Александра Веда
Цветок любви

Пролог

У него было всё: дом, работа, деньги, люди которых он любил, но вот любили ли они его? Не было только у него одного… Прекрасного Дара Бога, того, кому он мог бы доверить свою душу и жизнь… Той души, что готова отдать за него всё, поэтому за всем тем, что у него есть, пряталось горькое одиночество, которое, казалось, никто не мог стереть и осветить. Он скрывал это своим бешеным ритмом жизни, он изнурял своё тело ежедневными тренировками, посвящал себя работе с головой. Ничто и никто, как он думал, не изменит его жизнь…

Нет, он не гонялся за славой и деньгами, ему не было это нужно. Просто он не видел другого выхода. Он даже и не подозревал, что где-то за несколько сотен, а может и тысяч километров есть она… Та самая душа, которая сможет осветить всё его существо своим светом, которая готова отдать за него даже жизнь, только бы он был счастлив. И та, которой ничего не нужно взамен за свет её любви.

Она всегда знала, что рождена здесь не просто так, не для того, чтобы отрабатывать прошлое и получать новый опыт. Она пришла в этот мир с определённой миссией, с определённой целью… Она пыталась распознать свою цель, найти её, но цель постоянно бежала от неё, как будто намекая, что пока рано, что ещё придёт время и всё встанет на свои места. А пока, эта душа должна научиться жить в теле простого смертного, научиться открывать своё сердце и дарить людям радость света любви, Божественного Света Любви.

Для простых людей это было многолетней кропотливой работой, у неё же всё шло быстро и без каких-либо помех. Она сама не понимала, как у неё получается то, к чему люди годами идут тяжёлыми и сложными путями. Но у неё было предназначение, не такое, как у всех, поэтому ей дали шанс «вырасти» за такой короткий срок.

Она всегда была одинока. Да, у неё было много друзей, но не было его, того единственного… Её сердце с самого рождения принадлежало только одному. Она пока точно не знала кому… Не знала, пока не увидит его и не поймет, что это именно он. Она даже не могла подпустить к себе близко кого бы то ни было. Она считала это изменой, хотя пока и не знала почему.

Конечно, она верила в чудеса, но она ещё, ни разу не сталкивалась с этим, поэтому думала, что с ней никогда не случится нечто подобное.

– Ты веришь в прекрасную мечту? – спросил её голос.

– Верю, – ответила она, – но у меня нет такой мечты.

– Ты ошибаешься, у тебя есть мечта, прекрасная мечта, которой ни у кого больше нет. Кроме…

– Кроме кого? – с замиранием сердца спросила она.

– Всему своё время… – мягко ответил голос. – Скоро ты всё узнаешь и поймёшь. А сейчас вспомни свою мечту, самую сокровенную. Ту мечту, ради осуществления которой ты сюда пришла. Ту, что всегда жила в твоём сердце. То, о чём ты мечтаешь всю свою жизнь.

– Найти его… – прошептала она, – мой свет только для него.

– А кто он?

– Тот, с кем я просто всегда хотела быть, просто находиться рядом, и отдать всё, что у меня есть. Но… но как я найду его?

– Подумай, вспомни, при мысли о ком у тебя замирает сердце, холодеет внутри, а душа рвётся из тела? Тот, кому ты нужна больше, чем бы то ни было.

Она задумалась, и тут она с содроганием вспомнила о нём. Тот, кто находится очень далеко, но об одной мысли о нём ей хотелось взлететь.

– Я поняла! Но как…? Как я…? Он ведь так далеко! Это невозможно! Я не знаю, как добраться до него…

– Всё возможно… всё… подожди немного, и время придёт… – голос стал пропадать, и лучи света померкли.

– Стой! Подожди! – закричала она. – Не уходи! Стой, пожалуйста! У меня так много вопросов…

Но всё исчезло, и она одна осталась в темноте.

– Всему своё время… Время придёт… Пора!

И она проснулась.

Но это был не сон. Далеко не сон…

Часть I

Она как всегда шла домой через парк, наслаждаясь «тишиной» природы. Это видение-сон целый день не выходило у неё из головы. Что бы это могло быть? Плод её разыгравшейся фантазии или это было реально? Но кому тогда принадлежал этот голос? Он казался ей до боли знакомым, но она не могла понять, кто скрывается за ним.

А её мечта… она всегда прятала её. Она никому её не показывала и не рассказывала о ней, даже себе. Она боялась полностью раскрыть эту мечту. Её пугало то, что если эта мечта раскроется, выйдет наружу из её открытого сердца, то никогда не сбудется.

Только одна мысль оказаться рядом с ним волновала всё её существо, душу и тело. Что это за чувство? Неужели это есть истинная любовь? Ведь она больше ни к кому не испытывала ничего подобного… В её окружении не было такого человека, к кому она могла бы испытывать нечто подобное. Ради кого она была бы готова на всё, даже отдать свою жизнь, если это будет необходимо.

– Подумай о нём, открой своё сердце этой мечте и ему.

Снова этот голос. Она остановилась и осторожно огляделась по сторонам, но, ни рядом, ни вообще вокруг никого не было. Даже странно, что в первый теплый день весны в парке никого не было.

– Зачем? – тихо и растерянно спросила она в никуда.

– Время пришло, пора! Открой своё сердце. Подумай о нём, и всё получится.

Она решила попробовать, ведь раньше она никогда не рисковала. Почему бы сейчас не попробовать рискнуть, вдруг и правда получится? Только что? Да Бог с ним! Она закрыла глаза и представила его, так близко, насколько могла. Из её сердца вырвался светлый поток любви. Никогда прежде она не чувствовала ничего подобного: теплоту этого света, силу этой любви, настолько мощную силу, что казалось, её тело не выдержит такой энергии. Она поняла, почему в ней так долго это хранилось. Этот свет она может дать ему, ведь он так нуждается в нём. Она прямо сейчас пожелала поделиться с ним этим светом. Тут же она почувствовала на себе крупные капли дождя…

– Что за? – она потрясённо огляделась, пытаясь понять, где она.

Тёмное, почти чёрное небо, грозовые тучи и крупный проливной дождь. Незнакомая улица с яркими фонарями, слишком оживлённая для её маленького городка. Люди куда-то бежали, ни на что, не обращая внимания. Она в растерянности опустила руки, не понимая, что произошло. Она спит? Это сон? Она вгляделась в лица прохожих, попыталась вслушаться в то, что они говорят друг другу или по телефону.

– Боже мой! – она испуганно закрыла рот рукой, осознав, где оказалась.

Что же делать? Её телефон не ловил здесь сеть. Она совсем не знает языка! Только пару слов и фраз, и с английским у неё не так хорошо. Да и поймут ли её жители этой страны? Но надо что-то делать.

– Пожалуйста, вы можете мне помочь? Я потерялась, – она бросилась к женщине средних лет, обращаясь с ней на английском. – Я не могу говорить по-японски…

Но женщина лишь шарахнулась от промокшей до нитки девушки, и стремительно пошла прочь. Она кинулась к другим прохожим, но почему-то все проходили мимо. Она не могла понять, почему? Но потом вспомнила, что японцы не всегда приветливы с лицами не их национальности.

– Лучше просто быть не может, – она села прямо на асфальт у двери какого-то здания. Ни денег, ни связи, никого из знакомых, она бы и врагу такого не пожелала. – Ну, подумала я о нём, и что? Оказалась в незнакомой стране и не знаю, что теперь делать, – пробормотала она, обращаясь ни к кому, точнее к тому голосу, что посоветовал ей сделать это.

Неизвестно, сколько так она просидела, вся промокшая и дрожащая от холодной мокрой одежды. Она сидела и думала о том, что лучше бы не слушала этот голос. Надо было отказаться от этой мечты и жить дальше в той рутине, в которой она бултыхалась до этого момента. Надо было так всё оставить в мечтах, любить на расстоянии, хотеть быть рядом на расстоянии, пытаться дарить свой свет на расстоянии, но нет же, дёрнул её кто-то! Её размышления остановила резко открывшаяся дверь, которой её чуть не ушибли. Она вовремя успела увернуться.

– Ох, прошу прощения! Я вас не ушиб? – взволнованно спросил на японском парень лет двадцати семи.

– Всё в порядке. Но я не понимаю, потому что я русская, – грустно пробормотала девушка, что помнила по-японски.

Это была невысокая, хрупкого телосложения девушка двадцати трёх лет европейской аристократичной внешности с большими серо-зелёными глазами. Длинные, чуть выше поясницы, чёрные волосы ниспадали за её плечи.

– Ты из России?! – удивился японец. – Что же ты тут делаешь?

– Может, английский? Я не понимаю японский, – девушка посмотрела на парня, говоря на английском.

– Я не хорошо говорить по-английски, – с мяукающим акцентом произнёс парень на ломаном английском. – Что ты здесь делаешь?

– Я тоже. Я потерялась, я не знаю, куда мне идти, и что делать, – пожала плечами девушка, уголки её чуть полноватых губ опустились.

– Ты вся промокла и можешь заболеть, – парень присел напротив, снова заговорив на японском. – Как тебя зовут?

– Алекс, – на его языке представилась девушка, и вопросительно посмотрела на собеседника. Хорошо, что она хоть как-то с горем пополам изучала разговорный японский язык.

– Меня Тоши.

– Очень приятно и бла-бла-бла, – девушка махнула рукой.

– Идём со мной, оставаясь тут, ты заболеешь, – Тоши протянул руку, говоря на английском.

Алекс поняла только зов идти с ним. Другого выхода у неё не было, только если остаться тут и промокнуть окончательно, хотя одежда девушки и так промокла насквозь, поэтому она протянула руку и встала.

– Сюда, заходи, – парень открыл дверь, пропуская её вперёд.

– А где мы? – Алекс обернулась.

– Сибуя, – ответил Тоши, ведя её к лифту.

– Сибуя?! – девушка поражённо уставилась на парня. – Это невозможно!

– Почему? – в свою очередь удивился парень, снова пропуская Алекс в лифт, и пробормотал по-японски: – Практически всю жизнь здесь работаю…

– Вот… – пробормотала девушка, входя в лифт.

До нужного этажа они доехали молча.

– Оставайся здесь, я сейчас вернусь, – по-английски попросил парень, остановившись у какой-то двери длинного коридора.

– Ок’ей, – кивнула девушка, пытаясь привести в порядок мокрые волосы.

Не прошло и пяти минут, как Тоши вернулся и позвал девушку, та послушно последовала за ним. Она оказалась в комнате обставленной мягкими диванами и креслами. У стены, рядом с окном буквой «Г» стояли два небольших стола, над одним из них висело зеркало, за вторым столом, что стоял напротив окна, сидел ещё один парень. Алекс не могла его разглядеть, так как он сидел к ней спиной.

– Анники-сан, вот о чём я говорил, – робко проговорил Тоши на родном языке.

– Тоши, давай решим это потом. Ты принёс сценарий из машины? – парень обернулся, и Алекс застыла на месте.

Типичный японец высокого роста, его тёмные волосы были уложены на косой пробор. Карие раскосые глаза с нескрываемым интересом рассматривали Алекс, а длинные музыкальные пальцы поглаживали гладкий подбородок.

Такого поворота событий она не ожидала. Ей казалось, что земля уходит у неё из-под ног, она не могла даже пошевелить рукой, не говоря уже о том, что бы что-то сказать.

– Здравствуй, это ты та потерявшаяся и промокшая девушка из России? – он подошёл вплотную к девушке. – Меня зовут Уесуги.

– Алекс, – девушка медленно кивнула, не зная, куда себя девать от волнения.

Ведь это был он! Тот самый человек, ради которого она была готова на всё, с которым она мечтала быть просто рядом.

– Тоши, она что, язык проглотила? – Уесуги обратился к парню.

– Она не понимает по-японски, говорит только отдельные фразы, – ответил Тоши. – Только по-английски почти так же, как и я.

– Вот как, а хотя, да, она же из России, – кивнул Уесуги. – Давай, иди за сценарием, а я пока пообщаюсь с девушкой.

Тоши вышел.

– Английский? – с улыбкой спросил девушку Уесуги, перейдя на английский

– Ага, – кивнула та. – Можно я сяду?

– Да, конечно. Только, я думаю, тебе надо сначала переодеться, а то заболеешь, – японец стал рыться в дорожной сумке.

Алекс непонимающе наблюдала за ним. Она частично поняла, что он сказал, так как сама не особо отлично владела английским, плюс этот мяукающий японский акцент с проглатыванием слов.

– Надевай вот это, другого нет, – японец протянул девушке большую чёрную футболку с логотипом его же группы и спортивные штаны до колен.

– Эээммм… Спасибо, – кивнула девушка.

– Ты переодевайся, а я пока выйду, позвоню, – Уесуги вышел.

– Твою ж мать! – не выдержала Алекс и стала быстро переодеваться в сухую одежду.

Вся одежда была пропитана Его парфюмом: «Chanel – Egoiste Platinum». Девушка обожала этот аромат и с наслаждением прижалась носом к футболке. В этот момент она чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Через какое-то время в комнату вошли Уесуги и Тоши с кипой бумаг на руках.

– Ты переоделась? – спросил японец.

– Да, наверное, – пробормотала Алекс, и аккуратно села на край дивана. – Спасибо.

– Ладно, мне пора на эфир, – Уесуги обратился к Тоши. – Что делать, разберёмся потом.

Тот согласно кивнул и обратился к девушке на английском:

– Ты не голодна?

– Эммм…? – та не смогла разобрать вопрос.

– Эээ, ну есть, голод… Нэ? – повторил японец.

– О, нет, пока нет, – заверила девушка.

– Тоши! Ты мне нужен! – послышался голос Уесуги.

Тоши подскочил на месте:

– Я должен идти, оставайся здесь. Хорошо?

– Хорошо, – кивнула девушка.

Как только за Тоши закрылась дверь, и Алекс осталась одна, она со стоном упала на спину и закрыла глаза. Как такое вообще может быть?! Это же нереально! Кому рассказать – не поверят! Ведь много раз она слышала, да и своим друзьям говорила об осторожности с желаниями и мечтами. И что в итоге? Сама же в этот «капкан» и попала. С одной стороны она была в растерянности: оказаться в чужой стране, почти не зная языка, без нужных документов, без денег, с неизвестностью того, что с ней будет дальше. Может, её вообще сейчас отправят восвояси, а у неё здесь нет этого «восвояси». Или же начнут выяснять, что и как, и тут же депортируют до русской границы, а дальше, как хочешь, добирайся домой. Но вот с другой стороны, всё её существо разрывалось от счастья. Удивительно, что сердце до сих пор грохочет в груди, а не взорвалось от переизбытка чувств. Он был совсем рядом, даже ближе, чем на расстоянии вытянутой руки, она могла поднять руку и дотронуться до его лица. А его голос, она могла бы слушать его каждый день, каждый час, каждую минуту, как он говорит, и неважно, что он говорит, и что она ничего не понимает. Его глаза так близко она никогда не забудет.

Только вот она уловила то, что он был очень уставший, ему нужен отдых и длительный сон, чем он пренебрегает. Она надеялась, что до того момента, как решится её судьба с пребыванием здесь, она сможет дать ему тот свет, что хранила для него всю свою жизнь. И для неё было неважно, что она, возможно, не сможет контролировать поток энергии и отдаст всю себя полностью, что приведёт к смертельным для неё последствиям. Если так она сможет помочь ему, то всё остальное будет уже не важным.

Целый час, пока длился эфир, девушка полулежала на диване, пытаясь успокоить свои бушующие мысли. Да и час как-то быстро пролетел. Послышались приближающие голоса. Алекс быстро села и пригладила волосы. Скорее всего, сейчас решится её судьба. Стало немного страшно и волнительно.

– Вон она сидит, – в комнату вошёл Уесуги и указал на девушку, говоря по-японски.

За ним следом вошли два гитариста его группы: Тацуя и Такиро.

– Русская? – переспросил Такиро.

Уесуги кивнул. Девушка сидела, не шевелясь, и не знала, куда себя девать. В этот момент она хотела бы провалиться сквозь землю, и раз пятьсот пожалела о том, послушала этот злополучный голос.

– Ты голодна? – Уесуги на английском обратился к девушке.

– Я не знаю, – робко ответила девушка.

– Не надо нас бояться, а то у тебя такой вид, как будто мы сейчас поведём тебя на жертвоприношение, – улыбнулся японец. – Пойдём, поедим.

Алекс кивнула и встала, уже держа в руках свои мокрые вещи и сумочку.

– Уесуги-сан, мы тогда поехали собираться, – Тацуя перекинул сумку через плечо и направился к двери.

– Хорошо, – кивнул Уесуги. – В 6 утра чтобы были готовы выезжать.

Гитаристы кивнули и вышили.

– Давай свои вещи сюда, – японец достал пакет и, когда девушка дрожащими руками затолкала туда свои вещи, он снова рассмеялся: – Ты меня боишься?

– Нет, совсем нет, просто…

– Тогда перестань смотреть на меня так испуганно, – Уесуги закинул пакет в сумку и перекинул её ремень через плечо.

– Хорошо, – кивнула Алекс.

– Идём, – японец направился к выходу, но потом вдруг остановился и резко обернулся, чуть носом не столкнувшись с девушкой: – А знаешь, мне кажется, я тебя где-то видел, мне твоё лицо смутно знакомо… Не знаешь, где я мог тебя видеть?

– Не знаю, я была на твоём концерте, когда ты приезжал в Россию, и несколько раз писала на e-mail, – Алекс пожала плечами.

– Хммм… – Уесуги на секунду задумался, но потом махнул рукой. – Ладно, идём, что-то я есть захотел.

Перед выходом из здания он надел шляпу и широкие солнечные очки.

– Очкомания, – не удержалась Алекс, пробормотав по-русски.

– Что? – забыв перейти на английский, переспросил японец.

– Ой, ничего-ничего, – на японском ответила девушка и смущённо отвела взгляд, сдерживая улыбку.

– Значит хоть немного, ты говоришь и понимаешь по-японски? – перейдя на английский, уточнил Уесуги, указывая на белую спортивную машину, марки «Ferrari»: – Садись.

– Совсем немного, – кивнула девушка и аккуратно открыла переднюю дверь.

– Это хорошо, молодец, – Уесуги сел за руль, закинув сумку назад.

Алекс тем временем осторожно села на переднее и единственное место для пассажира, и плавно закрыла дверь, до тихого щелчка, затем также аккуратно, почти ювелирно пристегнула ремень безопасности. Японец внимательно понаблюдал за девушкой и завёл мотор. Они доехали почти до окраины Токио.

– Не бойся, я привёз нас сюда, чтобы не наткнуться на папарацци, – быстро проговорил Уесуги, глуша мотор.

– Я и не боюсь, – улыбнулась Алекс, осторожно открывая дверь.

Они вошли в маленький ресторанчик и сели в самом дальнем и тёмном углу. Официантка тут же принесла им меню.

– Чёёёрт… – всё, что смогла сказать Алекс, открыв меню.

Она чуть-чуть, но знала разговорный японский, а вот иероглифы…

– Что-то случилось? – Уесуги поднял глаза.

Девушка развернула меню и ткнула пальцем в иероглифы:

– Я не понимаю этого, и у меня нет денег.

– По поводу денег не волнуйся, я угощаю, – успокоил её японец. – А вот насчёт языка и еды… – он полистал страницы меню, – вот тут европейская кухня и всё продублировано на английском, заказывай что хочешь.

– Спасибо большое, – девушка благодарно улыбнулась, сказав по-японски.

Такой волнительной ситуации у неё никогда не было. Она до сих пор не могла понять, либо ей так повезло, либо она пропала, зато будет, что рассказать друзьям, если она вернётся домой. Если вернётся…

– Скажи, как ты оказалась в Сибуе? – Уесуги задал давно мучавший его вопрос, как только официантка ушла. – Ты искала меня?

– Эмм…. Почти, я не знаю, как это объяснить. Я шла домой, а потом оказалась здесь, – путаясь в расстановке слов, ответила Алекс. – Я должна сказать спасибо Тоши за его помощь.

– Успеешь поблагодарить, – заверил японец.

– А сейчас я не знаю что делать, у меня даже нет документов с собой, кроме российского паспорта. Вообще ничего нет, а телефон здесь не работает, – растерянно пробормотала девушка. – Что со мной будет?

– Я пока не знаю что делать. У нас завтра вечером концерт в Канадзаве, пока ничего не могу решать, – пожал плечами Уесуги. – Мы придумаем что-нибудь после концерта. Бросить тебя на улице я не могу, поэтому поедешь с нами в Канадзаву.

– Ах, хорошо, – кивнула Алекс.

– А чтобы не потеряться, будь всегда рядом со мной, – продолжил японец.

Алекс снова кивнула, так как от этих слов ничего не смогла произнести. Она не могла поверить, что он сам просит её находиться рядом с ним, даже в такой ситуации.

Принесли еду.

– Приятного аппетита, – робко пожелала девушка по-японски.

Уесуги лишь одобряюще покачал головой.

– Что ж, пока есть время, поедем ко мне домой в Киото, – заводя машину, пробормотал Уесуги.

Они уже поужинали и вернулись в машину.

– У меня всё равно нет другого выхода, – девушка с улыбкой пожала плечами.

– У тебя красивая улыбка, – заметил японец.

– Спасибо, – смущённо ответила девушка.

– Где ж я мог тебя видеть…? – снова пробормотал Уесуги, выруливая на главное шоссе.

Алекс молчала, так как не знала, что ответить. На ночном шоссе никого не было, поэтому Уесуги гнал на полной скорости.

– Познакомишься с моими детками, – прервал молчание японец.

Он не понимал почему, но ему хотелось разговаривать с этой девушкой, не важно, о чём, просто говорить. Он даже старался чётче произносить слова, чтобы ей было не сложно понять его, так как из-за акцента слова сильно каверкались.

– Дольче и Джули?

– Ага, но они не всех подпускают к себе, детки с характером.

– Может, мы с ними подружимся? – предположила Алекс.

– Расскажи о себе.

– Если смогу правильно сказать что-нибудь по-английски.

– Не важно, я пойму, – улыбнулся Уесуги.

– Я и не знаю что рассказывать. Я учусь, работаю, у меня много друзей. Немного увлекаюсь различными духовными вещами.

– Духовными вещами? Это как? – не понял японец.

– Что-то из… поиск смысла жизни, пытаюсь понять знаки судьбы, сны…

– То есть ты, в поисках смысла, что от чего и как?

– Что-то вроде того, – кивнула Алекс.

– И ты всё знаешь?

– Я не сказала бы, что всё, но многое уже становится понятно.

– Например?

– Например, я стала понимать, что всё, что происходит, не просто так, всё в жизни так, как должно быть. Что-то вроде того.

– Интересно, – хмыкнул Уесуги. – О! Мы почти приехали. Этой мой почти родной город, – он сбавил скорость.

– Я знаю, – засмеялась девушка.

– Откуда ты всё знаешь? – с шутливой интонацией возмутился японец.

– А ты как думаешь?

– Ну, наверно ты экстрасенс, – с той же интонацией предположил он.

– Наверно, – в тон ему ответила Алекс.

Они замолчали. Алекс уставилась в окно, рассматривая в свете фонарей город, в котором жил Уесуги. Самое удивительное, ей было очень легко разговаривать с ним, хотя она не знала перевода многих слов из их разговора, но понимала, о чём он говорил. Она думала, что не сможет выдавить и слова из себя, не говоря уже о правильности её английского, но на деле это оказалось не так страшно.

Вскоре они оказались у дома, где жил японец.

– Проходи, – Уесуги открыл перед Алекс входную дверь, приглашая войти.

– Спасибо, – девушка робко вошла в дом.

В холле было темно.

– Сюда, – японец провёл девушку в гостевую комнату.

В реальности, комната не сравнится с тем, что она видела на фото. Слева находилось огромное окно, до самого потолка, за которым находилась машина Уесуги. В центре помещения находился невысокий, но широкий столик, со стеклянной столешницей, вокруг которого были расставлены тоже невысокие диванчики, обшитые светло-коричневой кожей. На противоположной стене было куча полок, которые ломились от различных томов манги.

– Это и есть та знаменитая коллекция манги… – пробормотала на русском Алекс, зачарованно рассматривая комнату.

– Что? – проходящий вперёд Уесуги обернулся.

– Я про мангу, среди фанатов твоя коллекция очень знаменита, – ответила девушка.

– Вот как, – хмыкнул японец. – Я сейчас, как раз принесу своих деток, они где-то здесь.

– Хорошо, – кивнула Алекс, и осторожно села на мягкий диван.

У девушки всё дрожало внутри, таких эмоций она никогда не испытывала. Она до сих пор не могла осознать, что находится в Его доме. Повертев головой, Алекс заметила барную стойку, что раньше видела тоже на фотографиях. И опять же, вживую она не сравнится с фото: мягкий свет ламп освещал саму стойку и полки со спиртным, стена за стойкой была украшена мозаикой из цветного стекла. Она не могла представить, как это всё вместе смотрится при свете дня, но ночью интерьер выглядел мягко-мрачным и завораживающим.

Послышались шаги и голоса. В комнату вошли Уесуги и молодая женщина. На руках японца сидели две маленькие собачки. Чёрная с серыми подпалинами – это была Джули, а собачка, цвета золотого песка – Дольче.

– Алекс, это моя сестра, Макото, – представил Уесуги женщину, – она присматривает за домом и собаками.

– Очень приятно познакомиться, – женщина с улыбкой поклонилась.

– Меня зовут Алекс, очень приятно познакомиться, – тряхнула головой девушка, как бы поклонившись и говоря по-японски.

– Я пойду тогда пока, – Макото обратилась к брату.

– Да, конечно. Мы выезжаем завтра, ближе к шести утра, – кивнул тот.

– Я приду тогда через пару часов после вашего отъезда, – женщина потрепала по холке собачек, кивнула на прощание Алекс и ушла.

– Ну что, знакомьтесь, – Уесуги осторожно спустил собачек на пол и сел рядом с Алекс, говоря снова на английском.

Собачки последовали за хозяином, но потом они заметили Алекс и остановились. Джули первая подошла к девушке и обнюхала её ноги, за ней последовала Дольче. Уесуги, молча, наблюдал за происходящим. Ему было интересно, как его собачки воспримут эту девушку, для него это даже было важно.

Алекс улыбнулась и протянула Джули ладонь, не боясь того, что собачка может её укусить. Для неё и для собачек это казалось как бы игрой, за которой внимательно наблюдал Уесуги.

Джули проигнорировала ладонь девушки и попыталась запрыгнуть к ней на колени, но так как собачка была маленькой, она не смогла запрыгнуть, а лишь уперлась лапами в ноги девушки и гавкнула. Алекс осторожно провела ладонью на голове Джули, та тут же яростно завиляла хвостом. Недолго думая, девушка взяла собачку на руки и посадила себе на колени. Сидящая на полу Дольче ревниво тявкнула и тоже завиляла хвостом.

– Ой, прости, пожалуйста, – засмеялась Алекс, и усадила вторую собачку себе на колени. Обе собачки тут же улеглись и положили головы на лапки. – Боже мой! Какая прелесть! – всё также смеясь, девушка потрепала обеих собачек по холке.

– Вот как? Это даже удивительно! – удивлённо воскликнул Уесуги. – Они так ведут себя только с родственниками. Ты какая-то особенная?

– Я не знаю, – Алекс даже растерялась.

– Как же ты всё-таки попала в Сибую, если находилась в России? – Уесуги развернулся корпусом к девушке и облокотился на спинку плечом.

– Если бы я знала, – вздохнула Алекс. – Я сама до сих пор не могу понять, как такое могло произойти.

– Ладно, придётся на время забыть об этом. Идём, я провожу тебя в комнату для гостей, – японец поднялся, приглашая девушку. – Не знаю как ты, но я вряд ли сегодня буду спать.

Девушка поднялась, держа собачек на руках, которые даже и не думали слезать с её рук.

– Ты им и правда понравилась, – заметил Уесуги и прошёл вперёд. – Следуй за мной.

Они поднялись на второй этаж. Весь этаж был оформлен в традиционном японском стиле, в интерьере не было ничего европейского.

– Сюда, – японец открыл дверь ближайшей к лестнице комнаты. – Твои вещи мы с Макото загрузили в стирку, а к утру они будут сухими и чистыми.

– Спасибо, – Алекс благодарно посмотрела на японца.

– Пожалуйста, – кивнул тот. – Если тебе надо в душ, то дверь вон там. Там же есть чистые халаты и полотенца, – он указал на самую дальнюю дверь, в конце этажа, – туалет там же. Если что-то понадобится, то зови.

– Хорошо, спасибо, – улыбнулась девушка, частично понимая, что он говорит, и вошла в комнату.

– У тебя пара часов на сон, я разбужу тебя рано утром. Надо выехать пораньше, чтобы успеть доехать до Токио. Аааа… – начал было Уесуги, но Алекс перебила:

– А можно собачки побудут со мной? Они такие милые.

– Да, конечно, раз вы так подружились, – согласно кивнул японец и покинул второй этаж.

Алекс положила сумочку на плетёное кресло, посадила собачек на кровать и огляделась. Комната была так же оформлена в традиционном японском стиле. Стены были оформлены панелями из бамбука с сакурой, кровать находилась в центре комнаты, но она стояла не на ножках, а находясь как бы в полу – матраса было не видно, только подушка и одеяло.

– Ну что ж, надо сходить в душ, а потом будем сходить с ума от происходящего, – девушка по-русски обратилась к собачкам. Джули тут же гавкнула ей в ответ. – Девочка моя, ты меня понимаешь? – собачка снова гавкнула. – Прелесть, какая. Вы со мной? – подойдя к двери, девушка обернулась.

Обе собачки тут же последовали за ней.

– Ахахаха, – не сдержалась, Алекс и направилась в душ.

За ней по деревянному полу послышался дружный цокот собачьих когтей.

Уесуги спустился вниз так, чтобы его не было видно, и прислушался. Что-то удивительное было в этой девушке, свалилась как снег на голову. Если бы Тоши её не привёл, что бы с ней было? А Джули и Дольче… Что такого необычного в ней, что обе собачки в ней с первой минуты знакомства души не чают?

Тут он услышал смех Алекс и топот маленьких лапок по полу. Девушка всё же пошла в душ. А эти две за ней! Обычно в доме они только его сопровождали повсюду. Изменщицы!

Уесуги медленно спустился вниз, когда послышался звук закрывающейся двери. Ему надо работать над сценарием. Он мог бы прямо сейчас отправить её в посольство, чтобы она вернулась в свою страну, но он не хотел этого делать. Что-то подсказывало ему, что ей надо остаться. Хотя бы на какое-то время…

А её улыбка, такая искренняя и открытая, когда она улыбалась, Уесуги казалось, что эта девушка готова обнять весь мир. Да и где же он мог её видеть, если она впервые сегодня оказалась в Японии? Но её лицо ему было так знакомо.… Где же он её видел?

– Okiro. Kora. Demukitenaido. Horaaa…¹

– Божечки, неет, ещё пять минуточек… – сонно пробормотала Алекс, ощупывая рукой пол, в поисках телефона.

– Вставай, Алекс.

– A? – девушка села от неожиданности, прижав одеяло к подбородку. – Такого в будильнике не было… Боже мой! – она вздрогнула, увидев сидящего рядом Уесуги, и тут же с радостным стоном упала на подушку. – Сбылась мечта идиота!

Японец рассмеялся. Дольче и Джули недовольно поворчали и зарылись в одеяло.

– Они спали у тебя?! – поразился Уесуги. – Вот это да! Предательницы!

– Получается, что да, – смущённо ответила Алекс, прикрываясь одеялом, так как на ней не было ни ночной сорочки ни футболки. – Они всю ночь были со мной.

– Изменщицы! С ними я ещё разберусь позже.

– Не надо! Это я виновата, – девушка испугалась за собачек, услышав ревнивый тон Уесуги.

Японец засмеялся.

– Я шучу. У тебя час, чтобы приготовиться к поездке, твои вещи лежат на кресле, – отсмеявшись, Уесуги поднялся. – Я жду тебя внизу.

– Хорошо, – кивнула Алекс.

Японец вышел. Девушка накинула халат, потрепала собачек по головам и поспешила в ванную комнату. Умывшись и переодевшись в свои чистые вещи, Алекс поспешила вниз, но в гостевой комнате никого не было.

– Эээммм… – девушка застыла в нерешительности, бормоча по-русски. – И куда идти?

– Эй, Алекс! Я здесь, на кухне! – послышался голос Уесуги.

– А где эта кухня-то? – Алекс повертела головой и крикнула на английском: – А где это? Я же не знаю твой дом…

– Иди на голос, – со смехом крикнул японец.

– Эээээ… – девушка, наконец, заметила дверь, а за ней коридорчик, ведущие в другую часть дома, направилась туда и нашла кухню. – Точнее на смех, а не на голос.

– Точно подмечено, – снова засмеялся Уесуги. Он сидел за обеденным столом с ноутбуком, на его коленях мирно сопели Дольче и Джули.

– Ты извини, но я ничего не готовил, если ты голодна, поройся в холодильнике.

– А ты сам уже завтракал? – Алекс открыла холодильник.

– А? Я не голоден, – пробормотал японец, не отвлекаясь от ноутбука, но урчание в его животе незамедлительно это опровергло. Уесуги даже как-то испуганно посмотрел на девушку.

– Видишь, не только я так думаю, – засмеялась та. – Давай я что-нибудь быстро приготовлю?

– Давай что-нибудь в русской традиции, – предложил японец, поглаживая взбунтовавшийся живот.

– Ага, картошку по-княжески с кучей жира, – по-русски пробормотала Алекс, пытаясь сообразить, что можно приготовить из того, что было в холодильнике, с учетом того, что все этикетки на японском языке, и толком не понятно, что в упаковке.

– Что?

– Ох, ничего, это мысли вслух на русском, – девушка чуть отодвинулась от холодильника. – Пожалуйста, скажи мне, что тут есть. Я ничего не понимаю.

– Давай может, лучше я тогда приготовлю? – предложил японец, аккуратно укладывая собачек на диванчик.

– Оооо! Это было бы здорово! Я так не хочу готовить, если честно, – Алекс закатила глаза, говоря по-русски, – и плевать, что еда будет ооочень острой…

– Опять мысли вслух? – теперь уже Уесуги полез в холодильник. – О! Нам повезло, Макото оставила нам цыплёнка с гарниром по-японски, – он достал большое блюдо, накрытое крышкой.

– Здорово, – Алекс тихонько облегченно вздохнула и села к собачкам.

И готовить не надо, и еда не будет острой, как это любит Уесуги. Дольче и Джули тут же проснулись и забрались к девушке на колени.

– Вы мои хорошие!

– Изменщицы! – недовольно пробормотал японец, раскладывая по порциям цыплёнка с гарниром.

Алекс засмеялась:

– Ну, они же спали у тебя, когда я нашла кухню.

– Да, пока ты приводила себя в порядок, потому что им больше не к кому было идти, – проворчал Уесуги, убирая остатки обратно. – Чай или кофе?

– Чай, от кофе я чувствую себя плохо, – пояснила девушка.

Японец сразу же налил девушке и себе ароматный зелёный чай. Алекс благодарно кивнула, когда японец поставил перед ней чашку.

– А мы с тобой похожи. Мне тоже становится нехорошо от кофе, – Уесуги сел напротив. – Как спалось?

– Спасибо, хорошо, – Алекс не удержалась и всё-таки зевнула, прикрыв рот ладонью. – Извини.

Японец прыснул, а затем, не выдержав, захохотал.

– Что? Что не так? – растерялась девушка, наслаждаясь его смехом. Кто бы знал, как она любила этот смех.

– Прости, – отсмеявшись, Уесуги смахнул слезинку, подпёр ладонью щёку и посмотрел на девушку. – Ты такая милая, когда ведёшь себя вежливо.

– Eeeeee?!?! – возглас на японском.

– И ещё милая, когда говоришь по-японски, – продолжал японец, – и когда краснеешь от смущения, и когда улыбаешься.

– Перестань, пожалуйста, – Алекс ещё больше покраснела, но выдержала его взгляд, хотя ей очень хотелось опустить глаза.

Щелчок микроволновой печи заставил их обоих вздрогнуть от неожиданности.

– Чёрт! – не выдержала Алекс.

Уесуги же, молча, подскочил к печи, ставя вторую порцию. Какого чёрта он вообще несёт? Что заставило его говорить это? Он вообще не собирался с ней флиртовать, но слова как-то сами вырвались. Обычно он так себя вёл, когда в шутку флиртовал с девушками. А тут… Он реально осознал, что говорит серьёзно. Да хотя, с другой стороны, она и правда такая милая, когда ведёт себя вежливо, когда что-то говорит по-японски, но особенно, когда улыбается.

– Пора выезжать, – обернулся Уесуги, закрыв дверцу посудомоечной машины.

– Я сейчас вернусь, возьму свою сумку, – Алекс вскочила на ноги и побежала в комнату.

– Я жду тебя в гостевой комнате.

Дольче и Джули последовали за девушкой. Несколько минут и она уже спустилась в гостевую комнату.

– Я готова, – Алекс поправила ремень сумки на плече.

– Тогда поехали, – Уесуги напоследок потрепал собачек и направился к выходу.

Девушка последовала за ним, но собачки тут же начали скулить и лаять, как будто не хотели её отпускать.

– Что такое, мои хорошие? – девушка присела и погладила их.

– Даже так? – японец остановился и обернулся. – Не хотите значит расставаться?

Собачки дружно гавкнули. Алекс рассмеялась.

– Может быть, я ещё вернусь… – по-русски прошептала им Алекс, глубоко внутри надеясь на это. Она на прощание погладила обеих собачек и последовала за Уесуги.

Через пару часов они подъехали к зданию звукозаписывающей студии в Сибуе. Уесуги оставил машину на парковке. На цокольном этаже уже находились все участники группы с кучей сумок.

– А она что, поедет с нами? – говоря на японском, удивился Такиро, после приветствия.

– Да, я решил пока так, – кивнул Уесуги.

– Я думал, ты отвезёшь её в посольство, и её отправят домой, – Такиро даже немного растерялся.

– Было слишком поздно ехать в посольство, – невозмутимо ответил японец и повернулся к Алекс, перейдя на английский: – Позволь, я познакомлю тебя с нашей командой.

– Буду рада, – улыбнулась Алекс. – И, кстати, я знаю, кого как зовут.

– Правда? Ты точно не фанатка?

– Нет, я просто знаю, но люди, которые не знают правды, иногда так называют, – развела руками девушка.

– Прости, я, наверно, обидел тебя, – смутился Уесуги.

– Ничего страшного.

– Просто ничего другого в голову не приходит, – японец обнял девушку за плечи и развернулся вместе с ней к команде. – Ну, давай, расскажи мне, кто из них кто.

От его прикосновения Алекс словно током ударило. Нет таких слов, чтобы описать то, что она чувствовала и ощущала в этот момент, но девушка взяла себя в руки и начала перечислять:

– Вон тот, что со светлыми длинными волосами – это гитарист Мицу, рядом с ним, с чёрными кудрями – Тацуя, парень с длинными чёрными волосами – бас-гитарист Дзёнти, невысокий с усиками – барабанщик Уэно, тот парень, с которым ты только что разговаривал – гитарист Такиро, а вон тот, американец – это Джим, приглашённый тобой второй вокалист. Всё правильно? – она посмотрела на Уесуги снизу вверх.

– Более чем верно, – медленно проговорил Уесуги и посмотрел на девушку: – Только ещё вон тот мужчина – наш помощник или стафф Ватари. Что ты ещё знаешь?

– Ооо, много ещё что, – в голове Алекс всё перемешалось, сердце грохотало так, что она еле расслышала, что ей сказал Уесуги. Если он её сейчас не отпустит, то её сердце разорвётся на маленькие кусочки.

– Эй, друзья мои! – Уесуги тем временем окликнул на японском своих товарищей по группе. – Познакомьтесь, это Алекс, та самая девушка, что вчера «свалилась с неба», точнее из России.

– Привет, очень приятно, меня зовут Джим, – первый поздоровался американец.

– Джим, не нужно ей представляться, она вас всех знает поимённо, – захохотал Уесуги, отпуская, наконец, девушку.

– Да? – удивился Джим. – Фана…

– Нет, она не фанатка! – перебил его японец. – Я уже интересовался, – когда все обменялись приветствиями с Алекс, он продолжил: – Она не понимает по-японски, но иногда говорит отдельные фразы, но понимает и говорит по-английски. На всякий случай.

– Ясно, – за всех ответил Такиро. – Ну что, поехали, нам ещё надо репетировать.

У входа в здание уже стоял микроавтобус.

– Садись вот сюда, у окна, – Уесуги пропустил Алекс вперёд и, когда она села, сел рядом.

– Оооо! Почётное место Джима рядом с Великим теперь занято! – захохотал Дзёнти, хлопая садящегося позади Алекс и Уесуги Джима по плечу. – Джимми, ты только не расстраивайся.

– Нет! Всё! Я потерял смысл жизни! – американец картинно запрокинул голову и всхлипнул.

– Джимми, Джиммии, не плачь, не надо! – Мицу сел рядом с ним и так же картинно его обнял. – Ты затопишь здесь всех!

Весь микроавтобус дружно взорвался от хохота.

– Джииим, твой лимит исчерпан, – подхватил Уесуги и повернулся к Алекс, заговорив на английском: – Ты, верно, не понимаешь, что тут происходит?

– Ну да, – девушка пожала плечами.

Самое интересное, она не чувствовала себя неуютно или лишней. Такое ощущение, что она уже миллион раз ездила вместе с ними по турам.

– Ничего, подучишь японский, и тогда будешь веселиться вместе с нами.

– Что? – Алекс вздрогнула и посмотрела на Уесуги.

Это он так намекает на то, что она останется с ними?!

– Ааа… эмм… да я… – Уесуги растерялся от того, что только что сам сказал. – Ты извини, пока мы едем, я немного поработаю, – пробормотал он и, торопясь, достал ноутбук, намекая на то, что разговор закончен.

Алекс невидящими глазами смотрела в окно. Улицы пестрили яркими вывесками, люди куда-то спешили, хотя по времени всего седьмой час утра. Она много раз слышала, что японцы – трудолюбивый народ.

У неё был всего один этот день, чтобы сделать это. Вдруг после концерта Уесуги отвезёт её в посольство и больше шанса не будет? Хотя его последняя фраза поселила в её душе надежду на то, что она, возможно, останется с ним. Но как тогда быть? У неё нет никаких здесь документов, кроме российского паспорта… Даже загранпаспорт мирно лежал у неё дома на полочке. Ладно, будь что будет, главное, что пока она здесь и надо найти подходящее время для…

– О чём задумалась? – её мысли прервал Джим, который протиснулся головой между сидениями, говоря по-английски. – Расскажи, как ты оказалась у Уесуги? – он толкнул в плечо японца: – А? Уесуги, как она у тебя оказалась?

Уесуги делал вид, что усердно занимается сценарием и не обращает ни на кого внимания.

– Я не знаю, – пожала плечами Алекс. – Мне помог Тоши.

– О да, Тоши у нас добрая душа, – засмеялся Джим. – Тебе повезло, что ты встретила именно его.

– Да, это так, – кивнула девушка.

– Расскажи о себе? У тебя есть парень? – не отставал Джим.

Ему было интересно, кто такая эта девушка, откуда она вдруг неожиданно появилась? Такиро и Тацуя сегодня с самого утра уже успели рассказать про неё, и Джима она очень заинтересовала. Русская, говорит по-английски, да ещё может что-то сказать по-японски. Насколько он знал, мало кто из русских мог говорить хотя бы отдельные фразы. И улыбка у неё оказалась очень милой и светлой. Казалось, она вся светилась, что-то было в ней такое притягательное, что хотелось находиться рядом с ней.

– Нет, у меня нет парня, – просто ответила Алекс.

– Почему? У такой девушки и нет парня? – не поверил американец.

– Мне… я… – девушка задумалась и пробормотала по-русски: – Как бы так объяснить попонятней?…

– Это ты по-русски? – оживился Джим. – Научи меня каким-нибудь словам на русском!

– Каким словам?

– Например, «Добрый день». Как это будет по-русски?

– Добрый день, – по-русски сказала девушка.

– Дъорьий дьенъя?

Алекс не выдержала и расхохоталась, даже Уесуги прыснул:

– Джим, твой русский ужасен!

– Сам-то попробуй, скажи! – обиженно воскликнул американец.

– Алекс, ты можешь повторить? – Уесуги посмотрел на смеющуюся девушку.

– Подожди, – сквозь хохот простонала по-японски Алекс. Она настолько перенервничала за вчерашний вечер и сегодня, что со смехом у неё выплёскивались все эмоции. Она не могла остановиться.

Уесуги похлопал Джима по щеке:

– Видишь, даже у Алекс нет такого акцента, когда она говорит по-японски. Алекс, хватит, давай, повтори фразу, – он потряс не успокаивающуюся девушку за плечо, но сам не выдержал и захохотал. – Твой смех заразителен! Хватит! Ахахахаха!

Алекс уткнулась носом в колени, пытаясь остановиться, но у неё это слабо получалось. Уесуги откинулся на спинку сидения и хохотал на весь салон.

– Да хватит вам обоим! – сдерживая смех, возмутился Джим. – Это не смешно!

– И правда, хватит, – Алекс подняла голову, всё ещё посмеиваясь.

– Давай, я жду, – Уесуги внимательно смотрел на девушку.

– Добрый день.

– Дъёбрай дъено, – с серьёзным лицом повторил японец.

Наступила тишина, все трое, молча, переглядывались, сжав рты. Алекс не выдержала, и первая взорвалась новым приступом хохота. Уесуги и Джим подхватили следом. Теперь хохотали все трое, и уже до слёз.

– Что вы там всё хохочете? – над сидениями показалась голова Мицу, который сидел рядом с Джимом.

– Не спрашивай! – простонал Уесуги, вроде бы успокоившись.

– Алекс учила нас произносить по-русски фразу «Добрый день», – пояснил Джим, вытирая слёзы.

– Правда? Я тоже хочу попробовать.

Уесуги, Джим и Алекс снова зашлись диким хохотом.

– Нет, Мицу, не надо, – сквозь смех выдавил Уесуги.

– Нет, пожалуйста, не надо больше! Не сейчас! Я сойду с ума, – Алекс снова уткнулась носом в колени.

– А что? – почти обиженно спросил Мицу. – Я немного изучал русский.

– Да? – оживился Джим и ткнул смеющуюся Алекс в спину: – Алекс, повтори эту фразу для Мицу, пожаааалуйста. Пусть он скажет.

– Ты хочешь моей смерти от смеха? – вытирая слёзы, спросила Алекс, садясь прямо.

– Насколько я знаю, смех продлевает жизнь, – философски заметил Уесуги, подняв вверх указательный палец.

– Давай, Алекс, скажи! – умоляюще протянул Джим.

– Боже, хорошо! – глубоко вдохнув и выдохнув, девушка повторила в третий раз: – Добрый день.

Все трое уставились на Мицу.

– Дъобрый дъень, – медленно повторил блондин.

Уесуги посмотрел на Алекс:

– Он ведь правильно сказал?

– Да, вполне, – кивнула та.

– Хм, молодец Мицу, – Уесуги похлопал ладошками.

– Как? Как ты? Ты знал! – возмутился Джим. – Он уже знал, как это произносится правильно!

Довольно улыбаясь, Мицу опустился на своё сиденье и сделал вид, что ничего не произошло.

– Джим, успокойся, – Уесуги снова похлопал американца по щеке, только теперь дружественно. – Найди словарь, и попрактикуйся, или вот пусть Мицу или Алекс тебя научит.

– Э нет, из меня плохой учитель, – Алекс протестующе замахала руками.

– А почему нет? – удивился японец. – Скоротаете время, пока мы едем, я даже уступлю место Джиму и пересяду к Мицу.

– Да-да-да! – Джим затанцевал на месте. – Алекс, ну пожалуйста, научи!

Уесуги же вопросительно смотрел на девушку.

– Хорошо-хорошо. Научу! – сдалась девушка.

– Да! – Джим вытянулся во весь рост и вскинул левую руку вверх.

Но он забыл, что высота крыши в микроавтобусе рассчитана только на рост человека. С глухим стуком его кулак врезался в крышу.

– Больнооо!! – прижав левую руку к груди, заорал американец.

– Осторожней, – пробормотал Уесуги, вставая со своего места. – Вечно ты обо что-нибудь ударяешься.

– Да ладно, – американец выбрался со своего места.

Наконец японец и американец поменялись местами.

– Сильно ушибся? – участливо спросила Алекс.

– Нет, ерунда, – махнул правой рукой Джим, – но что-то больно как-то.

– Можно? – попросила девушка, не осознавая, что она делает, Алекс аккуратно взяла левую руку Джима и накрыла ушибленную часть кисти своей ладонью. – Так легче?

– Ага, – растерянно кивнул американец, понимая, что боль в руке стремительно проходит. – У тебя такая холодная рука.

– А разве на ушибленное место прикладывают горячее? – улыбнулась Алекс, отпуская его руку. – Вот так, теперь даже синяка не будет.

– А что ты сделала?

– Не спрашивай, – отмахнулась девушка, – может быть потом, когда-нибудь объясню, когда сама пойму.

– Хорошо, – кивнул Джим. – Ну как там ещё раз по-русски «Добрый день»?

Всю оставшуюся дорогу Алекс учила Джима различным русским фразам. Уесуги пытался сосредоточиться на сценарии, но постоянно отвлекался, прислушиваясь к веселому диалогу девушки и американца. Она притягивала к себе всех, даже Джим не устоял. Да и остальные участники команды периодически посматривали на девушку.

Через пару часов микроавтобус остановился у гостиницы.

– Уесуги-сан, это ваш номер, – стафф указал на дверь прямо по коридору гостиницы, передавая Уесуги ключи.

– Спасибо, Ватари, – кивнул японец и позвал девушку: – Алекс, идём со мной.

– А может она пойдёт со мной? Как раз закончим уроки русского, – предложил Джим.

– Что-то ты совсем, Джим, расслабился, Алекс пойдёт со мной. Идём, – Уесуги положил руку на плечо девушки, увлекая её за собой. – Друзья, на всё про всё вам полчаса, затем собираемся у выхода, – он напоследок обратился к команде.

Те вразнобой согласно кивнули.

– Чувствую себя вещью, – хихикнула девушка.

– С учётом того, что я не отправил тебя сразу же в посольство, я несу за тебя ответственность, – заметил японец, открывая дверь номера и пропуская девушку вперёд. – Поэтому и прошу тебя всегда находиться рядом со мной.

– Боже мой, ты даже не представляешь, как твои слова радуют меня, – по-русски простонала Алекс, бросая сумку у кресла.

Номер оказался простым, однокомнатным: небольшой коридорчик, со шкафом для верхней одежды и большим зеркалом в пол напротив; в самой комнате в центре стояла большая двуспальная кровать, напротив которой на стене висела плазма. Напротив входа находилось большое окно, а чуть левее дверь на небольшой балкончик. По бокам кровати находились прикроватные тумбочки, цвета ольха. У противоположной стены от окна, стоял шкаф для одежды, рядом с которым и находилось небольшое мягкое кресло, у которого Алекс и бросила сумку. Сразу же, при входе в комнату, с левой стороны находилась дверь, ведущая в ванную комнату, совмещённую с туалетом.

– Может быть, ты будешь говорить по-английски? – попросил Уесуги, кладя сумку в шкаф и садясь на корточки. – У тебя это хорошо получается.

– Прости.

– Не надо извиняться, просто сама понимаешь, наверно, что сложно, когда человек, разговаривая с тобой, вдруг что-то бормочет на непонятном тебе языке, – улыбнулся японец, копаясь в сумке.

– Хорошо, я поняла, – кивнула Алекс.

– Я даже немного удивлён твоим английским, вроде Тоши говорил, что ты знаешь английский так же, как он. А по сравнению с тобой, он и предложения-то еле составляет.

– Я сама удивляюсь, что так легко говорю, хотя, некоторые моменты, бывает, не могу подобрать слов, – смутилась девушка.

– Ну что ж, это даже хорошо, что ты так неожиданно хорошо говоришь по-английски, – Уесуги поднялся, держа в руках вещи. – У нас с командой сейчас тренировка, нам уже нашли тренажёрный зал. Ты как?

– Я бы очень хотела на тренажёры, но как я пойду в этом? – Алекс указала на туфли с каблуком и джинсы.

– Так, погоди, значит, ты всё-таки занимаешься на тренажёрах? – уточнил японец. Девушка утвердительно кивнула. – Я догадывался! Вроде такая хрупкая девушка, но я заметил, что твои плечи и руки имеют рельеф! – он протянул девушке футболку, опять же, с логотипом его группы и те же спортивные штаны. – Держи, как чувствовал, что надо это взять, да и ты в этом хорошо смотришься. Только вот надо что-то на ноги… – он задумчиво почесал подбородок.

Тренировка с Уесуги… Её мечты сбываются одна за другой. Она точно не спит? Или может она вообще попала в какой-то параллельный мир? С того самого момента, когда она решила пойти заниматься в зал, она так мечтала попасть на тренировку с Уесуги.

– Есть идея, – японец достал телефон. – Какой у тебя размер обуви?

– Ты собрался покупать мне кроссовки?! – поразилась Алекс.

– Ну, ты можешь, конечно, босиком заниматься, но не пойдёшь же ты на пробежку без кроссовок или на каблуках, – пожал плечами Уесуги. – Дак какой размер?

– 24,5 сантиметров или 38-ой, – выдохнула Алекс и села в кресло.

– Отлично, – Уесуги набрал номер. – Ватари? Ты занят? Дело есть. Можешь срочно купить женские кроссовки? Размер 24,5 сантиметров… Ага… Спасибо…. Ну либо в холле, а если и раньше, то поднимись, пожалуйста…. Хотя лучше поднимись… Спасибо, – японец положил трубку и довольно посмотрел на девушку: – Всё отлично, кроссовки скоро будут.

– Спасибо тебе большое, – Алекс благодарно улыбнулась.

– Да ладно тебе, – Уесуги даже отмахнулся, – это мелочи.

– Для кого как, – не согласилась девушка и робко продолжила: – Уесуги, можно я спрошу? Этот вопрос меня уже давно мучает…

– Спрашивай.

– Почему ты сразу не отправил меня в посольство? – быстро спросила девушка и напряглась всем телом, ожидая ответ.

– Ахах, я не знаю, – Уесуги сел на кровать, напротив Алекс. – Вроде бы, уже и по времени было поздно, а вроде и не очень. Сначала мне просто стало интересно, кто ты такая и откуда вдруг появилась. Честно скажу, изначально я подумал, что ты фанатка и таким способом решила добраться до меня, но потом я понял, что фанаты себя не ведут так, как ты ведёшь себя, – японца понесло: – А когда я увидел твои глаза и улыбку, я понял, что не могу вот так вот взять, и отправить тебя. Особенно мне понравился твой почти испуганный взгляд, на меня ещё никто так не смотрел, хотя, страха я в них не увидел. И потом, в тебе есть что-то такое притягательное, ты даже сразила Дольче и Джули! И Джим как-то быстро к тебе «прилип». И… – Уесуги вдруг замолчал.

Алекс тоже молчала, «переваривая» услышанное.

– Прости, что-то я наговорил непонятно что, – наконец произнёс японец.

– Не надо извиняться, я услышала в твоих словах ответ, – тихо сказала Алекс.

– Только ты ничего такого не подумай, – быстро сказал Уесуги.

– Не бойся, я всё поняла так, как надо, – заверила его девушка.

Что удивительно, атмосфера в комнате не была напряжённой.

– Ты и правда, какая-то удивительная девушка, – не выдержал японец и тут же сменил тему: – У тебя хоть какие-то документы с собой есть?

– Только российский паспорт, – вздохнула Алекс. – Есть загранпаспорт, но он остался дома, больше ничего.

– Уже хорошо, – туманно пробормотал Уесуги. В дверь постучали. – Это Ватари, – японец поднялся и через пару минут вернулся с коробкой в руках. – Примерь их на всякий случай.

Девушка открыла коробку. Сверху лежали простые хлопковые носки, а под ними белые кроссовки, и то и то пришлось Алекс впору.

– Вот и замечательно, – довольно проговорил Уесуги, когда девушка заверила, что всё подошло. – Переодевайся, я а, так уж и быть, уйду в ванную комнату.

– Спасибо.

Японец засмеялся:

– Я смотрю, это твоё любимое слово.

– Не совсем, – с улыбкой ответила Алекс, – просто некрасиво, когда не благодарят, даже за мелочи.

– Какая ты… – начал было Уесуги, но потом подхватил свои вещи и скрылся в ванной комнате.

Когда Алекс и Уесуги спустились вниз, у выхода их уже ждали группа и стафф.

– Долго вы что-то, – усмехнулся Джим и оценивающе осмотрел Алекс. – Хмм… а тебе идёт, несмотря на то, что это одежда Уесуги.

– Спасибо, – в тон ему ответила девушка, пытаясь убрать волосы в косу.

– Джим, оставь девушку в покое, ты и так, наверно, надоел ей, пока мы ехали, – Уесуги похлопал американца по плечу.

– А ты что, ревнуешь? – захихикал Джим.

– Даже и не мечтай, – японец склонился почти к самому уху американца.

Алекс уставилась в окно, не зная как себя и вести. Тут на её плечо легла чья-то рука.

– Идём, – это был Уесуги.

«Боже, если он не перестанет прикасаться ко мне, я точно сойду с ума или растаю, как шоколад на солнце», – подумала девушка, чуть не застонав. – Да.

Спортивный комплекс оказался совсем недалеко от гостиницы. Они пробежались по ближайшим кварталам и, наконец, направились к комплексу. Алекс без передышки сновала от тренажёра к тренажёру, от гантель к штанге. На этой тренировке она выложилась по полной программе. Уесуги всё время наблюдал за девушкой, ему нравилось наблюдать за тем, с каким энтузиазмом она выполняла упражнения. Тут он заметил, что Джим тоже периодически посматривает на девушку. Похоже, что она всё-таки «зацепила» американца. Что ж, посмотрим, чем всё закончится.

– Ну что, как всегда, растяжки в заключении, – Уесуги собрал всех в небольшом зале, где одна стена была сплошным зеркалом.

– О даа! – довольно потёр ладони Тацуя. – Это мы любим.

Уесуги первым начал выполнять упражнения, остальные подхватили следом. Алекс тоже старательно выполняла упражнения, но с растяжками у неё пока плохо получалось.

– Помочь? – японец подошёл к девушке, когда она махнула рукой на очередные упражнения и села в позу «полулотоса».

– Не соглашайся, Алекс, ты потом не разогнёшься! – шутливо воскликнул Джим. – Уесуги очень любит «помогать».

– Я не боюсь, – усмехнулась Алекс, и посмотрела на Уесуги: – Попробуй.

– Хорошо, – Уесуги сел напротив. – Выпрями ноги, раздвинь максимально, насколько сможешь, упрись ступнями в мои и дай свои руки, – японец почти сел на шпагат и протянул руки, девушка же послушно выполнила указания. – Ещё шире.

– Пока могу на столько, – она протянула ему руки.

– Ладно, – японец упёрся ступнями в ступни Алекс, взял её за руки и плавно потянул на себя.

– Боже! – довольно прокряхтела Алекс. – Тяни ещё!

– Ещё? – удивился Уесуги. – Как пожелаешь, – он растянул шире свои ноги, тем самым растягивая в стороны ноги девушки.

– Аааааахренееть! – не выдержала Алекс, выругавшись на русском и почти касаясь носом пола.

– Больно? – заволновался японец, мягко отпуская девушку.

– Нет, – помотала та головой. – Давай дальше.

– Тебе вообще никак не больно? – к ним подскочил Джим.

– Нет, мне шикарно, – засмеялась Алекс, и протянула руки Уесуги. – Поехали.

Японец и американец недоумённо переглянулись. Уесуги, молча, пожал плечами, взял руки девушки и снова потянул её на себя. Закончив, Алекс потребовала следующее упражнение.

– Смотри, одну ногу ты выпрямляешь, другую сгибаешь и кладёшь сверху, упираясь согнутым коленом в пол, затем наклоняешься насколько можешь, – Уесуги показал, как это выглядит, потом выпрямился и весело посмотрел на девушку: – Ну, с наклоном я тебе помогу.

– Без проблем, – кивнула девушка, усаживаясь в позу. – Так?

– Да, – подтвердил японец. – Теперь нагибайся. – Алекс согнулась почти пополам. – Вот так, – Уесуги обошёл девушку сзади, – я тебе помогу, – он навалился на спину девушки, давая на неё массой своего тела и придерживая её согнутое колено. Алекс довольно крякнула, уткнувшись лбом в колено выпрямленной ноги. – Нормально себя чувствуешь?

– Да! – выдохнула девушка.

Те же манипуляции он провёл, поменяв расположение ног девушки.

– Я думаю, пока хватит, – через пару минут Уесуги поднялся, сел по-турецки напротив Алекс и со смехом посмотрел на неё: – Ты мазохистка?

– Неет, – девушка легла на бок, выпрямив ноги. – Ты просто не можешь себе представить, как я мечтала оказаться на твоей тренировке! Особенно выполнять растяжки. У нас в России про такую ситуацию говорят: «сбылась мечта идиота», – рассмеялась он.

Уесуги тоже рассмеялся:

– Ты и правда удивительная девушка.

– Я вообще в шоке, если честно… – Джим лег на живот рядом с Уесуги, лицом к девушке. – Я бы на твоём месте не рискнул.

– Я же сказала, что не боюсь, – Алекс мотнула головой так, что её коса всё-таки растрепалась и волосы упали на лицо.

– Я бы на твоём месте всё-таки побоялся Уесуги, – засмеялся Джим.

– Неужели я такой ужасный?! – возмутился японец, толкая американца коленом.

– Да я же шучу!

Алекс прыснула.

– Что ж, нам пора. Сколько сейчас время? – Уесуги посмотрел на висевшие на стене часы. – Ага, второй час дня.

– На репетицию? – оживился Джим, вскакивая на ноги.

– Что-то ты сегодня уж очень активный, – пробормотал Уесуги, поднявшись и подавая Алексу руку, чтобы помочь ей встать. – Как твои ноги?

– Отлично, – кивнула та, откидывая выбившиеся прядки волос назад. – Куда сейчас?

– Я лично в душ, а как остальные, не знаю. Ты, наверно, тоже не откажешься от душа, а потом можно будет и что-нибудь перекусить? – японец неожиданно для себя аккуратно заправил за ухо выбившуюся прядь волос Алекс.

– Эммм… ну да… Наверно, – девушка растерялась от такого жеста.

Они напряжённо замолчали, глядя друг на друга. У обоих был немного растерянный взгляд.

– Ну чего встали? Идём? – Джим слегка толкнул Уесуги в плечо.

– А?… Да, идём, – кивнул тот. – В общем как соберётесь, езжайте репетировать в клуб, мы с Алекс подъедем, может позже, а может раньше.

– Хорошо, – американец подмигнул Алекс и ушёл за остальными участниками команды, которые уже возвращались в гостиницу.

Девушка непонимающе посмотрела вслед Джиму. Что это ещё за подмигивания?

– Пойдём, не будем терять время, – Уесуги поманил Алекс за собой.

– У тебя есть выход в интернет? – спросила девушка, выходя из душа, замотавшись в махровый халат.

– Конечно, есть, а что? – Уесуги поднял голову. Пока Алекс принимала душ, японец с ноутбуком разлёгся на кровати, снова занимаясь пьесой.

– Я бы хотела попробовать зайти на российскую социальную сеть, пока есть время, может, хоть смогу сказать родным, что я жива. А то они ведь волнуются, – девушка присела на край кровати, взбивая рукой влажные волосы.

– Конечно, попробуй, – Уесуги сел рядом с Алекс, давая ей ноутбук. – Вот браузер. Я уже перешёл на английский шрифт. А остальное…

– Я всё равно ничего не понимаю в этих иероглифах, поэтому лазить нигде не буду, – с улыбкой перебила девушка.

– Ну, я тогда пошёл, – японец поднялся и скрылся в ванной комнате.

Прежде чем зайти на сайт, Алекс быстро переоделась в джинсы и футболку. Она прекрасно знала про бешеный ритм жизни Уесуги и не хотела лишний раз заставлять его ждать своими сборами. Осталось только волосы подсушить, но это не проблема. Надо будет, пойдёт и с мокрой головой.

Наконец, девушка добралась до ноутбука. На свой почтовый ящик она попала легко: куча писем-реклам и оповещений из социальной сети. Видать, за то время, что она здесь, в Японии, её много кто «потерял». С замиранием сердца Алекс ввела в адресную строку сайт.

– Как так?! Почему?! – возмущённо-растерянно воскликнула девушка, когда в окне высветилась ошибка. Алекс пробовала снова и снова, но браузер постоянно выдавал одну и ту же ошибку. – Вот блин! – девушка упала спиной на кровать, закинув руки за голову.

Почему браузер выдаёт ошибку? Насколько Алекс знала, на этот сайт можно было зайти с любого конца земного шара. Неужели в Японии это невозможно? Не теряя надежды, девушка попробовала через поисковые системы интернета. Но все попытки оказались тщетны. Поисковики находили сайт, но девушка никак не могла зайти на него по этим ссылкам.

– Аааггррхх! – Алекс снова упала спиной на кровать. – Это какое-то проклятие уксуса! – она уставилась в потолок. Внезапное осознание происходящего заставило её вздрогнуть. – Ну да, всё правильно, я же сама когда-то сказала, что ради мечты готова бросить всё. Оставить свою старую жизнь и начать новую. Никаких жертв, просто всё оставить. – Алекс начала размышлять вслух: – Но неужели я даже не могу сообщить своей семье о том, что я жива и со мной вроде бы всё в порядке? Это несправедливо! Хотя… Чёрт его знает… Может вот они, те самые последствия от того, что я получила то, к чему так стремилась. Ладно, тогда будем расслабляться, и получать удовольствие от происходящего, а там видно будет, – она вздохнула и закрыла лицо ладонями.

– Ну как успехи? Всем успела сообщить, что с тобой всё в порядке? – в комнату вошёл Уесуги тоже в махровом халате, вытирая волосы полотенцем.

– Нет, никому не успела. Я не смогла, – Алекс перевернулась на бок, прижав руки к груди.

– Как это не смогла? – удивился японец, беря в руки ноутбук и садясь рядом так, чтобы девушке был виден монитор.

– Он пишет ошибку, когда я пытаюсь зайти на сайт, – вздохнула девушка.

– Такого не может быть, сейчас же на любой сайт можно зайти с любой точки земного шара! – удивился Уесуги. – Продиктуй адрес сайта, я попробую, – Алекс покорно продиктовала. – Хм… странно, – японец почесал подбородок, после нескольких неудачных попыток. – Наверно у меня тут стоит какой-то запрет на некоторые сайты… – он повернулся к девушке. – А e-mail или иные социальные сети?

– На е-мейле я ни с кем не переписываюсь, в другой социальной сети мне некому писать, там есть один человек, который мог бы и помочь, но он уже туда не заходит больше полугода, а в ещё одной социальной сети меня нет, в общем, всё печально, – усмехнулась девушка.

– Не расстраивайся, что-нибудь придумаем, – Уесуги ободряюще погладил девушку по плечу.

– Да ладно, я сама в этом немного виновата.

– Да? Как же ты виновата? – японец немного удивился от её слов.

– Ааахх, долгая история, – Алекс села. – Ты не опоздаешь на репетицию?

Уесуги искоса посмотрел на девушку, как бы молча спрашивая: тебе какая разница опоздаю я или нет?

– Я просто не хочу, чтобы из-за меня ты выбился из рабочего графика, – быстро пояснила Алекс. – Я немного чувствую себя виноватой, что вот так вот неожиданно свалилась тебе на голову…

– По этому поводу не волнуйся, – японец улыбнулся. – И не думай ни о чём, просто расслабься и получай удовольствие от происходящего.

– Так я и делаю, – девушка улыбнулась в ответ.

– Улыбайся почаще, у тебя очень красивая улыбка, – не выдержал Уесуги и тут же, отложив ноутбук, подскочил и направился к шкафу. – Пора собираться, надо успеть что-нибудь съесть и на репетицию.

Он не мог понять, как он не может контролировать то, что он говорит? Уже какой раз он сначала скажет, а потом подумает, и тут же «убегает» от дальнейшего продолжения разговора. Никогда ещё такого у него не было в общении с девушками, даже с теми, кто был ему симпатичен, он так себя не вёл. А тут он не может сдержаться, и говорит прямо. Тем самым смущая и девушку и смущаясь сам.

– Я тогда быстро высушу волосы, – пробормотала Алекс, скрываясь в ванной комнате, где находился фен.

Уесуги кивнул, копаясь в сумке. Дрожащими руками девушка включила фен. Вроде бы простая фраза про её красивую улыбку, но Алекс почему-то разволновалась. Что же происходит, чёрт возьми? Ладно, она к нему неравнодушна больше года, но вот он… Он со всеми девушками себя так ведёт? Скажет комплимент и тут же меняет тему. Она не ожидала от него такого. Ей казалось, что Уесуги очень сложно смутить. Это раньше, в начале своей сольной карьеры, японец был, так сказать, робким. А сейчас, за столько лет, он уже не такой робкий юноша, а вполне уверенный в себе мужчина. Но тут он, как бы теряется от своих же слов. Кто бы ей такое рассказал – она рассмеялась и не поверила бы. Неужели он и правда так себя ведёт только по отношению к ней?

– Готова? – надевая коричневую кожаную куртку, спросил Уесуги, когда девушка вернулась в комнату.

– Готова, – утвердительно кивнула та, накидывая сверху свою лёгкую куртку.

– Тогда пойдём куда-нибудь поедим, а то я жутко голоден, – японец направился к выходу.

– Аа… Я могу оставить сумку здесь? – робко спросила Алекс, надевая туфли.

– Думаю да, – кивнул Уесуги. – Скорее всего, она тебе не понадобится, всё равно после концерта мы сюда вернёмся.

Они вышли из номера и спустились в холл.

– Где-то здесь я видел ресторан, – японец огляделся по сторонам и поманил Алекс за собой. – Вон он, идём.

– Чувствую себя нахлебником, – пробормотала девушка, произнеся последнее слово на русском, когда они сделали заказ.

– Кем-кем? – не понял Уесуги. – Снова русский?

– Просто в английском нет аналога этого слова, – пояснила Алекс, хватая бумажную салфетку.

– А что это значит?

– Что-то вроде человека, который вынужден жить за чужой счёт, только в мягкой форме, – девушка покрутила в руках салфетку.

– Вот как, – кивнул Уесуги, наблюдая, как Алекс то мнёт то расправляет салфетку. От чего же она так нервничает? – Как ещё раз это слово произносится?

– Нахлебник.

– Давай по слогам.

– На-хле-б-ник.

– Нъяхльебньек, – повторил японец. – Так?

– Вполне так, – Алекс одобрительно покивала головой.

Уесуги засмеялся:

– Ну вот, без Джима могу ведь и нормально произносить.

– А что с ним не так? – не поняла девушка.

– Он постоянно веселиться и шутит. Иногда это здорово, но иногда это мешает сосредоточиться, – ответил японец.

– Вот как, – по-японски пробормотала Алекс.

– Слушай, тебя кто-то учил японскому языку? – не выдержал Уесуги.

– Нет, я самостоятельно его изучаю, – пожала плечами Алекс. – Если бы меня кто-то учил, то я немного знала бы и иероглифы, но, к сожалению, пока знаю некоторые фразы и слова разговорного японского.

– Это тоже здорово. У нас в стране это даже заслуживает уважения.

– Самое забавное, что у нас в России говорят, что японский язык сложный, а в других странах говорят, что русский язык сложный.

– Я наслышан об этом.

– Да, но по большей части он сложен богатым запасом матерных слов и иностранцам сложно понять, о чём мы говорим, когда через слово слышится мат, – засмеялась Алекс.

– Мицу мне вроде говорил, что русский язык самый богатый по матерным словам, – улыбаясь, кивнул Уесуги.

– Японский язык вроде тоже не так скуден на мат, – девушка, наконец, отложила салфетку, точнее те клочки, что от неё остались.

– Чем тебе так не угодила эта салфетка? – не выдержал японец. – Ты нервничаешь?

– Не знаю, – выдохнула Алекс и опустила голову, уставившись в стол. – Я не могу не нервничать с того самого момента, как оказалась здесь. Я так много хотела тебе сказать, а сейчас не могу подобрать слов. Да и не знаю, что сказать.

Уесуги молчал и смотрел на девушку. Всё это время, что она здесь, ему было интересно наблюдать за ней. Вроде бы она была такой открытой, по её глазам было видно, что она ещё ни разу ни о чём не солгала, но для него эта девушка казалась загадкой. Словно нераскрытая книга, которую хотелось прочитать и узнать, что в ней. Ему казалось, что всё-таки что-то она скрывает, что у неё есть какая-то тайна. И эта тайна не простая. Эта тайна казалось какой-то волшебной. Он даже рискнул предположить, что если вдруг раскроет её тайну, то ему откроется что-то новое, прекрасное и магически интересное. В то же время он так и не придумал, что делать с Алекс дальше. Можно было бы давно отправить её в посольство и продолжать работу. Но он не хотел этого делать. Чем больше он её узнавал, тем меньше ему хотелось отпускать эту девушку. Что-то внутри, скорее всего его внутренний голос, говорил ему не расставаться с этой девушкой. Иначе он пожалеет и что-то потеряет. Только вот о чём он пожалеет, что он может вдруг потерять, если всё-таки решит отправить её домой?

Принесли еду.

– Ну да ладно, у меня есть время придумать или написать то, что я хотела бы тебе сказать, – перевела всё в шутку Алекс.

– Ты права, – кивнул японец. – Приятного аппетита.

– Приятного аппетита.

Когда Алекс и Уесуги вернулись в холл гостиницы, у японца зазвонил телефон.

– Да? Ватари?… Значит ребята уже там… А, рядом?… И они уже там?… Думаю да, лучше так… Уже у входа?… Хорошо, мы выходим… – поговорив по телефону, Уесуги повернулся к Алекс. – Дело такое, у клуба уже находятся фанаты, мы с группой должны пройти в клуб мимо них, для антуража, а тебя проведут в клуб стафф. Хорошо?

Та согласно кивнула. Японец и девушка вышли на улицу. Недалеко от входа, как и говорил Ватари, стоял микроавтобус, ожидающий Уесуги.

– Прошу, – японец открыл перед Алекс дверь в салон, опережая выходящего водителя.

– Спасибо, – девушка прошла в салон и села у окна.

Уесуги сел рядом. Микроавтобус быстро доехал до места. Но водитель припарковался у какого-то ресторана, из которого вышли участники группы, Ватари и какая-то девушка, лет 25-ти, невысокого роста, с короткими тёмными волосами. На ней была футболка с логотипом группы Уесуги. Все восемь человек залезли в салон. Группа тут же расселась по местам. Ватари и девушка сели напротив Уесуги и Алекс.

– Хана проведёт Алекс в клуб, – сказал Ватари, кивая на девушку. Та, в свою очередь, согласно кивнула. – Они дойдут до клуба, а вы, как подобает, подъедете туда.

– Хорошо, – кивнул Уесуги и посмотрел на Алекс: – Алекс, это Хана, она проводит тебя в клуб, там мы и найдёмся, – он мягко улыбнулся. – Хана неплохо говорит по-английски. Ничего не бойся.

– Я не боюсь, – девушка улыбнулась в ответ.

– Идём, – Хана встала. Алекс последовала за ней. – Тут идти недалеко.

Когда они вышли на улицу, Алекс заметила, что Уесуги пересел к окну, а Джим тут же занял место рядом с ним, довольно улыбаясь. Японец что-то ему сказал, и они оба рассмеялись.

– Алекс, верно? – Хана посмотрела на девушку, когда та поравнялась с ней. Алекс утвердительно кивнула. – Я Хана. Ватари частично пояснил мне, кто ты такая, только он не смог объяснить, как ты оказалась у Уесуги-сана.

– Я сама, честно, не особо понимаю, как это получилось, – девушка пожала плечами.

– Я даже, немного удивлена, что Уесуги-сан с тобой так «возится», – засмеялась японка. – Ты ведь русская, верно?

– Я сама удивлена, – улыбаясь, ответила Алекс. – Да.

– Ватари мне рассказал, как вы веселились, когда ты учила ребят русскому, – Хана не умолкала.

– Это было забавно, – подтвердила девушка.

Они подошли к запасному входу клуба.

– Сюда, – Хана открыла тяжелую железную дверь, пропуская девушку вперёд. – Пойдём сразу в зал. Самое интересное – это репетиция. На концерте куча рамок и ограничений, а репетируя, ребята веселятся, пока Уесуги-сан не поставит всех на место.

Пройдя по нескольким коридорам и помещениям, девушки оказались в зале, почти под сценой. С улицы было не слышно ни звука. Только на сцене стаффы настраивали инструменты и поправляли декорации.

– Я ни разу не была на репетициях, – пробормотала Алекс.

– Всё бывает в первый раз, – поддержала Хана. Тут они услышали крики толпы фанатов у клуба. Это подъехали Уесуги с командой. – Началось, – протянула японка – Каждый концерт эти крики и визги. Слава богу, сегодня я нахожусь здесь, а не на улице, у толпы поклонников, – она потрясла Алекс за плечо/ – Ты прямо спасла меня от сегодняшних визгов. Может, ты на каждый концерт будешь сопровождать Уесуги-сана, а я буду приводить тебя в клуб, минуя толпу?

– Я бы очень этого хотела, – кивнула Алекс, удивляясь приветливости стаффа.

Открылась дверь, и крики толпы усилились. Первыми в клуб вошли гитаристы, затем басист и барабанщик, последним вошёл Уесуги, всё ещё махая фанатам рукой. Удостоверившись, что Алекс здесь и с ней всё в порядке, Уесуги объявил о начале репетиции.

Хана оказалась права, половину репетиции команда веселилась и шутила. Джим постоянно звал Алекс в микрофон, привлекая её внимание. И тут же начинал выкручивать разные па, когда девушка переводила взгляд на него, но посмеявшись над американцем, она снова смотрела только на Уесуги. Уесуги же не мог сосредоточиться на номерах, от взгляда девушки. Его смущало то, как она смотрела на него. Её взгляд был полон нежности и благоговения. Нет, его ни сколько не злило это, наоборот, присутствие Алекс, привнесло что-то новое в репетицию.

– Всем спасибо, все свободны, – засмеялся Уесуги, после исполнения заключительной песни.

– Можно по домам? – хохотнул Мицу, – А то я что-то сегодня не выспался…

– Э, нет, вперед в гримёрку, – Уесуги повертел головой, – Алекс! Идём, а то сейчас открывают клуб, – он протянул руку подошедшей к сцене девушке.

Алекс с лёгкостью запрыгнула на сцену, ухватившись за руку японца.

– Я помогу! Я помогу! – к ним подскочил Джим.

– Иди уже! – отмахнулся от него Уесуги.

Алекс, уже стоя не сцене, прыснула и обернулась. Они никогда не стояла на сцене. Зал казался необъятным: множество сидячих мест, что внизу, что на верхних партерах. Но между ограждением у сцены и сидениями было свободное пространство для тех, кто хотел наслаждаться концертом стоя. У девушки даже немного захватило дух. Она заворожено смотрела на пустой зал, но оклик Уесуги заставил её вздрогнуть. Девушка ещё раз обвела взглядом зал и последовала за японцем.

В общей гримёрке девушка села в угол диванчика, чтобы никому не мешать. Стаффы сновали туда-сюда, что-то перенося, что-то передавая участникам команды. У Уесуги была отдельная гримёрная, в которую спустя пару минут позвали девушку. Там уже была Хана.

– Алекс, на всё время концерта я доверяю тебя Хане, – японец обернулся, держа в руках карандаш для глаз и маленькое зеркальце. Он уже переоделся в концертный костюм. – Ты ей понравилась, – он хихикнул.

– Хорошо, – Алекс смущённо улыбнулась.

– Уесуги-сан! – возмущённо протянула Хана. – Скажете тоже! Сейчас Алекс ещё подумает что-нибудь не то. А я просто порадовалась, что она «спасла» меня от слушания визгов толпы поклонников!

– Ах тебе не нравится твоя работа? – Уесуги искоса посмотрел на стаффа. – Может быть тогда тебя…

– Нет, что вы! Просто… – растерялась та. – Я… Я просто…

– Просто человек немного устал от криков людей, – Алекс не выдержала и вступилась за стаффа.

– Это была шутка, – рассмеялся Уесуги.

– Да ну вас! – Хана махнула рукой и направилась к выходу.

– Эй, стой! Ты оставишь Алекс одну? – японец развернулся всем корпусом.

– А? Нет, конечно, – стафф остановилась. – Но ваши шутки…

– Да ладно тебе, – японец вернулся к макияжу глаз. – На всё время концерта Алекс на твоей ответственности.

– Хорошо.

Алекс прислонилась к стене, наблюдая за происходящим. Время пролетело быстро, и команде пора было выходить на сцену. Уесуги вышел в общую гримерную и как обычно произнёс речь перед выступлением. Хана и Алекс находились неподалеку. Девушка снова не могла поверить, что находится здесь. Что она всё это видит вживую, а не как было когда-то, на видео. У неё всё дрожало внутри.

Группа последовала к сцене.

– Пошли! Пошли! – Хана поспешила за всеми, таща за собой Алекс.

– Смотри не оторви ей руку, – хохотнул впереди идущий Уесуги.

– А вот оторву и заспиртую на память! – в тон ему ответила Хана, тем не менее, ослабив хватку.

– Не надо! – возмущенно воскликнула Алекс, но подхватив шутливый тон. – Мне мои руки ещё нужны.

– Не переживай, если мне и понадобятся лишние руки, то я одолжу их у манекенов, – засмеялась Хана, ища свободное место за кулисами.

– Я могу помочь тебе выбрать самые лучшие, – Алекс тоже рассмеялась.

Но сквозь крик фанатов и музыку было сложно разобрать слова. Зал заверещал ещё громче, когда один за другим на сцену выходили участники группы.

– Ну, я пошёл, не теряйтесь, – Уесуги положил руку на плечо Алекс.

– При всём желании я не смогу этого сделать, – растеряно ответила девушка и посмотрела японцу в глаза. – Удачи.

Уесуги кивнул и вышел на сцену. Клуб «взорвался» от крика. И вот заиграла первая песня. Алекс, не моргая, смотрела на поющего Уесуги, вспоминая тот концерт, на котором она была почти год назад в Москве. Она прижала руки к груди, так как боялась, что её сердце выскочит из груди от тех, эмоций, что она пережила на московском концерте. Она и правда не забыла, как это было. Она не забыла ту эйфорию от живого выступления. Образовавшийся ком в горле напомнил о том, как слёзы радости неконтролируемо катились из её глаз. Слава богу, что тогда, что сейчас она уже не пользовалась декоративной косметикой, и можно было не волноваться о растекшихся туши или тенях.

– Эй! Ты чего? – Хана толкнула Алекс в плечо и прокричала ей в самое ухо, когда заметила, что глаза девушки медленно наполняются слезами.

– А? Нет, ничего, – девушка склонилась над ухом стаффа, заталкивая слёзы куда подальше. – Просто проснулись пережитые когда-то эмоции.

– О чём ты? – не поняла японка.

– Просто почти год назад я была на концерте в Москве и до сих пор всё помню, – пояснила девушка.

– Вот как! – Хана удивлённо покачала головой.

Алекс кивнула и перевела взгляд на Уесуги. Её снова захлестнули эмоции. Она стояла так же, не двигаясь, как на том концерте, прикрыв губы кончиками пальцев. Только сейчас не было никакой давки. К концу концерта Уесуги уже еле стоял на ногах. Он выкладывался по полной на каждом концерте, почти до обморочного состояния. На последней песне Алекс всё же не сдержалась и дала волю слезам. Настолько прекрасной была это песня, что трогала до глубины души.

Последние аккорды и финал. Из последних сил Уесуги стоял на ногах. Зрителей уже было видно не так отчётливо, крики превратились в гул. Пора уходить. Прокричав прощальные слова, японец, шатаясь, направился за кулисы, предоставляя группе общение с залом. Джим последовал за ним, готовый в любую минуту подхватить Уесуги, но тот, довольно улыбаясь, направился к Алекс, которая стремительно вытирала слёзы.

– И снова это было изумительно, – пробормотал японец, подойдя вплотную к девушке.

– Да, – пробормотала та, не зная, что делать.

Уесуги хотел ещё что-то сказать, но силы покинули его и он рухнул почти на Алекс. Девушка от неожиданности раскинула руки и поймала японца. От тяжести его тела её ноги подкосились, но она устояла. Хана вздрогнула и шарахнулась в сторону.

– Что за…?… Где ребята?!

– Уесуги! – пропыхтела Алекс, пытаясь устоять на согнутых ногах.

Тут же подскочили стаффы и подхватили Уесуги. Хана поспешила с ними, забыв про Алекс.

– Ты в порядке? – к Алекс, тем временем, подбежал Джим.

– Я-то да. А вот Уесуги… – тяжело дыша, ответила девушка.

– Не переживай. Он после каждого концерта в таком состоянии, – Джим ободряюще обнял Алекс за плечи. – Идём в гримёрку, пока ребята развлекаются с залом.

Они поспешили за стаффами, которые несли японца в гримёрную.

– Может быть, тебе воды? – заботливо поинтересовался американец, усадив дрожащую всем телом девушку на диван в общей гримёрной, подавая неоткрытую бутылку с водой. – Что ты вся дрожишь?

– Я… Я не знаю… точнее знаю, но… – бессвязно пробормотала Алекс.

Она очень переживала за Уесуги. Она знала, что он почти после каждого концерта находится в подобном состоянии. Но одно дело, знать и видеть это на видео, а другое дело присутствовать при этом вживую, да ещё и ловить его падающего в обморок.

– С Уесуги всё будет хорошо, его сейчас быстро приведут в чувства, – американец пытался успокоить девушку, вытирая полотенцем мокрое тело. – Я тоже первое время волновался за него. А первый раз, увидев, как он упал в обморок, вообще испугался, и требовал вызвать скорую помощь. Как ты не упала под его тяжестью?

– Сама удивляюсь, – Алекс слабо улыбнулась

Появилась Хана и стаффы. Она заметила Алекс и с облегчением вздохнула:

– Ох, ты здесь, слава богу, а то я что-то так растерялась, что забыла обо всём.

– Ничего страшного, со мной был Джим, – ответила Алекс. – Как Уесуги? Можно мне…?

– Сидит на диване, – японка махнула рукой. – Где вода-то? Или всё выпили уже?

– Я нашёл только одну бутылку и отдал её Алекс, – пожал плечами Джим.

– Я её даже не открывала, – Алекс протянула бутылку Хане.

– Пошли, – японка кивком головы позвала девушку за собой и направилась в гримёрку Уесуги.

Алекс вскочила на ноги и поспешила за стаффом. Как Хана и говорила, Уесуги сидел на диване, опустив голову и тяжело дыша.

– Ты принесла воды? – тихо спросил он.

– Да, у Алекс оказалась неоткрытая бутылка. Где остальная вода, я не знаю, – ответила Хана.

– Вот, пожалуйста, – Алекс присела на корточки напротив японца и, открыв бутылку, подала ему. – Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, – глотнув воды, ответил Уесуги. – Только душно. Хана, ты открыла окно?

– Конечно, – закивала та.

Алекс тем временем окинула взглядом помещение и увидела на столике какую-то жесткую папку. Недолго думая, девушка схватила папку и стала обмахивать Уесуги, снова присев напротив него.

– Спасибо, – пробормотал японец, прикрыв глаза и забыв перейти на английский.

– Всегда, пожалуйста, – на том же языке тихо ответила девушка.

В гримерку заглянул Ватари.

– Хана, ты занята? Не поможешь? А… Ты с Уесуги-саном…

– Думаю да, – кивнула Хана.

– А Уесуги-сан? – удивился стафф.

– С ним Алекс. Думаю, она поможет, если ему понадобится помощь, – японка посмотрела на девушку. – Побудешь с Уесуги-саном?

– Конечно, – закивала Алекс.

– Иди Хана, всё хорошо. Я тоже думаю, что Алекс справится, – Уесуги медленно поднял голову, всё так же тяжело дыша.

– Да, – Хана обратилась к Алекс: – Если что, зови меня.

Алекс снова кивнула. Хана улыбнулась и поспешила из гримёрки, закрыв за собой дверь.

– Ты молодец, не растерялась, – тихо проговорил Уесуги. – Джим в первый раз столкнувшись с этим устроил панику.

– Он мне говорил, – улыбнулась девушка, не переставая обмахивать японца.

– Когда это он уже успел?! – Уесуги даже поднял голову.

– Когда мы шли до гримёрки, – девушка пожала плечами и засмеялась: – Или ты думаешь, я тебя тащила до сюда?

– Прости, я упал на тебя, – выдохнул Уесуги.

– Ничего страшного, я даже не упала, – пошутила Алекс.

– Вот как? – японец слабо улыбнулся.

– Зачем же ты так изнуряешь себя? – не выдержала девушка.

– А? Я привык работать с полной отдачей, – теперь Уесуги пожал плечами. – Что поделать.

– Ну да, – со вздохом согласилась Алекс. – Но всё равно, тебе надо бы побольше спать и есть.

– Ты на меня «плохо» влияешь, я вчера и сегодня что-то много ел. И сейчас голоден, – японец засмеялся и неожиданно потрепал девушку по голове. – Надо собираться.

– Эммм… да, наверно, – Алекс даже перестала махать папкой от этого неожиданного жеста. – Я… Я тогда выйду пока в общую гримёрку, – она быстро встала и положила папку на место.

– Да, конечно, – Уесуги медленно встал. – Спасибо тебе.

– Я всегда рада помочь, – девушка широко улыбнулась и вышла, прикрыв за собой дверь.

Пока Алекс находилась с Уесуги, вся команда почти переоделась и собралась.

– Как там Уесуги? – к ней тут же подскочил Джим.

– Нормально вроде, собирается, – ответила девушка.

Минут через 30 все были готовы. Хана с Алекс вышли из клуба и направились к тому же ресторану, у которого до концерта находилась команда. Туда же, чуть позже подъехал микроавтобус. Девушки зашли в салон.

– Я так понимаю, мне освободить место? – со смехом спросил сидящий рядом с Уесуги Джим.

– Ты правильно мыслишь, – кивнул японец и посмотрел на Алекс: – Садись, пока наш Джимми уступает место.

– Прошу, – американец поднялся и сложил руки в приглашающем жесте.

– Оу, спасибо, – в тон ему ответила девушка и села рядом с Уесуги: – Как твоё самочувствие?

– Лучше, – ответил тот, хотя весь его вид говорил обратное. Цвет лица был всё также бледен. Даже солнечные очки в пол лица не могли скрыть его уставшие глаза. – Не переживай.

– Я постараюсь, – Алекс опустила голову, теребя молнию куртки.

Всю дорогу до гостиницы они проехали молча. Уесуги было тяжело говорить, но он не хотел, чтобы Алекс молчала. Пока они ехали, он очень хотел, чтобы девушка хоть что-то сказала, но та почему-то, молча, теребила молнию куртки.

– Я хочу есть, – пробормотал японец, когда группа, стаффы и Алекс оказались в холле гостиницы. Ноги почему-то отказывались его держать, и Уесуги сел в кресло, недалеко от стойки администраторов.

– С тобой точно всё хорошо? – обеспокоенно спросила Алекс.

– Да, всё хорошо, – покривил душой японец.

Хотя, на самом деле это было не так. Всё казалось как в тумане. Даже голоса он слышал, как будто накрыли голову подушкой. Его даже немного подташнивало, и кружилась голова. Что за чёрт? Откуда вдруг эта непонятная слабость? Обычно он быстро приходил в себя после концертов. Не хватало ему ещё потерять здесь сознание. Но он старался держаться, видя, как волнуется за него Алекс.

– А тут же где-то есть ресторан? – Джим покрутил головой.

– Да, вон там, – Алекс указала направо.

– Тогда пошли! А то, не только один Уесуги проголодался, – воскликнул Мицу, и направился в сторону ресторана.

Остальные последовали за ними.

– Ты идёшь? – девушка обратилась к до сих пор сидящему японцу.

– Да, – тяжело вдохнув и выдохнув, Уесуги медленно поднялся. Внезапно всё потемнело, голоса пропали. Его ноги подкосились, и он упал в пустоту.

– Уесуги! – Алекс бросилась к нему. Она не успела его поймать, и он упал. Девушка аккуратно приподняла его голову, но Уесуги был без сознания. – Боже мой! САТОРУ!!!

Тут же подбежали Ватари и команда.

– Алекс, отойди, ребята отнесут его в номер, – Джим мягко взял Алекс за плечи.

Снова дрожа всем телом, девушка поднялась.

– Можно я с ним? – тихо спросила она.

Откуда-то появились ещё стаффы.

– Нет, пусть он отдохнёт немного, – отрицательно помотал головой Ватари, помогая поднять японца. – И, наверно, мы позовём врача, на всякий случай.

– Но почему? – девушка посмотрела на Джима, который всё также держал её за плечи.

– Лучше пойдём, поедим, – американец мягко потянул девушку за собой.

– Да не хочу я есть! – прокричала та, выворачиваясь из рук Джима. – Как я могу есть, когда ему плохо?!

Тот пораженно смотрел на девушку, глаза которой блестели от слёз. Уесуги тем временем понесли в номер.

– Алекс, всё хорошо, – Джим попытался её упокоить. – Это обычное явление, тем более ребята решили подстраховаться и позвать врача. А пока там врач, тебя тем более не пустят к Уесуги.

Алекс, сквозь пелену слёз наблюдала, как стаффы уносят японца.

– Джим прав, – подошёл Мицу, – посиди пока с нами, а потом к Уесуги.

– Ну да, что мне ещё остаётся делать, – вздохнула девушка.

– Кто пойдёт есть? – Мицу обернулся к команде.

– Я уже что-то не особо голоден, – проворчал по-японски Дзёнти – Пойду, отдохну, – и он направился к лифту, бормоча: – Не понимаю, чего так паниковать? Только аппетит весь испортили…

Остальные вёе-таки решили перекусить.

– Что ты будешь? – Джим сел за столик рядом с Алекс, которая сидела, опустив голову.

– Ничего, у ничего не хочу. У меня кусок в горло не лезет, – тихо ответила девушка.

– Ну как же так? Возьми хоть чай! – не отставал американец. – Ну, хоть что-нибудь. Что ты хочешь?

Девушка подняла голову:

– Сигарету.

– Что? – удивился Джим.

– Сигарету, – всё так же тихо повторила Алекс. – Хоть я и давно бросила курить и не курю, но сейчас я хочу сигарету. И мне плевать, можно здесь курить или нет.

– Здесь можно, – американец указал на находящуюся на столе пепельницу. – Эммм… – он посмотрел на ребят: – Кто-нибудь курит?

– Вроде у нас уже никто не курит, все бросили, – пожал плечами сидящий напротив Такиро, и удивлённо посмотрел поверх головы Джима. – О!

С тлеющей сигаретой в зубах к ним подошёл Дзёнти.

– На, держи, – он протянул девушке сигарету и зажигалку, садясь напротив.

– Спасибо, – Алекс дрожащими руками закурила и тут же закашлялась: – Чёрт!

– Ты вообще хоть курила когда-нибудь? – Дзёнти посмотрел на кашляющую девушку.

– Я давно бросила, – пробормотала та.

– Понятно.

Тем временем остальные уже заказали еду. Джим всё не отставал от девушки:

– Может хоть чай с пироженкой? Или сок?

– Спасибо Джим, но я, правда, ничего не хочу.

– Ну как хочешь, – американец пожал плечами, приступая к еде.

– Приятного аппетита, – тихо сказала Алекс.

Потянулись томительные минуты ожидания, пока все насытятся и, наконец, Алекс попадёт к Уесуги. Девушке казалось, что прошло не 30 минут, а 3 часа. Наконец они поднялись на пятый этаж, где находились номера команды и Уесуги. У номера японца стоял охранник крепкого телосложения и Ватари. Участники команды разошлись по своим номерам. А Джим и Алекс направились к Ватари.

– Охрана? – удивился Джим.

– Спроси, пожалуйста, как Уесуги, – просила американца Алекс.

Тот кивнул:

– Врач уже ушёл. Уесуги свалился из-за недосыпания. Ему поставили капельницу с витаминами, и теперь он спит, – Джим переводил слова стаффа на английский. – Но врач велел ему полный покой, то есть никого к Уесуги не пускать, пока тот не проспится.

– Как это не пускать? – Алекс даже растерялась. – А если я могу ему помочь?

– Как ты ему поможешь? – Джим посмотрел на девушку.

– Не важно, – девушка посмотрела на Ватари: – Можно мне к нему? Я могу ему помочь.

– Пока он не проснётся, я никого к нему не пущу, – отрицательно помотал головой стафф.

– Но это важно! Я должна к нему попасть! – воскликнула Алекс. – Пожалуйста, пропустите меня к нему. Я не буду его будить.

– Извини, но нет, побудь пока с Джимом, – Ватари был непреклонен.

– Вы не понимаете! У меня есть то, что ему поможет! – не успокаивалась девушка. – Ради этого я здесь! Я должна быть рядом! Он сам просил меня находиться с ним рядом!

Стафф лишь отрицательно покачал головой:

– Он просил, чтобы ты не потерялась. Но пока он отдыхает, я думаю, Джим присмотрит за тобой.

Джим утвердительно кивнул.

– Нет же! Я должна быть рядом по другой причине! Неужели так сложно просто пропустить меня?!

На крик девушки из своих номеров высунулись участники группы.

– Что тут происходит? – спросил Такиро.

– Не знаю, но скорее всего, кого-то не пускают к Уесуги, – предположил Тацуя.

– Алекс, правда, пойдём пока ко мне, – американец потянул Алекс за руку.

– Боже мой! Какие вы глупые… – по-русски со злостью сказала девушка, следуя за Джимом. Всё внутри у неё закипело. – Я должна. Это мой единственный шанс.

Они почти дошли до номера Джима, как Алекс неожиданно высвободила свою руку и бросилась обратно к номеру Уесуги. Её накрыло волной негодования и злости. Она сама не понимала, что делает.

– Куда? – американец растерянно развернулся.

От неожиданности Ватари вжался в стену, но хрупкая девушка миновала его и плечом сбила охранника так, что он отлетел на пару метров и с грохотом распластался на ковре. Силы у неё появились сами собой.

– Что за…? – стафф почти испуганно смотрела на Алекс. – Как это…?

Джим, раскрыв рот, наблюдал за происходящим. Ребята из команды как будто проглотили языки и тоже, молча, наблюдали. Девушка вплотную подошла к Ватари. Молниеносным движением рук она как будто коснулась кончиками пальцев шеи Ватари, как тот осел на пол, судорожно хватая ртом воздух. Расширенными глазами он смотрел на спокойно стоящую Алекс.

– А сейчас я могу пройти к Уесуги? – так же спокойно спросила девушка.

Стафф судорожно кивнул, пытаясь вдохнуть. Он почти умоляюще смотрел на девушку.

– Так-то лучше, – Алекс присела.

Снова, то же молниеносное движение рук, и Ватари, наконец, смог вдохнуть. Девушка поднялась, повернула ручку двери и вошла в номер. Закрыв дверь, она облокотилась на неё, приходя в себя от этой непонятной вспышки злости. Что это было? Как она могла сделать такое? Но об этом она подумает потом. Главное, она попала в номер.

Алекс прошла в комнату. Окно было занавешено плотными шторами, что создавало в помещении полумрак. Уесуги не спал. Сонный и растрёпанный он сидел на кровати и удивлённо смотрел на вошедшую девушку.

– Что там стряслось? Что это были за крики и грохот? – спросил японец.

– Ничего страшного, просто Ватари не хотел пускать меня сюда, – махнула рукой девушка, с умилением гладя на него. – Как твоё самочувствие?

– Лучше, снова эти капельницы, – Уесуги с усмешкой потряс правой рукой, из которой торчал катетер. – Почему это тебя не пускали?

– Ну, врач велел тебе покой и сон. А я… Я не могу… когда тебе плохо… А я там… Я так не могу… – почти бессвязно ответила Алекс.

– Не нужно так переживать за меня, такое со мной было не раз, – японец внимательно посмотрел на девушку. – Но откуда ты узнала?

– Узнала что? – Алекс робко села на край кровати, всё так же умиленно любуясь сонным Уесуги.

– Откуда ты знаешь моё настоящее имя? – Уесуги подался вперёд. – Никто не знает моё имя, кроме моих родных.

– Я… Я не знаю, – девушка растерялась. – Оно как-то само вырвалось, – она смущённо посмотрела на певца: – Значит, тебя зовут Сатору?

Тот кивнул.

– Подожди! Ты же был без сознания, как ты мог услышать?

– Перед тем, как окончательно отключиться, я успел услышать твой крик, – усмехнулся Уесуги, ложась.

– Прости, я разбудила тебя, – Алекс виновато опустила голову. – Ты ведь так и не выспался.

– Ничего страшного, раз проснулся – значит, поработаю чуть-чуть, – японец потер лицо руками.

– Какое работать! Тебе надо отдыхать! – воскликнула девушка и тут же осеклась: – Ой, прости.

– Ничего ужасного не случится, если я засяду за сценарий, – Уесуги покрутил головой в поисках ноутбука. Компьютер лежал на прикроватной тумбочке справа. – Не подашь?

– Уесуги, я сюда ломилась не просто так, – не выдержав, тихо проговорила Алекс. Настал тот момент, ради чего она здесь.

– В смысле не просто так? – японец непонимающе смотрел на девушку.

– Я хотела бы тебе помочь, если ты позволишь…

– Как это ты можешь мне помочь?

– Знаешь, с того момента, как я узнала о тебе… То есть узнала тебя, в моей жизни всё изменилось. Я хочу, чтобы ты знал, что ты даришь мне радость жизни. Благодаря тебе, в моём сердце распустился прекрасный цветок. Прекрасный цветок любви и жизни. И с каждой новой мыслью о тебе, он становится всё больше и ярче, – робко глядя на Уесуги, проговорила Алекс. – Как бы я хотела поделиться, или даже подарить этот свет тебе…

– Как это? – японец приподнялся, опираясь на локоть левой руки.

– Если ты хочешь принять этот свет, я покажу тебе.

– Подожди, я ничего не понимаю… – японец пытался понять, о чём она говорит.

– Я оказалась здесь не просто так. Не просто так я свалилась на твою голову. Моё желание было искренним, идущим из самого сердца, поэтому я здесь, – девушка почти шептала. – Я покажу тебе этот цветок, и ты всё поймёшь.

Уесуги лишь кивнул. Он не знал, что сказать. Ему казалось, что нечто подобное уже было. Дежавю? Алекс скинула туфли и села на кровать, подобрав колени и оказавшись почти напротив японца. Тот непонимающе смотрел на девушку. Та, тем временем, сложила руки у груди, чуть прижав к ней левую руку. Правой рукой она накрыла левую. Девушка закрыла глаза и глубоко вдохнула и выдохнула. Какое-то время ничего не происходило. Алекс сидела неподвижно, глубоко дыша. Уесуги хотел было позвать девушку, но тут на лице девушки появилась блаженная улыбка…

– Что это? – японец заворожено смотрел, как из-под рук Алекс начал пробиваться слабый серебристый свет.

Девушка чуть отодвинула руки вперёд, свет стал больше и ярче.

– Вот что я хочу тебе подарить, – прошептала она, медленно убирая руки.

Тут же на её груди, в самом центре в серебристом сиянии распустился пышный цветок. Свет этого цветка почти осветил полумрачную комнату. Но Уесуги смотрел на этот сияющий цветок, не моргая, так как этот свет не слепил глаза. Он был мягкий и тёплый.

– Ты видишь его? – Алекс открыла глаза и с любовью посмотрела на японца.

И тут он понял, точнее вспомнил. До этого момента он всё пытался вспомнить, понять, откуда ему так знакома эта девушка, если они не виделись раньше. Теперь он вспомнил. Несколько раз он видел её во сне. Она врывалась в его короткий сон. В последний раз он видел её во сне с этим сияющим цветком на груди. Неужели это были не сны?

– Ты вспомнил, где видел меня? – мягко улыбнулась Алекс, увидев реакцию Уесуги на цветок. – Дотронься до него. Не бойся, прикоснись к нему, и почувствуй, какой он тёплый и мягкий.

Уесуги нерешительно протянул левую руку, но не прикоснулся к цветку. Его рука вошла в свет, исходящий от цветка и идущий из самого сердца девушки. Японец заворожено смотрел на свою руку, которая купалась в этом свете. Он мягко окутывал его руку. Уесуги почувствовал, как этот свет даёт ему силы. С каждой секундой ему становилось всё лучше. Казалось, свет девушки растворял усталость и слабость, давая силы и бодрость. Алекс мягко взяла руку Уесуги и положила её к себе на центр груди, так, чтобы он коснулся сияющего цветка:

– Видишь? Ты чувствуешь, какой он тёплый?

– Что это? – тихо спросил Уесуги, ощущая мощный прилив энергии, после прикосновения к цветку.

– Это любовь. Это свет моей души, свет моего сердца, свет моей любви. Это любовь, как она есть на самом деле. Это та самая истинная любовь, которая готова всегда отдавать, ничего не требуя взамен, – прошептала девушка. – Именно она, любовь, привела меня к тебе. Я хочу всегда дарить тебе любовь и этот свет. Всю свою жизнь я хранила этот свет для тебя…

– Любовь? – эхом повторил японец и поражённо посмотрел на девушку. – Ты хочешь сказать, что любишь меня?!

– Да, – Алекс мягко кивнула, всё так же держа руку Уесуги. – Но я не хочу обременять тебя этой любовью. Я просто хотела бы быть тебе другом и всегда быть рядом, чтобы в любой момент помочь тебе. Помочь этим светом. Ты чувствуешь от этого света прилив сил?

– Да, – теперь кивнул Уесуги и снова посмотрел на свою руку, купающуюся в этом мягком свете. – Это так удивительно и прекрасно, никогда прежде я не чувствовал ничего подобного, – он перевёл взгляд на девушку.

– Так здорово… – прошептала та и, неожиданно, по её щеке скатилась слеза. Слеза радости.

– Эй, не плачь. Ты чего? – японец провёл ладонью по лицу девушки, вытирая слезу.

– Это я от радости, – Алекс чуть опустила голову и прикрыла глаза, из которых выскользнули ещё две слезинки. Свет цветка от этого стал ещё ярче и ещё теплее, отдавая больше энергии. – Видишь, как мысли и чувства, связанные с тобой делают этот свет ещё сильнее? Пожалуйста, возьми этот свет.

– Как? Я не знаю, как это делать, – Уесуги сел и заглянул в глаза девушки.

– Просто открой своё сердце и позволь этому цветку войти в него, – Алекс подняла голову.

– Я попробую, – японец сложил руки на коленях и закрыл глаза.

– Подумай о тех, кого любишь, думай только о любви. Это поможет тебе, – тихо сказала девушка, наблюдая за сосредоточенным японцем.

Тут она почувствовала лёгкую вибрацию. Сердце Уесуги начало открываться.

– Ты чувствуешь этот трепет в твоей груди?

– Да, – Уесуги открыл глаза и прижал всё ту же левую руку к своей груди. – Здесь. Я не знаю, как это описать. Это и правда похоже на трепет и приятное тепло.

– А теперь возьми его, – Алекс почти вплотную подвинулась к японцу и, обхватив ладонями всё ещё ярко сияющий цветок на своей груди, передала его Уесуги.

Тот протянул руки и аккуратно взял цветок. Теперь цветок сиял не на груди девушки, а в руках Уесуги, но между цветком и сердцем девушки была видна тонкая серебристая нить. Алекс лишь поддерживала цветок снизу ладонями.

– Помести этот цветок в сердце.

Японец медленно поднёс цветок к своей груди. Серебристая нить чуть натянулась, Уесуги остановился и отпустил цветок.

– А тебе это не навредит? – уточнил он.

– За меня не бойся, я знаю, что делаю, – девушка чуть приподнялась на согнутых коленях так, что центр её груди, где сиял цветок, оказался прямо напротив груди Уесуги. – Просто впусти его в своё сердце.

Японец кивнул. Алекс медленно приблизилась к Уесуги, так, что цветок оказался между их сердцами. Пара секунд и девушка неожиданно крепко обняла японца. Сияющий цветок плавно вошёл в сердце Уесуги и тот почувствовал мощный прилив сил и энергии. Ему казалось, что он заново родился. Такой смеси чувств он ещё никогда не ощущал. Каждая клеточка его тела обновилась и была готова к жизни и работе.

– Алекс!… – восторженно прошептал Уесуги в ухо обнимающей его девушки. – В тебе столько силы… Откуда?

– Это всё любовь. Только любовь способна на такую силу, – прошептала в ответ Алекс. Она тяжело дышала.

– Тебе плохо? – заволновался японец, почувствовав её дыхание.

– Нет, мне очень хорошо, – девушка закрыла глаза, наслаждаясь этим объятием.

Она чувствовала, что нить, связывающая её сердце с цветком, с каждой секундой слабеет. Ещё чуть-чуть, и она порвётся, если Алекс не вернёт цветок обратно в своё сердце. Но она не могла это сделать, чувствуя, как Уесуги стал бодр и полон сил от этого света любви. Ведь ради этого она здесь. Ради этого минутного момента она рискнула всем и доверилась своей мечте. Она предвидела, чем всё может закончиться, но теперь было всё равно. Если нить порвётся, но это не важно. Главное Уесуги теперь полон сил и энергии. Неисчерпаемой энергии любви, благодаря которой он больше не будет страдать от недомогания и недосыпания. Конечно, Алекс не хотела вот так вот покидать Уесуги, но если другого выхода нет, то придётся…

– Тебе тяжело дышать? – голос Уесуги вывел девушку из раздумий.

– Ты не представляешь, как мне легко, – прошептала Алекс.

Ещё один вдох и нить порвётся… Девушка выдохнула, крепко обняла Уесуги и вдохнула в последний раз. Её руки ослабли, и она обмякла в руках японца.

– Я люблю тебя, – последнее, что успела прошептать девушка.

Серебристая нить оборвалась, сияние света ослабло. Когда цветок полностью растворился в сердце Уесуги, в комнате снова воцарился полумрак.

– Алекс? – японец приподнял голову девушки. И тут он понял, что она больше не дышит. – Алекс?!

Уесуги аккуратно опустил бездыханную Алекс на кровать, и попытался нащупать пульс на её руке и шее, но ни там ни там он ничего не почувствовал.

– Алекс! – японец от растерянности потряс девушку за плечи. Но та лежала без признаков жизни, запрокинув голову. Уесуги соскочил с кровати, сбив капельницу. – Твою мать!

Дрожащими руками он вырвал катетер из правой руки. Из раны тут же брызнула кровь, но Уесуги было наплевать. Он подхватил Алекс на руки и выскочил из номера.

– Быстро, врача сюда! А лучше скорую! – заорал он на весь коридор.

Стоявшие у номера Ватари и охранник вздрогнули от неожиданности.

– Что случилось? – стафф удивлённо оглядел Уесуги с Алекс на руках. С его правой руки крупными каплями на пол капала кровь, но он, похоже, не замечал этого.

– Не важно! Быстро вызывай скорую!!! – повторил японец.

Ватари торопливо достал телефон.

– Что происходит? – из своего номера показался Джим. – Алекс?! – он заметил бездыханную девушку на руках Уесуги. – Что с ней?!

Тут же из своих номеров высунулись остальные участники группы, и посыпалось ещё больше вопросов.

– Все вопросы потом! – почти простонал Уесуги и посмотрел на Ватари: – Ты вызвал?!

– Да, – кивнул тот, – они уже едут.

– Отлично, – японец покрепче взял девушку и быстрым шагом пошёл к лифту.

– Куда ты босиком? – Джим выскочил из номера, теряя с ног кроссовки.

– Плевать! – Уесуги даже не обернулся, нажимая кнопку лифта пальцами ноги.

Американец сплюнул и поспешил в номер японца. Захватив его кроссовки, Джим бросился к лифту, в который уже заходили Уесуги, а за ним Ватари.

Только Джим почти влетел в лифт, как двери закрылись.

– Уххх, успел! Я взял твои кроссовки, – американец прислонился к стене. – Что произошло? Что с Алекс?

– Спасибо, всё потом, – японец покачал головой, нервно переминаясь с ноги на ногу. – Да что же он так долго едет?! Ватари! Я надеюсь, скорая уже подъехала?

– Я вызвал пару минут назад и сказал, что это срочно, – растерянно ответил стафф. – Уесуги-сан, у вас течёт кровь на правой руке.

– Да плевать я на это хотел! – двери лифта, наконец, раскрылись, и японец почти бегом направился к выходу. Ватари и Джим поспешили за ним. Выбежав из гостиницы, Уесуги столкнулся с врачами скорой.

– Слава богу, что вы уже здесь! – воскликнул японец.

– Это вы вызывали скорую? – осторожно спросила молодая медсестра, пока два врача доставали каталку. – Вам повезло, что мы находились здесь рядом.

– Да-да-да! – закивал японец и кивком головы указал на Алекс. – Она не дышит! И я не мог прощупать её пульс.

– Сюда! – один из врачей, услышав Уесуги, подозвал его к каталке. – Кладите девушку на каталку.

Японец аккуратно положил Алекс на каталку. Врач, тут же попытался прощупать у девушки пульс.

– Пульс есть, но очень слабый, – успокоил взволнованного Уесуги врач, задвигая каталку в машину, и забрался в салон.

– Меня не волнует, что вы скажете, но я еду с ней! – быстро произнёс Уесуги.

– Я тоже, – Джим подскочил к босоногому японцу, держа в руках его кроссовки.

– Тогда садитесь вперёд, к водителю, – велел второй врач, тоже забираясь в салон.

Слегка оттолкнув американца плечом, Уесуги забрался на переднее сидение. Джим устроился рядом.

– Прости, я толкнул тебя, – почти пропыхтел японец.

– Ничего страшного, – махнул рукой Джим. – Откуда у тебя кровь-то?

– Катетер вырвал из руки, так как он мешал, – теперь Уесуги махнул рукой, разбрызгивая кровь. – Ой, прошу прощения.

Машина, наконец, тронулась.

Алекс было тяжело дышать. Она попыталась вдохнуть, но у неё только получилось глотнуть воздух. Такое у неё уже бывало раньше, когда она спала на перьевых пышных подушках. Она задыхалась на них. Не выдержав больше, девушка резко села, хватая ртом воздух.

– Что за…? Где я? – она испуганно огляделась. То место, где она находилось, было ей смутно знакомым.

Повсюду были розовато-белые облака: сверху, снизу и со всех четырёх сторон. Всё место освещал лёгкий сиренево-перламутровый свет. Только в центре этого места не было ни скамьи, ни дивана. Это было то самое место, куда отправлялась Алекс во сне, и куда она вытаскивала Уесуги, когда он спал.

Девушка встала и прошлась по облакам. Во сне у неё не было тех ощущений, что она испытывала сейчас. Ступая на мягкие облака, она боялась, что они её не выдержат и девушка полетит вниз, в неизвестность. Но её страх оказался напрасным. Облака были не такие мягкие, но и не твёрдые. Складывалось такое ощущение, что она шла по мягкому ковру.

– Ау! Здесь есть кто-нибудь? – крикнула она.

– Добро пожаловать домой, – раздался позади неё голос, казавшийся смутно знакомым.

– А? – девушка быстро обернулась.

Перед ней стоял ангел. Точнее архангел с широкими мощными белоснежными крыльями. Его лицо источало блаженство. Волевые брови, широко открытые глаза, с чуть опущенными внешними уголками, юношеские скулы, правильный нос и пухлые чуть розоватые губы. Можно было подумать, что это ещё юноша, но стоило заглянуть ему в глаза, как эта мысль тут же отвергалась. Это были глаза волевой личности, волевого духа, глаза воина. На нём были серебряные доспехи, под которыми виднелось красное одеяние. На его поясе висел меч, окруженный синим пламенем.

– Боже мой! Ты?! – Алекс вздрогнула всем телом и отпрянула назад от неожиданности.

– А ты ожидала увидеть кого-то другого? – усмехнулся архангел.

– Нет. А где остальные?

– Скоро будут.

– Подожди-ка, почему я нахожусь здесь? Я сплю? – девушка задала мучавший её вопрос.

– А ты до сих пор не поняла? – Архангел склонил голову, затем отвёл взгляд. – Хотя, ты каждый раз не можешь понять, что…

– Что я не могу понять?! – воскликнула Алекс.

Тут внезапная мысль осознания пронзила всё её существо:

«Добро пожаловать домой… потом он, один из моих наставников… каждый раз не могу понять…»

– Ты начинаешь понимать, – архангел посмотрел на девушку.

– Нет. Нет, Михаил, нет… нет, – Алекс начала пятиться назад, отрицательно качая головой. – Нет… Нет… Нет… НЕТ! Этого не может быть! Михаил, скажи, что я просто сплю!?

– Опять тоже самое, – вздохнул Михаил. – Алекс, ты предвидела, что то, что ты сделала для своего возлюбленного, может обернуться твоей смертью. И всё же, ты пошла на это. Ты отдала ему всё, что у тебя было. Ты отдала всю себя. А когда отдаёшь всё, то тело не выдерживает и умирает…

– Ты сошёл с ума! Я не умерла! Я не могу умереть! Нет! – закричала девушка, схватившись руками за голову. – Боже мой, этого не может быть! Я же просто… РАМА!!

– Он скоро подойдёт, – спокойно проговорил архангел.

– Так, погоди-погоди-погоди, – Алекс стала ходить вперёд-назад, не отпуская свою голову, – всё-таки я не могла умереть. Я же не прошла свой путь до конца. Я ведь даже не успела узнать, кто мой третий наставник, – она остановилась и в упор посмотрела на Михаила: – Да и как же мои мальчики, которых я должна родить? Нееет, я не мертва, это просто сон. Давай признавайся, для чего мы это запрограммировали, до моего рождения?

– Алекс, мы ничего не программировали. К сожалению, ты изменила ход событий тем, что ты сделала, – раздался почти родной для Алекс голос.

– Рама! – девушка бросилась к появившемуся «божеству». – Скажи хоть ты правду! Скажи, что это сон! Я ведь, наверно, что-то не понимаю или не вижу в жизни, и вы пришли мне помочь и дать подсказку?

– Да сколько же можно? Каждый раз одно и тоже! – не выдержал архангел и схватил девушку за руку. – Идём! Я покажу тебе, что это не сон.

Яркая вспышка и они оказались в больничной палате.

– Уесуги! – девушка увидела японца и бросилась к нему. Она хотела его обнять, но вместо этого, девушка пролетела сквозь него и упала. Уесуги поёжился. – Как? Он не видит меня?! Не может быть… – она испуганно посмотрела на наставников.

– Осмотрись, Алекс, – мягко велел Михаил.

Девушка послушно окинула палату взглядом. Теперь в её глазах читался ужас. Уесуги сидел на краю больничной койки и молча смотрел на лежащую на ней Алекс, его правая рука была забинтована. Тело девушки оказалось подключено к различным аппаратам, которые слабо попискивали, через определённый промежуток времени. На каком-то экране виднелись какие-то графики, показывающие слабое наличие пульса.

– Я жива! – воскликнула девушка, поднимаясь.

– В твоём теле пока ещё теплится жизнь, – подтвердил Рама. – Но только пока он здесь, рядом с тобой, – он кивнул на Уесуги. – Если он уйдёт, то оно умрет.

– Но почему? Почему если он уйдёт, то я умру?!

– Любовь. В его сердце цветёт твой цветок любви. Пока он здесь, твой цветок через него поддерживает в тебе жизнь, – Рама подошёл к Алекс и обнял её за плечи. – Ты же сама говорила, что любовь способна на многое. Любовь может, как и поддерживать жизнь, так и дать её.

Тем временем в палату вошёл Джим.

– Всё так же, без изменений? – он с грустью посмотрел на тело Алекс.

Японец, молча, кивнул, не поднимая головы.

– Ватари говорит, что нам скоро пора ехать…

– Я никуда не поеду, пока она не придёт в себя, – тихо ответил Уесуги.

– Но… но как же тур? – американец даже растерялся.

– Я беру выходные. Попроси Ватари, чтобы он сдвинул график, – всё так же тихо проговорил японец.

– Ты… Я не понимаю… Она же тебе, в принципе, никто…, – начал, было, Джим, но осёкся, когда Уесуги медленно повернул голову и посмотрел на него. – Что-то я какой-то бред несу, – он сел на корточки у двери.

– Если бы ты знал, что она сделала для меня. Я не могу её вот так тут оставить. Хотите продолжать тур, езжайте без меня, – японец снова повернулся к телу Алекс.

Частично он не мог осознать, что говорит, но он знал одно, что не может оставить девушку здесь одну.

– Я сейчас, принесу тебе хоть что-то перекусить, – через пару минут Джим поднялся и вышел.

– Я не хочу, чтобы он из-за меня бросал работу, – прошептала Алекс, наблюдая за происходящим. Она прижала руку ко рту, а из её глаз потекли слёзы.

– Тогда идём домой, – Михаил протянул руку. – Когда ты переступишь черту, разделяющую этот мир и наш дом, твоё тело умрёт.

– Нет! Я не хочу покидать его! – девушка подскочила к архангелу и потрясла за плечи. – Как ты не понимаешь?! Как я могу оставить человека, которого люблю?! Я хочу жить! Я хочу быть с ним рядом! Почему вы всегда так несправедливы?!

– Ты сама выбрала этот путь, – Михаил был всё так же спокоен. – Вспомни, как до этого мы давали тебе возможность выбора. Ты очень сильно хотела детей, и я направил к тебе человека, с которым у вас бы были твои долгожданные мальчик и девочка. Это был мой подарок тебе.

– Я помню этот подарок на день рождения, – Алекс оттолкнула наставника. – Но как ты мог его направлять ко мне, зная, что моё сердце принадлежит другому? Что я никого и близко к себе не подпущу, кроме него! Что если бы я поддалась ему, то всю оставшуюся жизнь жалела о содеянном. И это ты называешь подарком?! Бред!

– Ну, ты же не сдалась, и выбрала мечту, – архангел пожал плечами.

– Да! Которой вы сейчас хотите меня лишить! – девушка посмотрела на Раму: – Почему, ты, сначала помог мне осуществить её, а теперь так хладнокровно лишаешь? Это ведь был твой голос, когда ты говорил открыть сердце своей мечте!

– Всё должно было закончиться не так, – вздохнул Рама. – Но ты настолько вдохновила меня своей мечтой, что я совсем забыл предупредить тебя о последствиях, если ты решишь подарить ему свой свет… Прости.

– Вы издеваетесь?

– Алекс, всё кончено, твоё воплощение сейчас зашло в тупик, – мягко проговорил Михаил. – У тебя нет выхода.

– Безвыходных ситуаций не бывает! Выход есть всегда! Тем более, насколько я знаю, теперь я сама решаю свою судьбу. Как и в тот раз, когда я делала выбор между Уесуги и детьми! Сейчас я тоже имею право сделать выбор!

– Да, это так, – кивнул архангел. – Я могу предоставить тебе выбор. Либо ты сейчас идёшь с нами домой, то есть умираешь, либо я могу вернуть время вспять, до того момента, когда ты воплотила свою мечту. И ты будешь жить, но ты будешь жить в России, где родилась, только помня об этой встрече с Уесуги. Что ты выбираешь?

– Ты думаешь, что и в этот раз третьего не дано? – Алекс почти с гневом посмотрела на наставника. – У меня есть третий вариант: я возвращаюсь в своё тело здесь и сейчас, в этой палате. И пусть Уесуги решает, оставаться мне в Японии или отправляться домой, в Россию. Твои варианты меня не устраивают.

– Если ты не выберешь что-то из двух, то тогда ты просто переродишься в новом теле. Начнёшь жить заново, – Михаил не принимал вариант девушки.

– То есть вот сейчас ты собираешься решить всё вместо меня, и отправить на перерождение? – девушку уже охватывала ярость. – Ты не имеешь права! – она посмотрела на своих наставников: – Если вы сейчас же не поможете мне вернуться в моё тело, то я просто останусь здесь в качестве призрака.

– Это глупо, Алекс, – архангел уже нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

– Нет, Михаил, это не глупо, – встрял Рама. – Посмотри, на что способна истинная любовь. Много ли раз ты встречал воплощённые души, которые дарили именно такую любовь, не требуя ничего взамен? Скажи честно.

– Честно? Я мало встречал таких людей, – тихо ответил Михаил.

– Алекс, – наставник позвал девушку, – я уже говорил, что ты вдохновила меня своей мечтой. Твоя любовь к этому человеку может подарить тебе возможность вернуться здесь и сейчас. Любовь способна на чудеса.

– Да, – кивнула Алекс и тихо прошептала: – Я просто хочу всегда быть рядом с ним. И не важно, ответит он мне взаимностью или нет…

– Я дам тебе шанс, – Рама повернулся в сторону сидящего Уесуги.

Девушка подошла к японцу и с нежностью посмотрела на него.

– Если ты нужна ему. Если он хочет, чтобы ты осталась с ним, то ты вернёшься в своё тело.

– Но как…? Как я узнаю это? – растерялась девушка. – Или ты спросишь у него?

– Нет, – покачал головой Рама, – мы немного сфорсируем ход событий, так, что он сделает выбор.

– Рама, ты всегда такой щедрый, – почти проворчал Михаил.

– Когда дело касается чистой любви, я не могу «пройти мимо», – развёл руками наставник. – Ты есть сила Источника, а я любовь Источника. То, что происходит сейчас больше по моей части. Если бы Алекс безоговорочно согласилась на жертву, тогда я не стал бы вмешиваться.

– Ещё чего! – девушка не удержалась от возмущённого тона. – Я что, должна в каждом своём воплощении приносить жертву?! Не слишком ли это?

– В этой жизни у тебя не будет жертв, – улыбнулся Рама. – Достаточно тех прошлых жертв, ради магической силы и ради духовного осознания. Теперь твоя жизнь в твоих руках, а я дам тебе шанс вернуться. Но всё будет зависеть от Уесуги.

– Я смотрю, вы так уверены в этом человеке, – в словах Михаила послышался скептицизм, – он знает Алекс почти два дня. И вы думаете, что она нужна ему? Или этому поспособствовал Рама?

– Да как ты… – от возмущения Алекс даже не могла подобрать слов.

– Но он не отправил её сразу в посольство, без моего вмешательства, – заметил Рама. – Я вам кое-что покажу.

Снова яркая вспышка и все трое оказались в каком-то коридоре. Алекс сразу узнала этот коридор. Здесь она ждала Тоши, когда тот зашёл в помещение, где находился Уесуги.

Послышались голоса. К двери того самого помещения медленно шли Тоши и Уесуги.

– Я могу приютить её у себя, а завтра отвезу в посольство, – говорил Тоши.

– Я думаю, мы сделаем немного по-другому, – возразил Уесуги. – Ты продолжай работу, а я позабочусь о девушке, если ты не возражаешь.

– Но… А она вам не помешает? – стафф растерялся. – Вам же завтра с самого утра ехать в Канадзаву…

– По этому поводу не беспокойся, – усмехнулся японец и похлопал Тоши по плечу. – Не получиться отправить её в посольство, поедет с нами в Канадзаву, – заметив подозрительно-удивлённый взгляд собеседника, Уесуги продолжил, – Я просто хочу узнать её. Хочу понять, кто она такая, и как тут так неожиданно оказалась.

– Вот как, – кивнул Тоши.

– Предупреди на всякий случай Ватари, что возможно девушка будет находиться со мной, – быстро проговорил Уесуги, когда с ними поравнялись два гитариста. – Хорошо?

Тоши снова кивнул и пошёл дальше по коридору. А трое музыкантов зашли в комнату, где находилась Алекс.

– Вот как, – пробормотал Михаил. – Что ж, я «умываю руки». Давай Рама, делай своё дело.

Алекс с наставниками снова оказались в палате. В палате уже находился Ватари. Джим стоял в коридоре, заглядывая в палату через стекло в двери.

– Уесуги-сан, я думаю, за то время, что вы будете в туре, она поправится. Находясь здесь, вы только теряете время, – уверял японца Ватари. – С документами мы что-нибудь придумаем. И я вызову Тоши, чтобы он присмотрел за ней.

– Ватари, – вздохнул Уесуги, – я не хочу её оставлять, – он уже не сидел на койке, а стоял.

– Почему?

– Да я не знаю, почему! – японец не выдержал и повысил голос.

– Ты понимаешь, что если я сдвину график, то мы подставим ребят? – не унимался Ватари. – Ладно, ты перестроишься. А как остальные? Подумай о них.

Уесуги чертыхнулся.

– Ты прав, Ватари, – кивнул он. – Зови Тоши.

– Идём тогда, надо собираться, – стафф схватился за ручку двери.

– Ты иди, а я сейчас, – Уесуги посмотрел на всё так же лежащую Алекс.

– Я пока позвоню Тоши, – сказав это, Ватари вышел.

– Алекс, – японец присел на край койки и взял руку лежащей девушки. – Ты… Чёрт! Я даже не знаю, что сказать!

– Уесуги, пожалуйста, не уходи, – Алекс стремительно подошла к Уесуги, пытаясь дотронуться до его руки. – Пожалуйста, если ты уйдёшь, то я умру. Не уходи! – она устремила полные слёз глаза в потолок. – Я не хочу, чтобы ты бросал работу, но я не могу иначе! Останься, пожалуйста! Скажи, что я нужна тебе!

Рама и Михаил, молча, наблюдали. Рама дал девушке шанс, и теперь оба наставника не могут вмешиваться, пока всё не решиться.

– Алекс, мне нужно ехать, пожалуйста, держись, – Уесуги, наконец, подобрал слова: – Я вернусь очень скоро, – сказав это, он поднялся и направился к выходу.

Алекс медленно отошла назад, мотая головой из стороны в сторону. По её щекам текли слёзы. Всё кончено. Он уходит. Уесуги уже открыл дверь, но напоследок всё-таки обернулся и снова посмотрел на лежащую Алекс.

– Спасибо тебе, за то, что ты есть. Спасибо за любовь, которая всё это время жила в моём сердце. Спасибо за ту радость жизни, что ты мне подарил, – девушка упала на колени, глядя на японца, который покидал палату. – Я рада, что моя мечта сбылась и даже что так быстро закончилась, – прошептала она, медленно закрывая глаза. – Я всегда буду любить тебя.

Тихий щелчок двери дал понять, что Уесуги вышел.

– Идём Алекс, всё кончено, – позвал девушку Михаил.

– Да, конечно, – Алекс поднялась, вытирая слёзы.

– Мне очень жаль, – как-то подавлено произнёс Рама.

– Мне тоже, – кивнула девушка, подходя к архангелу.

Михаил взмахнул рукой и перед Алекс засиял золотой свет.

– Нам сюда, – он вошёл в свет.

Следом за ним вошёл Рама и протянул девушке руку:

– Идём, милая.

Алекс взяла наставника за руку, одной ногой переступила в свет и остановилась. Её остановил внезапный непрерывающийся писк аппаратуры. Последняя искра жизни в её теле потухла. Девушка непроизвольно обернулась. Она увидела, как в палату вбежали врачи. Как они пытались вернуть её тело к жизни. Алекс даже не чувствовала, чтобы её как-то тянуло обратно в тело, при очередной попытке врачей реанимировать её. Всё и правда кончено. Она больше не вернётся в это тело.

– Алекс, нам пора уходить, – мягко позвал её Рама, всё также держа за руку. Но он не тянул её.

– Пора, – вздохнула девушка. – А знаешь, я полюбила это тело, – она развернулась.

Только она хотела окончательно переступить в свет, но крик и грохот остановили её и заставили обернуться снова.

– АЛЕКС! – в палату с грохотом ввалился Уесуги.

Не успел он покинуть палату и отойти от неё, как послышался долгий писк. Мимо Уесуги в палату к Алекс пронеслись врачи, с реанимационным аппаратом.

– Нет! – японец кинулся следом.

– Подожди! Не надо им мешать, – попытался остановит его Ватари, хватая за плечи.

– Да отпусти ты меня! – Уесуги оттолкнул стаффа и с грохотом ввалился в палату: – АЛЕКС!

– Не мешайте, пожалуйста, – медсестра перегородила ему дорогу. – Ожидайте, пожалуйста, в коридоре.

Но японец не слышал её слов. Отмахнувшись от медсестры, как от назойливой мухи, Уесуги, не моргая, смотрел, как врачи пытаются вернуть к жизни Алекс. Непрекращающийся писк аппаратуры смешался с гулом голосов.

– Зафиксируйте время смерти, – через пару минут борьбы со смертью, врач отодвинул реанимационную машину. Он подошёл к Уесуги: – Мне очень жаль.

– Что? – не понял японец.

– Она мертва, мне очень жаль, – повторил врач.

– Как мертва? Нет! – Уесуги встряхнул врача. – Нет! Сделайте что-нибудь! Она не может умереть! Вы же врач, чёрт возьми!

– Мы сделали всё, что смогли, – тот лишь развёл руками.

Японец потряс руками, что-то промычав. Врач тихонько ретировался.

– Да что вы за врачи-то такие, что не можете спасти человека?! – почти крича, Уесуги устремился к Алекс, расталкивая медперсонал. – Алекс! Алекс, ты меня слышишь? – он приподнял девушку, но та не подавала никаких признаков жизни. – Ты же сказала, что с тобой ничего не будет! – как в тумане, японец положил Алекс обратно. – Неет, ты не умрёшь! – он начал яростно делать ей прямой массаж сердца и искусственное дыхание. – Давай, дыши! Ну же!

– Господин, это бесполезно, – осторожно сказал врач.

Но Уесуги не слышал его.

– Ну же! – пропыхтел японец, делая девушке массаж сердца. – Не уходи, слышишь? – но всё было безуспешно.

Алекс всё так же стояла, не двигаясь, одной ногой в свете, другой всё ещё здесь. Роняя слёзы, она смотрела, как Уесуги безуспешно пытается оживить её тело.

– Как ты можешь взять вот так вот и уйти?! – Уесуги оставил попытки, но теперь он склонился над лицом Алекс, ударяя кулаком по её груди при каждом произнесённом слове. – Зачем ты отдала мне это чёртов цветок?! Как мне вернуть его тебе? Очнись сейчас же!

– Алекс, ты так и будешь стоять? – не выдержал Михаил. – Так ты делаешь себе только больнее.

– Ну и что, – тихо ответила девушка, не сводя глаз с Уесуги. – Больнее уже не будет.

Дальше всё произошло одновременно, в какие-то несколько секунд.

– Хватит! – архангел схватил девушку за плечи и почти втащил её в свет.

– Что ты делаешь?! – возмутилась та, бросившись обратно.

Но девушка лишь уткнулась в невидимую преграду. Алекс больше не слышала, что говорят на той стороне. Назад дороги больше не было.

– Нет!

– Алекс, быстро очнись! Слышишь?! – Уесуги всё так же бил кулаком в грудь девушки. – Я приказываю тебе, вернись! – не рассчитав, он со всей силы ударил кулаком и упал головой на свою опущенную руку. – Ты нужна мне! Слышишь, нужна!

За преградой девушка внезапно почувствовала покалывание всем своим существом.

– Что это? – она испуганно посмотрела на свои руки, которые мелкими крупинками начали растворяться. – Что это?! – она так же испуганно посмотрела на Раму: – Что со мной происходит?! Теперь это конец?!

– Не пугайся, милая моя, это только начало, – Рама подошёл к исчезающей девушке и погладил её по щеке. – Всё хорошо. Любовь всегда творит чудеса, – он опустил руку и девушка исчезла.

– Ты нужна мне! Слышишь, нужна! – Уесуги изо всех сил ударил по груди девушки кулаком и упал головой на свою опущенную руку.

Неожиданно для всех, Алекс открыла глаза и, с громким вдохом резко села, тем самым столкнув с себя японца. Она испуганно огляделась.

– Я жива! – тихо воскликнула она, прижав руки ко рту. – Боже мой, я жива!

– Дурочка! – опомнившись от произошедшего, Уесуги стремительно обнял девушку, сильно прижав её к себе, говоря на японском. – Лгунья!

– Уесуги, ты меня задушишь! – прокряхтела на английском девушка, в тоже время, наслаждаясь этим объятием.

– Да я тебя убить готов! – воскликнул японец по-английски, отпуская Алекс. – Я думал, ты умерла! – он посмотрел девушке в глаза, не отпуская её плечи.

– Я не смогла… – тихо сказала Алекс, глядя в глаза Уесуги. – Я не смогла оставить тебя. Я просто не смогла.

– Только попробуй ещё раз так сделать! – угрожающе заявил Уесуги. – Я сам лично убью тебя за это!

– Ты не сможешь, – хихикнула девушка. – Как ты убьешь уже мёртвого человека?

– Не переживай, я что-нибудь придумаю, – заверил её японец.

– Я прошу прощения, нам бы надо осмотреть девушку, – влез врач.

– Да, конечно, – Уесуги встал. – Давайте только побыстрее, нам ещё ехать.

– Я не уверен, что она сейчас сможет ехать с вами. Я думаю, сейчас девушке нужен покой, – возразил врач. – Да и нам бы надо её хорошенько обследовать.

– Ватари! – крикнул Уесуги.

– Я здесь, – стафф, оказывается, уже давно находился в палате вместе с Джимом.

– Сколько у нас есть времени? – не оборачиваясь к нему, спросил японец.

– Часа два-три, – ответил Ватари.

– Отлично, – кивнул Уесуги и посмотрел на врача: – На ваши обследования у вас есть два часа, максимум, два с половиной.

– Вы в своём уме?! – тот даже опешил от такого заявления. – Девушке, как минимум, желательно побыть здесь пару дней.

– Алекс, как ты себя чувствуешь? – японец посмотрел на девушку, перейдя снова на английский. – Сможешь ехать с нами, или останешься здесь?

– Конечно, смогу! Я чувствую себя прекрасно, – закивала Алекс.

– Вот! Вот видите! – Уесуги довольно перевёл взгляд на врача, говоря на японском. – Она чувствует себя прекрасно. И может ехать со мной.

– Вы с ума сошли! Она только что пережила клиническую смерть! – возмущённо воскликнул врач. – Я не могу позволить вам забрать её.

– У меня концерт завтра и нет времени на всё это! – японец был непреклонен. – Давайте вещи Алекс.

– Уесуги, может и правда, пусть она хоть день побудет под присмотром, а потом её привезёт либо Ватари, либо Тоши, которого уже вызвали, – встрял Джим.

Алекс всё это время сидела, молча наблюдая за происходящим.

– Я не хочу её оставлять! – Уесуги резко развернулся. – Ты разве не заметил, стоило мне только выйти из палаты, как она чуть не умерла. Теперь я не оставлю Алекс!

– Да? – удивился американец.

– Да! – японец снова посмотрел на девушку и быстро переспросил, забыв перейти на английский: – Ты точно себя хорошо чувствуешь и можешь ехать с нами?

– Да могу, конечно! – заверила его девушка, не обратив на это внимания. – Неужели врачи за два часа не смогут меня осмотреть? Или они там задумали глобальный осмо… Ой… – внезапно она замолчала, широко раскрытыми глазами глядя на японца.

– Что ты сказала? – как-то растерянно спросил Уесуги. – Ты… это же японский…

– Японский… – эхом повторила Алекс. – Я говорю и понимаю по-японски?!

– Джим! Ты слышал, Джим? – японец радостно посмотрел на американца.

– Это невероятно! – удивленно воскликнула девушка и с благодарностью посмотрела в потолок: – Спасибо, Рама.

– Что? – не понял Уесуги.

– Я потом расскажу тебе всё, если хочешь, – улыбнулась Алекс.

– Да. Пока тебя осматривают, мы до гостиницы за вещами и обратно за тобой. И только попробуй ещё раз умереть! – сказал японец, и обратился к врачам, которые до сих пор находились в палате: – У вас максимум 2 часа, – и вышел из палаты.

Те как-то обречённо кивнули.

Наконец, осмотр был закончен, и врачи взяли все необходимые анализы. Алекс сидела, свесив ноги, всё в той же палате на койке. Она уже раз в двадцатый осмотрела палату, но так и не нашла свои туфли.

– Чёрт возьми, да где они?! – девушка распласталась на койке, осматривая пол и ругаясь на русском.

– Не это ищешь? – в дверях палаты раздался знакомый голос.

– А? – Алекс подняла голову, сдувая с лица растрепавшиеся волосы.

На пороге, прислонившись плечом к косяку, в больших солнечных очках стоял Уесуги. В руках он держал туфли Алекс.

– Я говорю, не их ищешь? – улыбаясь, переспросил японец, тряхнув рукой, в которой держал туфли.

– Эээ… Откуда они у тебя? – с глупым выражением лица спросила Алекс, не поднимаясь.

– Из гостиницы, – пожал плечами Уесуги и с усмешкой добавил: – Когда ты потеряла сознание, мне некогда было надевать их на тебя. Готова? Поехали? – он прошёл в палату и поставил туфли у койки.

– А? Да? – девушка села. – Спасибо, – надев туфли, она встала. – Готова.

Японец направился к выходу из палаты. Алекс последовала за ним. В коридоре их встретил врач:

– Мы провели обследование и взяли все необходимые анализы.

– Хорошо, – кивнул Уесуги. – Позвоните мне, как будут известны результаты. Номер моего телефона у вас есть?

– Да, – подтвердил врач.

– Тогда всего доброго, спасибо, – и японец направился к лифту.

Уже стоя в лифте, он обратился к Алекс:

– Дак как это ты вдруг заговорила по-японски?

– Эту возможность мне подарил один из моих наставников, – улыбнулась девушка.

– Наставников? – непонимающе переспросил Уесуги.

– Тут надо долго и с самого начала рассказывать, чтобы было понятней, – пояснила Алекс.

– Ну да ладно, у нас ещё будет время, чтобы ты рассказала, – японец мягко положил руку на плечо девушки. От его прикосновения девушка прерывисто вдохнула. – Тебе тяжело дышать? Всё в порядке? – почувствовав это, заволновался Уесуги.

– Нет-нет, – поспешила заверить его Алекс. – Теперь со мной точно всё в порядке, – она тихонько засмеялась, – и умирать я больше не собираюсь, так что, даже и не мечтайте.

– Только попробуй, – засмеялся японец. – Я предупредил, что тогда будет.

– Да я просто не смогу, – девушка широко улыбнулась.

Двери лифта раскрылись. Алекс и Уесуги направились к выходу. На улице стоял микроавтобус, в котором уже находилась вся команда.

– С возвращением! – завопил Джим, когда Алекс поднялась в салон.

Вся команда тоже порадовалась за её возвращение с того света.

– Слушай, Алекс, а как там, на той стороне жизни? – Мицу повис на спинке сидения, когда японец и девушка сели.

– Не знаю, – пожала плечами Алекс и шутливо добавила: – Я не успела до туда добраться.

– Ну, так не интересно, – гитарист плюхнулся обратно на своё место.

– Правильно нечего там делать! – заметил Джим.

– Вот-вот, – закивала девушка.

Микроавтобус тронулся с места. Участники группы занялись своими делами. Кто-то уткнулся в ноутбук, кто-то погрузился в чтение, а кто-то заткнул уши наушниками. Алекс прыснула, когда Джим надел наушники и начал сидя пританцовывать под играющую в плеере музыку. Уесуги приподнялся с места и поискал глазами Ватари.

– Ватари, ты предупредил Тоши, что никуда уже не надо срываться? – спросил он, заметив стаффа на переднем сидении.

– Конечно, – закивал тот.

– Отлично, – Уесуги облокотился на спинку сидения.

Минут пять японец и девушка молчали, но Алекс всё же не выдержала:

– Куда мы едем?

Она не переставала бояться, что её отвезут в посольство. Даже не смотря на то, что сейчас уже была ночь.

– В Будокан, следующий концерт там, – ответил Уесуги.

– А со мной что будет? – Алекс всё-таки решилась спросить. – Там ты отправишь меня в посольство?

– Ты хочешь домой? – японец повернулся к девушке. – Ты же вроде говорила…

– Нет, я не хочу домой! – перебила его Алекс и уставилась в окно. – Хотя я так неожиданно для своих родных исчезла и не успела предупредить и попрощаться…

– Я тут просто подумал… У меня есть к тебе предложение, – Уесуги развернулся корпусом к девушке.

– Предложение? – та посмотрела на него. – Какое?

– Я хотел бы, чтобы ты осталась, – медленно начал Уесуги, – и у меня есть замечательный предлог для этого.

Алекс напряглась всем телом, слушая японца. Дальнейшая её судьба должна была решиться от того, что скажет Уесуги.

– Как ты смотришь на то, чтобы научить меня русскому языку? – наконец, выдал японец. – А это значит, что ты останешься здесь, со мной. Как тебе эта идея? Согласна?

Алекс открыла, было, рот, но от переизбытка чувств не смогла произнести ни звука. Он серьёзно? Он, правда, предлагает ей остаться здесь, в Японии, с ним, да ещё и научить русскому языку? Такой радости она ещё никогда не испытывала.

– Ну что молчишь? – улыбнулся Уесуги и как бы вздохнул: – Но если ты не хочешь, то я не буду настаивать и днём мы поедем в посольство…

– Нет! Я очень хочу! – немного хрипло воскликнула Алекс.

– Ну, вот и отлично, пополнишь ряды стаффов, – улыбка не сходила с лица японца.

– Только вот как быть с документами? – девушка посмотрела на Уесуги.

– Уверен, мы что-нибудь придумаем, не переживай, – заверил её японец и пошутил: – На худой конец, отправим к тебе домой, в Россию, Тоши. Он не откажет в помощи.

– Ахахах. Представляю реакцию моих родителей, когда к ним заявится японец, требуя мои документы. С учетом того, что они не знают ни английского, ни японского тем более, – подхватила Алекс, – но всё же, выход есть всегда.

– Ты права, – смеясь, кивнул Уесуги.

– Спасибо, – девушка с благодарностью посмотрела на японца. – Ты даже представить себе не можешь, что ты для меня сделал.

– Хм, думаю, могу, особенно после того, что ты для меня сделала, – не остался в долгу тот. – Благодаря твоему цветку, я полон сил и бодр как никогда.

– Теперь так будет всегда, – мягко улыбаясь, кивнула Алекс. – Теперь этот цветок всегда будет у тебя в сердце.

– А как же ты, если он у меня? – удивился Уесуги.

– Теперь по этому поводу можно не переживать, – девушка сложила руки на груди. – Теперь там цветёт новый прекрасный цветок, который вырос и расцвёл, когда ты вернул меня к жизни.

– Смотри у меня! – японец шутливо пригрозил девушке.

Внезапно микроавтобус начал сбавлять ход, а потом и вовсе остановился.

– Что случилось? – Уесуги приподнялся.

– Пробка, – тут же ответил сидящий впереди Ватари.

– На шоссе поздно ночью пробка? – удивился Джим, держа наушники в руках.

– Я выйду, посмотрю, может что-то произошло, – стафф открыл дверь и вышел.

Оставшиеся в микроавтобусе участники группы приникли к окнам. Вскоре вернулся Ватари.

– Как говорят водители впереди стоящих машин, на шоссе произошла авария, – сев на место, он повернулся к команде. – Движение было перекрыто, поэтому образовалась пробка, но сейчас уже пропускают по несколько машин дальше. Так что, ехать будем пока медленно, либо стоять.

– Ясно, – кивнул Уесуги.

– А мы не опоздаем? – спросил Джим.

– Надеюсь, что нет, – стафф посмотрел на часы.

Все снова занялись своими делами.

– Раз образовалось некоторое свободное время, я займусь сценарием, – пробормотал Уесуги и посмотрел на Алекс: – Ты не возражаешь?

– А с чего это я должна возражать? – удивилась та.

– Ну, вдруг тебе станет скучно, – предположил японец. – Хочешь, можешь пока послушать музыку, я дам тебе плеер.

– Нет, не нужно, мне не станет скучно. Работай спокойно, – заверила его девушка и весело добавила: – А я пока приведу мысли в порядок.

Уесуги кивнул и достал ноутбук, а Алекс уставилась в окно. За эти почти два дня столько произошло. Ещё позавчера, собираясь на работу, Алекс даже представить не могла, что утром следующего дня проснётся не у себя дома под будильник, что побывает на тренировке, о которой мечтала с того момента, как занялась своим телом, что познакомиться с командой Уесуги. Но самое главное, девушка даже и не думала, что умрёт здесь и снова оживёт, благодаря человеку, которого любит. И она смогла отдать ему то, что хранила в своём сердце всю свою жизнь!

То, что с ней произошло – это действительно чудо. И это чудо сотворила любовь. Только любовь способна на такое. Алекс была благодарна Раме за то, что он дал ей шанс быть с тем, кому принадлежит её сердце. А больше ничего девушке и не нужно. Только быть рядом с ним. Просто быть рядом, быть ему даже просто другом. Всё остальное было не важно. Она была готова к его сумасшедшему ритму жизни; была готова выучить язык любыми способами. Она была готова бросить всё ради него. И вот теперь она здесь, рядом с ним. И он предложил ей остаться. И это самое главное, большего ей и не надо.

Внезапно девушка замерла, всматриваясь на освещенную фонарями дорогу. На дороге, в паре метров от микроавтобуса стоял мальчик лет 8-9: тёмные короткие волосы, тёмные глаза, скорее всего карие, но сам разрез глаз был не совсем азиатский. Разрез быль чуть шире и глаза были не такими раскосыми. У него был аккуратный, почти аристократичный нос и пухленькие губы. Мальчик смотрел на Алекс, широко ей улыбаясь. Его улыбка казалась особенной и такой знакомой. У девушки всё сжалось внутри и она, не моргая, смотрела на ребёнка, прижав ладонь к стеклу. Мальчик помахал рукой девушке, что-то говоря. И тут же Алекс услышала его звонкий голос:

«Мамочка, скоро мы с тобой встретимся здесь, в этом мире. Осталось совсем чуть-чуть подождать. Я с нетерпением жду, когда мы будем друг у друга».

– Ёши! – тихо прошептала Алекс, прижавшись лбом к стеклу, не опуская руку. – Я тоже жду этого момента.

Микроавтобус качнулся и медленно поехал вперед. Алекс не сводила глаз с ребёнка, пока он не пропал из виду. Последнее, что она услышала, и мальчик пропал из виду:

«Я люблю тебя, мама».

– И я люблю тебя, мой мальчик, – тихо прошептала девушка и закрыла глаза. Её мечта сбылась. Приятная волна счастья согрела её сердце.

Микроавтобус набрал скорость и повёз девушку в новую, прекрасную жизнь.

Часть II

Глава 1

Прошло почти три с половиной месяца, как Алекс оказалась в Японии. Всё это время девушка всюду сопровождала Уесуги. Будь то концерт или эфир на радио, или TV-шоу, но девушка оставалась «за кадром». На концертах она находилась за кулисами вместе с Ханой, на радиостанции или в студии Алекс оставалась с Тоши.

Что самое интересное, теперь Уесуги не чувствовал слабости после очередного концерта. Выкладываясь по полной программе, он лишь чувствовал слабую усталость, но стоило оказаться рядом с Алекс, как и эта усталость куда-то испарялась.

Чтобы девушка не скучала во время эфиров Уесуги, Тоши вытаскивал Алекс на улицу и показывал город, прогуливаясь недалеко от здания, где находилась студия. Самым интересным оказался район Сибуя. Когда Уесуги работал там, Тоши каждый раз показывал девушке новые и интересные места.

С документами Алекс вопрос решился очень быстро. Буквально за неделю девушка обучила Ватари необходимым русским фразам, и того отправили в Россию за документами Алекс. В то же время, пока Ватари добирался до города девушки, Алекс дозвонилась домой. После долгих причитаний и успокаивания, девушка, наконец, предупредила родителей о приезде Ватари, попросив собрать необходимые ей вещи с документами и передать стаффу. После возвращения Ватари, Алекс оформили рабочую визу, так как она стала личным учителем Уесуги по русскому языку.

Почти середина июня. Самый разгар сезона дождей в Японии. У Уесуги снова было очередное шоу. Пока японец работал в студии, Алекс прохлаждалась в небольшой комнатке, недалеко от студии.

– Душно сегодня что-то, – пробормотал Тоши, настраивая кондиционер.

– Не то слово, – вздохнула Алекс, полулежа на диване и обмахиваясь какой-то папкой. – Вы-то привыкшие к такой духоте, а я жила на Севере и непривычная к этому.

– Неужели у вас там всегда холодно? – удивился стафф.

– Ну не всегда. Летом, когда на градуснике +15 для нас уже жара и все «раздеваются», – пояснила девушка.

– В +15? – Тоши даже развернулся.

– Ага, – вяло кивнула девушка.

Они замолчали. Ещё пару минут провозившись с кондиционером, Тоши, наконец, настроил его.

– Может, пойдём, прогуляемся? – стафф посмотрел на девушку. – Тут есть ещё парочка интересных мест.

– Ууу, там дождь и душно, – лениво простонала Алекс и осмотрела столы. – А воды нет?

Тоши тоже всё осмотрел.

– Нет, – он развёл руками и засмеялся: – Ты хочешь отправить меня за водой?

– Если тебе не сложно, – девушка тоже засмеялась и шутливо протянула: – Ну, пожааааалуйста! Иначе я умру без воды.

– Ага, Уесуги-сан меня потом убьёт, если ты умрёшь, – шутливо возмутился стафф. Алекс лишь умоляюще смотрела на Тоши. – Всё-всё, иду, – он направился к выходу, но в дверях обернулся: – Как обычно, без газа?

– Дааа. Спасибо тебе, Тоши.

Стафф кивнул и вышел. Алекс осталась одна. Глубоко вздохнув, она закрыла глаза и задремала. Но девушку разбудил какой-то непонятный звук. Складывалось такое впечатление, что по стеклу била ветка, но такого не могло быть, так как девушка находилась на 15 этаже. Тяжело вздохнув, Алекс поднялась и направилась к окну.

– Что за…? – девушка попыталась что-нибудь разглядеть, но она лишь увидела пасмурное небо.

Шорох у двери заставил девушку обернуться, но она не успела ничего разглядеть, кроме чего-то летящего прямо в неё.

– Осторожно!

Внезапно появившийся из ниоткуда незнакомец с криком подхватил Алекс, и они отлетели в сторону. Что-то просвистело почти у уха девушки и попало в стену.

– Ты как, в порядке? – незнакомец, не отпуская плеч Алекс, помог ей сесть. Он взволнованно смотрел на девушку.

– В порядке, – кивнула та, чувствуя, что на её правой ноге скоро нарисуется здоровый синяк от падения. – Ты кто? – Алекс внимательно посмотрела на незнакомца.

Это был молодой парень, лет девятнадцати. В его азиатской внешности было что-то европейское: неширокие дуги бровей волевого человека, раскосые глаза жителя востока, но с разрезом чуть шире, чем у коренного жителя Японии, форма носа европейских аристократов не портила его внешность, а пухлые губы с ямочками на уголках придавали ему какую-то детскую наивность. Длинные чёрные волосы были забраны в некое подобие самурайского хвоста на затылке, выбившиеся пряди волос падали ему на лицо. В целом, он был симпатичным парнем с хорошим, слегка накаченным телосложением.

Парень молчал, теперь уже растерянно глядя на Алекс.

– Так и будешь молчать? – девушка поднялась на ноги и отряхнула джинсы. – Ещё раз спрашиваю, кто ты такой? Да откуда вдруг появился?

В комнату вбежал Тоши:

– Алекс, всё в порядке? Что это был за грохот?

– Всё нормально, Тоши, – кивнула Алекс. – Ничего страшного не произошло, вроде, – она искоса посмотрела на незнакомца, который в надежде косился на дверь.

– Да? Ну, хорошо, что ничего страшного не произошло, – облегчённо выдохнул Тоши. Тут он заметил опалённую вмятину в стене. – Что это?! – он в два шага достиг стены, тем самым освобождая проход к двери.

– Это? – девушка на секунду отвлеклась на стену. – Я не знаю.

Незнакомец, тем временем, бросился к выходу. Выскочив в коридор, он бегом направился к лестнице, ведущей вниз.

– Эй! Стой! – оставив Тоши, Алекс кинулась за незнакомцем. – Стой, кому говорю!

Незнакомец, не оборачиваясь, бежал по лестнице вниз. Алекс отставала от него на пол пролета. Благодаря регулярным тренировкам с Уесуги у девушки выработалась отличная выносливость.

Парень выскочил на улицу и попытался скрыться в ближайшем квартале за углом здания.

– Ну, нет, я не сдамся! – пробормотала Алекс, не останавливаясь.

Забежав за угол здания, она увидела, как незнакомец пытается забраться на высокий забор, но у него это не получалось. Девушка остановилась.

– Стоять и не двигаться! – крикнула она, её крик казался оглушительным.

Парень, вздрогнув и съехав по забору на землю, замер, не оборачиваясь.

– Если ты мне сейчас же не скажешь, кто ты такой и откуда взялся, я не знаю, что с тобой сделаю, – пригрозила Алекс, медленно приближаясь к незнакомцу.

– Хорошо, хорошо, – парень обернулся, подняв ладони вверх. – Чёрт…

– Говори! – девушка почти вплотную подошла к незнакомцу. – Кто ты такой? И откуда вдруг взялся?

– Я? Человек, – парень развёл руками.

– Я вижу. Какого чёрта ты оказался здесь? – девушка сжала руки в кулаки, но затем распрямила указательный и средний пальцы на обеих руках, поддерживая их большими пальцами. – Лучше сразу говори всё. Я не очень-то хочу вытаскивать из тебя слова "клещами".

Незнакомец с опаской посмотрел на руки девушки. Кажется, он знал, что его ждёт, если он будет молчать.

– Я оказался здесь, чтобы спасти и предупредить тебя, – торопливо проговорил он. – Ты в большой опасности и не только ты. Вы в опасности.

– Кто мы?

– Ты и…хмм… Уесуги, – запнувшись, ответил парень.

– Уесуги? – эхом повторила Алекс, от неожиданности она расслабила пальцы.

– Вы оба, – выдохнул незнакомец.

– Что это за опасность?

– Я пока не знаю, – парень пожал плечами. – Поэтому я здесь. Но знаю, что эта опасность возникла месяца три назад. Что-то поспособствовало сдвигу космического баланса, и кое-кто прорвался сюда оттуда, откуда я.

– Откуда-откуда?

– Это не важно, – незнакомец нервно махнул рукой.

– Так, ладно, – Алекс устало вздохнула. – Как зовут-то тебя?

– Ёши… – парень снова запнулся и испуганно посмотрел на девушку.

– Как-как? – не расслышала та.

– Ёшичиро, – выпалил незнакомец, и снова повторил: – Ёшичиро. Меня зовут Ёшичиро.

– Ёшичиро, – эхом повторила Алекс.

Она совсем растерялась. Всё это как-то странно. Появился этот парень ниоткуда, утверждает про какую-то там опасность и какой-то там космический сдвиг. И имя его как-то смущает. И что-то в его внешности было не так… Только вот что?

– Ну ладно, мне надо идти, правда. Я должен найти то, что проникло сюда и несёт угрозу, – выпалив это, парень проскользнул мимо Алекс и скрылся.

Девушка лишь растерянно смотрела ему вслед.

– Да что ж такое-то?! Теперь со мной постоянно будет случаться какая-то ерунда?! – на русском воскликнула Алекс, подняв глаза к небу. Но ей никто не ответил. После того случая, когда она чуть не умерла, ни один из наставников пока не давал о себе знать. – Вообще шикарно! – сплюнула девушка и направилась обратно к зданию.

Не успела она войти в здание, как у неё зазвонил телефон. Это был Тоши:

– Алекс, ты где? Куда ты так стремительно убежала? – в его голосе слышалось волнение.

– Я в здании, не переживай, – вяло ответила Алекс, осматривая цокольный этаж. – Эээ, где тут лифт-то? Тоши, ты будешь смеяться, я не помню, как вернуться обратно.

– Ты забыла дорогу? Я сейчас… – начал, было, Тоши, но в трубке послышались голоса и шорох.

– Тоооши! Аллее! – протянула девушка в трубку и добавила по-русски: – Ну, ё-маё!

– Алекс? – в трубке раздался голос Уесуги.

– Упс, да, – осторожно ответила Алекс.

– Ну и где ты пропадаешь? Мы же договорились, что ты одна не будешь уходить, чтобы не потеряться, – в голосе японца промелькнуло недовольство. – Где теперь тебя искать?

– Простиии, – со слезами в голосе простонала девушка, – я не хотела. Тут просто произошло что-то непонятное…

– Расскажешь когда найдёшься, – холодно перебил её Уесуги. – Где ты?

– Я в здании, стою внизу в поисках лифта.

– Отлично, стой там и никуда не уходи, мы сейчас спустимся, – голос японца чуть потеплел.

– Хорошо, – Алекс весело кивнула, хотя тот её не видел.

Чтобы не мешаться людям, которые входили и выходили из здания, девушка облокотилась о стену у выхода. Первый раз она ослушалась Уесуги, но если бы она не побежала за тем парнем, то ничего и не узнала бы. Хотя то, что она узнала, мало помогло. Наоборот, только ещё больше запутало. Что могло нарушить космический баланс, который привёл к тому, что что-то опасное пробралось сюда откуда-то там, да ещё представляет опасность для Уесуги и Алекс? Откуда, чёрт возьми, взялся этот Ёшичиро? Кто он вообще такой? Если он пришел предупредить и спасти их, того какого чёрта сбежал, почти ничего не объяснив? Ну и как теперь найти этого парня, чтобы всё узнать?

– Алекс! – окрик Тоши вывел девушку из задумчивости.

Уесуги и Тоши подошли к ней.

– Вот ты где, потеряшка, – Уесуги с лёгкой улыбкой протянул Алекс её сумочку.

– Прости меня, пожалуйста, – девушка виновато посмотрела на японца. – Я, правда, не хотела подводить тебя и Тоши.

– Ничего страшного, главное ты не потерялась, – японец обнял девушку за плечи. Прижавшись щекой к виску Алекс, он прошептал ей на ухо: – Просто не делай так больше. Ладно?

– Я не буду так делать, если ты прекратишь «издеваться» надо мной, – пробормотала девушка, сдерживая дрожь.

– Издеваться? – удивился Уесуги, не меняя позы. – Когда это я так делал?

– Например, сейчас, – Алекс прикрыла глаза, но потом вырвалась из его рук. – Ты же прекрасно знаешь о моих чувствах и так себя ведёшь! По этому поводу мы вроде тоже договорились, нэ?

– Ну, тогда мы квиты, – засмеялся японец, – ты ослушалась меня, я ослушался тебя. Нэ?

– Так не честно! – возмущённо воскликнула девушка.

– Всё честно, – всё так же шутливо не сдавался Уесуги. – Ты же мне сама рассказывала про «закон бумеранга». Или уже забыла?

– Ааагрррр! Ненавижу тебя! – прорычала Алекс, нервно пытаясь накинуть ремень сумки на плечо, но тот постоянно спадал. – Да что ж ты!

Уесуги лишь засмеялся, наблюдая за девушкой:

– Эй, Тоши, она такая забавная, когда злится, нэ?

– Наверно, – осторожно ответил Тоши.

– Да хватит, сколько можно-то?! – не выдержала Алекс, воскликнув на русском.

– Эй, подожди! Ты меня ещё этому не учила! – возмутился Уесуги, не сбавляя шутливый тон.

– Так тебе и надо! – девушка расхохоталась, и злорадно посмотрела на него: – Будешь знать, как «издеваться» надо мной!

– А я вот как возьму и уволю тебя!

– Да? А я тогда заберу свой цветок обратно!

– Ты не сможешь. Как ты это сделаешь? – японец сложил руки на груди. – Он же теперь мой.

– Молча, – спокойно ответила Алекс. – Ничего, станет снова моим, – тут она замерла. – Тихо! Слышишь?

– Что такое? – Уесуги даже растерялся.

– Даже он со мной согласен! – девушка со смехом указала пальцем на живот японца.

– Кто? – удивился Уесуги, посмотрев на свой живот.

– Дак ты слушай, а не смотри! – прикрыв рот ладонью, смеялась девушка. Она ещё раз указал пальцем на его живот, тот не заставил себя ждать и заурчал.

– Ахахахаха! – Алекс почти согнулась от хохота.

– Так¸ всё, идём! – сдерживая смех, Уесуги схватил девушку за руку и потащил на улицу.

– Куда? – чуть не упав, Алекс потащилась за ним.

– Жьрать! – по-русски воскликнул японец, направляясь к ближайшему ресторану.

Тоши растерянно плёлся за ними.

– Ты на шоу не наелся? – устроившись за столиком в самом дальнем и тёмном углу ресторана, удивилась Алекс.

– Мы там вообще мало поели, – пожал плечами Уесуги и толкнул девушку в плечо. – Это всё ты виновата! Это ты на меня плохо влияешь, с тобой я всегда хочу есть.

– Когда ты уже устанешь это повторять? – Алекс картинно закатила глаза.

– Пока не вернусь к своему прежнему режиму питания, не устану, – в тон ей ответил японец, садясь напротив.

– Ню-ню, – скептически протянула девушка, листая меню.

– Нью-нью, – в тон ей повторил Уесуги, хватая второе меню.

Тут у Тоши зазвонил телефон.

– Я прошу прощения, но мне надо отлучиться, – поговорив по телефону, стафф обратился к японцу.

– Что-то случилось? – Уесуги посмотрел на стаффа поверх меню.

– Это Масанори, у него там какие-то проблемы и надо бы помочь, – пояснил Тоши, поднимаясь. – Ничего, если я покину вас?

– Конечно-конечно, – кивнул Уесуги.

– Нет! Тоши, не оставляй меня с ним наедине! – Алекс не удержалась от шутливого тона. – Он сведёт меня с ума!

– Да что ж вы все делаете из меня монстра?! – Уесуги схватил бумажную салфетку и, смяв её, бросил в Алекс.

Салфетка угодила девушке в лоб.

– Ах так? – Алекс задохнулась от возмущения, посильнее скомкав злополучную салфетку, она бросила её обратно в японца, посмотрев на Тоши: – Вот видишь?

– Эээ… Извини, Алекс, но мне надо идти, – он пожал руку Уесуги, помахал девушке и ушёл.

– Вот как ты меня любишь… – Уесуги обиженно посмотрел на Алекс. – Кричишь, что ненавидишь, делаешь из меня монстра, кидаешься салфетками… В России так показывают свои чувства? Не знал… не знал…

Девушка снова зарычала и, сложив руки на столе, уронила на них голову.

– Это какое-то проклятие уксуса! – глухо простонала она на русском.

Уесуги довольно захихикал.

– Извините, вы готовы сделать заказ? – к ним подошла официантка.

– Алекс, ты выбрала? – сделав заказ, японец потряс за руку Алекс, которая сидела в той же позе.

– Яду, пожалуйста, большой бокал яда мне, – приподняв голову, тихо сказала девушка так, что её услышал только Уесуги.

– Эээ нет, не надо тебе этого, – покачал головой японец, и посмотрел на официантку: – Ей тоже, что и мне.

Записав заказ, официантка удалилась.

– Ладно, всё, пошутили и хватит, – тон Уесуги стал серьёзным. – А теперь объясни мне, куда это ты сегодня сбежала?

– А? – Алекс подняла голову и села прямо. – Я сама толком не поняла, что произошло.

– Рассказывай, – махнул рукой японец.

– Ну, я попросила Тоши сгонять за водой. Он ушёл, а я задремала. Не знаю, может мне и приснилось, но я услышала звук, похожий на стучащую по окну ветку. Ну, я встала удостовериться в том, что не схожу тихо с ума. И тут вообще произошла какая-то непонятная ерунда. Что-то полетело в меня. Откуда-то появился незнакомый парень, который спас меня от этого чего-то летящего. А потом, когда прибежал Тоши, незнакомец сбежал, ничего не объяснив. Вот я и побежала за ним, – девушка почти на одном дыхании выпалила всё это.

– Ну, ты его хоть поймала? – Уесуги снова не смог удержаться от шутливого тона.

– Конечно! – заверила его Алекс.

– Ты его пытала? – японец лукаво посмотрел на девушку.

– Да Уесуги, перестань! – девушка даже хлопнула ладонью по столу.

– Ладно-ладно. Ты хоть узнала у него, что это всё было?

– Он сказал, что типа что-то там нарушило космический баланс, и какая-то непонятная ерунда оказалась здесь. И она несёт угрозу. Типа он тут, чтобы спасти и предупредить нас, – пожала плечами Алекс.

– Нас? Кого нас? – не понял Уесуги.

– Как он сказал, в опасности я и ты, – даже немного беспечно ответила девушка.

– Даже так? – в голосе японца послышались нотки недоверия.

– Ну, типа того, – кивнула Алекс. – Я сама не знаю, как на это реагировать. Верить или нет. Появился неизвестно откуда, мне стало интересно кто он такой, поэтому я и побежала за ним, – и тихо добавила по-русски: – Вдруг откуда невозьмись ниоткуда не взялось.

– Что ты там всё по-русски бормочешь? Или опять материшься?

– Ну да, – беззаботно подтвердила Алекс, – не переживай, я и нашим словечкам тебя научу.

– Только если для того, чтобы я понимал тебя и давал подзатыльник, когда ты материшься, – прыснул Уесуги.

– Ну, вот и как после такого учить тебя русскому? – девушка откинулась на спинку стула и показала японцу язык. – А вот не буду я учить тебя матам и всё!

Принесли еду.

– Это мы ещё посмотрим, будешь или не будешь, – туманно пробормотал Уесуги. – Приятного аппетита.

– Это угроза? – Алекс подалась вперёд.

– Не знаю, – японец беспечно пожал плечами и принялся за еду.

– И тебе приятного аппетита, – пробормотала девушка, уткнувшись в тарелку.

Глава 2

На этой неделе у группы Уесуги по графику намечался концерт в Окинаве. За день до концерта японец и девушки приехали в город. Остальные участники команды и стаффы прибыли в префектуру на день раньше. Как всегда перед репетицией, все отправились на тренировку.

– Хехей! Уесуги-сан! – все поприветствовали появившихся в спортивном зале Уесуги и Алекс. – Привет, Алекс!

– А где Тоши? Где Джим? – Алекс огляделась, приступая к разминке.

– Тоши, вроде остался в Токио, а Джим где-то здесь ходит, – ответила Хана и подмигнула: – Завтра опять будем зажигать за кулисами?

– А то! – девушка тоже подмигнула и начала делать наклоны.

– Ниже-ниже! Локтями до пола, – проходящий мимо Уесуги не мог промолчать. – Ну, кто так разминается?

– Злой ты, уйду я от тебя подальше, – Алекс тяжело вздохнула и направилась к велотренажеру.

– Кто? Я злой? – японец ткнул себя пальцем в грудь.

– Нет, блин, я! – крикнула ему в ответ Алекс, яростно круча педали.

– Ладно-ладно, – пробормотал Уесуги, направляясь к штанге.

– И даже не думай кидаться блинами! А то потом будет много проблем, чтобы избавиться от трупа, – вслед ему добавил девушка.

– От твоего что ли? – хохотнул японец. – Эй, Хироки, брось мне вон тот широкий блин, его тут одна девушка очень просит.

Но светловолосый танцор, сдерживая смех, наблюдал как Уесуги и Алекс перекрикиваются через весь зал.

– Меня за ногу! Дай спокойно позаниматься! – Алекс закатила глаза, перескакивая с русского на японский язык.

– Ещё чего! Размечталась! – фыркнул Уесуги. – Сама напросилась.

– Чем это?

– А ты подууумай.

– Ага, щас! – теперь девушка фыркнула. – Не хочу я думать.

– Твои проблемы, – пропыхтел японец, поднимая штангу.

– Ну, вот и всё!

Наконец они замолчали.

– Где? Где они? – где-то у входа в зал послышался голос Джима. Войдя в зал, он направился к Уесуги. – Привеет! А где Алекс?

– Не знаю, где-то под блином наверно лежит, – японец, хохотнув, беспечно пожал плечами, в него тут же полетело полотенце. – Ах ты…!

– Плохо да, когда я стала понимать и говорить по-японски? – в другой части зала послышался голос Алекс.

– Алекс! – Джим поспешил к ней. – Привеет!

– Привет! – ответила девушка, увернувшись от летящего в нее полотенца. – Ааааа!

– Хехей! – обняв девушку за талию, американец приподнял её и крутанулся на месте. – Как дела?

– Как видишь, меня пытаются убить полотенцем, – усмехнулась Алекс, опасливо косясь в сторону Уесуги.

– Уесуги-сан, как у тебя рука поднимается на такое? – захохотав, Джим посмотрел на японца.

– А это ты у неё спроси, – в тон ему ответил Уесуги, берясь за гантели, – сама напросилась.

Заметив это, Алекс с хихиканьем спряталась за спину американца.

– Ты что-то сделала? – обернувшись, Джим посмотрел на девушку.

– Ничего я не делала, это он издевается надо мной, – Алекс картинно изобразила плачь, повернувшись спиной к тому месту, где находился Уесуги. – Всё издевается и издевается. Даже яду не даёт мне выпить, чтобы полегче стало.

– Какой к чёрту яд! – кто-то с силой шлёпнул её полотенцем по спине.

– Ах ты…! – девушка резко развернулась и ловко поймала полотенце. Вырвав его из рук японца, она начала им угрожающе размахивать перед носом Уесуги. – Ну, давай, давай! Кто кого!

Между ними завязалась лёгкая драка на руках. Все, кто находился в зале, перестали заниматься и со смехом стали наблюдать за этой «дракой».

– Каждую тренировку почти одно и то же, – вздохнул Такиро.

– Как думаешь, на этот раз кто кого? – хохотнул Дзёнти.

– Что-то сегодня мне кажется, Уесуги проиграет, – пробормотал Джим, заметив, что девушка лидирует.

– Может пора уже ввести ставки? – предложил бас-гитарист.

– Давно пора! – подошедший Тацуя хлопнул его по спине. – Только вот, я не знаю, на кого и ставить-то?

– А мы на этот раз просто посмотрим. А в следующий раз уже начнём делать ставки, – не растерялся Дзёнти.

Тем временем, Алекс увернулась от просвистевшей мимо её уха руки японца и попыталась нанести ответный удар. Уесуги ловко парировал его и схватил девушку за руки, тем самым почти обездвижив её. Пару секунд они стояли друг против друга без движения.

– Алекс, ты снова проиграешь, – усмехнулся японец.

– Ты уверен? – пропыхтела Алекс. – Я так не думаю.

– Э? – Уесуги вопросительно посмотрел на девушку.

Девушка улыбнулась уголками губ. Схватив противника за руки, Алекс развернулась к нему спиной и перекинула японца через плечо. Тот с грохотом шлёпнулся на пол. Девушка тут же села на него верхом, сжав кулаки, но затем она распрямила указательный и средний пальцы на обеих руках, поддерживая их большими пальцами. Алекс направила руки на шею Уесуги.

– Дак кто у нас там снова проиграет? – торжествующе спросила девушка.

Наблюдавший за этим Ватари, нервно потёр шею. Он до сих пор не мог забыть то ощущение, когда девушка на несколько секунд лишила его дыхания.

– Ладно-ладно, сдаюсь, – японец раскинул руки и опустил на пол приподнятую голову.

– Вот так-то! – Алекс встала и, как ни в чём не бывало, направилась к силовым тренажерам.

Уесуги сел и тряхнул головой.

– Что, жалеешь, что научил её единоборствам? – захохотал Дзёнти.

– Да нет, – японец пожал плечами и поднялся на ноги. – Всё, концерт окончен, можете продолжать тренировку.

Дальше тренировка прошла без драк и шуток. После неё, по плану намечалась репетиция. Почти до вечера команда провозилась на репетиции. Всё это время Алекс находилась в репетиционном зале за нэтбуком, ползая в интернете. Как только Ватари привёз девушке её нэтбук, она, наконец, смогла зайти в российскую социальную сеть. Вот и сейчас она ползала по сайту. Теперь уже ей мало кто писал. Ажиотаж по поводу её переезда в Японию уже давно прошёл. И теперь, как было и раньше, девушке мало кто писал. Только самые близкие друзья.

– Эй, Алекс, знаешь, что у меня есть? – Джим присел на диванчик рядом с девушкой, пока Уесуги решал какие-то вопросы со стаффами.

– В смысле? – не поняла Алекс, отвлекаясь от нэтбука.

Жестом волшебника американец достал из кармана штанов флешку.

– Что там? – девушка непонимающе смотрела на флешку.

– Давай компьютер, я покажу, – загадочно усмехаясь, Джим аккуратно взял нэтбук девушки.

Американец вставил флешку, немного покопался в файлах, и на экране появилась фотография. На снимке были Алекс и Уесуги, находящиеся в гримёрной. Они сидели рядом на диванчике. На коленях японца лежал ноутбук. Девушка тоже сидела с нэтбуком на коленях. Но самое смешное было в фотографии то, что Уесуги дремал, уронив голову на плечо Алекс, а та, тоже дремала, опустив голову на японца.

– Боже мой! Откуда это?! – удивлённо воскликнула Алекс и, не выдержав, захохотала. – Когда вы успели это сфотографировать?

– С прошлого концерта, – смеясь, ответил Джим. – Я проходил мимо, а дверь была приоткрыта. Вы там мило смотрелись, что я не удержался от того, чтобы сфотографировать это.

– Мило смотрелись? – девушка с хохотом рассматривала фотографию. – Это жесть какая-то!

– Что там у вас? – Уесуги плюхнулся на диванчик по другую сторону, рядом с Алекс, пытаясь заглянуть в монитор.

– Джим снял на нас компромат, – Алекс взяла нэтбук и развернула его в сторону японца.

– Это что вообще такое? – Уесуги удивлённо рассматривал фотографию. – Когда это было?

– На прошлом концерте, – ответил Джим.

– Не помню такого! – японец замахал руками, но было видно, что он перешёл на шутливый тон. – Может выложить это фото в блоге?

– Ага! Совсем что ли? – возмутилась Алекс. – Меня твои фанаты с потрохами съедят!

– А ты их боишься? – усмехнулся Уесуги.

– По ходу, после тебя, мне уже ничего не страшно, – в тон ему ответила девушка. – Делайте что хотите, но фотка забавная. Скину-ка я её себе, – она закрыла приложение и быстренько скинула фотографию, повернувшись к Джиму: – Больше никаких фоток нет?

– Пока нет, – развёл руками тот и добавил: – Хотя, пора бы начать снимать ваши драки и перепалки.

– И выложить их в интернет, – влез Уесуги.

– Тогда уж лучше снимать видео, – подхватила Алекс. – Я тогда специально буду погромче орать русским матом.

Они дружно засмеялись.

– Давай, собирайся, – отложив ноутбук, велел Уесуги, когда Алекс вышла из душа.

Они уже были в номере. На этот раз у японца был большой номер, с двумя комнатами: спальней и, так называемой, гостиной комнатой, в которой находились телевизор, небольшой диван, два кресла, стоящих напротив друг друга, а посреди них стол небольшой журнальный столик со стеклянной столешницей.

– Куда? – Алекс даже выронила полотенце, которым вытирала мокрые волосы. – Ты же сказал, что на сегодня у тебя ничего не запланировано, и ты будешь работать над сценарием.

– Мы же в Окинаве. А когда ты здесь, надо обязательно насладиться варабимоти, – Уесуги хлопнул себя по коленям. – Так что мы идём за ними.

– Что это такое? – не поняла девушка, поднимая и встряхивая полотенце.

– Это популярные вагаси Окинавы, – пояснил японец.

– А теперь для особо одарённых, что такое вагаси? – поджав колено, Алекс присела на край кресла напротив Уесуги.

– ООоо! Как всё запущено! – протянул тот. – Вагаси-это традиционные японские сладости. Да и ты, кстати, за всё время пребывания в Японии так ни разу и не пробовала наши сладости.

– Ты же не любишь сладкое! – удивилась девушка.

– Это не такое сладкое, которое распространено на западе. Эти сладости готовятся из натуральных продуктов, никакого сахара и животных жиров.

– Вот как, – кивнула девушка. – И сколько у меня времени на сборы?

– Пять минут, – усмехнулся Уесуги.

– Издеваешься?

– Даже не думал, – японец пожал плечами. – За двадцать минут управишься?

– Думаю, да, – Алекс скрылась в ванной.

Вскоре загудел фен. Уесуги расслабился в кресле, ожидая девушку. Уже более трёх месяцев она повсюду с ним и ещё ни разу не сдалась. Хоть бы раз, за всё это время он услышал от неё отказ идти туда, ехать туда, но нет, она покорно собиралась и следовала за ним. Даже его охранники постоянно сменяли друг друга, так как не выдерживали его графика. Складывалось такое ощущение, что Алекс ещё до появления в Японии, была уже готова к такому ритму жизни. Её выносливость можно было сравнить с выносливостью Уесуги. Хотя и тот иногда сдавал и засыпал сидя за столом или на стуле. Да и это забавное фото. Джим молодец, поймал момент, когда они одновременно задремали, чуть ли не друг на друге. Но самое интересное было не это. Когда Алекс находилась рядом с ним, он больше не чувствовал того горького одиночества, что пряталось глубоко внутри, и которое он скрывал своим бешеным ритмом жизни. Эта девушка не только подарила ему свой цветок жизни, благодаря которому он больше не чувствует недомоганий, но и смогла заполнить своим светом ту пустоту, что образовалась со временем из-за этого проклятого чувства одиночества.

Он так до сих пор не понял, почему он не смог позволить ей умереть, почему не отправил её обратно в Россию. Но если бы он позволил произойти чему-то одному, то точно пожалел бы о содеянном. За всё это время он даже привык, что она постоянно рядом, что когда закончится концерт, съемки или эфир, она будет ждать его. Он не хотел, что бы она скучала, пока он занят, поэтому попросил Тоши показывать девушке город. Уесуги настолько привык к ней, что мог позволить вести себя с ней, как с лучшим другом, не боясь её обидеть, и она отвечала ему тем же. Что стоят эти постоянные шутливые перепалки и драки. С ней на самом деле было весело.

– Мне осталось только одеться и я готова, – девушка выскочила из ванной и поспешила в спальню, где находились сумки с одеждой.

Уесуги даже не шелохнулся, плавая в своих мыслях. Где-то он слышал, что иногда бог дарит людям подарки, «заворачивая» их в обёртку из проблем или неприятных ситуаций. Может Алекс и есть подарок от бога? Неспроста же она просто так появилась в Японии. Если бы она приехала сюда, то можно было подумать иначе, а так… Очень похоже на чудо.

– Я готова, – Алекс вышла из спальни.

На ней были узкие светлые джинсы, зелёный, с оттенком бирюзы топ, поверх которого девушка накинула белый хлопковый пиджак, так же, на ней снова были надеты туфли на каблуке.

– Ты ещё не устала от каблуков? – осмотрев девушку, глупо спросил Уесуги.

– А ты нет? – Алекс кивком указала на туфли японца, на которых тоже был небольшой каблук.

– Ну, по сравнению с твоими десятисантиментровыми каблуками, мои вообще не ощутимы, – Уесуги поднялся. – Пошли, давай, а то всё закроется.

Уже в лифте Алекс в голову пришла мысль:

– Погоди, а почему это ты кого-нибудь не отправишь за этими вагаси?

– Я люблю сам их покупать, – японец поправил солнечные очки.

– Солнце светит мне в глаза – загорай моя спина, – пробормотала Алекс.

– Что-что? – не расслышал Уесуги.

– А? Нет, ничего, просто мысли вслух, – девушка махнула рукой.

Как и в Токио, в префектуре было так же пасмурно, но дождя не было.

– Люблю Окинаву, за её свежий воздух, – выйдя на улицу, Уесуги глубоко вдохнул воздух родной префектуры.

– Да, по сравнению с Токио, здесь намного свежее, – подтвердила Алекс.

– Идём, нам туда, – японец указал влево и направился туда.

Девушка поспешила за ним.

Торговый центр оказался недалеко от гостиницы, поэтому они быстро до него добрались. В здании было шумно.

– Оооо! Сколько же здесь народа! – протянула Алекс.

Она ещё так и не смогла привыкнуть к большому количеству людей в общественных местах.

– Мне уже начинает казаться, что у тебя фобия на большие толпы людей, – прыснул Уесуги, направляясь к эскалатору. – Нам наверх.

Наконец, они оказались у лотков со сладостями.

– Боже мой, сколько тут всего! – воскликнула Алекс, разглядывая витрины.

– Это ещё мало. В Токио вагаси намного больше, – заметил Уесуги. – Ну, что будем?

– Я не знаю, – девушка растерянно пожала плечами. – Я в них вообще не разбираюсь, так что командуй ты.

– Ну, смотри, это ампан – крутая выпечка, наполненная пастой из бобов адзуки. Есть ампан с пастой из белых бобов, из кунжута или каштана, – японец указывал на вкусности, рассказывая о них, – а это дораяки – бисквиты с пастой бобов адзуки. Вон там кинцуба – жареный пирожок с начинкой из пасты адзуки. О! Рисовые вкусняшки. Дайфуку – рисовая лепёшка с начинкой анко. Да тут ещё есть начинки на выбор: паста из бобов фасоли адзуки, с клубникой и анко.

– Погоди-погоди! Что такое анко? – перебила Алекс, пытаясь вникнуть, что и как.

– Это сладкая бобовая паста, уваренная с мёдом или сахаром, – пояснил Уесуги. – Поехали дальше… Что тут ещё интересного есть? Данго – шарики из толчёного риса мотигомэ. Их тут несколько видов: гома – посыпанные семенами кунжута, митараси – политые сиропом из соевого соуса, сахара и крахмала, тяданго – эти уже ароматизированы зелёным чаем и посыпаны его же листочками. А вот и наши популярные варабимоти! – японец остановился и посмотрел на Алекс: – Что будешь?

– Ээээмм… Сказать по правде, у меня каша в голове, – растерянно ответила девушка. – Я уже ни черта не понимаю, что есть что.

Уесуги прыснул.

– Ничего смешного здесь нет, – проворчала Алекс. – Если я стала говорить по-японски, то это не значит, что теперь и во всём разбираюсь.

– Ладно-ладно, – японец ещё раз оглядел витрину и снова посмотрел на девушку: – Доверяешь моему вкусу?

– Ну да. Что мне ещё остаётся делать? – девушка развела руками.

Набрав различных сладостей и зелёного чая, Уесуги обернулся к Алекс:

– Обратно в номер или здесь поедим? Хотя здесь есть опасность, что меня узнают…

– Тогда лучше обратно в номер.

– На вот, попробуй пока тяданго, – Уесуги протянул девушке завернутую в салфетку сладость.

Посмаковав немного тяданго, Алекс пробормотала:

–Что-то они совсем не сладкие.

– А они не должны быть сладкими, я же говорил.

– Непривычно, – девушка посмотрела на японца, дожёвывая сладость. – Я привыкла к более сладкому.

– Ты прямо как Джим, – проворчал Уесуги. – Я сейчас, подожди здесь, – сунув пакет девушке, он направился к соседним прилавкам.

Алекс проводила японца непонимающим взглядом. Через пару минут он уже возвращался обратно, неся в руках баллончик со сливками.

– Думаю, со сливками будет слаще, – он потряс баллончиком. – По крайней мере, Джим так делал и говорил, что вроде ничего вкус.

– Уммм, – девушка лишь тряхнула головой.

Наконец, они вернулись в номер.

– Приступим! – Уесуги довольно потёр ладони, разложив на столике сладости и сев на диван. С лицом довольного кошака он начал уминать варабимоти. – С детства их люблю.

Алекс присела рядом и нерешительно попробовала небольшой кусочек. Да, это не те привычные для неё сладости. И вкус у них был какой-то непонятный. Девушка недоумевала, зачем в них добавляют соевый соус.

– Попробуй со сливками, тебе должно понравиться, – с набитым ртом предложил японец, встряхивая баллончик. Но он случайно нажал на клапан, и струя сливок брызнула на Алекс.

– Твою мать! Ты специально что ли?! – возмутилась девушка, обтираясь салфеткой.

Уесуги прыснул:

– Оно само, честно!

– Ну-ну, – Алекс швырнула салфетку на столик.

– Да я серьёзно! – всё ещё улыбаясь, воскликнул Уесуги и снова встряхнул баллончик. – Давай, бери варабимоти, я буду аккуратен.

Недоверчиво посмотрев на него, девушка потянулась за сладостью. Не успела она взять её, как в неё снова полетели сливки.

– Твою мать! – Алекс вскочила на ноги.

Уесуги бросил баллончик и соскочил с дивана, дожёвывая сладость и довольно ухмыляясь.

– Ну, всё, ты сам напросился! – угрожающе воскликнула Алекс, хватая с дивана брошенный Уесуги баллончик со сливками, и яростно его встряхивая. – Теперь я точно за себя не отвечаю!

– Алекс! Алекс, я пошутил! – японец поднял ладони вверх, пятясь к окну. – Я, правда, не хотел. Оно само брызнуло!

– Даа, конечно, – скептически протянула девушка, держа баллончик наготове. – Сейчас проверим, как оно само брызнуло, – она с силой надавила на клапан.

Струя сливок брызнула на Уесуги. Миг, и лицо японца оказалось в сливках. Девушка расхохоталась:

– Кто тут хотел фруктов со сливками?

– Я смотрю, ты совсем страх потеряла, – косясь на Алекс, Уесуги стряхнул с себя сливки, и облизал пальцы. – Теперь я точно разозлился.

Японец в два шага достиг Алекс и схватился за баллончик. Уесуги попытался направить его на девушку и нажать на клапан. Струя сливок устремилась вверх, и теперь уже оба были в них.

– Вот теперь никому не обидно, – пропыхтел Уесуги, пытаясь отобрать баллончик у Алекс.

– Ты первый начал! – не сдавалась девушка.

Теперь уже палец девушки надавила на клапан. Новая порция сливок окатила обоих.

– Чёрт!

– Да ну блин!

Уесуги и Алекс воскликнули одновременно. Баллончик выскочил из их рук. Японец и девушка замерли, наблюдая, как он, вращаясь, полетел вверх. Ещё секунда и оба кинулись за ним, но промахнулись. Уесуги налетел на девушку, и они упали. Японец не растерялся, приобняв Алекс одной рукой за талию, другую руку он подложил ей под голову, тем самым смягчая удар, так как девушка полетела на пол, а Уесуги свалился сверху. Упав, Уесуги не выдержал и захохотал, уронив голову на шею Алекс. Та тоже не сдержалась и подхватила смех.

– Давно я так не веселился, – сквозь смех простонал японец.

– Да вообще, – фыркнула девушка, добавив по-русски. – Зашибись.

– Ты опять материшься? – Уесуги поднял голову и посмотрел на Алекс.

– Вот сейчас как раз мата и не было. Я не знаю, какой японский аналог подобрать к этому слову, – ответила девушка.

– Ну-ну, – недоверчиво протянул японец.

– Ну-ну, – в тон ему протянула девушка.

Уесуги не сводил с неё глаз. Их лица находились в опасной близости. Алекс судорожно вдохнула и выдохнула, глядя на японца. Надо бы давно отшвырнуть его от себя и подняться, но девушка лежала не двигаясь. Уесуги в тот момент тоже думал, что пора бы подняться, но всё же, он не выдержал и поцеловал девушку. Алекс не смогла устоять и ответила на поцелуй.

– Уесуги, может лучше не… – начала было Алекс, когда японец отстранился, но тот перебил её.

– Т-ш-ш-ш-ш, – он убрал руку с талии девушки и прижал большой палец к её губам, но, не сдержавшись, снова поцеловал.

Наслаждаясь поцелуем, он понял, что не может остановиться. Сердце бешено заколотилось в его груди. Внизу живота то нарастал, то убывал приятный холодок. Всем своим существом он захотел слиться с девушкой воедино здесь и сейчас. Внезапное осознание пронзило его сердце, его душу, и теперь он точно уже не остановится, но всё же, он попытался взять над собой контроль.

– Если ты не хочешь, то я не… – прошептал он, касаясь губами губ Алекс.

– Да катись оно всё лесом! – пробормотала Алекс и, теперь уже сама поцеловала Уесуги.

Японец всё понял. Он сел, собираясь снять с девушки футболку, но Алекс опередила его. Она распахнула его рубашку, сорвав застегнутые пуговицы. Уесуги только оставалось избавиться от рубашки.

– Надеюсь, это не твоя любимая рубашка, – пробормотала девушка.

– Плевать! – японец сорвал с неё футболку.

Всё также, не отрываясь друг от друга, они поднялись на ноги. Сбивая всё на своем пути, они добрались до спальни. Наконец, оба избавились от одежды и упали на кровать.

Казалось, прошла целая ночь, когда оба наконец-таки уснули. Впервые за столько времени Уесуги по-настоящему уснул.

Глава 3

Алекс открыла глаза, ощущая что-то тяжелое на груди. Это оказалась рука Уесуги. Протерев глаза, она посмотрела на мирно сопящего рядом японца.

– Боже мой, – она закрыла ладонями рот, а затем и всё лицо.

Душ, ей нужен холодный душ. Осторожно убрав руку Уесуги, девушка тихонько встала, чтобы не разбудить его. Подобрав своё белье, она на цыпочках вышла из спальни. Выйдя из душа, Алекс прислушалась, но было тихо, Уесуги всё ещё спал. Наконец он хорошенько выспится.

Девушка посмотрела на часы. Полдесятого утра. Первый раз Алекс проснулась раньше японца. Закутавшись в халат, она подошла к окну и посмотрела на утренний город. Всё те же серые облака, и дождь стоял стеной. В её родном городе не было таких дождей, с крупными каплями. Кому-то такая погода могла принести грусть, но внутри Алекс всё сияло.

Она не знала, что будет дальше, после этой ночи? Как поведёт себя Уесуги? Скорее всего, всё останется как прежде. И надо вести себя так же, как и прежде. Как будто ничего и не было. Конечно, в её душе теплилась надежда на то, что теперь они буду друг другу больше, чем друзья. И опять всё зависит от Уесуги. Возможно, он оставит всё, как есть. Но ничего страшного, она примет и переживет это.

Алекс обняла себя за плечи и глубоко вздохнула. Наверно, и правда, лучше сделать вид, что ничего не было. Ведь одна ночь ничего не меняет. Пусть всё будет так, как будет. Время покажет.

– Ты уже встала? – послышался за спиной девушки голос Уесуги. – Давно я так долго и хорошо не спал.

– Да, совсем недавно, – ответила та, не оборачиваясь.

По правде говоря, она вообще не знала как себя вести и что говорить.

– Закажешь завтрак? А я пока в душ, – быстро проговорил японец и скрылся за дверью.

Чёрт возьми! Он тоже не знал как себя вести и что говорить. Эта ночь перевернула всё. Он, конечно, предвидел, что это когда-нибудь да могло произойти, но он не знал, что за этим последует. Надо что-то сказать, что-то сделать. Но что? Со стороны могло бы показаться, что он просто воспользовался чувствами девушки. Но это не так, у него и в мыслях этого не было. Да и это осознание… Почему эта девушка каждый раз круто всё переворачивает?

Когда Уесуги вернулся в гостиную, завтрак уже был на столе. Недоеденные сладости, аккуратно сложенные, лежали на краю столика. Баллон со сливками валялся почти у самого окна. Футболка Алекс и разодранная рубашка Уесуги аккуратно лежали на спинке дивана. Алекс сидела в кресле.

– Чай? – спросила она, держа в руках дымящуюся чашку.

– Да, наверно, – кивнул японец, и сел в кресло напротив. – Послушай, Алекс, эта ночь…

– Ничего не говори, – мягко перебила его девушка, – всё в порядке, правда. Я не буду там ничего требовать по поводу этого в плане отношений. Можно просто всё оставить как есть, – она налила ему чай.

– Ты действительно так хочешь? – Уесуги даже растерялся.

– Наверно, – тоже как-то растерянно ответила Алекс, – я же говорила, что не хочу обременять тебя своими чувствами, – и, силившись, выдавила: – Было и было.

– Как пожелаешь, – опустив голову, пробормотал японец.

Хотя он хотел совсем не этого. Он думал, что после этой ночи их отношения изменятся, но раз Алекс так хочет, то пусть будет так.

Почти не разговаривая, они собрались не тренировку. Как бы они не решили, что всё останется как прежде, ни Уесуги ни Алекс уже немного опасались шутить друг над другом, как раньше. Ни у одного, ни у второй не получалось вести себя как ни в чём не бывало. Эта ночь и правда всё изменила. Только вот к лучшему или к худшему? Никто не мог ответить им на этот вопрос, кроме их самих.

Тренировка проходила на удивление команды спокойно. Никто не шутил, не перекрикивался через весь зал. Японец и девушка занимались, не проронив ни слова друг другу.

– Что за кошка между вами пробежала? Вы поругались? – не выдержав, Джим подошёл к лежащей на тренажере для ног Алекс. – Где ваши шутки и приколы? Даже как-то скучно стало…

– Нет, Джим, всё нормально, – не прекращая упражнения, пропыхтела девушка, – просто сегодня нет настроения на шутки.

– Понятно, – пробормотал американец, подозревая, что всё-таки что-то не так. Он направился к Уесуги, который пыхтел под штангой. – Уесуги, я не могу понять, где ваше веселье? Что-то случилось?

– А? – японец отложил штангу и сел. – Ничего не случилось.

– Конечно, – скептически протянул Джим, – я же вижу, что что-то не так. Между тобой и Алекс что-то произошло?

От этого вопроса Уесуги даже вздрогнул. Произошло! Конечно, между ними кое-что произошло, но Алекс не захотела это обсуждать, а он не мог понять почему. Зная, что она чувствует к нему, он ожидал от неё совсем другой реакции, но никак не это. По идее это он должен был говорить о том, чтобы всё оставалось как прежде, но вместо этого, переживает он! А Алекс спокойно снует от тренажера к тренажеру, как будто ничего и правда не было. Что за чёрт?!

– Джим, всё в порядке, не переживай, – Уесуги пожал плечами. – Просто мы вчера переели сладостей.

– Ооо! Алекс, наконец, попробовала традиционные вкусняшки? – радостно проговорил американец. – И как они ей?

– Джим, спроси у неё сам, – японец встал и направился к тренажеру для спины. – А вообще, ты заниматься сегодня думаешь?

– Да что сегодня с вами такое? – возмущённо воскликнул Джим. – Не поверю, что вы сегодня такие невеселые из-за каких-то сладостей!

– Джим, всё и правда в порядке, ты слишком много думаешь, – Алекс похлопала американца по плечу и, взяв гантели, ушла в противоположную часть зала.

– Драки сегодня не будет? – уточняюще спросил Дзёнти, сидя у стены с зеркалом.

– По ходу нет, – Джим развёл руками и сел рядом с басистом.

– Между ними и правда что-то произошло, – к ним присоединился Такиро. – Они ещё ни разу такими не были.

– Да это и ежу понятно, – американец взмахнул руками.

– Зная Уесуги, он всё равно ничего не скажет, даже под пыткой, – заметил Такиро. – Поэтому лучше просто не вмешиваться. Я уверен, сами разберутся.

– Думаешь? – Джим с надеждой посмотрел на гитариста.

Тот утвердительно кивнул. Джим посмотрел сначала на Алекс, затем на Уесуги. Оба занимались в разных углах зала с отсутствующим видом. Почему, чёрт возьми, его так это волновало? С корыстной точки зрения он должен бы радоваться этому, так как Алекс была ему симпатична. Можно было попытаться пофлиртовать с ней. Но Джим не мог этого сделать. Что-то останавливало его, но он не мог понять что. На данный момент он хотел бы, чтобы японец и девушка помирились, чтобы в зале снова воцарилась атмосфера веселья.

– Джим, мы не клоуны, чтобы вас тут веселить, – не удержался Уесуги, проходя мимо.

Он снова направился к штанге.

– Да я… – начал, было, американец, но потом лишь просто махнул рукой.

И правда, пусть сами разбираются.

На репетиции, Алекс как всегда сидела в зале, но теперь она не наблюдала за репетицией, а сидела за нэтбуком, изредка поднимая голову на сцену. Уесуги решил на время отключить разум и полностью погрузиться в репетицию, но у него это мало получалось. Он постоянно думал об Алекс, и эта ночь не выходила из его головы.

И вот уже приближалось начало концерта. Зал, как обычно был переполнен. Вся команда была готова к выходу. На этот раз у Уесуги не было отдельной гримёрной. Вся команда находилась в одном большом помещении.

Как всегда, речь перед началом концерта, и команда направилась к сцене. Хана и Алекс как обычно поспешили за ребятами. Снова всё по старой пластинке. Сначала на сцену, под крик фанатов, выходили музыканты, а последними выходили Джим и Уесуги. Джим уже отправился на сцену, а японец немного замешкался. Он остановился и обернулся к Алекс. Но та лишь, молча, смотрела на него.

«Ну, так тому и быть», – подумал Уесуги и, отвернувшись, медленно пошёл к сцене.

– Уесуги! – девушка бросилась к нему, схватив его за руку.

– Что? – тот снова обернулся и посмотрел на свою руку, а затем на Алекс.

Девушка приникла к нему.

– Я хотела пожелать удачи, – почти касаясь губами его уха, сказала она.

– Спасибо, – Уесуги приобнял девушку и, отпустив её, отправился на сцену.

Зал снова взорвался криком и визгом. Простояв две песни, девушка поняла, что сегодня она не сможет веселиться.

– Я пойду, посижу в гримёрке, – прокричала она на ухо Хане.

– А что так? – удивилась та.

– Настроения что-то нет, – ответила Алекс, и покинула закулисье.

На третьей песне Уесуги заметил, что Алекс нет за кулисами. Куда она делась? Что же с ней такое происходит? Сама же решила, что всё остается как прежде, а ведёт себя… Без её присутствия неподалёку у японца почти пропал весь драйв. Он уже и забыл как это, выступать без девушки за кулисами. Сегодня придётся вспомнить, какого это. Главное, чтобы она снова не потерялась. Наконец, концерт завершился. Так ещё Уесуги не приходилось выступать, но теперь всё позади.

– Где Алекс? – вернувшись за кулисы, спросил он у стоявшей там Ханы.

– Ушла в гримёрку, – пожала плечами та, – говорит, настроения у неё нет.

– Понятно, – японец направился в гримерку.

Как Хана и говорила, девушка находилась там. Она стояла у окна, обняв себя за плечи.

– И это ты называешь оставить всё, как было раньше? Вести себя, как ни в чём не бывало? – не выдержал Уесуги.

– О чём ты? – не поняла девушка, обернувшись.

В гримерку начали заходить ребята.

– Может, всё-таки поговорим? – японец схватил девушку за руку и вывел в коридор, подальше от двери.

Музыканты проводили их удивлённым взглядом.

– А что не так? – Алекс облокотилась о стену.

– Да всё не так! – воскликнул японец. – Утром ты просишь, чтобы всё оставалось как прежде, чтобы как будто ничего и не было. А сама ведёшь себя иначе. Куда пропало твоё веселье? Откуда вдруг этот отсутствующий вид? Как это понимать? Или ты думаешь, что я теперь не буду больше с тобой веселиться, шутить и, более того, вообще разговаривать? Если тебе тяжело от того, что между нами произошло, то лучше скажи мне честно! И мы всё порешаем.

– Я… Прости, – девушка виновато опустила голову, – просто это немного выбило меня из колеи.

– Немного?! – Уесуги почти кричал. – Да тебя как будто подменили!

– Я просто подумала, что если я притуплю чувства, то будет легче, – оправдывалась Алекс.

– Легче?! Значит, всё-таки, ты себя мучаешь? Зачем? Ты же сама мне говорила, что никогда не надо прятать свои чувства, а уж тем более, подавлять их! Или это не ты говорила?!

– Я! Я это говорила! – девушка тоже повысила голос. – Но сложно после такого, особенно когда ты любишь, а взаимности нет! Надо было немного подождать, и я бы снова стала прежней.

– Взаимности нет?! Нет, ты точно издеваешься… – Уесуги провёл ладонями по голове, взъерошив прическу. – Поступай, как знаешь, – он махнул рукой и направился обратно в гримёрку.

– Уесуги! Ну а что ещё я должна была сделать? – Алекс бросилась за ним. – Что?! Если я не хочу тебя всем этим обременять!

– Поздно, ты уже это сделала, – холодно ответил японец, врываясь в гримёрку.

– Ну, прости меня за мою глупость! – воскликнула девушка, врываясь следом. – Я и правда не знала, что делать!

– Не знала она… – Уесуги накинул футболку и подхватил свою сумку. – Ватари! Хана! Вызовите такси! – выкрикнув это, он вышел из гримёрной, хлопнув дверью.

Алекс вздрогнула от грохота, стоя неподалеку от двери. Вся команда непонимающе уставилась на сдерживающую слёзы девушку.

– Ну что за…! – она выскочила в коридор, чувствуя, что не удержит слёзы.

– Алекс, что же между вами произошло? – Джим побежал за девушкой.

– Ничего! – прокричала та, убегая прямо по коридору.

– Ну, твою же мать! – американец хлопнул себя по бедрам, не зная, что делать.

Роняя слёзы, Алекс бежала по коридору. За поворотом она наткнулась на окно.

– Да блин! Где этот грёбаный выход?! – крича на русском, девушка повернула обратно.

У гримёрной она почти налетела на до сих пор стоявшего там Джима.

– Оу-оу-оу! Стой! – американец поймал девушку за плечи, тем самым остановив её.

– Джим… – только и смогла произнести Алекс, слёзы с новой силой потекли из её глаз, не давая ей ничего произнести.

– Может, всё-таки расскажешь, что происходит с тобой и Уесуги? – как можно мягче попросил Джим.

Девушка лишь что-то невнятно простонала и уткнулась в грудь американца, дав волю слезам. Тот мягко её обнял, прижимая к себе.

– Ну-ну-ну. Неужели Уесуги так сильно тебя обидел?

– Нет, – Алекс отрицательно помотала головой. – Где здесь выход?

– Зачем тебе? – Джим немного отстранился от девушки, заглядывая в её заплаканные глаза. – Куда ты собралась в таком состоянии?

– Не знаю, куда-нибудь, – Алекс вытерла слёзы.

– Я никуда тебя одну не отпущу! – американец не отпускал плеч девушки. – Идём в гримёрку.

– Я не пойду туда! – девушка вырвалась из рук Джима и бросилась в противоположную сторону коридора, крича на русском. – Пошло всё лесом! Потеряюсь, да и хрен с ним!

Оттолкнув растерянного американца, она устремилась прочь. Выход оказался в той стороне, куда побежала Алекс. Это был второй выход. Ей и правда было наплевать, что теперь с ней будет. Но, боже мой, что она вообще творит по отношению к Уесуги? По идее, она должна была быть на его месте. Это японцу следовало вести так, как Алекс. А тут в точности до наоборот. Называется, хотела как лучше, а получилось как всегда. Сама виновата.

На улице стемнело. Она брела по городу, ни на что не обращая внимания, даже на дождь. Она выключила телефон, чтобы Джим не смог её найти, так как она знала, что тот будет её искать. Чтобы вообще никто не пытался её найти. Тёмные улицы и этот дождь напомнили ей о первом дне, как она оказалась в Японии. Столько эмоций было пережито за тот месяц. Как, в принципе, и вчера.

Алекс миновала шумные улицы и попала в какой-то тихий квартал. Там находились куча маленьких магазинчиков. Девушка шла мимо открытых дверей, стараясь ни о чём не думать. Но тут её внимание привлекла стеклянная витрина, за которой стоял мурти Будда. Недолго думая, девушка решила зайти. Магазинчик оказался небольшим. В нём приятно пахло травами и благовониями. Продавца нигде не было видно. Рядом с входом находилась касса. А уже напротив кассы находился зал с товарами. По центру торгового зала стояли витрины параллельно друг другу. На полочках стояли всевозможные фигурки традиционных божеств Японии, с другой стороны полочки ломились от божеств Тибета, Индии и Китая. Вторая витрина была забита различными сакральными символами Востока.

Стеллаж на стене напротив окна был поделен на две части. На полках одной части находились мешочки с различными травами. Другая часть стеллажа пестрила изобилием различных благовоний: от простых китайских, до натуральных травяных храмовых. Рядом с окном находилась ещё одна витрина, пестрившая различными амулетами и оберегами.

Осмотрев все витрины, Алекс остановилась у мурти Будды и глубоко вдохнула приятный аромат магазинчика. Как же знакомы ей эта атмосфера, эти ароматы. Она уже почти забыла это. А ведь до всего этого, в своём родном городе Алекс работала в подобном магазине. Как же приятно снова хоть на миг окунуться в ту атмосферу. Все переживания и страхи куда-то отступили. Алекс ощутила внутри себя приятное тепло. Это просыпалась её гармония. В области сердца знакомый трепет. Её сердце открылось потоку мира и любви. Наслаждаясь этим ощущением, девушка подошла к витрине с фигурками и взяла в руки статуэтку Кришны.

– Почему ты больше не появляешься? Куда ты пропал? – тихо спросила она, глядя на блаженный лик божества. Но ей, соответственно, никто не ответил. Девушка вздохнула и поставила статуэтку обратно. – Значит, так оно и надо.

Алекс не удержалась и погладила по хоботу стоящую рядом фигурку Ганеши. Ей совсем не хотело покидать этот магазинчик. Остаться бы здесь подольше.

– Охохо! У нас посетитель в такой поздний час! – раздался чей-то голос у кассы.

Алекс вздрогнула от неожиданности и обернулась. Облокотившись о прилавок с кассой, там стоял седоволосый мужчина в годах. Точнее уже давно дедушка. Он смотрел на девушку глазами, которые светились добротой, и приветливо улыбаясь. Седые, почти белые волосы были забраны в хвостик, как у служителей храмов. Тонкие линии седых усиков и такая же седая бородка.

– Ой, простите. Уже поздно, вы, наверно, закрываетесь? – девушка извиняюще поклонилась.

Ох уж эти японские традиции.

– Нет-нет, по этому поводу не переживайте, – старик внимательно осмотрел девушку и добавил. – Я сначала подумал, что наш магазинчик посетила сама Аматэрасу.

– Аматэрасу? – удивилась Алекс.

– Я только что увидел и ощутил прекрасный божественный свет. Свет Любви, – пояснил продавец. – Такого света я давно не встречал. Вот и подумал, что сама Богиня к нам спустилась.

– Ох, простите, наверно, мой цветок слишком яркий, – девушка прижала руки к центру груди и слабо улыбнулась. Она вспомнила об Уесуги, для кого и ради кого сияет цветок, и улыбка сошла с её лица.

– Что тебя беспокоит дитя моё? – старик подошёл к девушке. – Что могло опечалить девушку, несущую божественный свет?

– Я повела себя очень глупо по отношению к человеку, которого люблю, – проглотив набежавшие слёзы, ответила Алекс. Она не понимала, зачем говорит это старику. – Мне кажется, я всё испортила.

– Я так не думаю. Ты же знаешь, что всё в нашей жизни происходит не просто так, – продавец погладил девушку по плечу, – и ты не случайно сегодня к нам зашла. У тебя есть время? Пообщаемся? – спросил он, направляясь к двери.

– Мне некуда спешить, – вздохнула Алекс.

Старик закрыл дверь магазинчика и повернулся к девушке:

– Пойдём, я угощу тебя чаем, – он поманил её за собой, скрываясь в подсобке.

Алекс поплелась следом. Они оказались в небольшом коридорчике, прямо и по бокам которого находились двери. Старик открыл дверь слева. За ней оказалась небольшая уютная комнатка, оформленная в красных тонах. Приглушённый свет придавал помещению какую-то таинственность. В центре стоял маленький столик для чайной церемонии. Вокруг него были разбросаны подушки.

– Присаживайся, – старик указал на подушки. Пока девушка усаживалась, он прокричал в коридор. – Рейко, ты не приготовишь наш успокаивающий чай?

– Конечно, дедушка, – из соседней двери появилась девушка, лет семнадцати. Она была очень похожа на японскую молодую актрису Кейко Китагава.

Старик, тем временем сел напротив Алекс. Тут же Рейко принесла небольшой чайник и две чашки для чайной церемонии.

– Добрый вечер, – девушка поздоровалась с Алекс.

Та кивнула в знак приветствия и посмотрела на старика:

– Я ещё ни разу не была на чайной церемонии…

– Ничего страшного, – успокоил её тот, наливая ароматный чай. Затем он протянул девушке чашку. – Вот, выпей, это хороший успокаивающий чай.

– А что там? – беря чашку и принюхиваясь, спросила Алекс.

– Мята, артыш и ещё несколько успокаивающих трав. Тебе станет легче.

Тут в дверь магазинчика требовательно постучали.

– Я открою, – Рейко направилась к двери.

– Пей, не стесняйся, – старик мягко посмотрел на девушку.

Та осторожно отпила чай. Её тут же окатило приятным теплом. Она не ощутила в нём чая, это был, скорее всего, сбор разных трав. От одного глотка девушке, на удивление, стало легче. Тут она вздрогнула, услышав знакомый голос:

– Сегодня опять день впустую, я его не нашёл.

Гость и Рейко зашли в коридорчик.

– У нас тут гости, пойдём пока на склад, – Рейко открыла дверь справа.

Гость с интересом заглянул в комнатку, где сидели Алекс и старик.

– Ты?!? – в унисон воскликнули Алекс и гость.

Девушка от удивления чуть не выронила чашку.

– Здравствуй Ёши. Как… – поздоровался, было, старик, но тот перебил его:

– Ёшичиро. Кадзуки-сан, вы уже забыли, что меня зову Ёшичиро? – парень многозначительно посмотрел на старика.

– Прости, наверно я забыл, память уже совсем не та, – закивал старик.

– Идём, Ёшичиро, не будем мешать, – Рейко потянула парня за руку.

Они скрылись за дверью.

– Вижу, вы знакомы? – немного удивлённо спросил Кадзуки.

– Не то, чтобы знакомы… – отхлебнув чай, ответила Алекс. – Просто этот Ёшичиро спас меня непонятно от чего и предупредил о какой-то опасности. Что он здесь делает? Он живёт у вас? – но тут же осеклась. – Ох, простите за мою наглость… Просто столько всего навалилось. Этот парень появился из ниоткуда, говорил про какой-то космический дисбаланс, что мне и человеку, которого я люблю, угрожает опасность. Да и мои наставники куда-то пропали после… хмммм… После кое-каких событий.

– Значит, ты не знаешь его? – уточняюще спросил Кадзуки.

– Грубо говоря, нет, – девушка развела руками и почти умоляюще посмотрела на старика: – Пожалуйста, расскажите о нём? Он ваш родственник?

– Нет, он нам с Рейко не родственник, – ответил тот. – Он появился у нас совсем недавно. Я сам толком не знаю, кто он. Ёшичиро говорит, что он должен спасти своих родителей, что они в большой опасности. Кто-то угрожает их жизням, и он должен найти его. Мы приютили парня, так как ему негде жить.

– Негде жить? – удивилась Алекс. – Он же японец, а не американец.

– Он говорит, что родился далеко отсюда, – Кадзуки пожал плечами. – Парень он хороший, вот мы не отказали ему в крове. Мы вообще не отказываем хорошим людям в помощи, – он мягко посмотрел на Алекс. – Вот и тебе я хотел бы помочь. Что так печалит тебя?

– Я не знаю, могу ли я обременять вас своими проблемами, – Алекс грустно опустила голову.

– Говори не бойся. Я выслушаю тебя, – старик не сводил с девушки добрых глаз. – Расскажи, ведь тебе станет легче.

– Хорошо, – Алекс кивнула, – но как, с чего начать?

– Говори, как есть.

– Я оказалась в Японии, ради любимого человека. Я готова была отдать ему всё, что у меня есть, и я это сделала. Я отдала ему свой цветок любви, что рос у меня в сердце… – начала девушка.

– Ты отдала ему цветок и осталась жива? – удивился Кадзуки. – Твоё сердце сейчас сияет ярче всех. Как такое может быть?

– Дело в том, что я отказывалась умирать, так как только-только оказалась рядом с тем, кому принадлежит моё сердце. Тогда один из моих наставников дал мне, точнее нам, шанс. Если я действительно нужна Уесуги (так зовут моего возлюбленного), то моя жизнь не потеряна. Это произошло в больнице, моё сердце слабо билось, пока Уесуги находился рядом, но когда он ушёл, моё тело умерло. Я думала это конец. Я уже переступила черту этого мира. Михаил перетащил меня. Как Уесуги произнёс те самые слова, что я нужна ему. Так я снова вернулась в своё тело, и стала понимать и говорить по-японски. А так, я родом из России. После этого случая мои наставники куда-то пропали и пока больше не появлялись. А тут ещё случилось то, что когда-то, конечно, должно было произойти. Но всё равно, это оказалось неожиданным. Хотя, до этого, мы с Уесуги договорились, что будем друзьями. Он узнал о моих чувствах, когда я отдавала ему свой цветок. И всё же, наша дружба вылилась в то, что мы провели волшебную ночь. И тут я повела себя как дура. С самого появления здесь, я не хотела обременять его своими чувствами, поэтому, не дав ему обсудить произошедшее, я попросила забыть это. Он согласился. Но я не смогла вести себя так же, как и раньше. В итоге мы с Уесуги разругались и сегодня, после концерта он вспылил и сразу куда-то уехал, а я сбежала и бродила по улицам города, пока не попала в ваш магазин, – почти на одном дыхании выпалила Алекс. – Вот так вот глупо всё и получилось.

– Дитя моё, зачем же себя так мучить? А ты не думала о том, что Уесуги что-то чувствует к тебе? – старик медленно отпил чай. – Я думаю, он бы не вспылили, если бы произошедшее для него ничего не значило. Как ты думаешь?

– Наверно да, – кивнула девушка, тяжело вздохнув. – Я сама всё испортила. Какая же я дура, – она схватилась руками за голову. – Что же теперь делать?

– Иди к нему, – мягко предложил Кадзуки.

– Как я найду его? – Алекс подняла глаза на старика. – Я ведь даже не знаю, куда он поехал, может он вообще уже уехал из города.

– Он не сможет тебя оставить и уехать, – в дверях появился Ёшичиро.

– Что? – девушка вздрогнула от неожиданности.

– Ма… Алекс! Не тупи. Ты же нужна ему, чёрт возьми! – воскликнул парень.

– А ты-то откуда знаешь? – Алекс недоверчиво посмотрела на него. – Да и откуда ты знаешь, как меня зовут?

– Это неважно, – отмахнулся тот. – Не мучай себя. Иди к нему! – и тихо пробормотал по-русски. – Блин, одно дело слушать это, а другое дело видеть воочию. Меня об этом никто не предупредил! – он отвернулся, давая понять, что уходит.

– А ну стоять! – не выдержала девушка и, вскочив на ноги, налетела на парня. – Либо ты сейчас рассказываешь мне всё, либо я за себя не отвечаю, – прижав его к стене и сжав кулаки, она распрямила указательный и средний пальцы на обеих руках, поддерживая их большими пальцами. Алекс направила руки на шею Ёшичиро. – Вижу, ты знаешь, что за этим следует? – она угрожающе прижала пальцы к его шее.

– Мам, не надо, не делай этого! – испуганно воскликнул Ёшичиро.

– Что? – Алекс от растерянности убрала руки от его шеи. – Что ты сказал?

– Баалин, всё выходит из-под контроля! – парень закатил глаза, говоря по-русски, всё так же испуганно глядя на девушку. – Усаги, ты была права, я всё испорчу, – он, теперь уже, виновато посмотрел на Алекс. – Прости, но так будет лучше, – тут он засветился серебристым светом и исчез.

– Что за…?! – девушка поражённо смотрела на то место, где только что стоял Ёшичиро. Она непонимающе посмотрела на Кадзуки, тыча пальцем в стену. – Что это было? Как это…? Как он это сделал?

– Не знаю, – старик развёл руками, хотя по его виду можно было сказать, что он что-то знает.

Рейко стояла у двери на склад, опустив голову.

– Вы оба что-то знаете и не говорите мне! Почему? – Алекс почти кричала.

– Алекс, не переживай. Придёт время, и ты всё узнаешь, – всё тем же мягким тоном проговорил Кадзуки. – Ты же это прекрасно понимаешь. А мы с Рейко не имеем права говорить что-либо из того, что знаем.

– Но это несправедливо! – воскликнула девушка. – Я же не просто так здесь оказалась!

– Слушай своё сердце – оно тебе всё расскажет, – старик упорно не хотел ничего говорить.

– Да оно молчит, моё сердце! – Алекс стукнула кулаком по своей груди.

Тут же её грудь сдавило болью, и закружилась голова. Алекс казалось, что она выпила ящик водки и ей нечем дышать. Задыхаясь, девушка упала на колени, прижав одну руку к центру груди. Она испуганно посмотрела на Кадзуки и его внучку. – Что это? Что со мной?!

– Ты чувствуешь его, – Рейко присела рядом с девушкой.

– Кого? – Алекс посмотрела на Рейко.

– Ты чувствуешь Уесуги, чувствуешь, как ему плохо, – подхватил Кадзуки, – твоя боль в груди – это его боль. Твоё головокружение – это выпитый им алкоголь, которым он пытается заглушить боль.

– Он пьян?! – снова воскликнула Алекс, и тут же тяжело задышала. Боль была ужасной.

– Тебе виднее, – развёл руками старик.

– Что мне делать? – она с мольбой посмотрела на Кадзуки.

– Найди его.

– КАК?

– Тебе поможет тот, кто переживает за вас, – тон Кадзуки был всё также спокоен.

– Джим?

Старик лишь кивнул. Дрожащими руками девушка достала телефон и включила его.

– Джим? Мне нужна твоя помощь… – прохрипела она в трубку, набрав номер.

– Алекс, господи, ты где?? Я весь испереживался! Слава богу, ты позвонила! Где ты пропадаешь? – взволнованно закричал в трубку американец, но также в его голосе слышалось облегчение. – Где ты? Давай я заберу тебя?

– Уесуги в гостинице? – не обращая внимания на его вопросы, спросила Алекс.

– Нет, он до сих пор не приехал.

– Я должна найти его. Ты мне поможешь?

– Конечно! Скажи только, куда подъехать??

– Пожалуйста, скажи ему адрес, – девушка протянула трубку всё также сидящей с ней рядом Рейко. Та послушно продиктовала американцу адрес магазинчика и вернула телефон девушке.

– Алекс? Жди меня, я буду с минуты на минуту! – почти прокричал в трубку Джим.

– Я жду тебя, – Алекс почти шептала.

Настолько ей не хватало воздуха. Боль не проходила, а давила на её сердце с удвоенной силой. Неужели Уесуги так плохо? Кадзуки тем временем поставил стул перед кассой.

– Идём, присядешь? – Рейко помогла Алекс встать.

– Спасибо, – кивнула девушка, почти упав на стул.

– Вот, выпей ещё чай, – старик принёс девушке чашку с её недопитым чаем.

Содрогаясь от боли, Алекс осушила чашку. Хоть чуть-чуть ей стало легче, но боль не проходила. Казалось, время остановилось. Алекс сидела на стуле, борясь с болью. Рейко копалась под прилавком с кассой, а Кадзуки придерживал Алекс за плечи, так как та почти падала с него. Даже когда она пила спиртное, у Алекс не было такого головокружения. Наконец, в дверь требовательно постучали. За ней маячил Джим. Отпустив Алекс, Кадзуки поспешил к двери.

– Алекс! С тобой всё хорошо? – попав в магазинчик, американец бросился к сидящей на стуле девушке.

– Ну как сказать, – Алекс попыталась пошутить, – едем к Уесуги, – она попыталась подняться, но тщетно. Пол под её ногами ходил ходуном.

– Может лучше в гостиницу? Придёшь в себя и за Уесуги? – Джим заботливо погладил её по руке.

– Нет. За Уесуги мы поедем сейчас. Иначе я сойду с ума, – девушка силилась и поднялась на ноги. Её шатало, но она устояла на ногах.

– Хорошо, – кивнул американец, поддерживая девушку.

– Спасибо вам, – Алекс благодарно посмотрела на Кадзуки и Рейко.

– Пожалуйста, – кивнул старик.

– Вот, я думаю, тебе это пригодится, – Рейко протянула девушке бумажный пакет с чем-то круглым внутри.

– Что это? – девушка посмотрела в пакет.

– Это гранат, – внучка Кадзуки улыбнулась, – мне кажется, они тебе пригодятся, когда ты найдёшь Уесуги.

– Спасибо, – Алекс благодарно улыбнулась.

Попрощавшись ещё раз, девушка и американец покинули магазинчик.

– Вот, садись, – Джим заботливо усадил Алекс на заднее сидение машины. За рулем сидел один из многочисленных стаффов. Обойдя машину, американец сел рядом. – Может, всё-таки в гостиницу?

– Нет, – помотала головой девушка, – я должна найти Уесуги.

– Хорошо. Куда ехать?

– Прямо, на первом повороте направо, через три квартала налево, потом два перекрестка прямо, второй поворот налево и прямо до берега океана, – словно в тумане пробормотала Алекс и опустила голову на спинку сидения.

– Поехали, – велел Джим водителю, обеспокоенно глядя на девушку.

Всю дорогу Алекс молчала. Американец тоже не знал, что сказать. Он так до сих пор и не мог понять, что происходит. Первый раз Уесуги так психанул и уехал сразу после концерта, даже не попрощавшись с фанатами. И Алекс вела себя странно. Так молча, они доехали до берега океана. Не успела машина остановиться, как девушка почти выскочила из неё, не выпуская пакет, что дала ей Рейко. Джим поспешил за девушкой.

Алекс быстрым шагом направилась на песчаный берег. Американец старался не отставать, так как у океана было темно. Обогнув небольшой пригорок, на котором росли деревья, они заметили беседку, освещённую тусклыми фонарями. В беседке кто-то веселился.

– Туда, – выдохнула Алекс и поспешила к беседке. Её сердце бешено колотилось, но боль и головокружение испарялись по мере приближения к веселящейся компании.

– Ты думаешь, Уесуги там? – пропыхтел за её спиной Джим.

– Уверена, – не оборачиваясь, ответила девушка.

Они поравнялись с беседкой.

– Оу, у нас гости! – воскликнул кто-то из компании.

Компания состояла из пяти человек. Двое из них оказались европейцами. Не обращая внимания на нетрезвого парня, Алекс осмотрела беседку, в поисках Уесуги. В центре беседки стоял большой стол, а по его сторонам – широкие скамейки со спинкой.

– Уесуги! – негромко позвала девушка.

– Ааа! Ты ищешь Уесуги? – отхлебнув вина из горла бутылки, спросил один из японцев.

– Где он? Он здесь? – Алекс перевела взгляд на японца.

– Здесь-здесь, – закивал тот, – напился быстрее всех, даже не дорассказав причину своего плохого настроения.

– Дак где он?! – девушка уже готова была схватить его за ворот рубашки.

– Да вон там лежит либо на скамейке, либо под ней, – хохотнув, японец указал на дальнюю скамейку, по другую сторону стола. – А ты ему кто, собственно?

– А это так важно? – вопросом на вопрос ответила Алекс, и направилась к указанной скамейке. – Слава богу!

Уесуги почти храпел, развалившись на скамейке. Подойдя к нему ближе, девушка ощутила стойкий запах перегара.

– Уесуги! Боже мой, сколько ты выпил? – Алекс погладила японца по щеке.

– Оооо! Мы сбились со счету! – не удержался один из европейцев.

– Уесуги, очнись! – девушка потрясла Уесуги за плечи. Но тот лишь простонал что-то невнятное. – Давай, вставай, поехали в гостиницу, – Алекс приподняла его голову, пытаясь разбудить.

– А… Алекс… она… а я не… я не могу… – бессвязно пробормотал Уесуги. – Алекс… Алекс…

– Я здесь! Уесуги, я здесь! – девушка похлопала его по щекам. – Вставай, пожалуйста!

– Алекс? – японец, наконец, открыл глаза. – Ты здесь? Оооо! Я, наверно, сплю.

– Нет, Уесуги, ты не спишь, я здесь, я рядом, – Алекс помогла ему сесть.

Уесуги шатало из стороны в сторону, пока он не облокотился на спинку скамейки.

– Да? – японец поднял голову и, прищурившись, пьяными глазами посмотрел на девушку, которая села с ним рядом, придерживая его за локоть. – Аааммррррххх, нееет, я сплю, – он уронил голову на плечо Алекс.

Девушка не выдержала и ущипнула Уесуги в бок.

– Эээйй! Какого чёрта?! – возмущённо вскрикнул японец, подняв мотающуюся голову, его глаза сфокусировались на сидящей рядом Алекс. – Ты здесь. Алееекс. Мммммм… – он стиснул девушку в объятиях, снова уронив голову ей на плечо. – А знаешь, я рад, что ты здесь и я могу тебя обнять, – заплетающимся языком пробормотал он и икнул. – А можно я ещё тебя поцелую? А?

– Уесуги, пожалуйста, поехали в гостиницу, тебе надо проспаться, – девушка погладила Уесуги по спине.

– А я уже спал, мне хватит, – Уесуги отпустил Алекс и попытался сесть прямо, но даже сидя он не мог удержать равновесия. – Оу! – он снова чуть не упал на девушку, но та успела схватить его за плечи. – Вот скажи мне, почему ты такая милая? – он обхватил ладонями щёки девушки, почти касаясь носом носа Алекс. – Ты такая милая… Можно я тебя поцелую? – и, не дождавшись ответа, чмокнул её в губы. – Ммм… Алекс…

– Уесуги, прекрати! – Алекс отпрянула от неожиданности.

– Оооо! Дак ты и есть та самая Алекс! – вскликнул кто-то из компании.

– Поехали, – девушка встала и потянула за собой Уесуги, но пакет с фруктами мешал ей, она протянула его американцу: – Джим, подержи, пожалуйста.

– Да, конечно, – Джим с готовностью подхватил пакет. – Может помочь с Уесуги?

– Думаю, я справлюсь, – пропыхтела Алекс, закидывая руку Уесуги через своё плечо и поднимаясь.

– Оооууу, ты такая сильная, – пьяно засмеялся японец, повиснув на ней. Он пьяными глазами посмотрел на девушку. – Какая же ты милая и сильная!

– Хватит! Идём! – Алекс направилась обратно, в сторону машины.

– Ээээ! Куда ты его потащила? – возмутился один из японцев.

– Спать! – не оборачиваясь, ответила девушка, почти таща на себе Уесуги.

Джим всё же подхватил пьяного японца с другой стороны, помогая девушке. Так они направились обратно к машине. Затолкав Уесуги на заднее сидение, Алекс уместилась рядом. Джиму пришлось сесть на переднее сидение, так как японец развалился на пол сидения.

– А куда мы, собсна, едем? – Уесуги сел, шатаясь корпусом тела. – А?

– В гостиницу, тебе пора спать, – ответила девушка, придерживая его за руку.

Машина развернулась и поехала в сторону гостиницы.

– А я не хочу спать, – мотнул головой японец, снова чуть не упав.

– Нет, дорогой мой, тебе надо проспаться, – Алекс удержала его. – Сейчас приедем, и ляжешь спать или просто полежишь.

– А ты полежишь со мной? – Уесуги резко повернулся к девушке, навалившись на её плечо. – Вдруг мне станет страшнооо? – почти промурлыкал он и обнял девушку.

– Тебе станет страшно? – удивилась Алекс. – Что за бред ты несёшь?

– Дааа, мне станет страшно, а с тобой мне ничего не страшно, – японец прижался к девушке, уткнувшись носом ей в шею. – Никуда тебя не отпущу.

Алекс лишь тяжело вздохнула и погладила его по голове.

– Не видел ещё его таким пьяным, – Джим обернулся с переднего сидения.

– Думаешь, я видела? – усмехнулась девушка, обнимая причмокивающего ей в шею японца.

– Что ж он так напился-то?

– Да это я виновата, – Алекс снова вздохнула. – Но это уже не важно. Надеюсь, к утру всё будет хорошо.

– Ты хоть расскажешь потом? – с надеждой спросил Джим.

– Может быть, – девушка пожала плечами.

Они быстро доехали до гостиницы. Джим помог Алекс дотащить Уесуги до номера и уложить на кровать.

– Ну вот, теперь за Уесуги можно не волноваться, – Джим положил пакет с фруктами на столик и хлопнул себя по бедрам. – И за тебя тоже.

– Теперь да, – Алекс улыбнулась.

Они стояли в гостевой комнате.

– Помощь нужна? – казалось, американец не хотел уходить.

– Думаю, нет, – всё так же улыбаясь, ответила девушка. – Спасибо тебе большое.

– Не за что, – Джим улыбнулся в ответ. – Кстати, твоя сумка и нэтбук у меня.

– О, спасибо что забрал. А то я с этой котовасией напрочь про всё забыла.

– Сейчас заберёшь, или утром?

– Давай сейчас заберу, пока Уесуги спит.

Джим направился к двери. Девушка последовала за ним. Номер американца находился рядом. Алекс даже не нужно было заходить, сумка и нэтбук девушки лежали при выходе из номера.

– Джим, ещё раз, спасибо тебе большое, – Алекс благодарно посмотрела на Джима, закинув сумку на плечо и прижав к груди нэтбук. – Я не знаю, чтобы без тебя делала.

– Я рад, что с тобой всё хорошо. И рад помочь тебе, – Джим мягко обнял девушку.

– Ещё раз спасибо, – одной рукой девушка обняла его. – Спокойной ночи, – и она направилась обратно в номер к Уесуги.

Джиму лишь оставалось проводить её взглядом. Когда девушка скрылась в номере, он тяжело вздохнул и направился в свой номер.

– А ты куда это собралась? – не успела Алекс закрыть за собой дверь, как на неё налетел Уесуги, еле держась на ногах.

– Чего встал? А ну живо в постель! – девушка миновала японца и бросила сумку на диван, аккуратно положив на столик нэтбук.

– Ага, щас! Я в постель, а ты тут уже с вещами ходишь! – Уесуги не собирался отправляться в спальню. – Куда ты собираешь вещи?

– Никуда я не собираюсь, я просто забрала у Джима сумку, что оставила в гримёрке. Иди, ложись спать, – Алекс направилась к Уесуги, собираясь отправить его в спальню.

– Только попробуй куда-нибудь уйти, а уж тем более уехать в Россию! – всё так же шатаясь, японец пригрозил пальцем. – Я тебя везде найду! И вообще никуда я тебя не отпущу! – он добрался до двери и прислонился к ней.

– Боже мой, Уесуги, я никуда не уйду. Что за глупости ты себе напридумывал в пьяном бреду? – девушка взяла японца за руки и потянула в сторону спальни. – Давай, пошли, ты ляжешь.

– Пошли, – Уесуги обнял девушку за талию и, качаясь из стороны в сторону, поплёлся рядом с Алекс.

– Ну, вот зачем ты так напился? – пропыхтела Алекс, так как японец всё-таки навалился на нее. – Тяжёлый, зараза! – проворчала она по-русски.

– А чтобы ни о чём не думать, – хохотнул Уесуги, качнувшись в сторону.

– Не туда! – девушка еле удержала равновесие. – Не хватало ещё упасть!

– А! Туда! – японец толкнул дверь спальни.

Наконец, Уесуги упал на кровать, лицом вниз. Алекс облегчённо вздохнула и скинула туфли, сев на край кровати.

– Ладно, сама виновата, – девушка забралась на кровать с ногами и начала снимать с Уесуги ботинки. Затем она взялась за куртку.

– Ахахаха, ты хочешь сломать мне руку? – захохотал в подушку Уесуги, когда Алекс попыталась вытащить его правую руку из рукава.

– Ну, простите пожалуйста, по-другому никак, – в тон ему проворчала Алекс. – Сядь тогда и помоги мне.

Упираясь руками в подушку, Уесуги медленно поднялся и встал на четвереньки. Затем он, всё же, сел, тряхнув головой, изображая что-то наподобие кивка. Наконец, девушка помогла избавиться ему от куртки. Японец начал расстегивать ремень на брюках.

– Э! Э! Э! Ты что делаешь? – Алекс растерялась.

– Он мне мешает, – Уесуги почти выдрал ремень и швырнул его на пол.

– О господи! – девушка прижала ладонь ко лбу и покачала головой. – Всё, ложись спать.

– А ты со мной! – японец схватил Алекс за талию и упал на спину, увлекая её за собой. – Ты такая лёгкая, милая и лёгкая. Полежишь со мной? – он прижал девушку к себе.

– Да полежу, полежу, – Алекс поудобней устроилась, положив голову на плечо Уесуги. – Спи-спи, – она погладила его по груди.

– Спой мне, – пробормотал японец, прижавшись щекой к макушке девушки.

– Я не певица, – возразила Алекс, чувствуя, как приятное тепло разливается по всему её телу от того, что Уесуги здесь, рядом, так близко.

– Тогда я буду петь, – Уесуги сильнее прижал девушку к себе и запел пьяным голосом, но не фальшивя. Алекс всё-таки не удержалась и тихонько начала подпевать. – Эээх, Алекс! Как же ты мне дорога! Будь со мной всегда, – тихо проговорил японец.

– Я и так с тобой всегда, – девушка погладила его по руке. – Давай, засыпай.

– Я хочу тебе сказать, что я рад, что ты со мной, – закрыв глаза, прошептал Уесуги.

– Я счастлива, быть с тобой, – Алекс прижалась к нему и тихонько пропела известную ей колыбельную.

– Ты слышишь? – Ёши, прислушавшись к тишине, поднял голову и посмотрел на Рейко.

– Что? – не поняла та. Она ничего не услышала.

Они сидели в небольшой комнатке, в пристройке-домике магазина Кадзуки. Эту комнатку выделили специально для Ёши. Парень тихо напел до боли в сердце знакомую ему колыбельную.

– Ты не слышишь это?

– Нет, – девушка отрицательно помотала головой. – А что это за песня?

– Это колыбельная, которую пела мама сначала мне, а потом Усаги, – печально ответил Ёши. – Мама рассказывала, что когда я маленький плакал, то эта колыбельная меня быстро успокаивал, с Усаги было то же самое. Особенно она помогала, когда мы с Усаги чувствовали опасность и долго не успокаивались, – он вздохнул. – А теперь нам некому её петь.

– Мне жаль, – Рейко погладила Ёши по руке, – но ты же не зря вернулся сюда. Если у тебя всё получится, то она снова будет петь вам с Усаги эту колыбельную.

– Ты права, – Ёши прикрыл глаза, наслаждаясь колыбельной, которую слышал только он один.

– Почему ты сейчас слышишь её, а я нет? – удивилась девушка.

– Она сейчас поет её отцу, – не открывая глаз, ответил парень. – Это первый раз, когда она спела.

– Вы настолько сильно чувствуете друг друга? – Рейко не переставала удивляться.

– Пока только я чувствую её, а она начнёт чувствовать меня только тогда, когда будет беременна мной, – приоткрыв глаза, он уставился в потолок. – Мама, мамочка, как же мне тебя не хватает…

Он предвидел, что это будет сложно. Он еле сдержал себя, чтобы не обнять её, когда встретил. Он так соскучился по её любящим рукам, по её голосу, по теплу и свету её сердца. Он хотел ей всё рассказать, но не имел права. Иначе он слишком сильно изменит будущее. Хотя он и так все испортил. Они с Усаги договорились, что Ёши найдёт Танатоса и избавится от него, не показываясь ни матери, ни отцу. Но Танатос нашёл её быстрее. Если он снова опередит Ёши, то парень потеряет её и отца насовсем, так и не родившись здесь. Он до сих пор помнит, как с нетерпением ждал своего рождения здесь, как он уже разговаривал с ней, находясь ещё у Источника. Как же он был счастлив, когда она, наконец, обняла его первый раз. Он даже помнит тот момент, когда отец прослезился от радости, первый раз увидев и взяв на руки Ёши. Это всё он никогда не забудет. Даже через сотню воплощений.

Его жизнь на земле только началась. Он первый раз воплотился здесь. Он был благодарен Источнику за эту жизнь. За мать с самым светлым и любящим сердцем. А сколько ей пришлось пережить воплощений, чтобы дождаться его. Но так должно было быть. И вот теперь, в этой жизни они обрели друг друга, и он не позволит кому-то разлучить его с матерью, отцом и Усаги.

Танатос почти победил, убив его родителей в будущем, когда произошёл космический дисбаланс. Он прорвался на землю из низших миров, так как яркий свет матери Ёши пугал и возносил низшие сущности. Им казалось, что этот свет их уничтожает. И никто не хотел слушать, как всё происходит на самом деле. Но им не удалось избавиться от Ёши и Усаги, так как мама научила их многим важным вещам. Тогда Танатос собрался решить проблему на самом её зарождении, найдя дорогу в прошлое, до рождения Ёши и Усаги, он решил убить их мать и отца.

– Если тебе понадобится помощь, то я готова сделать всё, что в моих силах, – тихо предложила Рейко.

– Я сделаю всё, что бы спасти их, – прошептал Ёши.

Глава 4

– Боже мой, моя головааа! – простонал Уесуги, повернувшись на бок.

Он открыл глаза. В спальне, кроме него, никого не было. Японец прислушался. Может Алекс в душе? Она такая чистюля, что может по нескольку раз за день принимать душ, но было тихо. Уесуги медленно сел. Голова гудела, и страшно хотелось пить. На полу валялись его ботинки, куртка и ремень. А, да, Алекс помогла ему их снять. Сколько же он вчера выпил? Наверно ящик, не меньше. Наконец, встав, японец снова прислушался, но всё также было тихо.

– Твою мать! Алекс! – он рывком открыл дверь и ворвался в гостиную. – Алекс?!

– Чёрт! – сидевшая на диване с нэтбуком, Алекс вздрогнула от неожиданности. – Зачем так пугать-то?

– Прости, я подумал, что тебя нет. Что ты куда-нибудь ушла, – пробормотал Уесуги и застонал, схватившись за голову. – Уууу, это невыносимо!

– Ага, вчерашняя пьянка даёт о себе знать? – усмехнулась девушка, отложив нэтбук.

– Ещё как даёт, – простонал японец, сев рядом с Алекс. – Я вчера вообще был неадекватный?

– Мы с Джимом забрали тебя, когда ты уже не мог стоять на ногах, – она налила в стакан сок из стоявшего на столике графина и протянула его Уесуги. – Вот, выпей, тебе станет легче.

– Что это? – тот дрожащими руками взял стакан.

– Гранатовый сок. Очень хорошо помогает при таком состоянии, – улыбнулась девушка. – Спасибо Рейко, что дала мне вчера их.

– Тебе дали фрукты? А откуда сок? – удивился Уесуги, отпив чуть-чуть. – Ммм…

– Пришлось попроситься на кухню при гостинице и сделать сок, – беспечно пожала плечами Алекс.

– Ты… Я… Я даже не знаю, что и сказать, – японец растерялся.

– Просто пей, не заморачивайся, – махнула рукой девушка.

Уесуги одним махом осушил стакан.

– И правда, легче становится, – довольно заметил японец и внимательно посмотрел на Алекс: – Слушай, а как вы меня нашли?

– Мне подсказало моё сердце, – девушка облокотилась на спинку дивана и прижала руку к груди. – Самое забавное, я почувствовала твоё состояние.

– Вот как, – кивнул Уесуги. – Ты удивительная девушка. Как у тебя это получается?

– Здесь нет ничего удивительного, – Алекс пожала плечами. – Просто я люблю тебя, и благодаря этому всё и получается. Это даёт мне силы.

– А ты даёшь силы мне, – японец с нежностью посмотрел на девушку. – Не против, если я отлучусь в душ?

– А я должна быть против? – улыбнулась та.

– Я быстро, – Уесуги поднялся и направился в ванную комнату, держась за голову. – Блин!! Это невыносимо!

– Не бойся, я никуда не уйду, – вслед ему сказала Алекс.

– Только попробуй! – японец пригрозил ей пальцем и скрылся за дверью.

В дверь номера постучали.

– Да? – девушка открыла дверь.

– Доброе утро! – это был Джим.

– Доброе. Проходи, – Алекс посторонилась, пропуская его в номер.

– Как Уесуги? Идёте на пробежку и тренировку? – американец прошёл в номер и облокотился на спинку кресла.

– Мучается головной болью, – девушка села обратно на диван. – А вот по поводу пробежки и тренировки я даже и не знаю. Сейчас выйдет из душа, и узнаем, – она налила себе сок и посмотрела на Джима: – Будешь гранатовый сок?

– Ой, нет, спасибо, я недавно позавтракал, – улыбнулся тот.

– Ну, дело ваше, – Алекс снова облокотилась на спинку, потягивая сок.

– Товарищ наш не буянил? – с лукавым выражением лица спросил американец. – Я вчера слышал, как он пел практически во всё горло.

– Нее, мы только попели, а потом он уснул, – засмеялась девушка.

Джим прыснул. Послышался звук открывающейся двери. Уесуги вышел из ванной комнаты, закутавшись в халат.

– Привет, Джим, – он пожал руку американца.

– Ну как ты? – спросил тот.

– Не спрашивай, – махнул рукой японец и почти упал на диван, рядом с Алекс. – Можно мне ещё сока?

– Да, конечно, – кивнула девушка и налила ему сок.

– Ну что насчёт тренировки и пробежки? – весело спросил Джим.

– Джим, ты издеваешься? – простонал Уесуги. – Я сегодня пас. Как бы я не хотел, я не могу пойти на тренировку, – он осушил пол стакана.

– Алекс, а ты? – американец посмотрел на девушку.

– Эммм… – Алекс задумчиво посмотрела сначала на Джима, затем на Уесуги.

– Ты, если хочешь, то иди на тренировку, – японец не сводил глаз с девушки.

– Да я, наверно, останусь, мало ли Уесуги что-то понадобится, – девушка перевела взгляд на американца. – Так что сегодня занимайтесь без нас.

– Да! – утвердительно кивнул Уесуги.

– Мы сегодня ленивые задницы, – по-русски засмеялась Алекс.

– Что ты сказала? – не понял японец.

Джим тоже вопросительно посмотрел на девушку.

– Я говорю, мы сегодня ленивые задницы, – со смехом повторила та.

– Алекс, как некрасиво ругаться, – протянул Уесуги.

– Напиваться в щепки тоже некрасиво, – в тон ему ответила Алекс. – И даже не думай раздавать подзатыльники!

– У меня сейчас нет на них сил, – засмеялся японец.

– Так, ну я тогда пойду, – Джим выпрямился. – Если всё-таки надумаете, то подходите в зал.

– Ок’ей, – тряхнул головой Уесуги.

Алекс лишь слабо кивнула. Махнув рукой, американец покинул номер.

– Есть хочешь? – девушка посмотрела на Уесуги.

– Мне настолько плохо, что я даже не знаю, – простонал тот, откинувшись на спинку дивана.

– Тебе нужен куриный бульон, он тоже хорошо помогает, – заметила Алекс. – Но меня второй раз на кухню не пустят.

– А ты бы приготовила мне бульон? – Уесуги прыснул, поставив на столик уже пустой стакан. – Ты же не любишь готовить.

– Пришлось бы, – развела руками девушка.

– Не надо, я пока ничего не хочу, – японец лег и опустил голову на колени девушки. – Можно я просто полежу? – он обхватил руками её ноги, устраивая поудобней голову на её коленях.

– А вчера тебя было не заставить полежать, – прыснула Алекс, зарыв пальцы в его мокрых волосах.

– Прости, я, наверно, вчера вёл себя ужасно.

– Нет, забавно.

– Забавно? – Уесуги повернул голову и посмотрел на девушку.

– Ну да, – кивнула та. – Особенно когда затянул свою песню. Даже Джим слышал.

– Оооо! Я больше пить не буду, – протянул японец и застонал: – Ааааа, голова… Такое ощущение, что она сейчас взорвётся.

– Разве после пьянок с другом-барабанщиком у тебя такого не было? – удивилась Алекс.

– Нееет, – Уесуги прижался щекой к коленке девушки. – Вчера я очень много выпил, слишком много.

– А ну-ка сядь, – велела девушка.

– Зачем? Я так хорошо лёг, – японец потёрся щекой о коленку девушки.

– Садись, говорю, сейчас тебе легче станет.

С тяжёлым вздохом Уесуги сел, развернувшись лицом к Алекс.

– И?

Ничего не отвечая, девушка прижала руки к голове японца, зарывая пальцы в его волосах. Её руки оказались тёплыми. Уесуги ощутил приятное тепло. Алекс медленно начала массировать голову японца кончиками пальцев.

Уесуги чуть опустил голову, наслаждаясь массажем. Удивительно, но головная боль начала проходить. С каждым движением пальцев девушки, японец чувствовал как боль и гул в голове сменялись лёгкостью.

– Всё, хорошего понемножку, – Алекс перестала массировать голову Уесуги и толкнула его в плечо.

– Я у тебя в долгу, ты столько уже для меня сделала, – улыбнулся японец.

– Мне ничего не нужно взамен, – девушка пожала плечами. – Сколько мне это ещё повторять? Мне достаточно того, что я нахожусь здесь, рядом с тобой.

– Какая же ты…

Но Алекс со смехом перебила его:

– Милая? Ты вчера это несколько раз повторил.

– Ну да, – растерянно кивнул Уесуги. – Наверно, я вчера много что говорил?

– По большей части ты требовал, чтобы я никуда не уходила.

– Да, я боялся, что ты решишь уйти, – японец снова кивнул и лёг головой девушке на колени.

– С учётом того, что здесь мне некуда идти, – прыснула Алекс.

– Ну а вдруг ты бы решила вернуться в Россию, – Уесуги перевернулся на спину и посмотрел на девушку. – Откуда мне знать?

– Да что за глупости-то ты надумываешь? При всём желании, я не смогла бы это сделать. Или тебе мало было того, что я три месяца назад не смогла умереть? Неужели ты не чувствуешь это? Не чувствуешь, что я всегда буду рядом, что бы ни случилось?

– Я чувствую это, – японец мягко взял руку девушки, – но мне, как и любому другому человеку, свойственен страх потери. Да, да, я боюсь потерять тебя. Я боюсь, что ты потеряешься в Японии, что ты вдруг соберёшься и вернёшься домой в Россию, и уже более того, боюсь, что не дай бог, ты умрёшь. Снова.

– Первое и второе исключено, – Алекс погладила его по руке. – Вчерашний случай доказывает, что я смогу найти тебя, где бы ты ни был. В Россию жить я не вернусь даже под страхом смертной казни. А умирать я тем более не собираюсь. Так что тебе, дурачку, нечего бояться. Даже если ты будешь гнать меня в шею, я никуда не уйду, не дождёшься.

– Эх, Алекс, как же я жил раньше без тебя? – вздохнул Уесуги и весело посмотрел на неё: – Или я должен был пройти этот путь?

– А ты как думаешь?

– Наверно да. А знаешь, у меня совсем прошла голова, – японец повертел головой.

– Я же говорила, что тебе станет легче, – мягко улыбнулась девушка. – Глядишь, может у тебя появятся силы пойти на тренировку.

– Нееет, я сегодня хочу лениться. Могу я хоть, за столько времени тяжёлой работы ничего не делать до отъезда в Токио? И вообще, ты на меня «плохо» влияешь, – Уесуги слегка ткнул Алекс кулаком в живот.

– Даа? И как это? – шутливо возмутилась та. – Опять я во всём виновата?

– Да, ты, – в тон ей ответил японец и начал загибать пальцы на руке девушки. – Во-первых, я теперь постоянно хочу есть и ем! С таким успехом я скоро поправлюсь. А теперь вот, во-вторых, я хочу просто отдыхать и ничего не делать. Вот ну как так?

– Да ты даже и килограмма не набрал за это время! У тебя всё сжигается на тренировках, – Алекс похлопала его по животу. – Вон, вообще плоский, а отдохнуть тебе давно пора. Хотя бы денёк. А то совсем себя не бережёшь.

– Чувствую, когда вернёмся в Токио, ты будешь на меня орать, – хохотнул Уесуги. – У нас будет усиленная подготовка к шоу в Будокане. А потом постановка спектакля.

– Пару раз чем-нибудь тяжёлым по голове и ты будешь отдыхать, – засмеялась девушка. – А по поводу еды, привяжу к стулу и буду кормить тебя через воронку.

– Ахахаха! Не надо.

– Тогда не возмущайся, расслабься и получай удовольствие.

– Какая ты злая! – японец, держа руку девушки, сложил руки на груди.

– Я не злая, я добрая в злую полосочку, – хохотнула Алекс.

– Пошли, поедим? – Уесуги сел.

– Всё, проголодался?

– Ну да, – японец повёл плечом.

– Пойдём, посмотрим, как там ребята занимаются? – предложил Уесуги, когда они позавтракали.

– Всё-таки не можешь пропустить тренировку, – усмехнулась Алекс.

– Я заниматься не буду, просто посмотрим, – японец направился к выходу из ресторана.

– Называется, решил отдохнуть, – проворчала девушка, следуя за ним.

– Что? – Уесуги обернулся.

– Ничего-ничего, – беспечно ответила Алекс.

– Ну-ну.

Когда они добрались до зала, тренировка уже была в самом разгаре.

– О! Вы всё-таки решили прийти, – обрадовался Джим, завидев Алекс и Уесуги.

– Это Уесуги так решил отдохнуть сегодня, – девушка облокотилась на плечо Джима и вздохнула. – Вот ну не может человек хотя бы полдня отдохнуть.

– Бу-бу-бу! – передразнил её японец, отвлекаясь от разговора со стаффом:

– Джим, есть что-нибудь тяжёлое под рукой? – Алекс посмотрела на американца.

– Зачем тебе? – не понял тот.

– Да что-то захотелось шибануть его чем-нибудь тяжёленьким, – девушка кивком головы указала на стоящего неподалеку Уесуги.

– Шьиб… что? – переспросил Джим. – Снова русский?

– Ага, – кивнула Алекс. – Шибануть.

– Ты всё не прекратишь, – раздался за спиной девушки голос Уесуги.

Тут же она получила лёгкий подзатыльник.

– Ах ты… – Алекс угрожающе посмотрела на японца. – Что, голова прошла, значит всё можно?

– Я же предупреждал тебя, что за мат и плохие словечки будешь получать подзатыльник, – хохотнул Уесуги, пятясь от девушки.

– Вот она, твоя благодарность! – Алекс сорвала с шеи Джима полотенце и начала хлестать им Уесуги. Тот со смехом убегал от неё, прячась за тренажёрами. – Я тут мать твою, голову ему лечу, а он… Ну сейчас ты у меня получишь по своей японской заднице! – она чередуя японский с русским замахнулась, и полотенце угодило Уесуги по пятой точке. – Бинго!

– Ай! Алекс! – воскликнул тот, подпрыгнув. Он ретировался в противоположную сторону зала.

– А ну иди сюда, я не закончила! – девушка поспешила за ним. – Решил он твою мать тут меня наказывать за мой русский! – не умолкала Алекс, через раз попадая по Уесуги полотенцем. – Что, мать твою, до хрена умный? Хочу, и матерюсь на русском, всё равно никто не понимает, – она скомкала полотенце и запустила его в японца.

– Скоро уже начнут понимааать! – японец увернулся от полотенца.

– Да мне пофиг! – Алекс махнула рукой, продолжая говорить на русском.

– Узнаю прежних Алекс и Уесуги, – засмеялся Джим, наблюдая за перепалкой.

– Иди сюда маленький чертенок! – девушка с криком гонялась за бегающим по залу японцем. – Сейчас я тебе устрою!

– Аааа! Алекс, хватит! – Уесуги остановился, облокотившись о стену. – Мне сейчас тяжело бегать!

– А мне это на руку, – девушка бросила в него оказавшееся под рукой полотенце и присела на велотренажер.

– Вы опять сюда подраться пришли? – заметил Такиро.

– Не совсем, – помотал головой Уесуги.

– Это он захотел заглянуть на тренировку, хотя сам хотел типа отдохнут, – влезла Алекс.

– И не зря зашли, между прочим, – японец посмотрел на девушку. – Мы с тобой сейчас возвращаемся в Токио. А ребята едут, как было запланировано.

– С чего это вдруг? – удивилась Алекс.

– Надо решить парочку дел. А потом вплотную займёмся репетициями, – Уесуги подошёл к девушке. – Поэтому вперёд, собираться.

– О да, мой господин! – девушка поклонилась ему в пол и захохотала. – Джиим??

– Оякатасама!! – в унисон громко крикнули они и упали на колени, кланяясь Уесуги. – О великий Оякатасама, всё, что пожелаешь!!

Все, кто был рядом, расхохотались.

– Да прекратите вы оба! – недовольно проворчал японец.

– Как прикажешь, о, великий Господин! – Алекс с Джимом снова поклонились и, наконец, поднялись на ноги, дружно похихикивая.

– Дурачки! Пошли, давай! – Уесуги схватил девушку за предплечье и потащил из зала.

– Всем до встречи! – махнула свободной рукой Алекс, поспевая за японцем. – Куда ты так бежишь?

– Когда вы уже прекратите этот цирк? – собирая вещи, Уесуги всё не мог успокоиться.

– Да брось ты, это же весело, – беззаботно ответила Алекс, сидя на краю кровати и беспечно болтая ногами. – Не всё же нам с тобой развлекать ребят драками.

– Было весело, когда вы только начали так делать, сейчас уже не интересно.

– А ребят это до сих пор веселит, – не сдавалась девушка.

– Да им только и дай повод поржать, – проворчал Уесуги. Он закинул сумку через плечо и посмотрел на девушку. – Поехали.

– Угу, – Алекс влезла в туфли и подхватила свою сумку, перекинув ремень сумочки через плечо. – Блин, что-то она тяжёлая какая-то!

– Я подкинул тебе свои концертные ботинки, а то они у меня что-то не влезают, – весело пояснил японец, обернувшись.

– Чтооо? – девушка от возмущения выпустила ручки сумки и та с грохотом бахнулась на пол. – Совсем офигел?

– Ну что, тебе жалко места в сумке? У тебя там и так много свободного пространства, – Уесуги, как ни в чём не бывало, пожал плечами, выходя из спальни.

– Я специально оставляю место, на всякий случай, – Алекс последовала за ним, пиная сумку впереди себя.

– Ну, вот и настал сейчас тот самый «всякий случай», – японец допил остатки сока.

– Совсем нет! «Всякий случай» – это если я вдруг что-то приобрету и будет место, куда это запихать. А не для твоих ботинок! – девушка упёрла руки в бока. – Ты их хоть предварительно положил в пакет?

– Нет, я их так бросил, сверху, – с серьёзным лицом ответил Уесуги.

– Ты… Вообще… Совсем… – Алекс даже задохнулась от возмущения. – На мои вещи просто так бросил свои ботинки, в которых ты вчера шлялся и бухал? Ты совсем охренел? Они же грязные и в песке!

– Алекс, расслабься, я шучу, запаковал я их в пакет, – японец потрепал девушку по голове. – Можешь даже проверить.

– А вот возьму и проверю! – она тряхнула головой и присела у своей сумки.

Уесуги не соврал. На самом верху лежали его концертные ботинки, аккуратно запакованные в пакет. Алекс закрыла сумку и встала:

– Тебе повезло.

– А что бы ты сделала? – усмехнулся Уесуги.

– Убила бы тебя.

– Ты не сможешь!

– Смогу! Сначала бы убила, потом воскресила, закопала заживо, откопала, расчленила и сожгла бы! – хохотнула Алекс. – Ну что, я до сих пор такая же милая?

– Да, и всё равно ты милая, – кивнул японец. Поставив пустой стакан на столик, он направился к выходу. – Всё, поехали.

– В первый и последний раз я таскаю твои дурацкие ботинки, – проворчала девушка, таща сумку.

– Это мы ещё посмотрим, – Уесуги загадочно улыбнулся, вызывая лифт.

– Я блин, на замок буду свою сумку закрывать, – прыснула Алекс.

– Не переживай, ключик я всегда найду, – засмеялся японец, входя в лифт.

– Ну, попробуй, рискни здоровьем, – в тон ему ответила девушка.

– Вот и рискну, – не остался в долгу тот.

До Токио они долетели на самолете, чтобы сэкономить время. Там у Уесуги была своя квартира, и не нужно было снимать номер в гостинице.

– Так, ну что, я на встречу, а ты можешь остаться и отдохнуть, – поставив сумку в коридоре, пробормотал Уесуги.

– Зашибись! – не выдержала Алекс, воскликнув на русском.

– Что? Что не так? – японец непонимающе посмотрел на неё.

– Это ты так решил отдохнуть сегодня, – пояснила девушка, скидывая туфли.

– Так может, ты тогда за меня сходишь? – Уесуги лукаво посмотрел на неё.

– Издеваешься? – Алекс недовольно посмотрела на него.

– Вовсе нет, – японец посмотрелся в зеркало. – Пойдёшь со мной или останешься? Я туда и обратно.

– А что мне там делать? Тоши там стопроцентно не будет и мне придётся забиться в уголочек, чтобы не мешать, – проворчала девушка. – Уж извини, но на всякие встречи я лучше буду оставаться дома.

– Ага, скучно там? – усмехнулся Уесуги.

Состроив гримасу, Алекс кивнула:

– Езжай без меня, а я наемся шоколада и буду отдыхать.

– Сколько же в тебя его влезает? – удивился японец.

– Столько, сколько нужно, – девушка пожала плечами.

– Так, ладно, я поехал, – Уесуги поправил солнечные очки и проверил в кармане куртки наличие своих ключей. – Ты пока разбери сумки. Да, и может, приготовишь что-нибудь вкусненькое.

– Иди к чёрту! – Алекс толкнула его в плечо. – Ещё чего, готовить! Бррр! Ненавижу!

– И даже мне ничего не приготовишь? – японец состроил умоляющую гримасу.

– Я подумаю над этим… Завтра, – хохотнула девушка.

– Какая ты… – начал было Уесуги, но Алекс перебила:

– Милая?

– Нет, вредная! – он снова потрепал девушку по голове. – Всё, я ушел, второй ключ в ключнице.

– Давай, иди уже, – кивнула Алекс, поправляя волосы.

– Я пошёл, – японец открыл дверь.

– Возвращайся поскорей, – в тон ему ответила девушка.

Уесуги стремительно чмокнул девушку в щеку и скрылся за дверью. Алекс лишь вздохнула, и направилась вглубь квартиры, пиная впереди себя дорожные сумки. Разобрав их, девушка, наконец, собралась в магазин.

Они часто останавливались в этой квартире, когда находились в Токио, поэтому Алекс успела худо-бедно изучить этот район. Она давно уже приметила небольшой магазинчик с обилием шоколадных изделий и постоянно там что-то приобретала. Набрав, как обычно, несколько видов шоколада, девушка вернулась в квартиру. Шоколад, фильм и чай – так она решила сегодня себя развлечь. Она давно ещё скачала японский фильм в двух частях и всё никак не могла его посмотреть. Теперь вот представилась такая возможность.

– Вот так-то! – довольно воскликнула Алекс, удобно устроившись на диване.

Уесуги вернулся примерно часа через три. Алекс за это время уже успела посмотреть фильм первый, и начала смотреть второй.

– Я не понял, а почему не пахнет приготовленной едой? – раздеваясь в коридоре, крикнул Уесуги.

– А? – спросила Алекс, не отвлекаясь от фильма и дожёвывая очередную шоколадку.

– Я говорю, где приготовленный тобой ужин? – японец вошёл в комнату.

– Э? – девушка всё-таки поставила фильм на паузу и непонимающе посмотрела на Уесуги. – Я тут фильмом засмотрелась…

– Я смотрю, ты не только «зависла» на фильме, – японец осмотрел столик, на котором лежали куча обёрток.

– Ой, я и не заметила, сколько съела! – Алекс глупо хихикнула, сев.

– Ты-то наелась шоколада, а я, между прочим, голодный, – Уесуги плюхнулся на диван рядом с девушкой и с интересом заглянул в нэтбук. – Что смотришь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Просыпайся, эй, не ленись, просыпайся, эй». (яп.)

Вернуться