Аджедан
Другой мир. Возрождение

Глава 1

В оформлении использована обложка, созданная мной из бесплатных фотографий в приложении Canva. Сайт https://about.canva.com/ru_ru/

Пролог.

Мне стало нестерпимо больно, и мой крик смешался с криком другого живого в этой комнате! И мир взорвался…

Точнее, это я взорвалась в мир, я прочувствовала, как мой мешок энергии прошел сквозь границы тела, расширившись до невероятных размеров, а точнее, и вовсе потеряв рамки! Я стала частью этого мира, ощущая себя везде и нигде конкретно! Я была ветерком подгоняющим тучу, травой под ногами босоногих ребят, я была ребёнком ловящим бабочку, я была той бабочкой…

Я видела миллионы происходящих событий в этот конкретный момент. Я была ими! Вот Коран стоит в своём кабинете и напряжённо смотрит в открытое окно, а неизменная трубка валяется на полу позабытая. Глория обнимает мужа со спины и беззвучно плачет…

Вот Норгон, засевший в архиве над древними свитками, ищет пути расторжения клятв крови, и ещё не знает, что никогда их не сможет найти… Вот сотрудники ведомства, так и не разошедшиеся, празднующие всю ночь долгожданную победу над жрецами, кто на столах, кто сидя в креслах, на стульях и даже на полу в обнимку с бутылкой вина. А прекрасная рыжая девушка сидит у входа в здание, на ступенях, в ожидании вестей о смерти жреца, и впервые молится богам, о том, чтобы одна несносная девчонка вернулась живой…

Вот острова высших на другой стороне планеты. Там вечерний променад совершает второй советник правителя, ведя на бриллиантовом поводке четырнадцатилетнюю девушку, чей отец проиграл в карты все, что у него было, включая дочь…

А на соседнем острове мужчина готовится к предстоящим боям, потому что в этом гнилом месте заработать можно только своей кровью. Его жена и дети заперты в подвалах одного из пятидесяти сильнейших этого мира. Отказаться от боя за покровителя – подписать им смертный приговор, или что похуже…

Вот величественный замок на песчаном континенте, он видел, как сменялись эпохи, они оставили на нем свой нестираемый след. Заключённые отрабатывают трудовую повинность в швейных мастерских, маглабораториях и бытовых помещениях. Лучшие артефакторы, те, что умеют брать потоки извне, те, что уже никогда не выйдут отсюда, под конвоем мастерят амулеты и артефакты по госзаказу и лично Правителю. В конце дня им снова наденут антимагические кандалы и сопроводят в камеры… Вот в песках среди барханов толчками пробивается древний артефакт, ставший причиной гибели всего живого на этом материке. А с другой стороны планеты в глубине бескрайнего океана пульсацией вторит ему другой… Но кто-то зовёт меня. По чужому имени чужого мира. И голос такой родной, тёплый…

Глава 1

Алекс Вэйланд

– О, Вэйланд! А я все гадал, когда ж ты явишься спасать свою любимую?

– Ты сдохнешь, Тэри, – ухмылку с его лица я был готов стереть любой ценой.

– На своем веку ты этого точно не дождешься, начальник, – мразь!

Жрец резанул кинжалом по ладони, его лицо исказила гримаса боли, но уже через несколько мгновений на нем появилась торжествующая улыбка. Личина спала, показав истинный облик этой твари. Невидимая сила вырвала Ташу из объятий алтарного камня. Да она же была прикована. Как же она снимет пластыри?! Бездна! Я чувствовал, что что-то может пойти не так. Зачем я только ее послушался? Зачем я ее отпустил? Тысячу раз дурак! Пытался пробить щит, но там столько силы влито, что пространство гудит от перенасыщения.

Внезапно что-то изменилось. Тело Таши выгнуло в воздухе, в то время как жреца уже не держали ноги. Его лицо стремительно старело, вскоре от него остался только обтянутый кожей скелет. И мне бы радоваться, но Ташу все еще держало нечто, а струйки крови стекали на пол с ее оголенных ступней и ладоней. Я начал видеть переполняющую ее энергию. В воздухе ощущалось немыслимое напряжение. Она буквально начала источать силу, как готовая сдетонировать энергобомба. И произошел взрыв. Ослепленный им, я не сразу начал различать очертания помещения. Каким чудом оно вообще уцелело? Меня смело к стене, приземлив на какую-то сумку, и, пожалуй, это единственное, что спасло мою голову. Головокружение, сопровождавшее мой подъем, отчетливо дало понять, поход к целителям неизбежен. Мысли пытались собраться в кучу, а потом выстроиться в линию, но как-то вяло и неубедительно. Осмотр помещения расставил все на свои места. Таша! Она лежала возле алтаря в центре пентаграммы, возле нее натекли уже приличные лужи крови. Бездна! В отчаянии начал нащупывать пульс. Но его не было. Судорожно начал вспоминать курс первой помощи. Я хоть и не целитель, но основы-то мы все проходили. Слабый импульс силы в зону сердца, сосчитать до трех, влить немного воздуха в легкие, снова импульс. Но ничего не происходило, улучшения не было, сердцебиение не появилось. Уже отчаявшись, начал озираться в поисках амулета переноса, от взрыва его куда-то унесло. И тут перед моим лицом завис маленький дракон. Его зеленые глаза-камушки вглядывались некоторое время в меня, а потом он спланировал мне на руку, обвился вокруг запястья и укусил. Что за…?! Но тут прямо в мои мысли вклинился кто-то. Дракон? «Гоша» отдалось в моей голове чужое воспоминание. Я четко понял, что оно не мое, так же четко, как то, что это воспоминание. Так его назвала Таша. «Зови ее» пришел ментальный посыл. Повторять дважды нужды не было. И я звал. И вслух и мысленно, всем своим естеством! Каждой своей клеткой я желал ее возвращения. Гоша сказал, душа Таши разлетелась по миру, ее надо собрать, пока не стало слишком поздно! Момент, когда она открыла глаза, был самым счастливым в моей жизни.

Таша Ван Орэл

Приходила в себя я рывками. В первый раз увидела склонившегося надо мной Алекса. Не успела оглядеться, как сознание снова меня покинуло. В другой раз была какая-то палата. Успела только ощутить скованность от бинтов в шее, ногах и запястьях и снова отрубилась. На третий, я очнулась в доме Рэйлисов. Но, вопреки ожидаемой Глории или, на крайний случай, Корона, на стуле я увидела МакМиллан. Она читала газету. Сразу решила, что у меня галлюцинации. Сильно-сильно зажмурилась, но видение не исчезло.

– Вот же уроды. На себя бы посмотрели! – бурчала себе под нос Валери.

– Что, пресса недостаточно красочно описала твою неземную красоту? – мой голос мог бы выдать мое родство с воронами, если бы таковое имелось.

– Скорее чересчур, – пробубнила рыжая, а через секунду до нее дошло, что это я сказала. – Ты очнулась! – кинулась она меня обнимать, а потом пулей выскочила в коридор и уже на весь дом заорала. – Она пришла в себя!

И вскоре комната была заполнена людьми. Рэйлисы, включая наставника и Фелицию, Валери, Майа, Мэт, Рик, Джейсон, Сэт, Рэй, даже Лоран! Не было только одного.

– А где Алекс?

Ребята переглянулись, полковник решил взять слово.

– Он у Правителя. Под арестом.

– Что? У Норгона крыша поехала?!

– Не волнуйся, Таш, тебе нельзя пока, – укоризненно посмотрел на Корона Лоран. – Это не совсем арест, и он сам согласился провести там кое-какое время.

– Принудительное обследование он тоже по согласию проходит? – язвительно спросил полковник.

– Вы нормально и по порядку можете мне все объяснить?! – не выдержала я.

– После того как с нами связался, вас он сразу перенес в больницу. Алекс не отходил от тебя пока все раны не зашили и не обработали, – Валери была единственной, кто проникся моим вопросом. – Целителям он передал твои мази. Только после этого разрешил себя осмотреть. У него там множественные ушибы, сильное сотрясение мозга. – Это где это он так успел, интересно? – Я потом к вам перенеслась. Его при мне проверять стали, прямо в коридоре лечебницы, он наотрез отказался отходить от твоей палаты. Ну, ему разрешили там остаться. После того как он сжег там какое-то оборудование. М-да. А потом стажер мимо проходил, с измерителем. В общем, не знаю, – замялась рыжая. – Измеритель взбесился, когда стажер его на Вэйланда навел. Мы насчитали сорок восемь.

– Чего сорок восемь?

– Уровень силы. У Алекса уровень силы – сорок восемь. Короче, сначала все решили, что он жрец.

– Вы спятили?! – я негодовала, да.

– Сама подумай, что могло прийти в голову в тот момент?! – начала оправдываться МакМиллан, – Ты при смерти, в том доме истлевший труп, там опознавать уже некого, а жрец не единожды нас дурил чужими личинами. Меня-то Алекс быстро убедил, что он – это он, но целители вой подняли, – сникла рыжая. – Он, действительно, сам согласился посидеть под арестом, при условии, что тебя будет кто-то из отдела охранять всегда.

Посмотрела на полковника. Тот стоически выдержал мой взгляд.

– Оплошал, да. Пытаюсь исправить, только Дариэн меня даже слушать не хочет.

– Меня тоже, – вступил Лоран. – Мне Вэйланд, конечно, как кость в горле, если уж быть честным до конца. Но действий отца я не поддерживаю. Но… насколько я понимаю, ты можешь ему приказать, – криво усмехнулся парень.

Смотрела на него и не понимала, он это серьезно?

– Лор, неужели ты меня настолько плохо знаешь?

– Да я, оказывается, тебя вообще не особо-то знаю, – с затаенной обидой ответил он. – Даже как ты выглядишь, раньше не в курсе был.

– Внешность не меняет человека. А кто думает иначе, тот просто дурак, – мне тоже обидно стало.

– Я вот что-то по поводу приказов Правителю не понял. Не разъясните? – подключился к разговору младший Рэйлис. – И почему у тебя только третий уровень силы, если, исходя из услышанных мной ранее рассказов, твой уровень чуть ли не богам равен?

– Это долгая история, – сейчас меня намного больше волновало, что там с Алексом. И почему его уровень так сильно возрос? В памяти вертелась какая-то мысль, но я не могла ее уловить. Вообще, почему-то смутно помнила ночь ритуала. «Гоша, что с моей памятью? Гоша!»

– Где мой дракон?! – ощупывание моего уха результатов не дало, в другом только маскирующий силу артефакт вдет был.

– Это твоя сережка такая забавная? – спросила Глория. – Видимо ты ее где-то обронила. Когда тебя к нам перенесли, ее уже не было. Я сразу обратила внимание, ты же с ней не расставалась никогда.

Но это же невозможно! Он был магически защищен, ни украсть, ни потерять его нельзя. Что там, черт возьми, произошло?!

– Мне срочно надо к Вэйланду, – начала я подниматься, но тут же была уложена заботливыми коллегами и друзьями обратно на подушки.

– Для начала тебе бы поесть не мешало, – непримиримым тоном заявила Глория.

Спорить не стала, тем более, желудок активно с ней соглашался, требуя порции чего-нибудь съестного.

– Мне, пожалуй, пора. Да и ребят я заберу, – сказал Рэй. – Я очень рад, что ты, наконец, очнулась. Поправляйся, подруга, и возвращайся в строй. Я надеюсь, ты нас не бросишь, не смотря на то, что дело, ради которого ты была с нами, успешно закрыто?

– Дай ей в себя прийти, – не дал мне ответить Корон, за что я была ему благодарна, ибо не знала пока, что ответить на это.

– Ладно, смену пришлю вечером.

И Рэй, Джейсон, Мэт, Сэт, Рик и Майа, обняв меня по очереди и еще раз пожелав скорейшего выздоровления, удалились. Лоран последовал их примеру, только взял с меня обещание, не отправляться к его отцу без него. Фелиция, которая до этого меня без амулета маскировки и не видела, вела себя немного сковано. Видимо, как и Лорану, ей было не очень приятно сознавать, что она обо мне многого не знала. Наставник на прощание пообещал, что еще устроит мне допрос с пристрастием и вместе с женой ушел порталом. Глория пошла за едой для меня, попросив Валери о помощи. И мы с полковником остались вдвоем.

– Я волновался, – тихо сказал мужчина. Присел на стул, предварительно поближе его подвинув.

– Я не мог отделаться от чувства, что зря тебя отпустил. Я всю ночь тогда провел с уверенностью, что больше не увижу тебя. От этого стало так пусто на душе, – Корон взял меня за руку, и только тут я заметила, что его слегка трясет.

– С твоим появлением в нашей жизни что-то изменилось. Знаешь, Глория всегда мне говорила, что боги не нарушают своих правил, но если их очень-очень попросить, они найдут лазейку. Мы всегда хотели второго ребенка, хотели девочку. А я чуть не потерял тебя, дочка. Я ведь чуть тебя не потерял, – и по щекам этого всегда собранного, серьезного мужчины потекли слезы. Он не привык показывать свои чувства, отвернулся. Я не стала ничего говорить, у самой комок в горле стоял, только крепче сжала его руку.

– А когда я смог добраться до вас с Алексом, тебе зашивали раны. Целители говорили, что шансов почти нет. Алекс, что в прошлый раз ран было больше, но этой ночью ты умерла. Твое сердце не билось, когда он пришел в себя после взрыва. И потом еще какое-то время. Он пытался его запустить и не смог, – на последнем слове, голос у Корона совсем пропал. Он уже даже не поворачивался от окна ко мне. Я и сама была готова разреветься, но надо было как-то успокоить его.

– Я жива, Корон. Я живее всех живых. И мне предстоит еще очень-очень-очень много лет этой жизни, я еще успею тебе надоесть, ты не думай! – и порывисто его обняла. Я и не заметила, как этот суровый мужчина прочно засел в моем сердце, видимо, так же, как и я в его.

Странное видение посетило мою голову.

– А где твоя трубка?

– А почему ты спрашиваешь? Честно говоря, уже неделю не могу ее найти, с той ночи.

– Под шкафом в кабинете посмотри, что-то мне подсказывает, что она там, – уверенно сказала я.

В этот момент зашли Валери с Глорией, а за ними левитировал накрытый на четверых стол и еще два стула.

– Мы решили, что ужинать сегодня будем здесь, – сказала Глория, а Валери уставилась на смущенного полковника.

– Вал, ты случайно не видела у Алекса маленького металлического дракона? – решила отвлечь внимание на себя. Корон этим моментом воспользовался, чтобы незаметно отлучиться и привести себя в порядок.

– Не сказать, чтобы совсем маленького, у него браслет на руке в виде дракона. Интересный такой, с зелеными глазами, как будто на самом деле смотрит на тебя.

– Браслет? – не поверила я.

По описанию-то он, но даже на мою руку из Гоши браслет не получится, а уж на руку капитана. Что же все-таки тогда произошло? Надо срочно попасть к Вэйланду! Но сначала поесть.

Глава 2

Алекс Вэйланд

Уже неделя прошла с той ночи. Единственная причина, почему я до сих пор не послал все в бездну и не сбежал – это данное Рэйлису слово. Хотя мог и сбежать. И антимагические наручники мне были не помеха. Теперь. Они просто были не способны удержать ту силу, что во мне бурлила. За испорченное в больнице оборудование до сих пор было стыдно. Подумать только, сорок восьмой уровень. Немыслимо! Интересно, а какой уровень у Таши? От Гоши пришло воспоминание:

«Таша смотрит на себя в зеркало и снимает сережку-артефакт, скрывающую уровень силы. Переходит на другое зрение и видит энергетический резервуар на уровне солнечного сплетения, в несколько раз превышающий седьмой, что она уже успела рассмотреть у Правителя»

У меня сейчас примерно такой уровень? От Гоши пришла эмоция согласия. И это было старое воспоминание, на нем она еще с личиной серой мышки. Теперь я точно понимаю, на чем была основана ее самоуверенность! Гоша не согласился. И дракон стал показывать мне куски воспоминаний.

«Вот Таша собирается поступать в академию. В коридоре возле аудитории собрались абитуриенты. Несколько парней решили над ней поглумиться.

– Эй, убогая!

– Ты че, глухая?

– По-моему, она даже не поняла, что это о ней.

– Дожила до такого возраста и не знает, что она страхолюдина? Да брось!

– Язык проглотила или дар речи пропал от счастья, что на тебя, Наконец, обратили внимание?

– Что вам нужно?

– Мы тут с друзьями поспорили, на какой факультет такая убогая может поступать, – ухмыльнулся их главарь,– я предположил целительский. Решила подправить внешность, а на специалиста денег не хватает, вот и решила выучиться. А мои друзья утверждают, что такое уже не лечится.

– На боевой.

Взрыв хохота…»

«Вот она сидит напротив Нолана Рэйлиса после успешно пройденного экзамена.

– Ну, Таша, добро пожаловать на боевой факультет!»

Череда воспоминаний, на которых она попадала в бесчисленное количество ловушек, что расставляли перед ее приходом. Ни одному студенту на потоке шутники не уделяли столько внимания, как ей.

«Опять та же четверка парней. Почти пустой коридор. К ней применили заклятье паралича, и каждый из них облапал ее тело.

– Не смотри так, Ван Орэл! Взглядом дыру не прожжешь!

– Должны же мы убедится, что там действительно все так плохо, что от безнадеги ты к нам поступила!

– Медицина там бессильна!

– Что не выросло, то не выросло!

Трое свидетелей этого отвратительного действа сбежали, даже не попытавшись помочь…»

«Вот череда сменяющих друг друга, но одинаковыхпо сути кадров. Она падает, каждый раз проигрывает в схватках, в дуэлях, каждый раз с переломами, ожогами и ушибами после уроков физической и магической подготовки идет в крыло целителей. Все практиканты целительского корпуса знают ее в лицо»

«Вот декан боевого факультета становиться ее наставником. С этого дня все изменилось. После каждого падения она вставала, после каждого поражения пробовала вновь. Она больше не опускала руки. Шла только вперед»

«А тут один из тех, кто еще недавно издевался над ней, предложил ее тренировать. Так она обрела друга»

В каждом последующем кадре ее жизни были тренировки. Много-много изнуряющих тренировок. Если бы не цветок над ее кроватью, она бы сошла с ума от недостатка сна! Она училась управлять своим телом, воспитывала дух, оттачивала мастерство плетения заклятий, узнавала новые стороны профессии и не только. Нолан учил ее разбираться в людях, видеть глубже, искать там, где не ищут, а так же прятаться самой. Он учил ее играть. Каждый день она изучала все больше, с каждым днем становилась увереннее. И ни разу она не воспользовалась своей силой, всей своей силой, чтобы победить. Она училась использовать тот минимум, что позволяла ее маскировка. А в сравнении с тем, что она имела, это было оооочень мало. Она училась справляться без силы, как будто ее резерв пуст. И это притом, что она может управлять потоками! Она их видит!

– Я идиот, да? – вопрос хоть и был задан вслух, но адресовался дракону. А ответ пришел от другого.

– В этом я и пытаюсь разобраться, Алекс, – сказал, вошедший в камеру, Правитель.

Таша Ван Орэл

Меня к нему не пустили. Даже не так. Его от меня спрятали. Если раньше я смогла бы найти его и сама, просто наплевав на самую совершенную защиту дома Правителя… ну, то есть я и наплевала. Я обошла весь дом, Лоран неотступно следовал за мной, что давало хоть какую-то иллюзию, что эта защита хоть как-то может меня задержать. Но их там не было. Да-да! Норгон не такой дурак, он не дал мне возможности потребовать отпустить Вэйланда, ибо требовать я могла только с него. Остальные не являлись моими вассалами. И я уже начала думать, что не так уж был неправ Лор, утверждая, что Правителю я могу и приказать. Пожалуй, ради такого дела, я уже готова была поступиться своими принципами. Но приказывать было некому. Правитель забрал арестанта, прихватив с собой парочку местных, научно-магических светил и своего личного целителя, и отбыл в неизвестном направлении. Управление Эртоном он временно передал Совету, с членами которого поддерживал связь. Не сыну, заметьте, а Совету. Сыну он не доверял, потому что мои интересы Лоран поставил выше интересов отца, отказавшись убеждать меня дать нерушимую клятву миру. По мнению Дариэна я должна была поклясться, никогда не использовать свою власть над ним. Потому что возможности расторжения Вассальной клятвы он так и не нашел. Это все младший Норгон мне и поведал в красках, когда мы прогуливались по вечерней набережной после неудачного обыска их дома.

– Надеюсь, ты никогда не сделаешь такую глупость, – закончил свой монолог он.

– А мне казалось, ты был бы только рад, – недоверчиво покосилась на него. – Ты так иронично отозвался на эту тему у Рэйлисов, – припомнила его замечание о моей новоприобретенной возможности приказывать Правителю.

– Шутишь? Хочешь оказаться там же, где и Вэйланд?

– А где он оказался? – подозрения, что друг все же в курсе местонахождения Алекса, присутствовали.

– Я не конкретное место имею в виду, – отмахнулся парень. – Или ты думаешь, я бы тебе не сказал? По-моему, из нас двоих я оказался более честным. – Кто бы мог подумать, что он такой обидчивый!

– Лор, ты же понимаешь, что у меня не было выбора?

– Выбор был. И не спорь! – жестом остановил он мой порыв протеста. – Был у тебя выбор! Довериться или нет! Мне казалось, я твое доверие заслужил, но видимо ошибся.

– Квартиру мне ты снимал. Как видишь, никого другого я об этом просить не стала, так что ты все же ошибаешься, я тебе доверяю больше, чем многим другим!

– А ты красивая. Очень.

От внезапной смены темы, я слегка подвисла. Нахмурилась. Привыкла, что он общается со мной просто, как с приятелем, не обращая внимания на мою половую принадлежность. Но взгляды, которые он теперь иногда на меня бросал, невольно смущали. Я была не готова к перемене его отношения ко мне. И, откровенно говоря, я пока не могла понять, что мне с этим делать.

– Лор…

– Я обидел тебя в нашу первую встречу. Обидел намеренно. Отец за несколько месяцев тогда успел прожужжать мне все уши о воспитаннице Петра Стержнева. Об интересной, любознательной и сильной духом девушке, что собиралась поступать на боевой факультет, с которого я сбежал,– горькая усмешка, – не справился. Сказал, в этой девушке есть какая-то загадка.

Не знала, что Норгон меня вообще с кем-то обсуждал, кроме опекуна и полковника.

– Готовясь к тому Зимнему Балу, он не то, что настаивал, он потребовал, чтобы я уделил все свое внимание этой загадочной особе. В то время я просил его разрешения ухаживать за одной симпатичной мне Тэрой.

Это ужасное обстоятельство его жизни я уже знала. Дариэн следил за личной жизнью сына, буквально и шага не давал ступить в сторону понравившейся девушки, если, по его мнению, она не соответствовала статусу потенциальной жены будущего Правителя. Когда я услышала это впервые, ужаснулась. Он же здоровый половозрелый мужчина! Ему ж уже сильно за сто! Как же без этого-то? Потом Лор объяснил этот щекотливый момент, любовниц иметь не возбранялось, только выбирать их можно было из числа уже рожавших максимально возможное (для своего уровня силы) количество детей. Так сказать, чтобы обезопасить «престол» от внезапного для Правителя наследника. Мало ли, младший Норгон влюбиться в неподходящую для продолжения рода Правителей девушку, ребеночка еще родят, а другой возможности уже не будет. Кошмар! Радует только, что молодыми в этом мире люди оставались дооолгие годы. Если в такой ситуации вообще можно чему-то радоваться.

– Как понимаешь, мне было отказано, в жесткой форме, – продолжил рассказа Лоран. – Уже одно это заранее сделало тебя в моих глазах ужасным монстром. А когда я тебя увидел… Согласись, мне было от чего приходить в уныние.

– Согласилась бы, да только я в той ситуации, как ни крути, была не виновата. Хоть и, признаю, будь я на твоем месте, тоже была бы не в восторге. Но каждый из нас может находиться только на своем месте. И не смотря на все эти трудности, – выделила интонацией это слово, – мы все же смогли стать друзьями! А это главное!

– Да, друзьями… Знаешь, это, пожалуй, единственный раз, когда я жалею, что не послушал отца, – взгляд парня обжигал.

– Лор…

– Не говори пока ничего, – остановил меня он. – Я только хочу, чтобы ты дала и себе возможность взглянуть по-другому на меня. Можно сказать, что и ты меня не знала раньше. Таким точно не знала.

Глава 3

Таша Ван Орэл

Рэйлисы убедили меня временно пожить у них. Глория опасалась ухудшения моего состояния, хоть я и показала ей все затянувшиеся ранки. За неделю, что я проспала, на местах порезов наросла новая кожа, за последующие несколько дней нормализовалось самочувствие. Жаль только, шрамов стало еще больше. Хотя, какая уже разница? Все равно под одеждой и волосами не видно. Ну не буду делать высоких причесок, так и раньше-то особо не делала. Переживу. Или сделаю себе татуировки. Валери обмолвилась, что на каком-то из островов, куда чаще всего отправляются в отпуск Кэт и Мэд из бухгалтерии, появился отличный мастер тату. Одна из близняшек, Мэдиссон, после прошлой поездки вернулась с симпатичной экзотической птичкой на лопатке. Надо будет попросить посмотреть, вдруг и правда ничего!

На пятый день моего сознательного проживания в доме полковника Фэлтон принес мне рюкзак и сумку. Если с рюкзаком все было понятно, он был мой, то на счет сумки возникли вопросы.

– Это чье, Рэй?

– Ну, вообще-то я думал, что твое, – почесал подбородок начальник теперь уже единого отдела специальных расследований. В связи с сокращением численности сотрудников, отдел объединили. Статус Алекса не ясен, я пока на больничном, но еще сама не определилась с тем, что дальше буду делать. Точнее делать-то буду примерно тоже, не зря же столько лет и труда на учебу потратила. А вот где? Еще недавно думала, что после окончания истории со жрецом переведусь в какой-нибудь другой отдел, подальше от Вэйланда, но теперь и не знаю. Пока что я числюсь в отпуске по состоянию здоровья. Остальные же… Донаван оказался жрецом, Брук и Ченси его пособниками, а Гиермо ушел со службы. Не смог пережить парень того, что тот, с кем стоял плечом к плечу, кому еще недавно прикрывал спину, смог ударить в твою. Перед тем как присоединиться к остальным жрецам на ритуале, Ченси вырубил Гиермо. К счастью, Рона вовремя нашли и оказали помощь! Но душевные раны… Их лечит только время, если вообще лечит хоть что-то.

– И почему ты так решил? – разглядывала на вид самую обычную спортивную черную сумку.

– Мы нашли ее в том доме, рядом с твоим рюкзаком, вот я и решил, что это тоже твое. Рюкзак-то я сразу узнал.

– Вы пытались вскрыть?

– Нет. Я и ребятам сказал, что это твое, вот мы и отложили сразу.

Просмотрела сумку иным зрением. Сохраняющие заклятья были в норме, а от охранок еле различимый след, после смерти владельца развеялись. Опасаться уже было нечего, открыла сумку, постепенно извлекла содержимое. Сменная одежда, какие-то личные мелочи типа зубной щетки, довольно недешевые артефакты, портрет миловидной кудрявой девушки чем-то напоминающий нашу МакМиллан и книга в жестком переплете, которая при более детальном рассмотрении оказалась личным дневником.

– Ты не возражаешь, если я пока оставлю это у себя? – показала на последние две находки.

– Да, конечно! – не стал спорить парень. – Я все равно ни слова тут не понимаю. В отличие от тебя, да?

Текст был на русском. Еще в ту ночь я поняла, что жрец попадал в мой мир. Тогда мне было не до того, а теперь я жалела, что не спросила его об этом. Как ему удалось вернуться? Как он снова попал в свой мир? Может, дневник сможет в этом мне помочь.

– Спасибо. Этот язык я действительно знаю хорошо. Ты как-то называл его древним, кажется, – без Гоши мне больше не приходилось притворяться человеком с обычной памятью, я им и была.

– Да, в одном из старейших храмов видел. И откуда у тебя такие познания, хотел бы я знать?

– Не думаю, что теперь стоит из этого делать тайну, так что, пожалуй, отвечу. Это мой родной язык, – брови Фэлтона поползли на лоб. – И для меня он совсем не древний, в моей стране на нем разговаривают до сих пор, если я все правильно понимаю, хотя признаться честно, я вообще мало что в этом понимаю. Я из какой-то параллельной вселенной, или, может, другого времени… не знаю, как это объяснить. Но у вас же такое случается периодически, ты должен хоть что-то об этом знать! – с надеждой посмотрела на него.

– Слышал, да, хоть так и не понял, как такое возможно, – признался парень.

– Поверь, я знаю не больше твоего.

– И когда ты к нам попала?

– А на том ритуале шесть лет назад и попала. Так сказать, с корабля на бал. Хотя, тут скорее наоборот. С бала на… Ну, в общем, с бала я была выпускного, школу только закончила. Вот сразу и попала. Во всех смыслах. Н-да.

– И как это произошло?

– Рэй, если бы я знала, – вздохнула, вспоминая. – Просто убегала от одного придурка, которому большой и чистой любви вдруг внезапно захотелось. Зашла в подъезд, поднялась на этаж выше, а там как-то странно было, неуютно, решила лучше с тем идиотом как-нибудь разберусь, но вышла не на улицу, а в незнакомый коридор. И назад пути уже не было, только вперед. Я так подозреваю, что коридора этого в том храме не найду, даже если все там обыщу. Это скорее какое-то переходное место. Очень странное. На стенах факелы развешаны, хотя в вашем мире их давно уже нет, да и в нашем ими не пользуются очень давно, у нас электричество везде больше ста лет как.

– Электричество? А это что еще такое?

– М-м… ну, это энергия, которую вырабатывают с помощью всяких устройств, изобретений моего мира. Это как молния, только намного слабее и перемещается она по проводам. С ее помощью много чего работает, не только свет. Компьютеры, к примеру.

– Так это благодаря тебе они у нас появились?

– А ты как всегда догадлив, – улыбнулась я. – Я про разные вещи опекуну рассказывала, он же артефактором был, что-то ему удалось воссоздать в вашем мире, с учетом возможностей. Кары, кстати, он тоже из нашего мира привнес, до этого у вас только кареты были.

– Подожди. Кары у нас задолго до твоего появления стали делать.

– Я и не спорю. Только придумал их мой опекун. Он к вам тоже из моего мира пришел.

– Вот это да. Я как-то особо раньше не интересовался историей артефакторики.

– Будет любопытно, почитай про Петра Стержнева. Он был очень достойным человеком и заслуживает того, чтобы о нем помнили. – Не хотелось расплакаться при друге, поэтому поспешила сменить тему. – Ну, рассказывай, что там, на работе, происходит? – преувеличенно бодрым тоном спросила я.

– Да что происходит? Люди до сих пор в себя не пришли. Ты представь, Таш, бок о бок столько лет. После известий о предательстве Брука, все как на иголках были. Друг в друга пальцем тыкать стали, косяки старые припоминать. Там такое всплывало, сама же видела! – кивнула, подтверждая. – А после той ночи… Гиермо даже осуждать никто не стал, каждый боялся оказаться на его месте.

– Да, одно дело изначально подозревать каждого, как я, и совсем другое вот так.

– О тебе много говорят. Полковник хоть и делал внушение, чтобы поменьше болтали, но кому это когда мешало?

– И чего говорят?

– Разное. Кто-то возносит тебя до небес. Помнишь, метнули тогда морально неустойчивые в твой амулет боевыми заклятиями? Один из них, Сэм Конрод, из моих. Он теперь всем говорит, что ты была подобна богине, одним взглядом развеяла чары. Кто-то ему верит, кто-то придурком называет, говорят, что не может быть такого. Из тех, кто присутствовал, только Сэт его поддержал, остальные молчат. Тени-то к нам больше не заглядывали, а там их большинство было.

– Бедняга, не врет же, а ему достается.

– Сам виноват, меньше языком трепать будет. Ну и, конечно, находятся те, кому позлословить охота, говорят, что ты и есть главный жрец, подстроила все так, чтобы впитать силы тех «несчастных».

– Даже так… – н-да, с такой стороны на ситуацию мне смотреть еще не приходилось. Неприятно.

– Этим мы быстро рты закрываем. Особенно, не поверишь, – усмехнулся Рэй, – Валери отстаивает твою честь. Одного с особо развитой фантазией сегодня к целителям отправила! Рэйлис ей премию выписал, прилюдно. Больше пока никто судьбу не испытывал.

– Кто бы мне месяц назад сказал, что Вал будет за меня заступаться… – улыбнулась я, вспоминая, как она мне была «рада», когда я только пришла.

– Ты давай, выздоравливай и возвращайся.

– Я не знаю, Рэй. Не буду тебе врать, я собиралась переводиться после этого дела.

– Из-за Вэйланда? – лукаво усмехнулся Фэлтон. – Так это ты напрасно, он же за тобой пойдет.

– Зачем? – опешила я. – Там-то не ему отвечать за мою «некомпетентность». Или ты думаешь, у него комплекс гиперответственности? Побоится выпускать в мир настолько плохо подготовленного специалиста? Да какое там! Он наверно и специалистом меня не считает. Так, девочка погулять вышла…

– Ты же не можешь это серьезно говорить?

– Ну а зачем еще ему тогда за мной идти? – не поняла я.

– Пожалуй, об этом он пусть сам тебе рассказывает. Не навсегда же его задержали.

– Я не знаю, Рэй. Норгон исчез, прихватив с собой Вэйланда и пару тройку человек специфических профессий.

– Его сынок сказал, что ты можешь и приказать отпустить Алекса. Почему Правитель тебя послушается? – парень, как всегда, был предельно прямолинеен.

– Ох, Рэй. Не нужно это все тебе, поверь. У нас с Норгоном свои разборки. Скажем, мне есть чем его убедить, было бы только кого убеждать…

После ухода Фэлтона, я принялась за изучение личных записей жреца.

«10 декабря 2681 года. Кто бы мне когда-нибудь сказал, что я доживу до такой даты, ни за что бы, ни поверил! В своем мире и не дожил бы. Для такого дела пришлось переместиться в параллельный! В это тоже вериться с трудом. Но в моем точно не было никакой магии, а здесь она есть! Люди такие чудеса творить могут!

Итак, зовут меня Федор Андреевич Копытин. Мне шестьдесят лет, на днях исполнилось. И решил я на свой юбилей посетить место, в котором меня когда-то нашли младенцем. От старой церкви почти ничего не осталось, на восстановление денег вовремя не собрали, а потом и не стали делать. Так руины и стояли, забава для туристов. Что-то странное там случилось, выбрался я из них в совсем другом месте. Пейзаж похож был, да только вышел я из абсолютно целого здания. А рядом храм, я таких никогда не видел! В нем стоит двенадцать статуй и каждая смотрела на меня. Прямо в душу заглядывает, как будто насквозь видит. Умом понимаю, не могло быть такого, но они смотрели. Такого страха я в жизни никогда не испытывал! Вокруг люди ходили и на незнакомом языке разговаривали. Да и продолжают. Я за эти пять дней так и не нашел ни одного, кто на русском говорит. Один из иностранцев приютил меня, языку обучает. Вот дал мне два блокнота, чтоб записывал. Второй я для себя пока оставил, буду тут писать свою историю…»

С ума сойти! Эмоции переполняли. Это, правда, его дневник. Надо же, Федор Андреевич… Дальше шло повествование о том, как непросто проходила его адаптация. Но плюсом было улучшение здоровья. Морис, его благодетель, сводил его к целителю и за свой счет оплатил все лечение. Морис… знакомое имя, но не могу вспомнить откуда. Так, ладно. Дальше были описания мест, где он бывал, работа, которую этот Морис ему давал выполнять. По словам Федора, его новый друг был изобретателем. Клепал какие-то миниатюрные конструкции из камней, металлов, тканей… Так он же был артефактором. Точно! А Федора научил делать заготовки, вот тот и помогал, чем мог. Описывались его попытки повторить за Морисом полный процесс изготовления простейших амулетов, но результат не радовал. Через пару лет Федор уже вполне сносно мог говорить на всеобщем. Читать и писать так же получалось, хоть и не все. Периодически были заметки о неприятной женщине, что была женой Мориса. По имени он ее так ни разу и не назвал, только «эта надменная баба» или «мегера». Относилась она к подопечному мужа, как к приблудной дворняге и не понимала, почему муж не сдал его властям. И, правда, почему не сдал? Дальше. По всему выходило, что из этакого потеряшки Федор превратился в личного помощника для Мориса, и даже вполне успешно справлялся со своей должностью. По словам автора, артефактором тот был хорошим (хотя как новичок в этом мире мог это по достоинству оценить?), но ему не хватало предпринимательской жилки. В нем самом же эти качества присутствовали, чем Копытин и воспользовался. Дела Мориса пошли в гору, с идеями подопечного за последующие еще четыре года он довольно сильно увеличил свои доходы, и даже его жена стала меньше выказывать своего недовольства. Артефактор принял решение открыть частную лавку, но не захотел оставаться в том городишке, а предложил вернуться на его родину. Там у него в пригороде был во владении отличный участок, на котором он построил большой дом. Для помощника он снял вполне приличную квартиру в городе, в том же доме, в каком взял в аренду помещение для лавки. Дела у них шли с каждым днем все лучше, оба были довольны друг другом. Но примерно через год все резко изменилось. К Морису и его супруге переехал их сын со своей девушкой, которых Федор ни разу раньше не видел. Пришельца из другого мира итак печалил тот факт, что он попал в этот мир в столь позднем возрасте, с его третьим уровнем он бог бы быть юным намного более долгое время. Но попав сюда в шестьдесят… Вроде еще совсем не стар, по местным меркам так вообще, но это если бы он провел их в этом мире, а так… Короче, очень молодой в душе, но пожилой телом мужчина влюбился. Сильно влюбился, с первого взгляда. Как будто и не было у него никогда такого в той жизни, а, может, и правда не было. Душа горела, сердце рвалось на куски! А, главное, безнадежно это было все, безответно. Разве бы посмотрела юная и красивая девушка на старика? Да еще и при таком-то привлекательном парне. И вот в этом-то заключался второй удар. Сын Мориса был как две капли воды похож на самого Федора, только на сорок лет моложе. «Я как будто в молодильное зеркало заглянул. Этого не может быть! Такого просто не бывает!» – писал автор. Тем обиднее ему было от всей этой ситуации. Его возлюбленная могла бы быть и с ним. Если бы… А вот тут были разные домыслы. Если бы попал в этот мир раньше, или бы вообще родился в нем, или еще какое волшебство случилось. После того, как он увидел свою молодую копию, он подумал, что это именно параллельный мир, в котором есть все те же люди, что и на Земле, но проживают они другие жизни. И дико позавидовал своему двойнику. Решив уточнить этот вопрос, узнал, что дата рождения у них одна и та же, и сначала утвердился в своих мыслях, но Морис решил разоткровенничаться однажды, после пары бокалов крепкого, и поделиться трагедией своей семьи. Оказалось, много лет назад, тогда уже не совсем молодая семейная пара переехала в городок Норруол, который раньше славился необычными чудесами. Поговаривали, что в местный храм приходили за исполнением желаний. Был он, в отличие от большинства, одним из древних, довоенных. Боги слышали мольбы прихожан этого храма и самые заветные исполняли, но случалось и так, что за это они брали плату непомерную. В случае с Морисом и его женой так и получилось. В браке жили они уже не одно десятилетие, но все никак не могли зачать ребенка. Много раз они ходили в тот храм, жена артефактора так вообще каждый день, пока однажды не забеременела. И все было у них просто замечательно! Новоиспеченные будущие родители светились от счастья! Роды проходили в больнице при храме, протекали хорошо, в срок. Пятого декабря две тысячи шестьсот двадцать первого года Катарина ВанДэйк в пять часов тридцать пять минут утра произвела на свет двух здоровых близнецов седьмого и третьего уровней силы. Назвала их Эриус и Тэрранс.

Морис ВанДэйк. Точно! Без Гоши такое ощущение, что у меня не как у всех память стала, а склероз одолел. Морис же артефактором был. И ну ничего себе судьба у жреца! Вернуться в свой мир и сразу попасть к своим родителям, которые его не признали…

« Морис сказал, что даже не успел посмотреть на двоих сыновей. После родов у Катарины забрали обоих близнецов, определили их в детское отделение. Через два часа один из близнецов просто исчез. И это был я. Черт возьми, это же был я! Почему именно меня перенесло в тот дурацкий мир?! Почему именно мне пришлось пройти через весь этот ад детского дома, с его унижениями и лишениями?! Почему именно мне достались равнодушные к моей судьбе приемные родители, нищета, голод?!»

Федор-Тэрранс негодовал. На целых три страницы стенаний и проклятий. Столько ненависти, столько несправедливости, столько зависти и обвинений… Он возненавидел брата. Эриусу досталось всё то зло, что поселилось в душе Тэри. Мало того, что родился он в семье с четвертым уровнем силы, но сам при этом обладал лишь третьим, так еще и его брату достался высший, седьмой. «Это же не справедливо!» – через каждую строчку…

О том кто он есть, мужчина никому рассказывать не стал. И надо признать, Мориса он жалел. Может, потому что тот сразу проникся к нему симпатией, стал учить, дал работу. Хотя, что именно двигало артефактором мне лично не понятно. Не исключено, что просто любопытство, артефакторы не обделены этим чувством. Но жалел будущий жрец только его. Катарина, изначально отнесшаяся к нему с пренебрежением, симпатии не вызывала. К тому же, узнав, что она его мать, он счел оскорбительным, что она его не узнала. «Она же мать! Она должна была почувствовать!» – писал он. А тут еще любовь. Федор почти каждый день бывал в их доме. А там она, – «Неземная, совершенная, богиня». Но на него она обращала внимания не больше, чем на предметы мебели в их доме. Зато на Эриуса смотрела влюбленными глазами… В утренней газете, что продавали мальчишки на улице, Тэри прочел про громкое дело. Один школьный учитель прятал у себя в кабинете запрещенную литературу. Уборщица, наводившая порядок, нашла, вероятно, выпавший из папки (это ж, сколько тот успел собрать!) листок с пентаграммой для ритуала увеличения резерва и сразу же понесла директору. Стол учителя вскрывали в присутствии сотрудников ведомственной охраны. Мужика задержали в тот же день, а уже на следующий его казнили. Но будущего жреца не испугала перспектива быть казненным, он решил, что уж кто-кто, а он точно никогда не попадется. И придумал план. Целый год он выискивал нужную литературу, убеждал Мориса отправляться в командировки по разным библиотекам с целью расширения знаний по артефакторике. Отцу он подсовывал научные изыскания и новейшие разработки других специалистов, а сам незаметно искал заветные свитки. И он нашел. Следующим пунктом был поиск ритуального кинжала. Что ему стоило его найти, он даже в дневнике не стал описывать. Там было только – «Я связался с Кардэлом. Назад пути нет. Но дело сделано». Дальше были подготовки, поиск жертв. Будущий жрец боялся больше всего именно этой части. Даже не верится. « Брать грех на душу» так он это назвал. Так вот, на свою душу, он грехов брать не хотел. Поисками подходящей кандидатуры занялся Кардэл. Он же снарядил Федора разного рода взрывчаткой и научил ей пользоваться. Это было на тот случай, если что-то пойдет не так, и надо будет заметать следы. Подходящий храм он нашел в соседнем городе. В самом Сондэре был и свой храм, который, на удивление, тоже подходил под описание в добытом свитке, но чтобы не рисковать… В процессе поиска описания ритуала уже почти жрец получил еще один бонус. Конспект работы над амулетом маскировки. Попытки найти автора успехом не увенчались, полагаю, по причине его незаконности, но Морису удалось доработать и создать рабочий образец. «Я убедил отца, что это только ради науки и для понимания механизмов работы подобных артефактов, дабы совершенствовать свое мастерство» – писал он. Пользоваться амулетом Тэрранс научился в совершенстве. А когда пришло время звездопадов… в общем их было четверо. Тэрранс, Кардэл и два подельника Кардэла. Жертвой была какая-то девочка, которую бандиты украли из одной из соседних деревень. Почему именно девочка? Так в свитке, что он нашел, говорилось. Хотя я, как человек пересмотревший множество документов на эту тему, могу сказать, что жертвой может стать любой. Вероятно составитель того описания ритуала решил, что девочку проще поймать, плюсом к тому, что ребенок имеет в запасе больше лет жизни, значит и передать сможет больше. Ритуал прошел успешно, Тэрранс помолодел. Во время ритуала, он смог увидеть, как сила передавалась новоиспеченным жрецам, а так же ту энергию, что была у них внутри. Я думаю, это благодаря тому, что он много лет провел в моем мире. Мы же с Доком могли видеть нити силы. Правда, жрец либо не стал развивать это умение, либо мог им пользоваться исключительно во время ритуала. Уровня той девочки хватило только на то, чтобы омолодить заговорщиков. Но и это привело их в неописуемый восторг. «Только сейчас я понимаю, что на самом деле мои возможности не имеют границ!» Нда. И еще пару страниц восторгов полусумасшедшего. Достать новую жертву не удавалось. Пропажа ребенка в этом мире не могла остаться незамеченной ( храм был не действующий и все следы своего пребывания они убрали полностью), был введен комендантский час. И без присмотра детей еще очень долго не оставляли. Сообщники приняли решение не торопить события, в конце концов, через шесть лет они могли все повторить… Время шло. Открывать родным свой секрет жрец и не думал, ведь в его планы это не входило. Но и заменить своего брата Тэрранс не мог, уровень силы был еще не тот. Разве что иногда он позволял себе проводить немного времени с Амадэей. Всего несколько минут, выбирая моменты, когда Эриус находился близко, но уже должен был отправляться по делам. ( Ну да, было бы странно, если бы человек, который должен был находиться в другом городе, вдруг оказался бы рядом) Он досконально изучил повадки брата, его походку, жесты, привычки, отличить одного от другого не смог бы никто. Хотя родителям в таком виде показаться так и не решился, амулет, надежно спрятанный под одеждой, поддерживал личину старика.

«Только в эти редкие моменты моя любовь, Амадэя, смотрит на меня так, как и должна смотреть. Ненавижу Эриуса! Ненавижу! Он недостоин ее! » По словам жреца, Эриус относился к своей девушке с налетом пренебрежения, да и замуж звать не торопился. И как она тогда разницы не поняла, когда Тэри его изображал? Почти год так баловался! Каким чудом он не попался на обмане, интересно? А, нет! Попался. Вот пишет, – «2 мая 2689 года. Приехали родители Мориса. Они меня подловили. Они встретили отъезжающего Эриуса, когда приближались к дому. Спросили, как я так быстро вернулся да еще в обход дороги. Соврал им, что прикупил амулет переноса в подарок своей девушке, хочу сделать ей предложение, умолял никому об этом не говорить, чтобы не испортили сюрприз. Выкрутился, пока. Проклятье! На кой черт их вообще сюда понесло?! Столько лет не появлялись и дальше бы дома сидели! Что теперь делать?!» Амулет переноса вместо обручального браслета, что здесь принят? Я помню, Док говорил, что широкое распространение они получили лет двести-триста назад, если сейчас-то они стоят очень не дешево, то раньше, должно быть, чтобы такой приобрести, надо было отдать целое состояние. И, получается, Морис их делать не мог. Притом, что амулет маскировки он сделал. А я вот точно помню, Правитель говорил, что для изготовления маскирующих нужно очень много энергии, высший уровень или умение работать с внешними потоками. Получается, его амулет этого не требует? Значит, вариантов изготовления может быть больше одного? Надо будет потом проконсультироваться с Дневником-Доком…

Жрец хватался за голову, рвал на себе волосы и принял решение избавиться от нежелательных свидетелей. Он спешно начал изучать медицинскую литературу, выискивая вариант, который наибольшим образом будет приближен к естественной смерти. В этом ему очень помог маскирующий амулет. В ближайшей академии он, под личиной разных студентов и преподавателей, наведывался в библиотеку. А он, как я погляжу, везунчик по жизни! Тут сколько времени не ловили, там ни разу не поймали. Зря он на судьбу наговаривал, удача его все же сопровождала. Выбрал он заклинание из материалов последнего курса, «искусственная кома». В нее вводят, чтобы провести серьезные магоперации, требующие замедленных процессов в организме. Похожа она на крепкий сон, только выводить из нее надо через десять часов обязательно. И если не знать, что она наложена, то это конец. Я уверена, лаборанты даже не искали следов наложения подобных заклятий, а если не знать, что их надо искать…

Можно было бы удивиться, как тут половина убийств таким способом не проводится, но ответ на это вопрос я знала. Информацию подобную этой могут получить только студенты целительских факультетов, или как я, посещающая факультатив. Но Абсолютно каждому из нас приходилось давать нерушимую клятву перед первым занятием, использовать все полученные знания во вред мы не могли. Жрец этой клятвы не давал. Девятнадцатого мая две тысячи шестьсот восемьдесят девятого года умер Фениар ВанДэйк, просто не проснувшись утром, через два дня скончалась его жена Валенсия. Возраст их был не сказать, чтоб критичный. Фениару было сто девяносто, Валенсии сто восемьдесят два, при среднем возрасте в двести лет с их четвертым уровнем, лет двадцать-тридцать в запасе они имели. Но разбираться никто не стал, выглядело все так, будто во всем виновата старость, ну а жена просто последовала вслед за мужем. Вот вам и еще одна причина, почему амулеты маскировки запрещены… Семья прибывала в унынии, а у кое-кого закончилось терпение, или же ощущение безнаказанности развязало жрецу руки. Короче, сопровождавший почти везде своего отца, а сейчас еще и под видом поддержки в трудную минуту, жрец украл из дома старших ВанДэйков приличную сумму денег. Убитый горем Морис ничего не заметил, а остальных членов семьи Тэрранс уговорил отца с собой не брать. Я смотрю, он вообще огромное влияние на него оказывал. Так вот, добыв деньжат, жрец, не без помощи Кардэла, устроил экстренный отъезд Эриуса на две недели. Брат Тэри после длительного поиска себя выучился на юриста, но в офисе днями не сидел, а выезжал только по требованию, работодателя. Отъезд был настолько внезапный и срочный, что Эриус не успел попрощаться ни с одним из членов семьи, оставил только записку, которую жреца же и попросил передать родным. Хитрый гад, естественно, передавать ничего не стал, и начал полноценно изображать брата. И получил полный доступ к телу возлюбленной. Вот уж где должна была бы дамочка почувствовать разницу! Ну, я так думаю, а она наоборот, только обрадовалась, что парень, наконец, стал проявлять к ней больше нежности. « Она говорит, что я стал совершенно другой, и таким я ей нравлюсь гораздо больше. Это еще раз подтверждает, что Эриус занял мое место! Это я должен был всегда быть здесь!»… Две недели подходили к концу, Тэри был в отчаянии. Он решил, что надо попытать счастье и признаться отцу кто он на самом деле. Как я понимаю, они стали очень дружны, с Эриусом Морис так близок не был. Жрец уговорил Катарину отправиться знакомиться с родителями Амадэи. Подбросил Морису записку, «Распусти всех слуг. Есть информация о твоем пропавшем сыне. Если хочешь узнать, никому не говори об этом. Я приду сам» Без подписи. Записку он просил написать одного из подельников, так чтобы по почерку его нельзя было опознать. Несмотря на свою решительность, Тэри подстраховался и прощупывал почву, чтобы понять, настолько ли можно доверять Морису. Он собирался предварительно расспросить отца в образе старика. Но что-то там пошло не так. Разговор вроде бы прошел, как хотел Тэри, но потом он снял амулет и … «Отец был в шоке. Он смотрел на меня и не верил, решил, что это злая шутка. Потребовал, чтобы я полностью разделся, чтобы тот убедился, что на мне нет других маскирующих амулетов. Потом решил, что я Эриус, который его зачем-то дурачит, но при этом признался, что тому никогда не рассказывали про брата близнеца, даже родители Мориса и Катарины не знали. А Катарина и была тем, кто настаивал на молчании, следовательно, точно не могла рассказать. Потом вроде бы успокоился, начал спрашивать, где же я был, да как все так получилось, а потом о том, как же я стал снова молодым. Я ему соврал про дорогостоящую операцию у целителей, но он не поверил. Он припомнил события годичной давности, о пропаже ребенка, вспомнил, как до этого год я таскал его по библиотекам. Он обо всем догадался! У него прихватило сердце, и я смотрел, как он умирает. Я не вызвал целителей, он бы обо всем им рассказал. Мне было жаль его, но что я мог поделать?» И вот утром шестого июня Мориса ВанДэйка нашли бездыханным в его кабинете. Горничная, пришедшая в шесть часов на работу, обратила внимание, что в кабинете в такую рань горит свет… Вызванные от семейства Боунс, Амадея и Катарина поспешили обратно домой. По дороге они видимо подгоняли кучера, тот не справился с управлением, и карета упала в ущелье. Спасти никого не удалось. « Она мертва! Моя драгоценная, моя самая нежная и любимая! Ее больше нет!» Дальше он продолжил запись только через несколько месяцев. Видимо, когда смог немного успокоиться. «Я был потерян. Я не знал, что дальше делать. Вернулся Эриус и потребовал объяснений. А я не знал, что ему сказать. Я пытался объяснить ему, что никого больше нет, что мы остались с ним вдвоем. Он высмеял меня, говорил «да кто ты такой? Помощник отца? Больше помогать некому. Мне ты не нужен. Убирайся из моего дома!» А я не мог уйти, еще недавно я чувствовал себя частью семьи, а теперь оказаться снова одному просто не мог. Не хотел. Мне стало страшно. Я открылся брату, начал рассказывать ему свою историю, снял амулет. Он выставил меня из дома. Кардэл следил за мной, он был в курсе моей ситуации. В тот же день он подорвал дом со всеми приходящими слугами и братом. А меня оставил на руинах, сказав ждать. Вызвал представителей власти и приказал изображать шок. Сказал, что с этого дня меня зовут Эриус.» Вот это, блин, поворот. Взяла в руки портрет, который нашла в сумке вместе с дневником. На обратной стороне было написано Амадэя Боунс.

Больше записей в дневнике не было. Что с ним приключилось дальше можно только предположить. Полковник побывал на руинах дома ВанДэйков, местные жители рассказали байку о проклятии рода. Хотя, признаться честно, узнав подробности их жизни, я бы это тоже назвала проклятием, начиная с рождения близнецов так точно. Игры богов. Зачем они это делают? Зачем перебрасывают из мира в мир? Скуку развеять? Наверно, будь у меня позади много тысяч или даже миллионов лет, а впереди и того больше, я бы тоже искала развлечений. Брр. Меня аж передернуло. Мысль о слишком долгой жизни вызывала страх. Вспомнился Тэри перед началом ритуала. «С твоей помощью я тысячи две с половиной прожить смогу, а то и все три!..» Это пугало. От этих цифр веяло одиночеством, безысходностью, тоской.

Пока читала, не заметила, что уже почти рассвело. Надо спать. Нечего зря голову забивать, глупостями.

Глава 4

Алекс Вэйланд

Сначала была неделя нелепых испытаний. Ко мне подносили разные измерительные артефакты, от простых целительских до таких, каких я и не видел никогда! Меня просили выполнять сначала самые легкие заклинания, затем все сложнее и сложнее. Гоша предостерегал меня, чтобы я не вкладывал сил больше, чем на мой прошлый седьмой уровень, стоило мне хоть на немного превысить, он тут же ощутимо впивался когтями мне в руку. Но получалось не всегда. Иногда сложные заклятия я удерживал на сто процентов, иногда простейшие выходили с неожиданным результатом. Вспомнился разрушенный дом Эндрю Брука. Теперь я начал понимать, как Таша смогла его разрушить.

Со стороны официальных надзирателей все это сопровождалось очередным измерением, а потом и описанием своих ощущений, которые личный помощник Правителя записывал в толстую тетрадку. Тетрадь в руках помощника навевала на меня тоску и ощущение обреченности, одним своим видом, а точнее объемом, она явно намекала на наше с ней продолжительное сотрудничество. Мое терпение подходило к концу, но Рэйлису я пообещал не делать глупостей и, по крайней мере, пока Таша без сознания и подтвердить мою историю не может, провести это время под арестом. Правда, кажется, и сам полковник не ожидал, что арест мой будет проходить в доме Правителя. «Камера», надо признать, была очень комфортабельной, но все-таки не перестала для меня быть камерой. И, несмотря на довольно сильную занятость, что мне устроили проверяющие, времени на праздные размышления оставалось предостаточно.

Беспокойство, прочно поселившееся в моей душе в последние месяцы, никуда деваться не хотело. Гоша делал все, чтобы меня успокоить и всеми доступными ему средствами пытался донести до меня, что моя излишняя эмоциональность может стать смертельной для окружающих. А с Ташей все будет хорошо, если бы у него были в этом сомнения, он бы ее не оставил. Я верил ему, этому маленькому зеленоглазому дракону, одно только существование которого, было уже величайшей загадкой! О драконах нам рассказывали древние легенды. Когда-то в незапамятные времена из другого мира к нам попадали люди умеющие превращаться в этих величественных существ. На своих крыльях преодолевали они огромные расстояния и могли выдыхать огонь, а в человеческом обличие творили настолько сильную магию, какой и не видывал наш мир. Легенды гласят, что до их появления высшим уровнем силы был первый. А кто-то и вовсе был лишен магии. Дети драконов от местных жителей стали значительно сильнее. Ушли они так же внезапно, как и появились, а, согласно все тем же легендам, пришли они к нам по собственной воле и самостоятельно. То есть, это не как Таша и многие другие, кого перенесло против их воли, не спрашивая разрешения, драконы знали Пути. В одной из книг по древнейшей истории, что мне доводилось читать, автор оставлял свои комментарии после изложения фактов. И вот, по его мнению, в стародавние времена именно драконы проложили пути, по которым можно было попасть в другой мир. Якобы для них они были видимы. Но почему тогда они перестали к нам приходить? Гоша усмехнулся, во всяком случае, эмоция, что пришла от него, больше всего напоминала усмешку. «Да, приятель, ты-то к ним точно не имеешь никакого отношения. Ни размером, ни сутью. Ты из металла, а не плоти и крови, да и человеком не станешь» На это дракон ничего не ответил, но было чувство, что он крепко задумался. Я уже знал, что он артефакт, созданный Петром Стержневым для Таши. При его изготовлении артефактор применил доселе не использованные технологии, что сразу сделало его не просто куском металла. Впоследствии, когда умирал Стержнев, он случайно привязал частички своей души к дракону, что еще больше вдохнуло в него жизнь, после чего владелица дала ему имя. Последней каплей стал ритуал, в котором погиб жрец. Силы в Таше стало так много, что она выплеснула ее в тех, кто находился ближе всего. Поэтому мой уровень увеличился, а Гоша обрел волю. Думать он мог и раньше, так же, как и двигаться, но вот перемещаться отдельно от хозяйки смог только после ритуала. А еще он стал больше. Он поглотил, лежащие рядом с трупом жреца, артефакты, получив, таким образом, дополнительную массу и энергию. Но судя по эмоции неопределенности, он и сам не мог понять, кто он. Однозначно можно было сказать только то, что он мыслящий, умный и у него есть душа. А еще я понял, что Ташу он не бросал, просто чувствовал, что она справляется, она не опасна для мира, она с ним в гармонии. А вот я опасен. Если я выйду из себя, тем, кто будет находиться близко, а может и тем, кто далеко, придется очень не сладко. Это он неустанно напоминал мне каждый день. Возможно, именно поэтому я согласился с Правителем. Зайдя в комнату моего заключения, пять дней назад, Норгон сразу перешел к сути.

– Я очень надеюсь, что ты понимаешь, в каком непростом положении мы все оказались. Да-да! Не тебя одного касается то, что с тобой произошло. Мы все оказались заложниками этой ситуации. Я не могу тебя выпустить в мир, ты несешь потенциальную угрозу! Ты ведь не будешь отрицать, что силы в тебе стало слишком много? Что будет, если ты разозлишься? Что будет, если ты хоть на миг потеряешь контроль? – чуть было не ответил, что «Таша же как-то справилась», но понимание, что этот человек может причинить ей вред, если узнает, какую силу она носит в себе, срубило порыв на корню. Хоть целители при диагностике ее состояния обнаружили в ней только третий уровень, но я-то теперь хорошо понимал, как искусно он был скрыт. Гоша, правда, не согласился. Но только с тем, что Норгон может причинить ей вред. А вот с тем, что я опасен он был согласен полностью.

– И что вы предлагаете? Как долго еще планируете держать меня под арестом?

– Алекс-Алекс, ну разве же это арест? Ты где-нибудь видел, чтобы арестантов содержали в таких условиях? А с таким видом из окна? – указал он рукой на действительно отличный вид: расположенный перед домом правителя ухоженный сад и небольшой пруд. А главное то, с каким нарочито обиженным видом Норгон все это говорил. Я не верил ему. Ему не верила Таша, а значит, мне вдвойне надо быть начеку. От Гоши пришла волна согласия.

– Так что вы предлагаете?

– Мы должны покинуть материк. Отправимся на мой остров.

– И что мы, – выделил интонацией это слово, – будем там делать?

– Учить тебя справляться со своей силой. Там остался последний замок драконов. Их стены способны выдержать внезапный выплеск энергии даже твоего уровня, – а вот это новость! Сдержал порыв присвистнуть, но на лице безразличие удержать не сумел. – Это мой родовой замок.

И мы отправились в Аккаргоз – бывший остров драконов. Последнее место, в котором они селились, пока многие тысячи лет назад не покинули наш мир навсегда. Я про него читал еще в школе, но никогда не знал, что он принадлежит Правителю. По размеру он был как небольшой город, им он собственно и был, со всех сторон окруженный скалами. Величественное строение возвышалось над основной массой двухэтажных уютного вида домиков, но находилось поодаль от них, ближе к скалам. Судя по вибрации, что еле чувствовалась в стенах, защита на замке стояла такая, какой даже в Академии не было. Да что там! Думаю, это самая сильная защита, какая только существует, по сей день. И вот уже пятый день подряд, все то время, что мы здесь находимся, один из приглашенных Правителем специалистов пытается выработать тактику по укрощению моей силы. Остальные стараются разобрать, что написано в древнейших из ныне существующих фолиантах, которые остались Норгону в наследство от предков вместе с островом. Но вот чего я никак не мог понять, так это, что здесь делает Правитель? Контролирует процесс? Это и по амулету можно делать. На занятиях с Тэром Вардэном он присутствовал, но в нашу сторону смотрел только по несколько минут, да и то ничего не спрашивал, и никоим образом не участвовал. Складывалось впечатление, что делает он это все для вида. Более того, когда за обедом и ужином мы встречались, он ни вопроса не задал о проделанной работе. Я, конечно, понимаю, что ему уже доложили все, что было можно и без посторонних. Но и сам Норгон создавал впечатление, что его нахождение в замке обусловлено не моим вопросом. Не привык я долго терзаться без толку, поэтому после ужина решил это сразу разъяснить. Когда все разошлись по комнатам, а Правитель с очередным бокалом янтарной жидкости и бутылкой направился на балкон, я последовал за ним.

– Извините, если помешал. Я хотел поговорить.

– Валяй, не стесняйся, – подобная манера речи была совершенно не свойственна Норгону, во всяком случае, за столько лет, что мы знакомы, так он со мной, да и при мне тоже, еще не разговаривал.

– Почему вы здесь? Только не говорите, что вас настолько беспокоит моя судьба, что вы готовы денно и нощно находиться подле меня, пока ситуация не обретет ясность! – сразу решил оградить себя от этой высокопарной чуши.

– Напрасно иронизируешь, между прочим. Будешь? – указал он мне на бутылку.

– Я не пить к вам пришел.

– Жаль. Лучше бы пить, – печально вздохнул, очевидно, нетрезвый Правитель.

– Так почему? – решил не дать ему возможности забыть, о чем идет речь.

– Я прячусь. Представляешь? Как последний трус! Прячусь от девчонки! – сказал и, осушив бокал, налил себе еще. Даже Гоша был в шоке. Объяснений, о ком говорит Норгон, не требовалось нам обоим.

– Но почему?

– Я не знаю, что делать, ясно? Я привык все держать под контролем. Я привык, что на любой случай у меня есть запасной план. Даже с тобой, даже в этой непростой ситуации и то понятно, что можно делать! Я знаю, что тебя можно не опасаться. Знаю, что сила не вскружит тебе голову, скорее наоборот. Судя по тому, как мне приходиться последние почти двадцать лет тебя убеждать вступить в Совет, тебя управление государством не прельщает. Я изучил тебя, узнал. Тебе не нужны ни власть, ни деньги, ни самые именитые женщины. Ты находишься на том месте, которое выбрал сам, и только оно тебе по душе.

– Я бы не сказал, что сейчас нахожусь там, где мне бы хотелось, – особенно при учете того, что у меня забрали средство связи и амулет переноса еще в первый день моего ареста. Подозреваю, что последний мне и не нужен, а Гоша в состоянии подсказать, как переместиться без артефактов. Но он сам настаивал, чтобы я отправился сюда, значит, без крайней нужды помогать в этом не станет. Гоша прислал эмоцию согласия.

– Она пришла в себя в тот день, когда мы отправились на Аккаргоз. Вечером, в сопровождении моего сына, она обшарила весь мой дом! И ни для кого из слуг не стало секретом, что защиту она прошла, даже не заметив ее. Лоран еле за ней поспевал. Какой у нее уровень, Алекс? Ты знаешь?

Облегчение от того, что она в сознании сменилось страхом, что одно мое неосторожное слово и Правитель подпишет ей смертный приговор. А этого я никак не мог допустить. Гоша поспешил накрыть меня волной спокойствия.

– Почему вы сразу не сказали, что она пришла в себя?

– А ты бы тогда пошел со мной? Я уже наслышан о твоем к ней отношении, Алекс. Я удивлен как ты вообще согласился ее покинуть. Но подозреваю, что этому поспособствовал артефакт на твоей руке, – указал мне снова пустым бокалом на мою руку, которую облюбовал дракон. Гоша не стал прикидываться обычной железякой и с неподдельным интересом уставился на Норгона.

– Я узнал тебя, – обратился Правитель к Гоше. – Узна-ал. Раньше ты был ее артефактом, только меньше. Но когда я навещал ее в больнице, тебя на ней уже не было. И ты абсолютно точно меня понимаешь! – усмехнулся мужчина и наполнил свой бокал. А сделав глоток, продолжил, – Я всегда знал, что Петр – гений! Но живой артефакт… Готов поспорить, в его тайнике сокрыто еще очень много интереснейших наработок! Но самые лучшие он отдал Ей, – и столько обиды было в его голосе!

– Он вас жалеет, – решил передать эмоции Гоши Правителю. – Вы завидуете Таше?

– Завидую? Нет, ну что ты. Я просто думал, что у меня был друг. Но для друга он имел от меня слишком много секретов.

– А вы от него секретов не имели? – удивился я. Правда, я не мог понять причин такого странного отношения. Таша, как я понял, была не просто под опекой артефактора, она стала ему как дочь. Гоша показывал мне ее разные воспоминания, да и сама Таша многое рассказала тогда, после похорон. Они стали семьей. И нет ничего странного в том, чтобы иметь тайны от друзей во благо своей семьи.

– Но я же Правитель! Я никому не могу доверять всего! Это слишком большая ответственность! Даже сыну не известно многое, хотя через каких-то пятьдесят лет, именно он займет мое место. Но сейчас Лоран не готов. И он на ее стороне.

– И какая же это сторона? Почему вы ее так боитесь? Меня же вы не испугались? Хотя я намного сильнее вас.

– Я знаю, кем ты до-ро-жишь, – уже конкретно пьяные глаза Норгона с трудом сфокусировались на мне. – У тебя есть семья-а. Уж извини, но, на крайний случай, я могу припугнуть тебя благополучием твоих родителей и сестры. А она одна-а-а здесь. Никого у нее не-ту, – каким чудом он все буквы в словах еще выговаривал, ума не приложу!

– Так какую сторону, по-вашему, занимает она? – не дал я ему сбиться с мысли.

– А кто ж ее знает… Мне вот однажды, лет двадцать-тридцать назад, взбрело в голову проверить работу нашего доблестного ведомства. И, знаешь, кто мне там встретился? Специалист из отдела аналитики! Он, молча, всучил мне в руку какую-то бумажку и пла-а-авно так удалился. Не оглядываясь. Ну, никакого пи..пи-е-тета перед высшим начальством!

– Они все такие, – в этом я его мог понять как никто.

– А когда я развернул ту бумагу, там было только несколько строк.

« Из мира другого прибудет враг твой.

Не можешь представить, с какой он судьбой.

Он знает, как Эртан лишен был трех слов.

Он с жизнью твоею расстаться готов»

– Кто вам делал предсказание? Хотя нет, не отвечайте. Я сам угадаю. Марик!

– А откуда ты…?

– Так, факты сопоставил, – сказал, отбирая бутылку из рук Правителя. Ну и приложился немного к ней, да. – Ну и с чего вы взяли, что это про Ташу?

– Так, а про кого еще-то?

– Петр Стержнев тоже был из другого мира, но его вы во враги не спешили записывать.

– Так он же мой друг! Был…

– Жрец тоже, кстати, по словам Таши из другого мира к нам пришел.

– Да? Он путешест-вал? Я думал, он родился в нашем…

– Ну, допустим, – таких подробностей я не знал. – Но почему вы решили, что это именно о ней речь? Мало ли, сколько еще людей к нам заносит? Не обо всех же вам докладывают? Что если кого-то пропустили? И о каких трех словах говориться в пророчестве?

– Не знаю, не уверен… Но она была следующей попавшей в наш мир, после пророч-ства! – не сдавался Правитель. – А про слова… Думаю, что речь о материках. Эртан потерял три! Да,– посмотрел на свои три оттопыренных пальца мужчина,– три материка – Мортан, Зэйтан и Кортан. В одном из документов о запрещенных ритуалах, что она брала из моей библиотеки для изучения, была информация о том, как подчинить стихии. Свитки тогда случайно сожгла. Якобы случайно, да? – спросил Норгон, глядя на дракона. – Можешь не отвечать, впрочем. Так вот, думаю, именно с помощью тех ритуалов и уничтожили три материка. И она знает об этом. Зна-а-ает! Жаль, тогда не вспомнил…

– Ну и что? Зачем ей вас убивать?

– Может, потому что я пытался убить ее? Я приказал установить ловушки в доме Петра, после похорон. Одна из них должна была ее задушить. Ме-э-эдленно.

Не знаю, понимал ли Правитель, что от смерти его спас только дракон, обвивший мое запястье. Гоша на максимум транслировал эмоцию спокойствия, впившись когтями мне в кожу. Если бы не он, волна силы, что рвалась из меня подгоняемая яростью, смела бы Норгона как пушинку. А так только ближайший кактус в кадке осыпался прахом. Даже без контакта. С трудом уняв эту вспышку, сделал глоток из бутылки, что все еще держал в руках, сосчитал до десяти. А потом преодолел небольшое расстояние, что нас разделяло, и от всей души врезал Правителю по его ухмыляющейся пьяной роже. И вот тогда действительно полегчало!

– Ты что… Ты спятил, Вэйланд?! – на ногах он не устоял. Предпринимая безуспешные попытки подняться, он в недоумении смотрел на меня.

– Я все еще не могу этого исключать. И слепо доверять ему не собираюсь»– А вот мне вас даже не жаль. Вы ничтожный трус, испугавшийся собственного страха. Вы готовы убить ни в чем неповинную девушку, даже не будучи уверенным, что она угрожает вашей никчемной жизни. А ведь она вас подозревала! – вспомнился разговор, который состоялся между Ташей и Рэйлисом. « – Корон, не начинай! Если он перейдет черту, я спокойно ожидать своей участи не собираюсь. – Ты все еще думаешь, что это он установил ловушки?

– И в ночь ритуала она была у вас! Что между вами тогда произошло?

Переставший сопротивляться судьбе, Норгон прекратил бесплодные попытки подняться и, поудобнее устроившись на полу, разглядывал звездное небо, подложив руку под голову.

– Я совершил величайшую глуп-сть. Я ей поверил, повелсякак юнец на ее предложение, – горько усмехнулся Правитель.

– И что же такого она вам предложила?

– Предложила дать мне вассальную клятву. Только вот вассалом в итоге стал я. Болван! Так ухватился за эту идею, что не догадался сопоставить факты! Это же тоже ритуал. Бескровный, но ритуал! А ритуалы с ее участием, как показала практика, имеют обратное действие. Обыграла меня девчонка.

Мне вспомнилось, как она меняла пластырь на запястье после возвращения от Правителя. «– Да, это так, отклеить ненадолго пришлось» – сказала она тогда. Выходит и правда продумала, что делать когда Правитель… А, собственно, что Правитель?»

– Что вы от нее потребовали?

– Что? – ушедший в свои мысли Норгон, не понял о чем я.

– Что вы потребовали от нее? Почему она предложила провести обряд?

– Я хотел женить ее на Лоране, – жаль, лежачих не бью, – тогда бы не было никакой нужды смещать меня с должности, она само собой перешла бы к их семье. Уверен, сын подвинулся бы, так сказать, передал в ее нежные ручки бразды правления без особых помех.

– Вот значит от какого «более чем лестного» предложения она отказалась… – усмехнулся я. Мысль, что ее хотели выдать замуж за будущего Правителя, напрягала, но факт ее отказа согревал душу. Может ли быть такое, что отказалась она из-за меня? Гош! Но этот наглый дракон, что последние дни безнаказанно вклинивался в мои мысли, на этот раз решил промолчать. За все это время он ни разу мне не показал меня ее глазами. Хотя я просил. Неоднократно.

– С чего вы взяли, что она вообще может захотеть этой власти? – вспоминая ту ночь, когда видел ее последний раз, когда она вернулась от Норгона и потом, когда отправилась за жрецом, мог с уверенностью сказать, что единственным ее желанием было, отдохнуть. И сбежать подальше от проблем, от Правителя с его непонятными притязаниями, от необходимости день за днем играть роль, для получения информации, от меня…

– А ты думаешь, все такие, как ты? Для чего тогда она провела этот ритуал?! Чуть раба из меня не сделала, дрянь! – лежать ему, видимо надоело, но встать все еще не представлялось возможным. Мужчина сидел на полу, обхватив голову руками, и предавался унынию. А Гоша показал, как Норгон, рисующий необходимые для обряда знаки, добавил лишний – руну служения господину. Таша ее стерла. Да она знала, чем закончится этот ритуал, но раб ей был не нужен, подозреваю, равно так же как и вассал. Но другого беспроигрышного пути решения этой проблемы, она просто не нашла.

– Это вы хотели сделать ее рабой! Бездна! Да как вам вообще эта мысль в голову пришла?! Вы уже нарушили все мыслимые и не мыслимые законы своего же государства! И это наш Правитель? – человек, что находился сейчас передо мной, не мог быть тем, кого меня с детства учили уважать, кто правил твердой рукой, кто был гарантом нашего спокойствия и благополучия! Кто это вообще?

– Если бы она хотела вашей смерти, вы были бы уже мертвы. И ничто бы вас не спасло, – в этом я был уверен, как и в том что, – если бы она была злопамятной, вы бы навечно стали ее рабом, не способным и шага сделать без ее дозволения. Если бы она была вашим врагом. Не удивлюсь, если того, о ком говориться в вашем пророчестве, вы создадите сами.

Не видя больше смысла в дальнейшем разговоре, развернулся и отправился к себе.

– Ты не сможешь отсюда сбежать, без моего согласия! – донеслось мне в спину, – Остров тебя не отпустит!

Плевать! Надо будет, сбегу. Только правда заключается в том, что пока этого делать нельзя. Сейчас я должен оставаться здесь. Я опасен для мира. Но когда будет нужно, ни один остров и никакой Правитель меня удержать не смогут!

Глава 5

Таша Ван Орэл

От охраны я открестилась еще в первый день, перед тем как отправиться на «штурм» дома Правителя. Валери настаивала, что это ее задание, и она не собирается из-за моей прихоти нарушать слово данное Вэйланду, но я при ней поставила новую защиту на дом Рэйлисов, и предложила ей любыми способами ее пробить или обойти. Когда через полчаса она была с абсолютно пустым резервом, а дом все так же был неприступен, Вал была вынуждена согласиться, что защита нужна не мне, а от меня. Связавшись с Рэйем, мы уже вдвоем предложили ему тот же способ, если у него есть какие-то сомнения, но он оказался более благоразумен и не стал понапрасну тратить ни свое, ни наше время, и просто поверил нам на слово. Я из интереса снимала артефакт, маскирующий мой уровень. Что могу сказать, больше, чем было у меня после первого ритуала, намного больше. Сила была во всей мне. Мешок энергии растянулся максимально, приняв контур тела. Подозреваю, что мне теперь даже чихать придется с превеликой осторожностью, чтобы не разнести ближайшие пару кварталов в щепки.

Я пришла к мысли, что, возможно, ритуал брал не только сам резерв силы, но и жизни, включая и те, что были отняты у других. А за эти годы у одного только ВанДэйка этих отобранных набралось столько…

Занятия медитацией я возобновила в тот же день. Вот и сейчас, сразу после завтрака, я первым делом потратила час на медитацию. Это оказалось сложнее, чем раньше. Я никак не могла отрешиться от всего, так же не получалось сконцентрироваться на себе. Наверное, отвыкла, или слишком много событий, произошедших за последнее время, не давали ни расслабиться, ни сосредоточиться. Не добившись особых успехов, отправилась на пробежку.

На первом этаже меня ожидал сюрприз.

– С добрым утром! Решил составить тебе компанию, а заодно проверить, не потеряла ли ты форму.

– С добрым, наставник, – искренне улыбнулась Нолану и морально приготовилась к подлянкам, которые он непременно будет устраивать, дабы подловить меня в тот момент, когда я меньше всего буду этого ожидать. Последний год наши занятия носили именно такой характер. А с учетом уверенности в моей возросшей силе, жалеть меня он больше не станет. Значит, и мне не стоит изображать третьеуровневую студентку. Пользоваться надо если не всем потенциалом (конечно, не всем, о чем я?), то минимум на седьмой уровень. Иначе мне не хило прилетит. – Погнали!

С тренировки мы вернулись уставшие оба. Я, потому что, это была моя первая тренировка, после двухнедельного «больничного», Нолан, потому что впервые на моей памяти после наших занятий его резерв был на нуле.

– Это просто невероятно! – восторгался абсолютно счастливый наставник. – Я такого в жизни еще никогда не видел! – Притом, что он не обладал высшим уровнем, Нолан виртуозно умел пользоваться силой. Он знал множество заклинаний, которые не требовали большой отдачи, но имели максимально продуктивный результат. Безусловно, раньше я демонстрировала свои возможности только на третий уровень, впоследствии, правда, приходилось их завышать, когда он начал подозревать, что обладаю я большими возможностями, чем показываю, вследствие чего начинал наседать. Но никогда я не выходила за рамки высшего уровня, сегодня же я дала ему понять, как же я далека и от седьмого.

– Надеюсь, и не увидишь. Ибо в существовании моей совести, абсолютно точно можно не сомневаться, это я гарантирую. А вот в наличие таковой у других, надо будет еще убедиться. Тех, кто не по своей воле обзавелись этим богатством – неопределенно повела рукой, – пока что двое, насколько мне известно. Думаю этого уже более чем достаточно. Еще большой вопрос, как Вэйланд с этим справляется?

– У него такой же уровень как у тебя? – с неподдельным интересом уставился на меня мужчина.

– Меньше. Из того что я представляю, такой как у него сейчас, у меня был до последних двух ритуалов.

– У тебя был сорок восьмой уровень?! – полезли на лоб глаза наставника.

– Остановись, если не хочешь, чтобы твои глаза покинули свою обычную позицию, – посоветовала ему я.

– Сынок, так и морщины появиться могут, – усмехнулась, наливающая нам чай, Глория.

– И вы знали?! – перевел он взгляд на маму.

– Нет, такими интимными подробностями я вообще ни с кем не планировала делиться, – укоризненно посмотрела я на него. – Только Док знал, он и помог скрыть.

Да и сейчас было так странно рассказывать об этом кому-то. Но в последнее время я многое переосмыслила. Я поняла, что у меня есть близкие люди, которым могу доверять. Должна им доверять. Тогда они меньше будут волноваться обо мне, а мне меньше придется врать. Это дорогого стоит.

– Как ты не убила Суарэса на первом курсе?! С таким то резервом!

– Скажем, это было не просто. Очень непросто. Медитация наше все! Да и я по жизни довольно таки уравновешенный человек, думаю, это сыграло не маловажную роль. Но, если честно, я планирую выучить пару успокоительных заклятий. И вам тоже следовало бы, если вы, конечно, и дальше планируете продолжать общение со мной. Меня пугают возможные перспективы.

– Не волнуйся, дорогая. Если ты, только получив силы и не умея с ними работать вообще, смогла так себя контролировать, то сейчас и подавно справишься, – заверила меня Глория, ободряюще погладив по плечу.

– Мне бы твою уверенность. Но спасибо, правда. Для меня много значит ваша поддержка. – Искренне поблагодарила я.

– Что случилось у вас с Правителем? – не забыл Нолан о разговоре недельной давности.

– Я обманом сделала его своим вассалом, – тишине, которая образовалась после моего признания, могли и рыбы позавидовать. – Он мне выбора не оставил. Он хотел меня замуж выдать, а если откажусь, объявить преступницей.

– И кто ж ему так не угодил?

– Эй!

– Шучу! Ты же понимаешь. О поисках Правителя подходящей жены для Лорана ходят легенды. Тут и думать не надо.

– Да, нет. Тут что-то другое. Он утверждал, что таким образом мне не придется совершать государственный переворот. Якобы я должна мечтать занять его место! – усмехнулась этой нелепости я, – Прям, лучше него в этом мире никто не устроился. Каждый мечтает стать Правителем!

– Вряд ли каждый, – задумчиво проговорил Нолан, – но периодически и такие находятся. На островах сейчас неспокойно. Там кто-то мутит воду. До меня доходят слухи, что некоторые острова закрыли для посещения. И там готовят бойцов. Что-то назревает, Таш. Что-то нехорошее.

Видение мужчины, готовящегося к бою, подтверждало слова наставника. Последние дни в моей памяти всплывали разные кадры не из моей жизни. Так вот Корон нашел свою трубку в своем же кабинете в ведомстве, как я и сказала ему, она валялась на полу под шкафом. После этого я стала воспринимать их всерьез. В ночь ритуалов со мной что-то произошло. Не знаю что, не могу вспомнить, но такие видения периодически стали посещать меня. И я им верила. Единственное, что я узнала про ту ночь, то, что Вэйланд рассказал полковнику, что вследствие ритуала силы во мне стало слишком много, и произошло что-то вроде взрыва. Во всяком случае, Алекса отшвырнуло и приложило о стену так, что ему понадобилась помощь целителей. На какое-то время он потерял сознание, а очнувшись, обнаружил, что я мертва. Не знаю, что он сделал и как меня оживлял, но в больницу он меня доставил дышащей и с бьющимся сердцем. А я ему даже спасибо сказать не могу.

– А чьи это острова?

– Тут не все так просто. Официально это просто территория государства, далеко не все из них частные. Их же много очень.

– Но кто-то же ими управляет?

– Скорее курирует, Совет Островов.

– Ты говорил, родители Фелиции там проживают.

– Теперь они входят в Совет. После той истории, они добились, чтобы главу сняли. Его сынок не без громкого имени папаши добывал те свитки с ритуалом. Гардэн Лоусон сложил полномочия, и даже вышел из Совета, но прямой вины за ним нет, во всяком случае, доказанной. А вот злости осталось предостаточно. Винсэн отделался пожизненным заключением в Вэй Олонэ, но Лоусон не считает это мягким наказанием, он до последнего утверждал, что сыночка оклеветали.

– Думаешь, это Лоусон что-то готовит?

– Один из островов был любимым местом его развлечений.

– И как же там развлекаются?

– Рулетка, карты, колесо удачи.

– Обалдеть! У вас есть казино?

– У нас? Чувствую, подруга, ты еще о чем-то умолчала, – с подозрением уставился он на меня.

– Ну, я, пожалуй, вас оставлю, – Глория собрала кружки и ушла на кухню, дабы не смущать нас, видимо. Нда, не все я успела рассказать наставнику.

– Ну, ты же помнишь, я тебе говорила, что я не отсюда? – мучительно подбирала я слова.

– И то, что ты не из деревни Абертис близ Дожевы, как настоящая Ван Орэл мы тогда тоже выяснили.

– Ну, допустим, Ван Орэл то я настоящая. Только немного иначе. Меня зовут Наталья Ивановна Орлова. И я из другого мира.

– И как же ты к нам попала, настоящая Ван Орэл? – после пары минут молчания, наконец, спросил Нолан. Я его не торопила, давая возможность усвоить и разложить по полочкам полученную информацию, плюсом к тому сопоставить с тем, что он уже обо мне знал.

– Не знаю, – покачала я головой. – Ты же веришь в богов, это их проделки. Могу, кстати, адресок одного храма подкинуть. Там, я уверена, ты сможешь пообщаться со своей Атракцией, или, как минимум, будешь услышан. – Храм в Норруоле даже в воспоминаниях оказывал сильное впечатление. – Можем и вместе сгонять, заодно и поболтаем! Я только схожу, переоденусь.

Помня, что там прохладнее, чем у нас, поверх уже любимой фланелевой рубашки в зеленую клетку, надела кожаную куртку. На всякий случай, захватила плед и поместила его в свой бездонный рюкзак, затем зашла на кухню и положила в него несколько наскоро сделанных бутербродов, несколько бутылочек с яблочным соком и фрукты.

– А ты подготовилась, я смотрю.

– А то! Вот возьми, – протянула мужчине кофту, – Взяла у Глории, это твоего отца, думаю, он не будет против, а тебе сейчас пригодится.

Дождалась, пока Нолан застегнется и открыла портал в Норруол. Без амулета. И без заклинания. Приглашающе указала на окно портала, но в итоге пришлось брать за руку и вести.

– А ты вообще планировала когда-нибудь сказать мне об этом?

– Говоришь, как ревнивая подружка. Прекращай, – отмахнулась от наставника. – Я планировала, никогда и никого в это не посвящать. Так себе информация, не находишь? Меня либо бояться будут, либо попытаются использовать. Причем, одно другому не мешает.

– Ты думала, мои родители или я на такое способны? – возмутился мужчина.

– Ты сам учил, рассматривать даже самые невероятные ситуации. Помнишь? А если в целом… Я попала сюда шесть лет назад, причем сразу в руки к жрецам. Мне было семнадцать, я была одна, и мне было страшно, – мы неспешно шли от центральной площади, до храма было достаточно расстояния, чтобы мы успели обсудить все самые острые моменты. Солнце светило, чайки кружили, детвора какая-то носилась, день обещал быть приятным. – Даже хорошо, что я вашего языка не знала, иначе разболтала бы все в первый день. А там не только Корон с Глорией и Доком были, Правитель лично пришел, чтоб показания мои послушать. Приказал меня будить, хотя я еще толком выздороветь не успела.

– Как же ты давала показания?

– Мы с Доком из одной страны, только из разного времени. Во всяком случае, мы пришли к такому выводу. А как там все на самом деле обстоит… У богини своей спросишь. Может и ответит.

– Это Стержнев тебя предостерег? Он же дружен был с отцом и Норгоном?

– Дружен. Только он их достаточно хорошо знал. Корону-то он доверял намного больше, но признай, они же оба, что твой отец, что Правитель, помешаны на службе. Хотя в отношении Дариэна, я уже не очень уверена. В любом случае, представь, ты получаешь единственного свидетеля преступления, жертву, но вместо потерь, она только сплошные плюшки имеет со своей беды. И уже не такой уж она несчастной кажется, а даже скорее подозрительной. А не сама ли она это все устроила? А не она ли тот главный жрец, что в обычной жизни под личиной ходит? То, что языка не знает, так это искусная игра. То, что еле спасли ее, так это просто перестарались случайно. Об изучении Доком ритуальных ранений, несколько лет назад научная статья выпущена была, что к нему обратятся в случае нужды, можно было и догадаться. О том, что они с Короном друзья, тот же Дакрэйн знал. Могло быть такое? А почему, нет? Твой отец не знал меня, как он мог рассудить в такой ситуации? Как бы ты сам рассуждал?

– Да. Надо признать, ситуация получилась бы так себе.

– А со стороны Норгона? В его вотчине появился маг невиданной силы! Необученный, но от этого не менее опасный. Я ему никто. Родственников или иных заступников у меня здесь нет. Не проще ли меня сразу убрать?

– Ну почему сразу убивать? Можно и использовать.

– И как бы ты планировал меня использовать? А если я откажусь?

– Вассальная кля… а-а-а! Так он попытался получить с тебя клятву?

– Во-первых, эта «кля» может быть только добровольной, а я могла отказаться. А во-вторых, не совсем, я сама предложила, а он и уцепился за идею. Забыл только, что это тоже ритуал. Я еще и пластырь отклеила в процессе, чтоб наверняка.

– Они на тебе как-то не так действуют, да?

– Наоборот они действуют. Только, даже не будь этой особенности, он все равно не стал бы мне сюзереном. Мы не равны. И уж тем более, я не ниже его по силе. А он ведь еще пытался добавить рабскую руну, – усмехнулась, – я стерла.

– И это он уже успел тебя получше узнать.

– Да ничуть он меня не узнал! – до сих пор обидно было. – На восемнадцатилетие подарил мне амулет переноса со встроенным маячком слежения. И главное, Доку его и заказал! Типа, доверяйте мне, все вашими же руками и сделано! А своим умельцам дал маяк впаять. А после смерти Дока по дому пустил шарить своих людей. Тело еще остыть не успело, а он уже тайники искал! Ну и что было бы, узнай он с самого начала про мою силу?

– Да, я понял тебя. С доверием у тебя итак туго, а тут такие тайны…

– Теперь уж, какие тайны? Правитель уже в курсе, но против меня печать клятвы пойти не позволит. От жреца прятаться не надо, так же как и выискивать его, ибо мертв он. На счет подельников… никто конечно наверняка не знает, есть ли они еще. Правда, тела одного из них точно не обнаружили, мне Фэлтон говорил. Мужчина среди заговорщиков один был, неприметный совершенно, такой мимо пройдет, ты через секунду забудешь, как он выглядит. Да даже в упор его несколько минут разглядывать и то без толкубудет! Олен Менол, слышал о таком?

– Н-нет, – чуть задумавшись, ответил Нолан, – но по своим каналам могу узнать.

– Он может оказаться одной из личин жреца, поэтому я особо и не заморачиваюсь. Но вдруг? – помолчав, добавила, – Ты не обижайся, ладно? Вы как родные мне стали, но это лишь дополнительный стимул, чтобы в случае опасности вас не впутывать.

– Я понимаю, – обнял меня учитель, друг, наставник и практически брат. – Только пообещай, что постараешься доверять нам. Хотя бы каждому по чуть-чуть.

– Ладно. Фелиция расстроилась, да? – вспомнила я лицо его жены, когда мы виделись последний раз.

– Скорее, она в растерянности. Она не знает, как себя с тобой вести. Все ее представления о тебе оказались ложными, ей непросто это принять. Но, думаю, она справиться. Ты только поговори с ней. У нее выходной завтра, заказ завершила, я ее утром привезу.

– Хорошо. Самой неуютно. Я за эти годы, пожалуй, ей больше всех задолжала.

– Это почему это? – удивился мужчина.

– Ну как же? Если бы не ее фломебулус, я бы не смогла все это пережить!

– Согласен, когда женился, даже не догадывался, что самым лучшим качеством в ней будет ее профессия.

Вот так, посмеиваясь, мы и добрались до дверей храма.

– Нолан, – притормозила я его, – я не шутила, что в этом месте боги могут услышать тебя, ты это сейчас и сам поймешь. Только ничего у них не проси.

– Почему? Мне казалось, что это одна из основных причин обращения к богам, – удивился он.

– Плата за исполнение желания может оказаться несоизмеримой. Просто поверь мне, у этих шутников очень черный юмор.

– Хорошо. Но потом, я все-таки надеюсь услышать более подробное объяснение.

– Договорились, потом перескажу тебе историю одного знаменитого жреца.

Глава 6

Таша Ван Орэл

Я знала, что еще вернусь сюда. Даже не из-за дела с ритуалами, а просто вернусь. Это было странное место, но в нем было нечто притягательное. После штурма двухнедельной давности уже успели починить подпорченные двери и некоторые предметы обстановки, но в целом картина была удручающей. Виднелись прожженные следы от заклятий, отколотые куски статуй. Подошла к ближайшей из них, оценила ущерб. Неправильно это было. Чувствовала, что неправильно. Аж кончики пальцев покалывать начало.

– Таша! – окликнул меня знакомый голос. Обернулась и увидела Картэра, несшего в руках блокнот, в который, видимо только что, вносил какие-то заметки.

– Рик! Работу прогуливаешь? – улыбнулась парню.

– Я отпросился на пару дней. Надо здесь помочь. Вот составляю список, что требуется отреставрировать, что заменить. Еле порядок навели, да двери починили пока.

Отошедший, чтобы осмотреться, Нолан, тут же оказался рядом со мной.

– Познакомься, это мой наставник!

– Нолан Рэйлис.

– Рик Картэр. Сослуживец Таши, – мужчины обменялись рукопожатием. – Вы по делу, или…

– Или. Просто хотела Нолану показать этот храм. Да и самой надо было… – даже не знаю, что надо было, просто как зудящее чувство какое-то. Знала, что мне сюда надо.

– Понял. Вы осматривайтесь пока, Горан скоро подойдет, он вам поможет, – сказал Рик Нолану. Я кивнула, и наставник снова отошел.

– Я давно поговорить с тобой хотел, все что-то не решался. Думал, будет мое дежурство, тогда и скажу. Но ты от охраны отказалась, как в себя пришла, а самому в гости к полковнику идти неудобно, что ли… Спасибо тебе! Если бы не ты, Горан был бы мертв. А он единственный близкий мне человек остался.

– Не благодари, – помотала я головой. До сих пор чувствовала свою вину, что не предупредила Рика тогда, или того же Горана не убедила держаться подальше от храма в ночь звездопада. Я же знала, что жрец выберет именно этот. – Если бы я вовремя вас предупредила, он бы вообще не пострадал. А я побоялась, что действия храмовника вызовут подозрение и жрец выберет другое место для ритуала и жертв перепрячет… С одной стороны понимаю, что на самом деле не было гарантии, что ВанДэйк чего-нибудь ни заподозрит, но с другой… может, и можно было как-то выйти из положения, не подвергая риску невиновного.

– Не терзайся понапрасну. Валери нам рассказала, что вам пришлось проделать, чтобы спасти девочек. И благодаря тебе все остались живы, значит это и был наилучший выбор!

– Может ты и прав.

– Тем более, получить предсказание от Марика и так быстро его разгадать, еще, на моей памяти, никому не удавалось! – усмехнулся парень.

– Загадочный он тип, да. И это я еще одну строчку не поняла, но к тому делу она не больно-то имеет отношение.

– Лия! – к нам из недр храма спешил прихрамывающий Горан. – Я очень рад снова вас видеть! – пожал он мою руку своими двумя. Было видно, что мужчина пострадал изрядно, но лекари свое дело знали. Еще немного и ни следа от увечий не останется.

– Ты что-то путаешь, это Таша… – начал было Рик.

– Да ну что ты, разве можно? – укоризненно посмотрел на него Горан. – Рад, что вы нашли того кого искали, жаль не смог раньше припомнить имя. Но чего уже печалиться о прошедшем.

– Я тоже до последнего сомневалась, а поверила бы вам тогда, и достаточно было бы просто спросить у Рика, кого из отдела он сюда приводил.

– Подождите, так это ты та девушка? Лия?! Но как? И как ты узнал ее?

– Я Наталия. Наташа, Таша, Лия. По-всякому можно обращаться. И умею хорошо маскироваться, – уклончиво ответила я. Не хотелось упоминать про амулет личины. Но вот как Горан узнал… – А Вы ведь видите иначе.– Пронзила меня догадка. Как бы еще он меня узнал? Это не то, как я иномирянка, это по-другому. Он ауры видит! Горан и в прошлый наш разговор упоминал, что легко определяет потребность человека. Тогда сходу понял, что я не за исповедью пришла, не рассказывать, а чтобы ответы получить. Сказал, что те, кто хочет рассказать, они другие. Это все как-то отражается на ауре, я еще на Земле о таком читала. Эмоции, их же не скрыть! – Вы всегда так видите людей?

– С тех пор как пришел к вере, – легко ответил храмовник, он не держал на меня зла, что я тут фактически его секрет раскрыла.

– К вере, или в этот храм? – пришла догадка номер два. – И что они забрали взамен?

– Они не всегда забирают. Боги дают испытания и силы на то чтобы их пройти, но люди слишком часто предпочитают идти по легкому пути.

– Жреца забрали от родителей младенцем нескольких часов отроду. И перенесли обратно в этот мир стариком. В том мире он не знал ни любви, ни ласки родительской, а без этого очень трудно вырасти хорошим человеком, особенно, когда по возвращении видишь своего удачливого, все еще юного, да еще и более сильного близнеца. А в качестве его девушки, ту в которую влюбляешься с первого взгляда.

– Но у него никто не отбирал свободу выбора. Поступи он по другому, в конце пути его бы ждала достойная награда, – грустно улыбнулся храмовник.

– Не то чтобы я с вами не согласилась, его поступки оправдать не получится, как ни старайся. Такому оправдания быть не может, сама так считаю. Но все же они, – указала взглядом на статуи, что с интересом прислушивались к нашему разговору, – с ним поступили жестоко.

Каждый помолчал, подумав о своем. Сложно представить, как поступил бы сам, оказавшись на месте другого человека.

«Помоги…» – услышала я шепот, со всех сторон. Он был как будто одновременно и близко, и далеко, в первое мгновение я даже испугалась.

«Помоги исправить…» – я все крутилась и прислушивалась, когда прозвучит продолжение, но на этом все закончилось.

– И это все? Подробностей не будет?! – спросила, посмотрев в глаза каждой статуе.

– Что случилось? – подошел Нолан, до этого не желавший прерывать наш разговор.

– Вы разве не слышали? – обратила внимания, что все трое мужчин смотрят на меня с подозрением.

– Предупреждаю сразу, я не спятила! Так внезапно это не происходит, а предпосылок раньше не наблюдалось, – статуи больше не подавали признаков активности. А то, что это они, было ясно, как день.

– Так что случилось? – повторил вопрос наставник.

– Думаю, кто-то за мой счет хочет прикрыть свои косяки, – взгляд сам собой остановился на Атракции. В голове возникло заклинание, «Амэорэ вортэда», а что это именно заклинание сомнений не вызывало, особенно когда вслед за словами, которые самопроизвольно произнес мой рот, мои руки сами собой произвели незамысловатые пассы. Мир вокруг пришел в движение. Но обычным зрением этого было не увидеть. Нити силы из пространства потянулись к статуям, стенам и немногочисленным предметам мебели, что все еще находились в помещении. Все то, что пострадало от рук жрецов и служителей ведомства, а так же и то, что от времени пришло в увядание, не смотря на налагаемые периодически сохраняющие заклятия, стремительно восстанавливалось. И даже палочки благовоний перед статуями богов, что догорели еще до нашего прихода, приняли первозданный вид. Повернулась к мужчинам, и заметила, что не только обстановка претерпевала значительные улучшения. Нити силы оплели как коконом каждого из них, восстанавливая все то, что было повреждено! Через несколько минут все остановилось.

– Это ли ни чудо? – спросил, уже точно абсолютно здоровый, Горан.

В надежде задрала рукав рубашки, но мои чаяния не оправдались. Шрамы остались на месте. Да больно надо было!

– Думаю, можешь уже отложить блокнот, – сказала Рику, все еще пребывавшему в шоке. Потом повернулась к Нолану, – Я же говорила, связь с богами в этом месте явно присутствует! Правда я не ожидала, что они еще и контроль над телом забирать могут, – укоризненно посмотрела на статую богини, что это устроила. – Больше так не делай, без моего разрешения!

Это ведь она меня сюда заманила! Нолан же говорил, Атракция так работает. Наитие, предчувствие, шестое чувство…

– Думаю, моя миссия здесь на сегодня выполнена, и я могу отчалить…

«Помоги исправить…» – опять многоголосый разно удаленный шепот.

– То есть вопрос более глобальный, чем этот? – посмотрела на обнаглевших богов. В сознании пронеслись картины минувших дней, давно минувших. Маги в красных балахонах, чертят две пентаграммы, в центре каждой из них прикованы наручниками к ритуальным камням жертвы. Но жрецы не остаются в пентаграммах, они кладут в них артефакты, и зачитывают свои заклинания, выйдя за пределы звезд. Но этого недостаточно. Снова и снова они лишают невинных людей жизни, а артефактам все мало. С каждым разом маги приближаются к своей цели, пока однажды не достигают ее. Переполненные силой артефакты оживают и, как хищные твари из детских кошмаров, они тянут свои почти невидимые щупальца к неудачливым жрецам, что породили их в надежде обуздать стихии…

– Вот это эффект присутствия! – с трудом приходила в себя после просмотра чьих-то воспоминаний. – И только не говорите, что вы опять ничего не видели и не слышали! – с надеждой посмотрела на мужчин.

– Думаю, это было только для тебя, – сказал храмовник, усаживая меня на скамью.

– Я видела, как создали два артефакта. Для их производства, точнее наполнения, убили много людей, – припомнила, сколько их было, – очень много. А потом они, артефакты эти, поглотили своих создателей. – Меня передернуло от воспоминания об их щупальцах, – И я уже видела их раньше, кажется во сне. Один из них лежит в центре песчаного континента, второй – в глубинах океана. Они причина гибели континентов, того, что остался только один живой. И они все еще продолжают убивать. Только ме-е-едленно.

«Помоги исправить…»

Кажется, честь разгребать чужие косяки торжественно вручили мне.

Глава 7

Алекс Вэйланд

Зря я вчера решил допить ту бутылку, что забрал у Норгона. Что это было за пойло вообще? Его кто-то проклял? Давно у меня так голова не раскалывалась, придется посетить Стэнли. Этот надменный хлыщ мне никогда особо не нравился, но он единственный целитель на весь замок. Кряхтя и браня себя за недальновидность, побрел к кабинету, в котором обычно вместе с двумя учеными обитал целитель. Подойдя почти вплотную к двери, притормозил, пытаясь унять очередной приступ боли, пронзивший мою голову.

– Не понимаю, что он с ним возится? Посадил бы его на острове, и все дела. Никуда бы он не делся. А как научиться себя контролировать, так бы и вытащили его отсюда. Мы тут только время тратим понапрасну! – из-за двери доносился недовольный голос Стэнли.

– Мэрлок, тебе еще не надоело? Каждый день с этого начинаешь. Если Правитель здесь, значит так надо. Он беспокоиться о Вэйланде, у него были большие планы на этого парня. Да еще и такой потенциал. Это же нонсенс! – Тэр Вардэн встал на мою сторону.

– Да какое беспокойство, Шарль? Норгон просто еще не придумал, как его укротить. От печати вассала на ауре Вэйланда не осталось и следа. Ты думаешь, Морган и Уоллес целыми днями тут ищут способ, как помочь этому мальчишке справиться с силой, листая древние трактаты о порабощении драконов?

– Что ты такое говоришь? Какие трактаты? Это же книги драконов?

– Если ты не знал, Уоллес по первому образованию иллюзионист. Впрочем, я и сам случайно заметил, что это морок, заклинание развеялось, а новое еще не успели наложить.

– И ты смог прочесть? – с подозрением спросил Вардэн.

– Не забывай, кто у меня тетя, – вспомнилось, что родственница Стэнли была директором музея древних цивилизаций в столице. – Я у нее еще в студенчестве такие книжки любил листать, все надеялся перенять опыт предков. У нас на курсе ходили легенды, что они знали целительские приемы, способные и мертвого поднять из могилы. Как по мне, так чушь несусветная. Но юность не велит сидеть на месте! А желание впечатлить одну симпатичную Тэру только подстегнуло, – усмехнулся своим воспоминаниям целитель. – Не скажу, что я прям все мог перевести из того, что в них написано. Но кое-какие схемы и отдельные слова понять удалось.

– И о чем же говориться в этих книгах?

– О том, как поработить или выкачать силы, да много разного. Но вывод напросился сам собой, запрещенные ритуалы пошли именно от них.

– Ты думаешь, Норгон станет проводить запрещенный ритуал?! – ужаснулся Вардэн.

– Ты что! Нет, конечно! Думаю, он ищет варианты обойтись без кровопролития, и либо поднять свой уровень за счет Вэйланда, либо найти способ на сто процентов управлять им. Уверенности, что этот парень не пойдет против него, у Норгона явно нет. А в свете последних событий… Ту девчонку выжившую не смогли убить и два последующих ритуала. И что от нее ждать, неизвестно. Еще и на островах какая-то муть началась.

Подслушивать было противно, и голова никак не желала проходить, поэтому решил присоединиться к разговору.

– И что же происходит на островах? – спросил, заходя в кабинет. От глаз не укрылось, как дернулся в страхе Стэнли. А вот Вардэн как будто даже вздохнул с облегчением.

– Ну, так как?

– А вас, Тэр Вэйланд, манерам так никто и не обучил, – принял свой обычный высокомерный вид целитель. – И много вы успели подслушать?

– Раз вы не хотите отвечать на мой вопрос, то и я не стану отвечать на ваш. Я по делу к вам пришел. Не соблаговолите ли вы заняться своей профессиональной деятельностью и вылечить меня от головной боли? – просить было унизительно, но не время для гордости, когда ТАК плохо. Тем более что, кажется, мне потребуется ясный ум для осмысливания всего услышанного.

– И не стыдно о таком просить? – скривился Стэнли, но за дело принялся. И судя по его слегка дрожащим пальцам, вся эта напускная надменность была сейчас лишь для того, чтобы скрыть страх.

– Благодарю! – вполне искренне, испытав облегчение, сказал я. В голове поселилась такая легкость, что грубить в ответ я передумал.

– Не за что, – поспешил отойти от меня подальше целитель.

– Я не собирался вас подслушивать, но не буду скрывать, что услышал. Так Норгон намеревается воспользоваться моей силой?

– Я не стану говорить за Правителя. Если так хочется, спросите у него! – даже к окну отвернулся.

– Мне нечего сказать, Алекс. Я прибывал в полной уверенности, что мы находимся на этом острове с той целью, которая была озвучена нам всем, – виновато сказал Вардэн. Пожалуй, из всех обитателей замка, доверять можно было только этому человеку.

– Что ж, тогда действительно придется спросить у самого Правителя. Или вы Стэнли, считали, что я не стану этого делать? Постесняюсь? Согласитесь, в данном вопросе ложная скромность неуместна. Если вы боитесь, что я упомяну о том, что эта информация дошла до меня от вас, можете не волноваться. Не привык гадить исподтишка.

– Предпочитаете делать это напрямую, Тэр Вэйланд? – попытался уколоть меня целитель.

– Предпочитаю быть прямолинейным и называть вещи своими именами. Но очевидно подставлять человека под удар только за то, что он мне не нравится, не стану, – твердо ответил, глядя в глаза этому заносчивому типу. – Другой вопрос, что вы спокойно прошли бы мимо, даже если бы на ваших глазах ко мне применяли незаконные методы. Но это дело вашей совести, не моей.

– Не будь так строг, Алекс! Я уверен ты ошибаешься, Мэрлок чтит закон, – заступился и за него Вардэн. – Думаю, он просто не верит, что они что-то смогут найти. А если и найдут что-то подобное, то он обязательно нам сообщит. Ведь так? – с надеждой спросил ученый, глядя на Стэнли.

– Я служу Правителю, но я против подобных методов и считаю, что перед законом все равны, в особенности те, кто стоит в его главе, – задрав подбородок, ответил целитель. А потом, чуть помедлив, дополнил, – Я сомневаюсь, что он способен на такое. Хоть в последнее время Норгон ведет себя очень странно, но раньше он никогда не поступал подобным образом. Это не в его характере.

– И в чем странность?

– Помимо того, что торчит здесь безвылазно уже неделю? Он не дает себя лечить. Раньше я раз в три дня проверял его состояние магией, и если что-то было не так, тут же подправлял. Последние две недели он требует только зелья. Если что-то беспокоит, словами описывает что, но наотрез отказывается от проверки.

«Печать вассала на ауре» – прислал мне воспоминание Гоша. При целительской проверке, Стэнли увидит печать. Точно! Да, не просто Норгону придется.

– А сегодня ты его уже видел?

Целитель скривился от такого фамильярного обращения, но ответил, – Нет еще, он меня пока не вызывал.

– Ну, тогда можешь сразу готовить ему зелье опохмела, судя по тому, что он только при мне выпил в два раза больше чем я, ему оно сегодня о-о-очень пригодиться!

На удивление, Стэнли внял моему совету и мигом покинул помещение, видимо, готовить зелье.

– Я рад, что ты услышал этот разговор. Это избавило меня от дилеммы. Мэрлок мой друг, а о делах Правителя я не имею права распространяться по договору. Но ты хороший человек. Ты не преступник, чтобы так с тобой поступать! Я бы попал в затруднительное положение.

– Думаю, в итоге вы бы поступили правильно, Шарль.

– Наверное, ты прав, Алекс. Смею на это надеяться. Ты думаешь, Норгон действительно хочет тебя использовать?

– Думаю, он напуган. Я пытался вчера разъяснить ему, что он очень сильно ошибся в одном человеке, и ищет врагов не там, где они есть. Но проснувшись сегодня, начинаю сомневаться, что вчера он был способен меня услышать. Могу я попросить вас, Шарль?

– Все, что в моих силах.

– Сообщите если заметите что-то странное в поведении других обитателей замка.

Таша Ван Орэл

Мы сидели на песчаном берегу, недалеко от бывших развалин родильного отделения больницы. Почему бывших? Потому что, выйдя из храма, мы обнаружили абсолютно целое здание больницы, даже следов которой, к слову, я раньше не видела. Это уже храмовник нас просветил. Горожане столпились вокруг белоснежного трехэтажного здания, колонны и украшения фасада которого напоминали древнегреческий стиль моего мира. Рик с Гораном отправились на исследование внезапно возникшей из ниоткуда постройки, а мы пошли в сторону берега. По дороге заглянули в бывшие развалины, в которых еще две недели назад жрецы прятали несостоявшихся жертв. Строение по стилистике было подобно главному зданию, но имело только один этаж. Никакой мебели, естественно, внутри не оказалось, но думаю это ненадолго. Горожане быстро разберутся, что к чему, а храмовник им в этом поможет. Нашла люк в подпол, в котором держали пленниц, да и меня саму вместе с Валери в ночь ритуала, и от всей широты души наложила запирающее заклятие. Теперь без моего разрешения никто эту чудо-комнатушку не откроет. Ибо нефиг! В последствии стоит поискать способы ее уничтожить или запереть навечно, такое место может стать смертельным для попавшего внутрь.

А дойдя до берега, извлекла из рюкзака так кстати захваченный плед и перекус. Устроилась поудобнее, постучала по месту рядом с собой, приглашая наставника ко мне присоединиться, протянула ему бутерброд и сама принялась за еду. Каждый из нас был погружен в свои мысли, нам обоим это утро преподнесло достаточно сюрпризов и изрядно добавило пищи для размышлений. Рику, пришедшему в скором времени, так же был вручен бутерброд и бутылочка с соком. Места на пледе хватило на всех. Волны лениво накатывали на берег и так же неторопливо отступали. Чистое небо радовало полуденной почти прозрачной голубизной, а солнце припекало так, что пришлось срочно избавляться от теплой одежды. Куртка и рубашка были отправлены в рюкзак, а я впервые в этом мире решилась позагорать. Не полностью конечно. Зеленая майка на тонких бретельках открывала только плечи и верхнюю часть спины, но это и было тем, что последние несколько лет я усердно прятала. Мужчины, погруженные в свои мысли не обратили внимания на мои манипуляции, поэтому, когда я, скинув ботинки, а за ними и носки, подвернула штанины и пошла, прогуляться по кромке воды, Картэр чуть не подавился яблоком, что я ему вручила вслед бутерброду, а Нолан не сдержал возглас. Улучшало видимость еще и моя сегодняшняя прическа – высокий хвост, что при длине моих волос полностью открывало обзор и на новоприобретенный шрам, до этого скрытый высоким воротником куртки. Не стала ничего объяснять, но не удивилась, когда через несколько метров меня догнал Рик.

– Лия, можно с тобой? – а вот обращение сослуживца удивило.

– Можно. А почему «Лия»?

– Я вдруг сегодня понял, что совсем не знал тебя раньше. А тогда, когда ты представилась Лией, ты была настоящей. Ни улыбчивой и без повода восторженной, уж прости, дурочкой, а нормальной. Насмешливая, настороженная, вдумчивая, это ведь про тебя на самом деле, да?

– Возможно, – растерялась я. – Ты извини, я прекрасно понимаю, что в связи с последними событиями вы все в отделе пересмотрели свое отношение ко мне. Я же, как шпион среди вас была, все что-то выведывала, вынюхивала. Самой иногда противно было, но откровенно признаюсь, ваше мнение обо мне это последнее, что меня волновало, разве что от него могло зависеть качество полученной информации. Мне просто надо было втереться к вам в доверие, не более.

Как бы там ни было, я знала, что поступила правильно и особо сильными угрызениями совести не страдала. Раньше. Сейчас эти мысли вызывали стыд. Отогнала прочь всю эту чепуху, все равно уже ничего не изменишь. Что-то странное со мной сегодня твориться, не иначе. Надо расслабиться.

– Понимаю. Полковник нам все объяснил, пока ты была без сознания.

Я ловила докатившиеся волны ногами и радовалась такому простому действию, как ребенок. Давно я не могла себе позволить подобного, как же давно…

– Как ты это пережила? – все-таки спросил Картэр, указав рукой на шрамы.

Улыбнулась, – ни к чему тебе это, Рик, поверь. – И продолжила играться с водой.

В этот момент не было ничего более увлекательного, чем это занятие. Вспомнились наставления мамы «живи полной жизнью, чувствуй моменты». А я все в какой-то гонке последние шесть лет. Экстренное обучение языку, скоростное изучение окружающего мира, стремительное познание боевых искусств, магии, маскировки, притворства, и прочее. Потом внедрение в отдел, поиски шпионов, жрецы, ритуалы, а когда жить? Когда сестренка была маленькая, я очень любила за ней наблюдать. Дети умеют ловить моменты. Они самозабвенно прыгают по лужам, с полной самоотдачей бегают наперегонки, не чтобы догнать или перегнать, а ради самого бега, потому что он им просто нравиться! Бесконечно могут изучать облака, выискивая в их очертаниях знакомые силуэты, воображая приключающиеся с ними истории… Наверно, вырастая мы утрачиваем эту способность, забываем, что так тоже можно, не спешить, не делать что-то только ради результата, а наслаждаясь бесполезным действием. Может статься, в этих действиях смысла больше, чем в иных важных делах.

– Ты вернешься в отдел? – в Норруоле Рик был непривычно разговорчивым, я это отметила еще в тот первый свой приезд.

– А надо? Я не уверена, что все будут мне так уж рады, – усмехнулась.

– Наши точно тебе обрадуются! И я буду очень рад, – с удивлением посмотрела на парня, что всегда взирал на меня с насмешливым снисхождением. Знаю, то отношение ко мне было обусловлено ролью, что я играла, но я уже успела к этому привыкнуть. Сейчас же Картэр глядел на меня, открыто и честно демонстрируя свою заинтересованность.

– Спасибо, Рик, – улыбнулась, польщенная его признанием. – Но пока что боги подкинули мне новую работенку. – Указала глазами на здание храма в отдалении. – Сомневаюсь, что они оставят мне выбор, поэтому о возвращении в отдел пока не может быть и речи.

– Честно говоря, я не очень понял, что с тобой случилось в храме. Точнее, я понял, что боги послали тебе видение из прошлого, но как это относиться к настоящему? И что лично ты можешь сделать?

– Судя по изменившемуся ландшафту, сделать-то я могу многое. Только не в любой момент, как я понимаю. Я не могу вспомнить ни слов, ни движений, что через меня произнесла Атракция, – и это было правдой, – но силой она воспользовалась моей. Предполагаю, мне еще предстоит изобразить что-то подобное, – неопределенно повела рукой, – только сначала нужно найти и уничтожить артефакты, что создали древние неумные маги. Они все еще работают, этого никто не замечает, но они продолжают убивать жизнь вокруг себя. Не знаю, как еще живы обитатели Вэй Олонэ, но чувствую, это мне вскоре и предстоит выяснить. Песчаный материк, превратился в сплошную пустыню из-за попытки алчущих до силы дураков подчинить стихию земли. С другой стороны планеты, в глубинах океана покоиться артефакт, укротивший стихию воды. И вот вопрос, как их деактивировать? – Невесело усмехнулась я.

– Если тебе понадобиться помощь, только скажи.

Это не было пафосным заявлением, Рику вообще было не свойственно бросаться громкими словами, как я заметила. Он говорил ровно то, что думал, не пытаясь добавить весомости своей персоне подобным образом. Он мне нравился. Определенно нравился. Да и как мужчина, Картэр был мне симпатичен. Стоило об этом подумать, а всяких там голубоглазых капитанов, что не выходили у меня из головы, пора было вычеркнуть раз и навсегда. Не дело забивать себе голову мыслями о человеке, что не испытывал ко мне и доли тех чувств, что питала к нему я.

– Спасибо, Рик, обязательно скажу.

Глава 8

Таша Ван Орэл

Оставили Рика разбираться с местными властями по поводу несогласованного самостроя. А как еще назвать возникшую больницу и ее же отдельный корпус? К тому же, собравшиеся у храма горожане утверждали, что их дома и улицы так же сильно изменились в лучшую сторону. Мы с Ноланом отправились в одну из самых больших библиотек на Эртоне, расположенную (кто бы сомневался вообще?) в Академии Бэйля. Родное учебное заведение встретило нас тишиной и безлюдьем. Экзамены и выпускной бал уже прошли, до начала нового набора еще месяц, студенты разъехались по домам, преподаватели в отпусках. Библиотекари, Тэра Лорэя и Тэра Виена, так же находились на отдыхе, поэтому шарить в поисках нужной информации нам предстояло самостоятельно. А так как объемы книг, представшие перед нами, оказались по моим скромным подсчетам немыслимыми(!), решено было вызвать подмогу. А так как беспрепятственно, а главное продуктивно пользоваться библиотекой могли только преподаватели и студенты, позвали мы моих друзей. Весь поток, включая и меня, с которым я обучалась, кроме отчисленных, имел доступ к библиотеке до начала нового учебного года. Нолан объяснил, что так делается на случай, если кто-то из студентов решит подряд получить второе образование, а такие хоть и немного, но находились.

Я не знала, как ребята меня воспримут, поэтому жутко нервничала, и вызывать их отрядила наставника.

– Таш, расслабься ты! Это твои друзья, не съедят же они тебя, в самом деле! – увещевал он меня спустя полчаса наблюдений за моими метаниями.

– Тебе хорошо говорить. Сомневаюсь, что ты когда-нибудь представал перед своими друзьями с другим лицом и заверениями, что вот так ты как раз и выглядишь на самом деле, – ворчала я.

– В самом худшем случае, они решат, что ты сделала операцию. Причем не одну, – окинул меня задумчивым взглядом декан боевого факультета. Хотелось ответить ему чем-то резко-язвительным, а может и тапком кинуть, но в этот момент в библиотеку зашли ребята. Темнокожая красотка Мэгги даже в простой белой майке и голубых брюках наподобие джинс умудрялась выглядеть сногсшибательно! В моем мире ее лицо не сходило бы с обложек модных журналов, а фигура мелькала бы на каждом показе именитых кутюрье! Ну а в этом, она была превосходным целителем, что, впрочем, намного лучше, на мой взгляд. Зашедшие вслед за ней, по летнему одетые и загорелые Дью и Пэй, о чем-то переговаривались, но при виде нас умолкли. Я была так рада их видеть, что, чуть было, не расплакалась от переизбытка чувств. А мы ведь только три с половиной месяца не виделись. Целых три с половиной месяца! Сегодня я поймала волну сентиментальности не иначе. Предательская слеза все же сорвалась с ресниц, но я быстро отвернулась и вытерла лицо, пытаясь незаметно шмыгнуть носом.

– Тэр Рэйлис, добрый день. Что-то случилось? – Дью решил начать разговор. – Тэру кто-то обидел и нужна наша помощь?

– Эту? – уточнил наставник, некультурно ткнув пальцем мне в плечо. – Эта сама кого хочешь обидит! – оскорбленно посмотрела на мужчину. – И называй меня по имени, не студент уже. – Пожимая руки парням и целуя пальчики зардевшейся Мэгги, сказал Нолан.

– Так что случилось? Я так понял, что что-то срочное, мы прибыли как смогли, – продолжал вопрошать Морон, поглядывая в мою сторону.

– А это пусть она, – кивок на меня, – вам объясняет, а я вот оттуда понаблюдаю. – И без лишних слов ушел к дальнему столу у окошка, прихватив с собой пару уже отобранных нами ранее книг по древним артефактам.

– Тэра? – намекнул мне Дью, чтобы я все-таки начала уже объяснять.

А я даже слова вымолвить не могла. Мне было так стыдно перед ними. Я знала и понимала, что врать мне им приходилось не по своей прихоти, и даже то, что от этого вранья им не стало хуже, ведь оно никак на них не могло отразиться. Странно, но перед Лораном и ребятами из отдела мне не было так мучительно стыдно. Во всяком случае, раньше. И все же следовало собрать себя в кучку и уже начать, наконец, этот малоприятный разговор.

– Таша, Дью, меня зовут Таша, – с трудом выдавила из себя эти слова, а потом наблюдала, как округляются в изумлении глаза ребят, Мэг прикрывает рот ладошкой. Она всегда так делает, когда не может справиться с эмоциями. А Пэй, не сильно стеснительный парень, просто подошел ко мне вплотную и стал внимательно разглядывать, а затем резюмировал,

– И, правда, ты. Ташка! – обнял и закружил меня парень. А за ним остальные последовали его примеру.

– Мы так переживали за тебя!

– Думали, ты там уже никогда не выберешься из своей депрессии!

– Как ты?

– Ты давно вернулась?

– Вы неисправимы! – рассмеялась я, все-таки громко шмыгая носом. Пригласила их присесть за ближайший стол. – История выйдет долгая, но сейчас без особых подробностей, временем не сильно располагаю.

И я им рассказала, как пришла в этот мир, как попала на первый, но, увы, не последний в своей жизни ритуал, но вместо того, чтобы бесславно умереть, взяла да и выжила. А вот жрецам так не повезло. Про то, что в целях конспирации я носила амулет изменения внешности, может и не самый удачный вариант, серой и невзрачной девочки, но, как показала практика, вполне надежный. Более того, я думаю, что ношение этой личины помогло мне вырасти духовно, а главное сразу научило выбирать друзей, чему лично я очень рада! Про то, что я никуда не уезжала, но мне требовалось дистанцироваться ото всех и научиться быть собой.

– Да я оказывается, за эти годы выросла на пять сантиметров! – вещала я друзьям, которые, по видимому, находились в таком шоке, что, вопреки их обычному поведению, даже не перебивали мой монолог.

Рассказала я и про внедрение в Отдел Специальных Расследований, с целью выявления шпионов и приспешников жреца. Про то, как он умер. И как мне на самом деле жаль его. Я вообще только сейчас поняла, что мне на самом деле его жаль. Несмотря на все ужасы, что он творил, на убийства невинных детей, что он буквально поставил на поток(!) у меня не получалось его ненавидеть. Даже прикованной к тому алтарю, зная, что возможно мой план провалиться и все-таки он выживет, а я нет. Даже тогда я не испытывала к нему ненависти, а уж прочтя его дневник… Про дневник я тоже рассказала, но его историю обещала поведать в другой раз. А пока,

– В общем, я обладательница самого большого уровня силы, ибо все те жрецы, пусть и не добровольно, отдали свои жизни и энергию мне.

– Я недавно читал, интервью одного целителя про начальника Отдела Специальных Расследований, типа у него сорок восьмой уровень, но там про мужика писали. Помните ребят? – посмотрел на парочку Пэй, – Думал, врут. Выходит, это про тебя? Но ты не мужик и не начальник, пока. Это у тебя сорок восьмой уровень?

– Нет, то, что написали это про Алекса и это правда. Но я была не в курсе, что вообще писали, – криво улыбнулась я. Вот же пронырливые журналисты! – У меня уровень больше, раза в три. Такой как у Вэйланда, у меня был после первого ритуала.

Я думала, что более удивленными они просто не могут выглядеть.

– Ты шутишь? – не сдавался Пэй, – И ты не расщепила нас на составляющие еще на первом курсе?!

– А ты был бы этому рад? – спросила Мэг, пихнув его в бок локтем. – Вам бы хорошую трепку тогда не помешало бы задать! С этим не поспоришь! Но Таша бы так никогда не поступила, сам же понимаешь.

– Да, прости, Таш, – согласился парень. – Но как же первые месяцы? Да тебя в целительском корпусе как любимое учебное пособие встречали! Как так-то? Почему?

– Именно потому Пэй, именно потому, либо встречали бы меня, либо хоронили бы вас. Я выбрала первый вариант. А сейчас дела обстоят и того труднее. Сегодня, пользуясь моей силой, одна предприимчивая богиня восстановила пусть небольшой, но все же целый городок. И я точно знаю, что это не предел.

– Так это же здорово! – воскликнула Мэг.

– Ну да, весьма не плохо. Только не обольщайтесь, заклинание из моей памяти предусмотрительно стерли. По заказу работать не смогу, – усмехнулась я. – А теперь представьте, что меня кто-нибудь разозлит.

– Ты лучше кого бы то ни было умеешь держать себя в руках, – вступил Морон.

– Дью, я только одно скажу, учите успокаивающие заклятия, – друг кивнул, даже не пытаясь спорить. – А вот теперь мы подошли вплотную к цели нашего здесь нахождения. Боги прислали мне видение. Опущу омерзительные подробности, скажу лишь, что есть два могущественных артефакта…

И мы принялись искать, до поздней ночи просматривали все самые старинные фолианты, самые древние свитки, каждую бумажку, все, что напоминало о двух артефактах, что я схематично изобразила на листке бумаги. Результатом были затекшие мышцы спины, красные глаза и неспособность связать трех слов от переутомления. Договорились встретиться на следующий день после обеда и продолжить. Наутро у меня был запланирован разговор с Фелицией и никакие видения не могли меня в этом переубедить. В конце концов, что может произойти за каких-то четыре часа? Три тысячи лет про эти артефакты никто не вспоминал и ничего. Подождут еще немного!

Как же я ошибалась…

Утро началось, как и положено, в шесть часов. Умылась, час потратила на медитацию, отправилась на пробежку, в голове прокручивая предстоящий разговор. Я не могу сказать, что Фелиция очень открытый человек, она не похожа на тех, кто легко заводят новые знакомства. И это не то, что она не общительная, совсем нет, скорее избирательная. Она просто не ищет этих самых знакомств. Те, с кем волею случая ей приходится общаться чаще остаются за кругом ее приближенных, чем в нем самом. И, признаюсь честно, раньше я считала, что ко мне она приезжает по большей части из-за Глории. С мамой мужа у Фелиции сложились более чем теплые отношения. А раз Глория частенько ко мне наведывалась, то и она за компанию. А может, все дело во мне? Может, это я относилась к ней поверхностно? Не имея возможности говорить с ней открыто, в отличие от Дока и Глории, я сама и отгородилась от нее? Ей не просто в жизни пришлось. Выбор спутника жизни не оценили большинство бывших друзей, отсюда и избирательность. Но это еще, куда ни шло. Ее муж настолько не устроил ее родителей, что они отказались от собственной дочери. Как так вообще можно? Но прогнившие устои этого мира, престиж, бездна его побери! Видите ли, ее шестому уровню какой-то четырехуровневый совсем не пара! Зато Винсэн, не получивший ее благосклонности естественным способом, но не отступивший и перепробовавший кучу незаконных методов, вполне ей подходил, по их мнению. Мрак! Интересно, а они знали, что если тот ритуал ему бы удался, она прожила бы от силы лет десять? И то только потому, что ее уровень так высок. Я никогда не расспрашивала ее на эту тему, если бы Нолан мне не поведал об этой истории, я и не знала бы. А лезть «без мыла» туда, куда тебя не звали, дело неблагодарное. Или это от того, что моя голова была забита собственными проблемами? Если так задуматься, я вообще особо не вникала никогда в дела своих друзей, все свободное время тратя на учебу. А если и выдавались какие-то послабления в режиме, старалась разгрузить мозг, и просто отдохнуть. Так себе я подруга, надо признать. Нет, слушать-то я умела, а благодаря Гоше еще и не забыла ничего из того, что слышала, но если и выведывала подробности, то только для каких-то своих целей, чтобы что-то понять или узнать о мире, а не в качестве моральной поддержки или желания помочь. Что-то как-то совсем печальная картина вырисовывается. Выходит, это не Фелиция меня особо близкой подругой не считает, это из меня подруга хреновая! Даже остановилась, как меня поразила эта мысль. Как меня ребята-то столько лет рядом терпели? На учебе, конечно, все немного по-другому. Тем более, Дью начал меня тренировать, и это плюсом к чувству вины, а не к общим увлечениям, какие бывают у друзей. Мэг его девушка, которая просто не имела другой возможности проводить со своим парнем время, кроме перерывов между занятиями и после занятий. А с учетом, что он стал меня опекать, все из того же чувства вины, то перерывы не редко проводил со мной. Что еще ей оставалось делать, кроме как терпеть мое присутствие? Ну а Пэй? Он так же хотел общаться с Дью, а не со мной. Просто так сложилось. Мы все притерлись друг к другу, привыкли, научились ладить. И они отличные друзья! Только вот я нет. До меня и дошло-то, как сильно я ими дорожу, только вчера. Я, конечно и раньше считала, что мне на них не наплевать, но в целом это скорее позиция ответственности. Не раскрыть своих секретов, не подставить под удар, не сделать их моим слабым местом. Сплошные «не». А то, что они и сами по себе для меня что-то значат, просто как люди, как те, чья жизнь мне не безразлична… Вчера что-то со мной случилось. Я начала замечать в себе, что мой мир больше. Может, дело в том, что раньше я ставила ограничения, этого не говори, о том не рассказывай? Может, в том, что раньше всем я делилась с Гошей, даже до того, как он обрел самостоятельность? Мне всегда казалось, что он слышит меня, что он не просто артефакт. Чтобы это ни было, оно раскрыло мне глаза. Нельзя закрываться ото всех, нельзя завернуться в кокон и при этом быть открытой жизни. Горести они вдвойне легче, если есть, кому о них рассказать, радость вдвойне больше, если есть с кем ею поделиться.

К моменту как я вошла в дом, я не придумала ни единой фразы, что скажу Фелиции. Зато поняла, что это и не требуется.

– Таша, ты представляешь, Нолан отдал нам свою жену на целый день в безраздельное владение! – веселым голосом вещала Глория, – И это при учете, что они почти не виделись в последнее время из-за работы! Это ты ему вчера пригрозила расправой? Я бы так и сделала, на твоем месте. А то совсем он нашу девочку к нам не пускает в последние недели.

Фелиция, смущенная такой искренней радости свекрови, пряталась за чашкой с чаем, что держала в руках. Я же прошла к круглому обеденному столу, села напротив девушки и решила начать сначала.

– Меня зовут Наталья Ивановна Орлова, и я пришла к вам из другого мира.

Глава 9

Таша Ван Орэл

Это был очень долгий разговор. Потому что помимо того, что я рассказывала, Фелиция еще и задавала вопросы, а Глория, в этот раз пожелавшая присутствовать при моих откровениях, от нее не отставала. Несмотря на стыд, все еще одолевавший меня в связи с той историей, я поведала им об Алексе. О том, как мы сталкивались на Зимнем балу у Правителя, о том, как через год он втянул меня в обман перед соседкой по комнате уже в Академии, а потом пропал на несколько лет и увиделись мы только на похоронах Дока. О том, как напились, и что было после…

Мне было стыдно и неловко, но в то же время я чувствовала, что с каждым произнесенным словом мне становиться легче.

– Ты влюби-и-илась! – в один голос умиленно протянули мои слушательницы. Мы уже сидели на диванчиках в гостиной.

– Да, – уныло признала я. А потом рассказала им про то, что происходило дальше, как с первого моего рабочего дня он невзлюбил меня, как бесконечно мешал работать, устраивал проверки, «вставлял палки в колеса» и это несмотря на то, что Корон ему четко объяснил мою роль и предстоящую работу.

– Он чуть не подорвал нас всех в том здании! При его-то низком проценте разминирований! Да он мое досье-то только после этого прочел! И то, потому что полковник ему разнос устроил.

– Это когда я тебе целителя вызывала? – припомнила Глория. – Корон тогда знатно ругался, да. Но мне кажется, ты неверно интерпретируешь его поведение.

– Глория! И ты туда же?! Мне Рэй тоже про беспокойство вещал. Бред!

– Нет, – покачала она головой, – это не беспокойство, Таш, это страх. Поставь себя на его место. Пусть он не знал, что ты профи в этом деле, и да, это его промах, но не нарочно же он пропустил эту информацию. А с учетом того впечатления, которое ты намеренно у них всех создавала… Как бы ты повела себя на его месте? Мальчик просто не рассчитал силы, отталкивая тебя.

– Я не имею права не рассчитывать свою силу, – комок встал в горле. Мысль, что билась в моем сознании на протяжении шести лет, возросшая до небывалых размеров в последние две недели, ставшая основной со вчерашнего дня. Я не имею права не рассчитывать свою силу. Слишком показательным был разрушенный простеньким заклинанием дом Брука в прошлом месяце, еще больше показал вчера восстановленный город. Я слишком опасна.

– Ворэтабэ иола, – уже в который раз, на всякий случай, применило одно из успокаивающих заклятий, его действие мягко остановило зарождающуюся истерику. И я продолжила свой рассказ, стараясь не обращать внимания на то сочувствие, что транслировали их взгляды.

– И он тебя отпустил? – заливаясь слезами, спросила Фелиция, когда рассказ дошел до той части, где я ушла к Тэррансу.

– Да. Он дал мне слово.

– Бедный мальчик! – всхлипнула Глория.

А когда я закончила рассказ тем, как очнулась у Рэйлисов,

– Прости меня. Я не понимала, почему ты врала мне. Я с легкостью приняла, что Глория не рассказывала мне чужих секретов, но тебя не понимала. Я подумала, что это просто от того, что я тебе чужая, – Фелиция, всегда открытая и добрая, столько сделавшая для меня, но раньше неизменно державшая некоторую дистанцию, обнимала меня и гладила по спине, как могла бы делать… сестра? Наверное, так я себя сейчас ощущала, как будто это моя старшая сестра.

– Простите, что прерываю такой трогательный момент, но у нас ЧП! – раздался голос Нолана от входа. – Таша, семьдесят процентов обитателей Вэй Олонэ не пережили эту ночь, остальные доставлены в столичную лечебницу без сознания и с опустошенным резервом, до утра им не дожить. А Объединенные Острова объявили войну Правителю.

Алекс Вэйланд.

После разговора в библиотеке мы с Вардэном по обыкновению отправились в зал для магтренировок.

– Алекс, мы уже неделю исследуем твои способности, – после непродолжительного занятия начал профессор, – и я от тебя ничего не скрываю, как и обещал в самом начале. Но те техники, что используются для детей с седьмым уровнем, тебе не совсем подходят. Ты же не можешь этого не понимать, верно? Тем более, они все тебе знакомы с детства. Не сомневаюсь, что они помогли тебе с основой, до сих пор ты никому не навредил,– видимо, припомнив несколько десятков испорченных пособий и предметов мебели, добавил, – из людей. Но что дальше? В свете последней полученной нами с тобой информации, нам срочно надо что-то придумывать.

– Полностью с вами согласен, Шарль, чем дольше я здесь нахожусь, тем больше шансов, что Правитель все-таки придумает, как меня использовать.

– Не в обиду тебе будет сказано, мой мальчик, но я сейчас не об этом. Я, признаться честно, намного больше опасаюсь другого. Пока что ты показывал не худшие результаты по удержанию своей силы, мы ожидали больших сложностей. Но не все заклятия тебе удавалось остановить быстро. Далеко не все. М-да. И это притом, что ты был спокоен. Ты ведь ни разу не выходил из себя, я правильно понимаю?

Вспомнился вчерашний удар по лицу Норгона. Это трудно назвать «держал себя в руках». Но то, что было до удара… если бы не Гоша, разбитым лицом я не ограничился бы точно, просто не смог бы. Кактус был тому явным подтверждением. Бездна!

– Не расстраивайся. Мы обязательно что-нибудь придумаем, – попытался приободрить меня Вардэн, оценив мое выражение лица. – Пока что, во всяком случае, ничего непоправимого не случилось.

– Это только благодаря ему, – показал во всей красе Гошу, а тот, в свою очередь, посмотрел на профессора.

– О Боги! Что это, Алекс? – воскликнул отшатнувшийся Вардэн.

– Это не что, это кто. Его зовут Гоша. Он одушевленный артефакт, – погладил дракона по голове, давая понять, что его не стоит бояться.

– Откуда он у тебя? Кто его создал? – природное любопытство взяло верх над страхом, и профессор сам потянулся к Гоше пальцем, дракон в ответ протянул когтистую лапку.

– Кто создал, уже ушел за грань. Гоша сам ко мне прилетел, но он со мной не навсегда, у него уже есть … как бы правильно назвать… владелец? Хозяин? Не знаю, он принадлежит ей, он был для нее сделан, но они друзья.

– И кто же его хозяйка? – азарт исследователя лучился в глазах мужчины.

– Это не имеет значения. Значение имеет то, что если бы не он, боюсь, что-нибудь непоправимое все-таки случилось бы. Гоша успокаивал меня каждый раз, когда я начинал злиться, – осознание своей беспомощности давалось с трудом.

– Нам нужны книги драконов, – твердо сказал Вардэн, отойдя на шаг назад и посмотрев мне в глаза. – Те книги, которые якобы изучают Морган с Уоллесом, существуют на самом деле. Надо поговорить с Норгоном, он должен понять, что это важно! Шутки кончились, надо за дело браться. Глупо думать, что эта проблема исчезнет сама собой.

И он решительно двинулся на выход, а дальше в кабинет Правителя, но там мы его не нашли. Следующим пунктом была его спальня, и уже там обнаружился Норгон в компании целителя. Правитель сидел на постели в измятой вчерашней одежде, обхватив голову руками, а Стэнли ходил туда-сюда и занудным голосом внушал Дариэну о необходимости полной диагностики.

– Вы поймите, – настаивал целитель, – вчера вы могли не просто синяк получить, может у вас сотрясение мозга, в конце концов! Я требую, чтобы вы позволили мне выполнить свою работу.

– Мэрлок, хватит! – Рявкнул Правитель, – Я просто вчера перебрал, и ударился случайно об дверь, ничего серьезного! Все! Спасибо за снадобье, ты свободен.

И тут они заметили нас. Норгон смотрел на меня со смесью страха и раскаяния, что сразу давало понять, несмотря на выпитый накануне алкоголь, наш разговор он помнит. Так же как и я. А значит таиться нечего.

– Нам нужно серьезно поговорить.

– Оставьте нас, – Норгон посмотрел на Вардэна и Стэнли, те не посмели спорить.

Я опустился на одно из кресел, что стояли напротив кровати. Правитель оглядывался, видно было, что он не знает, как ему лучше расположиться. Человек, привыкший всегда держать все под контролем, всегда несший себя с достоинством, сейчас выглядел до смешного нелепо. В итоге, перестав метаться по кровати, он встал и прошел к окну.

– Я наговорил вчера лишнего, Алекс. Ты же понимаешь, что это была лишь минутная слабость, ничего такого я не имел в виду на самом деле, – резко обернулся он ко мне.

Он нервничал, даже боялся. Видимо, пары алкоголя, вчера затуманившие его разум и не дававшие реально оценить степень угрозы в моем лице, уже выветрились. Пустой бокал из под зелья, стоявший на столике у изголовья кровати, намекал на трезвость мужчины, но не гарантировал полной ясности ума. По себе знаю, заклятие много лучше и быстрее действует, чем эта мутно зеленая дрянь.

– Сомневаюсь, что говоря о попытке убить Ташу, вы имели в виду что-то иное, нежели сказали, – волна ярости от одной этой мысли была готова вырваться из меня сотней боевых заклятий, но я все еще разговаривал с Правителем, а Гоша всеми силами сглаживал мой эмоциональный фон.

– Алекс, я…

– Так же сомневаюсь, что говоря о желании шантажом выдать ее замуж за своего сына, вы говорили о чем-то другом.

– Послушай, ты же не…

– А уж то, что мне показал дракон, не оставляет никаких сомнений в том, что вы говорили истинную правду, утверждая, что вы ее боитесь. После того, как хотели сделать ее рабой. Вы даже лекарю не даете себя лечить из страха, что он узнает вашу маленькую тайну! Что всемогущий Правитель полностью зависит от настроений одной небезызвестной нам особы, которую вы пытались убить.

Плечи Норгона поникли, и он отвернулся к окну, видимо, не желая демонстрировать свое отчаяние мне.

– Если бы я не знал, какой она добрый и самоотверженный человек, я бы вам не позавидовал. Особенно при учете того факта, что действовать безжалостно она так же умеет. Но как я уже сказал вам вчера, если бы она хотела вашей смерти, вы были бы уже мертвы. Советую вам поверить в это раз и навсегда. Но сегодня я пришел по другому вопросу. Какие книги изучают Уоллес и Морган?

Поза Норгона вновь стала напряженной.

– Они ищут способ помочь тебе, – он ответил, не поворачиваясь.

– Выкачав из меня силы?

– Что за чушь, Алекс! – нарочито усмехнулся мужчина. – Я что похож на сумасшедшего жреца?

– Вы похожи на опустившегося и поправшего все моральные устои. И это вы! Тот, кто клялся защищать закон и права граждан нашего Государства!

– Не смей меня осуждать, мальчишка! – взорвался Норгон, – Я Правитель! Это мое Государство! Мне достаточно объявить тебя преступником, и ты моргнуть не успеешь, как окажешься в Вэй Олонэ!

– И в чем же вы меня обвините? – от наглости этого заявления не сразу нашел слова.

– В пособничестве жрецам, к примеру! – всплеснул он руками, – Легко будет доказать это людям, с учетом того откуда взялись твои силы.

– Допустим, – кивнул я. – А дальше, что будете делать?

– Жить как раньше!

– М-м, боюсь, как раньше у вас уже не выйдет. Вы думаете, вам дадут так нагло оболгать меня? По вашему, поперек вам никто и слова не скажет? Вы, кажется, прячетесь на этом острове? Или забыли уже? Напомнить, кто точно знает, откуда у меня силы взялись? Вы думаете, она позволит вам посадить невиновного человека?

– А ты думаешь, она станет тебе помогать? Мне докладывали о ваших «непростых» взаимоотношениях, крови ты ей подпортить успел изрядно! – желчно усмехнулся мужчина. – Честно, Вэйланд, лучше действовать традиционными методами и звать девушек на свидание, чем отправлять к целителям!

С трудом удержал себя на месте, кулаки уже чесались, магия бушевала внутри. Гоша прислал воспоминание Таши, как мы танцевали на Зимнем балу. Она была рада мне! Рада! В груди разлилось приятное тепло. Сила успокоилась, кулаки разжались.

– Мне нужны книги драконов, настоящие. Уоллеса с Морганом отправляйте домой сегодня же.

– Ты смеешь мне указывать?!

– Вы, видимо не осознаете, – медленно, тщательно проговаривая каждое слово, – но на этом острове самый высокий уровень силы у меня. При каждой провокации с вашей стороны, будь то слова, которыми вы стараетесь задеть меня посильнее, или действия, что вы проворачиваете за моей спиной, эта сила норовит вылиться из меня потоком и разорвать вас на маленькие кусочки. Очень маленькие, Норгон, – проникновенным голосом дополнил я. – Мне титанических усилий стоит сдержаться и не позволить ей это сделать. Не обостряйте.

Я позволил вырваться части силы и окутать кресло, с которого только что встал. Через секунду оно истлело.

– Хорошо, – после минутного молчания сказал побледневший Правитель. Он изо всех сил старался сдержать страх, но смысл моих слов, кажется, дошел до него в полной мере. – В библиотеке, в верхнем ящике стола ты найдешь нужные книги. К вечеру лишних людей в замке не останется.

– Рад, что вы, наконец, начинаете понимать, – и, не дожидаясь ответа, я покинул его комнату.

В коридоре меня ожидал взволнованный Вардэн.

– Все в порядке, он согласился? – видно, что он искренне переживал.

– Да, Шарль, думаю, мои доводы были достаточно убедительны, – мужчина вздохнул с облегчением.

– Ну, слава богам! Я знал, что он должен понять серьезность нашего положения! – мы неторопливо спускались в столовую. – Тебе не кажется, что запахло горелым? Надеюсь это не наш завтрак.

После завтрака мы расположились в библиотеке, книги, как и сказал Норгон, нашлись в столе. Вардэн позвал Стэнли. Тот хоть и пытался показать свое нежелание нам помогать, но уже вскоре стало понятно, что книги увлекают целителя ничуть не меньше, чем приготовление зелий, которыми он славился. Мы представляли долгие дни, а может и недели, потраченные нами на расшифровку рукописей. Каково же было наше удивление, когда оказалось, что я их понимаю. Еще одна возможность дарованная Гошей. Не представляю, что бы я делал без него! Я зачитывал текст вслух. А Стэнли и Вардэн конспектировали особо важные моменты, делали пометки. Мы корпели над книгами весь день, но это стоило того. К ужину у нас был готов новый план занятий. Иллюстрации, которыми были полны книги, так же подтверждали, что значения слов я понимал правильно. В последней были особенно интересные и подробные. На них был изображен черный дракон, уносящий в своих лапах девушку, затем мужчина был распят на алтарном камне, а дальше шел текст столбиком. Чем-то он напоминал предсказания аналитиков.

«Когда-то, много тому лет,

К нам из других миров пришли драконы.

Не нарушая тем закона,

На картах нам оставив след.

Когда-то приведён тропой

Тот, чья душа чернее ночи.

Он мир себе оставить хочет,

Средь них пришёл седой зимой.

Однажды, много лет назад,

Решив присвоить царство местных,

Он для себя украл невесту,

Не рассчитал лишь, что в отместку

Всех сил магических лишат.

Когда звезда с небес мигает,

Прямо пред солнечным рассветом

Вы наблюдать возьмётесь следом

Как облик призрачный растает.

Его душа, что чёрной тенью

Скользит над проклятой землей.

Ей сотни лет не мил покой,

Она клялась нам быть знамением.

Миг ликования ее – немой укор.

В земли людей прибудет мор,

Среди живых он словно вор,

Укравший уворованное прежде

Драконью память и надежду -

Потомков магия растает среди гор»

Вардэн очень заинтересовался стихотворением, даже Стэнли оторвался от своих записей, привлеченный возгласами Шарля.

– Я абсолютно точно где-то слышал что-то подобное! Но не могу вспомнить где.

– Да это же пророчество конца войны! – заглянувший через плечо целитель, ткнул в строчки пальцем. – Одно из немногих, что досталось нам после гибели континентов. В музее у тетки оно в рамочке висит в главном зале.

На ужине мы были втроем, смотритель замка вместе с горничными и поваром ели на кухне, Морган и Уоллес были отправлены домой еще в обед, а Норгон составлять нам компанию отказался. Но через несколько минут зашел в столовую, с потерянным видом. Сел за стол, обвел нас всех взглядом и бесцветным голосом произнес:

– Острова объявили нам войну.

Глава 10

Таша Ван Орэл

Глория и Фелиция были оставлены дома под защитой надежных охранных заклятий, наложенных мной еще неделю назад. Ну а мы с Ноланом отправились в ведомство. Чтоб не тратить время понапрасну, открыла портал прямиком в кабинет Корона.

– Оставшиеся портальные станции отключены, постовые расставлены, введен комендантский час, идет набор в народную дружину, – отрапортовал командир постовой службы.

– Докладывайте о любых изменениях обстановки.

– Есть, Тэр Рэйлис! – и предельно серьезный мужчина покинул кабинет.

– Рад, что вы прибыли вместе. Надо что-то решать, а один я не справлюсь.

– А Совет? Почему этим занимаешься ты, отец? Где Азуа и Блэрис?

– Блэрис и сообщил мне обо всем, сейчас пытается понять, кто на нашей стороне, а кто нет. А вот Азуа, похоже, не с нами. Один из крупнейших островов принадлежит ему. До меня и раньше доходили слухи, что порядки на его территориях отличаются от принятых на материке, я предупреждал Норгона, чтобы он взял это на контроль, но он все отмахивался. Говорил, это во мне профессиональная подозрительность играет, – вздохнул Корон. – Выдвинутые оппозицией требования, лишь уверили меня в обоснованности тех слухов.

– Где Лоран? – беспокойство за друга набирало обороты. С момента посещения их с Дариэном дома мы больше не виделись, но каждый вечер он неизменно посылал мне букет цветов и записку с пожеланиями на ночь.

– Я пытался связаться с ним, но он отклонял вызов, – сказал полковник. – Может, тебе он ответит?

Не ответил.

– Ну а Дариэн в такой ситуации не хочет объявиться? – изо всех сил пыталась успокоиться, но беспокойство за друга и общая атмосфера изрядно нервировали. Костяшки пальцев побелели от того, как сильно я сжимала спинку стула, на который так и не села.

– Блэрис обещал уладить вопрос с Правителем, на мои вызовы он по-прежнему не отвечает.

– Отлично! – стул в моих руках вспыхнул как спичка и уже через секунду осыпался пеплом у моих ног.

– Ворэтабэ иола, – с трудом выговорила успокаивающее заклятие. Это был первый раз, когда я не сдержала свой гнев.

– Таш, мы со всем разберемся, – положил мне руку на плечо наставник.

– В храме …должно быть что-то случилось в храме. После него я как-то слишком остро на все реагирую. Что эти проклятые боги со мной сделали? Кто им дал право вмешиваться в мои эмоции? – если бы не произнесенное ранее заклинание, я бы спалила еще что-нибудь, а так лишь апатичная досада.

– Сходи к ребятам, они будут тебе рады, – сказал Корон, – а мы еще потолкуем.

Спорить не было ни сил, ни желания. Выйдя из кабинета, первым делом связалась с друзьями, которые дожидались меня в библиотеке академии, не смотря на сложившуюся ситуацию, о которой они, естественно, так же знали. Дью обещал, что они продолжат поиски пока их не призвали на службу. Каждый из них уже официально был принят на работу. Мэгги, проходившая практику в столичной лечебнице и отлично себя зарекомендовавшая еще после четвертого курса, была там принята с распростертыми объятьями. Через два дня она должна была впервые выйти на работу, но как будет теперь, никто из нас не знал. Пэйя, как это ни удивительно, в одну из лучших адвокатских контор Зорога порекомендовал его собственный отец. Не то чтобы парень сам не смог бы туда устроиться, к учебе он относился более чем серьезно, не в пример обучению на нашем факультете. Быть юристом ему явно хотелось от души. Но помощь отца его явно приободрила.

Пока общалась с ребятами шла по коридору, где на меня налетела девица, стремительно несшаяся к кабинету полковника. С трудом узнала в ней свою бывшую соседку по комнате. Волосы собраны в пучок на голове, вместо каблуков военные ботинки, ни грамма косметики на лице… да что это с ней?! Неизменной была только беспардонность, с которой она оттолкнула меня с дороги, естественно не извинившись. Это же Азуа! Кстати, а что она тут делает? Это я и решила выяснить, вернувшись в кабинет Рэйлиса.

– Тэра Азуа, я не уверен, что это хорошая идея. В связи с военным положением и тем фактом, что ваши родственники примыкают к агрессорам, принять вас в наше Ведомство…

– Это не мои родственники! Они лишь были покровителями, до моего совершеннолетия, – не дала она договорить,– Моя семья Мадэйро. Я верну себе свою фамилию, как только это станет возможным.

– Где сейчас ваша семья, Тэра Мадэйро? – вклинилась я, решив сразу прояснить один момент. Поведение и нетипичный вид этой дамочки вызывали определенные подозрения.

Карэмина чуть вздрогнула от обращения, видимо уже успела отвыкнуть от родного имени. Не поворачиваясь, глядя на Рэйлиса, ответила.

– Мои родители проживают в столице, последние семь лет. Какое это имеет значение?

– А ваш брат?– не унималась я.

– Да причем тут брат?! – резко повернулась ко мне девушка. – И кто вы такая? Я пришла не к вам!

– Где твой брат, Карэмина? – не стала уступать.

– Дома, наверно, где же еще ему быть?! – но излишне дерганные движения и бегающий взгляд были красноречивее всяких слов.

– Его забрали Азуа, да?

В ее глазах вспыхнул страх, но она упорно стояла на своем, – Нет! Конечно, нет! Он дома, с родителями!

– Что они обещали с ним сделать, если ты не станешь им помогать?

– Да что вы заладили! И кто вы, в конце концов?!

– Корон, я не склонна ей доверять, но видится мне, что помочь ей все же придется, – повернулась к полковнику, не видя перспектив в продолжении диалога с соседкой. – Только стоит изъять все артефакты. И, может, временно надеть антимагички.

– Вы с ума сошли?! Я к вам на службу устраиваться пришла, а вы меня под арест?! Тэр Нолан, что у вас тут происходит вообще? Почему какая-то девка, говорит вам, что делать?!

– Тэра Мадэйро, я не имею права принимать вас на службу до выяснения всех обстоятельств, – дипломатично ответил Корон.– И ответьте на вопрос, только честно. Вы готовы показать нам своего брата, прямо сейчас?

– …

– Ну же, это легкий вопрос.

– Нет.

– Что ж, тогда я и вправду вынужден взять вас под наблюдение. Сдайте все имеющиеся у вас артефакты.

– Что?! – перешла на ультразвук бывшая Азуа.– Да как вы смеете?!

– Смею. И вы прекрасно знаете, что в случае вашего неповиновения, вы будете заключены под стражу! Будьте же благоразумны, – смягчил тон полковник.

– Таша, а тебе придется взять в свой отряд еще и Тэру Мадэйро, думаю, в данной ситуации это самый разумный выход.

– Таша?

– Почему мне-то? – в унисон озадачились мы.

Вот так нелепо эта девица оказалась моей обузой. Полковник быстренько выгнал нас из кабинета, обозначив свою позицию. А мы, пыхтя как два закипающих чайника, выкатились из приемной, на потеху проходящим по коридору очевидцам.

– Даже не думай, что я стану тебе подчиняться! Еще чего не хватало! И что это за имя дурацкое? Куда не плюнь, сплошные Таши, возомнившие о себе ни весть что! Только от одной избавилась!

– Если бы ты сюда не приперлась, этого вообще бы не произошло! Я бы думать о тебе забыла! Так что будешь слушаться, как миленькая! И не отсвечивать лишний раз! Без тебя забот хватает! Ясно?!

– И не надейся! Еще какая-то девка безродная меня жизни учить будет! Ты кто такая вообще? Откуда выползла?

– Это ты тут ползаешь, как змея! Все ищешь, куда б ужалить!

Воздух вокруг нас густел, а я даже не замечала. Если бы не укрывшее меня заклятие спокойствия и внезапные руки на моей талии, боюсь, порчей мебели бы все не ограничилось.

– Таш, милая, что с тобой?– заботливый голос Лора со спины, заставил по-новому оценить обстановку.

–Я.. Я не знаю… – я была спокойна и растеряна.

Не знала, что эти эмоции можно испытывать одновременно. Я опять чуть не сорвалась. И получаса не прошло с последней дозы заклятия. Черт.

– Лоран! Здравствуй, дорогой! – пытаясь незаметно пригладить волосы (хотя с такой прической это абсолютно дурацкое занятие), бывшая соседка начала строить глазки.

– Здравствуй, Карэмина. Какими судьбами? Я думал, ты, как и все Азуа, будешь по другую сторону, – чересчур равнодушно заметил друг.

– Нет! Ты что! Я бы никогда не пошла против Правителя! Ни против тебя, – преданно заглядывала она ему в глаза.

– Ее брат в плену у советника. Ей что-то поручили сделать, хоть она и не признает. Так что теперь я еще и нянька, – сдала я бывшую соседку, отстраняясь из рук Лорана. Хотя, почему бывшую? Видимо теперь наше соседство продолжится! Она в ответ прожгла меня ненавидящим взглядом.

– Где его держат? – обеспокоился Лор.

– Не знаю, – сникла притворщица. – Правда, не знаю. И я на самом деле на вашей стороне. Азуа сказал мне выяснять ваши планы и потом передавать ему. Но я не собиралась этого делать! Правда! Я сказала ему, что буду, но я не собиралась! Я бы ему врала! – заламывала она руки.

– А что тебе помешает врать нам?– не унималась я.

– Ты! Да кто ты, бездна раздери, такая? Что ты можешь знать обо мне?! – снова вскинулась на меня Карэмина.

– Таша Ван Орэл. И знаю я о тебе не так уж мало.

Глава 11

Алекс Вэйланд

Я хотел все бросить и вернуться домой. Я убеждал, что справлюсь и что сейчас моя помощь важнее обучения. Там прямо сейчас гибнут люди, там я нужнее, чем здесь! Там!

– Послушай, Алекс. Я понимаю тебя. Мы все, думаю, тебя понимаем. Но ты ошибаешься, – Вардэн навешал на меня три разных заклятия успокоения на пару со Стэнли, после того как я нечаянно спалил стол. Тот просто осыпался пеплом под моими руками вместе с нашим ужином. И уж лучше стол, чем Правитель, который заявил, что мы остаемся на острове. Как трусы!

– Ты и сам знаешь, чем оборачиваются даже простейшие твои заклятия! Ты сам себе не простишь, если из-за тебя пострадают невиновные. Нам нужно время. Мы, наконец, нашли правильный способ укрощения твоей силы. Нам просто нужно время! Пойми ты! От тебя там сейчас будет больше вреда, чем пользы. Мы начнем занятия прямо сейчас, если хочешь, но покидать остров тебе еще рано!

Я понимал резонность его слов, но соглашаться не хотел категорически.

– Дай нам неделю, Алекс, – увещевал Вардэн. – Хотя бы неделю.

– Да перед кем ты распыляешься, Шарль? – Стэнли не мог простить испорченного ужина.– Хочется ему крушить все подряд, так может и надо его отпустить восвояси?

– А ты предпочитаешь прятаться, как крыса?! – опять начал закипать я.

– Не смей, Вэйланд. У меня в столице остались жена и дочь. И если ты считаешь, что я за свою семью переживаю меньше, чем ты за свою, то ты сильно ошибаешься. Единственная причина, почему я до сих пор торчу на этом проклятом острове, это ты! Так, может, хватит уже?! Включи, наконец, голову! И займись тем, ради чего мы все здесь!

Как ни странно, но именно слова этого неприятного мне человека заставили меня взглянуть на ситуацию под другим углом. Этим же вечером я плотно засел за тренировки. Медитация, концентрация, выпуск энергии и вбирание ее в себя. Поиск внутреннего огня дался нелегко. Я учился контролировать силу, ее поток, направленность, движение. Учился вызывать ее по желанию и гасить до того, как она доберется до учебного манекена. Не сразу, но стало получаться. Падая на подушку уже глубокой ночью, я молился только о том, чтобы мое промедление не стоило жизни моим близким.

Таша Ван Орэл

Мне начали сниться кошмары. На третью ночь после объявления войны. Я стояла на песчаном бархане под палящим солнцем и вглядывалась в горизонт. Куда бы я ни повернулась, везде была одна и та же картина – песок. В какую бы сторону и как долго бы я не бежала, ничего не менялось. Единственным звуком, который я слышала, был шелест песка под моими ботинками. Мир был мертв.

Я просыпалась в холодном поту с чувством, что я безнадежно опаздываю. И никому не могла об этом рассказать, чтобы не сеять еще больше паники.

В первые дни войны мы укрепили защиту всех стратегически важных городов, эвакуировали людей с окраин, поставили запрет на частные перемещения, рабочими оставались только стационарные порталы, которые находились под круглосуточной охраной наших людей. Полным ходом шел набор добровольцев в наспех сформированную армию. Этот мир давно забыл что такое воевать, после того как с карт были стерты все границы, а править единым государством стал один человек.

Положение так же осложнялось тем, что мы не знали, сколько шпионов оппозиции было среди нас, в наших городах. Периодически, то тут, то там гремели взрывы. Продовольственные склады, транспортные депо, дороги. Первыми были взорваны столичные телепорты. Одновременно. Рядом с ними были оставлены послания. Так мы и узнали о войне. Из почти шестидесяти станций перехода, осталось только пять.

Спешно сооружались казармы, круглосуточно работали госпитали. По всему материку был объявлен комендантский час. Закрылись все общественные места, помещения переоборудовались под нужды военных. Специалистов не хватало, добровольцы помогали разбирать завалы, переносить убитых и раненных, строить оборонительные сооружения на подступе к городам. Люди пытались организовывать свою жизнь по-новому, и это было страшно.

Вот где требовалось божье вмешательство! Вот где я и слова бы не сказала, воспользуйся взбалмошная богиня моим телом и силой для восстановления городов и исцеления людей! Но чуда не происходило. Я старалась, как могла, спешно уча новые заклятия, но разорваться была не в силах. Без Гоши освоение нового материала давалось очень нелегко. А время уходило. Корон настоял, чтобы меня привлекали по минимуму, там, где без меня было совсем не обойтись.

В остальном я пропадала в библиотеке, склоненная над старинными документами, повествующими о стертых материках и их гибели. Все свидетельства, которые удавалось найти, складывались в отдельную стопочку и передавались мне. Я же выискивала в них намек на видения, показанные мне богами в храме Норруола.

Мы работали, забывая про еду и отдых. Если бы не Глория, нас бы ждал коллективный голодный обморок. Но наша фея порхала между домом, библиотекой и ведомством, успевая позаботиться о бытовых нуждах каждого. Вовремя кормила и выгоняла спать особо засидевшихся.

Рядом постоянно маячила непривычно притихшая Карэмина. К бумагам мы ее не подпускали, ставить защиту позволить не могли, а другого и не требовалось. После того как узнала кто я, она перестала качать права, впрочем как и вообще вступать в диалог. А я и не настаивала на общении. Соседка только ревниво поглядывала, когда Лоран меня навещал, чему она регулярно была свидетелем. Ибо приказ полковника звучал однозначно, глаз с нее не спускать. Что у нее на уме мы, не знаем, а гарантировать, что она рассказала нам всю правду, не можем. На все ее попытки пообщаться с Лором, последний отвечал вежливой улыбкой и односложными репликами. Но приходя, всегда отзывал меня в сторону, цветы больше не присылал, а вручал лично в руки. Интересовался, моим самочувствием, успехами в поисках, рассказывал о своей работе, делился сомнениями. Ненавязчиво поправлял мне волосы, гладил по плечу. Поначалу я напрягалась, но постепенно стала расслабляться. В конце концов, черты он не переходил, а я решила дать нам обоим шанс посмотреть друг на друга иначе. В конце концов, я не делала никаких реверансов, не давала повода думать, что испытываю к нему какие-то чувства, кроме дружеских. О чем его сразу предупредила. Он не стал возражать, но продолжал смотреть на меня не так, как раньше.

На пятый день мы, наконец, отыскали что-то стоящие. Точнее Пэй. Он, уже не надеясь на удачу, листал все подряд книги со стеллажа, когда ему попался рисунок одного из артефактов. Книга была древняя, явно написанная еще до объединения, ибо написана была не на всеобщем. Нам был нужен специалист. Без Гоши я больше не понимала новые языки, как родной. Как же быстро, однако, привыкаешь к хорошему!

А вечером Дью привел свою тетю, мать Суарэса. Тихая миловидная женщина. И как только у нее получился такой надменный сынок? Видимо, в отца пошел, не иначе.

– Добрый вечер, Тэры. Меня зовут Камилла. Я археолог, но по второму образованию лингвист. Знаю, не самая популярная профессия, но в археологии очень помогает, – мягко улыбнулась женщина.

Точно, в отца пошел. Я такого доброго выражения лица у Суарэса в жизни не наблюдала.

Мы по очереди представились и засели за работу. Камилла переводила, мы с Мэг делали пометки. А парни продолжили прочесывать стеллажи таким же образом, на предмет картинок в книжках, раз этот способ оказался столь удачным.

– Артефакт получил название «пустынный Джинн». Автор пишет, что его много раз пытались отыскать, но безрезультатно. Точного описания его работы найти не удалось, но по найденным автором свиткам понятно, что обладает тот невиданным могуществом. Хотя мы-то об этом итак знаем, – пересказывала я уже за поздним ужином то, что удалось узнать сегодня из книги. – Автор половину жизни потратил на поиски Джинна, но максимум, что ему удалось узнать, это материк на котором тот спрятан и витиеватое предсказание. Мы его почти в рифму перевели!– похвасталась я.

–«Над горизонтом первая звезда взошла,

За нею вслед проплыл священный дом,

Своею дланью третий сын вам путь укажет

Но рассказать не сможет он о том» – с выражением прочитала я.

– И вот такое ощущение, что либо у Марика в роду профессия наследственная, либо он бессмертный, – попыталась разрядить обстановку шуткой.

Хотя радоваться особо было не с чего. Революционеры пока притихли, но и того, что они успели наворотить, было более чем достаточно. Удалось узнать имя главного зачинщика. Им оказался отец несостоявшегося жениха Фелиции, бывший глава совета островов Гардэн Лоусон. Лоусон готовился долгие годы, и время играло на его стороне. Государство три тысячи лет существовало единым, люди разучились воевать, многие поколения рождались и умирали в мире, где нет дележа ресурсов и земель. Большинство профессий были мирными. На самом деле мало тех, кто умеет защищаться и нападать. Наше ведомство одно из немногих, что получило силовую подготовку. Но даже мы не военные. Наша работа предполагает тщательно выработанный план. А если дело касается банд и группировок, то вдвойне. Теневики вообще чаще под прикрытием и действуют исподволь. Мы не умеем воевать.

Мы остались без аналитиков. Когда все началось, еще в первый день, кто-то побежал к ним, узнать, почему они не предупредили. Они же должны были что-то увидеть, они же провидцы! Их нашли лежащими без сознания. В той комнате, где они входили в транс всей группой. Пульс почти не прощупывался. Это была целительская кома. Студент медик с последнего курса, устроившийся на летнюю практику к нам в ведомство, догадался. Ему сначала не хотели верить. Заклинание знают только целители, перед началом обучения они все дают магическую клятву, они не могут навредить! Но я-то уже знала, что могут. Дневник жреца тому доказательство. Есть способ обойти клятву, и один человек ее точно обошел. Но он мертв. А это значит, что он кого-то обучил, кого-то кому доверял. И я сильно сомневаюсь, что таких людей много. Кажется, дневник попал ко мне отнюдь не случайно. Боги подстраивают события, чтобы помочь нам найти разгадку. Спасибо и на этом. Нужно искать Кардэла. Имени второго подельника жреца я в дневнике не нашла, но он же точно был. Время! Как же его чертовски мало!

После ужина, и без того позднего, я попросила всех собраться. Перенесла всех в зал для совещаний при кабинете Рэйлиса, кому-то открыла портал прямо из зала.

– Я думал, в ведомство порталы открыть нельзя, тут же защита не хуже, чем в академии! – изумился Дью, отодвигая стул для невесты.

– У тебя и не выйдет,– заверил его полковник, – Да и не только у тебя. Кроме меня доступ только у Таши и Пра… Хотя нет. Доступ только у меня и Таши.

Корон нахмурился, и видимо крепко задумался, не замечая, как достал трубку и начал нервно набивать ее табаком. Не мог он простить Норгона. Нет, вначале он еще искал ему оправдание. Я рассказала, что вышло с вассальной клятвой. Но не теперь, когда началась война. Правитель, бросивший свою страну в трудный час. Этого никто не мог простить.

– Ребят, понимаю, что все устали. Всем нелегко приходиться. Но легко уже не будет и это единственное, что я могу гарантировать.

Оглядела собравшихся: наш, уже объединенный, отдел, Рэйлисов в полном составе (в этот раз Фелиция и Глория не захотели оставаться в стороне), друзей с Академии, Лорана. Карэмину оставили в моей комнате у Рэйлисов, предварительно ее пришлось закрыть и навесить следилок.

– Но война не единственная наша проблема, и даже не главная.

– Что может быть еще хуже?!– воскликнул Вонг.

–К сожалению, может, Джейс. Не все из вас знают, и мне меньше всего хотелось бы кого-то волновать еще больше, для волнений поводов итак хватает. Но придется. На планете остался всего один живой материк не просто так. Три тысячи лет назад были созданы два очень сильных артефакта. Один повелевает водой, второй землей. Пустынный континент, на котором находиться Вэй Олонэ, стал таковым именно из-за одного из них. Где-то в его песках когда-то был спрятан «пустынный Джинн». Но он не перестал работать. Как и тот, что утянул под воду три других материка. Мне необходимо их найти и как можно быстрее. Времени почти не осталось. Одной мне не справиться. Мне нужна ваша помощь.

На лицах всех отражались эмоции неверия, растерянности и страха. Даже те, кто знал, зачем мы просиживаем часы в библиотеке Академии. Я раньше не говорила им, что …,– Времени почти не осталось. Это даже не месяцы, как мы считали раньше. Это недели. Максимум. Артефакты живые. Не знаю насколько. Но своих создателей они сумели поглотить. А сейчас они устремляются на поверхность. И что будет дальше, я даже предполагать боюсь. Но ничего хорошего нас не ждет.

Глава 12

Таша Ван Орэл

Стыдно признать, но я совсем в эти дни забыла про дневник. А ведь Док мог помочь хотя бы советом, артефакты – его стихия. Так и оказалось. Когда я обрисовала события последних дней, в особенности нашу основную проблему, поняла, что ответы я могла найти, не выходя из дома. Будь Гоша со мной, он точно бы мне сразу подсказал, к кому стоит обратиться. Но сейчас мой дракон там, где его помощь нужнее, иначе бы он меня не оставил. Я уверена в этом. Дневник с минуту оставался чистым, как будто Док собирался с мыслями для ответа.

– Я знаю, о чем ты говоришь. В нашей библиотеке есть справочник по редким и устаревшим артефактам. По нему я и сделал для тебя Гошу. Помнишь, я рассказывал? Автор проделал хорошую розыскную работу, составляя его. Я тоже немало добавил, по мере нахождения. Думаю, больше информации, чем там есть, ты уже нигде не найдешь.

«Пустынный джин», как и «глас Сирены» там описаны в разделе мифических изобретений, ибо за тысячи лет их так никто и не смог найти, хоть многие и пытались. По большей части там, конечно же, расписаны слухи, сплетни и домысли. Исконных документов создателей никто так же в глаза не видел. Но, исходя из того, что ты рассказываешь, это и не удивительно. Помни главное, у каждого амулета и артефакта есть механизм деактивации. Восстанови из памяти все, что ты помнишь из видений об их устройстве, каждую самую маленькую деталь, и зарисуй. Только потом принимайся за изучение справочника. Иначе ты рискуешь смешать данные. Все же то, что показали тебе боги, и есть самая достоверная информация.

Как давно я не была в нашем доме! Как будто целую жизнь назад. Последний раз я приходила с Валери, но мы перемещались сразу в потайную комнату. Из неё же исчезали. А дом… в последний раз я была здесь на следующий день после похорон. Только для того чтобы собрать вещи. Сколько вечеров просижено на этом диване, сколько разговоров по душам за этим столом… Как тепло одного случайного человека может согреть весь твой мир, и больше не будет одиноко. Как же мне не хватает тебя, Док! Хотела бы я … Я знаю, мне грех жаловаться! У меня есть часть его души, она меня помнит и всегда рядом. Ни у кого больше не было такой возможности. А он заслужил покой. Он его хотел.

Проходя по гостиной, гладила спинку дивана, касалась стен. Поднимаясь по лестнице, ловила себя на мысли, что это все было будто не со мной, будто с кем-то другим и целую жизнь назад. Кадры-воспоминания проносились перед глазами как фантомы, я была счастлива в этом доме, с ним. Стоп! Не должно быть тоски. Не должно быть боли. Я знаю, он не хотел этого. Только светлая грусть. Прижала к груди дневник, почувствовала тепло в ответ. Он все еще со мной, пусть так, только так, но со мной. Не время унывать!

И я принялась за работу. Без Гоши было очень трудно. Я даже не замечала раньше, как же сильно я привыкла к его постоянной помощи! Но и в этом непростом деле Док не оставил меня без поддержки. Его первый подарок на мой день рождения очень мне помог. Я фиксировала на его поверхности изображение, затем переносила в блокнот, прорисовывая каждую деталь. Уже после, как и советовал опекун, взялась за изучение справочника. Теперь я понимала, почему. Изображения из книги немного, но отличалось от того, что я запомнила. Даже та схематичная картинка, что нашел Пэй в библиотеке, была похожа лишь отдаленно.

Я всегда считала, что Гошу для меня Док сделал в виде дракона, просто для красоты. Тем более все амулеты и артефакты имеют строго определенную форму и их не делают в виде украшений. Таков порядок, так учат артефакторов, так гласят их учебники. Уже не одну тысячу лет. Думала, только Док делал иначе, и то только потому, что имел возможность, ничего не взорвав и не испортив назначение изделия, создать любую форму, так как видел потоки энергии. Как и я. Как и все иномиряне. Как драконы. А мир то оказывается шире, чем я думала! Эти и многие другие артефакты древности были сделаны по технологиям драконов. Тех, кто привнес в этот мир сильную магию, а может и магию вообще. Изначально все артефакты имели вид того, что олицетворяло изделие, того чьи качества должно было передать. И только теперь я поняла, почему «Пустынный джин» напоминает мне три песчаных бархана, в центре которого руна бесконечности. А «глас Сирены» похож на волну, в которой просматривается женский силуэт. Видимо сила Сирены оказалась сильнее Джина. Джин получил только один материк, в то время как Сирена заграбастала себе три. Не зря в моем мире говорят, все беды из-за баб! Если сравнивать ущерб, конечно.

Все оказалось сложнее и в тоже время проще. Все взаимосвязано. Драконы понимали все языки, всех миров. Артефакт переводчик – это дракон. Драконы имели две ипостаси, две сущности, две души. После великого объединения, когда первый Правитель стал во главе государства, лучшие артефакторы и лингвисты собрались для создания вещи способной даровать всем один язык. Но они не создали его с нуля. У них были книги драконов. Они использовали заклинания драконов, образ дракона. Только душу им было взять неоткуда, да они не думали об этом. И когда заканчивалась вложенная энергия, артефакты становились обычными кусками металла. Но Док дал каплю своей крови, живой крови! А потом поделился кусочком своей души, пусть и не намеренно. Гоша и правду живой! Он Дракон! Ему просто надо больше энергии! И он сможет стать свободным! Невероятно! Решила, что теперь буду регулярно писать в дневник, одной тут не справиться.

– Тебе понадобиться помощник и не один, найди толковых артефакторов, кому можно доверять. Кому попало нельзя раскрывать такие секреты. Хоть я и знаком со многими, но боюсь даже предложить кого-то из них. Сила и могущество, что даруют эти артефакты, могут победит их совесть. Хотел бы я сделать больше для тебя, но смогу помочь только советом.

«Это итак намного больше, чем я могла рассчитывать» – написала ему и пошла искать.

Алекс Вэйланд

Прошло всего три дня с новыми тренировками, но результат был в стократ больше, чем от всего предыдущего времени. Я начал чувствовать не просто свою силу, но и отдельные потоки, начал интуитивно выпускать ровно столько энергии, сколько требовалось для заклинания, перестал сжигать стол, пытаясь зажечь свечу. Я был готов уже двигать на передовую, но Вардэн меня остановил.

– Алекс, то чего ты достиг за эти дни, просто поразительно! И я соглашусь с тобой, что контролировать себя ты научился, если не на все сто, то на семьдесят процентов лучше. Но ты обещал мне неделю, давай же будем придерживаться плана, пока у нас все идет хорошо, но надо закрепить результат! Я разговаривал сегодня с товарищем по амулету, он утверждает, что пока везде затишье. А значит, и мы имеем время на подготовку.

Я согласился с ним, но только лишь потому, что дракон настаивал на том же. А Гоше я доверял сейчас, как никому другому. Он чувствовал меня, каким-то образом он сканировал мое состояние, и позволял мне чувствовать себя. И чем дольше я занимался в новой технике контроля, тем лучше мы стали ощущать друг друга. И в последнее время я стал замечать, что дракон голоден. Для него это было новое чувство, он был в смятении и не понимал, что не так. Я же, на несколько мгновений почувствовав себя им, отправился на кухню и смел все, что осталось от обеда. Лишь наевшись до отвала, понял, что это был не мой голод.

– Ну и как нам быть, дружище? – спросил я, когда мы выяснили, что от всей предложенной кухаркой еды, Гоша воротит нос.

На помощь, как не странно, пришел Стэнли.

– Чем ты тут занимаешься, Вэйланд? Пузо набиваешь вместо тренировок? А еще героя изображал, рвался в бой, небось, понимал, что никто тебя отсюда не выпустит, а имидж героя поддержать надо!

Даже отвечать на колкость не стал, насколько новая проблема заняла разум. Я одновременно чувствовал и дикий голод и переедание. Зато Нервничающий Гоша не оставил реплику без внимания. Стремительно слетел с моей руки и завис в двух сантиметрах от носа Мэрлока.

– Что это, бездна тебя раздери?! Что за фокусы, Вэйланд?!– кричал отскочивший в испуге целитель, сбив по пути стул.

– Это Гоша, знакомься, Стэнли. Он артефакт, никаких фокусов. И он жутко голоден. Может, ты подскажешь, чем его накормить?

– Но такого не бывает! – вылупился мужик.– Не бывает живых артефактов!

– Ты же сам видишь, – не стал вдаваться в подробности я.

А немного отойдя от шока, он предложил действительно дельную идею.

– Может, стоит накормить его силой, раз обычная еда его не прельщает?

И я накормил. А Гоша наелся. Я просто вливал в него понемногу свою силу, пока он не остановил. Но почему именно сейчас? Мы пришли к выводу, что я стал лучше контролировать свою себя. Раньше дракон питался излишками моей силы, но сам не осознавал этого, просто не хотел, чтобы я кому-то навредил. А когда непроизвольных выплесков не стало, он и стал голодать. Вот это новость! Раньше, показал он мне, Таша его подкармливала раз в неделю, посылая в него крупицы, так подпитывают артефакты. Но, когда он остался со мной, я не воспринимал его как артефакт, и даже мысли не возникло, что его нужно питать. И все прошедшее время он питался от моего нестабильного фона.

– А ты оживаешь, брат!

Глава 13

Таша Ван Орэл

– Тебе придется здорово потрудиться, чтобы обезопасить себя и своих ребят. Ты же не собираешься отправляться в Дортон одна, моя девочка? Ты, безусловно, самая сильная и очень смелая, но не будь безрассудна, – увещевал Док со страниц дневника.

Признаться честно, сначала я именно это и планировала. Думала, просить помощи только в подготовке. Все ж не настолько хорошо я знала этот мир, в сравнении с коренными его жителями. Но еще вчера на позднем собрании мне дали понять, что никуда меня не отпустят, а если я сорвусь без предупреждения, они просто соберутся и отправятся на мои поиски.

– Пустынный континент – не то место, где можно разгуливать без защиты. Попроси Корона, чтобы он устроил тебе разговор с надзирателем из Вэй Олонэ. Спрашивай про специфику бытовых заклятий, потренируйся с друзьями. И узнай про устройство замка. Тюрьма – это бывший дом дракона. Такие были на каждом материке. Тот, что находиться на нашем, спрятан в лесах. Ни одна дорога к нему не ведет, ни одной карты к нему нет. Подозреваю, там навешаны такие заклятия для отвода глаз, каких уже многие тысячи лет не ставили. Попасть туда можно только по приглашению хозяина. Проси надзирателя о встрече с наследником Вэй Олонэ. Он личность не публичная, но весь персонал набирал он, и все преступники попадали в замок только по его разрешению. И еще. Точной информации у меня нет, Дариэн на мой вопрос отшутился. Но по некоторым слухам, род Правителя идет от одной из династий драконов, что следили за порядком на Мортане, затонувшем северном материке. Если Норгон и спрятал где-то Вэйланда, то только там.

И уже пора делать заготовки, моя девочка. Они тебе пригодятся. Я помогу. Но работы предстоит очень много. Если ты уже нашла помощников, которым доверяешь, берись за дело. Время, как я понимаю, остается все меньше. Но ты справишься, я верю в тебя!

Помощника я смогла найти пока только одного, Джейсон Вонг был артефактором по первому образованию и ему я доверяла.

– Невероятно! Я нахожусь в рабочем кабинете самого Петра Стержнева! Будет, что внукам рассказать! – восторгался парень, усаживаясь за рабочий стол.

– Джейс, завязывай, я тебя с ним еще и познакомлю.

– Э-э, Таш! Давай без угроз. Я вроде не успел тебя сильно обидеть?

– Да ну нет! Ты меня не так понял, – достала из рюкзака дневник и положила на стол перед Вонгом. Я не боялась, что он разболтает о моих секретах. В конце концов, клятву о неразглашении я с него взяла. И знала, что он даже пытаться не станет ее обойти.

– Что это?– не понял парень.

–А ты открой и напиши какое-нибудь приветствие.

Он аккуратным подчерком вывел « Добрый день. Меня зовут Джейсон»

Когда слова пропали, он не удивился, но когда в ответ ему пришло

« Добрый день. Я Петр Стержнев. Надеюсь вам можно, доверять»

Вонг подскочил так, что стул свалился.

– Бездна! Как такое возможно? Так он не умер?!

– К сожалению, все же умер.

– Но как тогда? Вы нашли способ связаться с…– не договорил, но красноречиво указал пальцем наверх.

– Что за глупости! Это невозможно. Нет, все иначе. Док смог создать живой артефакт. В нем заключена его память об этом мире и многие знания. Умирая, он оставил в нем часть своей души. Вот и получается, что это как бы он, хоть и не совсем.

Парень еще долго не мог придти в себя, все повторяя про невозможность и невероятность происходящего. И я его не торопила. Не каждый день узнаешь такие вещи. Но тут сам Док вспомнил о времени.

«Пора браться за работу, ребята»

И дело пошло. Джейс взял себя в руки и стал по-деловому серьезен. Мы искали все возможные сходства Джинна и Серены с известными нам и Доку амулетами и артефактами. Пытались разобраться в возможном механизме активации и деактивации. Подбирали, выискивали, сравнивали. Обложившись справочниками и учебниками, позаимствованными из академической библиотеки.

Сидя уже глубокой ночью за чашкой травяного отвара, мы имели три наиболее вероятных схемы. Завтра мы должны были начать их отрабатывать.

– Таш, ты же понимаешь, что никто тебя не отпустит одну.

– Понимаю, – делаю глоток обжигающего напитка.

– И-и-и?

– И мне надо решить, кого взять с собой на верную смерть?

– Почему сразу на смерть!

– Да потому Джейс. Вы все упустили из виду главную деталь моего рассказа. Артефакты не просто рабочие, они активны. Я своими глазами видела, если так можно выразиться про видения, как они сожрали своих создателей!

– Ну а тебя они, значит, убить не могут? Или у тебя девять жизней, как у кошки?

– Я имею абсолютный резерв.

– Как это?

– Ну, вот представь, у человека с первым уровнем силы внутри, – указала я в область солнечного сплетения и создала маленького светлячка на ладони, – один огонечек внутри. У тебя их пять, – добавила еще четыре. – Чувствуешь, насколько ты круче? – подколола парня.

– Да это-то понятно, – отмахнулся он. – Что значит абсолютный?

Встала, покрутилась. – А я вся заполнена силой. Нет не единого пустого кусочка меня.

– Как такое возможно? – уже в который раз за день глаза парня расширись до предела.

– Невозможно. Конечно же, невозможно, Джейс. Но все именно так. И мне не обязательно тратить свой резерв, я могу тянуть нити силы из вне. Поэтому, даже, когда артефакт начнет мной питаться, я продержусь дольше любого из вас. Любого на этой планете. Потому боги и выбрали меня. Знали, кого посылать,– усмехнулась, провожая взглядом улетающих светляков.

– Но даже ты уязвима, – подумав еще, ответил парень.

– Да. Я знаю, – в очередной раз, за последнее время, испытывая чувство сильной тревоги и злости, незаметно накинула на себя успокаивающее заклятие.– Ну, а ты на моем месте кого бы взял на верную гибель?

– Надо просто подготовиться. Давай сделаем защитные амулеты! Тебе же теперь не надо прятаться, я правильно понимаю? Ты сможешь… да только ты и сможешь напитать их силой, как никто! Завтра и начнем. Мы справимся, Таш! Набирай команду!

Глава 14

Таша Ван Орэл

– Нет, Лоран! Ты не поедешь!

– Тогда и ты остаешься! – скрестил руки на груди взбешенный парень.

– Ты с ума сошел? Планете тогда вообще конец настанет!

– Значит, так тому и быть!

– Не глупи, Лор, – устало опустившись на стул, закрыла лицо руками. – Ты не хуже меня понимаешь, что это невозможно.

Общий сбор мы снова устроили в зале при кабинете полковника. Но, для разнообразия, с утра пораньше. И, вот уже битых полчаса не могли никак договориться.

– Хорошо, тогда просто объясни мне, почему Вонга и МакМиллан ты берешь без вопросов, а меня не хочешь?

– Не знаю, как на счет Джейсона, а меня ей просто не жалко! – усмехнулась Валери.

– Вал! Ну что за шутки?!

– Молчу-молчу, – изобразила рыжая «рот на замок».

– Нет, Лоран. Просто ты теперь Правитель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.