Катя Герс
Око святого Холлема

Пролог

Лета никогда не думала, что вид горящей школы принесет ей столько удовольствия.

Это было Богом забытое место, настолько маленькое и никому не нужное, что практически никогда не отображалось на картах. Пожарная машина приехала не раньше, чем через час, и несчастное, без того побитое жизнью здание уже не представляло собой ничего кроме обугленных досок и кирпичей.

Девушка гордо расправила плечи и вздернула подбородок. На секунду она прикрыла глаза: испуганные вопли одноклассников всё ещё не прекращались, как и бессмысленные попытки учителей успокоить неподдающуюся уговорам толпу. Благо, все выжили. Точнее, почти все. Хорошо, что Лета нажала на тревожную кнопку ещё до возгорания. Кто знал, чем всё могло обернуться, если…

– Говорят, что–то в кафетерии полыхнуло! Плита, может, не знаю?

– Да я вообще в шоке, что эта рухлядь стояла так долго. Точно все уцелели?

Лета не заметила, как вдруг стала составляющей одной из небольших компаний, разбросанных по территории школьного двора и близлежащей улицы.

– Где ты была? Мы уже думали, что там осталась!

Друзей у девушки всегда было достаточно. Найти общий язык не составляло проблемы даже несмотря на то, что порой девушка сама не замечала собственной эмоциональности и раздражительности.

Уставившись на место, где находились несчастные остатки кафетерия, Лета нахмурилась. А точно ли получилось? Вдруг её радость и облегчение были неоправданны? В груди появилось странное колющее чувство. А не рано ли радоваться?

– Черт…

– Что такое? – взволнованно спросила одна из одноклассниц.

– Там уже всё проверили? Никого не нашли? – Лета говорила испуганно. Она вдруг тяжело задышала, и губы её еле заметно задрожали.

А если его найдут? Почему Лета подумала об этом только сейчас? Сначала решат, что тело принадлежит одному из учеников, а потом, когда убедятся, что никто не пропал, поймут, что на территории был кто–то посторонний, и тем более начнутся разбирательства.

Никто не успел ответить, так как вдруг неподалеку появилась черная машина. Ехала она так быстро, что при торможении завизжали колеса. Всё, что поняла Лета по шокированным глазам окружающих, машина была дорогая. В их захолустье мало у кого было что–то круче старенького седана.

Владелец авто тоже стал объектом неподдельного интереса. Даже с большого расстояния и при не самом лучшем зрении можно было понять, что мужчина очень красив. Он точно излучал странную притягательность, и многие долго не могли продолжить разговор, разглядывая его. Одет мужчина был в джинсы и черную рубашку с длинным рукавом, и пусть сочетание вещей не было чем–то необычным, всё равно казалось, что он сошел со страниц модного журнала. Его темные волосы средней длины были убраны назад, на лице красовалась легкая ухоженная щетина, которая наверняка прибавляла пару лет к возрасту, но всё равно нельзя было сказать, что он старше тридцати пяти.

Показав удостоверение, мужчина стал разговаривать с пожарными, затем бросил что–то директору и стоящим рядом учителям. Глаза тех округлились, и кто–то указал рукой в сторону компании, где стояла Лета.

– Чего?..

– Что им надо?

Девушка молчала несколько секунд, и, встретившись взглядом с незнакомцем, бросилась прочь.

Глава 1. Тот, кто прибыл из снов. Часть 1

Одна из неожиданных сложностей в нормальной семье – осознание, что не можешь так просто не вернуться домой. О тебе обязательно будут волноваться, начнут искать, а затем и обратятся в полицию. Cказать, что вдруг ни с того, ни с сего решила остаться у подруги после известий о школьном пожаре, затея плохая. То, что телефон стал разрываться от звонков, дало понять, что мистер и миссис Авэр направились прямо к очагу событий. Тогда, когда о тебе никто не заботится, можно запросто покинуть город или хотя бы отсидеться в убежище несколько недель, пока паника не утихнет.

Как долго Лета сможет прятаться? Наверняка, если тот мужчина начнет искать её, то придет именно домой. Да и не известно, что он успел наговорить её родителям. Точно ничего хорошего.

Что делать?

Нужно сохранять спокойствие, думать холодной головой и не позволять эмоциям брать вверх, пусть и безумно хотелось. Количество пропущенных звонков достигло тринадцати, и к немалой тревоге прибавилось чувство стыда. Эш и Синди, наверное, с ума сходят. Но что Лете остается? Пусть их семья всегда была своеобразной, как любили говорить в округе, девушка не могла похвастаться уверенностью, что правда не прозвучит, как исповедь сумасшедшего.

Она и сама до конца не знала, что в самом деле произошло. Может, Лета стала преступницей, которая из–за странного помутнения рассудка навредила человеку? Или Авэр так сильно хотела поверить в происходящее, что не заметила, как реальность смешалась с вымыслом?

Могут ли её привлечь к ответственности? Пусть оборудование в кафетерии было старым, и возможность короткого замыкания никто не отменял, полицейские смогут понять, что очагом возникновения пожара является что–то другое. У Леты не было репутации заядлой хулиганки, но вдруг будут найдены следы, и девушку посадят? Сколько дают несовершеннолетним за поджог? Пусть даже если этот самый поджог стал единственным ключом к спасению.

Стемнело. Неподалеку послышался рев патрульных машин. Интересно, они с запозданием отправились к школе или искали Лету?

Прятаться в заброшенном доме, полном тараканов, мышей и прочей живности, от вида которой содержимое желудка просилось на волю, было невыносимо, но девушка понимала, что нужно обдумать план действий. Нервно перебирая десяток зажигалок, затесавшихся в широких карманах джинсов, Лета достала одну из своих спасительниц. А точно ли опасность миновала?

Даже если Авэр действительно предотвратила череду ужасных событий, можно ли считать, что жертва в виде сожженной школы не более чем капля в море? А ведь в их городке это единственное учебное заведение. Стоит ли в таком случает считать это чувство вины оправданным?

Слишком много вопросов, ответы на которые найти не так уж и просто. Каждый будет думать по–своему даже тогда, когда узнает все детали случившегося, но не известно, произойдет ли это.

Заскрипели половицы. Лета вновь выглянула в окно, точно почувствовав появление ещё одной машины. Если полиция и могла отправиться к школе, то уже знакомый черный автомобиль разъезжал по округе явно в поисках Авэр. Девушка знала это.

Если этот человек и успел поговорить с её родителями, то теперь стало известно, что он точно не находится в их доме. Значит, можно возвращаться. Возможно, получится выкрасть хотя бы минут тридцать, чтобы объясниться с родней и попросить о помощи. Главное, добраться не замеченной. Это превыше всего.

С освещением в их городе была самая настоящая беда. Пусть на улице и находился фонарь, то свет от него мало что давал. Это была проблема, с которой почему-то практически никто не хотел бороться, ведь возвращаться домой по темноте – то ещё удовольствие. Но сейчас это играло на руку.

Девушка не знала, действует ли она правильно. Возможно, стоило позвонить родителям сразу же, но она не знала, что сказать. Паника так и пыталась заглушить здравые мысли, и пусть Авэр и пыталась просчитать каждый шаг, она чувствовала, что совершает ошибку. Что–то она точно сделала не так.

Может, стоит попробовать уснуть?

Нет, тогда родители окончательно сойдут с ума.

Когда Эш и Синди Авэр переехали в Ханнек, люди сразу насторожились. Чтобы кто–то по собственной воле согласился переехать в это захолустье? Да не смешите. Они не были писателями или художниками, которые пытались найти вдохновение и уединение для нового творческого порыва, они не были исследователями или обедневшими людьми, которые переехали исключительно по личным причинам или глупости, они были…никто не знал кем они были. Даже множество расспросов не давали ясного ответа. Всё, что видели окружающие – имели эти люди явно средний достаток, а значит, вряд ли могли оказать преступниками. У них никогда не было дорогой машины, и даже тогда, когда в один из летних месяцев их жилище одолели термиты, Авэры попросились перекантоваться у знакомых, а не сняли номер в гостинице. Оба явно работали из дома, так как пределы города покидали достаточно редко, а в Ханнеке их видели только лишь в качестве покупателей в продуктовом магазине. Синди уже была беременна, когда переехала, и никто бы не удивился, что рожала она тоже дома, пусть и настоящих доказательств этому не было.

Но несмотря на закрытый образ жизни, они были ещё теми любителями поболтать, причём во всех разговорах выдавали достаточно странные фразы, которые порой отпугивали окружающих и мешали заводить новые знакомства. Например, увидев старого автомеханика Джо со сломанной рукой, Эш вместо того, чтобы спросить, что произошло и пожелать скорейшего выздоровления, смеясь, заявил, ломать руку не так больно в сравнении с тем, когда поочередно ломают пальцы, а затем спокойно пошел своей дорогой. Синди тоже не отступала от мужа в и без того редких разговорах с соседями, не скрывала своих чувств, «тонко намекая» людям на их недостатки. «Ты всё–таки подстриглась, Лорен? А–то я думала, что ты вечно будешь ходить со своим гнездом! Но тебе очень идет, дорогая. Во всяком случае я больше не думаю, что в твоих волосах кто–то завелся». Жители Ханнека никак не могли понять, как столь «невоспитанные и ненормальные» люди смогли воспитать такого нормального ребенка как Лета. Наверное, все ожидали, что девочка станет маленькой копией Авэров, да и в добавок начнет задирать или даже бить сверстников, но этого не происходило. На удивление чересчур искренняя парочка заботилась о дочери, как о самом большой и дорогом сокровище в их жизни. Лета были их маленькой принцессой и практически никогда не слышала ни единого упрека в свой адрес. Слушая рассказы подружек об их семейных проблемах, девочка знать не знала, что такое бывает. Конечно, её проступки редко поощрялись, но и никогда не наказывались. Обычно всё заканчивалось простым разговором, и будучи семнадцатилетней девушкой, Лета с улыбкой вспоминала, как однажды спросила, почему её никогда не ставят в угол, на что Синди сказала: «Ты досталась нам слишком дорогой ценой, чтобы поступать подобным образом». Пусть истинное понимание этой фразы и пришло только через много лет, Лета всегда была благодарна родителям за то, что они никогда не пытались взрастить в ней те комплекты, которые появлялись у их соседей из–за редких, но очень ёмких колких фразочек. И если Эш и Синди могли позволить себе практически не общаться с соседями, Лета была вынуждена ходить в школу, где быстро осознала, что излишняя прямолинейность далеко не всегда приводит в чему–то хорошему. Так она поняла, что порой свое мнение лучше никому не озвучивать, если не хочешь быть запертой в кладовке. Наверное, Авэр повезло, что на пути попались правильные подруги, благодаря которым она научилась (или была близка к тому, чтобы научиться) правильно взаимодействовать с окружающими. Ну, или почти правильно.

«Нужно рассказать всё!» – крутилось в голове.

Даже если на Лету посмотрят, как на идиотку, совесть будет чиста. Родители помогут, скажут, что делать. Сама она точно не справится.

Единственная машина, которая стояла около дома, принадлежала Авэрам. Значит, кроме них скорее всего больше не было.

Девушка не переставала оглядывать. Ей вечно казалось, что кто–то вот–вот схватит её за руку, что неизвестное существо выпрыгнет из темноты и утащит за собой.

Она двигалась быстро. Тяжело дыша, постаралась заглянуть в окна, но они, как и всегда, были зашторены. Медленно подошла к двери, прислушиваясь.

Сглотнула.

Девушка сама не заметила, как в прижатой к груди руке вновь оказалась зажигалка. Лета замерла, услышав приближающиеся шаги. В конце коридора показалась Синди.

Было сложно сказать, какие эмоции читались на лице женщины. Точнее, какие не читались, потому что была видна и злость, и радость, и тревога, и страх… Эш мало, чем отличался от жены, но быстро взял себя в руки, странно огляделся по сторонам, будто в стенах узкого коридора затесался кто–то ещё, а затем схватил дочь за руку, причем довольно грубо, чего прежде не делал никогда.

– Что это ещё за?.. – он выхватил зажигалку. Затем замер. – Лета?!

– Не дави на неё! Ты цела? – попросила Синди. – Почему не отвечала? Мы тут с ума сходим!

– Я в порядке. В порядке… Я не сделала ничего плохого. Точнее, сделала. Ох, черт! Я всё объясню! Никто не приходил? Я знаю, что он должен был…

Лета поспешно направилась в гостиную и замерла в дверном проеме. Тот мужчина, которого она видела около школы, совершенно спокойно сидел в кресле, забросив ногу на ногу. При виде девушки в его взгляде промелькнуло нечто довольное, заинтересованное.

Авэр не смогла выдавить из себя ни слова даже тогда, когда незнакомец поздоровался. Она лишь отступила назад, чуть ли не прячась за спиной родителей, но стоило мужчине подняться с кресла, Лета вновь достала из кармана единственное оружие, стала размахивать включенной зажигалкой, чуть ли не обжигая себе пальцы.

– Ещё один шаг и!..

– Лета! – произнести родители в один голос. Синди попыталась схватить дочь на рукав, но то одернула руку и подошла к незнакомцу ещё ближе. – Ты что творишь? Успокойся!

– Наверное, мисс Авэр просто переволновалась, не так ли? – мужчина подошел к огню непозволительно близко, и его рубашка в любой момент могла вспыхнуть. – Конечно, такой страшный пожар. Она ведь не хочет, чтобы это повторилось?

Лета не двигалась. Девушка не понимала, почему этот человек был настолько спокоен. Зажигалка потухла и оказалась в руках Эша, как и предыдущая.

– С ума сошла? – спросил отец. – Дьявол, что ты делаешь?

Но ответа не последовало. Лета молчала, всё так же уставившись на незнакомца. Она смотрела прямо в его глаза, темно–зеленые, почти карие, чем–то похожие на её, и не могла понять, что же вдруг пошло не так.

– Милая, ты так сильно испугалась? – Синди обняла дочь за плечи и усадила её на диван, точно послушную куклу. – Зайчик, ты точно не пострадала? Скажи, что произошло?

– Я ведь рассказывал вам, – начал незнакомец.

– Я говорю со своей дочерью, а не с вами, Самюэль! – Синди повысила голос. – Не открывайте рот, когда не просят.

– Мама…

Лета перевела взгляд на мужчину, во взгляде которого читалось недоумение. Кажется, он не ожидал, что столкнется с подобной реакцией со стороны миссис Авэр. Его темные брови свелись к переносице, глаза сощурились, а взгляд стал необычайно сосредоточенным.

Неожиданно Синди глубоко вздохнула:

– Я спокойна. Всё нормально.

– Я понимаю ваше волнение, – Самюэль улыбнулся одними уголками губ. – Знаю, сейчас вы жаждите пообщаться с Летой, но позвольте мне самому с ней поговорить. Всего несколько минут.

Взгляд Эша метался из стороны в сторону, точно внутри у мужчины разыгралась самая настоящая борьба.

– Я настаиваю.

Авэры молчали.

– Всё для её же блага. У вас нет никакого повода для беспокойства.

Эта фраза заставила их покинуть комнату. Лета настороженно взглянула на мужчину, на лице которого читалась явная победа. Нет, Эш и Синди никогда бы так просто не ушли, не оставили бы дочь с человеком, которого даже не успели представить! Здесь явно было что–то нечисто.

– Не тянись к карманам. – тихо сказал Самюэль.

– Всё для моего же блага?

– Поверь.

– Что вы с ними сделали? – сидеть смирно было тяжело. – Что за фокусы?

– Тебе не кажется, что для начала нам стоит познакомиться, беглянка? Думал, ты гораздо быстрее покинешь убежище. Пришлось на некоторое время расстаться с машиной, чтобы выманить тебя.

– А если бы я в итоге не вышла?

– Вышла бы. Рано или поздно. Хороший ребенок хороших родителей. Наверняка места себе не находила.

Лета усмехнулась:

– Как и они. Но так быстро успокоились, стоило вам приказать. Хотя нет… Что–то пошло не так?

Мужчина резко переменился в лице. Девушке показалось, что она даже услышала скрип его зубов. Кажется, эти слова явно не пришлись ему по вкусу.

– Какая умная девочка.

– Поэтому сбежала. Не доверяю вам.

– Но ты меня не знаешь. – он показал головой. – Впервые видишь.

Лета выдержала секундную паузу, не прекращая изучать зелено–карие глаза:

– Нет.

– Что, нет? – говорил он с некоторой долей иронии.

– Я видела вас. И его тоже видела.

С одной стороны, во взгляде мужчины показалось недоумение, но с другой…кажется, он понимал, что Лета имела в виду. Он подошел к двери, убеждаясь, не подслушивают ли Эш и Синди разговор, посмотрел вниз и задумчиво покачал головой. Затем снова сел в кресло прямо напротив Авэр, немного наклонился вперед, опираясь локтями о ноги.

– Чтобы я помог тебе понять, что сегодня произошло, ты должна рассказать, где видела…нас. И почему поступила так, как поступила.

Лета некоторое время молчала, подбирая слова.

Плывут ли они с этим человеком в одной лодке? Может, его влияние на Эша и Синди куда больше, чем обычное убеждение? Тогда почему он не пытается повлиять на Лету, а ждет, когда она сама всё расскажет?

– Ты умная девочка. И знаешь, что мы с тобой в чем–то очень похожи. Гораздо сильнее, чем кажется, не так ли? – его слова точно ответили на вопросы Леты, но всё же некоторая неуверенность не покидала. – Хотя, знаешь, мне ещё не приходилось убивать Эрка. На пути не попадался, гадёныш.

От слова «убийство» Лету передернуло, пусть она и понимала, что сделала.

– Как вы его назвали?

– Эрк. Хорошая работа, молодец. Можешь не переживать: от таких, как он, ничего не остается. Тело не найдут. Ты ведь из–за этого переживала.

– Не только.

– Так расскажи. Если хочешь узнать больше о том, что с тобой происходит.

Лета обняла себя за плечи. Поначалу её голос дрожал, но потом, чем глубже она погружалась в историю, тем становилось легче. Самюэль такой же, как она, или во всяком случае очень похож; он знает об этом мире гораздо больше, чем обычный человек.

– Всю свою жизнь я вижу очень яркие сны, четкие, практически живые. Иногда их можно было настолько легко спутать с реальностью, что я переставала понимать, что в самом деле происходило. После этого я осознала, что подобное происходит не с каждым. Порой я видела совершенно обыденные вещи, наш дом или окрестности, а затем, чем старше я становилась, моим снам точно разрешали заходить всё дальше, и я стала видеть не только свою семью, но и других жителей города. Конечно, происходило это не каждый день, но если я вновь видела сон, то порой становилась свидетельницей того, чего совершенно не хотела. Если одним днем могла увидеть грядущую школьную экскурсию, то другим – как сосед изменяет своей жене с женщиной, работающей в закусочной. И если раньше я думала, что знаю больше, чем должна, то сейчас осознаю, что только вступаю на путь к изучению того, что же со мной происходит. Тем не менее прежде это были довольно безобидные сны. Ханнек слишком тихое местечко, практически мертвое и неподвижное, жизнь здесь застыла, и даже мои сновидения больше не приносили мне такого удовольствия, потому что ничего нового я не видела. Но несколько недель назад всё изменилось. Это случилось настолько резко, что я до сих пор не осознаю, с чего вдруг моя жизнь превратилась в фильм ужасов с дешевой графикой.

Лета облизала пересохшие губы. Перед глазами всё ещё стояла на злополучная ночью, после которой относительно спокойная жизнь поменяла статус на «пока тебя ещё не убили, поздравляю. Посмотрим, что будет завтра».

– Одной ночью я решила посмотреть сериал. Родители никогда не контролировали мой режим, который оставляет желать лучшего, но я понимала, что при любом раскладе в школе буду напоминать сонную муху. В моих руках было несколько пакетов с печеньем, тарелка с тостами и горячий чай. Я не хотела несколько раз спускаться на кухню, поэтому набрала всё сразу. Как обычно. Точнее, нет. Чаще всего я открывала окно, чтобы комната успела проветриться, а в этот раз не стала. Просто не захотела. Когда я переступила порог комнаты, то первым делом взглянула именно на окно, потому что больше ничего просто не могло привлечь мое внимание. Видели дерево, которое стоит во дворе? Отец сказал, что, возможно, скоро придется его срубить, потому что корни слишком выросли. Раньше эта идея мне не нравилась, но сейчас… Когда–то я пыталась забраться на это дерево, чтобы через него залезть в окно своей спальни. Тогда мне было около восьми, и я не поднялась и не на метр, не знала, как это сделать. А вот он знал.

– Эрк?

– Если мы с вами говорим об одном и том же. Теперь буду знать, как к нему обращаться… Эта тварь со светящимися впалыми красными глазами опиралась своими костлявыми руками в окно, точно пыталось отпереть его. Наверное, у него не хватило мозгов попытаться разбить стекло… Или он просто не хотел шуметь, кто знает? Его голова напоминала уродливый череп, настолько туго обтянутый сероватой кожей, что беззубый на первый взгляд рот практически не закрывался. Эрк смотрел на меня, медленно водил рукой по окну, и раздражающий скрип резанул уши. Из–за испуга я уронила еду на пол, и кипяток попал прямо на ноги. А потом я открыла глаза.

– Это…был сон? – несмотря на всё то, что Лета сказала ранее, Самюэль точно не мог поверить в услышанное.

– Который материализовался на следующий же день. Только в этот раз я была подготовлена, и мне ничего не угрожало ожогом. Мы смотрели друг на друга несколько секунду, эрк чем–то напоминал кота, скребущегося под дверью. Несмотря на отвратительный внешний вид он выглядел безобидно или, возможно, пытался быть таковым, чтобы сбить меня с толку. Но я знала, что у него в голове, знала, что он пришел не просто так. Его мучил голод. Я стукнула по окну прямо перед лицом.

Самюэль ошеломленно вскинул брови, и Лета более уверенно вытянулась вперед, точно так же облокачиваясь о свои ноги, как и мужчина.

– Эта тварь не ожидала подобного.

– Не удивительно…

– Эрк упал на землю, и этот звук разбудил родителей. Они сразу поверили в рассказ о большой кошке, пытавшейся забраться в дом, пока я запирала дверь и окна наглухо. Но я знала, что если это чудовище пришло однажды, то нужно готовиться к следующему визиту.

– Ты так спокойно рассказываешь об этом. Неужели тебе совсем не было страшно?

Лета пожала плечами:

– Я точно была готова к подобному. Не знаю… Может, эрк мне и раньше снился?.. Но я знала, как следовало действовать. Я всегда знала, что со мной что–то не так, и единственное, о чем я тогда переживала, чтобы никто не пострадал. Кроме монстра, конечно. У меня не было времени на слезы и истерику, нужно было думать быстро! Засыпалось теперь страшно. Пусть окна и были зашторены, я чувствовала, что эрк гораздо ближе, чем я думаю. Я выпила мамино снотворное, но ночью я не увидела ничего. Тогда убедилась, что искусственным путем видения не вызвать. Я сама должна была уснуть. Это было трудно, очень страшно, я вся вспотела, но смогла. Усталость делает с человеком страшные вещи. Тогда я вновь увидела эту тварь. Он ел какого–то мужчину по среди дороги. Кровь текла по его губам, и только тогда я поняла, что зубы у эрка всё–таки были, наверное, просто небольшие… Или он прятал их, как вампиры свои клыки в кино, не знаю. Но факт оставался фактом: он искал пропитание.

– Как ты поняла, что стоит использовать огонь? Тоже из сна?

Лета кивнула:

– Но этот сон приснился лишь через несколько дней после того, как до меня дошли слухи о пропажи пожилого мужчины в нескольких киломентрах от Ханнека. Во сне я безуспешно пыталась убежать от эрка, который догонял меня снова и снова. Он нападал со спины, валил за землю и… Картина мало чем отличалась от предыдущей. Но в один момент трава вокруг нас загорелась. Огонь сам пытался поймать эрка, тянулся к нему и опутывал за считанные секунды, будто его тело было пропитано горючей жидкостью. Я поняла, что это единственный способ избавиться от него.

Самюэль был поражен словам девушки. Её привычное понимание мира перевернулось с ног на голову, но она рассказывала всё так спокойно, будто ни капли не была удивлена происходящему. Неужели она действительно так привыкла к своим сновидениям, что переход от бытовых вещей к чему–то куда более жуткому не показался пугающим?

– Если бы я тратила время на то, чтобы разбираться во всем, то не сидела бы здесь. – Лета точно ответила на него вопрос. – Всё, что я сейчас осознаю, моя жизнь никогда не будет прежней. Я сглупила и набрала десяток зажигалок в ближайшем магазине! Я знать ни знала, что увижу эрка недалеко от школы, поэтому пришлось действовать. Нельзя было допустить, чтобы ребята ходили по одному, поэтому пришлось вызвать пожарную тревогу. Я готовилась к тому, что должна сделать, и мне до сих жутко от того, что эрк загорелся словно бенгальские огни. Он настиг меня прямо в кафетерии, который, благо, пустовал, так как все эвакуировались, и мне ничего не оставалось, кроме того, как действовать. Эрк бы убил меня. Либо я, либо он, вот что. Я не думала, что пожар будет настолько сильным, и что огонь поглотит школу. Черт, что же со мной будет? Сначала я была горда собой, что, возможно, спасла множество жизней от страшной твари, но потом осознала, какие последствия меня могут настичь. Поджог… Когда все узнают…

– Никто ни о чем не узнает. – заверил Самюэль. – Я гарантирую это. Распространившаяся версия с загоревшейся плитой сыграла на руку. Будут приняты меры, чтобы не началось разбирательство.

– И кем же?

– Тем, кто в этом заинтересован не меньше нас с собой.

Лета кивнула. На мгновение прикрыв глаза, она вспомнила те беззаботные деньки, когда совершенно не задумывалась о том, что может находиться в серьезной опасности.

– Почему от меня убежала?

– Потому что вы тоже снились мне. Не могу сказать, что я видела что–то необычное…кажется, только лишь ваше лицо, но я не чувствовала себя в безопасности в этом сне. Мне было страшно находиться рядом с вами, и казалось, что в один момент вы тоже можете стать страшным чудовищем. Увидев вас сразу после того, как я убила эрка, стало для меня настоящим шоком. Я была уверена, что вы несёте угрозу, что вы такой же, как и он. Но даже сейчас я не могу отделаться от мысли, что вы вонзите мне нож спину.

– Тогда почему рассказываешь мне это всё?

– Потому что вы знаете, что со мной происходит или можете помочь узнать, сами так сказали… Значит, вы такой же? А если я чувствовала от вас угрозу, значит ли, что угроза исходит и от меня?

Мужчина проигнорировал этот вопрос, отклонился на спинку кресла и задумчиво посмотрел на дверь:

– Родители тоже сталкивались со…странностями?

– Они оба и есть странность. Я это прекрасно осознаю. Родители немного не от мира сего.

– Удивительно, – мужчина усмехнулся. – Может… Кто–то из них тоже видел такие сны?

– Нет… Либо они солгали, когда я спросила. Я рассказывала про те сны, которые снились раньше, и они никогда не крутили пальцем у виска. Но, знаете… Я всё равно не могу поверить, что они приняли это. Почему они не считают меня ненормальной? Почему они сами такие…

Сказать «ненормальные» в адрес родителей не поворачивался язык.

– Но про появление эрка ты умолчала. Почему? Если уже упоминала сны.

– Боялась, что это уже слишком. До сегодняшнего дня я не была уверена, что нахожусь в здравом уме. Может, вы просто тяните время, пока не приедут люди в белых халатах и не наденут на меня смирительную рубашку. Или я разговариваю сама с собой, кто знает? Но сейчас я понимаю, что не одна такая, верно? Вы из тайной организации по отлову таких, как я?

– Тогда для меня тоже нужен охотник, – мужчина улыбнулся. – Кажется, теперь мой черёд рассказывать истории?

Лета покачала головой. Она всё ещё не понимала, почему родители до сих пор послушно ждут за дверью. Может, Самюэль владеет гипнозом? Если так, то спектр возможных способностей (назовем их так) гораздо шире, чем просто вещие сны.

– Не так давно жил человек с весьма противоречивыми взглядами на жизнь. Он считал, что его миссией является в корне изменить мир и сделать его «правильным». А ещё у него была необычайная тяга к власти. Если пытаешься распространить свои идеи, то охватывай большие территории, верно? Конечно, были те, кто встал на него сторону, и были они уничтожены вместе со своим господином. Их ждало наказание в зависимости от совершенных преступлений: кто–то был казнен, а кто–то…изгнан.

– Как подробно… из вас отличный рассказчик.

– Если я начну вдаваться в детали, не хватит и дня, чтобы всё рассказать. Сейчас главное донести суть. Изгоняли виновных очень далеко, без малейшей возможности вернуться. А также им стирали память и внушали ложные воспоминания. Теперь стало интересней? Проворачивали подобное редко, и то с теми, за кого очень просили. В большинстве своем виновных просто ждала смерть. Авэр… Такая необычная фамилия, да?..

– К чему вы клоните?

– В целях безопасности твоим родителям полностью изменили имена, да в добавок расселили по разным частям вашего измерения. Их сослали, и никому и в голову прийти не могло, что что–то пошло не так. За Эшем и Синди наблюдали некоторое время, как, впрочем, и за остальными, кого сослали, и не было никаких недоразумений. И что я увидел сегодня? Они вернули свои настоящие имена, каким–то образом нашли друг друга, но воспоминаний о прошлом нет. Я даже предположить не могу, как такое возможно.

Лета пыталась осмыслить услышанное, но сделать это было труднее, чем ожидалось.

– Мои родители не преступники. Что за бред…

– Ещё какие. Не знаю, что твой дедушка пообещал судье, чтобы из пощадили, но все были уверены, что казнь состоится.

– Бред… – бросила девушка, но тут же задумалась. Родители утверждали, что у них больше не было никаких родственников. Все праздники они проводили только втроём, и всю свою жизнь Лета слышала легенду о смерти родителей Синди в автокатастрофе в восемьдесят восьмом и о том, что Эш вообще вырос в приюте и семью свою никогда не знал. Неужели у Леты все–таки были ещё родные?

Самюэль понимал, что принять такую правду будет непросто. Он и сам толком не знал, что же случилось. До прихода Леты он общался с Авэрами почти час и был убежден, что они ничего не помнят. Лишь некоторые их слова и действия говорили, что в сознании явно что–то осталось. Характером были те же Эш и Синди, предатели Донесса, изменники, настоящие лжецы; в них не было ничего от людей, в которых их пытались превратить. Поэтому они и поверили Лете, потому что в глубине души знали, что подобные странности – не странности вовсе. Наверное, если бы девушка успела рассказать родителям об эрке, они бы легко согласились и с этим.

Авэр осталась одна в комнате на несколько секунд. Ожидая начала самой настоящей очной ставки, она с удивлением взглянула на Самюэля, которые вернулся совершенно один. Взгляд у него был взволнованный, растерянный.

– Чёрный ход в доме есть?

– Н–нет… В чем дело? – Лета задела перегородившего проход мужчину плечом. – Мам, пап?

Родители не откликнулись. Девушка поспешно прошлась по дому, но следов Авэров старших нигде не было. Они не могли уйти как минимум потому, что не стали бы бросать Лету, как максимум – никто не слышал постороннего шума, скрипа двери, которая кряхтела на всю округу, когда открывалась.

– Что хрень происходит? – выругалась девушка. – Мам, пап?!

Самюэль, у которого раньше были ответы чуть ли не на все вопросы, сам не понимал, что случилось. Мужчина отошёл немного в сторону, отвернулся к стене и стал тихо разговаривать по телефону, точно не хотел, чтобы его слова услышала Лета.

– Проблема, да… Кажется, мы поспешили…

– Эй! – Авэр дёрнула мужчину за рубашку. – Что происходит?!

– Подожди, – сказал он в трубку, а потом развернулся к Лете. – Будь хорошей девочкой и успокойся. Сядь.

– Что с н..?

– Сядь сейчас же!

Он вновь вернулся к телефонному разговору, но при этом не сводил с девушки глаз, точно боялся, что вдруг исчезнет и она.

За многие годы Лета впервые столкнулась с событием, которое стало для неё настолько неожиданным. Дыхание спëрло. Что могло произойти? Неужели кто–то ещё был заинтересован Авэрами? Девушка вспоминала всё, что услышала несколько минут назад, хотела уверить себя, что это не может быть правдой, что слова Самюэля в действительности больше похожи на сказку, но если учитывать то, что успело произойти… Вдруг это правда? Её родители были изгнанными из Донесса преступниками? И что такое этот Донесс? Другое измерение, если вновь вспомнить разговор.

Голова шла кругом. Жизнь девушки перевернулась с ног на голову за считанные дни.

Глава 2. Тот, кто прибыл из снов. Часть 2

Угрожала ли Эшу и Синди опасность? Может, кто-то захотел избавиться от них? Как они смогли вернуть свои имена и встретиться, если Самюэль утверждал, что им стёрли память? Почему он был так в этом уверен? Может, это и не он повлиял на родителей, чтобы те покинули комнату?..

Лета вздрогнула. Нет, они бы ни за что не бросили её! Было бы слышно, как они уходят! Было бы слышно…

– Пойдём, – это больше походило на приказ, а не на просьбу.

Авэр запротестовала:

– Я жду объяснений, сейчас же! Я не пойду с тем, кого совсем не знаю. То, что вы рассказали, мало, что даёт. Вам придётся тащить меня, если не хотите рассказать ничего. Или применять свой гипноз.

– Я не владею гипнозом.

– Но почему родители так просто ушли?

– Я – эмпат. Я вызвал у них чувство доверия, чтобы они позволили нам поговорить наедине. Твои родители слишком сильные маги (точнее были ими), чтобы моя сила действовала на них слишком долго, но сами они бы не ушли. Не стали бы. Даже я это понимаю.

Лета зажмурилась.

– Пусть это будет сон. Нет, не сон… Пусть я просто надышалась дымом, и это мне чудится. Пожалуйста, я не хочу ввязываться в это.

– Боюсь, за тебя уже всё решили. Идём.

– Вы тоже изменяли мои чувства?

– Нет, – честно ответил он. – В этом нет необходимости, ты и сама всё рассказа. Это только в сказках магией можно пользоваться, когда вздумается. Всегда очень опасно влезать в чьё–то сознание. Только в крайнем случае.

– А учителя моей школы и полиция?..

– Крайний случай. И, да… Называй меня просто Сэм. Ни к чему нам эти глупые формальности. Я не такой старый.

Они вышли на задний двор, место, где никогда не было посторонних глаз. Окружённое массивным забором, это пространство стало идеальным для чтения заклинания.

– Повторяешь за мной слово в слово. Не смещай ударения, это очень важно, – Самюэль обхватил ладонь девушки, как делают в армрестлинге. – Буду говорить громко и чётко, твоя задача просто повторить. И закрой глаза, чтобы не стошнило.

Голова и без того шла кругом. Пусть Лета относительно и была подготовлена к возможности подобного, она не хотела соглашаться с действительностью. Почему ей просто не приснился выигрышный счёт в футбольном матче, чтобы заработать состояние? Нельзя ли сохранить способности, но при этом оставить жизнь спокойной и безопасной?

– До́несс лекобэ́лл о та́нно. Га́дьич ди бофф.

Каждое слово, каждый звук мужчина произносил невероятно четко. Было видно, что учился этому он ни один год.

Послушно стоя с закрытыми глазами, Лета ощущала, как бешено колотится сердце. Что должно произойти? Неужели они отправятся в этот самый Донесс?

Они повторяли заклинание снова и снова, пока непойми откуда взявшийся поток ветра не ударил в лицо. На мгновение показалось, что Лета оказалась внутри какой–то странной вязкой субстанции, вызвавшей мгновенное чувство отвращения. А затем появился холод. Он добрался даже до самых отдаленных участков тела, по спине пробежал целых табун мурашек, и ноги вдруг почему–то подкосились.

Лета почувствовала, как рука Самюэля придержала её спину.

– Отлично справилась, – заявил мужчина. – Для жителя Авэйра самое то.

– Чего?..

Они оказались перед входом в массивное здание из темного камня. Узенькие башни были устремлены ввысь, казалось, что ещё немного и они разрежут собравшиеся густые темные тучи. Окон был слишком много: некоторые из них, вероятно, слуховые, затесались на многоскатной крыше, какие–то имели множество винтажных узоров, массивные рамы, другие заполоняли пространство от пола до потолка, открывая идеальный обзор, а некоторые находились в треугольных фронтонах, сделанных, кажется, для балконов. На стенах было множество выпирающих конструкций, скульптур, арок. Место, которое, вероятно, было входом в здание, оказалось гораздо большим, чем обыкновенная дверь: резная, с множеством узоров и, на первый взгляд, очень тяжелая и массивная.

– Что это за здание?

– Академия святого Холлема или просто Холлем, как все называют, – ответил мужчина. – Отличное место, чтобы получить ответ на нужные вопросы.

Внутри атмосфера мало чем отличалась от фасада. Здесь было так же таинственно и жутко, немного холодно. Сначала они шли вдоль безлюдного громадного коридора, который даже больше походил на зал, поднялись по мраморной лестнице. На стенах висело множество картин, и стоит отметить, что большинство из них не ушли от привычной для «замка» (Лета была не уверена, что его можно так называть) цветовой гаммы, а затем показались и первые скульптуры. Наверное, архитектор постеснялся выставлять весь ужас наружу и решил оставить всё самое интересное для тех, кто мог оказаться в стенах этого внушающего ужас здания; казалось, что из стен торчат кричащие, корчащиеся от боли люди, глаза были удивительно живыми, а кожа напоминала расплавленную свечу.

– Отличное место для замка графа Дракулы.

– Здесь гораздо опаснее, поверь! – мужчина огляделся по сторонам. – Неужели все послушно сидят по своим комнатам? Сейчас и десяти нет. Какие подростки стали скучные. В мое время мы только и делали, что шатались здесь. А ведь у нас были куда больше надзорных!

Взгляд Леты был немного растерянный. Как ей стоило реагировать на подобное? За день произошло столько событий, сколько не происходило у некоторых людей за всю их жизнь. Да и сама Авэр привыкла к вечному, непробудному и излюбленному спокойствию.

– Подожди здесь, – они остановились перед рельефной черной дверью с золотой табличкой «Б. С. Данган».

– Чтобы я опять услышала только то, что мне ничего не даст? – девушка усмехнулась. – О, да, конечно.

Она направилась к двери, но мужчина перегородил дорогу.

– Пять минут. Пожалуйста. Так всем будет проще. Никто не будет от тебя ничего скрывать, иначе ты бы вообще здесь не оказалась.

Лета недовольно сжала губы в тонкую полоску и отошла в сторону. Услышав скрип, она хотела хотя бы краем глаза взглянуть на комнату, в которой скрылся Сэм, но дверь уже закрылась.

Конечно, это были далеко не пять минут. Или Лете так показалось, потому что ожидание казалось вечным. Сначала она посидела на черно–сером мраморном подоконнике, нервно поболтала ногами, затем стала ходить туда–сюда. «Академия святого Холлема»… И чему же учат в этой академии? Вряд ли основам физики.

– Пожарной безопасности, – нервно произнесла Авэр вслух.

Тяжело вздыхая, Лета направилась к концу коридора, осматривая редкие двери. Неужели кабинеты были настолько большие?

– Не хочу я спать… – послышалось неподалеку. – Отведите меня к Лею…

– Я сейчас сброшу её с лестницы! Достала! Идиотка!

– Ты кричишь громче, чем она. Угомонить.

– Её стошнило на мои новые туфли.

Два парня пытались поднять по лестнице девушку, которая еле стояла на ногах. Худощавая особа больше походила на куклу и подавала признаки жизни только своим мычанием. От прежней прически, которая, судя по всему, заключалась в тугом конском хвосте, осталось только лишь растрепанное нечто.

Опознать человека с новыми или, точнее, уже старыми туфлями тоже было просто. Смуглый молодой человек с темными до плеч волосами всем видом показывал отвращение и, кажется, еле держался, чтобы добить свою обувь окончательно.

А единственный, кто проявлял хоть какие–то признаки здравия, сразу заприметил Лету, как только она выглянула из–за стены и, скрестив руки на груди, стала заинтересованно наблюдать за данной сценой. Взгляд у парня был изумленный, немного обеспокоенный. «Кто такая?» – точно прочиталось в его светлых глазах. Это был высокий худощавый блондин, причём волосы ни капли не отдавали желтизной, как часто бывало. Лета не знала, видела ли хоть раз настолько редкий цвет в живую. Практически белые брови и ресницы парня заявили, что скорее всего это не окрашивание. Глаза у него были странного нечеловеческого оттенка, что-то между светло-голубым и фиолетовым. С такой необычной в хорошем плане внешностью можно было бы легко добиться успеха в модельном бизнесе и завести уйму поклонниц. Хотя они, наверное, уже и так имелись.

– Надеюсь, она будет в целости и сохранности? – Лета нахмурилась. Конечно, не стоило видеть в каждом парне насильника, но происходящее точно не внушало доверия. Кто знал, что у этих молодых людей в голове. Лучше она все проверит, чем будет жалеть, что решила пройти мимо.

– Мы доведём её до женского общежития и передадим соседкам. – спокойно ответил светловолосый юноша. Он прекрасно понимал, почему девушка была взволнована. – А ты?..

Интересно, были ли у тех подростков какие-то способности?

– Лета? – послышался голос Самюэля. – Что ты там?.. Иди сюда!

Скрывшись за поворотом, Авэр подошла к мужчине и прошептала:

– Там какие-то парни ведут пьяную девушку. Мали ли, что… Ты бы глянул.

– Я тебя понял. Сейчас разберусь. Пока иди в тот кабинет.

Лета направилась к заветной двери, слыша позади голоса. Хорошо, что Самюэль не проигнорировал её просьбу. Какое-никакое доверие к этому мужчине все-таки было. И если он действительно не использовал свою силу, то это особенно хорошо.

Лета затормозила у двери, не зная, стоит ли постучать или просто сразу войти. С одной стороны, её уже ждали, но с другой – банальную вежливость никто не отменял. В итоге Авэр все-таки постучалась, только сделала это слишком тихо, с лёгкой неловкостью, и, услышав хриплое "Да", открыла дверь. Сам кабинет некого Б. С. Дангана представляла собой просторную, на удивление, светлую комнату со множеством окон; по стенам были развешены многочисленные портреты каких-то очень высокопоставленных (судя по их внешнему виду) людей. Это был единственный на первый взгляд «лишний» элемент интерьера, потому что в кабинете царил настоящий минимализм. За рабочим столом не было ничего лишнего: монитор, лампа, толстая папка и ручка. Ни цветов в горшках, ни цветных стикеров, ни банальной фотографии с семьёй. Книги в стеллаже стояли точно под линейку, не было ни одной, которая бы выбивалась это беспощадного ряда перфекционизма.

– Здравствуйте, мистер…Данган?

– Брайан Данган, директор этого учебного заведения, – прояснил он. – Но мистер Данган всё же предпочтительнее.

Это был седовласый мужчина лет шестидесяти, гладковыбритый, с самой идеальной осанкой, которую Авэр только встречала, в темной классическом костюме и со странной манерой вечно хмуриться из–за чего на высоком лбу виднелись две глубокие полосы.

– Меня зовут Лета, и я жду объяснений.

– Терпения вам не занимать. – ответил Брайан не слишком довольно. – Лета… Это полное имя?

– Да.

– Ужасный выбор. Вы хотя бы знаете, что оно означает?

Девушка скривилась:

– Мы в самом деле будет обсуждать имена? Черт, вы случайно не родственники с моей мамой? Уважения к окружающим вам не занимать, да?

Мистер Данган выдержал секундную паузу, почесывая подбородок.

– Самюэль сказал, что имеешь очень интересные способности.

– Давайте не об этом, прошу вас. Мои родители… Вы знаете, куда они делись? Что случилось? Они в большой опасности?

– Ваше волнение похвально, но совершенно бесполезно. Не знаю, куда пропали эти двое, но если их просто забрали, а не убили сразу, то они живы и до сих пор. Сами бы сбегать не стали, раз в самом деле ничего не помнят о своей прошлой жизни. Ну, или почти ничего. Но у них бы явно не хватило достаточных знаний, чтобы самостоятельно прочесть заклинание. Любопытно… – продолжил размышлять мужчина. – Если вас тоже захотели бы забрать, то Самюэль был бы мертв. Почему же вы оказались так бесполезны?

– Бесполезна для кого? Ах, хватит этих загадок. Объясните мне всё так, будто я маленький ребенок – максимально просто и подробно, – взмолила Авэр. – Про «предателей Донесса» и так далее.

– Так Самюэль уже упоминал? – мужчина вскинул брови. – Ну, что ж… Донесс – магическое измерение, в котором сейчас ты находишься. Твои родители родом прямиком отсюда, причем и обучались оба в этой же академии. Закрутили роман прямо у меня под носом. Этот Авэр всегда был тем ещё паршивцем, но я и подумать не мог, что он встанет на сторону Хемлока. Была ли эта жажда наживы, власти или укрепления силы я не знаю. Хемлок – маг, пытавший узурпировать действующую власть, установить свои идеалы и заполучить силу Ока святого Холлема. Некоторое время назад этот магический артефакт хранился в храме, названного в честь этого же волшебника, что не удивительно, но считался ценным только благодаря причастности величайшего и сильнейшего мага из нашего измерения. По легенде святой Холлем создал Око для контроля собственной силы, в чужих руках оно было совершенно бесполезно. Но Хемлок почему–то посчитал иначе и попытался украсть Око; не известно, что его так привлекло в этом предмете. Артефакт был похищен благодаря помощи твоих родителей, которые обманывали нас многие годы, притворяясь, что ведут борьбу с Хемлоком. Сейчас не известно, где находится артефакт. Из–за этого их и сослали в Авэйр, измерение, от куда ты явилась на мою голову. Запомнить легко, созвучно с этой отвратительной фамилией. А–авэр…

Лета держалась из последних сил, чтобы закричать на этого ненормального мужчину. Что он такое себе позволяет? Он настолько зол на Эша и Синди из–за их предательства?

Сложно принять тот факт, что люди, которых ты знала всё жизнь, вдруг оказываются преступниками. Но ведь Лета толком не была в курсе того, что они ещё успели натворить. Авэр даже не могла судить об этом Хемлоке, потому что все описания были очень размытыми. Сделали ли они что–то куда более серьезное, чем похищение какого–то артефакта?

– А что сейчас с Хемлоком?

– Он пропал сразу после того, как твоих родителей сослали в Авэйр. Пока мы наслаждаемся спокойствием, но не отрицаем того факта что однажды вновь придется начать обороняться. И если это Хемлок причастен к пропаже твоих родителей, то у меня для всех очень плохие новости.

Даже если этот маг в самом деле решил начать искать союзников, то Эш и Синди пропали при слишком подозрительных обстоятельствах. Почему–то именно в тот момент, когда появился Самюэль…

– Но Сэм приехал до того, как мама и папа пропали.

– Этот человек тебе в отцы годится, чтобы называть его по имени, да ещё и сокращать! Бескультурье. Но я поясню. До нас дошли вести об эрке, который никак не мог появиться в окрестностях вашего города сам по себе. Самюэль приехал, чтобы разобраться в случившемся вместе с другими охотниками, которых ты просто ещё не видела.

– И знал, что именно я его опередила. Сэ… Самюэль узнал меня в толпе.

– Когда выяснилось, что в Ханнеке живут люди с удивительно знакомой фамилией, то было обнаружено, что у Эша и Синди родилась дочь. Узнать, как ты выглядишь, было не сложно. А потом, когда ты убежала, стало очевидно, что ты не просто так оказалась на месте событий. Поверить не могу… За всю историю было больше сотни предателей, которых ссылали в Авэйр, и никому не удавалось хоть немного разрушить чары. Эти двое не могли встретиться случайно! Не могли вспомнить свои настоящие имена!

– И за ними никто не следил всё это время? То есть вы просто стираете память, а дальше никакого надзора?

– Предателям создают новую личность, дают всё, чтобы можно было существовать и даже работать. Это уже другие люди, следить за которыми нет смысла. Подобного ни разу не случалось.

– Но есть же какие–то магические способности, да? Дело никак не может быть в этом?

– Ничего подобного. Во–первых, заклинание так просто не снять даже третьим лицам, а во–вторых, подобных сил ни у кого нет.

– А какие силы вообще бывают?

– О, святой Холлем! Как много вопросов, – мужчина взглянул на часы. – Голова лопается от твоих расспросов.

– Ох, ну, извините, – недовольно ответила Лета, разводя руками. – Не каждый день узнаю о существовании других измерений!

– Грубиянка. Вся в мать. Что та с детства язык за зубами держать не могла, что ты!

Авэр нахмурилась:

– С детства?

Мужчина вновь помедлил. Было видно, что он пожалел о сказанном, точно не хотел отвечать на вопрос. Однако он понимал, что рано или поздно девушка об всем узнает.

– Синди – моя дочь.

Глава 3. Тот, кто понимает

Это была единственная ночь, когда Лета не могла сомкнуть глаз. Укутанная в плед, она смотрела на Самюэля, у которого как раз–таки никаких проблем со сном не имелось. Мужчина уснул прямиком в кресле во время их разговора, хотя ещё несколько минут назад утверждал, что полон сил и энергии, чтобы продолжить разъяснять Лете то, что она должна знать. В эти часы девушка успела возненавидеть себя. Первое, что она должна была сделать – лечь спать, чтобы попытаться увидеть хоть какой–то намек на то, куда пропали родители, но организм будто специально решил переключиться на бодрствующий режим, смеясь прямо в лицо. Ничего, рано или поздно настанет момент, когда Авэр всё–таки заснет!

Мистер Заносчивость велел Лете остаться спать в стенах академии, оказавшейся пансионом. Большое спасибо за предложение, но Авэр было комфортнее провести ночь в компании того, кого знала чуть больше нескольких минут. Брайан не пожелал отвести найденную внучку в свой дом и посвятить в семейные тайны, которые наверняка имелись. Было очевидно, что он злился на Синди и Эша. Но непонятно, почему он считал, что Лета будет терпеть его грубость.

Сэм понимал все чувства девушки и предложил переночевать у него. Лета согласилась, пусть и осознавала, что её доверие к этому человеку (можно ли его так называть?) не даёт никакой гарантии безопасности. Тем не менее выбор был небольшой.

Сразу стоит дать ответ на вопрос, которым задалась Авэр: почему ей удалось разговаривать с окружающими на привычном для себя языке? Чтобы не было проблем в коммуникации с теми, кто прибывает из других измерений, часть заклинания для перемещения как раз–таки была направлена на приспособление к новым условиям. Вместо общего языка Донесса Лета слышала привычную для неё речь, видела те буквы, которые знала. Не важно, куда ты оправляешься: понимать речь и письменность этого места ты сможешь, если, конечно, правильно произнесешь необходимые слова. А вот заклинания были написаны на особом древнем языке, и должны быть произнесены только на нем и ни на каком другом.

Дом Самюэля находился примерно в получасе езды от академии. Лета, пытавшаяся разглядеть хоть что–то в ночи через тонированное окно заднего сидения, не столкнулась ни с чем кроме длинной неинтересной автострады. Затем стали показываться первые дома, и, честно, они мало чем отличались от тех, кто привыкла видеть девушка. Заметив это разочарование, мужчина прояснил: «В другой части города видок получше. Здесь живут маги со средними возможностями. А чего ты ждала? Единорогов и пряничные домики?»

Эмпаты – удивительные существа, как заявил мужчина перед тем, как уснуть. «Единственные, кто стоит на двух баррикадах. Только эмпаты могут перейти с пассивных способностей на активные. Если сначала они могут только чувствовать чужие эмоции, то после долгих тренировок могут научиться и влиять на них».

Академия святого Холлема была невообразимым местом, обучающим магов со всего магического измерения. Этот пансион считался лучшим, и семьи были готовы на многое, лишь бы их дети обучались там хотя бы на платной основе. Бесплатные места тоже были, но не так много, как хотелось. При успешной сдаче первичных экзаменов (после прохождения курса грамоты, счета, физической культуры, истории), дети показывали свои силы для приемной комиссии академии. Конечно, тринадцатилетние школьники мало чем могли приятно удивить собрание познавших жизнь магов, но лучшие всегда (или почти всегда) были оценены по достоинству. Если хочешь обучаться в Холлеме, будь добр соответствовать ему. Здесь дети в статусе «студентов» находились в течение шести лет, а затем выбирали более специализированное место для будущей профессии.

Всего около сорока процентов населения Донесса могли развить уже заложенные в них способности. «Для того, чтобы просто читать заклинания, много ума не надо. Мы принимаем только способных». Как же мистер Идиот недооценивал тех, кто учится правильно произносить эти самые заклинания (даже в учебную программу академии это входило, и мало кто получал выше «хорошо с минусом»), и точно не знал, какой это на самом деле труд.

Теперь из этих сорока процентов мы берем незначительную часть школьников подходящего возраста, и вот уже от этого числа в Холлем принимается около тридцати счастливчиков ежегодно на платную основу и десять (как правило) на бюджет.

Для общего понимания способностей стоит уточнить, что активные заключаются во влиянии на окружающую среду, на возможность изменять что–либо, управлять, а пассивные – в ощущениях, в получении информации, то есть здесь не было никакого наружного физического проявления.

Если эмпаты были единственными кто входил в обе категории, то с другими было строгое деление.

В пассивных выделяли телепатов, то есть тех, кто читал мысли, что в большинстве своем возможно лишь через прикосновения. Только сильнейшие могли читать мысли на расстоянии. Хотя многие считали, что однажды настанет тот момент, когда обладатели данной силы научатся переносить свои мысли окружающим. Затем идет менсентризм – способность чувствовать ложь в словах человека. Провидцев тоже относили к этой категории, хотя, как Лете заявили, эта способность была особенно редка, да и сам мистер Старик не слышал о том, чтобы сила проявлялась только через сны.

«Такая удивительная сила в твоих руках стала особенно бесполезной. Конечно, гены Эша всё испортили».

Среди активных встречались телекинез (перемещение предметов в пространстве при помощи силы мыли), метаморфизм (способность изменять свой внешний облик) и то, что привлекло самое большое внимание Леты, сила, которая имела свои подвиды и была для Авэр лакомым кусочком, который она хотела заполучить – управление одной их четырех стихий: аэрация (воздух), пирокинез (огонь), гидрокинез (вода) или терракинез (земля). И хотя Самюэль объяснил девушке, что пусть данные способность и очень эффектны, они практически не применимы на практике из–за неудобства.

– Ты уже поиграла вчера с огнем, – сказал Сэм. – И как оно? То–то же… То, что маг управляет огнем, не значит, что сила не выходит из–под контроля. Иногда и оглянуться не успеешь, как после твоих трюков, загораются занавески, а в дальнейшем – всё вокруг.

– Но вода… Она же везде! – Лета воодушевленно развела руками. – И в нас тоже! Это же такой огромный спектр возможностей!

Мужчина усмехнулся:

– В этом случае проще использовать телекинез, но, опять же, куда проще сказать, чем сделать. Давай, сделай тройное сальто назад! Не можешь? Но руки и ноги есть. Так и с магией, понимаешь? Многие годы тренировок. У некоторых просто не хватает времени на то, чтобы развивать способности, пока они пытаются прокормить себя и свою семью. Не каждый работает, как я, охотником. Есть и продавцы, и уборщики, и водители… Уйма работ, на которых ты банально не будешь успевать тренироваться.

Работа охотников, к слову, заключалась в отлове опасных существ, будь то маги или монстры. Все, кто так или иначе нарушал законы, должны отлавливаться охотниками, а затем передаваться в суд.

– И часто ли нечисть проникает в наше измерение? Я никогда не видела никого кроме эрка.

– Такое происходит, но редко.

– И как же? Ты ведь читал заклинание, чтобы мы переместились. Это значит, что для того, чтобы попасть в мой мир, тоже нужно заклинание, но эрк его бы точно не смог даже промычать.

– Из тебя выйдет отличный охотник, ты в курсе? – Сэм улыбнулся. – Конечно, есть существа, которые появляются в Авэйре и без помощи посторонних, как духи, например, но это не тот случай. Эрки обитают только в наших лесах, они – порождение очень мощной темной магии, созданные больше нескольких тысяч лет назад. Но к людям они практически никогда не выходят, боятся.

– И кто мог привести его к нам?

– Ответ на этот вопрос скажет нам, где твои родители.

– Но я всё равно не понимаю… Для чего всё это? Ведь охотники приехали в Ханнек именно из–за эрка и только тогда и узнали о моих родителях. В противном случае вы бы даже не знали, что они пропали. Эрк только привлек ненужное внимание.

– Я тоже задаюсь этим вопрос. Но слишком большое совпадение, что всё это произошло одновременно. Иногда при неправильном чтении заклинания для перемещения может затянуть кого–то ещё, но не думаю, что тот, кто сумел так бесшумно похитить Эша и Синди что–то напутал. Мы работаем над этим, Лета, ведем расследование. Поэтому сейчас тебе лучше оставаться здесь.

– В твоем доме?

– Кх–м…

– Это будет странно и неправильно. – Лета кивнула. – Но только куда меня отправят дальше? К любимому дедуле?

– Боюсь, мистер Данган из того типа магов, которые винят детей за ошибки их родителей. Иронично. Если он выгнал Синди из дома, который, между прочим, принадлежал ей тоже, то вряд ли впустит и тебя.

– Я заметила, что мистер Засранец не тот, кто будет печь мне рождественское печенье на праздники, но чтобы настолько…

Авэр даже не могла представить, что должно было произойти, чтобы родители выставили её за порог. Даже если бы Лета натворила что–то серьезное, они бы точно выслушали её. Эш и Синди действительно хорошие родители, которые для начала как минимум дадут должное воспитание, а уже потом будут судить за поступки, и то сначала подумают, что они сами сделали не так, раз их ребенок вырос таким неугодным.

– Так и что же мне делать?.. – Авэр вдруг вспомнила вчерашнее предложение заночевать в пансионе. – Он же не станет?..

Самюэль словно не просто ощутил волнение девушки, а в добавок прочел её мысли:

– Новых студентов практически никогда не принимают в середине учебного года. А даже если подобное и происходит, то их переводят из других магических академий по особым причинам. Ты узнала о существовании нашего измерения только вчера вечером, и по всем фронтам будет большой ошибкой отправлять тебя в Холлем.

– Надеюсь на это. Но я ведь не останусь здесь на всегда? Я не могу пропускать школу, это отразится на моих оценках, а, значит, и на поступлении.

– Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, но пойми ситуацию… Никто не дает гарантию, что не захотят прийти и за тобой. После случившегося скорее всего ваша школа перейдет в дистанционное обучение, но даже при таком раскладе ты должна будешь находиться в Авэйре. Увы, но интернет не проходит между измерениями. Я уверен, что мы найдем способ договориться с твоей школой, а пока ты будешь учиться сама, не знаю. Лета, честно, я не могу пока сказать, как всё будет. Я сам ничего не знаю.

Девушка кивнула. Она не могла принять тот факт, что в один момент её оставили без родителей, но пыталась хотя бы немного смириться с этим. Реальность не изменить, и Лета должна сделать всё, чтобы ситуация хотя бы немного была под контролем.

Авэр боялась за Эша и Синди, она скучала по ним, хотела обнять и сказать, как сильно их любит. Пусть Сэм и сказал, что никто не стал бы их похищать для того, чтобы потом убить, девушка всё равно не могла так просто выдохнуть и сказать: «Правда? Хорошо, тогда не буду думать об этом. Как найдете их, так и поговорим, без проблем!»

– Если дедуля Брайан придет, а он придет, чтобы хотя бы ещё разочек сказать, какие мы с родителями никчемным, дай знать.

– Наконец–то захотела спать?

– Когда я переживаю, то с этим всегда проблемы. Но я не спала уже больше суток и чертовски устала, так что у моего организма нет выбора. Я заставлю себя.

Лета зевнула, растягиваясь на диване. Без чистой одежды она чувствовала себя грязнулей. Нужно обязательно сходить в душ… Но как–то неловко, когда рядом взрослый мужчина… А ещё…

Воспоминания проносились со скоростью света, словно прямо перед Летой раскручивали гигантский барабан со всеми моментами, пережитыми ей когда-либо. Яркие пятна постоянно всплывающих образов обдавали глаза ослепительным блеском, заставляющим девушку сощуриться даже сквозь сон. Огромное количество звуков и голосов оставались в ушах, все такие же тихие, непонятные, смешные или очень громкие и страшные. С каждой секундой они становились всё ближе и ближе, а потом совершенно неожиданным образом исчезли, точно по щелчку.

Вдруг стало очень холодно. В особенности замерзли стопы, точно Авэр стояла босиком.

По открытым рукам пробежал табун мурашек.

Сознание погрузилось в кромешную тьму, выбраться из которой было уже не так просто. Стук приближающихся шагов был совсем неподалеку. Сердце начинало биться быстрее, дыхание участилось, глаза стали искать по сторонам источник шума, изо рта вдруг повалил пар.

Разглядеть что-либо было практически нереально, не считая того, что в нескольких метрах от девушки был поворот. Лета чувствовала опасность, знала, что за этим нескончаемым коридором таится что–то страшное, но она медленным шагом направлялась вперед. Рядом был кто–то ещё. Он точно наблюдал за ней, ждал подходящей возможности, чтобы выползли из темноты и совершить то, чего так жаждал.

– Нат? Нат, это ты?

 Лета вздрогнула еще сильнее, услышав свой голос. Он был не таким высоким, как у Авэр, более громким и взрослым.

Каждое последующее сказанное слово становилось тише, пугало и даже запутывало.

– Нат, прошу тебя, ответь. Мн…Стра…

Рассудок начинал плыть.

В голове постоянно отдавался звук этих страшных шагов, которые, казалось, становились все ближе и ближе. Волна паники вновь окатила девушку.

Она ожидала, что опасность будет ждать в конце коридора, но шаги резко прекратились. Кто–то напал прямо со спины, повалил на землю, послышался приглушенные рык…

Тьма мгновенно рассеялась, и Лета распахнула глаза. Её трясло от ужаса.

– Что ты видела? – обеспокоенно спросил Самюэль, подбежав к девушке.

– Смерть.

Глава 4. Тот, кто знает правду

Лета и мистер Данган сидели друг напротив друга и выглядели, как два обиженных ребенка. И если девушку ещё можно было отнести к данной категории, то Брайан выглядел особенно забавно.

Авэр не могла поверить, что её дедушка настолько невыносимый маг. Как он может быть директором академии с таким чудовищным характером? Наверняка в стенах Холлема студенты получают серьезнейшие выговоры даже за самые незначительные проступки. Интересно, что случилось со вчерашней троицей? Лета совсем забыла спросить об этом у Сэма.

Мистер Индюк владел телекинезом. Синди, как оказалось, тоже. В памяти Леты не находилось ни одного воспоминания, которое можно было хоть как–то притянуть за уши в доказательство того, что её мать обладала данной силой. Никогда не было и намека на подобное.

Эш чувствовал ложь. Врала ли девушка когда–нибудь отцу? Как правило, нет, ведь Лета доверяла родителям и знала, что они поддержат её при любых обстоятельствах. Она не скрывала плохие отметки или испорченные вещи. Однажды Авэр, катаясь на велосипеде, случайно врезалась в припаркованную машину, и первое, что услышала: «Ох, ты в порядке?» Их волновало состояние дочери, а не новая царапина на машине. Но вот последняя ложь была довольно яркой, когда девушка соврала про эрка, назвав его котом. Казалось, что отец поверил, во всяком случае Лета была убеждена в этом. Но пассивные способности гораздо проще скрыть. И могло ли то, что Эшу стерли память, как–то повлиять на его силу? Это ведь не телекинез, которым нужно целенаправленно пользоваться. Ты ведь просто чувствуешь, когда тебе лгут. Какая разница, есть ли в голове старые воспоминания или нет?

– Сегодня я разговаривал с магами из Министерства. Они обеспокоены исчезновением этой парочки, и считают, что их могли похитить приспешники Хемлока. Как это вышло, они не знают. Но некоторые считают, что, если бы Самюэль не подоспел, то забрали бы и тебя. Им кажется, что тебе лучше оставаться под надзором и развивать свои способности.

– И настолько бесполезное их проявление?

Лета столкнулась с недовольными серыми глазами. Самюэль, который сидел стоял чуть поодаль, довольно усмехнулся.

– Тебя бы выпороть.

– Вас бы в дом престарелых.

Глаза Брайана округлились, щеки мгновенно покраснели. У Синди тоже часто краснели щеки, только тогда, когда она смеялась.

– Одну поганку вырастил, но тебя воспитаю, ничего… Отправишься в Холлем и будешь под постоянным присмотром, дабы не выкинула ничего.

– Да кто вам позволит даже подойти ко мне? Может, вы не мой дедушка вообще?

– Смешно, – мистер Воспитатель кивнул. – Эти хитрые темно–зеленые глазки Авэров я узнаю за километр. А от матери тебе досталась улыбочка, такая же подлая и!..

– Ну хватит! – вмешался Сэм, не предвкушая ничего хорошего. – Как она может отправиться в Холлем? Ничего не знает о нашем измерении. Что ей там делать? Догнать программу не успеет.

– В Министерстве посчитали, что опасно оставлять Лету одну. И нельзя давать этим способностям спать. Лета будет ходить на занятия вместе с остальными студентами, чтобы набраться опыта, но оценивать её никто не будет. А жаль, был бы хороший стимул. Я отвечу на ваш вопрос: я был против подобного. На мой взгляд, эту нахалку надо было посадить под арест, яблоко от яблони…

– Вашей яблони точно нет ничего лучше, раз вырастили преступницу. – пусть Лета и не могла ни в чем обвинять Синди, так как не знала всех деталей событий восемнадцатилетней давности, мимо этого замечания она просто не могла пройти.

Брайан впервые проигнорировал её колкость:

– А ещё в Холлеме учатся всего два провидца.

– Ха, теперь понятно. Будь она, например, эмпатом, никто бы так не расщедрился. – сказал Самюэль.

– И не должен. Паршивке повезло. – мужчина поднялся на ноги. – А мне нет. Собирай свои обноски.

– Она без вещей, – Сэм ответил вместо Леты, видя, что девушка вот–вот взорвется. – И я настаиваю, чтобы вы прекратили этот цирк. Взрослый человек.

Затем он отвел Авэр в сторону:

– Поезжай с ним и обустраивайся. Холлем – хорошее место. А, может, ты там и месяца не проведешь, как родителей найдут. В любом случае ты будешь всегда сыта и спать на нормальной постели. Друзей заведешь, немного развеяться сможешь. Поверь, этого засранца ты даже видеть особо не будешь; он практически не выползает из кабинета. А ещё тебя правда научат пользоваться способностями. К вечеру я привезу вещи, которые найду у тебя дома. Сам копаться не буду, попрошу кого–нибудь из девчонок, если что. Знаю, все равно неприятно, но всё же.

– Я всё понимаю. – Лета кивнула, а затем будто невзначай повысила голос, чтобы Брайан услышал. – Или Холлем ждет участь моей прежней школы.

Сэм был прав, когда сказал, что с дедушкой Авэр будет видеться довольно редко. После поездки, проведённой в полной тишине, мужчина, также молча, передал Лету какой–то молодой девушке. Незнакомка была не старше самой Авэр, и, наверное, была ещё студенткой.

– Я – одна из старост пятого курса. Нас всего трое, как так много студентов. Меня зовут Эмбер Тэйт, но зови меня просто Эмбер, – произнесла она удивительно знакомым голосом. В интонации слышалась неподдельная заинтересованность. – Давай сначала я устрою тебе небольшую экскурсию, а потом покажу комнату, где тебя разместили.

– Хорошо. Я, кстати, Лета.

– Приятно, – девушка улыбнулась. – Из какой ты академии? Ты ведь провидец, да? Не удивительно, что тебя отправили именно к нам!

Это дало понять, что никто из студентов не знал о том, откуда на самом деле прибыла Лета и почему. Значит, про их родственную связь с директором тоже никто не знал.

– Из о–очень далекой академии, – театрально ответила девушка. – Боюсь, ты даже ни разу не слышала об этом месте.

– В самом деле? – изумилась Эмбер.

– Да. Там всё не так, как здесь.

– Академия святого Холлема – суперское место. Ты будешь довольна. Если что, за пять минут до начала урока звонит первый звонок; второй говорит о том, что занятие уже началось.

– Я поняла.

Наверное, практически все студенты знали друг друга или хотя бы помнили визуально. Это можно было понять потому, что обратили внимание на Лету довольно многие, кто–то стал перешептываться, но подходить с расспросами долго никто не решался.

– Сюда классно выйти в перерыв, когда тепло. – Эмбер показывала задний двор академии, полный скамеек и ухоженной растительности. – Если солнышко выходит, то вообще замечательно. О, посмотри! Но не пялься особо.

Взяв Лету под руку, староста осторожно направила её в сторону двух молодых людей, что стояли примерно в метрах двадцати от них. Лета сразу узнала тех парней, которых застала на лестнице вчера ночью. В этот раз на обоих была классическая одежда, как и на других студентах.

– Тот, что светленький, Дэймон Бэйн, тоже староста. А темненький, Натрикс Вэлсер, его друг, такой красавчик, не могу…

Эмбер была не из тех, кто держит язык за зубами и долго присматривается к незнакомцам. Казалось, эта девушка была готова поделиться сразу всеми своими тайнами.

– И он занят, я поняла. – Лета улыбнулась.

– Да! Точнее… Пока нет, но я работаю над этим. – хитрая ухмылка озарила лицо студентки. – Правда, не только я, но всё же…

Брюнет точно почувствовал, что о нем говорят, и развернулся, затем что–то шепнул другому парню. Кажется, они тоже сразу узнали Лету, раз решили направиться в её сторону.

– Что им надо? – Эмбер, которая пусть и была не против поговорить с объектом своего обожания, всё равно не понимала, почему парни вдруг решили подойти. Точнее, было видно, что это решение Натрикса, ведь Дэймон как–то неохотно плелся позади.

– А вот и вчерашняя стукачка. – с усмешкой произнес брюнет и несколько оценивающе оглядел девушку с ног до головы. Лета скривилась. – А–то я думаю, куда ты испарилась.

– Брось, – Дэймон закатил глаза. – Она сделала то, что должна. Да и Сэм ничего не рассказал надзорным, так что какая разница?

Лета не знала, почему удивилась тому, что беловолосый парень знает Сэма. Неужели охотник часто бывает в академии? Или они познакомились при других обстоятельствах.

– Тебе повезло, – сказал Натрикс Лете.

Авэр продолжала стоять с недоумевающим лицом. Кто–то до сих в самом деле так общается? Он считает, что выглядит крутым?

Было видно, что Дэймону неловко за друга. Встретившись с Авэр взглядом, он пожал плечами и на мгновение опустил глаза.

– А–а, ребят, это Лета. – Эмбер попыталась сгладить углы. – Помните, студентка, которую к нам перевели. Я уже представила вас.

– Надеюсь, в следующий раз мы обойдемся без стукачества?

– Надеюсь, в следующий раз мы просто не пересечемся.

– Ух ты. А ты с характером.

– А ты с ай–кью около тридцати, раз не понимаешь, почему я сказала, что видела вас.

Парень удивленно захлопал глазами. Эмбер наигранно захихикала, пытаясь разбавить обстановку.

– Это она так прикалывается, правда?

Авэр не ответила, продолжая стоять с каменным лицом. Не лучшее начало.

А вот зато Дэймону, кажется, её ответ пришелся по душе. На лице парня заиграла довольная улыбка, которую он тщательно пытался скрыть.

– Вы с директором случайно не родственники? – в шутку спросил Натрикс. – Тот вечно что–то говорит про мои волосы.

Не удивительно, что с такими старческими взглядами на жизнь, Брайан считал, что парням непозволительно носить длинные прически.

– Да. Он мой дедушка, – честно ответила Лета. Какая разница? Всё равно рано или поздно это бы выяснилось. Признание девушки явно их удивило. Эмбер, которая пыталась взять ситуацию под контроль, окончательно сдалась и ошарашенно приоткрыла рот. – И волосы у тебя нормальные.

Натрикс перевел взгляд на друга.

– Она не врет, – сказал Дэймон. – Про волосы тоже, кстати.

«Значит, блондинчик менсентрик?»

– Так у него же… – задумчиво начал брюнет.

– Долгая история. Мы с ним узнали о существовании друг друга только вчера. Не думайте, что я буду прибегать к нему и рассказывать всё, что узнала. Он не любит меня больше, чем вас.

Лете показалось, что она сказала лишнего, поэтому повернулась к Эмбер.

– Отведи меня в комнату. Я устала.

– Мы ведь только…

Авэр резко развернулась, ощутив, что к глазам почему–то подступили слезы. Не дожидаясь старосту, она сама поспешно зашла внутрь здания.

– Иди к ней. – мягко произнес Дэймон. – Видно же, что ей это всё непривычно. Не стоило так накидываться.

Эмбер послушно пошла вслед за девушкой.

Натрикс закусил губу, понимая, что друг прав.

– Я облажался, да? Переволновался просто, симпатичная…

– Мы ведь обсуждали это вчера сто раз. Ты согласился со мной, что она была права. Ладно, хватит. Потом нормально поговорим с ней, и забудем.

Эмбер не могла понять, как Лета умудрилась найти именно нужные повороты в запутанных коридорах академии. Девушка точно знала, куда стоило идти.

– Не спеши так, – запыхавшись, попросила девушка. – Нам напрв…

Но Авэр и так пошла в нужную сторону.

– Знаешь, ничего страшного ведь не случилось. Это ты из–за мистера Дангана так расстроилась? Я уверена, что он любит тебя!

– Ничего ты не понимаешь! – немного грубо ответила Лета. – Черт, прости. Всё очень сложно. Он тот ещё козел! Но всё же он и мой дедушка. Я всю свою жизнь думала, что кроме родителей у меня нет никого, и тут в твоей жизни появляется новый член семьи. Я не строила себе заоблачных ожиданий, но не думала, что ко мне будут относиться, как к неудавшемуся аборту.

Девушка в жизни не думала, что сможет так разоткровенничаться с той, кого знает меньше часа. Обычно Лета делилась чувствами только с очень близкими людьми.

Они зашли на женскую часть общежития, находящуюся на третьем этаже. Мальчикам был строго вход запрещен, и смотрители контролировали этот момент с особой тщательностью (во всяком случае, они пытались это делать).

– Всё наладится, – неловко произнесла Эмбер, пропуская девушку в одну из комнат. Кажется, староста привыкла, что выслушивают обычно её, а она сама советов никаких не дает.

Кроме кровати Леты в комнате стояли ещё две.

– Твои соседки. Думаю, они скоро придут. В Холлеме практически не бывает свободных мест. Хорошо, что вас хотя бы трое. Я живу с тремя девушками в комнате куда меньшей по размеру.

Авэр не привыкла делить свою территорию с кем–то ещё, но при таких обстоятельствах стоило сказать спасибо и за соседок. На самом деле в комнате было очень уютно и не было ощущения, что это стандартная спальня в пансионе.

Кровати находились под балдахинами с бежевой шёлковой драпировкой, в добавок они были одинаково укрыты одеялами с вышивкой золотой нитью. Стены покрывали гобелены или же настоящие пылесборники в средневековом стиле, а с потолка свисали позолоченные (на вид) светильники.

Из окна, находящегося прямо перед спальным местом, которое себе выбрала девушка, можно было увидеть завораживающее взгляд озеро. Оно казалось таким тихим, спокойным и невероятно загадочным, точно было самым безмятежным местом во всем Донессе. Интересно, студенты часто хотят туда?

– Странное распределение.

– С тобой живет дочь советника по финансовой системе, так что ничего удивительного. – Эмбер прокашлялась. – Я узнаю про твое расписание и принесу учебники. Смотрю, вещи тоже должны скоро привезти?

– Надеюсь.

– Тогда пока что привыкай к обстановке. Скоро вернусь.

Как только закрылась дверь, Лета села на кровать и закрыла лицо руками. Как же ей хотелось домой.

Горячие слезы полились по щекам, размазали несчастные остатки косметики, но Авэр уже было всё равно. Её жизнь больше не будет прежней. Если ей сейчас тяжело, то какого родителям? Может, им опять стерли память, и теперь они даже не знают о существовании дочери? А если их вообще сейчас пытают? Кто знает, что вообще происходит.

– И козел этот ещё… Что б его!

Как можно быть настолько жестоким по отношению к собственной внучке? Да какая разница к кому! Лета ведь даже ничего успела сделать, как он начал показывать всю свою любовь.

За что он мог выгнать Синди из дома? Хотя, стоит ли об этот спрашивать… С таким характером причиной могла стать криво поставленная книга. Мистер Свинья всегда найдет, к чему придраться.

Как долго это все продлится? Что, если Лете вообще придется повести здесь несколько месяцев или полгода? Год? Нет, она не сможет так просто сидеть, когда с родителями происходит неизвестно, что.

Сначала хотелось кричать или хотя бы выть. Девушка несколько раз ударила прикроватную тумбу, и успокоилась только потому, что сломает ни в чем не виноватый предмет.

Вдруг Брайану просто нужно время, чтобы оттаять? Скорее всего он до сих пор просто злится на дочь, и так как не может высказать всё Синди, отрывается по полной именно на внучке. Наверное, ему тоже нужно немного остыть.

Погодите, что это? Жалкая попытка себя утешить или оправдать самоуверенного старика? Кажется, всё вместе.

Лета больше не могла сидеть на одном месте. Вытерев слезы, она умылась (благо, для каждой комнаты была своя ванная), и не дожидаясь, пока краснота с глаз уйдет, направилась в сторону знакомого кабинета. Это направление она запомнила особенно хорошо, и, кажется, скоро и вовсе протопчет там целую тропинку.

Послышался первый звонок, а затем и второй. Коридоры начали пустеть. Это было только на руку; не хотелось попасть под внимание любопытных глаз.

Сначала Авэр постучалась, но никакой реакции не последовало. Затем попыталась толкнуть дверь, та не поддалась.

– Черт? Неужели ушел?

– Он там. – сзади послышался уже знакомый голос. Дэймон подозвал девушку к себе, показывая, что их могут услышать. – Старик с помощью телекинеза держит дверь, когда не хочет никого видеть.

«Козел старый», – подумала Лета.

– А ты откуда знаешь? Может, он всё–таки не там?

– Там, – уверил парень. – Он выходит только тогда, когда отправляется домой. И то мне кажется, что он скоро переедет в свой кабинет. Никто не удивится.

Лета усмехнулась:

– Ладно, тогда я…

Парень неловко почесал затылок:

– Ты не злишься на Натрикса? Иногда он та ещё вредина, знаю. Но он не хотел тебя задеть.

– Всё нормально. Я тоже не рождественский подарок.

– Я слышал, что ты провидец, верно?

Авэр кивнула.

– Это…впечатляет.

Возникла неловкая пауза. Было видно, что Дэймон хочет поговорить ещё, но никак не может подобрать слов. Легкий румянец выступил на белоснежных щеках.

Лета решила взять ситуацию в свои руки:

– Ты определяешь ложь, да? Это не мешает?

– А должно?

– Ну, иногда хочется слышать только угодную тебе правду. Порой оставаться без надежды… Нелегко.

Авэр сама не заметила, как попала прямо в цель, но блондин постарался сделать вид, что слова не задели его.

– Плюсов куда больше.

– Кстати, почему ты не на занятиях?

– У меня окно.

В близи парень казался ещё симпатичнее. Его внешность и в самом деле удивительная. А глаза какие… Интересно, у него есть девушка?

– Хочешь, прогуляемся? – куда более уверенно спросил он.

Ответ на вопрос пришел сам по себе. Или этот парень просто слишком много берет на свой счет.

– К озеру.

– Значит, к озеру. У меня как раз ещё полтора часа.

Мимо прошло несколько девушек, одна из которых взглянула на Лету и Дэймона с особым удивлением. Это была миловидная студентка с вьющимися темными волосами, высокая, в одежде куда более стильной, чем у остальных. Рядом, к удивлению, была та самая девушка с лестницы, что не могла стоять на ногах. Сейчас на её лице не было ни намека на следы столь сильного опьянения.

– О, привет! – поздоровалась она сразу и с Дэймоном, и с Летой, пусть точно никак не могла запомнить Авэр. – Ты та новая ученица, про которую говорят?

– Лета Авэр, – она кивнула.

– Оста Мэдвилл.

Остальные девушки стояли чуть позади, точно смущались разговаривать с Дэймоном. Некоторые и вовсе неловко переглянулись, нервно поправляя одежду. А та студентка, которая первая внешне проявила особое внимание к представшей пред ней картине, вдруг встала рядом и взяла Осту под руку. Кажется, ей не очень нравилось, что парень шел куда–то с Авэр. Очередная девушка, Эмбер, которая думает, что заняла кого–то, словно вещь?

– Подожди… Натрикс про тебя говорил? – спросила Оста.

– Смотря, о чем ты.

– Вчера…

– Да.

Студентка смущенно улыбнулась:

– Спасибо. Пусть Дэймон и Натрикс мои друзья, на их месте мог оказаться кто угодно. Я совсем ничего не помню из вчерашнего вечера.

– Сейчас как? Голова не болит? – поинтересовался парень.

– Всё хорошо. – губы Осты поползли ещё выше. – А вы не задерживайтесь.

Только незнакомая брюнетка решилась что–то сказать и приоткрыла рот, Оста резко развернулась, тем самым уводя за собой и её. Это было настолько резко, что Лета удивилась, а Дэймон будто понимал, что к чему.

– Она читает мысли, да? – догадалась Авэр.

Парень смущенно кивнул.

Было очевидно, что Дэймон нравился той девушке, и Оста, и он сам наверняка об этом знали. Скорее всего, узнав, что студентка готовится сказать что–то неуместное, телепатка решила действовать на опережение. Кажется, Лета нашла того мага, который пришелся ей по душе.

Все друзья в привычном для Леты мире были в самом деле хорошими и приятными людьми. Как говорится, скажи мне кто твой друг, а я скажу, кто ты. Они не терпели лицемерия, но при этом не переходили грань с грубостью и говорили в лицо то, что требовалось от ситуации, но всё же никогда не надевали маску. Авэр в самом деле повезло встретить столько удивительных людей в одном месте. Наверное, они будут переживать её внезапному отъезду (или как это обставят)? Всё–таки очень подозрительно, что девушка вдруг пропадёт из всех социальных сетей. Как минимум друзья попытаются разузнать, что произошло. А, как правило, за не угасшим интересом могут последовать более решительные действия.

Но Авэр была практически уверена, что в очередной раз получит подобный ответ: «Мы пока сами ничего не знаем». А есть ли в этом мире тот, кто даст ответ хотя бы на половину волнующих её вопросов?

Глава 5. Тот, кто познает глубину

Вблизи озеро казалось более спокойным, чем прежде, точно сверху всё вокруг защищал невидимый купол. Даже ветер, который всю дорогу играл с волосами, неожиданно замер. В небе исчезли птицы, и на какое–то время Лете показалось, что застыли и облака. Это место было одновременно очень спокойным и пугающим, оно словно специально играло с эмоциями, заставляя и без того подвешенное моральное состояние Авэр всколыхнутся. А ведь с виду озеро было чудесным. Если закрыть глаза на весь тот ужас, крепко засевший в голове, перед Летой предстал отличный чистейший водоем. Так почему же ей вдруг стало не по себе?

– Пусть мы и друг друга толком не знаем, обращайся, если понадобится. – Дэймон мысли не читал и никогда не хотел, но прекрасно видел и осознавал, что его вдруг онемевшую собеседницу что–то встревожило. – Я и сам не любитель рассказывать о своей жизни, но если чувствуешь, что стоит с кем–то поделиться переживаниями, лучше так и сделать.

Лета была благодарна за то, что Дэймон не задавал лишних вопросов, но при этом она сама была не прочь поговорить о происходящем. Как бы не было больно и тяжело, она должна узнать всё, что поможет подобраться к правде как можно ближе.

На вещи нужно всегда смотреть под разным углом. Нет чего–то однозначного, всё при желании подвергается сомнению. Даже в той же как никогда логичной математике можно доказать, что два плюс два на самом деле пять, а не четыре. Так почему же Лета должна верить в то, что её родители – заядлые преступники? Она знает тех Эша и Синди, которые до последнего будут бороться за интересы своей семьи, которые будут стоять друг за друга горой. Но…это ведь тоже не является опровержением их участия в темных делах. Наверное, только в фильмах злодеи смеются, устремив лицо к потолку, раскинув руки, и не имеют должного мотива к своим действиям. В реальной же жизни порой и вовсе не знаешь, к какой категории отнести человека: иногда он творит такие вещи, за которые хочется нарушить все личные нормы морали и хорошенько надавать ему тумаков, а потом делает то, за что ты бесконечно благодарен.

– Насколько это было громкое дело? Когда моих родителей сослали в…Авэйр? Это наверняка вызвало резонанс и в дальнейшем обсуждалось ни один раз. Я уверена, что в академии ходят сотни слухов про Дангана, по–другому и быть не может.

Сначала Дэймон удивился, что Лета стала спрашивать всё так в лоб, но потом прекрасно понял её чувства. На удивление между ними не было никакой неловкости, общение шло как между хорошими знакомыми, если даже не друзьями. Наверное, всё потому, что единственное, о чем сейчас волновалась Лета – её семья. Да и Дэймон не далеко ушел в данном вопросе. У каждого из них были свои проблемы, и находить новые из–за неловкости или стеснения никто не хотел. В друг друге они нашли неожиданную возможность поделиться мыслями.

– Всё, что скажет мне старик – новую порцию уничижительных высказываний. Я вижу, что он обижен на них, поэтому и на мне отыгрывается. Хороший психотерапевт здесь бы явно не помешал… Но я должна знать как можно больше, но понятия не имею, кого допросить. Да, именно допросить.

За мгновение Дэймон замешкался. Наверное, Лета задала вопрос именно тому ученику Холлема, который мог знать чуть ли не больше всех касательно этого старого происшествия. Однако практически любой студент академии святого Холлема мог поведать эту темную историю хотя бы в общих деталях.

– Мой дедушка был судьей на том деле, – сказал парень. – И раньше с твоим очень хорошо дружил. Они рассорились после окончания академии, почему не знаю, но… Мой явно пошел навстречу, рискуя карьерой, когда определил наказание в качестве ссылки. Ушел на пенсию на следующий же год…раньше положенного срока, к слову.

Глаза Авэр расширились от удивления.

– Твой дедушка тоже определял ложь, верно?

– По сей день определяет.

– Возможно я слишком много требую…

– Они не скрывали своей причастности к деятельности Хемлока. Дедушка говорил, что Синди даже кичилась этим. Понимаешь, Око для нашего измерения – самая настоящая реликвия. Да и если Хемлок по какой–то причине так отчаянно пытался его заполучить, на то были веские причины. Думаю, мы знаем не так много, как полагаем.

– Хей!

Позади вдруг послышался крик Эмбер. Размахивая руками, староста пыталась привлечь внимание и подозвать Лету и Дэймона к себе. Выглядела девушка не так жизнерадостно, как прежде. На лице явно пытались затаиться следы недовольства.

– Тебя мистер Данган обыскался. Вы же с ним должны были встретиться? Можно было и потом округу посмотреть… Я ещё и крайняя осталась.

Что этот старик задумал? Не он ли держал дверь кабинета, дабы не разговаривать лишний раз с новообретенной внучкой?

Школьники быстрым шагом направились к академии. Молча. В присутствии Эмбер никто почему–то даже и не переглянулся. Напряжение так и витало в воздухе. Лета старалась идти впереди, чувствовала, как щеки горели от злости. Девушка прекрасно понимала, что её вызвали не просто для разговора.

Во внутреннем дворе была припаркована белая машина знакомой модели. Кажется, у Сэма была такая же.

– Министерство? А они что тут делают? – удивился Дэймон.

– Министерство? – взгляд Леты переместился на несколько человек, стоящих в начале холла. Женщина с низким светлым пучком в строгом темно–синем костюме, которая ещё несколько минут назад стояла спиной, резким движением повернула голову. Серые глаза придавали лицу ещё больше холода, как и отсутствие всякого намека на улыбку. Она выглядела как человек, который не потерпит ни малейшего пререкания или оплошности, потому что лично ей всегда разрешалось быть только лишь идеальной. А вот особа, стоящая рядом, выглядела совершенно иначе, несмотря на наличие похожего костюма, в который её точно одели насильно. Руки незнакомки так и норовили поправить края одежды, то и дело заправляли рубашку, что даже не пыталась выбраться из плена узкой юбки–карандаша. В отличие от блондинки она сутулилась, и было видно, что желание начать грызть ногти, периодически преобладало. Она тянула руки ко рту, но одергивала себя в последний момент. Незнакомка очень переживала, и это сильно бросалось в глаза, а при виде Леты она и вовсе на несколько секунд застыла. Но именно на её лице Авэр неожиданно увидела сияющую лучезарную улыбку, растянувшуюся чуть ли не до ушей. Но с появлением мистера Врунгеля и ещё одного беловолосого мужчины в придачу, уголки губ женщины тут же опустились.

– И твой отец здесь? – шокированно спросила Эмбер.

Лета перевела взгляд на Дэймона. Парень стал ещё бледнее, чем обычно. Его взгляд, испуганный и растерянный, был направлен прямиком на Бэйна старшего. Чаша весов, наполненная строгостью и котлом ноткой надменности перевесила радость и блеск в глазах. Этот мужчина куда сильнее внушал тревогу, чем женщина со светлым пучком.

Дэймон молчал. Казалось, что перед парнем вдруг появилась гигантская пропасть…или в поле его зрения появился человек, которого он боялся. Лишь только через пару секунд блондин коротко взглянул на Лету и еле разборчиво шепнул: «Увидимся». Он ушел настолько быстро, насколько только мог, дабы не перейти на бег.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.