Елена Александр
Исключительная. Ашура

Глава 1

Тучи сгущались, превращая день в ночь, и зловещее огненное зарево разрасталось, словно гигантский монстр. Все прибывали в ужасе от происходящего и не понимали, что случилось. Но, не видя источника, все испытывали страх от существ, которые, казалось, выбрались на свободу. Каждый чувствовал опасность и приближающийся конец всему сущему.

Это нечто несло с собой смерть и разрушения. И это не Равновесие, которое может контролировать свою силу. Эти существа, словно хаос, которые прокатывались по мирам, пожирая их без остатка.

Все присутствующие стояли неподвижно, оцепенев от страха, и смотрели на зарево, ожидая появления этих существ. Они ждали, вот-вот, и эти монстры покажутся из темноты.

– Михаил, это левиафаны выбрались наружу? – спросил Рафаэль у брата.

– Вероятно, врата, что рухнули, из нижнего мира, – ответил Михаил.

– Если это они, то начинаются тёмные времена, – сказал Уриил.

– Не понимаю, как им удалось разрушить врата, которые сотворил сам Господь! – удивился Михаил.

– Врата, сдерживающие левиафанов, создал вовсе не ваш Бог, – загадочно начал Варро. Все посмотрели на него, кроме Элис.

– Тебе неведомо это знать, демон, – брезгливо взглянул на Варро Рафаэль.

– Да неужели, архангел? В отличие от тебя, я знаю гораздо больше.

– Ха-ха! – усмехнулся Рафаэль.

Но Михаила заинтересовали слова демона, ведь он не понимал, как могли выбраться те, из мира, где нет дверей. Он обратился к демону: – Тебе что-то известно, демон?

– Много что.

– И ты знаешь, как левиафанам удалось выбраться наружу?

– Как им удалось выбраться, я не знаю… Но знаю одно: мир, в котором они пребывают, создал вовсе не Бог.

– Демон, никто, кроме Бога, не способен создавать миры! – разозлился Михаил.

– А здесь я поспорю. Кроме Бога, как мне известно, существует ещё два существа в параллельной Вселенной, способные на это.

– Допустим, и ты знаешь этих существ?

– Знаю.

– И кто же они?

– Один из них – Абсолют.

Услышав об Абсолюте, архангелы изумились: они знали его и прекрасно понимали, что тот не занимается подобным, на это у него есть Оружие.

– Хочешь сказать: сам Абсолют обратил внимание на левиафанов и запер их?

– Нет, архангел, этого я не хотел сказать. Я сказал, что Абсолют относится к числу тех, кто с лёгкостью может создать мир… И заметь: я не сказал, что ОН открыл дверь.

– О чём они говорят? – озадаченно спросил Дэвид у Маэсы и присутствующих.

– Решают, кто выпустил тех существ, – пояснила ему Древняя.

– Разве это сейчас главное? Нужно искать способ, как упрятать их обратно! – эти слова Дэвид произнёс громко, чтобы его услышали архангелы. И исполины услышали его и полностью согласились с человеком. Если это левиафаны, то опасность наступит для всех.

– Михаил, человек прав: нужно возвращаться в Асааку и собирать войско, – сказал Уриил.

– А лучше отправиться к Отцу. Нужно сообщить Ему, – советовал Рафаэль.

– Рафаэль, по-твоему, Отцу ничего не известно? Этот взрыв прокатился по всем мирам всех уровней. Отец знает, – разъяснил Михаил.

– Значит, нужно отправиться к Нему и узнать: это точно левиафаны? Кто открыл дверь и зачем? – настаивал Рафаэль.

– Архангелы! – неожиданно обратилась к ним Мерена.

Три величественных архангела посмотрели на Равновесие, которое ехидно улыбалась.

– Зачем вам спрашивать у Бога? Вы ведь сами можете посмотреть, кто это, – напомнила Мерена архангелам об их способностях. И действительно, такая способность есть у архангелов, но от происходящего они позабыли об этом.

– Равновесие право, брат, мы можем заглянуть, – подтвердил Уриил.

Михаил закрыл глаза и погрузился в астральное пространство, отпустив своё сознание. Его сознание пролетело через средний уровень и спустилось на нижний, в самый отдалённый мир, где обитали левиафаны. Там, перед гигантскими вратами, которые не были взломаны, Михаил оказался в растерянности и недоумении. Он стоял и смотрел на врата, которые, по его предположениям, должны были быть разрушены. Затем Михаил вернулся назад. С ошеломлённым видом он посмотрел на своих братьев. Те, заметив озадаченность во взгляде брата, испугались, подумав, что действительно древние существа, которые ненавидят ангелов, вырвались на свободу.

– Михаил, брат, они вырвались? – спросил Уриил.

Михаил взглянул на Уриила. Архангел не спешил отвечать на вопрос, и это казалось странным. Михаил подумал: если это не левиафаны, то чьи же врата рухнули? Чей рёв они слышали?

Возвращаясь назад в свою материальную оболочку, Михаил пробежался по всем тёмным мирам в поисках загадочных существ. Но он не нашёл ни единого признака свирепых монстров. Михаил не понимал, что происходит и откуда пришла опасность.

– Михаил, что с тобой? – спросил Рафаэль. – Что ты там увидел?

– Врата Малаки не разрушены, – вымолвил Михаил, на что все озадачились не меньше него.

– Как это? Ты уверен? – не верил Рафаэль.

– Их мир не тронут, врата целы.

– Тогда кто же это, брат? – спросил Уриил.

– Я не представляю.

– Ну надо же, великие архангелы не знают, что за монстры вырвались наружу! – подсмеивался Варро.

Колкое замечание демона задело архангелов, ибо они прибывали в неведении.

Всё это время Элис стояла молча, не участвуя в разговоре архангелов. Её взгляд был направлен на зарево. Но кто она теперь? Пробуждение Исключительной произошло. Однако оно было ещё непрочным: воспоминания, мысли и сознание Элис всё ещё оставались внутри неё, поэтому она пребывала в замешательстве. Она словно пробуждалась от глубокого сна и долго не могла осознать своё существование и реальность. Перед её глазами проносилась вся жизнь души, которая находилась в этом теле до пробуждения Исключительной.

Вместе с этим и Исключительная была охвачена шквалом разных эмоций, которые ей были незнакомы. Она заново переживала все моменты души от её рождения до сегодняшнего дня.

Дэвид, Маэса и Арриан пару раз бросали на неё взгляды. Они были удивлены её молчанием и странному ступору. Несколько раз Маэса обращалась к ней по имени, но девушка не отвечала ей, словно не слышала.

Мерена тоже смотрела на Элис, но в отличие от всех остальных, она видела, что та трансформируется. Смертная девчонка постепенно умирала, а истинная личность – просыпалась. Вот только Мерене это существо было незнакомо, но Тёмную притягивало его могущество и мощнейший импульс, который, пульсируя, доходил и до неё.

Мерена знала одно: то, что сейчас происходит вокруг, непосредственно связано с ней. Возможно, она и есть источник.

– Демон, если тебе что-то известно, скажи нам! – Михаил хотел скорее разрешить эту ситуацию, а игры демона раздражали его.

– Брат, зачем слушать лживого демона? Мы же понимаем, что он пытается нас обмануть. Пойдём к Отцу. Я уверен, что Он ждёт нас, – не унимался Рафаэль, который хотел услышать обо всём напрямую от Бога.

– Отец бы уже позвал нас, Рафаэль. Если бы Он хотел, мы бы это знали, – ответил Михаил.

– Но, брат, он же демон, наш враг. Можем ли мы слушать врага? – спросил Рафаэль.

– Враги объединяются, когда надвигается опасность для всех миров, – заявил Уриил.

– Итак, демон, говори, – обратился Михаил к Варро.

– Меня зовут Варро, и ты прав, Уриил: демоны и ангелы должны объединиться, чтобы спасти все миры.

Услышав эти слова, Элис засмеялась. – Глупцы, вам не поможет ваше объединение! – сказала она, даже не повернув головы в их сторону.

Архангелы прищурились, глядя на девочку.

– Элис, почему ты так сказала? – спросил Дэвид, но Элис не собиралась разговаривать с ним.

– Михаил, мы теряем время, они все играют с нами. Уходим отсюда, – торопил брата Рафаэль.

– И всё же я хочу услышать, что скажет ВАРРО, – произнёс Михаил, делая акцент на имени демона.

Услышав, что архангел назвал его по имени, Варро улыбнулся. – А что именно ты хочешь узнать, Михаил? Кто создал Малаку? Я не знаю этого. Мне лишь известно то, что Малаку создал вовсе не Бог – вот и всё.

– И что нам с этого, если Малака не тронута? Нам не нужно его знание, – заявил Рафаэль.

– Как посмотреть, архангел! – снова загадочно произнёс Варро.

Варро посмотрел на Элис. Он один из немногих знал, кто она на самом деле, и понимал, что происходящее – дело её рук. Но когда он взглянул на неё, у него пропало желание откровенничать с архангелами. Почему-то он не хотел раскрывать её личность. Может быть, потому что она стала ему дорога? Но теперь она не просто Элис, а древний и могущественный дух, который пришёл с одной целью – уничтожить целый мир и расу. Или даже целый уровень миров. Когда она пробудится окончательно, её сила станет безграничной, и никто не сможет ей противостоять. И главное, это уже не будет Элис – это будет существо, которому он безразличен.

Варро оказался в сложной ситуации. С одной стороны, ему нужно рассказать об Исключительном, чтобы найти способ остановить его и не допустить беды. Но тогда пострадает Элис, и это вызывало тревогу в сердце бездушного демона.

– Демон, кто создал Малаку? – спросил Архангел Михаил.

– Одно древнее существо, – ответил Варро, не желая признаваться.

– Что это за существо? Нам известны все существа, но ни одно из них не способно на такое.

– Вам неизвестно это существо… как и никому другому.

– А тебе, значит, известно? – усмехнулся Рафаэль.

– Я… – замялся Варро, косясь на Элис, – …я лишь знаю, что оно – Оружие.

– Что ещё за «Оружие»? – изумился Уриил.

– Оружие подобно мне, – произнесла Равновесие. Варро, сдвинув брови, уставился на неё: он совсем забыл про это существо, которому Исключительный может быть известен. Он испугался за Элис.

Архангелы перевели свои взгляды на Мерену, осмысливая её слова.

– Даже таким, как вы, не под силу создавать миры, – утверждал Михаил.

– Откуда тебе знать, что нам под силу?

– Равновесие, твоя сущность нам хорошо известна, как и твоя миссия, поэтому мы с уверенностью можем сказать: ты не способна на такое.

– Я, может, и не способна создать мир, не пробовала, а вот одно существо – способно.

Варро испепелял Мерену взглядом: если она говорит об Исключительной, то сейчас она выдаст её, он не мог этого позволить.

– Это существо древнее всех нас вместе взятых, – продолжила Мерена.

Времени не было медлить, нужно срочно остановить Равновесие. – Мы знаем, что может существовать такое существо, но оно ли это или нет – неизвестно? – перебил демон Мерену, не дав ей раскрыть тайну Исключительного.

Мерена с подозрением посмотрела на Варро, понимая, что он намеренно её остановил. Она осознала: Варро всё известно, он знает, кто скрывается внутри смертной девушки. Хотя она и не знала имени этого существа, она лишь делилась своими ощущениями. Но его знание только усилило её беспокойство. Мерена решила, что и его тоже нужно похитить, ведь она должна понимать, с кем имеет дело.

Архангелы тоже заметили странное поведение демона. Пару минут назад он с гордым видом уверял их, что знает древнее существо, которое стало причиной всего этого. Но теперь он решил скрыть правду, словно кого-то покрывал. Однако братья были правы: у них совсем не было времени на игры демона, они должны были действовать. Но они пришли на Кшатрию за Равновесием и убийцей Аррианом, над которыми должен был состояться суд. Архангелы должны были забрать их и доставить к Стражам.

– Братья, нам пора возвращаться, – произнёс Уриил.

– А что будем делать с падшим и Равновесием? У нас приказ доставить их, – спросил Рафаэль.

– Мы выполним приказ и заберём их, – сказал Михаил. Это решение не вызвало радости у остальных.

Особенно недоволен был Дэвид. Он, как никто другой, не хотел, чтобы забирали Селену. – Вы серьёзно, архангелы? Посмотрите, что творится вокруг. Это настоящий апокалипсис! К тому же, вы не знаете, с кем будете бороться. Не знаете его силу. И вы хотите забрать двух сильных существ, которые могут вам пригодиться в бою?

Мерена засмеялась, услышав слова человека, который переживал за Селену. – Дэвид, дорогой мой, а с чего ты взял, что я буду помогать кому-то из вас? Даже если это и конец, то мне это только на руку. Это существо всё сделает вместо меня, а потом я с ним разберусь, – заявила Мерена.

Элис громко засмеялась и посмотрела на неё. – Ты разберёшься? – спросила она у Равновесия.

– Именно!

– У тебя нет власти над ними. Лишь хозяин может усмирить этих псов, – сказала Элис.

От услышанного все уставились на Элис, понимая, что ей известно, кто это, и что над ними есть хозяин, а главное, всем врезалось «НАД НИМИ»: это не одно существо, как они считали.

– Элис, ты знаешь, с кем мы имеем дело? – спросил Дэвид, но она снова проигнорировала его.

– Девчонка, что за псы? Сколько их? – спросил Рафаэль.

– Те, которые уничтожат всех, кого им прикажут, – произнесла она, уставившись на зарево.

– Братья, про кого она говорит? – спросил Уриил.

– Братья, вы разве не видите: они все играют в свои игры, строят из себя, что знают. Но эта форма им не известна, – разъяснил своё видение Рафаэль.

– Не ты ли хозяин? – спросила Мерена у Элис. Девушка молчала.

– Равновесие, падший ангел Арриан, за ваши многочисленные нарушения вы пойдёте с нами и предстанете перед великим судом, – заявил Михаил.

– Архангелы, а вы сможете втроём забрать меня? Хватит ли у вас сил? – спросила Мерена.

– Брат, придя сюда, мы не подумали об этом, – тихо обратился Рафаэль к старшему брату.

– Наша цель была – падший, поэтому мы не подумали, – ответил Михаил.

– Равновесие право: нам не одолеть её втроём, – согласился Уриил.

– Значит, заберём только падшего.

– А девчонку смертную? В ней тоже присутствует сила, – спросил Уриил, направив свой взор на Элис.

– Ты права, Мерена, нам не справиться с тобой, да и нет на это времени. Но потом, когда мы разберёмся с этими существами, мы снова обратим свой взор на тебя.

– Если разберётесь, архангелы, – заметило Равновесие.

Михаил посмотрел на Элис и приказал: – Падший ангел Арриан, ты пойдёшь с нами! – Он надеялся, что она возразит ему и проявит свою силу, но на этот раз она даже не отреагировала, словно ей было абсолютно всё равно.

Дэвид и Маэса заметили это поведение и были удивлены, что Элис не вступила в ссору с архангелами и спокойно позволит им забрать Арриана. Они не могли в это поверить.

– Элис, ты спокойна к этому? – спросила Маэса. Элис посмотрела на неё, не понимая вопроса Древней. – Ты позволишь им забрать Арриана? – повторила вопрос Маэса.

– Да, – равнодушно ответила Элис и снова уставилась вдаль.

– Сестра, что с тобой? Они же убьют Арриана! – заволновался Дэвид за сестру.

– Я знаю, человек, – ответила Элис.

– Человек? Элис, это ты? – Дэвид развернул сестру к себе. Элис недовольно уставилась на его руку.

– Это уже не ваша Элис, – смеясь, разъясняла им Мерена.

– Маэса, о чём она говорит? – спросил Дэвид.

– Вероятно, Элис изменилась; возможно, вселилось в неё что-то, – предположила Маэса.

Архангелы подошли к Арриану, на что тот сжал руку Элис. Она взглянула на руку ангела и только тогда осознала, что он всё это время держал её за руку. Это смутило её и заставило вспомнить все моменты, связанные с этим ангелом.

Как будто киноплёнка, перед её глазами промелькнули их первые встречи, фантастические свидания, полёты, ночные встречи и ночь в заброшенном доме отшельника. Хотя чувства, которые она испытывала в обличии смертной, были ей незнакомы, она поняла, что этот ангел ей дорог. Он неоднократно спасал её и всегда был на её стороне. «Может быть, стоит спасти этого ангела и не позволить архангелам забрать его?» – подумала она.

Архангел Михаил дёрнул Арриана за руку и попытался увести его, но что-то остановило его. Он остановился, понимая, в чём причина. Все посмотрели на сплетённые руки парочки: Элис крепко держала Арриана за руку, не позволяя архангелу забрать его.

Арриан всё ещё находился под воздействием чар Мерены и до конца не понимал своих чувств к Элис, но то, что она остановила архангела, его удивило.

– Разожми его руку, – приказал Михаил Элис.

– Брат, она не просто смертная: даже ты со своей силой не смог вырвать у неё ангела. В ней действительно есть сила, – с опаской заметил Уриил.

– Да, девчонка сильная, – согласился Михаил.

– Заберём её с собой? – поспешил Рафаэль.

– Мы даже ангела не смогли забрать из её рук, как же мы сможем забрать её саму? – сложившаяся ситуация беспокоила Михаила и ставила его в тупик. Возможно, впервые он не знал, как правильно поступить.

– Тогда что нам делать, брат?

– Кто ты? – обратился Михаил к Элис.

– Я тот, кто вершит волю Аб…

– Слушайте, архангелы, не пора ли вам вернуться в свой мир и выяснить, с чем мы имеем дело? – Варро намеренно перебил Элис, не дав ей признаться, кто она.

– Демон, ты уже который раз перебиваешь наш разговор! – Михаил был готов применить силу, чтобы успокоить надоедливого демона.

– Сейчас не время для разговоров, нужно действовать: наши миры в опасности, как и все мы.

– Демон сейчас прав, брат, – в очередной раз согласился Уриил.

Михаил пристально смотрел на Элис. Он сравнивал её с другими существами, которые могли перевоплотиться в смертных. – Арриан, ты должен ответить за убийство Иезекиля, – спокойно сказал Михаил ангелу.

Вспомнив об убийстве, Арриан почувствовал стыд и отвращение к себе. Он опустил глаза.

Элис посмотрела на ангела и сказала: – Этот ангел с вами не пойдёт. Демон прав: у вас теперь другие заботы.

Рафаэль хотел что-то сказать, но Элис взмахом руки отправила архангелов на Асааку. Все были удивлены и остолбенели от изумления, ибо перед ними стоит не их Элис, а нечто, которое завладело её телом.

Элис отпустила руку Арриана.

– Это что сейчас было? Это Элис их убрала? – спросил Дэвид, не веря, что его сестра способна на такое.

– А кто же ещё? Если бы не сделала она, это сделала бы я, – твёрдо сказала Мерена.

– Элис, что ты с ними сделала? – Дэвид подумал, что сестра их убила.

– Тебе это интересно, человек? – спросила Элис.

– Элис, перестань это! Почему ты так себя ведёшь? – обращение «человек» вывело мужчину из себя.

– Дэвид, очнись, перед тобой стоит не твоя сестра, – пыталась вразумить его Мерена.

– Но где тогда Элис? – спросил он у Мерены. Когда она пожала плечами, он перевёл свой вопросительный взгляд на Маэсу.

– Дэвид, мне не известно, – ответила ему Древняя.

– Демон, ты знаешь?

– Нет, – соврал Варро, отведя в сторону глаза.

– Да какая разница, где ваша Элис? Исчезла, умерла, да и отлично! Она порядком надоела, – пробурчала Мерена.

– Помолчи! – заругалась на неё Маэса.

– Ты это мне говоришь, Древняя? Мне рот затыкаешь? – Мерена пристально смотрела на Маэсу, желая превратить её в пепел.

– Ты ничтожество, Мерена; ты уничтожила дорогих нам людей!

– Я бы и вас уничтожила, если бы не всё это, – Мерена развела руками, указывая на зарево.

– Друзья, хватит болтать, – заговорил Саймон, который был «убит горем» от смерти любимой. – Хватит, мы должны убираться с этого проклятого мира!

Все посмотрели на парня, который очень переживал из-за потери любимой.

– Чего захотел. Кто тебя отпустит? – возмутилась Мерена. – Я обещала вам смерть, и я сдержу своё слово.

– Да перестань уже пугать нас! Почему ты до сих пор не убила нас? Ты ведь могла сделать это давно, – сказала Маэса. Мерена растерянно посмотрела на неё. – Твою силу ограничивает Селена, сейчас ты не так всемогуща, как раньше. Ты всегда считала её слабой, но ей действительно под силу тебя сдерживать.

– Ей ли, Маэса? Ты правда думаешь, что эта беспомощная девчонка может помешать мне? Нет, твоя Селена крепко спит в своей темнице. Это не она.

– Неважно, твои силы сейчас не работают на полную мощность, так что перестань угрожать нам, иначе мы сами уничтожим тебя.

– Что? Думаете, у вас хватит сил победить меня?

– Если мы объединимся, то да.

После такого заявления Древней все навострили свои грозные взгляды на Мерену, давая понять, что они не боятся её, как раньше. И если они вступят с ней в бой, то смогут одолеть её, к тому же, у них есть эта девчонка. Мерена понимала: если Элис выберет их сторону, то ей придётся нелегко, и она окажется на втором плане по силе. Тогда о своей миссии можно будет забыть. – Ты права, Древняя, вас не одолеть всех вместе, но я сделаю нечто большее.

После этих слов Мерена открыла портал и притянула к себе Варро и Арриана. Мерена испытывала сильное искушение завладеть Элис. Она понимала, что если ей удастся переманить Элис на свою сторону, то с помощью такой могущественной союзницы она сможет подчинить себе всю Вселенную. Однако Равновесие осознавало, что не в силах осуществить этот план. Чтобы не упустить ангела и демона, ей нужно было немедленно скрыться вместе со своей добычей в портале. После этого она могла бы разработать план, как вернуть Элис.

Мерена втянула Варро и Арриана в портал, который тут же закрылся. Всё произошло так быстро, что Маэса не успела среагировать и помешать ей. Она с лёгкой злостью посмотрела на Элис за её спокойствие и бездействие.

– Элис, почему ты не помешала ей? – с претензией набросилась Маэса.

– Разве?

После слов «Исключительной» открылся портал, из которого вышли довольная Мерена, Арриан и Варро. Мерена стояла спиной к присутствующим и не сразу поняла, что снова оказалась на Кшатрии. Лишь знакомый вид, который она видела пару секунд назад, заставил её засомневаться и занервничать. Она хотела переместиться на Дору, но местность не принадлежала этой планете. Затем Мерена почувствовала, что за её спиной кто-то есть, медленно обернулась и увидела Древнюю, людей и Элис. Она была озадачена. – Что?

– Я сказала архангелам и говорю тебе: этот ангел никуда не пойдёт, ты не можешь его забрать, – начала Элис.

Варро задело, что Элис говорила только об Арриане.

– Как ты смогла это провернуть? – удивилась Мерена.

– Ты ошибочно веришь, что всемогуща, но это не так, особенно в этом воплощении. Равновесие – одно из самых мощных Оружий Бога, но ты не знаешь своей силы. Ты настолько поглощена властью, что закрыла доступ к истинной силе Равновесия. То, чем ты сейчас обладаешь, – это лишь малая часть могущественной энергии. Ты глупа и не до конца воплотилась, раз называешь себя Мереной.

– Я глупа? Да кто ты такая?

– Если бы ты была в своём истинном обличии, то знала бы, кто я, – ответила Элис.

Мерена не понимала, о каком истинном обличии говорит Элис. «Неужели она говорит о Селене? Неужели она и есть истинный облик Равновесия?» – Ты имеешь в виду Селену? Хочешь сказать, что эта глупая девчонка – истинный облик Равновесия?

– Селена – не истинный облик Равновесия. Мне странно, что ты не знаешь о своём эго.

– А ты в курсе моего эго?

– Конечно.

– Так поведай мне.

– Не сейчас. Для того чтобы полностью преобразиться, каждому древнему существу, пришедшему в облике смертного, требуется время. И в моём случае это тоже так: этот облик всё ещё принадлежит смертной.

– А что будет с Элис, когда ты перевоплотишься? – обеспокоенно спросил Дэвид.

– Человек, я спала, когда душа смертной бодрствовала. Сейчас я пробудилась ото сна, и душа узнает своё истинное воплощение. Она никогда больше не будет прежней. Той смертной, которую вы знали, больше не будет. Но её сознание ещё живо, и на полное забытие нужно время. Какое-то время она ещё будет проявляться, – объясняла Исключительная.

– Я не могу понять: ты и Элис – это одно, или вы, как в Равновесии, две личности? – спросила Маэса, не понимая сущности пришедшего к ним существа.

– Мы одно, одна личность, – ответила Исключительная. – Сейчас я просыпаюсь ото сна, нахожусь в бреду от воспоминаний и лишних эмоций, но вскоре моя сила и мой приказ искоренит всё лишнее, оставив лишь Исключительного.

– Ты так называешься? – Саймон озадачился, пытаясь вспомнить, слышал ли он о таком существе.

– Да, я Исключительная.

– Никогда раньше не слышала о таких существах, – задумалась Маэса.

– Мы скрыты, – продолжила Исключительная. – Личность девушки желает открыться вам, но это не дозволено. Исключительному не дозволено открываться кому-либо. Он здесь с определённой целью, и все свои силы он должен направить на её свершение.

– И что это за цель? – спросил демон, который знал её очень хорошо.

– Скоро узнаешь, – ответила Исключительная.

– А после своей миссии ты уйдёшь?

– Да.

– А Элис ты отпустишь? – с беспокойством спросил Дэвид.

– Человек, уясни: смертной больше нет, есть Исключительная.

– Получается, ты убила её?

– Нет, она не убила её, – вмешался Варро. – С самого рождения Элис была Исключительной, только эта часть её души спала до определённого момента. Вы все изначально знали Исключительную, а не смертную девушку.

– Бред, я знал только свою сестру Элис и хочу, чтобы она вернулась! – потребовал Дэвид.

– Дэвид, это как Равновесие, пришедшее в теле Селены. Так рождается древний дух.

– Мне это не понятно, я не хочу это принимать. Моя сестра не умерла, и я никому не позволю поработить её.

– Если бы здесь был Пассифей, он бы всё объяснил, – заметил Саймон.

– Что здесь непонятного? У каждого из вас есть душа, но ваши души, в отличие от души Элис, молодые, слабые и пустые. А её душа – древняя и создаётся с определённой миссией, – попытался объяснить Варро.

– А тебе, демон, грустно об этом говорить? – спросила Мерена с намёком.

Демон не ответил ей.

– Всё это чепуха! Я не понимаю, почему Элис, перевоплотившись, не станет прежней? Почему Селена не изменилась, ведь она помнит своих родных и друзей и хочет встретиться с ними? – Дэвид надеялся, что они смогут ему помочь и его сестра вернётся.

– Равновесие – это две личности, тёмная и светлая. Исключительная – это одна личность. Когда Равновесие полностью перевоплотится, Селена тоже изменится, а после того, как выполнит свою миссию, она уйдёт. Демон упомянул о цели рождения подобных нам существ: мы созданы, чтобы вершить правосудие, устанавливать справедливость, искоренять зло. Мы – столпы баланса во Вселенной. В нас не заложены примитивные чувства и соблазны, затуманивающие разум. Мы всегда должны знать, кто мы и зачем были рождены. Ваши жизни нам не интересны, мы не сможем находиться в вашем обществе ни дня, ведь мы знаем истину, а вы блуждаете во мраке, – объяснила Исключительная.

Услышав это, Дэвид ужаснулся ещё больше. Он не был готов потерять и Селену. Два дорогих ему человека могут навсегда исчезнуть из его жизни, это несправедливо. – Нет, нет, ты не права. Я уверен, Селена не согласится с тобой. Ей нравится её смертная жизнь, она справится, мы ей поможем.

– И кто же тебе позволит, Дэвид? – спросила Мерена, прищурив глаза.

– Я обещал ей.

– Человек, тебе больно? – Эмоции этого парня почему-то зацепили Исключительную.

– Конечно, Элис – моя сестра, и я не могу её потерять… – сказал Дэвид.

– И Селену он тоже потерять не может, – смеясь, добавила Мерена.

– Тебе придётся принять это, так будет, и ничего не исправить, – сказала Маэса.

– Не верю, всегда есть выход, такого не бывает, – возразил Дэвид. – Я не позволю исчезнуть сестре и Селене.

Дэвид не хотел смириться с тем, что его близкие люди могут исчезнуть. Он был полон решимости найти способ спасти Элис и Селену от существ, которые захватили их тела. Дэвид вспомнил о Пассифее и подумал, что тот может помочь им или хотя бы подсказать, что делать. Пассифей был его последней надеждой.

– Повторюсь, – громко начал Саймон, – мы должны покинуть Кшатрию и уйти из этого опасного места!

Все понимали, что Саймону тяжело здесь находиться, его рана была свежа, и он должен был вернуться домой, чтобы побыть одному и выплеснуть свою боль.

– Саймон прав, нам нужно уходить, – согласилась Маэса.

– И куда мы отправимся? – спросил Дэвид.

– На Землю, – ответил Саймон.

– Предлагаю отправиться к Пассифею, – предложил Дэвид.

– Не важно «куда», лишь бы исчезнуть из этого мира, – сказал Саймон, стиснув зубы.

– Идите, идите, – подсмеивалась над ними Мерена.

– Но как же Селена, мы что, отпустим её? – тихо спросила Маэса у Дэвида.

– Арриан, дорогой мой, я предлагаю тебе отправиться со мной, – начала Мерена.

Арриан посмотрел на Элис. В её глазах он больше не видел тех эмоций, которые разжигали в нём незнакомые чувства. Но он понимал, что это не она, а древнее существо овладело ею. И сейчас, как и Дэвид, он не согласен с её участью и должен спасти её, так же как она ринулась спасать его, невзирая ни на что. Арриан не мог оставить эту девчонку в беде, ведь теперь она «на краю пропасти» и ей нужна поддержка.

– Арриан не пойдёт с тобой, – уверенно заявил Дэвид. – Только он может вернуть Элис. Он наш шанс на её спасение.

– Ох, Дэвид, тебе же объяснили чётким языком: твоей сестры больше нет, – сказала Мерена.

– Дэвид прав: если я могу помочь Элис, я буду рядом с ней, – подхватил Арриан.

Элис посмотрела на ангела, который стоял рядом с ней. Она чувствовала невыносимую тягу к нему, знала, что он дорог ей, чувствовала, как душа смертной девчонки рвётся к нему. Но это была не она, и эти чувства были не её. Элис была Исключительной, созданной с определённой миссией. В её голове не должно быть иных мыслей, кроме приказа. Но этот ангел путал её мысли, заставлял окунаться в воспоминания девчонки и переживать всё это. И то, что она видела, вызывало дрожь по всему телу. Эмоции девчонки били через край, всё тело содрогалось от бури чувств. Эта истома внутри была превосходной. За всё своё существование Исключительная никогда не испытывала подобных эмоций, она даже не подозревала о их существовании. Но всё же они не входили в её задание, и тем более этот ангел, как и все, кто был дорог девчонке, умрёт. Исключительная не могла себе позволить привязаться к ним, ибо это чревато возникновением жалости и сомнения, которые могут помешать её заданию. А если Исключительная не выполнит задание, её ждёт наказание. Да и как она может пойти против своего Создателя? «Не бывать этому».

Элис отошла от Арриана, стараясь не смотреть на него. Все заметили её поведение: кто-то расстроился, а кто-то, например Варро, обрадовался, надеясь на что-то. Но эта надежда была напрасной: демон знал об Исключительном. Они одиноки, это наказание от Абсолюта, им не дозволено быть с кем-то, любить кого-то, заводить семью. Поэтому ему тоже ничего не светит. И то, что Элис больше не будет, огорчало и его. Варро привязался к этой девушке, он даже испытал к ней чувства, она стала вторым дорогим ему человеком в жизни. И если есть хоть маленький шанс на спасение Элис, он должен его использовать.

– Ваше дело! – произнесла Мерена и открыла портал, собираясь как можно скорее уйти, сбежать от них. Но её портал неожиданно закрылся. Мерена непонимающе уставилась на Исключительную. – Это ты сделала?

– Я.

– Зачем? Что это значит?

– Ты останешься с ними, – решительно заявила Элис.

– С ними? – удивлённо повторил Дэвид. – Элис пойдёт с нами! – заявил он Исключительной.

– Наши пути расходятся. Моя миссия начинается, я займусь этим немедленно.

– Исключено. Пока сознание Элис ещё живо, она пойдёт с нами. Ты не имеешь права разлучать нас с ней! – настаивал Дэвид.

Исключительная посмотрела на него, а затем на остальных. Она почувствовала, что они все ей дороги. Что-то незнакомое и греющее душу зарождалось внутри неё. И появилось то чувство жалости, которого она страшилась, но смертная девушка была дорога для них, и, если резко забрать её у них, они будут страдать. Но разве это должно её волновать? Чувства каких-то смертных, которые вскоре погибнут? Но не только этот человек требует этого, но и сознание девушки, она желает пойти с ними и остаток своих дней провести с ними.

– Дэвид прав: пока ты окончательно не перевоплотилась и пока ещё сознание Элис живо, ты должна позволить нам хотя бы попрощаться с ней, – лояльно убеждала Маэса.

– Хорошо, будь по-вашему. Её сознание умрёт день на день, так что у меня ещё есть время, чтобы выполнить свою миссию. Я иду с вами.

Все вздохнули с облегчением.

– Итак, куда мы решили пойти? – спросила Маэса.

– К Пассифею, – ответил Дэвид.

Маэса оглядела окружающих, её взгляд остановился на Мерене и демоне. Она подумала: «Эти два существа опасны. Возможно, не стоит приводить их на Землю, тем более к Пассифею». – Дэвид, я не уверена, что демона и Мерену стоит брать с собой, – тихо сказала Маэса парню.

– А демон и не пойдёт с вами, – произнёс Варро, услышав слова Древней.

– И демон, и Равновесие пойдут с нами, – уверенно заявила Элис, и все усмехнулись.

– Ты с ума сошла? Я ни за что не пойду с вами, мы враги! – воспротивилась Мерена.

– Отныне Равновесие – не враг, – заявила Элис.

– Элис, ты уверена? Эта парочка опасна, – сказал Дэвид.

– Не опаснее Древних, – заявила Элис, и Маэса слегка обиделась.

– Исключено, я с вами никуда не пойду, – сопротивлялась Мерена.

– Твоего желания никто не спрашивает. Равновесие, ты будешь рядом с нами.

– Ты ли меня заставишь?

– Заставлять не придётся. Ты пойдёшь добровольно.

– Да неужели? С чего это?

– Я выпущу вторую личность из клетки.

Мерена смолкла, услышав это. У остальных округлились глаза на заявление Исключительной.

– Элис, ты можешь вытащить Селену наружу? – удивилась Маэса.

– Элис не может, но я могу.

– Сестра, освободи её, – просил Дэвид, обрадовавшись таким фактам.

– Всему своё время. Ведь тёмная личность не противится и добровольно идёт с нами, – говорила Исключительная, глядя на Мерену.

– А почему бы и нет? Я на Земле ещё не была, неплохо было бы оглядеться. Да и с вашим стариком я не прочь познакомиться, – заговорила Мерена по-другому. Выбора у неё не было.

А вот Маэса обиделась на Элис за это. Она совсем не понимала эту Исключительную: «Зачем ей сдалось Равновесие в облике Тёмного? Да и демон, зачем он нужен? Он столько вреда принёс Элис».

– Ну, я-то с вами точно не пойду, даже не уговаривайте, – развёл руками Варро.

– Сестра, я согласен со всеми: зачем нам этот демон? Пусть отравляется в свой мир, от него у нас только проблемы.

– Демон пойдёт с нами, это точка.

Такое заявление удивило Варро. Конечно, он не мог потерпеть, что им управляют. Но то, как настаивает Исключительная на том, чтобы он пошёл с ними, намекало демону на взаимную симпатию со стороны Элис. Возможно, пролистывая воспоминания Элис, Исключительная желает, чтобы и он был рядом с ней в последние её часы жизни. Он не безразличен ей.

– Не понимаю, зачем он нужен? – противился Дэвид.

Как бы Варро ни сопротивлялся и ни возражал, он сам хотел пойти с ними. Он должен был защищать Элис, пока она существует. И слова его матери постоянно звучали в его голове: «В будущем ты изменишь представление о демонах». Возможно, это будущее уже наступает, а значит, он должен быть с ними. – Я пойду, – согласился он.

– Пусть идёт, но давайте уйдём отсюда, – вмешался Саймон.

– Парень прав, нам нужно уходить, – поддержала его Маэса, которая была сердита. – Вас пятеро, мне придётся переместить вас в два захода.

– Не стоит, – остановила её Исключительная и щёлкнула пальцами.

Через долю секунды они все стояли у порога одинокого дома в горах, где жил Пассифей. Всё больше всех удивляли способности Элис. Мало кто может телепортироваться без портала за долю секунды, да ещё и не зная, куда идти. Хотя они не знали этого существа и его силы, им предстояло узнать всё в будущем.

Открылась дверь, и на пороге появился удивлённый Пассифей. Он уставился на прибывших гостей. Старик был озадачен увидеть рядом со своими друзьями Равновесие и демона, которые причинили им столько неприятностей. И, конечно, он сразу заметил изменения в Элис: её жёлтые глаза и безэмоциональное лицо, словно это была не она. А главное, что его удивило – они с Аррианом стояли поодаль друг от друга. Это не могло не расстраивать. Пассифей помнил, что Арриан вне себя, но он надеялся, что Элис удастся вернуть ему память и развеять чары Мерены. Но сейчас получалось, что и Элис была заворожена.

Следом в проёме появился Габриэль, который не менее удивлённо уставился на гостей. Увидев Арриана, он вздохнул с облегчением, ведь тот был жив – это главное. А после он увидел Мерену и озадачился. «А ей что здесь нужно? Почему она пришла вместе с ними? Разве она не враг? Что случилось?»

Глава 2

Толчки от землетрясения ощутил и Пассифей. Он сразу понял, что это не просто землетрясение, а что-то другое, угрожающее всему миру. Старик без лишних вопросов принял у себя всех: и демона, и Мерену. Он понял, что эти существа находятся рядом с его друзьями не просто так. Это означало, что его подозрения были верны: Земле угрожает опасность вселенского масштаба, и этот враг опасен как для тёмных, так и для светлых душ.

Габриэль, конечно, смотрел косо на демона и Мерену. Он не мог смириться с тем, что произошло с ним и Аррианом, но понимал, что надвигающаяся опасность сплотит всех, даже самых злобных врагов.

Все расположились в небольшой гостиной Пассифея. Старик заметил изменения в каждом из своих друзей, а главное, он увидел, что Аттиона и Суллы нет. По подавленным лицам Маэсы и Саймона он понимал, что с ними случилось что-то страшное. Пассифей много лет знает Маэсу, но никогда не видел её в таком состоянии: она была убита горем. Ему было неловко поднимать эту тему и травмировать их ещё больше, но он должен был понять, что произошло с ними на Кшатрии.

– Друзья, Маэса, я не вижу Аттиона. Разве он не пошёл с вами? – всё же решился спросить старик.

Маэса подняла на Пассифея взгляд, полный горечи. Ей было трудно рассказать ему о случившемся, а тем более произнести слова: «Аттиона больше нет»; «он мёртв»; «мой любимый – мёртв». Вспомнив о смерти возлюбленного, её сердце наполнилось яростью, а глаза загорелись огнём. Маэса бросила суровый взгляд на Мерену.

– Аттиона больше нет с нами, Пассифей, – начал Дэвид.

– Как и Суллы, – добавил Саймон.

– Объясните, что означают ваши слова? Неужели с ними произошла беда?

– Да, Аттион и Сулла… погибли, – опустив глаза, произнёс Дэвид.

Старик снова посмотрел на Маэсу, из глаз которой вот-вот готовы были пролиться слёзы.

– Я не могу в это поверить. Они были великими воинами. Как всё произошло?

Все искоса смотрели на Мерену. Ведь именно она убила дорогих им людей. Они были готовы разорвать её прямо здесь и сейчас, но их останавливали два фактора. Во-первых, внутри Мерены находилась ни в чём не повинная Селена. А во-вторых, ведьма, по воле Элис, находилась в их команде, и Элис не позволила бы никому навредить ей.

Напряжение между ними было огромным. Воздух раскалялся от гнева и раздражения. Присутствие Мерены напрягало всех. Она напоминала об ужасных событиях, в которые был втянут каждый из них. Никто не знал, как реагировать на неё, как смотреть ей в глаза, как говорить с ней. Желание отомстить ей было слишком велико. Оно обволакивало разум и сеяло мысли о расправе. Однако, вспоминая о Селене, они заставляли гнев внутри стихать, понимая, что ещё не время. И всё же, несмотря на возникшие обстоятельства, Мерена была врагом, и они все должны были быть начеку.

Вопрос Пассифея оказался невероятно сложным, и никто не решался вновь к нему возвращаться. Однако по неприязненным взглядам в сторону Мерены Пассифей понял, что именно она стала причиной трагических событий и убила двух воинов.

Мерена, высоко подняв голову, призналась: – Я их убила!

Маэса с усмешкой посмотрела на неё, и в её руке появилось копьё.

Пассифей покачал головой и сказал: – Это было очевидно.

Габриэль задался вопросами: – Почему эта ведьма здесь? Почему наш враг сейчас спокойно сидит среди нас? Она принесла столько горя, а теперь выясняется, что она убила ваших друзей.

– Кто заговорил? Когда я не увидела тебя среди твоих братьев, примчавшихся на Кшатрию, я подумала: «С Габриэлем явно что-то случилось, ведь эта четвёрка неразлучна». Я надеялась, что ты мёртв. Даже обрадовалась. Но оказывается, ты отсиживаешься на Земле. Я сразу подумала: «Странно это». А потом я принюхалась к тебе… и знаешь, я не почувствовала в тебе этого мерзкого запаха пернатых, но зато явно чувствуется дух смертного. Не пойму: ты стал смертным? Ты человек? Что же случилось с тобой, Габриэль? Какие преступления ты совершил, если получил такое наказание?

– Не твоё дело, ведьма. Почему вы молчите? Ответьте мне: почему она здесь? – обратился ко всем Габриэль. Он посмотрел на Арриана, но тот словно пребывал в каком-то ступоре и смотрел на архангела чужими глазами, в которых была пустота.

– Так пожелала Элис, – ответил ему Саймон, и все обратили свой взор на девушку.

– Так пожелала Я, а не Элис, – поправила парня Исключительная.

– Кто ты? Что значат её слова? – удивился Пассифей.

– Что значат её слова, Арриан? Перед нами не смертная? – обратился Габриэль к своему ангелу, но Арриан только посмотрел на него и, не ответив, перевёл свой взгляд на Элис.

– Я та, чьё имя нельзя упоминать. Я та, с кем нельзя разговаривать. Я та, на кого даже смотреть нельзя.

– И всё же ты сейчас здесь, рядом с нами. И мы смотрим на тебя и говорим с тобой. И раз ты мой гость, я желаю знать твоё имя, – сказал старик.

– Она называет себя «Исключительная», – разъяснил Дэвид.

– Исключительная? Никогда не слышал о таком существе, – удивился Габриэль.

– И кто же ты, Исключительная? – спросил Пассифей.

– А разве ты не знаешь? Ты тот, кому известно всё, – загадочно произнесла Исключительная.

– Не всё, о тебе мне неизвестно, – изумился старик.

– Лукавишь ты, старик? Мне известен твой истинный лик, ты скрываешь своё эго, не хочешь, чтобы знали они.

– Старик, про что она говорит? – спросил Дэвид у него. – Ты не тот, за кого себя выдаёшь?

– Не знаю, о чём говорит эта девушка, но я всегда был Пассифеем, смертным человеком… А что это было за землетрясение?

– Архангелы сказали, что рухнули какие-то врата и на свободу вырвались существа, которые представляют угрозу для всех, – ответил ему Дэвид.

– Врата? Малака? Неужели врата взломаны и левиафаны вышли наружу? – испуганно произнёс Габриэль.

– Ты сказал «левиафаны», Габриэль? – переспросил Пассифей.

– Да, мы с братьями всегда знали, что врата Малаки рано или поздно будут взломаны и эти существа выйдут на свободу. Если это так, то всем нам грозит опасность.

– Дэвид, Михаил же сказал: «Врата не были разрушены», – поправил его Саймон.

– Так были разрушены врата или нет? – спросил Габриэль.

– Нет, врата Малаки целы, – ответил демон. – Михаил отправился туда, чтобы убедиться. Врата не взломаны, а те существа, которые вышли, – это не левиафаны.

– Но тогда кто же это был, Михаил рассказал вам?

– Нет, он не знает. Архангел обошёл все нижние миры, но не обнаружил никаких признаков чего-то зловещего, способного на такое, – объяснял демон.

– Но что-то надвигается, я это чувствую, – задумчиво произнёс «падший архангел».

– Ты ещё можешь чувствовать, Габриэль? – не унималась Мерена, которая не упускала возможности покритиковать кого-либо из присутствующих.

– Прекрати, Мерена! – не выдержала Маэса. – Если ты с нами, это не значит, что ты можешь вести себя так свободно. Не смей раскрывать свой рот! Не говори ни слова. А было бы лучше, если бы ты ушла в другую комнату.

– Тебе неприятно моё общество?

Мерзкий голос Мерены был неприятен Маэсе, и с каждым её словом напряжение в душе Древней росло. Наконец, после очередной колкости, оно достигло предела, и Маэса не выдержала. Она набросилась на Мерену, забыв о своём статусе. Однако Мерена одним жестом отбросила Маэсу прочь. Та отлетела в сторону и упала на журнальный столик, разбив его и весь антиквариат, который на нём стоял.

Все присутствующие вскочили со своих мест. Они были готовы атаковать Мерену, только Исключительная оставалась неподвижной. Происходящее не вызвало у неё никаких эмоций. Она даже не шевелила головой, только её взгляд скользил от одного участника конфликта к другому. В этот момент её заинтересовали не сами участники драки, а их эмоции. Каждый из них испытывал что-то своё: кто-то пылал гневом и злостью, кто-то был окутан печалью, а в ком-то теплилась любовь. Это чувство отличалось от остальных своей яркостью и спокойствием.

Исключительная перевела свой взгляд на того, кто излучал эти эмоции. Это был Арриан. Он не участвовал в драке, но его взгляд был направлен на Исключительную. И снова приятная истома прокатилась по её телу. Она почувствовала своё сердце и услышала звук, разносящийся внутри. Арриан, смотря на Исключительную, испытывал подобные чувства. Он чувствовал эти эмоции только к ней, но не понимал их.

Все эти мысли, чувства и разговоры отвлекали Исключительную от её задания. Она не хотела, чтобы её втягивали в их жизни, но что-то странное происходило с ней. Она была заинтригована, вникая в подробности жизни каждого из них. Наравне с этим она проживала все их эмоции, которые заставляли её испытывать угнетение, душевную боль, ненависть, гнев и любовь. Как ни странно, ей было интересно прожить каждую их жизнь. Однако она понимала, что теряет над собой контроль и отвлекается на жизненные трудности смертных. Это огорчало её. Она чувствовала, что своим поведением и любопытством предаёт своего Создателя.

В голове было слишком много чужих мыслей и голосов, они закрывали ей канал. Она не слышала тех, ради кого появилась здесь. Ей нужна была тишина, чтобы уединиться и прислушаться. Она должна была обследовать обстановку и осознать своё задание, а затем приступить к его выполнению.

– Ах ты мерзкая тварь, как ты посмела? – поднявшись, начала Маэса. Крепко сжимая в руке копьё, она встала в позу «готовая напасть на Мерену». Горе и тоска по Аттиону задурманивали разум Древней: она забывала, что внутри ведьмы находится Селена, что она может причинить ей боль.

– Маэса, не делай этого! – испугался Дэвид. – Вспомни про Селену, ты убьёшь и её.

– Не переживай, Дэвид, Древней не под силу навредить нам с Селеной, – «успокаивала» его Мерена.

– Привести с собой эту ведьму было ошибкой. Зачем вы её притащили сюда? – возмущался Габриэль.

– Мерена, раз уж ты здесь, то не смей использовать свои силы, – сказал старик, стукнув костылём по полу.

– Старик, я и не собиралась. Это ты скажи Древней, чтобы та не распускала руки и не злила меня. Моя душа горит адским пламенем, мне сложно себя сдерживать.

– Ведьма, то, что ты совершила, непростительно: ты убила Аттиона и ответишь за это, не сомневайся. Сейчас ты с нами, но вскоре, когда всё закончится, я убью тебя. Я обещаю, – угрожала Маэса.

– Вскоре? По-твоему, ты скоро разделаешься с этими тварями? Ты правда думаешь, что сможешь выжить? – ухмылялась Мерена.

– Кто бы из нас ни выжил, он убьёт тебя, знай это, – заявил Саймон.

– Ну уж, конечно. Не стройте иллюзий, ни одному из вас… – Мерена замолчала, остановившись взглядом на Элис, – …кроме неё, не справиться со мной. Я одной мыслью могу стереть вас с лица земли.

Неожиданно Исключительная встала, она притянула к себе Мерену и дотронулась до её лба. – Я забираю твою силу на время, чтобы ты никому не навредила. А когда придёт твой час, я перевоплощу тебя.

– Не смей забирать мою силу! – Мерена попыталась вырваться из рук Исключительной, но она была обездвижена.

– Эта сила не принадлежит тебе.

– Я Равновесие – это моя сила. Ты не имеешь права отнимать её у меня.

– Отныне, – Исключительная обратилась к присутствующим, – никто не будет враждовать. Тёмная Мерена больше не причинит вам вреда. А вы… – Элис посмотрела на Маэсу, – …должны помнить, кто внутри неё. Убьёте тёмное начало – погибнет и светлое.

– Ты ведь можешь вернуть Селену, почему не возвращаешь её? – спросил Дэвид.

– Потому что каждый из вас испытывает к ней определённые чувства, которые будут отвлекать вас и её, – объяснила Исключительная.

– Это несправедливо! Моя принцесса ни в чём не виновата. Эта ведьма заперла её внутри себя много веков назад. Элис, прошу тебя, освободи Селену и выпусти её из темницы, – с мольбой в голосе произнесла Маэса, взяв Исключительную за руки.

Этот жест удивил Исключительную. Она ощутила новые эмоции – дружеские.

– Сестра, Маэса права: девушку нужно освободить. Она слишком долго страдала, – поддерживал Дэвид Маэсу.

– Нет, ещё не время. Вскоре я перевоплощу Равновесие, и не будет больше Мерены и Селены, они будут едины.

– Что это значит? Как мы можем стать едины с этой простушкой? – возмутилась Мерена.

– Тебе лучше помалкивать, иначе я погружу тебя в сон до часа икс.

Мерена с нарастающим страхом в глазах посмотрела на Исключительную.

– А ты это можешь? – «ухватившись» за её слова, спросил Саймон.

– Могу.

– Так заставь её спать.

– Нет.

Исключительная развернулась и пошла к двери, изумив всех.

– Элис, куда это ты? – насторожился Дэвид.

– Здесь слишком громко, мне нужна тишина.

– Ты никуда не пойдёшь. Всех нас собрала вместе, а сама хочешь исчезнуть? – больше всех возмущалась Мерена, и на это были причины. Исключительная – её защитник, неизвестно, что у них на уме, на что способен старик.

– Я не исчезаю, я отправляюсь в тишину. Мне нужно собраться с мыслями, я должна окунуться в высший разум.

– Элис, и куда ты пойдёшь? Отправишься в другой мир? – поинтересовался Пассифей.

– Я думала об этом, но на этих горах я найду тот покой, что нужен мне.

– Ты серьёзно, сестра, отправишься в горы? Они слишком высокие. А если с тобой что-то случится? – беспокоился Дэвид.

– Человек, ты забыл, кто я? Эти горы не опасны для меня.

– Но зачем идти так далеко? У Пассифея есть ещё комнаты, уединись в них, – настаивал Дэвид.

– Они не заглушат ваши голоса и мысли, – ответила Исключительная.

– Мысли? Ты умеешь читать мысли? – удивился Дэвид.

– Конечно.

Этот факт озадачил всех. В их головах с появлением этого существа появилось множество разных мыслей – ужасных, отвратительных и раскрывающих тайны. Например, Варро, который постоянно думал об Элис и испытывал к ней сильные чувства.

Исключительная открыла дверь, и к ней подошёл Арриан.

– Я иду с тобой. Я буду защищать тебя.

Исключительная обернулась: – Ты останешься здесь.

– Я не хочу отпускать тебя одну, – настаивал ангел.

– Ты отпустишь. Твои эмоции слишком сильно влияют на прежнее сознание. Ты останешься здесь, – сказала Исключительная и посмотрела на Габриэля. – Тебе нужно поговорить со своим наставником.

Арриан тоже посмотрел на падшего архангела. В его глазах была отцовская любовь и забота. В отличие от других архангелов, которых Арриан видел на Кшатрии, этот был настроен дружелюбно. Он переживал за Арриана и огорчался, видя его в таком состоянии. Возможно, в прошлом у них были родственные связи или они были близки. Арриан не помнил ни Габриэля, ни свою прежнюю жизнь и не хотел говорить с архангелом, чтобы тот, как и Элис, не всколыхнул его душу и не вызвал болезненные эмоции. Он не мог справиться с тем, что испытывал к Элис, а новые эмоции и воспоминания могли сломать его. Как ему признаться в своих грехах? Как сознаться в убийстве ангела? Для Арриана сейчас было лучше пойти с Элис. – Я не буду тебе мешать, я буду рядом.

– Ангел, ты должен остаться здесь. Скоро твои страдания закончатся, и ты вспомнишь прошлую жизнь.

– Если я вспомню, то мои страдания усилятся.

– Ты прав. Ты будешь страдать от своих деяний, но ты вспомнишь, кто ты и кто все те, кто окружает тебя.

– И кто ты. – Арриан дотронулся до её руки.

Исключительная посмотрела на руку ангела. – Её уже нет, – она убрала свою руку и вышла за дверь.

– Я хочу, чтобы вы рассказали мне всё, что с вами произошло на Кшатрии, – сказал старик.

– Вы знаете, я, пожалуй, соглашусь со смертным: нам сейчас нужно держаться на расстоянии, – начала Мерена, мечтавшая ускользнуть от них.

– Ты никуда не выйдешь из этого дома! – грозно сказал ей Дэвид.

– Тише, смертный, успокойся. Я не собираюсь выходить из этого дома, я просто удалюсь в другую комнату.

Мерена посмотрела на Пассифея.

– В конце коридора есть комната, я ей не пользуюсь, можешь обосноваться там, – сказал Пассифей.

– Отлично.

Мерена ушла. Присутствующие косо посмотрели на Варро, желая, чтобы тот тоже ушёл.

– Я не уверена, что смогу долго сдерживать себя в руках: мне так хочется расправиться с этой ведьмой, – сказала Маэса, сжав кулаки.

– Сейчас не время. Ты слышала Элис: убив её, мы убьём и Селену, – напомнил Древней Дэвид.

– Элис ли? – усмехнулся Саймон. – Это уже не Элис.

– Элис всё ещё внутри… – Дэвид даже слышать не хотел о гибели своей сестры.

– Это и есть Элис, – очередной раз Варро пытался донести до них. – Исключительная – это и есть Элис. Сознание Исключительной спало, а, пробудившись, заблокировало ту часть сознания, что бодрствовала, а вместе с ней и воспоминания. Но она не полностью трансформировалась, поэтому грань между ними хрупка. Сознание и воспоминания той Элис, что нам знакома, иногда проглядывают.

– Нет, я уверен, они две разные личности, как Равновесие, – для Дэвида было сложно воспринимать слова демона.

– Хм, глупцы, – усмехнулся демон.

– Глупцы? А тебе откуда это знать? – с явным пренебрежением к демону спросила Маэса.

– Из всех вас я больше знаю об Исключительном, – ответил демон.

– И что же ты знаешь? – спросил Пассифей.

– Эти существа – одни из самых древних в нашей Вселенной. Если Равновесие – это Оружие Бога, то Исключительный – Оружие Абсолюта.

– Что ещё за «Абсолют»? – удивился Дэвид.

– «Начало», он же Исток, он тот, кто создал Бога.

– Выходит, он главнее Бога? – Дэвид не верил в правдивость слов демона.

– Он и есть Бог, – пояснил Пассифей.

– Ничего не понимаю.

– Бог – это его воплощение, одно из.

– Ладно, для меня это всё тёмный лес. Рассказывай дальше про этих Исключительных, – обратился Дэвид к Варро.

– Одни из первых существ, которых создал Бог, были левиафаны. Примитивные создания. Габриэль вам о них может много поведать, они очень хорошо знакомы ангелам и архангелам, – продолжал свой рассказ Варро.

– Демон говорит правду: они одни из самых древних существ. Не понимаю, как они связаны с этой историей? – подтвердил Габриэль.

– Всё началось с прямого вмешательства Бога, – начал свой рассказ демон. – После создания архангелов и ангелов, Бог наделил их разумом и своим подобием. Он так полюбил своих новых созданий, что проводил с ними всё своё время. Левиафаны, однако, почувствовали ревность к Отцу и возненавидели ангелов и архангелов. Они задумали расправиться с ними, чтобы снова занять главное место возле Бога. Они восстали против Него, напали на ангелов и архангелов, и вокруг воцарился хаос. Я всё правильно говорю, Габриэль?

– Да, – ответил Габриэль.

– Может быть, ты продолжишь эту историю? – поинтересовался демон.

Габриэль задумался, а затем сказал: – Здесь нечего продолжать. Эти монстры уничтожили огромное количество ангелов и архангелов, и Бог не мог оставить это безнаказанным. Он упрятал их в мире под названием Малака, поставил гигантские врата и запечатал их.

Демон рассмеялся: – Так думали и думают все, но на самом деле всё иначе. Бесчинства левиафанов дошли до Абсолюта, и он потребовал Бога немедленно уничтожить их всех. Но они были первенцами Бога, и Он не мог уничтожить их. Он мешкал. Абсолют не терпит промедления, и тогда он создал первого Исключительного, которому приказал уничтожить расу левиафанов, всех до последнего. Исключительный выполнял свой приказ на славу: одного за другим он истреблял левиафанов. Но Бог страдал, Он не мог позволить умереть всем Его детям. Он призвал к себе Исключительного и рассказал о Своих детях. Он попросил сохранить некоторым жизнь – тем, кто не участвовал в бойне и был самым смирным. Исключительный согласился, не подозревая, что нарушает приказ своего Создателя, за который он горько заплатит. Он создал мир Малаку, в который запрятал левиафанов, и установил гигантские врата, запечатав их снаружи и внутри.

– Здесь ты не прав, демон: существу ниже ранга Бога не под силу создать целый мир, – сказал Габриэль.

– Я знаю это наверняка, – ответил демон.

– Интересно, откуда демону знать это? – Габриэль заинтересовался этим знанием.

– Существуют скрижали, где поведано об этих существах, – ответил демон.

– Что за скрижали? – заинтересовался Саймон.

– Три древние скрижали, – пояснил демон. – В одной из них говорится об этом.

– Мне кажется, этот демон всем нам лжёт, – сказал Габриэль, зная натуру демонов.

– И зачем мне это? Не хочешь – можешь мне не верить, архангел. А, прости, ты же теперь не архангел.

– Проклятый демон, пусть я и не архангел, но я доберусь до тебя, – ответил Габриэль.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся демон.

– Габриэль, пусть он расскажет, нужно выяснить, что за существо вселилось в мою сестру, – сказал Дэвид. – Демон, рассказывай дальше.

– У меня вообще-то есть имя.

– Знаю, – ответил Дэвид. – Мы слушаем тебя.

– Ну ладно. Исключительный запечатал левиафанов в Малаке и в ту же секунду был призван Абсолютом, который уже знал о его проступке. Исключительный нарушил своё задание: он должен был убить всех, до последнего, но он ослушался, поэтому понёс наказание. Абсолют наказал его.

– И чем же? – спросил Саймон.

– Одиночеством, – ответил демон. – Исключительный всегда будет один, не будет расы Исключительных. Он будет приходить лишь тогда, когда понадобятся его услуги. Выполнив их, он уйдёт.

– И что это за услуги такие? – поинтересовался Дэвид.

– Уничтожение рас, – ответил демон.

– Хочешь сказать, что Исключительный пришёл, чтобы уничтожить какую-то расу? – спросил Габриэль.

– Вероятно, тех существ, что вырвались наружу, – ответил демон. – Мне кажется, это его задание. Вскоре мы узнаем.

– Ладно, а что значит «выполнив их, он уйдёт»? Куда он уйдёт? – спросил Дэвид.

– Я не знаю, смертный, об этом ничего не говорится. Это наказание было не единственным: Абсолют сделал так, чтобы об их расе не узнал никто. Все сведения будут вычёркиваться из истории.

– Но ты же пару минут назад сказал, что узнал об этом из скрижалей, – напомнил ему Габриэль.

– Так и есть, но там не упоминается именно Исключительный. Там говорится о древнем существе.

– Как интересно, и где эти скрижали? – спросил Пассифей.

Демон замолчал, он, конечно, знал, где они находятся, вот только рассказывать об этом не хотел.

– В чём дело, демон, почему ты замолчал? – спросил Дэвид.

– Нынешнее местонахождение скрижалей мне неизвестно, – ответил демон.

– Он лжёт, – сказала Маэса. – Он прекрасно знает, где они.

– Пожалуй, я, как и Мерена, удалюсь, – заявил демон.

– Ага, беги, демон, от ответа, беги, – с укором сказала Маэса.

– Ты можешь обосноваться в моей комнате, – предложил ему Пассифей.

– О нет, старик, я пойду в свой мир, – ответил демон.

– О чём ты? Элис сказала всем быть вместе, – запротестовал Дэвид.

– Не Элис это сказала, а Исключительная.

– Если бы Элис так сказала, ты бы остался! – неожиданно заявил Арриан, удивив всех.

Демон медленно, прожигая Арриана взглядом, приблизился к нему и сказал: – Ангел, язык прорезался? Послушай: если бы это сказала Элис, если бы именно она пожелала, чтобы я был рядом с вами, я остался бы, но это не Элис, тем более, она сама сбежала. А у меня слишком много дел, да ещё нужно выяснить, кто выбрался наружу и какая от них угроза.

Хоть Арриан и не мог разобраться в своих чувствах, но сейчас, слыша демона, он почувствовал, что Элис небезразлична ему. Вероятно, демон испытывал к ней чувства, сравнимые с чувствами Арриана. Такое понимание не понравилось Арриану, он почувствовал, что этот демон – его соперник, что в его силах похитить Элис, забрать её внимание и чувства себе.

– Пусть идёт, – сказал Пассифей. – Варро прав: нужно узнать, с чем мы имеем дело. А после Элис призовёт его.

– Если вы считаете это правильным, пусть идёт, – согласился Дэвид. – Уходи.

Варро исчез.

– Расскажите, что произошло на Кшатрии? – попросил Пассифей, он хотел услышать о трагедии.

– Вас что именно интересует: пробуждение этих существ или наша борьба с Мереной? – спросил Дэвид.

– Пассифей! – заговорил Саймон.

– Да, Саймон!

– Я тоже хотел бы удалиться, отдохнуть. Я могу пройти в вашу комнату? – парню было совсем плохо, он был бледен, а глаза блестели от слёз.

Пассифей видел печаль в его глазах, видел, как тот страдает от потери любимой. – Саймон, ты можешь пройти в мой кабинет, если хочешь.

– Нет, я бы прилёг.

– Тогда иди в мою комнату.

Саймон, потупив свой взгляд, ушёл.

– Парню совсем худо, – заволновался старик.

– Да, его потеря велика, как и для всех нас. Саймон только обрёл любовь, и эта проклятая Мерена убила её, – сказал Дэвид.

– Расскажите, что произошло с вами на Кшатрии? – в очередной раз спросил старик.

– Если честно, много чего там произошло. То, что и вспоминать не хочется, – начал Дэвид.

– Я вас понимаю.

– Элис с Дэвидом Мерена захватила и посадила в тюрьму. Мы с Саймоном, с Суллой и с Аттионом пытались освободить их, но двоих сразу спасти было нереально. Мы освободили Элис и хотели немедленно вернуть её домой, но не успели. Арриан, – Маэса посмотрела на ангела, – помешал нам. Арриан опустил глаза, чувствуя вину. – Появилась Мерена, началась схватка… Она отправила Аттиона в Бездну.

– В Бездну? – ужаснулся Габриэль. – Мне очень жаль твоего друга, Маэса.

– Появились стражники, много стражников. Весь удар принял на себя Арриан, он принял сторону Элис, тем самым предал Мерену. Он стойко её защищал, ценой своей жизни.

Габриэль посмотрел на своего воспитанника, который тоже прибывал в потерянном состоянии.

– Им нужно было убить Элис, поэтому Саймон с Суллой попытались увести её, но их настигла Мерена. Она убила Суллу, жестоко расправилась с ней. Всё произошло у Саймона на глазах, это большая травма, навсегда оставит шрам в его душе, он не скоро отойдёт. Но перед смертью им удалось освободить Дэвида, который помог Арриану сражаться со стражниками.

– Маэса, ты не рассказала о себе, где ты была в этот момент?

– Я была там, но меня словно не было. Потеря Аттиона потрясла меня, я не могла дышать, боль раздирала моё тело. Мне хотелось кричать, мне хотелось умереть, и я желала этого, я не сопротивлялась, давала себя уничтожить. Но Элис заставила меня прийти в себя, она вытащила меня из этого состояния. – Маэса задумчиво уставилась в пол, вспоминая те события. Она замолчала, и никто не в силах требовать у неё продолжения рассказа.

– После, когда вернулись Элис с Саймоном, мы поспешили удалиться, – продолжил Дэвид. – Нужно было убираться с этого проклятого мира, но Мерена настигала, она не позволила нам уйти. Тогда Арриан решил взять её на себя, отвлечь, но Элис, она никогда не согласится с таким решением, она вернулась к нему и молила пойти с нами. Он согласился, но вот Мерена была с этим не согласна, она пыталась убить Арриана, и в этот момент Элис разозлилась и смогла остановить её.

– И как ей это удалось?

– Честно сказать, не знаю. Всё произошло очень быстро. Видно, чувствуя, что её любимый умирает, это чувство безысходности придало ей силы.

– Но как именно она это сделала?

– Она телепатически оттолкнула Мерену от Арриана, – ответил Дэвид. – Словно невидимая волна прокатилась по Кшатрии.

– И не только по Кшатрии, – заметил Габриэль. – Я же говорил вам про волну, помните? – обратился он к старику.

– Да, – согласился старик. – Выходит, эта волна прокатилась не только по Кшатрии, но и по другим мирам среднего уровня?

– Вероятно, не только по средним, – сказала Маэса. – Мерена проронила такую фразу: «Кто-то пробудил древнее зло». Когда случилось землетрясение, и тогда эти твари вышли наружу.

– Элис удалось снять щит Мерены, который укрывал её и Кшатрию, – добавил Дэвид. – И в ту же секунду прибыли три архангела.

– Братья! – воскликнул Габриэль.

– Михаил, Уриил и Рафаэль: они пришли за Аррианом и Мереной, хотели забрать их, но Элис не позволила им это сделать.

– Каким образом? Как смертной это удалось? – удивился Габриэль.

– Вероятно, в ней уже была эта сила: она с лёгкостью сняла с Арриана наручники, – предположила Маэса.

– Да эти архангелы даже испугались её! – рассмеялся Дэвид.

– Этого не может быть! – Габриэль не мог поверить в их слова.

– Они говорят правду: я чувствовал страх внутри архангелов, – подтвердил Арриан. – Страх незнания. Они не могли понять, с кем столкнулись, как и не понимают сейчас, кто выбрался наружу.

– И что произошло дальше? – задумался Пассифей.

– А дальше произошёл сильный грохот и землетрясение; небо стало заволакиваться чёрными тучами, а вдалеке показалось яркое зарево. Архангелы сказали, что врата рухнули, но после Михаил опроверг эту версию, – продолжила Маэса.

– И где сейчас мои братья? – спросил Габриэль.

– Они ушли в свой мир, чтобы узнать о существах.

– А после Элис заявила, что она не Элис, приказала нам всем быть рядом. Она хотела уйти, но мы упросили её пойти с нами, пока сознание Элис ещё живо. Она согласилась и перенесла нас к вам.

– Элис перенесла вас? – в один голос спросили Пассифей и Габриэль.

– Да, именно она. За одну секунду всех перенесла.

– Удивительно! Кем же она стала?

– Скоро узнаем, – сказала Маэса.

– Вот только она утверждает, что Элис больше нет, теперь только она.

– Нужно разобраться с этим. Не переживай, Дэвид, – Пассифей похлопал парня по спине, заметив его опечаленный вид.

– Я чувствую, что мы потеряли.

– Я попробую разузнать об этом Исключительном.

– Пассифей, демон же сказал: нет о нём сведений, кроме как скрижали, которые он прячет, – напомнила Маэса.

– И всё же я попробую выяснить. Я отправлюсь в свой кабинет, меня какое-то время не будет, не волнуйтесь. Чувствуйте себя как дома.

Пассифей ушёл в свой кабинет и закрыл двери. Габриэль продолжал смотреть на Арриана, он хотел с ним поговорить. – Арриан, ты не хочешь прогуляться? – предложил архангел.

Арриан растерянно посмотрел на Габриэля.

– Арриан, иди пройдись с Габриэлем, он твой самый близкий друг. Возможно, общение с ним вернёт тебе память, – сказала Маэса, на что ангел положительно кивнул головой.

Арриан с Габриэлем вышли на улицу и отправились вдоль гор.

– Арриан, как ты? – спросил Габриэль.

– Я не знаю.

– Ты ничего не помнишь из прошлой жизни?

– Нет. На Кшатрии были видения, связанные с Элис, и всё.

– Значит, Мерена наложила сильные чары.

– Она утверждает, что стёрла мои воспоминания окончательно, так же, как и эмоции.

– Элис зря забрала у неё силы: сначала нужно было заставить её вернуть тебе эмоции и воспоминания.

Арриан как-то странно отвёл лицо, заставив Габриэля задуматься.

– Ты не хочешь этого?

– Я не знаю. С одной стороны, меня это мучает: то, что я ничего не помню никого из вас, а с другой стороны, боюсь этих воспоминаний.

– Отчего же?

– Не знаю.

– Вероятно, это всё буря эмоций: Мерена отняла их у тебя, а с появлением Элис они постепенно возвращаются, тем самым вводят тебя в непонятное состояние. Ты не представляешь, что с тобой творится и что означают эти чувства.

– Возможно, ты и прав. Поначалу я страдал, испытывая их. Я злился на Элис. Считал её ведьмой, которая заколдовала меня, но потом мне стало не хватать этих чувств. Я хотел видеть Элис, хотел смотреть ей в глаза, в которых отражалась её любовь ко мне. Я смотрел в глаза Мерены, которые пылали яростью и местью, и считал эти глаза лучшими и превосходными. Но когда я увидел взгляд Элис, то понял, что с ним не сравнится ничто. Я стал ощущать, что эта девушка дорога мне, хотя не помнил её. Она постоянно твердила мне: «Мы любим друг друга. У тебя была другая жизнь, в которой ты был другим – хорошим, добрым, милосердным. Сейчас всё вокруг – ложь. Это дело рук Мерены: она наложила на тебя чары, поселила в твоей голове свою миссию». И она была права: эта цель была моей жизнью. Я жил ради этой цели и ради Мерены. Мы вместе с ней шли к этой цели…

– Уничтожить миры и всех существ?

– Да, я был верен ей, считал её своим единственным другом, и даже больше – она была всем для меня. Но Элис всё изменила. Она заставляла меня вспоминать. Сначала я протестовал, злился на неё, не контролировал свой гнев, причинял ей боль, отчего сейчас мне невероятно плохо из-за этого. А она не отступала от меня, снова и снова пыталась заставить меня вспомнить. Тогда я задумался: во-первых, её поведение было для меня непонятным, а во-вторых, меня безумно тянуло к ней. Я пытался вспомнить то, что Элис говорила мне. Я хотел этого, потому что эти мысли стали наваждением, как и она сама. Но ничего не выходило, Мерена навела сильные чары. Была сплошная пустота. Но среди этой пустоты проглядывало знание, что Элис важна для меня. Мерена желала её убить, она хотела, чтобы я убил Элис, но я не смог, у меня рука не поднялась причинить ей боль. Я ослушался, впервые ослушался своей королевы…

– Мерена тебе не королева. Она сделала тебя рабом не по твоей воле. Она поработила тебя, украла твою жизнь, твоё прошлое, твою любовь, она испортила твоё будущее… – Габриэль замолчал.

Арриан посмотрел на архангела, понимая, что он что-то умолчал.

– Да, Арриан, она заставила тебя совершить страшное преступление. Ты убил одного из нас, навлёк на себя гнев всех наших братьев и Стражей. Теперь врата Асааке закрыты для тебя.

– Да, я слышал уже про Асааку и про Аррурию, но не помню их.

– Это твой дом… До разрушения Аррурия была нашим домом, сейчас мы нашли приют на Асааке. – Вспомнив, что эти миры уже не его дом, Габриэль загрустил.

– Но Элис говорила, что я жил на Земле.

– Да, тебя сослали на Землю, это было твоё наказание.

– Значит, я был не так и хорош, как мне все твердят?

– Ты был замечательным, самым справедливым и милосердным. Ты не мог оставить невинного человека в беде, всегда спешил ему на помощь.

– Тогда почему же меня отправили на Землю?

– Ты нарушил один древний закон: стал встречаться с земной женщиной.

– С Элис?

– Нет, это было задолго до Элис. Ты полюбил Селену.

– Ту Селену, которую поработила Мерена? – изумился Арриан.

– Да, её.

– Невероятно, я не могу себе это представить.

– Ваши отношения были недолгими, вас разлучили. Тебе отрубили крылья и отправили на Землю в долгую ссылку. Ты стал падшим ангелом. А Селену отправили в тюрьму в мир Эна.

– Я совершенно ничего не помню, – сказал Арриан, взявшись за голову. Он пытался вспомнить хоть что-то из рассказанного архангелом, но тщетно. – Выходит, мы с Селеной любим друг друга?

– Нет, это не так: вы думали, что любите. Вы были молоды и приняли влюблённость за любовь. Ты любишь Элис, у тебя к ней настоящие чувства.

– Мне так больно это слышать: ты рассказываешь, а я словно слушаю о другом ангеле, не могу сопоставить с собой.

– Ты вспомнишь. Если Элис сказала, что ты вспомнишь – значит, так и будет.

– Если я вспомню, то как я смогу жить со всем, что натворил? Сейчас, не имея чувств, мне противно от совершённых поступков. А когда вспомню, боюсь, не смогу это пережить.

– Сможешь, ты не один, у тебя есть я и Элис, она успокоит твою душу.

– Вот только получается, что это уже не Элис. И, как сказало то существо: «её больше не будет».

– Ещё неизвестно, Пассифей разберётся, не сомневайся. Нужно дождаться его, он выяснит всё, и тогда мы найдём способ вернуть Элис обратно.

– Габриэль, ты ведь архангел?

Габриэль опустил глаза. – Я был им.

– Что это значит?

– Меня сослали, как и тебя.

– За что?

– Нарушил законы.

– И как долго продлится твоя ссылка?

– Вечность.

– Не понимаю?

– Я больше не вернусь домой, хотя нашего дома теперь нет.

– Ты про Аррурию говоришь?

– Да, Мерена её уничтожила.

– То, что ты говоришь, должно быть печальным, но я не чувствую боли от этого.

– Это временно, Арриан, ты станешь прежним.

– Но, Габриэль, почему ты не вернёшься домой?

– Такое моё наказание. Меня лишили статуса архангела; я стал смертным. Доживу свой век, как человек, и умру.

– А потом переродишься снова архангелом?

– Нет, отныне мне не стать архангелом.

– Я бы посочувствовал тебе, Габриэль, но… Скажи: за что тебя так строго наказали?

– За то, что помогал тебе.

– Значит, и в этом я виноват?! – Арриан, от отвращения к себе, отвернулся.

– Нет, здесь нет твоей вины, это лишь моё собственное желание. Ты дорог мне, Арриан, я переживал за тебя и всячески помогал; приходилось утаивать от братьев о твоём романе с Элис, но я не жалею ни о чём. Если бы потребовалось, я сотню раз бы так поступил. Ты дороже мне всех, даже статуса архангела.

– Но это неправильно, Габриэль. Из-за меня столько людей пострадало, я причиняю всем только боль. Прости!

– Не смей просить прощения! Арриан, ты должен знать: ты не такой ужасный, каким тебя сделала Мерена, ты уже изменился. Вспомни, каким ты был и какой ты стал сейчас.

– Ты прав: пару дней назад я горел яростью. Во мне была лишь одна жажда – наказать, убить… Ни о чём не мог думать. А Элис… она поменяла моё мышление.

– Как и тебя самого, Элис – замечательная девушка.

– Я согласен с тобой, в ней такая сила. Я не про ту силу, что сейчас овладела ею, а её дух, он очень сильный. Зная, что она ничтожна против Равновесия, она с высоко поднятой головой, без страха, пришла на Кшатрию за своим любимым и возразила ей. Такая её беспечность меня злила, ведь своими речами она только злила Мерену, а той только стоило щёлкнуть пальцами – и Элис превратилась бы в прах.

– Ты прав: она отважная девушка. Вы вместе с ней через многое прошли. Послушай, Арриан, не знаю, что овладело Элис, не знаю, что за существа вырвались наружу, но ты должен помнить всегда: Элис – это самое дорогое для тебя. Ты всегда должен быть с ней, защищать её и поддерживать.

– Я это понимаю.

– Когда я увидел её в таком состоянии, подобном твоему нынешнему, я подумал, что она тоже зачарована и теперь у неё притуплены чувства к тебе. Но всё оказалось куда сложнее. Возможно, Элис уже не будет проявлять чувства в твою сторону; не будет нежна с тобой; не посмотрит глазами, полными любви, и это тебя будет огорчать, заставлять отступить и оставить её. Но ни в коем случае не оставляй Элис, будь с ней, как бы она тебя ни отталкивала. Будь рядом, возможно, так ты будешь поддерживать жизнь Элис внутри. Возможно, благодаря твоей любви Элис обретёт силу и вырвется наружу.

– Вот только у меня нет к ней тех чувств, о которых ты говоришь.

– Они появятся, будь уверен. Стоит тебе только всё вспомнить, и ты почувствуешь, кто она для тебя.

– Даже если я не вспомню, я не оставлю её. Я помню, через что ей пришлось пройти на Кшатрии… Я виноват перед ней, я причинил ей боль.

Габриэль сузил глаза, услышав это.

– Я беспощадно приказал высечь её до потери пульса. Я стоял и спокойно наблюдал за её муками, не испытывая даже капли жалости. Только когда она потеряла сознание, я остановил всё. Элис чуть не умерла. И даже после этого она не перестала любить меня. Она снова и снова искала встречи со мной, пыталась заставить вспомнить. Элис готова была умереть за меня. Осознание этого заставило меня увидеть ценность этой девушки для меня. И теперь я постараюсь быть с ней и защищать её.

– Это хорошо, мне нравятся твои слова. Арриан, расскажи, как вели себя мои братья?

– Они были взволнованы. У них был приказ доставить меня к Стражам, чтобы надо мной совершился суд.

– А что они сказали про тех существ, что выбрались наружу?

– Они не знают. Михаил не смог их увидеть. Твои братья ушли к Богу, чтобы расспросить у Него о них и узнать о дальнейших действиях.

– Вероятно, они будут собирать армию, вскоре начнётся война.

– Ты прав, Габриэль, Михаил так и сказал, что нужно готовить войско.

– Что же нам угрожает? Кто эти существа?

– Они никому не известны, но вскоре мы их увидим.

– Ты прав, вот только я теперь ни на что не способен. Не могу встать рядом с братьями и помочь им бороться со злом. Как мне быть, когда я знаю, что они сражаются, а я отсиживаюсь здесь? – с горечью произнёс Габриэль. – Это невыносимо и неправильно. Нужно найти способ помочь им.

– Мне кажется, это плохая идея: ведь у тебя больше нет силы, это опасно для тебя.

– Зато я умру на поле боя с честью. Жизнь смертного невыносима для меня: каждый день – это словно каторга. Чувствовать себя никчёмным – это ужасно. Теперь я понимаю твои страдания и чувства, Арриан. Интересно, где сейчас эти твари? В каком мире они бесчинствуют? Вероятно, война уже началась, гибнут невинные.

– Никто не знает, Габриэль.

– Нужно призвать братьев… Вот только им запрещено приходить на мой зов.

– А на мой зов?

– Ещё опаснее, они могут забрать тебя. Нет, я не позволю этому случиться.

– Тогда можно попросить Маэсу или Дэвида.

– Или Пассифея, он общается с ними. Точно, когда старик выйдет из своего кабинета, мы попросим его призвать архангелов.

– Кто такой этот Пассифей?

– Он смертный, живёт здесь, на Земле.

– Он много знает.

– Да, ты прав. Он не признаётся, откуда у него эти знания, но я думаю, что он провидец. По-другому не объяснить его знания.

Неожиданно голубое небо заволокло чёрными густыми тучами. Арриан и Габриэль посмотрели наверх.

– Это ещё что? Неужели ураган надвигается? – удивился Габриэль.

– То же самое произошло на Кшатрии после землетрясения. Это те существа.

– Ты уверен?

– Я так думаю, очень похоже.

Небо полностью затянулось облаками. Наступила ночь.

– Нам нужно возвращаться к остальным, – заторопился Габриэль.

Арриан посмотрел на горы. Габриэль понимал, что в этот момент ангел думает об Элис.

– Я думаю, с ней всё будет в порядке, не переживай.

– А если эти существа настигнут её?

– Арриан, я думаю, что существо внутри неё способно противостоять им.

Глава 3

Архангелы отправились к Отцу, но не сразу смогли увидеть Его. Они предположили, что Бог занят другими делами и не может уделить им внимание. Однако спустя некоторое время их всё же допустили к Нему.

– Отец! – начал Михаил.

– Зачем вы пришли? – остановил его Бог.

Архангелы почувствовали, что Отец чем-то недоволен.

– Отец, произошло страшное. Нечто вырвалось на свободу и поднялось на средний уровень.

– С чего вы взяли, что оно на среднем уровне?

Михаил замялся. – Мы были на Кшатрии, когда это произошло.

– И что произошло?

– Взрыв, словно рухнули врата, а после землетрясение.

– Почему ты подумал, что рухнули врата?

– Отец, мы все так посчитали. Мы решили, что это левиафаны вырвались наружу.

– По-вашему, левиафаны способны разрушить врата?

– Мы так подумали, Отец.

– Левиафанам не сломать врата: внутри Малаки нет дверей. Наружные врата не в силах разрушить никому, кроме их создателя.

Архангелы вспомнили слова демона, который утверждал, что врата создал Исключительный, а не Бог.

– Отец, я убедился в этом: Малака цела. Я хотел увидеть тех существ, но не смог.

– Ты их не увидишь, – сказал Бог.

– Отец, знаешь, кто они?

– Почему ты считаешь, что это «они», а не «он»?

Архангелы удивились.

– Разве одно существо способно на такое? – спросили они.

– Поверь, есть существа, способные разрушить целую Вселенную, так что не нужно принижать их силу, – ответил Бог.

– Отец, это одно из таких существ? – спросил Уриил.

– Тот, кто стоит за ними, способен на это, – ответил Бог.

– Получается, у них есть хозяин?

– Да.

– И кто он, Отец? – спросил Михаил.

– Эти существа появляются крайне редко. Они приходят, когда нужно искоренить скверну из Вселенной.

– Скверну, Отец? Что Ты имеешь в виду под «скверной»?

– Я говорю о людях.

– Обо всех людях?

– Да, о целой расе.

– А можно их остановить?

– Нет, вам это не под силу.

– Господь, но Вы же можете сразиться с ними? – вмешался в разговор Рафаэль.

– Нет, у меня нет такого права.

– Но разве это не Ваши создания? – удивился Уриил.

– Нет, не мои.

– Отец, когда я искал этих существ по мирам, никого не нашёл. Я не понимаю, откуда они появились. Они из другой Вселенной? – озадачился Михаил.

– Нет, они с этой Вселенной, их мир находится на самом нижнем уровне.

– Не понимаю, Отец. Я был во всех мирах.

– Во всех? Даже в Мо́даре?

– Модр… – удивились архангелы. – Отец, что это за Модр? Мы никогда не слышали о нём.

– Это нижний мир, самый нижний. Он находится под Малакой и скрыт от глаз, поэтому о нём никто не знает.

– Но почему он скрыт?

– Потому что так надо, Михаил. Существуют миры и расы, которые скрыты от глаз. Они живут с определённой задачей.

– Прости, Отец.

– Получается, те существа вышли оттуда? – задумался Уриил.

– Да.

– А на верхнем уровне тоже есть скрытые миры? – поинтересовался Рафаэль.

– Есть.

– Отец, но кто же создал их? – позволил себе спросить Рафаэль. Бог нахмурился и посмотрел на него.

– Абсолют.

– Тот демон говорил правду, – вспомнил Уриил.

– Какой демон?

– Демон Варро, он король Ашуры, – ответил Михаил.

– Откуда демон узнал об Абсолюте и его созданиях? – спросил Бог.

– Он сказал, что узнал об этом из трёх скрижалей.

Бог задумался о том, почему скрижали показались демону. – Они у него?

– Вероятно, Отец, – ответил Рафаэль. – Когда мы начали расспрашивать его о них, он замолчал.

– Эти скрижали очень важны, они не должны быть в руках демонов. Вы должны забрать их у него.

– Да, Отец. Демон рассказывал о скрижали, в которой говорится об Абсолюте и его Оружии, но что в двух других? – полюбопытствовал Рафаэль.

Бог бросил на него неодобрительный взгляд. – Тебе знать этого не нужно. Ваше дело – забрать скрижали.

– Не беспокойтесь, Отец, мы заберём их у демона, – заверил Уриил.

– Отец, мы пришли, чтобы узнать об этих существах, – сказал Михаил. – Узнать их природу, насколько они опасны и чего они хотят.

– Я уже объяснил вам, для чего здесь эти существа. Их задача – искоренить целую расу.

– Но какую? – спросил Михаил.

– Это знает только Исключительный, – сказал Бог.

– Исключительный, отец? – переспросил Михаил.

– Именно.

– Демон упомянул и о нём, но почему нам он незнаком?

– Его лик скрыт, как и имя. После совершения своей миссии все забудут о его существовании – такое его проклятие, – объяснил Бог.

– Исключительный пришёл, чтобы бороться с этими существами? – спросил Уриил.

– Вы так думаете, дети мои?

– Мы не знаем, – сказал Уриил.

– Скоро вы всё узнаете.

– Отец, скажи, что нам делать? Нам собирать армию и вступать в бой с ними? – спросил Михаил.

– Это вы решите сами. Когда станет известна раса, которая под угрозой, тогда вы примете решение – спасать их или позволить уничтожить тем существам.

– Отец, но где этот Исключительный? Как нам узнать его? – спросил Михаил.

– Вы уже с ним знакомы. Скоро вы встретитесь с ним.

– Прости, Отец, но я не пойму – он враг нам или друг? – спросил Михаил.

– Он старше всех вас; он не страшится вас, потому что вам не убить его. Друг он или враг? Узнаете скоро. Когда узнаете, кто жертва.

– Отец, можем ли мы как-то помочь той расе? – спросил Уриил.

– Уриил, вы не сможете им помочь. Вы можете только отсрочить неизбежное, вступив с ними в бой. Но знайте: если вы пойдёте на это, погибнут многие из вас.

– Но что нам делать, позволить расправе?

– И вы позволите.

– Отец, не в нашем характере стоять в стороне и наблюдать за убийством невинных.

– Невинных ли, Михаил? Я повторю: они пришли искоренить зло, тьму и тех, кто погряз в ней. Это как весы равновесия, измеряющие добро и зло: они должны быть в одном положении, тогда жизнь будет счастливой и спокойной. Но стоит перевесить одной из чаш, последует наказание. В данном случае чаша тьмы перевесила.

– Отец, а если чаша добра перевесит, существ ждёт подобное наказание? – поинтересовался Рафаэль.

– Да, тогда выйдут на свободу другие существа, под руководством того же Исключительного. Они искоренят их.

– Выходит, добро не всегда хорошо?

– Добро всегда хорошо, но, чтобы был мир и порядок во Вселенной, должно быть равновесие, должен быть баланс.

– Господь, а Равновесие, которое сейчас в облике злобной Мерены, оно как-то связано с этим? – спросил Михаил.

– Связано, но ещё не знает об этом, как и все. Исключительный и Равновесие никогда не приходят вместе… Это загадка, знак вопроса для всех. В будущем узнаете вы смысл этого.

– Отец, нам не следует расспрашивать Тебя об этом?

– Не следует, Уриил. Вы сами вскоре всё узнаете. А сейчас вы должны идти.

– Отец, мы хотели сообщить Тебе ещё кое-что, – начал Рафаэль, на что два брата озадаченно посмотрели на него.

– Слушаю.

– Стражи приказали нам доставить падшего ангела Арриана и Мерену на великий суд, чтобы вынести им наказание за их преступления. Они были уже в наших руках, но мы… – Рафаэль посмотрел на братьев, надеясь увидеть в их глазах одобрение.

– Но что, Рафаэль?

– Мы не смогли исполнить приказ. Теперь мы нарушители, и нас ждёт наказание от судей.

– Почему вы не доставили их на Иберу?

– Нам помешала одна девушка, смертная. Отец, в ней есть незнакомая нам сила. У нас не было времени разбираться, появились те существа.

– И чего ты хочешь от меня, Рафаэль?

– Возможно, Вы знаете, кто она?

– А как ты думаешь, знаю ли Я своих детей?

– Простите, Отец, конечно, знаете! Может быть, Вы раскроете нам тайну о ней?

– Здесь нет тайны, Рафаэль. Хочешь знать, кто она?

– Да, Отец.

– Скоро ты узнаешь и это.

– Рафаэль, не стоит задавать лишних вопросов. Нам пора. Отец, прости за наши вопросы, мы уходим, – остановил брата Михаил, видя, что Бог не в духе.

Бог кивнул головой, и три архангела вышли из тронного зала.

– Зачем ты начал говорить о падшем и об этой смертной? Отец прав: сейчас нужно думать об опасности, которая приближается, – упрекнул Рафаэля Уриил.

– Отец сказал не предпринимать никаких действий, пока мы не узнаем, зачем здесь эти существа и за кем они пришли? – напомнил Михаил.

– Как-то это странно: мы будем просто стоять и смотреть, как эти существа будут убивать целую расу?

– Рафаэль, мы не знаем, за кем они пришли. Возможно, это демоны, – предположил Уриил.

– Вряд ли, брат, демоны поддерживают равновесие. Они не станут уничтожать всю расу. Под ударом жители среднего уровня, за кем-то из них придут, – рассуждал Михаил.

– Ты прав, Михаил. Верхний и нижний миры поддерживают равновесие. Наказание ожидает жителей среднего уровня.

– Я не согласен с вами. На нижнем уровне много миров, которые не нужны, в них нет смысла, – сказал Рафаэль.

– Ты так считаешь, брат? А в верхних мирах все имеют смысл? – не согласился Михаил.

Глава 4

Пассифей не выходил из своего кабинета ровно три дня, как и ровно три дня не было Исключительной. Это вызывало беспокойство у всех. Они предполагали, что с ней могло что-то случиться. Дэвид готов был уже отправиться за ней в горы, но Саймон и Маэса отговаривали его: на улице беспросветная тьма, идти сейчас в горы – это самоубийство.

«А если Элис из-за темноты потерялась и теперь не может найти дорогу?», – волновался Дэвид. Но друзья убеждали его в том, что существо, что внутри его сестры, способно выбраться из мрака. Но тогда возникали другие предположения: а если она обманула их всех и сбежала? Если они больше никогда не увидят свою Элис? Думать об этом было тяжело, ведь они уже многих потеряли, и потерять Элис будет невыносимо для каждого из них.

Арриан тоже был сам не свой: отсутствие Элис ему совершенно не нравилось, он поддерживал Дэвида в желании отправиться на её поиски, тем более у него есть крылья и сила. Хотя Маэса и Габриэль пытались отговорить и его, но ангел был непреклонен. Он несколько раз облетел горы в поисках Элис, но всегда возвращался ни с чем, отчего все ещё больше расстраивались.

Все надеялись на Пассифея, который должен был разъяснить им ситуацию и посоветовать, что делать дальше.

Мерена несколько раз выходила из комнаты, чем вызывала только недовольство у других. Она тоже злилась из-за того, что не было Исключительной. Она наравне с некоторыми считала, что та сбежала, прихватив её силу. Теперь Мерена – беспомощная смертная, которая элементарно не видит в темноте. Даже если она и хотела выйти за дверь, Маэса, угрожая ей оружием, закрывала дверь перед её носом. Мерена была у них в заложниках.

Варро навещал эту компанию каждый день, но инкогнито: он принимал невидимый облик. Общаться с ними он не горел желанием, Варро ждал Элис. А когда понимал, что её нет, огорчённо возвращался в свой мир. Он наравне с архангелами пытался выяснить породу надвигающейся опасности. Варро спустился во все нижние миры, пытаясь узнать, из какого мира те существа, но, как и Михаил, ничего не смог выведать. Тогда он стал искать этих существ по средним мирам. Демон хотел лицезреть их воочию, но всё, что ему удалось увидеть, так это гигантские тени. В тенях ему удалось разглядеть трёх существ огромного размера, но вид и расу он не смог определить. Варро отправил своих приспешников во все великие библиотеки, чтобы они выяснили всё о них. Но на подсознательном уровне он понимал, эти существа связаны с Исключительным. Только не понимал, как? Варро всё чаще вспоминал Элис. Осознание того, что смертной больше нет, огорчало его. За последнее время он сильно привязался к ней. Варро не мог понять, что именно он испытывает к Элис: любовь, дружбу или за этими чувствами что-то скрыто? Но знал одно: её жизнь ему небезразлична, и, если есть возможность спасти её, он это сделает.

Все сидели в гостиной Пассифея и обсуждали возможные места, где могла находиться Элис. В этот момент в дверях появился измученный старик. Трое друзей вскочили со своих мест в надежде, что он пришёл с новостями.

Заметив старика, Габриэль поспешил к нему. За то короткое время, что он провёл у Пассифея, он проникся к старику родственными чувствами. Возможно, потому что тот помог ему и вылечил его. Неизвестно, но для него старик стал как отец.

– Пассифей, вы пришли, – обрадовался Дэвид.

– Да, Дэвид. Габриэль, не приготовишь мне кофе? Три дня ничего не пил.

– Конечно, может, вам приготовить что-нибудь поесть?

– Было бы неплохо.

Габриэль ушёл на кухню, а старик осмотрел присутствующих. – Что-то вас маловато, – заметил он. – Элис ещё не вернулась?

– Нет, – ответил Дэвид.

– А сколько меня не было?

– Три дня.

– Три дня? Я совсем потерялся во времени.

Пассифей кинул взгляд на свои напольные часы, время на которых было «14:41». Затем он перевёл взгляд на окно, за которым царила кромешная темнота. – Часы остановились, – сделал он вывод.

Все посмотрели на часы. Дэвид сравнил время на своих часах. – Нет, не остановились, время точное.

Старик снова уставился на часы. – Они показывают «14:41» дня.

– Правильно, – подтвердил Дэвид.

– Дэвид, ДНЯ!

– Всё правильно, Пассифей, сейчас «два» часа дня.

– Но как так может быть, ведь за окном ночь?

– А это? Да, когда вы ушли в свой кабинет, через пару часов всё небо заволоклось чёрными тучами, и вот уже трое суток кромешная ночь. Это как-то связано с теми существами.

– Вероятно, так и есть. Значит, Элис не приходила.

– Арриан летал в горы в поисках её, но не нашёл. Некоторые думают, что она обманула нас и сбежала, – сказал Дэвид, бросив недовольный взгляд на Маэсу.

– Это вряд ли, она вернётся, я уверен, – улыбнулся старик.

– Мы надеемся, что с ней всё в порядке, – с волнением сказал Дэвид. – На улице чёрте что, а вдруг с ней там что-то случится?

– Парень, я же тебе говорил: то, что сидит в ней, может справиться с темнотой, – напомнил Габриэль. Он вошёл в гостиную с кофе и бутербродами. – Вот, Пассифей.

– Спасибо, Габриэль. А где наши гости? – старик имел в виду Мерену и демона.

– Мерена в комнате. Она периодически выходит, но больше времени проводит там, – начала Маэса.

– А Варро?

– Демон ушёл в свой мир.

– Элис будет недовольна этому.

– Он обещал вернуться, как только она появится. Сказал призвать его.

– Хорошо.

– Пассифей, скажите: вам удалось что-то узнать о том, кто овладел Элис? – нетерпеливо спросил Дэвид.

– Признаюсь: ни в книгах, свитках и скрижалях, доступных мне, нет ни единого упоминания об Исключительном. Я связался со знакомыми, но они тоже не в курсе. Тогда я решил обратиться к Вселенскому разуму «Акаши» …

– Я слышал об этом, – оживлённо сказал Саймон. – Не верил, что он существует.

– Существует, Саймон, существует.

– Неужели там действительно можно найти ответ на любой вопрос?

– Можно, если ты имеешь к нему доступ.

– Пассифей, что удалось вам узнать? – увидев, что Саймон своим восторгом отвлекает старика, прервал их беседу Дэвид.

– Элис сказала правду: Исключительные существуют. Они – это Оружие, как Равновесие. Приходят в этот мир с определённой миссией.

– Что это за миссия?

– Искоренять скверну.

– Что ещё за «скверна»? – удивился Дэвид.

– Чернота, всё ужасное, что есть в человеке, в обществе, в целой расе.

– А может, она пришла уничтожить этих существ? – предположила Маэса. – Ведь когда пробудились те существа, пробудилось и нечто в Элис.

– Сначала пробудилась Исключительная, и только потом те существа, – поправила Мерена Древнюю. Все посмотрели на девушку, стоявшую в проёме.

– Не имеет значения! – рассердилась Древняя.

– Имеет, Маэса, – начал Пассифей. – Если пробудился Исключительный первый, значит, он пробудил тех тварей, а если эти существа первые пробудились, то они пробудили Исключительного.

– Но она же сказала, что она и есть душа Элис, – напомнил Дэвид. – Она просто спала до часа икс. Вероятно, этот час икс – пробуждение тех тварей. Сто процентов, Исключительная пришла сражаться с ними.

– Может быть, и так, а может, и по-другому. Это нам может поведать сама Исключительная, – закачал головой Пассифей.

– Так ведь она чётко сказала, что не станет разговаривать с нами и тем более рассказывать, – вспомнила Маэса.

– Расскажет обязательно.

– Пассифей, пока вас не было, мы посоветовались и подумали, что мои братья могли бы нам что-нибудь рассказать о них. Они уже, наверное, посетили Отца, и Тот рассказал им об этих существах. Возможно, мои братья смогут нам объяснить, кто они и что ждёт нас всех дальше.

– Габриэль, ты хочешь призвать их?

– Я не имею на это права, мы хотели, чтобы это сделали вы, Пассифей.

– Если у меня получится, то, конечно, я призову их. Мне, как и вам, очень интересна эта Исключительная, – улыбнулся старик Габриэлю. Он видел, как Габриэлю хочется увидеть своих братьев. – Кого именно мне призвать?

– Михаила, Уриила, ну и Рафаэля тоже. У него скверный характер из всех моих братьев, но, если не позвать его, он обидится.

– Хорошо, Габриэль, я призову их. Мне нужна тишина. – Все замолчали. Пассифей закрыл глаза и пару минут настраивался. Затем он произнёс: – Архангел Михаил, я зову тебя; Архангел Уриил, я зову тебя; Архангел Рафаэль, я зову тебя. Архангелы, придите на мой зов. Архангелы: Михаил, Уриил, Рафаэль, я Пассифей, и я вас призываю, вы должны явиться на мой зов.

Все с нетерпением ждали прибытия архангелов. Некоторые считали, что они игнорируют старика.

– Архангелы, явитесь! – громко произнёс Пассифей.

– Это ещё что такое? – возмутился Михаил.

– Нас призвал человек? – удивился Рафаэль.

– Зачем? – недоумевал Уриил.

Все обернулись на трёх величественных архангелов, принявших человеческий вид. Архангелы пребывали в замешательстве. Они осматривали толпу, определяя в ней уже знакомых людей. Но был среди них и тот, по кому плакали их души. Они увидели своего несчастного брата.

– Габриэль, брат наш! – начал Михаил.

– Братья мои! – обрадовался Габриэль.

Рафаэль посмотрел по сторонам, а затем на Пассифея, к которому они и скинули тело брата.

– Брат, это ты нас призвал? Ты не должен был этого делать? Тебе запрещено! – волновался Михаил.

– Нет, брат, успокойся, это не я, – замотал головой Габриэль.

– Почему вы здесь все собрались? – спросил Михаил, заподозрив неладное.

– Брат мой, надвигается угроза. Вероятно, скоро всех нас ожидает война.

– Габриэль, ты прав: действительно надвигается угроза, вот только неизвестно ещё, кто станет жертвой.

– Ты про что, брат?

– Эти существа пришли по душу некоей расы.

– И что это за раса?

– Нам неизвестно.

– Михаил, братья, вы посетили Отца? Вы рассказали Ему о происшедшем?

– Габриэль, Отцу не нужно что-либо говорить, Он всё знает.

– Это правда, я начинаю забывать, – опечалился Габриэль. У братьев защемило сердце.

– Это не так, брат, ты никогда не забудешь о прежней жизни. Ты просто расстроен, твоя душа просится обратно.

– Вы правы, братья, сложно привыкнуть к другой жизни.

– Архангелы, вы в курсе, с чем мы имеем дело? – влез в беседу архангелов Дэвид. На что те с недоверием посмотрели на него, а затем обвели взглядами комнату.

– Вас не хватает, где Равновесие? Оно снова в бегах? – насторожился Михаил.

– Ты соскучился по мне, архангел? – громко спросила Мерена, наблюдая за всеми из проёма.

– Не дождёшься, Равновесие. Не забывай: после мы заберём тебя.

– Ну да, ну да, архангел.

– Может, сейчас её заберёте? – предложил Саймон. На что получил презрительный взгляд от товарищей. – У неё нет силы, она не станет сопротивляться вам.

– Саймон, не стоит, – одёрнул его Дэвид.

– Человек, ты хочешь сказать, что Равновесие утратила свою силу? – спросил воодушевлённо Рафаэль.

Мерене не понравился взгляд архангела. Она понимала, что сейчас беззащитна перед ними, и они могут забрать её. Кроме того, Исключительная отсутствует, а только она могла бы помешать архангелам.

– Братья, если это так, то нам следует немедленно захватить её, – сказал Рафаэль.

– Даже не думай, архангел! – возразила Мерена.

– Братья мои, сейчас не время её забирать, – неожиданно для архангелов произнёс Габриэль.

– Отчего же, брат? – спросил Рафаэль.

– Возможно, Равновесие, вернее сказать, её сила будет полезна нам в бою.

– Брат, не уверен, что ей можно доверять. У неё свои цели. Да и парнишка сказал, что сил у неё нет.

Мерена усмехнулась.

– Брат, вспомни слова Отца, – негромко напоминал Габриэль Михаилу. – Он сказал, что в будущем нам понадобится помощь Равновесия. Нам придётся объединиться с ней.

– Да, я помню слова Отца, но сомнения посещают меня относительно неё.

– Брат, другого шанса может не представиться, – настаивал Рафаэль на своём.

– Габриэль прав: у нас сейчас есть более важный противник, мы должны узнать о нём и о его силе. Возможно, только Равновесию под силу справиться с ними, – согласился Уриил.

Мерене понравилось такое замечание архангела, она улыбнулась.

– Только Элис это под силу, – вмешался Саймон.

– Элис? Та смертная девчонка? – пренебрежительно удивился Рафаэль.

– Именно она.

Архангел засмеялся. – Человек, не льсти смертным. Даже нам не под силу справиться с этим.

– Вам не под силу, а моей сестре под силу, – вступился Дэвид.

– Габриэль, о чём говорят эти смертные?

– Та смертная, она необычная: ей овладело незнакомое нам существо, могущественное.

– Да, мы чувствовали в ней силу, незнакомую нам. И где она сейчас?

– Девушка ушла, но обещала вернуться.

– А где демон, что был с ними? – заметив отсутствие Варро, спросил Рафаэль у братьев.

– Варро? – удивился Габриэль.

– Да, именно он.

– Он в своём мире. Почему вы спросили про него?

– У него есть то, что принадлежит нашему Отцу. Он незаконно завладел этим, и мы должны забрать у него.

– Я не знал, брат, а то бы я непременно вас призвал. Но он обещал вернуться, когда Элис вернётся.

– Это хорошо, а когда она вернётся?

– Неизвестно.

– Архангелы, – начал Пассифей, – Габриэль сказал, что вы отправились с этим вопросом к Богу…

Архангелы положительно кивнули головой.

– Создатель поведал вам о тех существах?

Архангелы посмотрели на Габриэля: в их планы не входило распинаться перед смертными и рассказывать им о разговоре с Богом.

– Братья, вы можете им доверять, – заверил Габриэль, увидев сомнения в глазах братьев.

Архангелы посмотрели на Мерену.

– И даже ей, брат? – спросил Рафаэль.

– Мерена сейчас не опасна, тем более Элис пожелала, чтобы та была с нами.

Архангелы переглянулись, и Михаил заговорил: – Верно, мы поговорили с Отцом о существах, выбравшихся наружу. Эти существа были скрыты от всех. Их мир находится под Малакой, называется – Модр.

Габриэль посмотрел на Арриана. – Арриан, помнишь, ты рассказывал, что Элис утверждала, что очутилась в мире, что скрыт, тот, что находится ниже Малаки? – напомнил ангелу Габриэль.

Арриан растерянно смотрел по сторонам. Он совершенно не помнил о произошедшем. – Я ничего не помню, Габриэль, прости.

– Он так ничего и не вспомнил? – спросил Михаил у Габриэля.

– Нет, Мерена, вероятно, стёрла его воспоминания окончательно, – ответил Габриэль.

– А вернуть ему воспоминания она не может, раз она теперь с вами? – спросил Рафаэль.

– Нет, Рафаэль, она не может этого сделать, – заговорила Мерена о себе в третьем лице. – Девчонка заморозила её силу.

– Смертная девчонка? – удивились архангелы.

– Она.

– Она и это умеет?

– О, архангелы, вам даже неизвестно, на что она способна.

– Элис сказала, что ангел вскоре вспомнит, – вмешалась Маэса.

– Друзья, мы снова отвлеклись, что было дальше? – спросил Дэвид у архангелов.

– Этот мир, как и эти существа, созданы с определённой миссией. Они спят до своего часа.

– И что это за час? – спросил Саймон.

– Уничтожать расы.

– Значит, вы были правы, Пассифей.

– Отнюдь, Саймон, я поведал вам об Исключительном, а не об этих существах, – заметил Пассифей.

– Так, может, они и есть Исключительные? Может, помимо Элис есть и другие? – спросил Дэвид.

– Исключено, – начал Михаил. – Исключительный приходит один, больше никого нет. Те существа – это нечто другое.

– Архангелы, скажите: Бог поведал вам об Исключительном? – спросил Пассифей.

– Поведал. Исключительный – это создание Абсолюта, и подчиняется он только ему. Если пришёл Исключительный, значит, Абсолют принял решение о наказании для какой-то расы.

– И всё же я не пойму, кто убивает: те существа или Исключительный? – спросил Дэвид.

– Мы предположили, что Исключительный появился из-за этих существ, что его цель – это они.

– Отец не стал нам много говорить об этом. Он сказал, что вскоре мы узнаем всё сами от самого Исключительного. Так что, брат, нам предстоит встреча с ним.

– С ней, – поправила их Маэса.

– Что?

– Это девушка, а точнее, Элис.

– Хочешь сказать: ваша смертная – Исключительный? – удивился Михаил.

– Да, так она себя называет, брат, – ответил Михаилу Габриэль.

– Невероятно. Вот, значит, почему мы не смогли определить её силу. Потому что она нам незнакома.

– Братья, всё неслучайно, задумайтесь. Всё случившееся ранее привело нас к этому, – Уриил развёл руками. – Исключительную нашёл ангел. Она нашла Равновесие. А сейчас вы призвали нас. Значит, всё идёт, как должно идти.

– Братья, что ещё сказал вам Отец?

– Он сказал, что погибнет раса. Мы спросили: «Какая именно?» и «Что нам делать: воевать и спасать их?». Отец не ответил. Он сказал: «Позже, когда вам станет всё известно, когда вы узнаете, чьи судьбы ждёт кара, тогда вы определите сами: спасать их или позволить умереть?».

– Он так сказал? – удивились остальные.

– Да. Он велел пока не вмешиваться.

– Что же это такое? – занервничал Дэвид.

– Но мы предупредили ангелов об угрозе, так что они готовы к бою.

– Вы хотите сказать, что сразитесь с ними? – обрадовался Дэвид.

– Конечно, человек, если понадобится. Мы созданы для этого.

– А что вообще происходит на улице и в городе?

– О каком городе ты спрашиваешь, смертный? – спросил Михаил.

– О Квебеке.

– Этого мира?

– Да.

– Кроме ночи ничего. Эти существа ещё не нападают ни на кого, словно ждут команды «фас».

– Братья, а вы видели этих существ?

– Нет. Но после моего последнего осмотра мне показалось, что я заметил странные тени.

– А тебе удалось их разглядеть, Михаил?

– Нет, Габриэль, но их тени были огромными.

– И что нам остаётся делать? – спросил Саймон.

– Ждать возвращения Элис, – ответила Маэса.

– Ваша девчонка ничего не изменит, – Рафаэль не верил в способности смертной.

– Не говори так, брат. Если она действительно Исключительная, то она может изменить наше представление о себе и о тех существах. Смертные правы: нужно ждать её возвращения, – сказал Уриил.

– А если она ещё долго не появится здесь, а те существа начнут бесчинствовать? – беспокоился Рафаэль. – Мы не можем здесь сидеть и ждать её.

– Элис! – неожиданно произнёс ангел.

– Арриан, ты чего? – спросил Габриэль.

– Я чувствую Элис.

– Где она? Где сейчас моя сестра, Арриан? – оживился Дэвид.

– Она приближается к дому.

– К нашему дому? – удивился Дэвид.

– Да, она здесь, я чувствую её.

Раздался стук в дверь.

Глава 5

Элис вернулась, но выражение её лица говорило о том, что это ненадолго. Она пришла попрощаться и исчезнуть навсегда. Архангелы пристально смотрели на неё, определяя в ней древнее существо, созданное самим Абсолютом. Даже у архангелов нет власти над ним.

Дэвид подбежал к Элис и обнял её. Исключительная к таким проявлениям чувств со стороны кого-либо не привыкла. Она стояла в растерянности, не зная, как поступить: убить человека за столь вольное поведение или простить его, ведь он видит в ней свою сестру?

– Ну всё, человек, хватит! – Элис оттолкнула Дэвида.

Дэвид был расстроен. Он всё ещё не мог осознать, что перед ним не его сестра, а существо, которое заняло её тело.

– Элис, проходи сюда, – доброжелательно сказал Пассифей, указывая на гостиную.

Элис осмотрела всех, особенно архангелов, и прошла в гостиную. Её взгляд встретился с взглядом ангела, и она почувствовала внутри какой-то импульс, мимолётный скачок давления.

– Садись на диван, – продолжал Пассифей.

– Выходит, ты и есть тот загадочный Исключительный? – начал Рафаэль.

Элис посмотрела на архангела и кивнула головой. Все подошли ближе к ней, окружив её. Такой ажиотаж вокруг неё напрягал её.

Мерена почувствовала присутствие Элис и вышла из своего укрытия. Ей было интересно, что та скажет, и она должна была вернуть ей её силу.

Элис снова начала вертеть головой, словно искала кого-то, а затем вопросительно уставилась на присутствующих. – Где демон? – спросила она.

– Он ушёл в свой мир, – ответила ей Маэса.

– Я же сказала: быть всем вместе, не расходиться!

– Да что от него будет? Какой нам толк от этого демона? – спросил Дэвид.

– Этот демон – ваше спасение, он главный в этой игре, – ответила Элис.

Такие слова озадачили всех.

– О какой игре ты говоришь? – спросил Михаил.

– Ты знаешь, архангел.

– Элис, разъясни нам, о чём речь? – спросил Пассифей.

– «Игры богов».

– «Игры богов?» Это ещё что такое? – спросил Дэвид.

– Это неважно, смертный, главное – зачем?

– Тогда скажи: зачем? – подхватил Пассифей.

– Наказание.

– И какую расу желает наказать Исключительный? – спросил Михаил, надеясь наконец-то выяснить это.

– Не Исключительный, а Абсолют, – пояснила Элис.

– Значит, он и правда твой Создатель?

– Да, это так.

– Какую расу ждёт наказание? – допытывался Михаил.

– Не сейчас.

Исключительная закрыла глаза, и через секунду в гостиной Пассифея оказался ошеломлённый Варро. Он растерянно посмотрел на присутствующих, а затем на Исключительную, отчего его душа немного успокоилась. Демон переживал, что с ней может произойти беда в столь опасное время, но всё обошлось, она была цела и невредима. Варро на секунду выпал из реальности. Он задержал свой взгляд на девушке, отчего присутствующие могли предположить о его симпатии к Элис.

Варро быстро сообразил, что подставляет себя перед всеми, а особенно перед архангелами. Он нахмурил свои брови и спросил: – Кто посмел меня отвлечь от работы?

– Это я, демон, – спокойно ответила Исключительная.

– Зачем? Я был занят.

– Сейчас ты не должен быть занят.

– Зачем ты доставила меня сюда? – Варро был недоволен.

– Я приказала тебе быть здесь.

– А я, по-твоему, собачка, чтобы выполнять твои команды? Я не намерен сидеть и ждать твоего возвращения. Я вообще-то король, а у королей много забот.

– Уйдёшь ещё раз, и я лишу тебя силы, а затем отниму у тебя твоё королевство, – заявила Исключительная, отчего Варро на секунду потерял дар речи.

– Элис, где ты была? – спросил Саймон, остановив между ними ссору.

– Я была на вершине горы. Отправила свой разум к Создателю, чтобы получить информацию о дальнейших действиях.

– И ты получила их? – поинтересовался Михаил.

– Да, архангел, мой Создатель объяснил мне мои обязанности в этом воплощении.

– Это она про Абсолюта говорит, брат? – тихо спросил Рафаэль у Михаила.

– Думаю, что да.

– Ты расскажешь нам о своих обязанностях? – поинтересовался Пассифей.

– Возможно, – ответила Элис.

– Элис, ты можешь объяснить, что, чёрт возьми, там творится? – спросил Дэвид, тыча пальцем в окно.

– Конечно, человек, могу объяснить.

Дэвид, услышав очередной раз слово «человек» из её уст, закрыл глаза. Внутри него всё дрожало и протестовало. – И ты расскажешь нам? – спросил он.

– Проснулись от долгого сна три древних существа из сокрытого мира Модр, о котором неизвестно ни одной живой душе. Они проснулись, потому что настал судный день для одной из многочисленных рас. Для той расы, которая погрязла в черноте, очернила имя своего Создателя и нарушила все действующие законы. Их час настал. И вот, три яростных зверя с мощью, с которой не в силах справиться никто, кроме их хозяина, пробираются в мир на среднем уровне, чтобы исполнить приговор.

– Ты хочешь сказать, что эти существа и судьи, и палачи? – неожиданно спросило Равновесие.

– Они палачи, и вина погрязших в черноте уже решена, суд состоялся.

– Но кто провёл этот суд? Ведь Равновесие – это я, и я должна определять…

– Равновесие не вершит над высшими существами, ты можешь определять вину лишь существ ниже тебя по рангу.

Слова прозвучали оскорблением для Равновесия.

– И всё же мне кажется, что суд несправедлив.

– И почему же? Ты знаешь, на ком вина, и кто должен платить?

Мерена растерялась. – Нет, мне не известно это, но всё равно, чтобы вынести такой приговор, должна определяться вина каждого, и только после выносить общий приговор.

– Равновесие, ты думаешь, что всемогущий Абсолют приказал наказать их несправедливо?

– Этого я тоже не знаю, но в будущем я определю.

– Пока ты находишься в этом воплощении, тебе не под силу определить вину даже одного из них, – развела руками Исключительная, указывая на присутствующих.

– Сейчас речь не об этом. Исключительная, расскажи, какая раса под угрозой? – спросил Михаил.

Исключительная обвела глазами присутствующих, остановившись на Дэвиде и Саймоне. – Раса та, что приходила в этот мир шесть раз. Шесть раз им давали шанс пройти эту игру до конца, но всё бесполезно… Вероятно, скверна живёт в их сердцах с рождения.

– Ты хочешь сказать, что эту расу уже много раз уничтожали эти существа?

– Да, архангел.

Михаил изумлённо переглянулся с братьями. – Я не припомню подобного в истории.

– А что ты ожидаешь от этих существ? Как, по-твоему, они уничтожают расы?

– Вероятно, случится битва…

– По-твоему, кто-то в силах сразиться с бессмертными?

– На нашем счету ни одна битва с бессмертными, и я хорошо знаю, как они действуют и какие разрушения приносят с собой. Этот случай – не исключение.

– Те бессмертные, с которыми вам посчастливилось столкнуться, – это ничто по сравнению с модраками. Но скажу одно: вам приходилось с ними сталкиваться, даже не осознавая, что это. Их способы уничтожения отличаются от привычных вам…

Исключительная говорила загадками, всё больше интригуя архангелов. А те в своей памяти перебирали всех противников, с какими они сталкивались.

– Кто-то погибал в великом потопе, кого-то поглощала земля после гигантского землетрясения, кого-то выжигал адский огонь, а кого-то пожирал пробудившийся зверь своей огненной лавой, – разъяснял Варро, на что Исключительная улыбнулась и кивнула головой.

– Они – это катаклизмы библейского масштаба, – осознал Уриил.

– Да.

– И в этот раз произойдёт что-то подобное?

– Произойдёт.

– Теперь ясно, почему о них до сего дня никто не знал, – сказал Рафаэль.

– Значит, наши три существа устроят в каком-то мире катаклизмы мирового масштаба, – размышлял старик.

– Так и будет, старик.

– Исключительная, открой же нам: что за раса под угрозой? – настойчиво продолжал выпытывать у неё ответ на волнующий его вопрос Михаил.

– Архангел, ты уже знаешь, – ответила Исключительная.

Михаил посмотрел на людей. – Это они? Они под угрозой? – спросил он у Исключительной, надеясь, что та опровергнет его опасения.

– Да.

– Стой, стой, это вы сейчас кого имеете в виду? – спросил Дэвид, понимая, что под угрозой человечество.

– Людей, смертный, – ответил ему Варро.

– Людей? Нас… с Земли?

– Да.

– Всё человечество? Все восемь миллиардов? – спросил Дэвид.

– Да, Дэвид, вам стоит понять, что ваша раса снова допустила ошибку, – засмеялась Мерена.

– Братья, мы должны остановить их! Мы не можем допустить гибель людей! – забеспокоился Габриэль.

– Вам не под силу что-либо исправить, человек, – обратилась к нему Исключительная, напоминая, что он больше не могущественный архангел, а обычный человек, чья душа также под угрозой.

– Но я не понимаю: почему было принято такое решение? – озадачился Михаил. – Люди – создания Бога, разве не Он должен определять их судьбу?

– Бог – создание Абсолюта, архангел.

От этих заявлений архангелы занервничали: для них люди – любимые дети Отца. Их миссия – охранять людей. Они не могли позволить уничтожить человечество. В этот момент каждому из них вспомнились слова Отца: «Когда узнаете расу, тогда и сделаете выбор».

– Брат, что нам теперь делать? – спросил Уриил у старшего брата.

– Мы позволим уничтожить человечество? – спросил Рафаэль.

– Братья мои, мы не можем позволить случиться этой трагедии, – присоединился к беседе Габриэль.

– Вы все слышали: нам не победить их, как бы мы ни старались, – напомнил Михаил.

– А если объединиться всем нам и сразиться с ними? – предложил Дэвид.

– Если бы это помогло, смертный, мы бы объединились.

– Элис, скажи: если мы объединимся, если все присутствующие здесь вступят на тропу войны, мы сможем остановить их? – спросил Дэвид.

– Их остановить под силу лишь хозяину. Даже если все расы всех миров объединятся против модраков, им не победить.

– Значит, нужно найти их хозяина и заставить его приказать им отступить, – предположил Саймон.

– Саймон, если никому не под силу победить этих существ, то их хозяина тем более, – заключила Маэса.

– Взглянуть бы на их хозяина, ну или хотя бы узнать, кто он, – задумался Рафаэль.

– Элис, а известен час, когда люди падут? – спросил Пассифей.

– Час намечен, но он нестабилен, существует погрешность в несколько дней.

– И ты знаешь о часе?

– Я знаю, старик.

– Скажи нам, чтобы мы были готовы, – попросил Михаил.

– Повторю вам ещё раз: то, что вы затеваете – бесполезно, вам не одолеть врага, которого вы не увидите.

– Что это значит? – удивились все.

– Они призраки? – не подумав, спросил Дэвид.

– Вы все должны смириться с волей Абсолюта.

– Смириться? Никогда! Погибнут наши друзья, наши родные! – возразил Дэвид.

– Тебя не должно это волновать, ведь ты тоже погибнешь, вся ваша раса до последнего человека будет искоренена.

– Я не верю.

– Элис, и всё же, когда случится это? – спросил Пассифей.

– Я не стану говорить точную дату, скажу одно: у вас меньше недели.

Все были ошеломлены таким заявлением Исключительной.

– Так быстро? Почему так быстро?

– Элис, и где сейчас эти существа? – спросил Пассифей.

– Они пробираются на средний уровень, им уже даны распоряжения.

– Постой! Ведь ты можешь их остановить, – начал Дэвид. – Ты же сама говорила, что являешься Оружием Абсолюта, ты могущественнее этих существ, это ведь так?

– Ты прав, человек, моя сила превышает их силу.

Услышав её слова, все вздохнули с облегчением.

– Тогда ты спасёшь людей, – заявил Дэвид.

– А Дэвид прав: Исключительный приходит уничтожать расу, если те существа пришли убить людей, то Элис пришла убить тех существ, – ложно размышлял Саймон.

– Ты не прав, человек, сюда я пришла не убивать модраков, а вести их.

Все вмиг замолчали, осмысливая её слова. И, кажется, наконец-то всем становилось понятно.

– Ты их хозяин? – спросил Михаил. Всё его тело напряглось, осмысливая, что перед ними возможный враг.

– Я.

– Значит, ты пришла, чтобы уничтожить людей?

– Так и есть.

– Невероятно, Исключительный пришёл в облике смертного человека, миссией которого – уничтожить всю расу человечества.

– Ты правильно рассуждаешь, архангел.

– Элис, скажи: возможно что-то изменить? – спросил Пассифей.

– Нет.

– Но почему «нет»? Ты же их хозяин, прикажи им отступить, и всё, ты спасёшь человечество, – немного раздражённо произнесла Маэса.

– Я выполняю приказ. Эти существа – моё Оружие, которое пробудилось вместе со мной. Они выполняют то, что приказываю им я, а я выполняю то, что приказывает мне мой Создатель.

– Этот Абсолют тиран, он жестокий! Не понимаю, как можно убить целую расу? – бурчала Маэса.

– В этом виноваты люди: они забыли исток, забыли законы, забыли о своей жизненной цели. Если оставить человечество, хаос охватит и другие миры, тогда придётся уничтожить и их.

– Ерунда это всё!

– Это решение неизменно? – спросил Михаил.

– Неизменно.

Михаил посмотрел на братьев. Впервые перед ним встала сложная дилемма: на кону были жизни миллиардов людей, которых они, архангелы, многие тысячелетия опекали и которые были дороги для Отца. Но пойти против Абсолюта означало вызвать на себя его гнев, а что он сделает с воспротивившимися ему, было неизвестно. Михаил не мог принять решение. Он хотел бы посоветоваться с Отцом, но Тот ясно дал понять: выбор будет за ними.

Габриэль увидел растерянный взгляд Михаила, он подошёл к своему любимому брату. – Михаил, я вижу по твоему лицу, что ты стоишь перед выбором!

– Так и есть, Габриэль, и этот выбор очень сложен для меня. Я не представляю, как поступить.

– Ты всегда находил правильные решения, найдёшь и сейчас, – ответил Габриэль.

– Сейчас всё очень сложно. За всем стоит верховное существо, которое одной мыслью может стереть нас с лица Вселенной. Как нам противостоять ему? И как позволить убить миллиарды людей?

– Ты прав, сложно противостоять Абсолюту, – сказал Габриэль. – Но вникни в слова Отца: Он чётко сказал, что выбор станет за вами. Неужели, зная о вашем исходе, зная, что Его детей ждёт смерть, Он говорил бы о выборе? Оставлял бы за вами маленькую надежду?

Михаил посмотрел на брата, в словах которого было решение. – Брат, ты хочешь сказать, что Отец дал нам подсказку? – спросил он.

– Михаил, Отец не может открыто выступать против своего Создателя, – ответил Габриэль. – Но Ему больно за Своих детей.

Разговор архангелов услышал демон Варро. Он видел, как мучаются те от возникшей ситуации, и был бы счастлив от их мук. Но в данном случае человечество также было важно для демонов. Без человечества их сила иссякнет, как и могущество. Другие существа перестанут их страшиться, а со временем о них забудут. Варро не мог этого допустить. Он незаметно подошёл к архангелам. – Однажды Богу удалось всё исправить и повернуть ход событий в Свою сторону, – сказал он.

– О чём это ты, демон? – с недовольством спросил Михаил. Ему не понравилось, что демон подслушал их с братом разговор и, конечно, то, что тому известны такие факты, связанные с Богом.

– Я хочу донести до вас, что возможно всё исправить, – ответил Варро.

– Каким образом? – заинтересовался Габриэль.

– Вспомните о левиафанах. Вспомните те дни, когда они воспротивились и начали убивать вас, превратив всё вокруг в хаос.

– И что? – спросил Габриэль.

– Каким образом они исчезли?

– Отец, разозлившись на них, запер их в Малаке.

– Да-да, архангел! – усмехнулся Варро. – А теперь я расскажу, как всё было на самом деле. Разозлился не ваш Отец, а тот самый Абсолют, который помешан на порядке и балансе во Вселенной. Он любит подчинение, а левиафаны не подчинялись никому. Именно тогда был создан первый Исключительный. Абсолют создал его. Он послал его уничтожить всех левиафанов до последнего. И тот превосходно выполнял поручение своего Создателя. Вот только Бог, видя, как погибают Его первенцы, один за другим, был опечален. Его сердце разрывалось от боли. Да, они сорвались с катушки, но все они – Его дети. Бог не мог потерять всех, тем более среди левиафанов были те, кто не поддался ярости; те, кто не вступил в расправу над ангелами. Бог пришёл к Исключительному и попросил его не убивать всех детей. Исключительный был непоколебим, он не мог ослушаться Абсолюта. Тогда Бог показал ему тех левиафанов, которые от страха прятались в своих укрытиях. Он показал Исключительному, что на них нет греха, они не совершили преступления. Так как это был первый Исключительный, созданный в спешке, в нём были погрешности: недолго думая, он согласился с Богом. Ему удалось убедить Оружие Абсолюта. Исключительный предъявил условие: он упрячет левиафанов в самый дальний и тёмный мир без дверей, чтобы те никогда не вырвались на свободу, и даже Бог не смог войти в этот мир. Бог согласился. Исключительный создал мир Малаку, куда упрятал оставшихся левиафанов, заперев их навечно. Он поставил гигантские врата, открыть которые сможет лишь он. За свой проступок Исключительный был наказан Абсолютом.

– Откуда тебе это известно, демон? Пассифей сказал, что нет никаких сведений об Исключительном, – засомневался Габриэль в его словах.

– Я уже говорил: существуют скрижали, – ответил Варро.

– Не те ли скрижали, что ты украл у Бога? – прищурив глаз, поинтересовался Михаил.

– По-твоему, у Бога возможно что-то украсть? – спросил Варро.

– Не играй, демон, мне наверняка известно, что ты похитил их.

– У меня их нет, архангел.

– А вот Бог утверждает, что они похищены.

– По-твоему, только демоны могут что-то похищать?

– Если тебе о них известно и если ты говоришь эти истории – значит, ты держал скрижали в руках, из этого можно сделать вывод…

– Это ничего не значит, Михаил, – ответил Варро. – В руках я не держал эти скрижали. Мой помощник по моему приказу искал сведения об Исключительном. Он нашёл эти скрижали, но прочесть успел лишь одну. Поведал он мне из своих уст. А если бы ты подумал, Михаил, то вспомнил бы, что демон не смог бы даже притронуться к реликвиям Бога.

– Тогда, где они? Где твой демон их нашёл? – спросил Михаил.

– Во Вселенской библиотеке, в тайной комнате. Лучше спроси у работников, куда они дели эти скрижали, – ответил Варро.

– Я обязательно расспрошу их и восстановлю все события до последней секунды. Если скрижали окажутся у тебя, я спущусь в твой мир и заберу их, уничтожив всех твоих демонов, – заявил Михаил.

Варро рассмеялся: – Михаил, ты меня смешишь. Нам обоим известно, что ты не можешь этого сделать. И не потому, что у тебя не хватит сил уничтожить всех демонов. За каждого убитого демона нужно будет пожертвовать ангелом. Ты своими руками убьёшь своих горячо любимых ангелов. Не нужно мне угрожать, я хотел вам помочь.

Михаил и Габриэль задумались.

– Брат, этот демон прав: сейчас нет ничего важнее этого, и он действительно подарил нам шанс на спасение людей.

– Я не могу полностью доверять ему. Сначала я найду эти скрижали, изучу их и только потом буду предпринимать какие-либо действия, – сказал Михаил.

– Эх, брат, как же я хочу помочь тебе, быть рядом с вами, но теперь я обычный смертный, не способный ни на что! – печально произнёс Габриэль.

– Нет, брат, не печалься, ты нужен здесь. Будешь с этими людьми, ты должен помочь им, за ними нужен присмотр. Если возникнет опасность для них или для тебя, брат, непременно зови меня, – сказал Михаил.

– Но, брат, мне не велено…

– Всё равно зови, я приду к тебе. И ещё ты должен присматривать за Равновесием, демоном и за Исключительной. Особенно за ней. Как только она выдвинется в путь, немедленно сообщи мне, брат, – сказал Михаил.

– Хорошо, Михаил, – ответил Габриэль.

– Рафаэль, Уриил! – позвал Михаил братьев. – Мы уходим.

– Правда, брат, мы ничего не предпримем? – удивился Рафаэль.

– Что мы должны предпринять?

– Захватим их, – архангел указал на Равновесие.

– Не сейчас, в своё время, брат. Уходим.

Михаил окинул взглядом присутствующих, и три архангела исчезли.

– Наконец-то, даже дышать стало легче, – вздохнула с облегчением Мерена.

– Габриэль, куда ушли твои братья? – спросил Пассифей.

– Они хотят выяснить про неё, – ответил Габриэль, головой указав на Исключительную.

– Они знают источник?

– Есть кое-какие сведения, братья должны проверить.

– А потом?

– А потом они примут решения.

– Вступать в бой или нет?

– Да, Пассифей.

– Оба решения им дорого обойдутся.

– Я знаю это, но я согласен с братьями: нельзя позволить уничтожить человечество.

– Элис, выходит, ты заодно с теми существами? – спросил Пассифей с укором.

– Они моё Оружие, старик, и ты это знаешь, – ответила Элис.

– Скажи, Элис ещё есть в тебе? – спросил Дэвид. Все замолчали и уставились на Исключительную. Было видно, насколько они переживали за свою смертную.

– Да, она ещё существует.

– Я бы хотел поговорить с ней.

– Это невозможно.

– Почему? Ты не позволяешь ей?

– Нет, она не сможет говорить, от неё остались лишь эмоции и воспоминания.

– Я не верю, за пару дней моя сестра не может исчезнуть. Она глубоко спрятана внутри, просто ты не хочешь выпускать её! – злился Дэвид.

Пассифей положил руку на плечо Дэвида. Он подозрительно улыбнулся ему. Дэвид почувствовал, что старику что-то известно.

Исключительная посмотрела на ангела, который молча стоял в стороне. Она чувствовала, что он страдает от того, что ничего не помнит: ни своих братьев, ни присутствующих. Он страдает от незнания того, кто он и что натворил. Убийство брата тяготит его холодную душу. Он словно бездушное существо, внутри которого разгорается странный импульс, разжигающий маленький огонь в его душе.

Исключительная посмотрела на Габриэля, который тоже был опечален состоянием своего ангела. Он переживал, что тот никогда не станет прежним, что к нему не вернутся воспоминания, что он не вспомнит своего наставника и своих братьев. Его судьба сложилась не так, как хотелось бы, а здесь ещё и это состояние. Плюс ко всему, после того как всё закончится, Исключительной придётся отдать его архангелам, чтобы те доставили его к Стражам на суд.

Габриэль страдал. И хотя в Исключительной не заложены эмоции милосердия, и она не знает сострадания, эмоции смертной девчонки свежи, они заставляют её прочувствовать всё на себе.

Ошибкой было то, что она поддалась на уговоры людей и отправилась с ними. Эмоции девчонки меняют её, заставляют отвлекаться от своей задачи и задумываться о том, как помочь им всем.

Исключительная посмотрела на Мерену, которая стояла в стороне и наблюдала за страданиями Арриана. Её веселило его состояние.

Исключительная резко встала и сказала: – Равновесие, подойди!

– Зачем это? – настороженно спросила Мерена.

– Я не повторяю дважды, – ответила Исключительная.

Мерена медленно направилась к ней.

– Я возвращаю тебе силы, – сказала Исключительная.

Услышав это, Мерена обрадовалась: – Да неужели? С чего такая щедрость?

– Он, – она показала на ангела. – Исправь то, что сделала с ним.

– Что? Да не за что, пусть мучается! Это ему наказание за предательство.

– Это не просьба, а приказ. Верни ему память и эмоции.

– Зачем это? Тебе ведь на него теперь всё равно.

– Мне всё равно, а им нет. Исправляй ошибку.

– А если не исправлю?

– Заставь её! – не удержалась от отвратительного поведения Маэса.

– Я никого не стану заставлять, – ответила Исключительная.

– Так что будет, если я откажусь? – Мерена решила поиграть с ней.

– Я выпущу Селену, и она всё исправит, – сказала Исключительная.

Мерена боялась этого больше всего – «порабощения её светлой стороны». Она испугалась и сразу же примолкла. А вот присутствующие обрадовались словам Исключительной.

– Верни Селену, упеки эту ведьму в «тюрьму», – провоцировала Маэса.

– Я жду! – Исключительная пилила Мерену глазами.

Мерена нахмурилась. Она не могла принять то, что кто-то смеет приказывать ей. Тем более, возвращать память этому предателю-ангелу. В момент, когда Исключительная вернёт ей силы, она могла бы воспользоваться этим и сбежать. Но существо, что так легко жонглирует её могуществом, останавливало её. Происходящее не нравилось Мерене, но она бессильна. Да и закрытой в темнице ей тоже не хотелось быть. Тем более, если выйдет наружу эта паршивая Селена, ей станет невыносимо вдвойне. – Ладно, ладно! Я всё исправлю, – сказала она.

Мерена повернулась к Арриану. У Габриэля зародилась надежда, что его ангел скоро станет прежним.

Мерена подошла к Арриану. Он, как зверь, показал ей оскал.

– Успокойся, я верну тебе память.

Арриан растерянно посмотрел на Габриэля, а потом на Исключительную. Страх усилился. Вот-вот, и он всё вспомнит. Но хочет ли он?

– Не сопротивляйся ей, ангел, – сказала Исключительная.

Арриан опустил голову книзу. Мерена схватила его за лицо и впилась в его губы. Исключительная почувствовала какое-то неприятное состояние внутри: жжение в сердце. Не контролируя себя, она отвела взгляд от них.

Мерена отпряла от Арриана. Ангел стоял с закрытыми глазами. Все вокруг молчали, ждали, кем вернётся тот.

Медленно он открывал глаза, ослепляя всех своими ярко-голубыми глазами. Голубой цвет словно пожирал черноту. Словно после долгого сна, Арриан обвёл всех глазами. Увидев Габриэля, он улыбнулся; после его взгляд коснулся Мерены, отчего его лицо скривилось в злую гримасу, он сжал руки в кулак, но неожиданно, за ней, он увидел самого родного, самого любимого человека. Элис стояла и смотрела на него. Арриан подорвался и подбежал к девушке, заключив её в крепкие объятия. – Элис, дорогая моя, я счастлив видеть тебя! Боже, что я натворил. Прости-прости, что заставил тебя страдать.

Арриан почувствовал, что его любимая ведёт себя странно с ним: она стоит и молчит, она словно деревянный истукан, не наделённый эмоциями. Арриан не понимал, но в голове чередой посыпались воспоминания последних дней. И то, что он видел, ему не нравилось. А когда Элис оттолкнула от себя ангела, Арриан вспомнил, что перед ним не его любимая, а существо, называемое себя «Исключительная».

– Где Элис? Верни её назад? – неожиданно для всех «накинулся» ангел на Исключительную.

– Этого не будет, ангел. Тебе вернули прежнюю жизнь, будь благодарен, – произнесла Исключительная, задрав голову выше, тем самым показывая ангелу своё превосходство над ним.

– Зачем мне прежняя жизнь без моей любимой?

– Она никогда не была твоей любимой, она никому из вас не принадлежит.

– Так же, как и тебе Элис не принадлежит, – возразил Дэвид.

– Она – это я, я – это она. Уясните же вы наконец и не злите меня! – по тому, как её глаза засветились ярким жёлтым светом, все почувствовали, что Исключительная разозлилась. А ведь перед ними стоит существо, которое пришло сюда, чтобы уничтожить людей, что ей стоит уничтожить и их всех?

Пассифей снова остановил Дэвида. – Не стоит злить нашего гостя. Мы не хотим, чтобы она, в порыве ярости, причинила кому-нибудь вред, – сказал Пассифей.

– Элис, любимая! – Арриан взял девушку за руки, на что Исключительная с изумлением уставилась на руки ангела. – Дорогая моя, вернись ко мне.

Такой призыв своей любимой от ангела, Исключительная почувствовала: смертная девушка внутри, которая, по предположению Исключительной, должна уже испариться, отреагировала очень ярко, она словно гигантский костёр разгоралась внутри. Девушка плакала от счастья, что её любимый вернулся, что чары этой ведьмы рассеялись. Элис была счастлива. Исключительная впервые ощутила такую силу любви, бурлящую внутри. Это чувство поразило её, всё, что ей довелось прочувствовать в этом воплощении, меркло. А главное, она чувствовала, что этот ангел особенный для неё, не для смертной девушки, а именно для неё – Исключительной. Впервые в голове Исключительного возникли подобные мысли: «Возможно, он стал бы моим спутником в жизни. Возможно, я полюбила бы его. Возможно, он открыл бы нового Исключительного. Возможно, он показал бы другие стороны жизни». Вот только Исключительные не имеют права на отношения. Одиночество – их спутник до конца времён. Об этом даже не может быть и речи. Подобные мысли Исключительная должна искоренять, как и подобное отношение ангела к ней. Она верна своему Создателю, она не может ослушаться его приказу. Нет, этого не будет.

Исключительная вырвала свои руки. – Отныне, ангел, не позволяй себе вольности в отношении меня! Уясни: я не твоя Элис, её больше нет. Не смей призывать её; не смей прикасаться ко мне; не смей даже упоминать её имя при мне. Не зли меня, иначе я верну твой прежний облик.

– Так верни, потому что я не в силах выполнить то, что ты сейчас сказала. Та девушка, что внутри тебя, – самое дорогое в моей жизни. Она – мой смысл. Не будет её, не будет меня, поэтому, хочешь стереть мне память – стирай.

– Арриан, успокойся! – вмешался Габриэль. – Сегодня был насыщенный день, все на нервах, не будем злиться ещё больше.

– Но, Габриэль…

– Арриан, послушай меня: дай ей время.

– Да нет этого времени! – разозлился Дэвид. – Она же сказала: Элис умирает!

– Давайте все успокоимся, – заговорил Пассифей. – Нашей гостье, возможно, нужно отдохнуть. Элис, ты можешь пройти в комнату и побыть со своими мыслями.

– Ты прав, старик, это мне сейчас нужно.

– Иди до конца коридора.

Арриан с грустью проводил ушедшую девушку взглядом.

– Ну и я пойду, старик прав, все на эмоциях, – сказала Мерена и поспешила скрыться.

– Не вздумай исчезать! – строго начала Маэса. – Элис должна была забрать твою силу. Я не доверяю тебе, знай это.

– Ты думаешь, меня это волнует?

– Я всё сказала, не вздумай уходить, не нужно злить Элис.

– Я в курсе, успокойся.

Мерена ушла. Варро тоже собирался уходить, но внезапно понял, что не может открыть портал.

– Что за чертовщина? – спросил он.

– В чём дело, демон? – поинтересовался Габриэль.

– Старик, это твоих рук дело?

– Смотря, что ты имеешь в виду.

– Я не могу открыть портал.

– О, я ни при чём.

– Вероятно, это Элис. Так что, демон, тебе больше не сбежать, – прокомментировала Маэса, посмеиваясь над Варро.

– Серьёзно? Она сошла с ума? Мне что, сидеть здесь? Да я со скуки окочурюсь! Ну я влип. На улицу-то мне можно выйти?

– Думаю, Элис не будет против, – засмеялся Пассифей.

– Отлично!

– Демон, не нужно злить Элис, – ещё раз напомнил ему Габриэль.

– Вы так боитесь этой девчонки?

– А ты хочешь испытать её силу? – спросила Маэса. – Вперёд. Только подальше отсюда, из-за тебя не хочется пострадать.

– Ладно, я буду рядом с домом. Не беспокойтесь, не сбегу.

Демон вышел из дома.

– Арриан, ты в порядке? – обратился к ангелу Габриэль.

– Нет, Габриэль, я совершенно не в порядке, по мне словно бульдозер проехался. Вспоминаю, что натворил, и жить не хочется. Я никогда не прощу себя за все ваши страдания. Я так виноват перед каждым из вас, – ответил Арриан, снова обводя взглядом каждого. Он остановился на Саймоне. – Саймон, прости меня. Смерть Суллы – это ужасно. Арриан взглянул на Маэсу, боль которой была самой страшной, он не мог даже смотреть на неё. – Маэса, мне так жаль, наша потеря невыносима. Аттион был великим воином, и я виновен в его смерти, я не прощу себе эту потерю.

– Виновата Мерена, она совершила все эти преступления, – сказала Маэса.

– Если бы я не поддался на её зов, не случилось бы всех этих последствий.

– Арриан, Маэса права: в этом нет твоей вины…

– Есть, Габриэль, есть. Я убил брата. Как мне простить себя за это? Как простить смерть Аттиона и Суллы? Как простить себе то, что я позволил в отношении Элис? Я даже вспоминать не могу, сколько боли я причинил ей. – Арриан отвёл голову в сторону, он чувствовал отвращение к себе.

– Время всё излечит, всё пройдёт, Арриан, – успокаивал его Габриэль.

– Не пройдёт, и время не излечит. Это всё останется в моей душе, – сказал Арриан, стукнув себя по груди. – Я никогда не забуду всего, что произошло. Габриэль, даже ты пострадал от меня, тебя наказали из-за меня.

– Нет, это моё решение, я по собственному желанию всё делал.

– Не успокаивай, моя боль велика. И сейчас Элис овладело это существо, которое утверждает, что её больше нет. Но как? Объясни, брат, как мне жить без неё? Я не смогу. Лишь Элис могла меня успокоить и придать мне сил. Без её поддержки я не смогу справиться.

– Да успокойся ты, Арриан! – заругалась Маэса. – То, что произошло, не исправить. Не вернуть Аттиона и Суллу. А с Элис ещё не известно, мы не знаем, кто это существо и говорит ли оно правду.

– Арриан, Маэса права: я думаю, она утаила нам об Элис, – согласился с Древней Пассифей.

– Это вряд ли, Пассифей.

– Вот видишь, тебе дают надежду, а ты её разрушаешь, Арриан. Ты сам не хочешь возвращения Элис, потому что тогда не сможешь смотреть ей в глаза. А она боролась за тебя до последнего. Я не винила тебя, потому что знала, что ты зачарован, что всё делает не Арриан, а раб этой ведьмы. Не смей раскисать! По-твоему, каково сейчас Элис? Нам нужно помочь ей, спасти.

Слова Маэсы были жёсткими. Арриан только пришёл в себя, и та буря отрицательных эмоций уничтожала его, и сейчас Маэса своими словами подкидывала дрова в его гнетущий огонь. Арриан почувствовал невыносимую боль и отвращение, он не мог смотреть на них из-за вины перед ними, он не мог слышать их слова. Он должен побыть один, должен разобраться в происшедшем, ему нужна тишина. Арриан развернулся и выбежал на улицу.

– Арриан! – позвал Габриэль. Он хотел пойти за другом, но Пассифей его остановил.

– Не стоит, пусть побудет один. Ему сейчас нужно побыть наедине с собой. Он слишком взволнован, чтобы общаться с кем-то. Оставьте его.

– Пассифей, вы намекали, что Элис можно вернуть? – напомнил Дэвид.

– Я думаю, это возможно.

– Но как это сделать? Я хочу знать.

– Пойдёмте в мой кабинет. Нас не должна услышать Исключительная. – Пассифей жестом указал на коридор, ведущий в его кабинет.

Глава 6

Арриана переполняли воспоминания, которые причиняли ему невыносимую боль. Он чувствовал себя ужасно, стыд и разочарование в себе усиливались с каждым мгновением. Это чувство, словно чёрная рука, приковывало его к земле, не давая шанса уйти. За короткое время, пока он был зачарован, он натворил столько дел, что теперь ему навсегда закрыты врата Асааки и Аррурии. Его цель и стремление стать ангелом снова были разрушены. Он осознал, что даже нет шанса восстановить их.

Арриан надеялся на лучшее, стремился показать себя с лучшей стороны, пытался помочь своим братьям на Земле и доказать им, что он осознал свои ошибки и больше не повторит их. Но всё испортила эта ведьма. Теперь его участь определена: он навсегда останется падшим. У него больше нет права стать человеком и закончить свои страдания. Он будет вечно бродить по Земле вдали от дома и от братьев, которые со временем забудут про него. Но Арриан забыл, что наступил на те же грабли дважды. И эта ссылка не стала для него уроком. Вероятно, он сделан из другого теста, раз не может устоять перед смертными женщинами.

Врата Аррурии закрыты для него навсегда по его вине. Он впустил в свою душу постыдные желания вновь познать запретные чувства. Любовь к смертной женщине лишила его всякого права.

Думая, что вечно будет он бродить по Земле, Арриан ошибается. За столь страшные преступления последуют страшные наказания – вечная смерть. Арриан никогда не воплотится ни ангелом, ни человеком, ни каким-либо другим существом. Его ждёт самая высшая кара на верхнем уровне – вечная смерть. Но он так молод, только начал свой путь. Однако даже эти мысли о последствиях не имеют веса по сравнению с тем, что он ощущает, вспоминая последние минуты жизни своего брата Иезекиля, которого он так безжалостно убил. Нет, это хуже смерти, это несравнимо ни с чем: раздирающая боль внутри, которая царапает душу, оставляя глубокие порезы. Лучше бы он навсегда остался тем бесчувственным рабом со стёртой памятью, лишь бы не испытывать эти муки угрызения совести. В том состоянии он мог бы хоть как-то существовать. А сейчас он не сможет смотреть братьям в глаза, не сможет даже заговорить с ними. Они никогда не простят ему его преступления, никогда не назовут больше братом. Он стал позором для рода ангелов.

В его мрачные мысли ворвались воспоминания об Элис. Она словно светлая нимфа – своим ярким светом разгоняет тьму внутри, на время заглушая боль. Её прекрасные зелёные глаза, волнистые рыжие волосы, лучезарная улыбка, словно чары Мерены, затмевают все отрицательные мысли, терзающие его душу. Арриан ощутил знакомую теплоту, обволакивающую его душу и тело. Это тепло, словно волшебная нить, которая стягивает бреши, нанесённые болью и терзаниями от мук. Элис – единственная, кто может успокоить его, кто может излечить его раненую душу. Мысль о том, что она есть в его жизни, облегчает боль. Но его разум напоминает ему, что век Элис недолог, что однажды его любимая уйдёт. Арриан осознал, что именно эти мысли приносят ему самую сильную боль. Сейчас на время он должен заглушить мысли о своих преступлениях. Он должен посвятить всего себя Элис, насладиться остатком её жизни. Но сейчас это не Элис, а неизвестное существо, захватившее тело его любимой. Неизвестно, что оно сделало с ней. Возможно, Элис, как Селена, глубоко запрятана внутри; возможно, она мучается от боли, и это существо питается ею; возможно, она уже мертва.

Для Арриана сейчас главное – отпустить всё и направить свой взор лишь на Элис. Он должен спасти её, найти способ освободить, а после сам позволит братьям отвести его к Стражам. Сейчас он должен быть рядом с той, кто называет себя «Исключительной», помогать ей…

«Убить людей? Нет, я не могу позволить ей это сделать. Габриэль прав: мы должны сразиться с этим существом и не дать ему навредить людям. Но тогда может пострадать Элис. Исключительная сказала, что никому не победить её, только Создатель может одолеть её. Но Создатель не станет убивать своё творение, тем более что это его воля. И он не допустит нас к себе. Я знаю одно: я должен быть рядом с Элис. Возможно, я ей нужен. Возможно, она видит и слышит меня и ждёт помощи от меня. Я должен быть рядом и узнать это. А если Элис уже не будет прежней? Захват тела другим существом может пагубно сказаться на носителе. Элис непременно изменится. Может быть, она станет такой же, как Исключительная: холодной, безэмоциональной и со стёртой памятью. Но это не ослабит моей любви и желания быть с ней. Я буду с ней рядом, как и она была рядом в трудное для меня время. Элис ценой своего существования спасла меня. Возможно, она заключила сделку? Или это происки какого-то демона, который ввёл всех нас в заблуждение? Варро определил бы какого-то из демонов. А если это именно его план? Неспроста он постоянно вертится возле Элис. Если это твои происки, мерзкий демон, не сносить тебе головы, я сам её оторву. Нужно возвращаться и заставить демона признаться в правде».

****

– Пассифей, скажите, Элис внутри неё, и есть способ её вернуть? – умолял Дэвид.

– Как я уже говорил, я не нашёл никаких сведений об Исключительном. Но я изучал подобных ему существ, таких же древних, как Равновесие. У всех них личность обладателя какое-то время остаётся живой, а затем погибает. Поэтому я предполагаю, что и с Исключительным происходит то же самое. Элис, возможно, жива и скрыта внутри.

– Если это так, то нужно найти способ её вытащить, – заявил Дэвид.

– Парень, это Исключительный, нам с ним не справиться, только его Создатель может его обуздать, – констатировал Варро, чем вызвал недовольство Дэвида.

– Значит, дойдём до этого Абсолюта и потребуем у него сохранить жизнь моей сестре, – настаивал Дэвид.

Варро громко рассмеялся. – Дэвид, Абсолют – это верховное существо, и даже высшие существа не могут к нему явиться!

– Не забывайте, всё происходящее – это желание Абсолюта, – напомнила Маэса. – И, насколько я понимаю, он не из добрых.

– Абсолют – создатель Вселенной, а Бог – создатель всего живого во Вселенной, – пояснил Варро. – Разница между ними в том, что Бог привязан к своим созданиям, а Абсолют их терпеть не может. Большинство созданий Бога – это нарушители покоя, источник Хаоса, но не того хаоса, о котором мы привыкли слышать, а масштабного, охватывающего всю Вселенную. Абсолют любит тишину, только в тишине он растворяется в пространстве, прислушивается к пению галактик и других Вселенных. В тишине он находит покой…

– Что значит «пение галактик и Вселенных»? – заинтересовался Дэвид.

– Каждая планета, галактика издают свой звук, – пояснил Саймон.

– Саймон прав: у всего есть звук, даже на первый взгляд бездушный камень звучит. Всё звучит в природе. Для нас они неживые, потому что у них нет разума, нет рук, ног, они неподвижны, но всё не так, всё живое, абсолютно всё. Так и галактики, и Вселенные – это живые существа. Абсолют обожает слушать звук своих созданий, но хаос от созданий Бога заглушает прекрасные звуки, отвлекает, заставляет пробуждаться. Такие беспокойства происходят периодически, и это не может не злить Абсолюта. Именно из-за создаваемого хаоса в мирах возникает дисбаланс во Вселенной. А существу, которое любит тишину и баланс, конечно, приходит мысль «искоренить этот источник шума», – объяснял Габриэль.

– Я считаю, нужно заставить говорить Мерену, она знает, как освободить Селену, – начала Маэса.

– Мерена не знает, – снова Варро обрубил появившуюся надежду.

– Тебе откуда знать? Если она смогла запереть Селену внутри, значит, знает способ, как выпустить её наружу, – разозлилась Маэса.

– Она не знает. Там, на Кшатрии, она искала способ уничтожить Селену.

– Ну и?

– Она попросила меня достать эти сведения.

– А почему она попросила тебя?

– Потому что у нас с ней была договорённость.

– И что это за договорённость?

– Не имеет значения.

– Что дальше, Варро? – спросил Пассифей, косясь на Маэсу.

– Так вот: я искал эту информацию, и я нашёл её…

– И где же ты это нашёл? Пассифей сказал, что никакой информации нет, – не поверил демону Габриэль.

– Я уже говорил про скрижали, в них всё есть.

– Значит, братья были правы: скрижали Бога у тебя.

– Нет, Габриэль, их у меня нет, – Варро было неприятно, что ему не доверяют.

– Продолжай, Варро, – спокойно попросил Пассифей.

– Я продолжу. Не существует способа уничтожить одну из личностей Равновесия. Для этого нужно желание одной из личностей.

– Что это значит? – спросила Маэса.

– Селена должна добровольно согласиться покинуть это тело, только тогда Мерена сможет её убить.

– Это странно, – сказал старик.

– Почему странно, Пассифей? – спросил Саймон.

– Равновесие – это добро и зло. Две личности создают это существо. Добро – Селена, зло – Мерена. Как во Вселенной свет не может существовать без тьмы, так и в Равновесии Мерена не может существовать без Селены.

– Старик прав, – Маэса пристально посмотрела на Варро.

– Вот и я задумался над этим. Но в скрижалях было продолжение: если погибнет хоть одна из личностей, Равновесие перестанет существовать. Носитель потеряет право на могущество, Мерена станет обычной Тёмной, а Селена – обычной смертной.

Услышав это, у Дэвида появилась надежда. Именно этого он и хотел, и теперь у него, как и у всех остальных, появилась уверенность, что Селена снова может стать прежней.

– И что станет с Равновесием в таком случае? Оно умрёт? – спросил Саймон.

– Нет, оно снова родится в новом теле, пока не выполнит свою миссию.

– А какая у него миссия? – продолжал расспрашивать Саймон.

– Навести равновесие. Баланс нарушен, чаша весов перевешена в какую-то сторону. Миссия Равновесия – всё исправить, уравновесить весы и привести Вселенную в баланс.

– У меня возник вопрос… – начал Дэвид, обратившись к демону. – Представим, что Равновесие выполнило свою миссию. Что будет с ним дальше?

– А дальше оно должно уйти в Небытие, где оно впадает в сонару до следующего пробуждения. Но перед уходом Равновесие должно сделать выбор: вернуть прежнюю жизнь носителю или уничтожить его тело в Небытии.

– Что? Это жестоко, оно воспользовалось телом, а потом его уничтожит? – возмутился Дэвид.

– Вы все забываете: эти существа не похожи на демонов, которые овладевают телом носителя. Они рождаются в этом теле, они изначально были в нём, а их сила уже была готова. Вы только представьте, какое тело должно быть у носителя, чтобы выдержать такое древнее существо внутри! – восхищался Варро. – Я объясню, что происходит с телом человека, если в него вселяется демон низшего разряда с ничтожным импульсом. Такой демон может жить с человеком всю его жизнь и питаться его энергией. Но если в человека вселится демон среднего разряда, его энергия уже будет разрушающей для человека. Тело начнёт гнить, и за год человек превратится в мумию. А если смертным овладеет демон из высшего легиона, это неминуемая смерть. Всего лишь пару дней достаточно, чтобы высосать все жизненные силы. Исходя из этого, у меня нет сомнений в том, что Равновесие и Исключительная родились в этом теле, оно принадлежит им, как и разум – он один.

– Демон прав: Исключительный действительно могущественнее демонов. Если бы он появился здесь, то за один день иссушил бы тело Элис, и она бы погибла. Смертная девушка Элис – это и есть Исключительная, у нас больше не должно быть сомнений в этом, – сказал Габриэль.

– Но мы все знаем, что у Равновесия две личности, как же их разум может быть един? – спросила Маэса.

– Маэса, речь идёт о происхождении этих существ. Да, в Равновесии две личности, но они едины. Мерена – тёмное отражение Селены, а Селена – светлое отражение Мерены. У каждой из этих личностей свой характер и нрав, но они не могут существовать отдельно друг от друга. Если их разделить, это уже не будет Равновесие. Когда они едины, они Равновесие – существо, состоящее из двух сил, добра и зла, света и тьмы.

Внезапно в кабинет ворвался Арриан. Он окинул взглядом всех присутствующих, остановившись на Варро. Его взгляд был полон ярости, и он набросился на демона, который совсем не ожидал такого. Однако Варро не из тех, кто будет терпеть подобное. Он отбросил ангела прямо на книжный шкаф, полный ценных книг. Шкаф сложился пополам, книги посыпались на пол. Пассифей схватился за голову, остальные в растерянности подскочили к дерущимся.

Габриэль бросился на Арриана, желая оторвать его от демона, совершенно забыв, что теперь он обычный смертный. В пылу схватки Арриан задел рукой Габриэля, отчего тот отлетел к двери и выбил её. Маэса уже хотела броситься на них с обнажённым копьём, как в комнату вошла Исключительная. Её глаза горели ярким жёлтым светом. Она подняла руку и разделила дерущихся, обездвижив их.

– Что, чёрт возьми, ты устроил? – спросил Дэвид у ангела. – Арриан, что на тебя нашло?

– Это он виноват в том, что случилось с Элис, – ответил Арриан.

Демон был изумлён таким наговором и уставился на ангела. Остальные тоже были в недоумении.

– О чём ты говоришь, Арриан? – спросила Маэса.

– Я долго думал и всё анализировал, и понял: это всё – игра этого демона. Нет никакого Исключительного, его не существует. О нём знает только он, больше никто. Элис захватил демон. Сначала я подумал: «Варро непременно учуял бы своего… Если только он сам его не подослал». Он нам всем морочит голову. Зачем тебе Элис?

– Ты сбрендил, ангел, какой демон? Ты думаешь, я позволю какому-то демону захватить тело Элис и навредить ей?

– О, я уверен, ты мечтаешь навредить ей. Ты всегда хотел убить её, чтобы причинить мне боль.

– Тогда скажи: зачем мне это сейчас? – спросил Варро.

На секунду этот вопрос заставил Арриана задуматься. – Этого я не знаю, ты объясни мне!

– Арриан! – заговорил Габриэль, хромая и держась за руку. Он приближался к остальным. – Исключительный существует, сам Отец рассказал о нём нашим братьям. Они всё рассказали, вспомни.

Арриан растерялся, вспоминая разговор архангелов. – Даже и так, я уверен, он виноват…

– Демон не виноват, – заговорила Исключительная. – Я Исключительная, и я всегда была здесь. Моё человеческое имя – Элис, но скоро оно забудется. В каждом древнем высшем существе, которое приходит в облике существа более низкого ранга, сила скрыта до тех пор, пока не начнётся пробуждение. Это происходит, когда угроза достигает наивысшей формы. Существо не может сразу совладать с этой силой, она разорвёт его на части, подобно тому, о чём говорил Варро, когда речь шла о захвате тела демоном высшего ранга.

Все были удивлены, узнав, что она знает о словах Варро. Ведь Элис не присутствовала в комнате, когда демон рассказывал об этом. Получается, она слышит их за пределами стен и дверей.

– Поэтому его готовят медленно, взращивая силу внутри. Человек, ты самый близкий для неё. Вспомни Элис с её детства, какой она была? Она была особенной девочкой, видела то, что скрыто от других.

– Да, это было в Элис, – подтвердил Дэвид.

– Ангел, вспомни её видения, провалы в другие миры. Обычному человеку доступно такое?

Арриан задумался, вспоминая странности Элис.

– Она по рождению особенная. Она – Исключительная. Вам остаётся лишь смириться с этим. Это должно было случиться, и это не исправить, она не изменится. Мне жаль.

Впервые они услышали от Исключительной сострадательные слова. Это заставило их задуматься и посмотреть на это существо по-другому. Оно не бесчувственное создание, в глазах которой лишь жажда выполнить приказ своего Создателя. Оно может сострадать, в нём могут зарождаться другие чувства. Как иначе: двадцать семь лет оно было человеком со шквалом разных эмоций. Но что двадцать семь лет против миллиарда? Возможно, это лишь слова, в которых нет оттенка.

– Арриан, мы полностью уверены, что Элис – Исключительная, – сказал Габриэль.

Но Арриан не соглашался с ними, ведь в этом существе он чувствовал свою любимую. Перед ним было чужое существо, занявшее тело любимой. – Скажи, когда ты выполнишь свою миссию, что ты сделаешь с этим телом? И что будет с тобой? – спросил Арриан у Исключительной.

– Когда Оружие выполняет приказ, оно отправляется в Небытие спать. Это тело рассеется, как прах. Этого тела существовать не будет, а я впаду в глубокий сон до следующего перерождения.

– А есть шанс, что ты можешь оставить её тело и вернуть Элис?

– Это невозможно, мы единое целое, я – это она, – в очередной раз напомнила Исключительная Ангелу.

– Я не могу в это поверить. Как мне остановить тебя?

– Это невозможно. Даже если бы ты смог меня остановить, я бы всё равно ушла в Небытие, туда, куда уходят высшие существа.

– Я уверен, что есть способ, и я его найду.

– Это твоё право, ангел.

– Элис, скажи, зачем ты держишь нас всех вместе? Зачем тебе мы, демон, Равновесие? – спросил Пассифей.

– Вы все здесь неслучайно: у каждого из вас будет своя миссия, о которой даже я не знаю, но чувствую её.

– Всё это непонятно, – сделал вывод Дэвид.

Все озадаченно переглянулись.

– О какой миссии идёт речь, если мы все погибнем от твоих рук? Если тебе был дан приказ убить до последнего человека? – спросил Саймон.

– Человек, я просто знаю, что вы все неслучайны в жизни Элис. И она привязана к каждому из вас.

На такие слова больше всех отреагировал демон, ему было безумно приятно это услышать.

– И даже злобная Мерена? – удивилась Маэса, сморщив нос.

– Даже она. Не забывайте, я пробудила её, мы с ней связаны. Во мне ещё теплятся воспоминания до пробуждения, и я помню моё отношение к каждому из вас. Но признаюсь: они мне незнакомы. Ведь во мне не должно быть иных эмоций, кроме тех, что заложил Создатель. Поэтому со временем они исчезнут. И только благодаря прошлым воспоминаниям я сейчас здесь с вами. Так желает моя душа, мне кажется, что так нужно.

– Ты хочешь сказать, что со временем ты забудешь нас? – спросил Дэвид, отрицательно мотая головой.

– Я не забуду, просто не буду испытывать к вам чувств.

– А сейчас ты испытываешь? – спросил Варро, надеясь на ответ.

– Да.

– А скажи, были ли случаи, когда Исключительный менял своё решение? – спросил Арриан.

– О чём ты, ангел?

– Ты когда-нибудь шла против своего Создателя?

– Однажды.

– Значит, у вас всё же есть эмоции?

– Они были у первого Исключительного, но Создатель всё изменил.

– И ты всегда была одинока? – спросил Пассифей.

– Всегда.

– Ты приходишь в этот мир одна или есть другие? Например, в следующем воплощении родишься ты или это будет уже другой Исключительный?

– Это буду я, но преображённый и более могущественный. Каждый раз новая форма, но основа остаётся прежней.

– Не могу это представить, – сказал Дэвид.

– Не стоит забивать себе голову.

– Но почему у вас нет расы? – продолжал расспросы Пассифей.

– Это наказание за проступок первого воплощения Исключительного. Мы всегда будем приходить одни, и у нас не будет права заводить семью. Мы вечно будем одиноки.

– И что, вы не можете полюбить кого-то? – спросил Арриан.

– «Кого-то» – это кого?

– Не знаю, другое существо.

– Нет.

– Но почему?

– Потому что это будет против Создателя, и за этим последует наказание. До этого у Исключительного никогда не было подобных мыслей.

– Но можно представить, что ты полюбишь кого-то? – спросил Дэвид, глядя на ангела. Он надеялся, что чувства Арриана смогут пробудить в ней любовь.

– Я не знаю, как ответить тебе на этот вопрос, человек. Раньше у меня такого не было. Я даже не знаю, что значит «полюбить».

– Значит, это возможно, – заключил Дэвид и улыбнулся.

От этих любовных разговоров Маэса вспомнила об Аттионе и загрустила. – А как долго длится процесс полного воссоединения с личностью до пробуждения? – сменила она тему разговора.

– Всегда по-разному. Не знаю, может быть, завтра, а может быть, через неделю.

– Надеюсь, второе, – сказал Дэвид.

– Элис, а где сейчас те существа, которые уничтожат человечество? – спросил Пассифей.

– Они пробираются в ваш мир. Модраки уже поднялись на средний уровень, им осталось пробраться на Землю.

– Странно, а почему они сразу не телепортируются на Землю? – спросил Саймон.

– А ты хочешь, чтобы они уже были здесь, Саймон? – разозлилась Маэса.

– Нет, мне просто интересно, как они пробираются из мира в мир?

– Через коридор. Модраки не перемещаются через порталы, у них нет такой способности. Они проходят через мосты, соединяющие миры.

– Невероятно, существуют такие мосты? – изумился Саймон.

– Существуют.

– Они видимые? Где находится тот мост, который на Земле?

– Они невидимые, и пройти по ним может тот, у кого есть ключи. Ключи – это особые талисманы, которые указывают им путь. Эти талисманы им дала я, так что они уже проходят через миры и скоро будут здесь.

– А почему ты не перенесла их? Ты же можешь это сделать?

– Я могу перенести их за секунду, но тогда всё случится очень быстро.

– Признай, ты ещё сомневаешься? – спросил Дэвид, заметив сомнения в её глазах.

– Сомнений нет. Если вы погибнете, пока чувства Элис живы, ей будет больно, отчего у меня может возникнуть желание «сохранить парочку из вас». Поэтому я жду полного воссоединения. До того момента модраки прибудут на Землю.

– И какой способ «уничтожения людей» будет на этот раз? – спросил Пассифей.

– Не знаю, об этом договорятся существа, они сами решат, кто будет главным. Но если они не договорятся, то ваш мир ждёт катастрофа в тройном размере.

– Всё это странно, я не могу воспринимать её слова, – признался Дэвид.

– Я тебе уже говорила, человек, не вникай в это – это сложно для вашего разума.

– Ага, конечно, что-то мне не хочется погибать!

– Это неизбежно, ты умрёшь.

– Это мы ещё посмотрим.

– Значит, это неизбежно? – спросил Габриэль.

– Так и есть, смертный, это случится.

– И даже моим братьям не удастся тебя остановить?

– Нет.

– Что произойдёт с теми, кто встанет на твоём пути? – спросил Саймон.

– Они погибнут, – ответила Исключительная.

– Но они же не люди? – удивилась Маэса.

– Они помеха, а значит, их судьба приравнивается к судьбе приговорённых, – пояснила Исключительная.

– И когда это произойдёт? – поинтересовался Саймон.

– Скоро, – был её ответ.

– А если мы уйдём в другой мир? – спросил Саймон.

– Это не спасёт вас, – сказала Исключительная.

– А что будет с другими существами, обитающими на Земле? – спросила Маэса.

– Они так же погибнут.

– Значит, война идёт не только против людей, но и против других существ?

– У других существ есть время, чтобы они покинули Землю, в отличие от смертных.

После последнего заявления Исключительной у присутствующих не осталось вопросов. Спасение не найдёт никто, всем грозит опасность. Смертным не сбежать, смерть настигнет их и в других мирах. А перед существами из других миров встанет вопрос: спасаться самим или до последнего вздоха пытаться спасти Землю и человечество?

Глава 7

Смешно, с точки зрения Равновесия, удерживать Мерену в доме смертного. Ведь Равновесие продолжает считать себя самым могущественным существом во Вселенной.

Мерена хорошо сыграла свою роль в игре Исключительной: она показала себя послушной и безобидной для этой группы людей. Все поверили ей, кроме Маэсы и Варро.

Мерена ждала подходящего момента, чтобы сбежать от них куда-нибудь далеко, где Исключительная не сможет её найти. Она была уверена, что у Исключительной сейчас есть дела поважнее Равновесия, и она не будет тратить на неё время. Тогда Мерена снова сможет приступить к осуществлению своего плана. Она пришла сюда не для того, чтобы отсиживаться в комнате в компании неприятных ей людей. У неё великая миссия, которая, в отличие от миссии Исключительной, уже сформировалась в её голове. Никто не стоит за этим, никто ей не приказывает. Она свободна и никому не подчиняется. Именно это отличие придаёт ей уверенность в том, что Исключительная не такая уж и всемогущая, как она себя позиционирует. Да, она может легко обездвижить Мерену, но это лишь потому, что Селена мешает ей окончательно пробудить силу Тёмной. «Если бы уничтожить Селену, если бы искоренить всё светлое из своего тела – вот тогда я стала бы непобедимой. Тогда бы все боялись именно меня, а не этих мифических существ, которые пришли уничтожить человечество. И неизвестно, существуют ли они на самом деле. Может быть, это всё игра Исключительной, которая водит всех за нос».

И, конечно, Мерена не могла не заметить, что в Исключительной ещё живы остатки чувств и эмоций от прежней Элис. Она видела, что сейчас Исключительная слаба: она несобранна, тратит много времени на переживания, на непонятные родственные и дружеские чувства, на любовные чувства к Арриану. Мерена внимательно наблюдала за отношением Исключительной к Арриану. Она видела, что, когда Исключительная смотрит на него, её охватывают воспоминания, связанные с ним. Эти воспоминания потрясают и обескураживают её. По её растерянному взгляду было видно, что она чувствует особую связь между ними, что Арриан для неё особенный. Эти эмоции поражали её больше всего, они заставляли её переживать потрясающие состояния внутри.

Как Арриану требовалось общество Элис, так и Исключительной требовалось общество Арриана. Разумом она понимала, что оттягивает процесс уничтожения человечества, но эмоции, которые бурлили в её душе, заставляли её терять голову. Она всё чаще стала пребывать в обществе Арриана, даже не разговаривая с ним, старалась быть рядом. Она изучала его, рассматривала, следила за тем, как он общается с другими, как сжимает руки в кулаки, когда речь заходит о неприятных темах, как заразительно улыбается, когда они с Маэсой вспоминают моменты, связанные с Аттионом. Исключительная была очарована этим мужчиной. Как удивительно, что существо, которое не способно испытывать эмоции, вдруг ощущает их. Может быть, это просто ошибка? Или сила любви может изменить генетический код? Или это Элис, которая всё ещё здесь?

Мерена поняла, что благодаря этой парочкой, она может смело сбежать, когда представится удобный случай, потому что Исключительная сейчас рассеянная, её голова занята не только заданием, но и ангелом.

Мерена не хотела ждать подходящего момента и решила действовать. Она ушла через портал на нижний уровень. Блуждая по мирам, она искала подходящее место, где могла бы укрыться на время, но однажды она вернётся.

Как Мерена и предполагала, никто не заметил её отсутствия, ведь все продолжали относиться к ней с неприязнью. Однако без колких слов Тёмной, без её подковырок и язвительных фраз, в доме стало слишком спокойно и тихо. Это было совсем не похоже на поведение Мерены: чтобы она провела целый день в своей комнате, никого не оскорбив и не унизив? Это было просто невероятно.

– Вам не кажется странным, что Мерена не выходит из своей комнаты? – первым заговорил о ней Саймон.

– Вот пусть там и остаётся, – ответила Маэса.

– Нет, мне это кажется странным. Она постоянно докучала нам, оскорбляла, а теперь я не слышу и не вижу её уже два или три дня, – насторожился Саймон.

– И что ты хочешь этим сказать, Саймон? – спросил Дэвид. Он тоже не заметил ничего странного в её исчезновении. Хотя именно он должен был первым забеспокоиться и забить тревогу, ведь исчезла не только Мерена, но и Селена. Возможно, новость о том, что его сестры больше нет, подкосила его.

– Вам это не показалось странным?

– В отличие от тебя, парень, нам до неё нет дела, – слегка укорила его Маэса.

– А если с ней что-то случилось?

– Я вздохну с облегчением, – сказала Маэса, не подумав.

– Нет, не забывай, Маэса, если с ней что-то случится, то и с Селеной тоже, – заволновался Дэвид, вспомнив о своей возлюбленной.

– Ты прав, Дэвид, – теперь забеспокоилась и Маэса. – Нужно проверить.

Они втроём отправились в комнату Мерены, которая оказалась заперта.

– Мерена! – позвал её Саймон.

– Эй, ты, открывай дверь! Чего там засела? – злилась Маэса, предчувствуя неладное.

– Она не отвечает, что-то случилось, – сгущал краски Саймон.

– Мерена, открой дверь, иначе я её выломаю! – пригрозил Дэвид, стукнув по двери.

На шум прибежал Габриэль. – Что здесь происходит?

– Парень волнуется, говорит, что с Мереной что-то случилось, – объяснила Маэса.

– С Мереной? Это невозможно.

– Да? Тогда почему она не отвечает? – спросила Маэса.

– Спит, – предположил Габриэль.

– Или просто не хочет нас видеть, – размышлял Дэвид.

– Мы должны убедиться, что она в порядке. Может, Элис позовём? Она быстро её заставит выйти, – предложил Саймон.

– Зачем нам Элис, я могу выломать эту дверь, – сказал Дэвид.

Только он хотел замахнуться ногой, чтобы выбить дверь, как появился Пассифей. Он был недоволен происходящим.

– Что это вы собрались выламывать? – спросил он.

– Пассифей, Мерена закрылась внутри. Саймон считает, что с ней что-то произошло, – объяснил Дэвид.

– Я не считаю, а предполагаю, – поправил его Саймон.

– Чтобы убедиться в этом, нужно открыть дверь, – продолжил Дэвид.

– И другого способа, кроме как выломать её, ты не нашёл? – спросил Пассифей, и в его голосе послышались нотки негодования.

– Это самый быстрый способ, – ответил Дэвид.

Пассифей показал ключ и открыл дверь. Все по очереди вошли в комнату Мерены, но она была пуста, а Тёмная исчезла.

– И где она? – удивилась Маэса.

– Я чувствовал, – сказал Саймон.

– Парень, что ты чувствовал? Ты же утверждал, что с ней что-то произошло. Где эта ведьма? – спросила Маэса у Саймона.

– А она не могла выйти на улицу? – предположил Габриэль.

– Саймон утверждает, что не видел её три дня, – сказал Дэвид.

– Примерно три дня. Я не следил за ней, – ответил Саймон, начиная злиться.

– Нужно всё равно убедиться, что Мерены нет на улице, – сказал Пассифей. – Дэвид, Габриэль, обойдите дом и окрестности. Мы с Саймоном осмотрим внутри дома.

– А мне что делать? – спросила Маэса.

– А ты найди Элис, она точно знает, где наше Равновесие.

– Хорошо.

– Кстати, а где Арриан? – спросил Пассифей у всех, и те отрицательно замотали головами.

– Не знаем, он был в доме, – ответил Габриэль, насторожившись, боясь, что Мерена снова могла его похитить.

– Нет, Арриана дома тоже нет, так же, как и Мерены. Это неслучайно, вам не кажется? – сгущал краски Саймон, заставив заволноваться и остальных.

– На что ты намекаешь, парень? – разозлился Габриэль, не так поняв слова Саймона.

– А если они вместе сбежали? – почему-то предположил Саймон другую версию, отличающуюся от версии Габриэля.

– Или Мерена снова похитила его? – недовольно спросил Габриэль.

– В таком случае, где Исключительная? Все эти дни они с Аррианом были вместе. Как так получилось, что она проморгала их обоих? – озадачился Пассифей.

– Арриан ни за что бы не пошёл с этой ведьмой по собственному желанию, эта версия исключена! И Пассифей прав: почему Исключительная тогда позволила этому произойти? – продолжал отрицать совместный их побег Габриэль.

– Хорошо, давайте не будем гадать. Нужно проверить дом и окрестности, – предложил Дэвид.

– Я поищу её, – сказала Маэса.

Все разошлись по своим местам. Но ни Мерены, ни Арриана они не нашли, отчего заволновались ещё больше.

Все ждали возвращения Маэсы и Исключительной, которые отсутствовали уже довольно долго. Все надеялись, что Исключительная снова отправилась в горы, а не сбежала с парой. Но в голове у каждого промелькнула мысль, что эта троица могла затеять какой-то тайный план побега и воплотить его. Но почему он тайный? Ведь Исключительная могла бы просто схватить Равновесие и Арриана и исчезнуть с ними без лишних вопросов. Нет, здесь что-то другое.

– Неужели эта ведьма снова зачаровала Арриана и похитила его? – с тревогой произнёс Габриэль.

– Думаю, это возможно, – согласился Пассифей.

– Не может быть, – заговорил Варро, и все посмотрели на него. – Ангел не с Мереной, – заявил он с ревностью в голосе.

– Почему ты так уверен в этом? – спросил Дэвид.

– Если я говорю, значит, знаю наверняка.

– И ты знаешь, где сейчас Мерена и Арриан? – спросил Пассифей.

– Где Мерена, я не знаю, а вот где ваш ангел, знаю.

– И где же он? – встрепенулся Габриэль.

– Он сейчас с Исключительной.

– Как с Исключительной? – удивились все.

– Элис избегала ангела, она всячески старалась не встречаться с ним, – не согласился Дэвид. – Ты обманываешь нас.

– Да что же это такое? Вы постоянно мне это говорите? Я не вру, и вскоре вы убедитесь в этом сами! – разозлился Варро.

– Варро прав, Дэвид, в последнее время Элис проводила много времени с Аррианом, – сказал ему Пассифей.

– Что-то я этого не заметил, – возразил Дэвид.

– Пока вы ищете способ вернуть Элис, Исключительная сблизилась с Аррианом, – сказал Варро с каким-то отвращением и ревностью.

– Сблизилась? Это ты о чём? – Дэвид чувствовал предательство со стороны ангела по отношению к его сестре.

– Ты уверен? Она утверждает, что ей не знакома любовь, – озадачился Пассифей.

– О какой любви вы говорите? Кроме Дэвида, Арриан больше всех был дорог для нашей Элис. Возможно, Исключительная хочет поговорить с ним о ней, о их прошлом, – предположил Саймон.

– Именно о прошлом они и говорят, – усмехнулся Варро.

– А тебе откуда это известно? Ты следил за ними? – спросил Габриэль.

– Может, и следил. Кто-то должен контролировать Исключительную, вам же не до неё… Как оказалось, и до Мерены тоже. Что произошло? Она исчезла! Сбежала! – Варро словно отчитывал их за то, что они не уследили за ней.

– Элис найдёт её, и мы вернём её обратно, – сказал Дэвид.

– Если только ангел не собьёт её с пути, – Варро явно был недоволен их уединением.

– А тебе какое дело до этого? Может быть, у Арриана получится возродить чувства в Исключительной. Вдруг у него получится вернуть Элис? – вмешался Габриэль.

– Маловероятно, – усмехнулся Варро.

– Тебя это задевает, демон? То, что Исключительная общается с Аррианом, а не с тобой? Чего тебе нужно от моей сестры?

– Она больше не твоя сестра.

– Она всегда будет моей сестрой, даже если не будет помнить меня. Возможно, Пассифей, это наш шанс вернуть Элис, – произнёс Дэвид с надеждой в глазах.

– Всё возможно, Дэвид. Нужно посмотреть на Исключительную. Если в её глазах зародилась любовь, мы это поймём и тогда постараемся помочь Арриану, – ответил ему Пассифей.

– Это безумие! Мы будем терять время, наблюдая за какими-то чувствами в Исключительной? – возразил Варро.

– А ты что, воспылал любовью к человечеству и так стремишься его спасти? – спросил Габриэль.

– Я уже объяснял свою причастность, архангел, тебе снова объяснить? – раздражённо спросил Варро.

– Такое ощущение, что ты не хочешь возвращения Элис. Арриан прав: ты ведёшь какую-то игру, выгодную тебе, – задумался Дэвид.

– Бред какой-то, вы уже из ума выжили со своей Элис и с этим Исключительным. Лучше я пойду.

– Слушайте… Это голос Маэсы? – заговорил Саймон. – Она вернулась.

– Идёмте, – заторопился Пассифей.

Все направились в гостиную.

– Ау, вы где все? – звала Маэса.

– Мы идём, Маэса, – отзывался Пассифей.

Войдя в гостиную, все, включая Варро, увидели, помимо Маэсы, Арриана и Исключительную.

«Они действительно были вместе. Неужели замечания Варро верны: Исключительная влюбляется в Арриана?» – задумался Пассифей.

«Чёртов ангел, вечно мешается. Не ангел виноват, а ты, Варро. У тебя был шанс, Элис не помнила его, ты мог бы влюбить её в себя, но вместо этого ты позволил ему сделать это вместо тебя!» – думал Варро, коря себя. Глядя в глаза Исключительной, он и сам увидел те скрытые чувства Элис, которые должны были исчезнуть, но ангелу каким-то образом удалось их возродить.

– Арриан, где ты был? – спросил Габриэль.

– Мы разговаривали с Элис, – Арриан вёл себя как молодой ангел, которого застали на месте преступления: он потупил взгляд, чтобы его наставник не заметил в нём чувств к Элис.

– С Элис разговаривали? – смеясь и прищурив глаза, спросил Пассифей. – Это замечательно, Арриан. И о чём же вы говорили?

– Арриан…

Обратить внимание на то, что Исключительная назвала ангела по имени, мог только глухой, и то, если бы прочитал по губам.

– … рассказывал о прошлом… когда была прежняя Элис. Мне было интересно услышать это со стороны, я ведь не понимаю тех чувств, что ещё остались, – объясняла Исключительная.

– Ясно, – смеясь, кивал Пассифей.

– А у нас здесь ЧП произошло, – начал Саймон.

– Пока вы о прошлом говорили, – добавил Варро к фразе Саймона.

– Что за ЧП? – спросил Арриан.

Почему-то никто не решался рассказать о Мерене, возможно, боялись гнева Исключительной!

– Что произошло? – спросила Исключительная.

– Габриэль, почему вы все молчите? – Арриан не понимал, что случилось, но по глазам видел, что произошло что-то серьёзное.

– Мерена… – Исключительная огляделась, ища её. Она закрыла глаза, пытаясь увидеть её в комнате… потом в доме. Но нигде не было её присутствия. – Её нет! Мерены нет в доме.

– И где она? – удивился Арриан.

– Мы не знаем, возможно, сбежала, – ответил Габриэль.

– Хорошо, что Саймон спохватился. Он забеспокоился за неё; мы пошли проверить и не обнаружили её в комнате. А позже, осмотрев дом и окрестности, поняли, что она исчезла, – рассказал Дэвид.

– Значит, ушла через портал, – заметил Арриан.

– Так и есть, я чувствую это, – подтвердила Исключительная.

– Ты будешь возвращать её назад? – спросила Маэса.

– Конечно.

Но это оказалось не так просто: мысленно Исключительная начала искать Равновесие по всем мирам. На это ушёл весь остаток дня. Она не обнаружила присутствия Мерены в нижних и средних мирах. Исключительная была озадачена, она не понимала, где та могла укрыться? Тёмная не могла бы скрыться от неё ни в каком мире, если бы… Исключительная озадаченно открыла глаза.

– Ты нашла Мерену? – торопливо спросил Дэвид, переживая за Селену.

– Нет.

– Что это значит? Ты не можешь найти её?

– Не могу.

– Выходит, не так уж и сильны Исключительные, как вы описываете, – с лёгкой насмешкой произнесла Маэса.

– Исключительный – сильное существо, и он может найти Равновесие во всех мирах, кроме… – Элис замолчала.

– Кроме? – повторил Саймон.

– Что?

– Ты сказала «кроме». Кроме какого мира?

– Мне нужно идти, я должна проверить, – заторопилась Исключительная.

– Стой, куда ты? – заволновался Арриан.

– Я должна проверить.

– Я с тобой.

– Нет, ты останешься здесь.

Исключительная ушла.

– И куда она ушла? – спросила Маэса.

– Скорей всего, она отправилась по мирам в поисках Мерены, – предположил Пассифей.

– Мне здесь тоже делать нечего, – произнёс Варро, косясь на Арриана, после чего исчез.

– Что это с демоном? – заметил Арриан недовольство демона.

– С самого утра сам не свой, – пожал плечами Дэвид, прекрасно понимая такое поведение Варро.

– Все на взводе, да ещё и эта ведьма исчезла, – забурчала Маэса. – Я же говорила вам: не стоит ей доверять!

– Маэса, раз Элис доверяет ей, значит, и мы должны доверять, – заявил Дэвид.

– Во-первых, Дэвид, Элис никогда бы не доверяла этой ведьме, а во-вторых, посмотрите, что из этого вышло.

– Ну всё, не будем больше ворошить эту тему, Исключительная найдёт её и вернёт назад, – остановил Пассифей разгорающиеся склоки присутствующих.

– Я только не могу понять: зачем нужна Мерена? – не понимал Саймон.

– Значит, нужна, в будущем узнаем, – ответил Габриэль.

– И всё же я не понимаю, как Элис могла привести Мерену сюда и держать её с нами? Плюс ко всему, она вернула ей силу. Вы только задумайтесь: она вернула силу существу, которое держит многих в страхе; которое одним щелчком пальца может стереть нас всех с лица Земли, – рассуждал Саймон.

– Я думаю, у Элис всё под контролем, – сказал Арриан.

– Под каким контролем, Арриан? «У Элис под контролем», «Элис вернёт», «Элис», «Элис», нет больше Элис! Есть только Исключительная. А Мерена, да она только ждала этого момента… – на эмоциях проговорилась Маэса, после чего замолчала.

– О каком «моменте» ты говоришь, Маэса? – спросил Арриан.

– Уже не важно!

– Ну как же не важно? Это было так сказано, будто я виноват!

– Так и есть, Арриан, – начал Габриэль, на что Арриан удивлённо уставился на своего наставника.

– О чём вы все говорите? – спросил Арриан.

– Вас с Элис… с Исключительной не было пару дней. Мы не думали, что вы вместе, но Мерена знала об этом, она первой заметила ваши отношения и воспользовалась ими, – ответил Габриэль.

– Вы обвиняете меня в том, что я захотел пообщаться со своей возлюбленной?

– Вот только она больше не твоя возлюбленная, – заметил Саймон.

– Элис будет моей возлюбленной, несмотря ни на что. Да, она изменилась, стала холодной ко мне, её воспоминания о нашей любви тускнеют, но это не заставит меня оставить её. Никогда.

– Арриан, Абсолют наказал её одиночеством. Даже если бы она каким-то невероятным образом начала чувствовать к тебе те же эмоции, которых её лишили, вам бы не позволили быть вместе. После выполнения своего задания она уйдёт, – предостерегал ангела Габриэль. Он не хотел, чтобы Арриан страдал в будущем.

– Да, я слышал это! Но я сделаю всё возможное и не позволю огню любви в душе Элис погаснуть. Я буду его поддерживать, и в конце концов он разгорится ярким пламенем. Я знаю это. Она чувствует эти чувства, они ей приятны, хоть она и не понимает их пока.

– Если они ей приятны, значит, она их понимает, – сказал Дэвид. – Я уже говорил вам: если это поможет вернуть мою сестру, я буду только настаивать, чтобы Арриан разжёг в ней пламя.

– А вы подумали, что будет дальше, когда вы разожжёте это пламя? – неожиданно для всех спросил Пассифей.

– Дальше будет видно, – ответил Дэвид, цепляясь за эту надежду.

– Я расскажу вам свою точку зрения. Когда в Исключительной вспыхнут чувства любви к Арриану, у неё произойдёт сбой программы. Огорчить любимого станет для неё невозможным. А убийство людей и его братьев очень огорчит Арриана. Исключительной придётся нарушить приказ, она ослушается Абсолюта. Как вы думаете, что будет дальше?

– Я думаю, ничего не будет, – начал Дэвид, но Пассифей его прервал.

– Я вижу, вы не представляете, кто такой Абсолют. Кто для вас Бог? Вы боитесь его гнева?

– О, если его разозлить, он устроит конец света на планете! – рассмеялся Дэвид.

– Точно подмечено, Дэвид. Абсолют же в сотни раз могущественнее. Чтобы стереть вид под названием «человек», ему нужно только подумать об этом. Разгневанный, он может отправить целую Вселенную в чёрную дыру, уничтожив всё.

– Если он такой всемогущий, почему для убийства человека он посылает каких-то существ и Исключительных? – спросила Маэса.

– Потому что он – верховное существо, которое пребывает в балансе. Для выполнения своих распоряжений у него есть существа, подобные Исключительному. Я скажу, что станет с Исключительной: Абсолют сотрёт её и создаст новое Оружие, более свирепое, и главное, то, которое никогда не нарушит приказ. И если он отдал приказ «уничтожить человечество», поверьте: он сотрёт его с лица Земли, пусть даже это случится спустя какое-то время. И остался у нас Арриан. Что же Абсолют сделает с Аррианом? Убьёт?

– Меня не страшит смерть, я сам приду к нему, если того пожелает, – заявил Арриан.

– Нет, он не станет тебя убивать, Арриан, он сделает из тебя живую статую. Ты будешь камнем, но при этом будешь видеть, слышать и чувствовать всё. А поместит он тебя в мир к ангелам, чтобы те знали и помнили, что бывает за непослушание верховному существу. И поверь, ничьи мольбы не заставят Абсолюта вернуть тебе прежний вид. До скончания времён ты останешься статуей.

– Пассифей, вы так говорите, словно хорошо знаете этого Абсолюта! Были подобные случаи? – спросил Саймон.

– Ты прав, Саймон: Абсолют – это моя тема. Я изучаю его с молодости, ищу сведения о нём. И то, что приходилось мне читать о нём, – меня шокировало. Он жестокий, его ярость превосходит всех существующих существ во Вселенной. И он никогда не изменяет своего решения.

– Значит, гибель человечества неизбежна? – спросил Габриэль.

– Неизбежна, – ответил Пассифей.

– И что же нам делать? Ждать своей смерти? – усмехнулся Дэвид.

– Не знаю, Дэвид. Я ищу сведения, связанные с этим, и надеюсь, что что-то найду, что можно как-то исправить ситуацию.

– Хорошо, Пассифей, простите меня, нервы.

– Я понимаю. Предлагаю всем выпить кофе и немного успокоиться.

– Заодно и дождёмся Исключительного, – сказал Габриэль.

Глава 8

Исключительная искала Мерену по всем мирам. Сначала она искала её на среднем уровне, а затем спустилась на нижний. Исключительная предполагала, что Мерена могла укрыться в особом мире, где ей было бы легко спрятаться. Этот мир был неприятен для такого существа, как Исключительная, поэтому она оставила его на крайний случай. Однако Мерена либо не знала об этом мире, либо ещё не успела туда добраться. Исключительная нашла её в мире Дора. Теперь ей стало понятно, почему она не смогла учуять её: чародеи и колдуны укрыли Мерену. Это был её мир, и главенствовали в нём члены её семьи. Мора и Мариус не оставят племянницу в беде.

Как только Исключительная вступила на землю Доры, она сразу учуяла Мерену. Но и Тёмные почувствовали незнакомку, чей импульс был несравним ни с чем. Они не понимали, кто пришёл к ним – добрый или злой, и с какими намерениями? Тёмные недоверчиво стояли в стороне и наблюдали за ней. Исключительная почувствовала это, но она не испытывала эмоций, отвечающих за неприязнь, для неё это было безразлично.

Элис направилась прямиком ко дворцу, где её уже поджидали родные Мерены. Они восседали в тронном зале на белоснежных тронах из агата. Весь тронный зал был белоснежным: стены, двери, колонны, рамы на окнах, лишь красные длинные шторы и пол с чёрно-белыми ромбами притягивали к себе взгляд. Исключительная задержала свой взгляд на мозаике на потолке, которая транслировала историю их рода.

– Кто ты? И что привело тебя на Дору? – заговорил Мариус.

– Моё имя – Исключительная. Я пришла за Равновесием.

– Равновесием? И что же ты хочешь уравновесить?

– Мне нужна она. – В руке Исключительной появилось длинное серебристое копьё, полностью сделанное из металла, с двух сторон остро наточены лезвия. Этим копьём она указала на Равновесие на мозаике.

Мариус и Мора были удивлены и не ожидали увидеть в руках незнакомки оружие. В руках Моры появился голубой шар, который искрился, она была готова атаковать. А из рукава Мариуса появился острый кинжал, который он мог в любой момент метнуть в гостью.

– Не стоит, – сказала Исключительная. – Вам не в силах убить меня, только время потеряем, которого у меня и так мало.

– Кто ты? – спросила Мора.

– Я уже говорила вам: я – Исключительная.

– И кто такая «Исключительная»? Мы никогда не слышали о таком существе, – сказал Мариус.

– Потому что это тайное существо.

– И с какого ты уровня? – спросила Мора. – Из какого мира?

– У Исключительных нет мира и уровня, мы спим в Небытии.

– Небытие? – задумался Мариус. – Туда отправляют высших существ. Значит, ты из верхнего уровня.

– Ты мыслишь примитивно: в Небытие находятся не высшие существа из верхнего уровня. Их отправляют в Пустоту, спать вечным сном, откуда они больше не возвращаются.

– Ты что-то путаешь… – возразил Мариус.

– У меня нет времени рассказывать тебе о Мироздании. Загляни во Вселенскую библиотеку и прочитай об этом. Вы должны отдать мне Равновесие, и тогда я не причиню вред вашему миру.

– И что это значит? Ты не имеешь права уничтожать мир, – заявила Мора.

– Мне дозволено уничтожать миры, а вот Доре я причиню только вред.

– Зачем тебе Равновесие? – спросила Мора.

– Она от меня сбежала.

– Ты захватила её?

– Нет.

– С чего ты взяла, что она у нас? С последней нашей встречи прошло очень много времени, да и расставание у нас прошло не очень, – сказал Мариус.

– Не ври мне, король: Мерена вернула вам трон, установила порядок, и сейчас она здесь, находится за дверью, исчёрканной символами, которые сдерживают меня. Так думаете вы. Но я с лёгкостью могу сорвать эти замки и силой забрать её, при этом я обязана наказать вас. Вы должны подчиниться мне и отдать Равновесие добровольно.

Море такие угрозы не понравились, как и сама гостья. Она снова воссоздала голубой шар в руках и метнула его в Исключительную. Элис задержала шар на расстоянии метра от себя, после чего отправила его обратно в хозяйку. Мора отлетела к стене. Мариус попытался напасть, но Исключительная заставила его опуститься на колени. Он пытался сопротивляться силе Исключительной, но это было бесполезно. Он понимал, что противник перед ним могущественнее, сила которой им незнакома. Они не могут пожертвовать своим миром ради племянницы.

– Хорошо, – воскликнул Мариус. – Мы согласны!

Исключительная отпустила его.

– Мариус, ты правда пойдёшь на это? Ты не боишься гнева Мерены? Она убьёт нас, – разволновалась Мора.

– Вот что действительно убьёт нас, если мы сейчас же не отдадим ей Мерену, – указал головой на Исключительную Мариус. Море оставалось только согласиться. – Мора, сними заклинание.

Мора неохотно, но закрыла глаза, начала что-то шептать про себя, а затем, открыв глаза, произнесла: – Чары развеяны, теперь ты можешь забрать её.

– Благодарю вас, правители Доры, вы приняли верное решение.

Однако Мерена тоже почувствовала присутствие Исключительной: она не собиралась так просто сдаваться. Мерена давно выбралась из комнаты и переместилась в город.

Исключительная мысленно отправилась в комнату, где прятали Равновесие, но, не обнаружив её, посмотрела на Мариуса и Мору. – Вы играете со мной?

– Что? О чём ты? – заволновалась Мора.

– Где она?

– Она в той комнате, – нерешительно произнесла Мора.

– Её там нет.

– Это невозможно, я сама закрывала её там.

– И всё же её нет.

– Она выбралась оттуда и сбежала. Учуяв тебя, она сбежала, – предположил Мариус.

– Она в городе, я чувствую её там, – сказала Мора.

Не раздумывая, Исключительная переместилась в город, в самую его гущу, где было больше всего жителей. Было две причины, почему Мерена переместилась именно сюда: возможно, чтобы слиться с толпой, а возможно, чтобы совершить преступление. Второй вариант больше подходил Мерене. Она задумала что-то нехорошее, и как только рядом с ней появилась Исключительная, та заморозила всех Тёмных. Её поступок был непонятен для Исключительной. Она посмотрела на Тёмных, а затем перевела взгляд на Равновесие.

– Ты сбежала, но я запретила тебе покидать дом.

– Ты не можешь приказывать мне и удерживать меня.

– Я имею на это право.

– Та компания мне неприятна.

– Естественно, ты причинила им столько боли.

– Как и они мне.

– Мы возвращаемся назад.

– Нет, не подходи ко мне, я не пойду с тобой. Мне не нравится твоя затея. Я не хочу быть в вашей шайке. У меня свои планы.

– Ты пойдёшь со мной.

– Только посмей, и я убью их всех.

– Мне всё равно.

– Тебе всё равно на невинных?

– Да.

– Ты действительно монстр, – усмехнулась Мерена.

– Я Исключительная.

– Зачем тебе сдалась я?

– Ты должна быть рядом.

– Зачем?

– Со временем поймёшь.

– Я хочу знать сейчас.

– Мне так сказали.

– Кто сказал? Абсолют?

– Возможно, я не знаю.

– Как это?

– На Кшатрии голос сказал мне, что ты должна пойти со мной.

– А для чего я тебе, он не сообщил?

– Нет.

– Постой, я только сейчас стала осознавать: ты пришла, чтобы уничтожить человечество, так?

– Так.

– А я желаю не меньше тебя уничтожить всех существ и все миры…

– Задание – только человечество.

– Да-да, я помню. Тот голос, наверное, знает, что ты не справишься одна, поэтому приказал взять тебя с собой, чтобы мы вместе уничтожили человечество, – предположила Мерена, отчего засветилась от счастья.

– Возможно.

– Не «возможно», а так и есть.

– Мы отправляемся немедленно.

– Мерена, что ты сделала с Тёмными? – ужаснулась Мора.

– О, только вас мне не хватало! Тётя, зачем пришла сюда?

– Немедленно освободи их! – приказала Мора племяннице.

– С чего это?

– Мерена, ты не можешь так поступать со своим народом, – произнёс Мариус.

– Со своим народом, дядя? У меня нет народа, как и семьи, я одна, поэтому мне плевать на них и на вас.

– Исключительная, ты позволишь ей убить Тёмных? – спросила Мора.

– Это её дело, не моё.

– Значит, ты такая же, как она? – спросил Мариус.

В очередной раз сравнение с Мереной, которую все считают злой и ненавидят, было неприятно Исключительной. Она считала себя хорошим существом, своего рода санитаром Вселенной, который делает благое дело. Однако со стороны она, вероятно, тоже выглядит монстром, похожим на модраков. – Я не такая, как она, я выполняю приказ, – ответила Исключительная.

– Если она уничтожит Тёмных, Дора зачахнет. Этот мир живёт благодаря силе Тёмных, – сказал Мариус.

– Меня это не волнует, – ответила Исключительная.

– А что скажут высшие существа, когда узнают, что ты поспособствовала уничтожению целой расы, а в будущем – целого мира? – спросил Мариус.

Исключительная задумалась. Её задание – уничтожить только человечество. Если погибнут Тёмные, она расстроит Создателя, и он накажет её. Ей было всё равно на жителей Доры, но Мариус был прав: нельзя позволить Мерене убить их. – Сними чары! – приказала Исключительная.

– Ни за что, я уничтожу их! – ответила Мерена. Она щёлкнула пальцем, и все Тёмные рухнули на землю, разбившись на мелкие кусочки.

– Нет, что ты сделала? Ведьма, ты уничтожила свой народ! – потрясённо произнесла Мора, упав на колени.

– Вы – народ Селены, не мой, не забывайте! – сказала Мерена.

– Ты – Тёмная, а Селена – смертная, – напомнила ей Исключительная.

– Неправда! У меня нет расы, как и дома, – ответила Мерена.

– Если бы тебя покинула сила Равновесия, то ты стала бы Тёмной, – пояснила ей Исключительная.

– О чём это ты говоришь?

– Я говорю, что без силы Равновесия ты Тёмная. Ты совершила ошибку, за которую тебя ждёт наказание.

– Наказание? Ты меня накажешь?

– Нет, не я. Я лишь верну тебе истинный облик.

Эти слова испугали Мерену. Она подумала, что Исключительная ведёт речь о Селене. Она попятилась назад, выставляя руки. – Стой, стой, ты хочешь выпустить эту глупую девчонку?

– Нет.

– Ты должна выпустить Селену, а эту ведьму посади на её место! – заявила Мора. Но племянница залепила ей рот.

– Ты не можешь так поступить со мной. Если ты выпустишь эту девчонку, она никогда не согласится тебе помочь, она не станет убивать людей. Она сама человек, Селена любит человека! – попыталась убедить Исключительную Мерена.

– Я не собираюсь выпускать светлую личность. Я упорядочу вас, – ответила Исключительная.

– Что это значит? – спросила Мерена.

Исключительная закрыла глаза. Мерена почувствовала неладное. Она хотела сбежать через портал, но Исключительная снова лишила её силы.

Возле Мерены начал клубиться серый густой дым, который вскоре полностью окутал её. Дым начал закручиваться в воронку. Мора и Мариус, не понимая, что происходит, наблюдали за происходящим. Они не знали, что именно эта девушка делает с их племянницей. Однако через пару минут их вопросы рассеялись вместе с дымом. Перед ними появилось Равновесие в своём истинном обличье: правая половина принадлежала Селене, а левая – Мерене.

Увидев истинный облик Равновесия, Мора и Мариус сразу же вспомнили свою мозаику, на которой их племянница была изображена именно в этом воплощении. Сомнений не было: перед ними стояло истинное Равновесие.

Селена была тёмной стороной: её волосы были цвета воронова крыла, ярко-голубой глаз, а черты лица были расслаблены. Мерене досталась светлая часть: её ослепительно белые волосы были словно белый снег, чёрный глаз, а черты лица напряжены. На шее Равновесия висело колье в виде диска, светлая сторона которого принадлежала Селене, а тёмная – Мерене. Платье Равновесия было чёрного цвета, из плотной ткани, до пола. Поверх платья был надет кожаный корсет с нарукавниками, доходящими до самых плеч. Равновесие смотрело на своих дядю и тётю.

– Селена! – обратилась к ней Мора.

– Да, это моё имя. Ты меня видишь?

– Да, Селена, ты на свободе.

– Но это как посмотреть, – вмешалась Мерена.

– Я не понимаю, они обе в сознании? – спросила Мора у Исключительной.

– Да, теперь они обе вместе, никто из них не сможет посадить другого в клетку или как-то навредить.

– Я не понимаю, что происходит? – недоумевала Селена.

– Вскоре ты всё поймёшь, – сказала ей Исключительная.

– Давай я объясню тебе: эта сумасшедшая вытащила тебя отсюда и усадила тебя рядом со мной на трон, а ещё она испортила наш облик, сделала нас уродами, – недовольно говорила Мерена.

Мерена взмахнула рукой, и из фонтана поблизости поднялась вода, превратившись в зеркало. Селена посмотрела на своё отражение и была шокирована и расстроена. Ей не понравился её новый облик. Мерена была права: она стала уродливой, её красота, о которой все говорили, исчезла. Как теперь отреагирует на неё отец? Как отреагируют соплеменники? А главное, как отреагирует Дэвид, когда увидит её? А если он испугается?

– Я останусь такой навсегда? – спросила Селена у Исключительной.

– Да.

Глядя на Исключительную, Селена почувствовала, что знает её. «Это же та смертная, новая любовь Арриана. Я помню её. Но почему Мерена сказала, что это она сделала меня такой?»

«Из нас, Селена, не забывай, теперь мы неразлучны», – вмешалась в её мысли Мерена.

«Только не это! За что мне это наказание?»

«А ты что думала, что так легко сможешь избавиться от меня и счастливо жить со своим смертным? Нет, не выйдет, я не позволю тебе».

– Я помню тебя, ты была на том поле в будущем, ты была с Аррианом… «Элис» тебя зову, – воскликнула Селена, вспомнив её.

– Ты права, так звали меня раньше.

– Раньше? А как сейчас?

– Исключительная.

– Исключительная? – Селена задумалась. – Мне знакомо твоё имя. – Это ты зря сделала, теперь эта девчонка раздражает меня ещё сильнее, – заявила Мерена Исключительной.

– Привыкай, теперь это твой истинный облик до конца твоих дней.

Селена была задумчива, она никак не могла вспомнить, откуда ей знаком этот Исключительный. Мерена чувствовала себя неуютно в своём новом облике. Ей непременно нужно было устранить помеху: она попыталась влезть в разум Селены и спрятать её внутри своего. Селена почувствовала знакомое давление, связывающее её тело. Она поняла, что что-то не так. – Ты что делаешь? – спросила она. Мерена молчала. – Она пытается снова меня заключить в своём разуме.

Исключительная, прищурив глаза, влезла в разум Мерены. Неповиновение Мерены ей порядком уже надоело. Её глаза загорелись ярко-жёлтым светом. Увидев это, Мерена осознала, что разозлила Исключительную, а это плохо.

– Я же предупреждала тебя, чтобы ты не злила меня? – спросила Исключительная, обращаясь к Мерене и закрывая глаза.

– Я поняла, я не трону эту девчонку, обещаю! – забеспокоилась Мерена. Но было уже поздно.

Через мгновение возник вихрь, который закручивался в воронку, поднимая перламутровый песок Доры. Никто не мог представить, что задумала Исключительная и какое наказание она приготовила для Мерены. Воронка становилась всё больше, заставляя всех отступить назад.

Через несколько секунд из воронки вышли два огромных существа. Их лица были без глаз, с маленьким носом и ртом. Одеты они были в развивающиеся плащи. Один сург был белым, как волосы Мерены, а другой – чёрным, как самая тёмная ночь. Они склонили головы перед Исключительной.

– Ты звала нас? – спросили они глухими голосами.

– Равновесие пробудилось, а вместе с ним пробудились и вы. Вы знаете свою обязанность.

– Да.

Они повернулись к Равновесию.

– Сурги из покон веков тайно следовали за Равновесием. Их обязанность – сдерживать каждую из личностей, усмирять их пыл, – объяснила Исключительная.

– Ты хочешь, чтобы эти мерзкие существа следовали за мной по пятам? – воспротивилась Мерена.

– Не за тобой, а за вами. Эти существа усмирят тебя, отобьют твою жажду навредить светлой личности. Теперь она для тебя самый дорогой человек, без неё ты умрёшь, только вместе вы можете воссоздать силу и воспользоваться ей. По одиночке никто из вас больше не может использовать силу Равновесия. Поэтому, Мерена, тебе следует подружиться с Селеной, потому что твоё могущество зависит от неё. Сурги будут с вами до последнего вздоха.

Исключительная махнула рукой, и сурги начали трансформироваться: из своего гигантского размера они уменьшались до размера небольшого животного, а затем стали преобразовываться в других существ, более привычных глазу окружающих. После окончательной трансформации два ворона сели на плечи Равновесия. Белый сел на правое плечо, которым заведует Селена, а чёрный сел на левое, которым заведует Мерена.

– Ворон – это тотем Равновесия. И не думайте, что это просто птица. Попытаетесь навредить им, и они снова трансформируются в свой истинный облик и покарают вас.

– Что значит «покарают» вас? Они могут убить нас? – задумалась Мерена.

– Нет, не убьют, лишь накажут вас на своё усмотрение. Советую не злить их.

Мерена посмотрела на своего ворона, взглянула прямо в его сверкающий глаз. Она хотела сбросить его со своего плеча, но ворон всполошился и клюнул её в лицо, расцарапав кожу до крови.

– Не стоит этого делать, царапина – это мелочь, он может выколоть твой глаз, – предупредила Исключительная.

– И тогда я его снова воссоздам, – кожа Мерены за считанные секунды регенерировалась.

– А теперь, Равновесие, обретя истинный облик, определи: нарушено ли на Доре равновесие?

Равновесие осмотрелось по сторонам, а затем закрыло глаза. Вокруг него воссоздалась картина «расправы Мерены над Тёмными». Это и было нарушением равновесия на Доре. Равновесие открыло глаза и посмотрело на осколки льда, покрывающие землю вокруг.

– Да, на Доре нарушено равновесие, – ответило Равновесие.

– У Равновесия есть два варианта навести равновесие, – начала Исключительная. – Первый: оживить всех Тёмных и нарушить законы Смерти, разозлив её, – продолжила она. – Второй: уничтожить других существ из мира, параллельного Доре, чтобы уравновесить, но тогда на вас обрушится ярость Создателя.

Равновесие задумалось: какое из двух зол будет менее опасно для него и других? – Жнецы ещё не прибыли на Дору, поэтому Тёмных ещё нет в их списках, поэтому я выберу первый вариант, – ответило Равновесие.

В руке Равновесия появился его великолепный посох. Оно закрыло глаза и двумя руками обхватила посох. Из посоха просочилась голубая нить, которая обвивала каждый осколок льда, поднимая его и соединяя вместе. Равновесие водило посохом по каждому Тёмному, воссоздавая ледяные статуи. После лёд раскололся, и Тёмные вышли из ледяного плена. Всё было возвращено на свои места. Тёмные даже не поняли, что с ними произошло. Они были удивлены тем, что не понимали, как оказались здесь, и почему вокруг них их правитель и два незнакомых существа?

– Порядок в Доре наведён, Равновесие восстановлено. Теперь нам нужно отправляться в путь, – сказала Исключительная.

– И куда вы пойдёте? – поинтересовалась Мора.

– Туда, для чего мы были рождены, – загадочно ответила Исключительная и исчезла вместе с Равновесием.

Мора и Мариус были озадачены. Они почувствовали, что что-то надвигается, ведь зачем тогда два могущественных существа были призваны на Землю? Возможно, это будет война вселенского масштаба, которая захватит все миры. Поэтому не стоит расслабляться. Их задача – подготовить свой мир к возможной атаке. Нужно укрепить границы заклинаниями, призвать всех сильнейших магов и воссоздать щит, чтобы никто не смог прорваться к ним. Впереди много работы. Правители отправились в свой дворец.

Глава 9

Когда Исключительная и Равновесие вернулись в дом Пассифея, все с нетерпением ждали их возвращения. Никто не думал увидеть Равновесие в новом облике, а главное – увидеть, что Селена на свободе.

Когда Равновесие вышло из-за спины Элис, в комнате повисла изумлённая тишина. Маэса сразу узнала свою принцессу и, сорвавшись с места, взяла её за руки.

– Моя принцесса! – воскликнула она.

Услышав слова Древней, Дэвид встрепенулся и внимательно всмотрелся в лицо девушки.

– Моя Маэса! – улыбнулась Селена.

– Я не верю, вы вернулись.

– Да, я вернулась.

– Но как? Это Элис тебя освободила?

– Не мечтай, Древняя, я всё ещё здесь! – из уст Селены раздался голос Мерены, который огорошил всех.

Маэса скривила лицо от непонимания, после чего на её лице отразились разочарование и злость. Она подумала, что Мерена намеренно притворяется Селеной, чтобы поиздеваться над ними. Древняя медленно отходила от Равновесия, а некоторые из присутствующих, в частности Дэвид, расстроились.

– Маэса, прости! – снова услышали все голос Селены.

– Снова играешь с нами? Не надоело тебе? – возмутилась Маэса.

Селена почувствовала горечь и разочарование. Она мечтала о свободе, о встрече с близкими, но её новый облик, который ей показала Мерена, оказался хуже клетки.

Она внимательно вглядывалась в лица присутствующих, пытаясь уловить их эмоции. Но по разочарованию и непониманию в их глазах она поняла, что её новый облик отвратителен для них.

Облик, который ей показала Мерена на Доре, был уродлив. Это была ещё одна уловка Мерены – она намеренно показала принцессе изуродованное лицо, обрамлённое чёрно-серыми волосами, словно она превратилась в старуху. Селена и до этого момента считала себя уродливой, но на самом деле её новое воплощение Равновесия было необыкновенным. Оно завораживало своей индивидуальностью и придавало обладательнице мистический облик. Этот образ не напугал присутствующих, а, наоборот, заворожил их. Они даже не могли себе представить, что истинный облик Равновесия на самом деле такой. А разочарование на их лицах было от того, что они продолжали считать, что перед ними Мерена, а Селена всё ещё заперта внутри этого тела.

– Маэса, это я, Селена! – попыталась объяснить принцесса.

– Я ни за что не поверю тебе, мерзкое существо! – ответила Древняя, подтверждая страхи Селены о её новой внешности.

Принцесса ощутила такую гнетущую неприязнь внутри, что снова захотела спрятаться в клетке.

– Подожди, Маэса, девушка говорит правду, – вступился Пассифей. – Селена, ты на свободе?

– Да.

– Мерена, ты тоже здесь? – обратился старик к тёмной личности Равновесия.

Мерена не спешила отвечать, пытаясь ввести их в заблуждение… – А ты как думаешь, старик? Естественно, я здесь.

– Элис, это ты сделала их такими? – спросил Пассифей.

– Я вернула Равновесию его истинный облик, – ответила Исключительная.

– Это и есть истинный облик Равновесия? – удивлённо спросил Саймон, кривя рот. Это ещё больше расстроило Селену: она хотела было отвернуться, но Мерена не позволила ей.

– Да, это истинный облик Равновесия, – подтвердила Элис.

Дэвид заметил, что Селена опечалена своим новым обликом. Вероятно, ей сложно его принять, ведь она всегда славилась своей красотой. И присутствующие совершенно не следят за своими словами, которые ранят нежную принцессу. – Она прекрасна! – произнёс заворожённый Дэвид, чтобы хоть как-то поддержать Селену.

Селена подняла глаза на смертного, на которого старалась даже не смотреть, она боялась увидеть именно его реакцию. Она боялась, что, увидев её такой, он потеряет к ней всяческий интерес. Но то, как он смотрит на неё, то, как он произнёс эти слова, успокаивало Селену, развеивало её дурные мысли.

– Ничего прекраснее не видел в своей жизни! – Дэвид продолжал восхищаться Селеной, словно позабыв, что в комнате помимо них двоих присутствует ещё кто-то. Мужчина словно признавался ей в любви. Многие знали о чувствах парня к принцессе, остальные были порядком удивлены. Дэвид всегда скрывал свои чувства, не любил, когда другие намекали на них, но сегодня он в открытую выпустил свою симпатию наружу. Дэвиду было больно видеть Селену печальной.

– Ну надо же, Дэвид, сколько чувств, даже я поверила тебе! – испортила момент Мерена. – Мерена, хватит! – заругалась Селена. – Спасибо, Дэвид, но мне кажется, ты намеренно так говоришь, чтобы я не расстраивалась.

– Моя принцесса, вас расстраивает ваш новый облик? – спросила Маэса.

– Да.

– О, Селена, вы действительно прекрасны, Дэвид прав! – сделал комплимент Пассифей и улыбнулся девушке.

– Твою красоту не испортит ничто, – добавил Арриан.

Селена улыбнулась, она не до конца верила в их слова, но всё же они были приятны и немного успокаивали. – Благодарю вас всех. – Я считаю, что наш новый облик – уродлив, – снова сказала Мерена.

– Мерена, пожалуйста, перестань убеждать Селену, что она выглядит ужасно. Моя дорогая принцесса, поверь мне: ты прекрасна. Арриан прав: твою красоту невозможно испортить. Твой облик непривычен для тебя, как и для нас, но он фантастический, – Маэса старалась убедить свою принцессу в её красоте.

– Теперь так будет всегда? Они обе будут разговаривать? – заговорил Саймон. – Существовать? Я иначе представлял себе Равновесие.

– Со временем останется одна личность. Две личности соединятся в одну, – заявила Исключительная, ошеломив всех, в первую очередь Мерену.

– Выходит, Равновесие станет таким же, как ты? – продолжал Саймон.

– Нет, не таким, как я. Во мне изначально была одна личность…

Услышав это, Селена задумалась. Она посмотрела на Арриана, который как-то иначе смотрел на свою смертную: в его глазах была боль. Её расстраивали страдания Арриана. Он был дорог для неё, и, конечно, она хотела бы, чтобы он был счастлив. Своё счастье он увидел в смертной, мечтал обрести с ней покой, но судьба к нему неблагосклонна: она решила испытать его душу, завалив испытаниями. И даже став прежним, на него навалились новые испытания, которые могут сломить окончательно. Вероятно, это карма падшего. Но всё же слова Исключительной озадачили Селену: она знала иную историю об Исключительном, которую ей непременно нужно рассказать Арриану и другим.

– Мы были рады, в кавычках, вас всех повидать, но теперь мы удалимся, – сказала Мерена, решив за вторую личность. – Нет, мы никуда отсюда не уйдём! – воспротивилась Селена. – Что, ты серьёзно хочешь остаться с ними? – Мерене не понравилось неподчинение второй личности, которую она привыкла принижать. – В отличие от тебя, они все мои друзья, которых я давно не видела. – Друзья ли? – Мерена кинула взгляд на Габриэля. – Мы остаёмся, – уверенно заявила Селена. – Даже не думай, что сможешь командовать надо мной, – пригрозила Мерена.

Как бы Мерена ни настаивала на том, чтобы они ушли, Селена была непреклонна. У неё было две причины остаться… нет, три. Во-первых, она должна была понаблюдать за Исключительной и дождаться, когда та уйдёт, чтобы поговорить с остальными о ней. Во-вторых, Маэса. Трагедия, которая с ней произошла, была невыносима для Селены. Она должна была поговорить с ней и поддержать её. И, в-третьих, Дэвид. Его общество будоражило кровь принцессы, а его карие глаза так и манили её. Селена хотела насладиться его обществом как можно больше. Но сначала нужно было поговорить с Маэсой.

Селена подошла к подруге и отвела её в сторону. – Ох, моя Маэса, твоя боль – это и моя боль. Я плачу вместе с тобой. Я не могу простить себя за это преступление. Это самое страшное из того, что я сотворила.

– Нет, нет, это не ты сделала, а Мерена.

– Именно, и я не отказываюсь от этого, а главное, не жалею ни о чём, – вмешалась Мерена, чем разозлила Селену. – Перестань, Мерена! Не смей вмешиваться в наш разговор. Не смей говорить так нагло. Не смей! – угрожающе произнесла Селена. – И что ты сделаешь? – Ты забыла про сургов? Я могу призвать твоего, и он усмирит твой пыл. Вот только Исключительная не сказала, каким именно образом они это делают. – Ладно-ладно, я замолкаю, не буду мешать вашей беседе.

– О каких «сургах» вы говорите? – недоумённо спросила Маэса.

– Чтобы ни одна из нас не смогла навредить другой и использовать силу неравномерно, к нам приставлены сурги. Сейчас они невидимы, но поверь: на наших плечах сидят вороны. Они контролируют нас.

– Правда? – Маэса уставилась на плечи девушки, пытаясь увидеть скрытых сургов.

– Ты не увидишь их. Я как-нибудь покажу тебе их. Маэса, ты не представляешь, как мне жаль Аттиона. Он был таким славным Древним, он был мне братом, я его так любила. Не могу поверить, что его больше нет. Не могу поверить, что это сделала я, хоть и в злом воплощении. Мне нет прощения.

– Прошу тебя, не печалься. Это не ты, и я это знаю. Эта боль раздирает мою душу, заставляет испытывать невыносимое угнетение и безысходность. Моя потеря велика, но у меня есть все вы. Я должна присматривать за вами, охранять вас. Вы моя семья.

– Я всегда помогу тебе, Маэса. Когда всё это закончится, мы будем вместе, отправимся в Мерин. Я всегда буду с тобой.

– Эх, Селена, ты, вероятно, не всё знаешь…

– О чём ты, Маэса?

– Боюсь, подобную боль вскоре придётся испытать и тебе.

– Я не понимаю.

– Я говорю о Дэвиде.

Селена посмотрела на Дэвида, который стоял с мужчинами и периодически бросал на неё взгляд. – Не понимаю.

– Ты знаешь, зачем здесь Исключительная?

Принцесса задумалась. – Нет.

– Её задание – уничтожить землян. Всё человечество, всех до последнего, в том числе и Дэвида.

– Нет, не может этого быть!

– Может, моя дорогая.

– Но как можно уничтожить целую расу?

– Так пожелало верховное существо.

– Ты про Абсолюта?

– Ты знаешь?

– Да, я знаю историю Исключительного.

– Но откуда? Пассифей сказал, что нет никаких сведений об этом существе.

– Тогда как тебе стало известно?

– Варро говорил о трёх загадочных скрижалях, в которых упоминалось о подобном существе.

– Да, я знаю о них.

– Значит, это правда, Селена?

– Они существуют, но скрыты от глаз. Вероятно, Варро нашёл их, но они недосягаемы для демонов… Он не смог бы прочесть текст, но других источников больше нет… – рассуждала Селена, пытаясь сложить все фрагменты воедино.

– Он уверяет, что их нет у него.

– Вероятно, это ложь, – предположила Маэса. – Он лжёт. Этот демон не упустит возможности завладеть такими артефактами, написанными самим Творцом. Но меня удивляет не это… Как он прочёл их? Текст белой скрижали скрыт для тёмных.

– Архангелы ищут их. Они тоже считают, что скрижали у демона. Архангелы разберутся.

– Если задание Исключительной правда, то, боюсь, у архангелов забот прибавится, им будет не до скрижалей сейчас… как и у демонов. Ангелы и демоны напрямую связаны с человечеством, и, если будет уничтожена эта раса, соответственно, исчезнут и они.

– Да, архангелы говорили об этом, – согласилась Маэса.

Селена указала на Элис и спросила: – А что с этой девушкой? Она совершенно не помнит прошлую жизнь?

– Элис – Исключительная? Говорит, что остались ещё воспоминания и эмоции, которые она не понимает, но вскоре исчезнут и они.

– А Арриана она помнит?

– Нет. Но мы заметили, что Исключительная, общаясь с ним, испытывает к ангелу какие-то чувства, вероятно, он ей нравится.

– Почему ты так решила? – поинтересовалась Селена.

– По первости она даже не смотрела на него, а теперь всё больше проводит с Аррианом время. Они пропадают днями. Это нам на руку: так она забывает о своей миссии, продлевая жизнь человечеству, – заметила Маэса.

– Как мне известно, Исключительные не наделены такими эмоциями. Их наказание – одиночество, они никогда не смогут никого полюбить и создать отношения. Но, возможно, всё не так? Возможно, никто и не знает настоящего Исключительного.

– Селена, а откуда ты знаешь об Исключительных? – спросила Маэса.

– Мне довелось прикоснуться к тем самым скрижалям и изучить их. Эти скрижали необычные, надпись скрыта. Белая скрижаль недосягаема для тёмных. Серая и чёрная открыты частично: таким, как Варро, будет видна поверхностная надпись, имеющая краткую форму повествования, а таким, как я, древним существам, дано видеть всю картину целиком. И знаешь, что я тебе скажу, Маэса?.. Либо Исключительная лжёт вам, либо она сама не знает о себе всей правды.

– Что вы имеете в виду?

– Я хочу поделиться своими мыслями со всеми. Одно могу сказать точно: разум смертной не умрёт. Он может быть поглощён забвением, но не исчезнет так быстро.

– Вы хотите сказать, что мы можем спасти Элис?

– Мы можем продлить ей жизнь. Вытащить её из забвения.

– Что это значит?

– До полного превращения Исключительного требуется время. И то, что ты говоришь об эмоциях, позволяет мне сделать вывод: полного превращения не было, а это значит, у нас есть время. Элис можно вернуть.

– Моя принцесса, вы сейчас подарили мне надежду. Нужно немедленно рассказать всем об этом.

– Не торопись, Маэса, это нужно скрыть от Исключительной. Я пока не знаю, в курсе ли она этого? Дождёмся, когда она уйдёт, тогда и расскажем.

– Вы правы.

– Маэса, ты снова обращаешься ко мне на «вы», не нужно этого.

– Прости, я отвыкла.

Слова Маэсы были правдивы: Исключительная и Арриан не отходили друг от друга, они вместе гуляли на улице; вместе уединялись в комнате. Селена и сама убедилась: Исключительная чувствует тягу к ангелу, ей приятно общаться с ним. Вот только принцессе не терпелось поведать всем об этом существе. Селена перевела взгляд на Дэвида, который улыбнулся ей. Ей так хотелось поговорить с ним, услышать его голос, но было страшно.

– Иди, поговори с ним, – сказала Маэса, видя желание своей принцессы.

– Я не знаю, о чём мне с ним говорить.

– Я думаю, вы найдёте общий язык. Вы оба хотите поговорить.

– Не знаю.

Засмущавшись, Селена убежала на кухню. Дэвид посмотрел на Маэсу, та кивнула ему головой в сторону кухни. Мужчина понял намёк Древней. Не привлекая к себе внимания, он ушёл из гостиной на кухню.

Селена стояла у окна, спиной к двери. Когда Дэвид шёл к ней, он был уверен в себе, но как только он переступил порог кухни, у него перехватило дыхание, и мысли спутались. В голове не было ни одной подходящей мысли о том, с чего начать разговор. Дэвид, который мог найти общий язык с кем угодно и разговорить кого угодно, сейчас стоял в растерянности, как школьник.

Селена почувствовала чьё-то присутствие и начала поворачиваться. От этого страх Дэвида только усилился. Чтобы не показаться ей трусом, он спросил первое, что пришло ему в голову: – Селена, ты расстроена?

Услышав голос человека, который заставлял её сердце биться чаще, а голову кружиться, Селена растерялась. – Нет, с чего мне расстраиваться? Тебе показалось.

– Возможно. Я рад, что ты теперь на свободе.

– Пока ещё не полностью, – сказала Селена. – И даже не рассчитывай на это, мерзкая девчонка! – предупредила её Мерена.

Дэвид не мог привыкнуть к тому, что помимо принцессы есть ещё и вторая личность, которая периодически даёт о себе знать. Это не лучший свидетель их взаимоотношений, потому что благодаря ей влюблённые не решаются признаться в своих чувствах.

– Снова ты? – возмутилась Селена. – Снова я. Привыкай, девочка, теперь мы с тобой неразлучны, – ответила Мерена. – Тебе лучше удалиться, – сказала Селена. – Ах, понимаю-понимаю. Я и сама хотела исчезнуть, лишь бы не слышать вас двоих. Но это я делаю только в этот раз, – ответила Мерена.

Дэвид молчал, он ждал, когда они останутся наедине.

– Она ушла, мы одни, – сказала Селена.

– Отлично, а то её общество мне не особо нравится.

– А мне-то как оно не нравится, но ничего не поделать.

– Элис говорит: это временно, вскоре вы соединитесь.

– Но это уже не буду я.

– Мы не знаем этого.

– Я знаю, Дэвид.

– И всё же, мы рады, что ты снова на свободе. Мы переживали за тебя.

Селена понимала, что под «мы» Дэвид скрывает «я». Ей было приятно, она слегка улыбнулась. – Я чувствовала это, Дэвид.

Снова повисла лёгкая тишина.

– Ты переживаешь за сестру? – спросила Селена.

– Безумно. Всё случилось неожиданно, раз – и сестры больше нет.

– Почему ты думаешь, что её нет? – перебила его Селена.

– Она так сказала.

– Сказала, что Исключительная и твоя сестра – это одно существо? И что импульс Исключительной убил её?

– Да.

– И теперь прежней Элис не существует!?

– Да.

– Я уже говорила Маэсе, Дэвид: Исключительная неправа. Не знаю, скрывает ли она что-то или просто не знает, но перевоплощение в Исключительную ещё не произошло.

– Не понимаю. Ты хочешь сказать, что Элис должна перевоплотиться, как ты? – уточнил Дэвид.

– Что изменилось в Элис?

Дэвид задумался. – Глаза, эмоции.

– Исключительный – древнее существо, которое имеет свой облик, как и Равновесие. Это существо состоит из плоти, как мы с тобой.

– И ты знаешь, как оно выглядит? – поинтересовался Дэвид.

– Исключительный может воплощаться как женщиной, так и мужчиной. В разных воплощениях принимает те физические качества, которые присущи данному виду. Воплотится смертным – будет именно в этом облике. Воплотится архангелом – приобретёт все способности этих существ: менять свой рост, летать, исцелять и так далее. Но это я имею в виду до полного перевоплощения.

– А может он переродиться в ангела? – спросил Дэвид.

– Если его задачей будет «искоренить ангелов», то да. Он может воплощаться в любом облике.

– Но какой у него истинный облик? Он ужасный? – поинтересовался Дэвид.

– Их облик прекрасный… но в то же время пугающий. У меня есть понимание этого, но объяснить тебе сложно. Чтобы понять, это нужно увидеть.

– Не понимаю, оно многолико и принимает образ существа, в котором родится?

– Да. Точного описания Исключительного я не видела, но предположила: это существо до прихода спит в Небытии. Я знаю много о Небытии. Это мир, как вязкие воды чёрного цвета и белого. Существа, что находятся там, сами состоят из этого вещества: чёрные, словно созданные из дёгтя, а белые – из масляной краски. У них нет лиц, нет рта, нет ушей.

– Ты говорила, их облик прекрасный, – заметил Дэвид.

– Так и есть вне Небытия. Даже в облике свирепого демона с Ашуры они прекрасны, – подтвердила Селена.

– Поспорить с этим не могу, потому что не видел. Если судить по облику Варро, то они и в самом деле прекрасны, – согласился Дэвид.

Селена засмеялась. – Ты считаешь, это истинный облик Варро?

Дэвид растерялся. Он, конечно, имел представление о демонах, сложившееся у него по фильмам, но, встретив одного из них, оно поменялось. – Они мерзкие, как представляют их в фильмах? – спросил Дэвид.

– Что за фильмы? – поинтересовалась Селена.

Дэвид забыл, что Селена из мира, намного древнее Земли. – Это постановки такие.

– А, я поняла: спектакль из актёров. К нам в Мерин часто приезжают актёры с разных миров, – вспомнив дом, принцесса загрустила.

– Всё хорошо?

– Да, вспомнила Мерин. Я так давно не видела отца.

– Ты скоро будешь дома, – подбодрил её Дэвид.

– Боюсь, мне не позволят, – вздохнула Селена.

– Позволят, поверь, – уверенно сказал Дэвид.

Селена улыбнулась.

– И какой же облик у демонов? – спросил Дэвид, чтобы нарушить неловкое молчание.

– Демоны вне дома не имеют тела. Они похожи на густой чёрный дым, который может легко овладеть телом любого.

– Подожди, значит, Варро овладел чьим-то телом, это не его облик?

– Варро – исключение. Я расскажу о нём позже. Так вот, демоны могут принимать любой облик, используя тела, но на Ашу́ре, в их родном мире, открывается их истинный облик. Иногда он настолько ужасен, что может свести с ума, а возникающий страх – парализовать.

– Это правда? А Варро? Мне интересен этот тип.

– Варро – полукровка. Он сын короля Ашу́ры, великого и ужасного Урсы, и меринской принцессы Холы.

– Его мать была смертной из вашего мира?

– Да.

– Но почему тогда Варро так ненавидит Мерин?

– На это есть причина, Дэвид. Эта история случилась задолго до правления моего отца. Хола была очень красивой женщиной, дочерью одного из королей Мерина. Её заподозрили в связи с дьяволом, хотя она была чиста и религиозна. Но какой-то отвергнутый ею кавалер пустил слух о колдовстве и связи с тёмными силами. Короли возмутились:

«В Мерине не было чёрной магии и не будет».

«Нужно уничтожить её, искоренить на корню».

«Она всех нас уничтожит».

Но король, правивший до моего деда, был справедливым. В отличие от других, он не верил в сплетни. Ему нужны были веские доказательства, и он решил выяснить правду у самой принцессы.

Они договорились и пришли к дворцу принцессы. Король спросил у неё: «Хола, действительно ты виновна в том, в чём тебя обвиняют? Ты практикуешь чёрную магию? Ты служишь дьяволу?»

Хола улыбнулась и ответила: «Да. Всё, что говорят обо мне, король, – это правда».

Но король не поверил ей. Он не мог понять, для чего та признала наговор на себя. «Зачем ты обманываешь нас? Тебя ведь оклеветали: ты непорочное дитя».

«Король, я признаю себя виновной в связи с тёмными силами», – неустанно твердила она.

Король склонил голову. За такое преступление он должен был наказать девушку, на которой нет греха. «Хорошо, ты будешь наказана. Но я хочу знать: почему ты призналась в этом?»

«Король, я люблю Мерин, я люблю своих родителей… Я любила людей, живущих здесь, потому что считала их добропорядочными и любящими Бога. Но я ошиблась и разочаровалась в них. Я лучше признаю эти обвинения и умру, чем продолжу жить в мире, погрязшем в черноте. Вы обвиняете меня в сговоре с тёмными силами, не понимая о том, что вы сами давным-давно в сговоре с ними. А теперь, король, я хочу получить своё наказание».

Король посмотрел на своих королей и подчинённых. Его глаза загорелись яростью, ведь слова девчонки правдивы: все эти люди погрязли в болоте зла. Это они должны были понести наказание, а не эта девчонка. Но люди требовали наказать Холу.

«Признай свою невиновность, и я пощажу тебя», – настаивал король.

Но гордость принцессы была задета. Её оклеветали, люди жаждали расправы над ней. Она видела, как те скандировали и обвиняли её. В один миг, поверив словам кого-то, они возненавидели принцессу. Даже если она и признала свою невиновность, всё равно на ней останется это клеймо. Да и как после этого жить в мире, где все считают тебя ведьмой? Будущее было хуже смерти. «Я виновна, король. Твой народ прав, обвиняя меня».

«Эх, глупая ты девчонка. Ты же умрёшь».

«Оклеветав, они уже убили меня».

«Так тому и быть: ты приговариваешься к смерти. За колдовство полагается сжечь тебя на костре, но ты будешь повешена».

Вот только народу это совершенно не понравилось. Люди ликовали, требуя сжечь ведьму на костре.

Принцесса наблюдала за происходящим. Она чувствовала одновременно горечь и счастье. Она смеялась над ними, но из её глаз лились кровавые слёзы. «Король, ты должен выполнить желание своего народа», – торопила она.

Король был в ужасе. Он смотрел на людей, которых считал милосердными и благочестивыми. Но сейчас они, словно одержимые бесами, накинулись на беззащитную девушку и требовали для неё столь жестокого наказания. Король посмотрел на родителей принцессы, которые убивались горем, понимая, что их единственную дочь убьют.

На рассвете лобное место для казни Холы было готово. Король не спал всю ночь, надеясь, что девушка образумится и не позволит ему взять на себя такой грех. Но принцесса была неумолима. Она шла на смерть, гордо подняв голову. Её привязали к дубовому столбу, обложенному хворостом, и к ней подошёл палач с факелом.

Король спросил у Холы в последний раз: «Ты продолжаешь стоять на своём? Покайся и откажись от своих слов».

«Нет, король, вина есть на мне!» – ответила она.

«За свою жертву ты будешь награждена нашим Богом, ты войдёшь в его врата», – сказал король.

«Я лучше присягну тьме, чем войду в врата вашего Бога, для которого справедливость ничего не значит», – неожиданно произнесла девушка, которая отличалась от всех своей религиозностью.

Услышать такие слова было оскорблением для народа и короля. Хола своей фразой развеяла все сомнения короля. Он кивнул головой, палач поджёг хворост, и через пару минут принцесса была охвачена пламенем. Она долго держалась, пытаясь не издать крик от боли, но боль была невыносимой, и принцесса закричала. Долго раздавались её крики, которые эхом отдавались в ушах короля, заставляя его пожалеть: за этот грех Мерину придётся заплатить.

Слова принцессы были сказаны на эмоциях, чтобы убедить короля. Но она даже не осознавала, что на смертном одре отреклась от Бога и присягнула тьме.

После смерти её душа отправилась в ад, а именно в Ашуру, где правил Урса. Он уже был наслышан о смертной, несправедливо осуждённой. Он так сильно хотел завладеть её душой, что позволил себе нарушить порядок: он внушил ей мысли отречения.

Урса ждал её прихода. И когда она появилась, могущественный демон не смог устоять перед её красотой и глазами, в которых горели ярость и жажда мести. Урса пообещал ей уничтожить Мерин и убить всех, кто причинил ей боль.

Хола жила местью. Она видела, насколько свиреп и могуч этот демон, и, что самое главное, она видела в его глазах любовь к себе. Хола была уверена, что он выполнит своё обещание. Она вышла за него замуж и родила ему сына. Правитель Ашуры сделал её демоницей, наделив властью.

Как и обещал жене, Урса напал на Мерин, но ему не удалось поработить и уничтожить королевство. После смерти Урсы на трон Ашуры должен был сесть новый король. Демоны, жаждущие власти, не собирались отдавать её Варро, который был слишком мал. Но когда он вырастет, то потребует своё. Он был препятствием, которое нужно было устранить.

Хола поняла, что демоны хотят убить её сына. Ей удалось сбежать из Ашуры и укрыться на Доре. А дальше, как ты знаешь, Дэвид.

– Да, интересная история… как и твоя.

– Ты знаешь о моей жизни? – удивилась Селена.

– Да, Пассифей рассказал нам, и Маэса тоже. Селена, ты хотела бы вернуться в Мерин? – спросил Дэвид, хотя сам понимал, что это невозможно. Пару минут назад принцесса упоминала, что хочет домой. Но Дэвид искал хоть маленький шанс на то, что она могла бы остаться с ним, даже если это означало, что Исключительная убьёт человечество, включая его самого.

Селена почувствовала, что Дэвид хочет узнать о чём-то важном. Она была в смятении. Больше всего на свете ей хотелось вернуться в Мерин, но тогда Дэвида не будет рядом. А её сердце желало быть с этим мужчиной. Однако, возможно, им не суждено быть вместе, как и с Аррианом. Дэвид вряд ли согласится отправиться с ней в Мерин, да и получится ли это у него? Он ведь из другой эпохи. А она вряд ли сможет жить в его мире. Принцесса снова загрустила.

– Прости, я снова расстроил тебя, – сказал Дэвид.

– Нет, нет, Дэвид, ты не виноват. Да, я хотела бы отправиться в Мерин. Это мой дом, я должна занять трон, ведь у моего отца больше нет детей. Дэвид, наш Мерин замечательный, в нём живут отважные люди… – принцесса замолчала, поняв, что намеренно нахваливает свой мир, чтобы у Дэвида возникло желание отправиться туда.

– Я уверен в этом. Когда Пассифей рассказывал о Мерине, мне хотелось оказаться там. Я бы не против посетить его.

Селена засмеялась: – А если я приглашу тебя с собой… просто в гости, чтобы ты убедился в этом…

– Да, я согласился бы с удовольствием, – не дал Дэвид ей договорить.

– Прекрасно!

– Селена, ты упомянула, что Исключительная неправа…

– Да, Дэвид, она неправа, говоря, что Элис больше нет.

– Значит, моя сестра внутри, она жива?

– Ненадолго, но я знаю, как её можно на время вытащить наружу.

Дэвид был шокирован услышанным, ведь он уже смирился с тем, что Элис больше нет, что она умерла.

– Но, Дэвид, мы не сможем долго прятать её, – добавила Селена.

– Не имеет значения, нам нужно время, чтобы элементарно попрощаться с ней. Прошу, расскажи: как нам помочь моей сестре?

– Я хочу рассказать это всем, потому что только вместе, объединившись, мы сможем затуманить разум Исключительной.

– Тогда не будем терять время.

– Проблема в Исключительной: она не должна знать об этом. Я выжидала момент, чтобы все остались наедине без неё, но Исключительная действительно связана с ангелом, она не остаётся наедине.

– Значит, нужно устроить это.

– Но как? – спросила Селена.

– Не беспокойся, я устрою это, – сказал Дэвид.

****

Дэвиду не терпелось помочь своей сестре. Он наблюдал за парой, которая не отходила друг от друга, и пытался придумать, как их разлучить хотя бы на время. Но ни одна идея не приходила ему в голову. Тогда Дэвид решил действовать спонтанно. Он подошёл к паре и сказал: – Арриан, я хочу поговорить с тобой.

– Сейчас, Дэвид? – спросил Арриан.

– Да, ты занят?

– Я разговариваю.

– Но вы же днями напролёт разговариваете, полчаса не утянут.

Арриан сдвинул брови, то ли от недовольства, то ли от подозрения. Он пытался глазами дать понять Дэвиду, чтобы тот ушёл и не мешал им общаться. Но Дэвид был настойчив и продолжал стоять на своём месте.

– Арриан, это очень важно, – сказал Дэвид.

– Дэвид, я знаю тебя. Тебе нужно помочь что-то сделать? Давай позже.

– Мне правда нужно поговорить… об Аттионе и Маэсе.

Услышав имя Древнего, Арриан почувствовал стыд. – Хорошо. Элис, я поговорю с Дэвидом, и мы продолжим наш разговор.

– Хорошо, я тогда прогуляюсь, – сказала Элис.

– Отлично! – воскликнул Дэвид, заставив всех задуматься над его странным поведением. – Я к тому, что вам двоим нужно отдыхать друг от друга. Я как знаток знаю, к чему может всё привести.

– Дэвид, ты что несёшь? – тихо спросил Арриан.

– Идём.

– Ну идём.

Арриан и Дэвид направились в кабинет Пассифея, где все уже собрались и ждали их. Дэвид оглядывался назад, чтобы убедиться, что Элис вышла из дома, но она стояла на месте и смотрела им вслед. Дэвид нервничал.

– Дэвид, ты не вовремя, я пытаюсь вернуть Элис, – сказал Арриан.

– Да-да, я знаю, – ответил тот, улыбаясь Элис.

– Что с тобой? Ты странно себя ведёшь.

– Всё отлично, друг, заходи.

Ангел вошёл в кабинет и озадачился ещё больше. Он думал, что разговор между ним и Дэвидом будет наедине, но здесь собрались все, в том числе и Равновесие. Он не понимал, что происходит и что они задумали, но понимал одно: раз Элис осталась за дверью, это собрание связано напрямую с ней.

Дэвид вглядывался в щель двери и наблюдал за Элис, которая, убедившись, что ангел вошёл в кабинет, вышла из дома.

– Она ушла, – сообщил Дэвид. – Вышла на улицу.

– Дэвид, я думал, мы будем говорить наедине! – возмутился Арриан.

– Арриан, подойди сюда, – позвал его Пассифей.

Арриан с подозрением посмотрел на каждого из присутствующих. Почему-то у него возникли нехорошие мысли. Он подумал, что они хотят предпринять какие-то меры, чтобы навредить Исключительной. – Что происходит? Зачем вы все собрались здесь? – спросил он.

– Сейчас всё узнаешь, – ответил Пассифей.

– Это касается Элис?

– Напрямую, друг, – радостно заявил Дэвид, чем очень удивил Арриана.

– Вы уже знаете, что я хочу вам рассказать, и с нетерпением ждёте этого, – начала Селена. Все кивнули. – Когда Исключительная заявила, что Элис больше нет, что она и Элис – это одно существо, это меня зацепило. Я читала те скрижали, о которых говорил Варро. В отличие от демона, мне удалось узнать больше.

– Селена, не томи, – поторопила её Маэса.

– Хорошо. Исключительная – это аморфное существо, которое может принимать любой облик. Она утверждает, что с самого рождения жила в теле Элис. Это правда: родилась Элис, родилась и Исключительная. Чтобы вы поняли, я сравню её с собой, точнее, с Равновесием, которое родилось вместе со мной. Во мне две личности, которые останутся и после полного преображения. То, что Исключительная утверждает обратное – ложь. Я это существо, и я чувствую Мерену, и знаю: даже если мы и станем одним целым, мы останемся двумя личностями. До пробуждения Исключительной была ваша Элис со своими эмоциями, со своим мировоззрением, это и есть вторая личность. Разница между нами в том, что мы с Мереной – два полноценных существа: я человек, она Тёмная, а Элис и Исключительная – человек. В психологии такой феномен называется «раздвоением личности». Долгое время Исключительная пребывала в таком состоянии, поэтому ваша Элис – это полноценная личность, которая будет жива и после полного перевоплощения Исключительной. Её разум будет пребывать в забвении, но его можно пробудить. Можно вытащить другую личность.

– Разве Исключительная не перевоплотилась? – спросил Саймон.

– Ещё нет. Благодаря Арриану она всё больше погружается в воспоминания и чувствует забытые эмоции. На какое-то время она забывает, кто она и зачем здесь, но этот эффект недолгий. Её задача первична, и она будет напоминать себе о ней и возвращаться в реальность. Но то, что она сейчас отвлечена, – это хорошо, это нам на руку.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Пассифей.

– Я знаю, как можно ненадолго вернуть сознание Элис.

От таких заявлений все ахнули, а у Арриана перехватило дыхание.

– Ты говоришь правду? – спросил ангел, не веря своим ушам.

– Правду. У Исключительного есть слабое место, которое создали демоны.

– Демоны? – удивился Варро и проявился, ошеломив всех.

– Парень, заканчивай с этим! – возмутился Дэвид.

– Любишь подглядывать? – усмехнулась Маэса.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Варро у Селены.

– Да, Варро, вижу твоё удивление. Это произошло давно, очень давно, во время третьего пришествия Исключительного. Когда ему был отдан приказ «уничтожить демонов».

Варро был сильно удивлён: всем известно, что демоны – это неотъемлемая часть Вселенной, поддерживающая равновесие. Чтобы осмелиться приказать уничтожить их, нужно нарушить закон Вселенной, созданный верховными.

– Но все мы знаем демонов: убить их не так легко. Но особенность их даже не в этом… Расправиться с демонами Исключительный может в одно мгновение. Тайна заключается в мире, где обитают демоны, Ашура. Многие недооценивают этот мир, а зря. Попав на Ашуру, обнажается истинный облик существ, если они многолики. Я говорила про демонов вне Ашуры: они выглядят как густой дым, а внутри дома предстают в своём истинном обличии, вид которого столь ужасен. Варро не исключение…

– Давай не будем заострять внимание на этом моменте, – перебил Селену Варро. – Расскажи, как Ашура связана с Исключительным?

– Чтобы выполнить этот приказ, Исключительный должен был родиться демоном. Но одного рождения недостаточно, он должен был перевоплотиться. Перевоплощение произошло вне границ Ашуры. Однако, как только Исключительный ступил на землю демонов, его второй облик, который был демоном, проявился. Он не желал уничтожать своих собратьев и запротестовал. Поэтому Исключительный не смог добраться до демонов.

– Разве он не мог уничтожить мир? – спросил Саймон.

– Возможно, он и хотел это сделать, но, чтобы уничтожить мир, он должен был находиться в нём. Исключительный не рискнул бы ступить на Ашуру.

– А как на это отреагировал Абсолют? – спросил Габриэль.

– Абсолют призвал Бога и потребовал уничтожить демонов, но тот не подчинился ему. Абсолют был в ярости и сорвал свой гнев на человечестве, самых любимых детях Бога. Так он отомстил Богу.

– Исключительный уничтожил их? – спросил Саймон.

– Да, он испепелил пламенем всю расу.

– Это ужасно! – возмутилась Маэса. – Невероятно.

– Селена, я правильно тебя понимаю? – начал Пассифей. – Ты хочешь сказать, что если наша Исключительная окажется на Ашуре, то возродится Элис?

– Да, всё верно.

– Селена, ты молодец! – обрадовался Дэвид. – Нужно перенести Элис в мир демонов.

– Эй, эй, не торопитесь, – развёл руками Варро. – Вообще-то это мой мир, и я здесь король. Вы должны спросить у меня разрешения, это, во-первых. А во-вторых, живым на Ашуру не пройти.

– Демон прав, – подтвердила Маэса.

– Ты же король и главный, так пропусти нас, – сказал Габриэль. – Или ты не такой всемогущий?

– Да уж посильнее тебя буду, Габриэль, – снова Варро сделал акцент на падение архангела. – Я против.

– Почему это? – возмутился Дэвид.

– Мои демоны этого не одобрят. Тем более, на Ашуре установлены свои законы, которым миллиарды лет. Я не буду их нарушать.

– Даже ради Элис? – спросила Маэса, заставив Варро задуматься. – Ты причинил ей столько вреда, ты в долгу перед ней. Ты обязан вернуть её.

– Но почему вы так уверены, что это сработает?

– Это сработает, – уверяла Селена.

– Но ведь это не так, – не соглашался Варро.

– Давайте просто перенесёмся туда сами, – предложил Дэвид.

– Если ты такой смелый, попробуй. Мои стражи схватят тебя на границах Ашуры, а адские псы разорвут на куски, – ответил Варро.

Селена дотронулась до свистка, который висел у неё на шее. Она вспомнила адских псов, которых освободила от чар колдуна, и то, что они обещали ей помочь. – Адские псы нам не помеха, – уверенно заявила Селена.

– Да, конечно… – рассмеялся Варро, но потом заметил на шее Равновесия знакомый свисток. – Откуда он у тебя?

– Ты про свисток?

– Да.

– Не важно.

– Нет, важно. Как тебе удалось завладеть им?

– Я спасла твоих псов, они в долгу передо мной.

– Даже если вам и помогут псы, всё равно не уйти от моих демонов.

– Варро, почему ты так не хочешь нам помогать? – спросил Габриэль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.