дети и внуки меня неправильно поймут. В капсуле со специальной жидкостью все твои клетки и органы прошли процесс восстановления, а скелет и мышечные ткани в несколько сотен раз стали прочнее.

– Как можно детей в капсулах выращивать, Уильям? Женщина всегда вынашивала дитя в себе, затем растила его рядом с собой, давая ему свою любовь, а рождённые в капсулах люди, разве они знают, что такое материнская любовь?! – спросил я у Уильяма.

– Джек, забудь про старые времена и стереотипы, я же говорю тебе, что мир изменился до неузнаваемости. Не знаю, куда мы катимся, но технологии сделали наш мир абсолютно другим. Ты прибыл из ледникового периода, Джек, ты – мамонт, пролежавший тысячу лет во льдах.

Сейчас редко кто сам рожает. Роды – процесс болезненный, женщины страдают от болей, страха перед родами, а больше всего люди боятся последствий искусственного оплодотворения. Ты думаешь всё происходит само собой? Нет, дружище! Моя супруга родила мне двух детей, а по прошествии лет у неё образовался рак, и пришлось удалить ей матку. И такое происходит со многими женщинами. Я консерватор по своему мышлению и хотел бы, чтобы люди сами воспроизводили детей, но со временем не поспоришь.

Ты только представь себе: нынешние дети рождаются красивыми, умными, а главное, они полностью здоровы. У них нет патологических заболеваний и крепкий иммунитет. Эти люди могут жить в любых условиях, как на нашей планете, так и на других планетах, приближённых к нашим условиях.

– Уильям, а где же мораль, человеческие ценности? И, в конце же концов, разве не грех создавать человека, замахнувшись на творение самого создателя? – возразил я.

– Мы ничего греховного не делаем, Джек! Откуда ты знаешь, каким был первый человек? Мы как раз стараемся создать человека в первоначальном его облике. Я имею в виду человека с его первоначальным природным потенциалом. Человек в ходе своего развития каким-то образом стал впитывать в себя негативную энергию Земли, стал слабым и уязвимым. Мы болеем, как видишь на моём примере, стареем, а потом умираем, как говорят зоологи, «отбрасывая копыта».

Уильям был весёлым, жизнерадостным и хорошо воспитанным человеком. Ещё в Кембридже, когда мы были молоды, он показал себя надёжным верным другом. Хотел изменить мир к лучшему. Уильям тогда уже говорил, что с помощью генной инженерии в будущем мир изменится, и если ему предоставится возможность сделать мир более прекрасным, то он приложит для этого все усилия. Он готов был совершить революцию в сознании людей, чтобы только не было войн и убийств. Я вспомнил нашу молодость, наши мечты и поделился с ним:

– Если мир действительно стал таким, каким ты мне его описал, значит, ты свершил свою революцию! Хорошо, ну, а теперь, мистер революционер, рассказывай, что ты сделал со мной и смогу ли я дожить хотя бы до твоих годов без таблеток и всяких зелёных сывороток для киборгов?

– Я думаю, жить ты будешь долго и без всяких таблеток. Несколько столетий для начала, а потом сам решишь.

– Ты шутишь?

– Нет, у нас на планете уже сейчас средний возраст человека составляет сто пятьдесят лет. В наше время люди могут дожить до пятисот и более лет. Мы работаем над этим. Жизнь до тысячи и более лет не за горами, дружище.

– Тысяча лет! Ты серьёзно считаешь, что человек может так долго жить?

– Да, мой дорогой человек из прошлого! И к тому же, не болея и не потребляя огромное количество еды и воды. Ты представляешь, какое будущее ждёт сейчас людей?! Если человек станет идеальным существом на нашей планете, то и воевать друг с другом, сражаться за какие-то территории ему не придётся! Если человек станем самодостаточным, то это произведёт революцию в сознании. Ну, а самое главное, мы больше не будем страшиться боли, смертельных болезней и самой смерти! Всё это останется в прошлом. Технологии в медицине настолько фантастичны, что человек в ближайшем будущем будет жить вечно!

– Да, звучит действительно фантастично! Ну, а как же смерть, Уильям? Конец цикла человека? Если вы продлеваете жизнь, то есть ли смысл в испытании человека на Земле? Ты не боишься, что, продлевая жизнь человеку, вы обрекаете его на вечную жизнь в материальном мире?! А ведь человеческая жизнь, она дана нам временно, чтобы мы осознали наши ошибки, наши поступки и вернулись назад, в духовный мир. После моих слов Уильям косо посмотрел на меня, затем спросил:

– Джек, это ты только что говорил со мной или мне всё это послышались?

– Да брось шутить, Уильям, я говорю истину, а ты…

– И это говорит человек, который прошёл сквозь ад войны, поведавший смерть и страдания?! Если хочешь знать, это ты подтолкнул меня к этой идее. Да, возможно мы замахнулись на сокровенное, но такой подход изменит жизнь людей всей планеты. Пойми же ты, ваше святейшество, мир изменился, он не тот, что был вчера. Пришло время технологических изменений, революционных подходов в мышлении человека, это не фантастика, а повседневные людские потребности. Время диктует нам иные, более конструктивные преобразования.

Я больше не стал спорить с Уильямом, понимая, что ему я обязан своей жизнью, воскрешением и теперь выздоровлением. Но самое главное, он дал мне надежду и возможность переоценить смысл моей жизни в новом теле. Я молча выслушал его, затем задал вопрос:

– Послушай, Уильям, а как умер мой отец?

– Он держался до конца! Стимулом его долгой жизни был ты, Джек! Он хотел дожить до твоего воскрешения. Шутил, что проживёт ещё восемьдесят лет, чтобы только снова увидеть сына. Когда с тобой произошёл этот инцидент в Африке, мистер Харт первым делом позвонил мне. Я думаю, что это был правильный выбор. Иначе, кто знает, где бы ты сейчас находился, если бы не этот звонок. Я бросил все дела и прилетел в Лондон. Мы оперировали тебя, а после соглашения с твоим отцом о замораживании отправили тебя в Шотландию. Там тебя упаковали, как сардину в банке, и отправили в долгую спячку. Всё прошло гениально! Ты пролежал несколько десятков лет, а теперь выглядишь, как маринованный огурчик, с хрустом…

А теперь, о серьёзном поговорим, Джек! Перед второй операцией, когда мы готовились восстановить твои конечности и потерянные органы, мы обнаружили в тебе уникальный генетический код с огромным потенциалом. Это удивительно, но его не было при первой твоей операции.

– Так, погоди, Уильям, я понимаю, ты в своей стихии, и каждое сказанное тобой слово понимаешь только ты! Но теперь, чёртов генетик, объясни мне на человеческом языке! Что вы во мне нашли?!

– Сверхчеловеческие возможности, неимоверную силу, тот самый код жизни, что был вложен в человека изначально. Если ты сумеешь раскрыть этот огромный потенциал, то ты сможешь быть как…

– По поверхности воды ходить и мёртвых исцелять? – пошутил я.

– Кстати, этот парень из Назарета тоже был обычным человеком, пока в нём не открылись сверхъестественные силы! Сейчас всё это объяснимо и даже доказано научными методами, а тогда… если бы только было возможно отправиться в далёкое прошлое, я бы смог изучить этот феномен.

– Ага, я уже представляю Уильяма в роли тринадцатого апостола в белом халате и с фонендоскопом на шее. И чтобы Учитель ни говорил, ты бы возражал ему и обосновывал всё научными высказываниями.

– Вот ты шутишь, а ещё каких-то сто лет тому назад человечество умирало от обычного гриппа, люди не доживали и до шестидесяти лет, что уж тут говорить о событиях двухтысячной давности! Тогда такой человек, как ты, с твоими возможностями, мог бы изменить мир вокруг себя и был бы в центре внимания. Очень скоро ты сам почувствуешь в себе огромный потенциал и не только пробежишься по поверхности воды, но будешь подобием бога! Запомни мои слова, Джек!

– Уильям, я только воскрес из мёртвых, а ты уже уготовил мне участь мученика. Я не готов и не хочу быть распятым, дружище! – рассмеявшись, сказал я.

Мы шутили, у нас было превосходное настроение, но в то время я не придал этому разговору серьёзного внимания, хотя сейчас, вспоминая эти дни, я думаю, что Уильям не шутил и предвидел моё будущее.

Я провёл две недели в реабилитационном центре, затем вернулся в Лондон в отцовский дом. К моему удивлению, он был ухожен и даже хорошо отремонтирован. Уильям всё это время следил за домом и ждал моего возвращения. Некогда казавшийся мне огромным, дом теперь выглядел небольшим, уютным и родным, ведь здесь прошла моя юность и школьная пора.

Просидев неделю дома, я решил связаться с военной администрацией и узнать, могу ли я восстановиться на службу Британской армии. Но когда я им отправил свои данные, они долго рылись в архивах, а затем объявили, что я числюсь погибшим. Я убедил их, что жив и вновь хочу вступить в ряды вооружённых сил, на что мне ответили, что я слишком стар и не могу больше служить в армии. Мне пришлось поехать в Министерство вооружённых сил и доказать им обратное, что я в состоянии ещё держать оружие и не так стар, как им кажется. Моё появление в министерстве очень их удивило. К моему сожалению, они оставили мои документы на рассмотрение, но не обещали, что смогут мне помочь. Я понимал, что моя ситуация неординарная и они вряд ли станут рассматривать мои документы, как человека с нормальным прошлым. Отчаявшись, я забрал свои документы и вышел из министерства. В холе у выхода рядом прошёл пожилой офицер, пристально всматриваясь в меня. Оглядываясь, он прошёл мимо, затем остановился и обратился ко мне:

– Вы случайно не являетесь родственником капитана Джека Харта?

– Э, простите, сэр, а с кем имею честь говорить?

– Я боевой товарищ Джека Харта. Мы с ним вместе служили. Тогда я был ещё капралом…

Я внимательно посмотрел в глаза этого человека и узнал капрала Адамсона.

– Капрал Адамсон! – удивлённо воскликнул я, но потом, увидев большие звёзды на погонах, смутился, хотел отдать ему честь, но Адамсон приблизился и обнял меня.

– Капитан! Не думал, что судьба вновь сведёт нас вместе! А ведь я слышал о тебе… Недавно я видел одного из наших бойцов, он рассказал мне, что ты жив и здоров. Сначала я не поверил, но после того, как мне рассказали, что ты попал в руки профессора Уильяма Стейна, я понял, что он сделает из тебя человека! Ты с руками, ногами, да ещё, как я вижу, готов сражаться?! Мистер Стейн творит чудеса!

– Да, мы с Уильямом старые друзья с юности, вот он и постарался…

– Капитан, всё это время у вас был ангел-хранитель и он не позволил вам умереть. Вы были среди мёртвых, но в последний момент, перед тем как покинуть вас, я словно почувствовал, что вы живы и подставил зеркало к вашему лицу. Оно запотело, и с этого момента вы, капитан, начали новую жизнь. Я рад за вас, капитан, что вы живы и здоровы.

Судя по тому, что вы в министерстве, с документами в руках и с плохим настроением, это говорит о том, что вам отказали, не так ли? Сейчас многое изменилось, Джек, молодое поколение иначе относится к разведке. Они больше доверяют технологиям, нежели людям. Но министр —человек не плохой, я попробую его уговорить отнестись к вам внимательно.

Адамсон сдержал своё слово и рассказал министру о моей судьбе. Но указ министра удивил меня. Меня не отправили, как я думал, в элитные войска спецподразделения. Я должен был пройти двухлетнюю стажировку в одной из южных стран в статусе военного атташе. За это время я должен был изучить философию и психологию современного ведения боя и только потом приступить к службе в Великобритании.

Я был готов на всё, чтобы вновь вернуться в строй и снова стать тем, кем я являлся. Но больше всего меня удивило то, что меня отправляют на Кавказ, в мой родной Азербайджан. Видимо, министр, таким образом хотел отблагодарить меня за мои прошлые заслуги. И это действительно было для меня подарком – попасть в столицу Азербайджана, Баку, на мою родину и родину моей матери.

Глава шестая:
«Пророчество»

– Cкажите, мистер Харт, а когда началась ваша деятельность в качестве частного детектива? Многие в нашей стране, да и не только в нашей, сравнивают вас с Шерлоком Холмсом. Что вы скажете об этом? – спросил Смирнов. Наша беседа с бакинским журналистом продолжилась.

– Хм, мне не раз такое приходилось слышать, возможно, мои, не совсем ординарные способности, помогают мне быть «Шерлоком Холмсом». Кстати, я очень люблю читать Артура Конан Дойла. Он, можно сказать, мой литературный кумир. В моей библиотеке есть все его рассказы о приключениях Шерлока Холмса и доктора Ватсона. Он был удивительным писателем, и я горжусь, что имею честь быть похожим на его героя.

Ну, а началась моя история частного детектива со встречи с одной милой дамой. Возможно, тогда и решилась моя судьба! Приступив к службе в посольстве Великобритании в Азербайджане, я любил после работы прогуливаться по вечернему Баку, по улочкам исторического центра, затем обычно спускался к бульвару и отдыхал в уютном прибрежном кафе. Но как-то решил сесть в метро и проехать две остановки к набережной.

В вагоне метро я заметил красивую девушку, она стояла напротив меня и задумчиво смотрела на рекламные плакаты. Я молча наблюдал за ней, в ней было что-то необычное, загадочное. Кроме того, что она была красива, она была, скажем так, женщиной моего вкуса. Она чем-то походила на девушку, которую я когда-то любил в молодости, возможно, поэтому незнакомка привлекла моё внимание. Она проехала всего лишь одну остановку и сошла, оставив приятное впечатление о себе и воспоминания молодости.

На следующей остановке я тоже вышел и направился к бульвару. Я не торопился. Было ещё довольно-таки светло. Тёплый весенний день перетекал в прекрасный вечер. Мне хотелось дождаться захода солнца и в который раз увидеть тот волшебный момент, когда оно опускается в море. Я зашёл в кафе, выпил чашку кофе, а потом, прогуливаясь по Фонтанной улице, вдруг заметил на одном из зданий интересную вывеску «Экстрасенс, предсказывает будущее». Недолго думая я открыл дверь. Меня встретила милая девушка. Сначала я подумал, что это и есть экстрасенс, но она улыбнулась мне, сказав, что является только кассиром, а экстрасенс находится в другой комнате. Я заплатил нужную сумму, затем девушка открыла дверь, и я вошёл в затемнённую комнату, где за столом сидела экстрасенс. Но когда я увидел её, я застыл на месте, как истукан, затем воскликнул:

– Простите, но буквально час тому назад я видел вас в метро! Вы стояли напротив меня! Девушка-экстрасенс глянула на меня испуганным взглядом и спросила:

– Вы что, следили за мной?

– Нет, Галина-ханум, это просто случайность. Я вас видел в метро, и ваше лицо мне запомнилось. Так бывает иногда! – сказал я, успокаивая напуганную даму.

– А откуда вы знаете моё имя? – вновь спросила она подозрительно. А потом, поняла, что её имя и фамилия написаны на табличке у стола, показала жестом, чтобы я сел напротив неё. – Случайностей в этой жизни не бывает, молодой человек. Как вас зовут? – спросила она.

– Джек Харт!

– Вы иностранец? – спросила удивлённо Галина, внимательно посмотрев на меня. – Но внешне вы совсем не отличаетесь от азербайджанца. Хотя черты европейца в вас есть. Итак, с чем вы пришли?

– Моя мама азербайджанка, а отец англичанин. Отец любил говорить мне, что лицом я похож на маму, а всем остальным на него. Наверное, так оно и есть. Галина не сразу поняла мою английскую шутку, она вероятно ещё с каким-то скепсисом относилась ко мне, затем попросила мою руку и стала смотреть на очертания линий на ладони.

– Хм, я впервые вижу такую руку! – воскликнула Галина, посмотрев на меня внимательно. – В вас огромный человеческий потенциал, необыкновенная сила. Вы военный человек и не совсем любите нынешнюю службу. Хотите поскорее закончить её, чтобы вернуться в армию. Но вы напрасно ждёте от судьбы старой жизни. Она давно умерла вместе с вами. Здесь, на линии жизни я вижу… смерть! – воскликнула Галина и с ужасом посмотрела на меня. – Вы были мертвы многие годы, потом заново воскресли?! Экстрасенс словно видела меня насквозь, она произнесла пророческие слова и отпрянула, испугавшись меня.

– Кто вы такой? Человек не может так долго быть упокоен в могиле, а потом через многие годы воскреснуть! Вы не человек! – воскликнула она с ужасом.

– Успокойтесь, пожалуйста, госпожа Багирова! Я не вампир и не пришелец с другой Галактики. Вы правы, я был в каком-то смысле мёртв. Я был заморожен в специальной капсуле, а затем меня вернули к жизни. Это было сделано, чтобы спасти мою жизнь. Я рассказал Галине всё, что со мной случилось. Она сначала недоверчиво отнеслась к моему рассказу, но потом мы с ней разговорились, её холодный настороженный взгляд потеплел, на лице появилась улыбка. Экстрасенс вновь продолжила сеанс просмотра моего будущего. Она что-то писала на бумаге, шептала про себя заклинания и, посмотрев на меня, сказала:

– Вас ждёт удивительная карьера. Вы станете популярным, знаменитым сыщиком, как Шерлок Холмс! В народе вас так и будут звать! У вас будет огромный успех!

– Что? Шерлок Холмс? – переспросил я и рассмеялся. – Вы шутите?! Но Галина сделала серьёзное лицо и тихо сказала:

– С судьбой не шутят, господин Харт! Придёт время, и оно всё расставит на свои места. Я вам расскажу один случай из моей практики. Много лет назад я предрекла одному молодому человеку судьбу. Сказала, что он уедет из страны и станет писателем! Я даже сказала ему, что он станет таким же известным, как Пушкин, в ответ он, как и вы, рассмеялся и сказал: «Я в школе неважно учился, всё время списывал у девчонок, как я могу стать писателем, да ещё как Пушкин?»

– И что же, он стал Пушкиным? – спросил я с насмешкой. Галина посмотрела на меня пристально и добавила:

– Совсем недавно я получила от этого человека письмо. Мне многие пишут, но его письмо меня поразило. Вот оно, я прочту вам из него несколько строк: «Здравствуйте, Галина-ханум! Ваше пророчество сбылось! Если честно, я вам не поверил, когда вы предрекли мне моё странное будущее. Но когда я неожиданно для себя стал писать, я вдруг вспомнил ваше пророчество».

Я была очень впечатлена этим письмом. Я, конечно же, не считаю себя пророком, но когда перехожу на другую сторону времени, я становлюсь действительно неким проводником времени и вижу будущее. Вы понимаете, о чём я говорю, господин Харт?! Вы же побывали по ту сторону реальности?! – сказала Галина, показывая пальцем вверх.

Я улыбнулся, встал и собрался уходить. Мне не хотелось больше слушать о моём будущем, я даже пожалел, что зашёл в это место. Мысль о том, что скоро я оставлю армию и буду каким-то сыщиком, не давала мне покоя. Я поблагодарил госпожу экстрасенса и хотел уже выйти из комнаты, но вновь вернулся и в шутливой форме спросил:

– Коль мне суждено стать сыщиком, как Шерлок Холмс, интересно, а кто же будет моим напарником в роли доктора Ватсона?!

Галина посмотрела в свои таинственные записи и вдруг в один момент побледнела, изменилась в лице, затем неожиданно для меня воскликнула:

– Уходите, господин Харт! Оставьте меня одну! Пожалуйста!

Я вышел из комнаты, мне стало как-то не по себе. Я хотел вернуться и попросить прощения, но в комнату вошла уже следующая клиентка, и я не решился ещё раз зайти. Я подошёл к девушке-кассирше и попросил бумагу с ручкой. Она дала необходимое, и я не раздумывая прямо на её столе написал: «Галина-ханум, это я, „Шерлок Холмс“! Если я обидел вас чем-то, прошу меня простить! С уважением, Джек Харт». Испытывая угрызения совести и преодолевая какие-то непонятные предчувствия, я отправился на набережную. Всю дорогу я думал над сказанными словами экстрасенса и не мог успокоиться.

– Так, подождите! Вы сказали Галина Багирова? – спросил журналист.

– Да! А почему вас это так удивило?

– Так это же знаменитый экстрасенс в Баку! – воскликнул Смирнов. – Если я не ошибаюсь, с недавних пор Галина стала вашим ассистентом-напарником? Вы вместе с ней раскрываете громкие дела, преступления.

– Ассистент! Напарник! – с серьёзным выражением лица повторил я, – Как грубо сказано, молодой человек. Гала… простите, Галина Багирова, она мне не напарник, она мне – друг. В самом хорошем смысле этого слова.

В эту минуту прозвенел дверной звонок. Я открыл дверь, и в офис вошла привлекательная женщина средних лет.

– Опять интервью?! – воскликнула шутя дама. – Уже пятое в этом месяце! Не многовато ли для вашей персоны, мистер Харт? Так ты скоро станешь суперзвездой, дорогой Джек! Она прошла в кабинет и, сев по-домашнему в мягкое кресло, откинула голову назад и закрыла глаза.

– А мы только что о тебе говорили. Будешь богатой, Гала! – сказал я.

– А я и так богата! Богата на свежие новости, Джек. А вы, молодой человек, хотели меня о чём-то спросить? – обратилась Галина к журналисту.

– Я хотел спросить… а откуда вы узнали? Хотя, что я такое говорю, вы же меня насквозь видите, не так ли, Галина-ханум?

– Если в буквальном смысле, то да – вижу! Вам, молодой человек, нужно посетить врача – кардиолога. У вас иногда случаются острые боли в области сердца. Мой вам совет: завтра же сходите… желательно утром, к врачу по фамилии Алескеров. Он принимает во второй поликлинике. Он даст вам нужный совет и поможет справиться с вашими проблемами. Теперь что касается вашего вопроса! Вы хотите узнать, как мы познакомились с Джеком?

– Ну, в некотором смысле – да! Вы очень ценный рассказчик, и все ваши рассуждения и выводы будут опубликованы в журнале…

– «Полтергейст»? Забавное название! – с улыбкой перебила Галина журналиста.

– М-да! – немного опешив, произнёс Смирнов. – Именно это я хотел сказать! Я поражён вашими способностями, вы даже не взглянули на меня, а уже знаете о моих болячках!

– Это ещё что! Галина-ханум может смерч и бурю развести в стакане! – сказал я со всей серьёзностью немного растерявшемуся журналисту. – Да расслабьтесь, Смирнов, Галина-ханум бурю создаёт обычно по утрам, когда ложкой мешает чай! – рассмеялся я.

– А, всё ясно! – с облегчением выдохнул Смирнов. Э-э… расскажите, пожалуйста, Галина- ханум, с чего началось ваше сотрудничество с мистером Хартом и как вам удаётся раскрывать громкие дела?

– Я рассказал господину Смирнову, как мы с тобой впервые встретились в твоём офисе. Ну, а что произошло дальше, лучше тебе рассказать, Гала! А я пока выйду прогуляюсь, зайду в магазин, куплю кофе и чая. А то я как-то неловко себя чувствую, не предложив гостю чашку кофе или чая. Вы поговорите, а я быстренько слетаю в ближайший маркет… А потом приготовлю вам мой фирменный кофе по английскому рецепту, но с азербайджанским духом, – сказал я, имитируя восточный акцент и выбежал из дома.

– Эх, мальчишка! – воскликнула Галина, глядя Джеку вслед. – Это парень любит пошутить, хотя порой у него не совсем это гладко получается! Англичанин, что с него взять! Итак, вас интересует наше знакомство и наши не спокойные, но интересные дела? Хорошо! Расскажу! Но только пристегните ремни, молодой человек! Мы ведём не обычные криминальные расследования, а неординарные, которые обычно полиция просто не в силах понять. Джек, хотя и ведёт себя по-мальчишески, но он не хуже меня разбирается в психологии и магии. Кстати, буря в стакане – это не шутка. Однажды он устроил это представление, когда мы встретились с ним в Турции, в курортном городе Бодрум. Джек вам, наверное, рассказывал, как мило он любовался мною в метро, а потом пришёл в мой офис.

– Да, он сказал, что встреча с вами в офисе была для него полной неожиданностью и случайностью.

– Случайностью? – повторила задумчиво Галина. – Тогда я испугалась, подумала, что он преследовал меня, и на это у меня были причины так думать, но Джек меня успокоил, объяснив, что это было всего лишь случайностью. Но исходя из своего многолетнего опыта скажу вам одно: случайностей в жизни не бывает!

– Да, господин Харт мне сказал то же самое! – подтвердил журналист.

– Всё в этом мире относительно, молодой человек! И когда мы вновь встретились с Джеком после Азербайджана уже в Турции… как хотите можете называть – судьбой, обстоятельствами или случаем, но это произошло! Это было три года назад. Джек отмечал своё окончание службы в посольстве и готовился продолжить военную карьеру в элитных войсках Британской армии. Мы встретились с ним случайно, в кафе. Вернее, я его увидела. Я сидела у окна с видом на море и любовалась морским пейзажем. Вдруг за своей спиной я почувствовала очень сильную энергетику от человека, сидящего за соседним столиком. Такую мощную энергию я чувствую обычно в святых местах. А тут, в кафе, за моей спиной…

Мне, естественно, стало интересно, кто этот человек. Я воспользовалась случаем, встала и, пройдя мимо соседнего столика, посмотрела на него и узнала моего бывшего посетителя. Джек тоже заметил меня, он вначале растерялся, а потом вежливо пригласил меня присесть к нему за столик. Я, конечно же, согласилась. Для меня было неожиданностью увидеть этого человека в Бодруме, но самое интересное, меня поразило то, что он просто «горел», светился сильной энергетикой. Для обычного человека мои слова могут показаться странными, но экстрасенсы могут видеть и чувствовать «светлых» и «тёмных» даже на большом расстоянии.

– «Светлых» и «тёмных»? Что вы имеете в виду, Галина-ханум? – уточнил журналист.

– Ну, вы же представляете, что такое солнечный свет, день, а что такое ночь, мрак… Это естественные законы природы. Так же эти качества присутствуют и в людях. Те, у кого есть неординарные способности, подразделяются на «светлых», которые используют свою энергию на благо людей, на «тёмных» и «серых», которые используют свои силы в корыстных целях. Джек, он – светлый. Он даже не подозревал о своих способностях и был, как мотылёк, кружившийся вокруг огня. Он был обречён стать одним из нас, но ему нужна была помощь, наставник, иначе он мог просто сгореть в этом огненном потоке энергии.

У многих людей в какой-то момент жизни открываются загадочные порталы знаний, неведомые ранее силы, особый потенциал души. Это может выражаться в творчестве, искусстве, в ремесле или же в экстрасенсорных способностях. Люди называют такой дар талантом, а тех, кто отмечен им – гениями, мастерами своего дела. У кого-то дар проявляется с раннего детства, как у меня, например, а в ком-то он открывается в процессе жизни – как это случилось с Джеком.

Опять-таки повторюсь, я не верю в случайности, всё, что происходит с нами – по воле Всевышнего. У меня было несколько вариантов отдохнуть в разных странах мира, но в самый последний момент я выбрала Турцию. Не потому, что я так захотела, а потому что моя интуиция подсказала мне ехать именно туда. Я в каком-то смысле по воле судьбы и Бога сыграла роль наставника и учителя Джека. Моя миссия заключалось лишь в том, чтобы научить Джека сдерживать свои силы и управлять ими.

Забавно было наблюдать за ним, когда он увидел меня в кафе. Джек искренне обрадовался мне и как истинный джентльмен заказал кофе, фрукты с мороженным, а потом, видимо, вспомнив мои предсказания, начал нервничать. Я это почувствовала! Вот тогда-то и началась «буря в стакане».

– Как это? – удивлённо спросил Смирнов.

– А в прямом смысле! Столик наш стал тихо подрагивать, а в чашках с кофе началось хаотичное вращение жидкости, словно внутри возник маленький смерч. Я взяла Джека за руку, и тогда он немного успокоился. С этого момента я поняла, что этому человеку нужна моя помощь, и я согласна была ему помочь. Не знаю, как объяснить моё состояние, но в тот момент моё сознание отключилось от всех дел и проблем, я сконцентрировалась только на одном человеке. Такое со мной бывало, когда я работала непосредственно с каким-то серьёзным человеком и приходилось полностью отдаваться делу, чтобы достичь результата. Я добровольно отдалась воле судьбы, чтобы помочь Джеку. К нашему обоюдному удивлению, даже наши номера были на одном этаже здания. Эта была мистика! И это лишний раз доказывало, что случайностей в этом мире не бывает.

После нашей встречи в кафе мы почти целый день провели вместе. Разговаривали, обсуждали жизненные планы. Джек рассказал мне, что закончил службу в посольстве и через две недели отправляется в Лондон, где его ждёт новое назначение. Я тогда промолчала и не сказала о его будущем, хотя видела его наперёд.

Весь следующий день Джек избегал встречи со мной. Но вечером кто-то постучался ко мне в номер. Открыв дверь, я увидела Джека, он был весь в поту и даже немного испуган. После этих слов Галина на какое-то мгновение замолчала, её лицо побледнело, словно она на миг вернулась в то время, а затем продолжила рассказ о том, что произошло с ними в Бодруме. Джек извинился и попросил разрешения войти в комнату. Он, видимо, хотел сообщить мне что-то важное, так как первым делом он закрыл занавеси, затем, просмотрев сквозь шторы на улицу, немного успокоился и камнем упал в кресло.

– Что случилось, Джек? На вас лица нет, – забеспокоилась я. Джек попросил воды, залпом опустошил стакан, затем развёл руками и стал рассказывать невероятные вещи:

– Простите меня, Галина-ханум, что я так поздно ворвался к вам, но у меня в номере творится что-то невероятное. Надеюсь, вы, как практикующий экстрасенс, сможете мне объяснить, что это такое!

– Да что случилось, Джек, объясните толком! Расскажите мне всё подробно, может быть, я смогу действительно помочь вам, – сказала я и выслушала рассказ Джека:

– Днём, после плавания и отдыха на пляже, я решил прогуляться по городу, осмотреть здешние достопримечательности. День был богат на всякие интересные приключения. Я неплохо разбираюсь в альпинизме, когда я служил в спецподразделении, нас тщательно готовили к восхождению в горы, поэтому сегодня я вдоволь полазал по скалам. Затем прекрасное рыбное меню в ресторане у предгорья с видом на море сделало этот день ещё более запоминающимся.

А вечером на набережной я заметил, что какой-то незнакомый пожилой человек с неопрятной внешностью преследует меня. Сначала я подумал, что этот человек просит милостыню у прохожих, но, чем дальше я шёл вдоль берега, тем больше убеждался в том, что старик не отстаёт, идёт буквально по пятам и даже не старается прятаться от меня, как делают детективы или преследующие кого-то люди. Я завернул в кафе недалеко от моря и, сев у окна, стал наблюдать за улицей, но никого не заметил. Удивительно, но несколько минут назад этот человек был в двух шагах от меня, а теперь словно в воздухе растворился.

Я заказал чашку чёрного чая и просидел, задумавшись, какое-то время в кафе. Я даже забыл о старике, повернувшись к сцене и слушая игру пианиста, который легко наигрывал латиноамериканские мотивы. Ему аккомпанировал гитарист, он прекрасно пел и в такт своим аккордам пританцовывал на небольшом подиуме. После аплодисментов я вновь развернулся к своему столу и увидел в окне лицо того человека, который шёл за мной. Он стоял по ту сторону витрины и смотрел на меня каким-то нечеловеческим взглядом, как сумасшедший. Я вдруг ощутил исходящую от него силу, которая давила на меня и воздействовала на мою психику. Мне стало плохо, вдруг сильно заболела голова, в ушах зазвенело. Я услышал чьи-то голоса, шёпот и продолжал чувствовать этот жуткий взгляд, он даже сейчас перед моими глазами… С трудом я отвернулся от окна, зажмурил глаза, закрыл ладонями уши. Всё стихло, старик исчез, словно его и в помине не было.

– Простите, Джек, вы можете мне точно сказать, когда это случилось? – спросила я. – Мы с вами последний раз встречались два дня назад, потом я вас не видела.

– Это было вчера вечером, – пояснил он. – А что касается моего исчезновения, если честно, я намеренно избегал вас. Я вдруг вспомнил ваше предсказание, и мне не хотелось, чтобы оно сбылось, поэтому я старался не попадаться вам на глаза. Глупо как-то… Простите, Галина!

– Джек, я всего лишь сказала о том, что увидела. Я могу только заглянуть в будущее, предсказать его, но никак не изменить вашу судьбу. Судьбу и нашу жизнь решают высшие силы, уж поверьте мне.

– Да, я понимаю, что моё исчезновение выглядит глупо, оно никак не изменит предсказание, но я не хочу даже думать о том, что вы сказали, я просто испугался моего будущего, понимаете?!

– Ладно, рассказывайте, что произошло дальше? – спросила я.

– Я вернулся к себе в номер, – продолжил свой рассказ Джек, – но не мог уснуть, вспоминая эти сумасшедшие глаза, и всё, что случилось со мной в кафе. Я много повидал на своём веку: и смерть, и войну, я не был трусом и не прятался за спинами своих солдат, но здесь страх прочно вселился в меня. Мне стало ужасно жарко, я даже весь разделся, но потом почувствовал, наоборот, сильный холод и стал замерзать, хотя на улице ещё не спала жара. В полусонном бредовом состоянии я стал видеть чьи-то призраки. Я даже толком не понял, было ли это во сне или наяву, но я отчётливо помню лица этих существ непонятой внешности.

Сегодня утром, после тяжёлой ночи, я решил немного расслабиться и пошёл в ресторан. Я думал, спиртное меня немного успокоит, расслабит, но я ошибся, всё ещё сильнее усугубилось. Я стал видеть перед собой огромных чудовищ, монстров, которые ходили вокруг меня, но никто, кроме меня, не обращал на них внимания. Эти отвратительные существа хотели напасть на меня, но их что-то сдерживало, они не решались подойти ко мне близко. Это какое-то сумасшествие, Галина-ханум, что со мной происходит? Может быть, я заболел чем-то и всё это мерещатся мне?

Джек был действительно в разбитом состоянии. Ведь самое странное и непонятное случилось с ним перед тем, как он прибежал ко мне. Он рассказал, что, когда накануне вернулся в свой номер, свет почему-то не включался, а потом он увидел в темноте девушку в белом платье. Она стояла посреди комнаты и молча смотрела на него. Затем она вдруг приподнялась над полом и стала вращаться вокруг своей оси, издавая жуткие стоны, нашёптывая какие-то магические слова.

– Галина-ханум, – обратился ко мне Джек с мольбой, – я побывал на том свете и знаю, каково быть мёртвым. Но прошу вас, объясните, что со мной происходит?! Я просто хочу понять, что вокруг меня творится, почему я вижу этих монстров, летающих девушек, готовых растерзать меня? Неужели я сошёл с ума? Помогите мне в этом разобраться.

Мне стало жаль Джека. Да, он был сильным, как физически, так и духовно, но оказался беспомощным перед неожиданной стихией другого мира. Как экстрасенс я всё это видела, понимала и попробовала объяснить ситуацию и успокоить мужчину:

– Сначала успокойтесь, Джек! – произнесла я твёрдым голосом. – Я понимаю ваше состояние и, конечно же, сделаю всё от меня зависящее. Я смогу сказать, что с вами происходит, но мне сначала нужно кое в чём удостовериться. Пойдёмте в ваш номер, я хотела бы осмотреть его.

– А как же эта… ну, я про девушку, парящую и вращающуюся вокруг оси? – шёпотом произнёс Джек.

– А вот пойдём и познакомимся с ней! – шутя, сказала я, чтобы немного снять нервное напряжение Джека. Мы вошли в номер, там никого не было, но мебель была хаотично сдвинута и сломана, словно здесь находился эпицентр сильной бури.

– Что скажите, Галина! Вы видите это? – взволнованно спросил Джек.

– Пока трудно что-то сказать… Мне нужно немного времени, чтобы сконцентрироваться и увидеть, кто здесь был и что это было.

Я почувствовала негативную энергию, она ещё присутствовала здесь, но я должна была точно определить, с кем и с чем мы имеем дело, чтобы предпринять меры. Джек сидел на сломанном кресле и задумчиво смотрел в тёмное окно.

– Галина, смотрите! Там, за окном! – вдруг воскликнул Джек.

Я повернулась и увидела тёмную волосатую голову человека, который пристально посмотрел на нас и исчез.

– Это тот незнакомец, который преследовал меня! – крикнул Джек. – Вы видели это лицо, с каким-то не человеческим взглядом? И что им всем от меня надо? Какие-то существа вокруг меня летают, волосатые люди появляются и исчезают, летающие женщины в моём номере вращаются. За последние три дня я, словно на сладкое, привлекаю к себе всякую нечисть?

Я посмотрела на Джека внимательно и задумалась над его словами. Он, сам не подозревая, дал мне повод для размышления.

– Джек! Я сейчас начну работу, и мне нужно, чтобы вы замолчали и успокоились, иначе мне трудно будет сконцентрироваться!

– Хорошо! Всё, я нем как рыба! Если даже вокруг меня будет кружится сам дьявол, я буду спокоен и не скажу ни слова!

– Да замолчите же вы, наконец! Я работаю! – вспылив, воскликнула я, затем начала осмотр комнаты. Я закрыла глаза, погрузилась в знакомое мне состояние и увидела то, чего больше всего боялась. – Это вампиры! – тихо промолвила я, открыв глаза. – Они охотятся на вас, Джек! Но видно, вы не из простого теста слеплены, поэтому они не решаются к вам приблизиться. Не думала я, что они могут материализоваться и нападать на свою жертву так открыто. Но и вы не подарок – они вас боятся!

– Вампиры? – переспросил удивлённо Джек. – Вы серьёзно? Сейчас двадцать первый век, какие вампиры, Галина?

Я промолчала и дала возможность Джеку самому задуматься и сделать выводы из всего, что случилось.

– Что, правда – вампиры? Они что, мою кровь хотят выпить? И чем это я им приглянулся? Здесь, в этом курортном городке, больше не нашлось других людей, чтобы вдоволь напиться кровью?! Или им нужна специальная кровь воина-спецназовца?! Они же захлебнутся моей кровью, если хоть один из них приблизится ко мне. Эти твари ещё не знают, с кем связались! Десять лет спецподготовки в британской армии кое-чему научили капитана Харта. Я так просто не сдамся! – Джек был в истерике и ярости.

Он кричал, словно шёл в последний бой, и его надо было срочно успокоить, остановить. Но после нескольких агрессивных фраз он почувствовал моё недовольство и сам замолчал. Всё же армейская дисциплина ещё жила в нём, и он умел вовремя подавить эмоции, охладить свой пыл, хотя ситуация действительно была неординарной.

– Джек, я понимаю ваше состояние, но теперь послушайте меня внимательно и постарайтесь понять, с кем мы имеем дело. Они не за вашей кровью пришли сюда! Это вам не старые голливудские фильмы о вампирах, пьющих человеческую кровь. Им не нужна ваша кровь или плоть, эти существа охотятся за другим…

– За другим? – удивлённо переспросил Джек. И тогда я ему всё рассказала:

– Их интересует ваша энергетическая сила. Вы в своём роде – свет в темноте, а эти твари, они словно летающие насекомые, которых привлекает этот свет! Я сама почувствовала вашу необыкновенную силу и свет, исходящий от вас, когда мы впервые встретились с вами в кафе. Наша встреча была неслучайной. Если я почувствовала вашу энергию, то эти твари ещё сильнее чувствуют её, как акула – кровь. Если говорить, по существу, они живут этим, питаясь энергией других существ. Это энергетические вампиры. Есть два вида этих существ. В первом случае энергетический вампир может быть в обычном человеке, даже в самом близком родственнике. Человек, сам того не подозревая, становится энергетическим вампиром. Этому есть много причин, в основном, сама судьба нарекает ему стать таким человеком. Во втором случае – это астральный вампиризм. Его представители существуют по ту сторону астрального мира. И одни, и другие питаются энергией других существ. Если проще сказать, это – паразиты!

– Как обычный человек может стать одним из них? – спросил Джек.

– По разные причины. Им может быть даже ваша супруга, дети. А как это проявляется, я постараюсь объяснить. Если вы себя чувствуете хорошо, бодро, то энергетического вампира ваше состояние беспокоит, раздражает. Он всячески будет стараться досадить вам всякими спорами, скандалами, чтобы лишить вас позитивного настроя, «высосав» его у вас. Звучит жутко, но, к большому сожалению, наша жизнь кишит такими людьми, поэтому наш мир такой жестокий и несправедливый. Хотя изначально человек был совсем другим. Он сиял божественной энергией и мог совершать удивительные открытия и преобразования.

– И почему же мы стали такими плохими? – вновь спросил Джек.

– Так просто это не объяснишь. Но, как я уже сказала, если существует свет, то и мрак находится рядом. Эти два противоположных явления всегда соперничали друг с другом, и всегда велась война между двумя силами. По древним преданиям, Земля когда-то была светлой, здесь не было тьмы и ночи. Но как только ночь окутала землю мраком, всё изменилось. Природа менялась, а вместе с ней менялись и её обитатели. Человек, наделённый божественными качествами, стал терять своё превосходство над тьмой, а вскоре и вовсе ослаб и стал беспомощным перед страхом и смертью.

Глава седьмая:

«Танец в огне»

В конце нашего разговора я предложила Джеку стать его наставником и помочь ему в раскрытии внутреннего потенциала. Он не раздумывая согласился и спросил, что для этого нужно сделать.

– Ну, для начала ты должен принять мои условия! – ответила я.

– Я согласен! Без всяких условий и договорённостей я готов выполнять все ваши указания, мэм, о… простите, Галина-ханум. Только прошу вас, избавьте меня от этого кошмара!

Бегать по утрам по десять-двадцать километров, заниматься спортивной подготовкой, боевыми искусствами, прыгать, нырять, стрелять, метать – да всё что угодно, только избавьте меня от призраков и отвратительных созданий.

Я не сдержалась и рассмеялась. Джек представил мне план по подготовке боевого спецназа. Он без сомнения был силён физически, что, конечно же, пригодится ему, но я хотела предложить ему совсем другую подготовку. Парапсихология, гипноз, экстрасенсорика – все эти знания были в нём, но нужно было открыть их в этом человеке, чтобы он умел управлять своими неординарными способностями, контролировать их. В этом и заключалась моя миссия.

Ранним утром мы встретились с Джеком на берегу моря. Это прекрасное место для обучения и медитации. Море – огромный энергетический стабилизатор нашего подсознания. Лес, море, горы – источники энергии нашего мира, но, к сожалению, мы, люди, не только не ценим их, но и губим природу, уничтожая этот энергетический потенциал планеты. Этого делать нельзя, иначе человечество лишится энергетического баланса на Земле, и она превратится в безжизненную пустыню. Кстати, песчаная пустыня – это тоже своего рода источник энергии, но негативного характера! Вампир своего рода!

– Хм, не думал, что и у природы есть качества вампиризма, – с иронией сказал журналист.

– Как поётся в песне, «у природы нет плохой погоды», но есть её капризы. Например, бури и разрушительные смерчи, безусловно, причисляются к негативным явлениям. Скажу больше, мы, люди, после наступления тьмы в нашем мире стали заложниками природы. И как она себя поведёт, такой характер сформируется у всего человечества. Когда всё спокойно, светит солнечный свет, поют птицы, это состояние радует человека, он счастлив. Но приходит ночь, человек и всё живое переходит в стадию переживаний, страданий, усталости и, в конечном результате, в сон, что равносильно смерти… О, мы кажется отвлеклись от нашей темы…

– Нет, нет, Галина-ханум, можете продолжать! Это интересно! – воскликнул журналист.

– Да, интересно, но мы об этом поговорим как-нибудь в следующий раз…

Итак, мы встретились с Джеком для нашей первой тренировки, но сначала мы решили размяться и пробежались по берегу моря. Затем мы присели на песок и начали медитировать. Вдруг сзади я почувствовала чьё-то присутствие и даже дыхание. Я обернулась и увидела позади нас того самого типа, который преследовал Джека. Он стоял в нескольких метрах от нас, но боялся приблизиться. Тогда я ещё не знала, кто он такой, но в узком кругу моих знакомых этих людей называют хафие.

– А кто они и вообще, что это слово означает? – спросил журналист.

– Это турецкое слово, оно означает «ищущий», «ищейка». Как я уже говорила, и среди людей живут вампиры. Возможно, этот тип, изображая бомжа, разыскивал в этом прибрежном городке потенциальных жертв для своих потусторонних собратьев. В нашем случае такой потенциальной жертвой стал Джек. Хочу похвастаться: если бы не наша встреча, возможно, нашего Джека уже не было бы в живых. Хотя, кто знает, с его-то внутренним потенциалом, это сделать было бы непросто! – задумчиво произнесла Галина.

– А что произошло на берегу? Вы заговорили с ним, с этим… хафие?

– Нет! Внешне он выглядел дряхлым убогим старичком, но после того, как мы с ним встретились взглядами, он испугался и быстро убежал от нас, оставив следы на песке.

– Каким образом хафие воздействуют на людей и как они связываются с параллельными мирами? – поинтересовался журналист.

– Ну, есть много типов людей, которые осознанно служат тёмным силам, входят с ними в контакт и помогают своим покровителям, насыщая их земной и людской энергией. Хафие живут среди нас. Этих существ причисляют к войску «тёмных», а в армии, как известно, есть всякого рода войска и звания: от солдат до оруженосцев и разведчиков. Хафие являются разведчиками. Скажу больше, они есть и в высших эшелонах власти. Каждый из них выполняет свою роль, служа одной цели: выкачиванию жизненных сил людей. Вы можете это видеть в повседневной жизни на фоне морального и нравственного упадка общества, что является результатом воздействия тёмной энергии.

Есть и другой тип людей, мы их называем «коллекторами» – сборщиками, собирателями энергии. Не подозревая о том, что являются вампирами, они живут обычной жизнью, но своими действиями и поступками провоцируют окружающих на вражду, агрессию и даже войну. Они, можно сказать, «полукровки»: смесь человека и хафие. Кстати, хафие любят вступать в контакт с людьми, чтобы человеческая раса трансформировалась в злое и беспощадное общество. Эти так называемые полукровки очень агрессивны, воинственны и в подсознании ненавидят людей. Такими людьми были многие известные диктаторы прошлых веков. В основном «коллекторы» обитают в местах, где находятся слабые беспомощные люди. Они работают в школах, больницах, тюрьмах и даже в детских садах. Вокруг этих людей всегда витают энергетические вампиры из параллельных миров. Они, можно сказать, кормятся из рук коллекторов, подпитываясь энергией беспомощных людей.

– Интересно! Раньше я об этом не слышал! А знаете, что я вспомнил… ещё в детстве, когда я ходил в детский сад, у нас была такая воспитательница – коллекторша. Эта женщина всегда кричала, бранилась и даже била нас, поэтому я не любил детский сад, и в моих воспоминаниях этот отрезок жизни ассоциируются с чем-то неприятным и негативным.

– Это и есть энергетический вампиризм! Кроме того, что энергетические вампиры выкачивают из своих жертв жизненную энергию, они ещё осознанно психологически калечат этих людей, из которых и возникают асоциальные члены общества. И то, что вы стали журналистом и интересуетесь паранормальными явлениями, это тоже след из вашего детства. Всё в этом мире взаимосвязано, друг мой! – подвела итог Галина.

– Да, немало кровушки эта коллекторша выпила из нас. К сожалению, она до сих пор работает в том же детском саду и продолжает «пить» кровь уже из наших детей. Ах, чёрт с ней, с этой воспитательницей… Скажите, пожалуйста, Галина-ханум, а что происходит с человеком, когда энергетические вампиры нападают на свою жертву? В чём проявляется их агрессия?

– У меня встречный вопрос: что вы делаете, когда голодны?

– Что я делаю? Ну, обычно я ем! Куплю что-нибудь в кафе или во всяких забегаловках, или дома приготовлю вкусную еду.

– То есть ваша голова и желудок подталкивают вас к определённым действиям по удовлетворению чувства голода?

– Да! А разве только я практикую этот ритуал? – усмехнувшись, сказал журналист, затем подумав, воскликнул: – А, я понял ваш намёк! Эти существа вынуждены питаться таким образом, чтобы удовлетворить свои потребности для выживания?!

– Не совсем! Паразиты тоже питаются, но это не повод, чтобы не чистить зубы. Испокон веков все войны велись только за одну правду: удовлетворение материальных нужд и чувственных наслаждений. Но есть и третья сторона, которая не хочет, чтобы проливалась чья-то кровь. Это сторона света, которой мы служим! «Бог наш покровитель, а мы его воины», – этот девиз придумал Джек, а я иногда его цитирую… для престижа нашей службы.

– Хм, звучит красиво! Я бы хотел присоединиться к вашей гвардии света! – воскликнул восторженно журналист, затем повторил свой вопрос: – Галина-ханум, так что же происходит с людьми, которые уже подверглись атакам вампиров? Как вампиры воздействуют на людей?

– И не только на людей, животные тоже страдают от влияния этих существ. Есть несколько форм нападений вампиров и последствий их атак. Первый случай, это когда абсолютно здоровый жизнерадостный человек внезапно заболевает, затем с каждым днём усыхает, словно из него выкачивают жизненную энергию. Дело даже не в болезни, её можно излечить, но когда уходит человеческая энергия, источник жизненной силы, исходящий из человеческой души, то атакованный субъект просто обречен. Врачи обычно бессильны в таких случаях, а пациент или животное практически обречены на медленную и мучительную смерть.

– Каким же образом вампиры парализуют человека, что даже душа не может сопротивляться этим атакам извне? И почему… журналист не успел задать вопрос, как вдруг почувствовал тяжесть в руках и ногах. Он не мог пошевелиться. Его словно приковали к креслу. Перед собой он увидел мерцающий взгляд Галины и отключился. Вскоре Смирнов пришёл в себя, посмотрел по сторонам, словно очнулся ото сна, поднял упавший на пол планшет, растеряно усмехнулся и сказал:

– О, простите, Галина-ханум! Я, кажется, внезапно уснул! Но у меня возникло такое впечатление, что я….

– Нет, это вы меня простите, что я на вас показала, на что способны существа из параллельных миров и как они действуют. Это не был сон. Обычный гипноз! И вы, как говорит мой сын, были в отключке.

– Как, это вы… но вы даже не прикоснулись ко мне! – удивился журналист.

– А зачем, если я могу на расстоянии сбить вас с ног и внушить вам, что вы упали в пропасть. Это и есть парапсихология. Эти способности есть абсолютно в каждом человеке, даже в вас, только их нужно открыть. В людях заложены огромные возможности, они подобны вулкану, которые дают порой о себе знать. Хотите в этом убедиться?!

Не сказав больше ни слова, Галина подошла к журналисту, взяла его руку и закрыла глаза. Прорицательница произнесла шёпотом заклинания и через несколько минут, опустив руку журналиста, отошла и вновь села на диван.

– И что, я стал теперь суперменом? – спросил с усмешкой журналист, осматривая свою руку.

– Нет, суперменом вы не стали, но кое-что сверхъестественное вы уже можете сделать. Человеческий мозг – это своего рода компьютер со множеством программам и кодов, которые закрыты даже для самого владельца. Есть люди, которые владеют ключом к своему «жёсткому диску» и могут открывать свои возможности. А есть люди, к примеру, моего уровня, мы, как «хакеры», можем взламывать более сложные коды доступа, проникать в мозг человека, как в компьютер, и открывать недоступные возможности человека.

– То есть вы хотите сказать, что во мне теперь открыты какие-то особые, ранее скрытые, возможности, и я могу их применять в жизни?!

– Да! Я же вам говорила, что человек использует свои возможности всего лишь на пять, шесть процентов, а всё остальные резервы спрятаны в его мозге, на «жёстком диске».

– А какой у вас уровень, Галина-ханум? – спросил журналист.

– Это сложный вопрос. Всё взаимосвязано в этом мире. Если вы хотите достичь стократного возвышения, то сам мир должен соответствовать вашему уровню. Если в вас всего три или пять процентов человеческого потенциала, значит, вам место под этим небом.

– Вы хотите сказать, что если человек достиг хотя бы пятидесятипроцентного уровня развития, то он находился бы в более высших мирах?

– Верно! Вы можете достичь стопроцентного потенциала, но этот мир вам будет казаться тесным, крошечным и скучным. Вы будете искать приют в более достойных местах, иначе говоря, в духовном мире, рядом с Богом!

– Ясно! Чем больше возможностей, тем всё больше возрастают и потребности у человека! – согласился с высказыванием Галины журналист. – Ну а на что гожусь я, с моими мизерными способностями? Какие возможности вы открыли во мне?

– Посмотрите на стакан с водой. Он довольно-таки далеко от вас. Вы можете его приблизить?

– Как? – удивлённо спросил журналист.

– Силой мысли!

– Нет, как я могу стакан с водой приблизить? Я пробовал как-то… журналист запнулся на полуслове и вновь застыл, как в первый раз. Смирнов вспотел, в горле стало сухо. Он потянулся к стакану, но тело не слушалось, парень не смог приподняться. Изо всех сил Смирнов поднатужился, протянул руку, и стакан с водой, скользя по стеклянному столу, как по льду, оказался в руках журналиста. Смирнов выпил воду, откинувшись на спинку кресло, и какое-то время полежал с закрытыми глаза, но затем вновь, словно очнувшись ото сна, посмотрел на стакан и ещё в возбуждённом состоянии воскликнул:

– Странное у меня ощущение… словно что-то внутри меня пробудилось и пламенем горит. Даже пить захотелось.

Журналист вновь попытался встать и дотянуться до графина с водой, но и в этот раз он был будто прикован к креслу. После нескольких попыток он в отчаянии откинулся на спинку кресла и пристально посмотрел на графин. Стеклянный сосуд, как магнит, заскользил по столу и оказался в руке Смирнова. Журналист налил стакан воды, выпил залпом воду, а затем попытался отодвинуть сосуд силой мысли, и у него получилось! Он долго с восторгом смотрел на графин, не смея поверить в результат.

– Вы хороший ученик, господин журналист! Для первого раза очень даже неплохо! – воскликнула Галина, наблюдавшая за происходящим.

– Но как? – удивлённо спросил журналист, посматривая на свои руки.

– Я всего лишь помогла вам сделать первый шаг. Родители же помогают детям встать на ноги, чтобы их дитя научилось ходить. Затем ребёнок сам справляется, правда, перед тем как встать твёрдо на ноги и сделать первые шаги, ему приходится не раз падать на мягкое место. Я спровоцировала вас на жажду, а всё остальное, я имею ввиду движение стакана с водой и даже тяжёлого графина… это вы сами! Так что я смело могу сказать, что вы уже стоите на ногах и можете ходить!

– Я в шоке! Только что я силой мысли передвинул графин с водой… а в нём целый литр воды!

– Я думаю, скоро вам будет под силу поднять глыбу в несколько тонн. И это ещё не предел.

– Несколько тонн? – растерянно переспросил Смирнов, затем усмехнувшись, сказал: – Да, но пока я достигну этого уровня, мне придётся не раз упасть на пятую точку. Спасибо, Галина-ханум, что открыли во мне такие возможности. А летать я смогу?

– Почему бы и нет! Но сначала у вас должны отрасти крылья! – с улыбкой ответила Галина, затем, не сдержавшись, рассмеялась.

– Всё ясно! Моя миссия в этом мире: поднимать многотонные глыбы и строить пирамиды! Фу… не могу до сих пор прийти в себя… но, пока что я журналист и мне нужно продолжить мою работу! – заявил Смирнов. – Давайте продолжим наше интервью. Скажите, пожалуйста, почему Джек подвергся нападкам вампиров? Вы сказали, что случайностей в этом мире не бывает и преследования хафие Джека побудили вас помочь ему, стать его наставником, а в последствии и партнёром в работе. Почему именно Джек?

– Ну, вы же слышали рассказ Джека о его жизни, о том, что с ним произошло… Такие люди, как Джек, увидевшие что-то иное, не мирское, больше не могут жить прежней жизнью. Наш мир, он им скучен! И то, что он стал тем, кем стал сейчас, это заслуга не моя, а Всевышнего. Так захотели, как говорится, небеса! Быть воином света – это не просто красивые слова, эти люди – избранные, прошедшие сложный жизненный путь. Одним из таких является Джек!

Мы, как вам известно, расследуем паранормальные явления, и порой приходится стоять между двумя мирами, чтобы спасти какую-то часть человечества. А для этого нужно быть воином.

Вы спрашиваете, почему Джек?! После его перевоплощения и некоторых операционных вмешательств Уильяма, Джек стал другим человеком. Образно говоря, сильным, мощным локомотивом, которому нужно было помочь встать на рельсы. И, слава богу, в это время я оказалась рядом и смогла ему оказать помощь.

Джек оказался хорошим учеником. За неделю, проведённую на турецком курорте, он из обычного человека превратился… – Галина замолчала на какое-то время, задумалась, затем продолжила рассказ: – Я никогда не забуду последний день нашего пребывания в Бодруме. Этот день был насыщен как светлыми, так и тёмными происшествиями.

В последний день мы, как обычно, пробежались утром, по берегу, а потом Джек спросил меня: «А по воде ходить сложно?» Я ответила ему, что не знаю такого случая, чтобы человек, даже очень сильный в плане паранормальных способностей, смог сотворить такое. Но не успела я сказать эти слова, как вдруг увидела, что Джек побежал к морю и, словно по твёрдой поверхности, пробежался по глади воды. Затем он остановился посреди моря и стал махать мне рукой.

Сначала я приняла это за шутку и не поверила своим глазам, я даже подошла к воде, чтобы посмотреть, нет ли там какой-то доски или ещё что-нибудь твёрдого, на чём можно стоять, но, посмотрев в сторону Джека, который уже парил над водой на фоне огромного диска восходящего солнца, я увидела летящего ангела. Джек был подобен ангелу. Я увидела сияющую ауру Джека, его крылья. В это мгновение я забыла обо всём, упав на колени, я хотела воззвать к Богу, но Джек просто плюхнулся в воду и по-детски стал плескать в меня водой.

Позже он признался мне, что всю ночь не мог уснуть, так как его мучил дикий жар в спине, а, проснувшись, обнаружил себя парящим над своею кроватью. Левитация в воздухе не каждому доступна, но потенциал Джека уже перешёл грань человеческих возможностей. Утром он не вытерпел и продемонстрировал своё искусство левитации и хождения по поверхности воды. Такой вот у нас Джек! Обычный парень, но с необычными способностями!

– Интересно! Значит то, что Джек сказал: «Я быстренько слетаю за чаем», это он в прямом смысле полетел? – иронично спросил журналист.

– Нет, в магазин он ходит пешком. Вообще-то Джек скромный парень и не любит демонстрировать свои данные на людях, а проявляет их только при необходимости. Армия закалила его. Он всё же бывший разведчик, хотя Джек не любит вспоминать прошлое и этого выражения тоже не любит. Всегда повторяет: «Бывших разведчиков не бывает!»

Вечером мы решили посетить ресторан и отметить наш последний день отдыха. Вечер прошёл прекрасно. Я была счастлива тем, что за короткое время мой ученик превзошёл не только учителя, но и самого себя. Я выполнила свою миссию и была спокойна за будущее своего подопечного. Возможно, это звучит как бахвальство, но я уже тогда знала, какое будущее ждёт Джека и меня.

– Ах да, я помню! Он рассказывал мне про ваше пророчество! Вы предрекли ему стать Шерлок Холмсом, а когда он спросил у вас, кто будет доктором Ватсоном, вы не ответили ему на этот вопрос, хотя знали ответ.

– Да, я знала! Но я и предположить не могла, что судьба свяжет нас так быстро и мы с Джеком станем партнёрами в таком вот странном ремесле. Мне кажется, всё предрешил тот самый вечер в ресторане. Удивительно, Джек повёл себя так, словно был рождён воином света. Джек ухаживал за мной, как истинный джентльмен, приглашал танцевать, мы пили шампанское, говорили о жизни, вечер протекал в приятной дружеской беседе, как вдруг… его лицо побледнело, он стал серьёзным. Осмотревшись по сторонам, он отвёл меня в сторону и тихо шепнул:

– Галина, они опять здесь. Их много, и все они кружатся вокруг нас.

– Ты о чём, Джек? – уточнила я, осматриваясь по сторонам. – Я никого не вижу!

– Поверь мне, здесь целое полчище этих тварей. Раньше я не видел их, а теперь во мне открылось внутреннее интуитивное зрение и видение потустороннего мира. После этого признания Джек сжал мою руку, сконцентрировался, и я… словно с одной сцены перешла на другую. Я увидела иной мир глазами Джека. Это было ужасная сцена. Вокруг нас кружилась целая орда вампиров, готовых растерзать нас на части, чтобы унять свой голодный пыл. Я сильно испугалась, увидев этих тварей, и прижалась к Джеку. Почувствовав мой страх, он обнял меня и тихо сказал:

– Не бойтесь, Галина-ханум, я не дам вас в обиду! Моя энергетическая аура притягивает их, но я им не по зубам. После этих слов мой спутник взял со стола целую пачку салфеток, отдал мне, и я увидела невероятное зрелище. Он дунул на салфетки, и они зажглись голубым пламенем. Я испугалась, что обожгусь, но пламя нисколько не обожгло меня, зато испугало тех существ, которые кружились над нами. Джек отвёл меня в угол ресторана и сказал, чтобы я не выпускала пламя из рук, а сам прошёл на сцену, к пианисту, и заказал испанскую танцевальную мелодию.

Ресторан был полон посетителей, они даже не догадывались, что происходит над их головами. Джек, как искусный танцовщик, пригласил меня на танец, в зубах у него я увидела стебель алой розы, от этого я рассмеялась, и страх отступил. Мой защитник подхватил меня, как лёгкое пёрышко, и мы закружились в танце под танго «Фламенко».

В эту минуту я не чувствовала под собой ног. Мы кружились и парили над мраморным полом. Но вдруг вокруг нас в воздухе зажглось и запылало кольцо синего пламени. Наш танец – он словно создал вихрь внутри огня. И с каждым нашим поворотом в танце, с каждым вращением пламя разгоралось всё сильнее и сильнее. Это было что-то удивительное и невероятное. Мы кружились в центре огня, а все твари, что окружали нас, попадали в вихрь пламени синего цвета и с диким воплем пропадали в пучине этого огненного круговорота. У меня закружилась голова, а дальше… когда я очнулась, я увидела, что лежу на кровати в своём номере, а рядом, на кресле, спит Джек, и на коленях у него лежит та самая алая роза, с которой он танцевал.

– Удивительно! – воскликнул журналист. – Романтика, переплетённая с мистикой и кошмаром!

– Да, этот день нас сплотил, словно огонь растворил в нас те стереотипы, с которыми мы жили всё это время. После случая в ресторане мы оба в глубине души понимали, что лучше нам держаться вместе, а это сражение с вампирами было для Джека своего рода боевым крещением. Когда он проснулся, я спросила:

– Что же это было, Джек? Я помню, как мы начали танцевать, а потом… что произошло потом?

– Потом… а что происходит с человеком, когда он выпьет достаточно много спиртного, – он совершает неадекватные, порой глупые, поступки, а когда протрезвеет, говорит, что ничего не помнит, – задумчиво, ответил Джек.

– Ты хочешь сказать, что ничего не помнишь о том, что произошло несколько часов назад?! – удивилась я.

– Нет, как раз-таки я всё помню! Но я не могу понять, откуда у меня взялось это знание, эта сила, мастерство?! Я всё делал мастерски, словно я практиковал подобное многие годы. В то мгновение в подсознании я знал, что мне нужно делать! Наш танец, затем созданный мною вихрь огня – все действия я совершал, словно учился энергетической защите от вампиров всю жизнь. С помощью синего огня я отправил этих тварей в преисподнюю, уничтожил их одним движением танца.

– А знаешь, люди нам аплодировали! Ты так быстро подхватил меня, а я, будто твой постоянный партнёр по танцам, стала подыгрывать тебе. И знаешь, легко прониклась созданной тобой магической атмосферой и стала действовать так, как ты хотел. А ведь мы танцевали очень сложное танго «Фламенко», и для его исполнения надо быть мастером! – заметила я.

– Действительно, странно! Ещё несколько часов тому назад, если бы мне сказали, что я буду танцевать танго, я бы не поверил и послал бы этого человека к чёрту. И опять этот вечный вопрос, Галина: что мне делать дальше? Всю свою жизнь я играл с огнём, был всегда на передовой, неоднократно ранен, даже со смертельным исходом, но судьба как-то странно распорядилось мной. Она сохранила мне жизнь, но всё, что происходит теперь, кажется мне сном или чьей- то игрой! Что со мной происходит, Галина?

– Я думаю, это твоё прошлое окликается в тебе! – ответила я Джеку и рассказала ему то, что увидела в нём:

– Послушай Джек! Мы уже неделю здесь, и я успела заглянуть в твои прошлые перевоплощения. И сейчас я могу смело сказать, кто ты был до этого рождения и кем ты сейчас становишься. Всё, что человек собирал в себе в прошлых жизнях, проявляется в его нынешней жизни. То же самое касается и меня. Я не просто так стала провидицей, экстрасенсом, медиумом, все эти знания были во мне, я их накопила в прошлых жизнях, а когда родилась, с детских лет я стала видеть то, что обычному человеку не под силу. Я могла общаться с духами умерших, но это скрывала, так как окружающие меня бы засмеяли или приняли бы за сумасшедшую. Но время всё ставит на свои места. Теперь позволь рассказать о твоей прошлой жизни и кем ты был.

– О, интересно! Ну, попробуй меня удивить! – скептически воскликнул Джек.

– До этой жизни ты был воином. Ты стремишься быть сильным, рвёшься в бой – эти качества уже проявлялись ранее в твоих прошлых жизнях. Но кроме того ты был ещё сильным магом и даже жрецом. Ты был настолько сильным, что даже цари падали к твоим ногам и просили о помощи.

– Ого, это что, я был всемогущим Мерлином, что даже цари падали мне в ноги? Что-то не верится мне, Галина! Хотя сочетание слов воин-маг мне очень по душе! Я, наверное, магическим жезлом целые орды орков уничтожал?! – с усмешкой спросил Джек.

– Разве это звучит забавно, Джек? Не забывай, что ты сделал несколько часов тому назад: целое полчище вампиров было послано тобою в преисподнюю! А заклинания?! Откуда ты их знаешь? Я тебя этому не учила. Я даже не знаю, на каком языке ты их произносил! Послушай, Джек, я видела тебя в твоих прошлых жизнях, ты был сильным и могущественным магом. Всё это было скрыто в тебе, а когда пришло время применить эту силу, твоё сознание просто открылось, и ты сделал то, что должен был сделать. Твой друг Уильям не зря говорил о твоём высшем разуме и превосходстве сознания над телом. Он говорил, что в тебе откроются невероятные знания и сила, и вот, предсказания доктора сбылись!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.