Мириам
Моя вредная девочка

Глава 1

Она стояла у крупного супермаркета, раздавая прохожим рекламные буклеты. Дурацкий костюм с рекламным плакатом на груди мешал ей перемещаться, но девушка радовалась: почти отработала свою смену и можно будет бежать домой, на отдых.

Как же она устала!

Расима решила сунуть пару бумажек парочке, вышедшей из машины и направляющейся к супермаркету и подбежала к девушке, крича заученный текст своей рекламы. И вдруг осеклась, узнав в прохожей сестру, Диану.

– Расима?

Красивая молодая женщина с ярко-накрашенными губами на белоснежном лице смотрела со смесью удивления и смущения.

Буклеты упали на тротуар и Расима встала как истукан, склонив голову.

– Диана, – подошел мужчина в пальто и очках. – Мы идем?

Он взял под руку Диану и скользнул по Расиме равнодушным взглядом.

– Ты иди. Побудь пока на первом этаже, я сейчас, – постаралась взять себя в руки Диана, не отрывая взгляда от Расимы.

Две сестры стояли друг против друга и молча смотрели по сторонам.

– Давно ты тут, в городе? – дрогнул голос Дианы.

– Нет, недавно.

– Живешь в моей квартире, да? Теперь ты стала хорошей девочкой, заняв мое место?

Взгляд Дианы стал насмешливым, а голос – язвительным.

– Мне нужны деньги на лечение мамы, – тихо произнесла Расима. – Ты ни разу ее не навестила. В деревне работы нет, поэтому я приехала сюда. А что, нельзя, да? Только тебе можно жить в городе?

– Гадина, – не сдержавшись, прошептала Диана. Девушку мелко затрясло. – Прикидываешься… Настроила против меня мать, обработала ее, а теперь шипишь, да.

– Ты нужна маме! – ухватив Диану за руку, попыталась вразумить сестру Расима. – Она до сих пор по тебе скучает и плачет! После папиной смерти она совсем постарела и сдала. Только о тебе и твердит!

Диана отшатнулась, убрав свою ладошку из рук сестры и упрямо вздернула подбородок.

– Не ври. Вы обо мне вспомнили, оттого что тебе надоело за нею ухаживать! А я за нею горшки и памперсы менять не собираюсь.

– Какие памперсы, Диан? Мама уже сама ходит! С палочкой! И сама в состоянии себя обслужить. Просто ей реально плохо без тебя, она каждый день сидит у окна и ждет твоего приезда! – с жаром принялась уговаривать сестру Расима. – Пожалуйста, навести ее.

В глазах Дианы появились и тут же исчезли слезы. Она вдруг осмотрела нелепый наряд Расимы и хмыкнула:

– А получше ты работу не могла найти?

Расима закусила губу.

– Не берут на нормальную работу без диплома.

– Я не приду. И матери обо мне не говори, – наконец, вымолвила Диана. – Но ты приходи по этому адресу.

Порывшись в сумочке, Диана вытащила визитку и протянула сестре.

– Приходи завтра. Я попробую подыскать тебе работенку поприличнее.

Плавной походкой, с кошачьей грацией, Диана прошла к супермаркету, а Расима долго смотрела ей вслед.

***

Диана провела сестру по небольшому, но уютному двухэтажному домику.

– Вот, в-принципе и все. Моешь тут все после каждых посетителей, особенно обращай внимание на чистоту в сауне и бассейне. Если видишь, что в воде плавает мусор – чистишь от него бассейн. Что еще? Раздаешь посетителям чистые полотенца и белье, а потом свободна на несколько часов, пока клиенты развлекаются. Когда выдается свободное время, то закидываешь грязное белье в стиральную машину, ну и так, по мелочи.

– Я согласна! – обрадованно затрясла головой Расима.

Такая работа для нее не составляла труда. Она привыкла к физическому труду и не видела в нем ничего зазорного.

– Тогда договорились. Я сейчас познакомлю тебя с коллективом и пойдем оформлять бумаги.

Диана повернулась и зашагала прочь из домика. Расима посеменила за нею, восхищаясь втайне женственностью сестры, ее обувью и деловым костюмом. Она пожирала точеную фигурку Дианы жадным взглядом и завидовала ее манерам, походке, умению грациозно себя «нести».

Как же они непохожи, хоть и родные сестры.

Диана передала сестру в руки Арианы, своей подруги, работающей на этой базе отдыха администратором, немного ввела ту в курс дела и ушла.

– Ну и тяжело же с ней! – злясь, произнесла она, сев в подъехавшую машину своего любовника.

Ясин задумчиво кинул взгляд сквозь лобовое стекло своего автомобиля на Расиму, выходящую из гостевого домика вместе с Арианой. На той были затертые, немодные джинсы, неженственные кроссовки, блеклый пуловер.

– Ничего страшного, освоится, – с нежностью произнес он, поворачиваясь к Диане и стараясь поцеловать в щеку. Диана увернулась и зашипела:

– Ты что, немедленно прекрати, увидят!

Ясин с недоумением посмотрел на нее снова.

– Может, хватит уже скрывать от всех наши отношения?

– Прекрати, – прикрыв глаза ресницами, произнесла Диана, – Я же говорила тебе несколько раз: между тобой и мной – все кончено. Отвези меня домой.

Машина примчала ее к дому, и она выбежала из автомобиля пулей.

– Подожди, Диан, а попрощаться?

Парень был обижен. Она использовала его как водителя? Неужели так сложно попрощаться вежливо, улыбнуться по-дружески! Элементарно поблагодарить в конце концов!

Сев в машину, Ясин замер, положив руки и подбородок на колесо руля. Казалось, что он смотрел на улицу, но взгляд его на самом деле сосредоточился в одной точке. Красивое его лицо с ангельским выражением было безмятежно-спокойным.

А из окна своей кухни на машину Ясина смотрела Диана. Девушка тоже задумалась. Мысленно она была в событиях трехмесячной давности, когда в объятиях Ясина нежилась днями напролет.

Телефонный звонок развеял все ее нежные воспоминания, и она услышала знакомый голос своего «старика». Так она называла Сергея. Владельца той самой базы отдыха, в которую она только что пристроила работать сестру.

– Диана, куколка, я соскучился. Заеду за тобой в семь вечера, будь готова, – прозвучало в трубке, и Диана тихонько вздохнула, отходя от окна.

– Хорошо. Что мне надеть? То красное платье, которое ты мне подарил в последний раз?

– Что хочешь. Главное, чтобы под платьем больше ничего не было, – вещал старик и Диана еле заметно поморщилась.

– Шалунишка, – проворковала она.

Поговорив с Сергеем, девушка швырнула телефон на тумбочку и села на пуфик перед зеркалом.

Настроение ее окончательно упало. Только-что она тайком любовалась гладким юным личиком и безупречной фигурой молодого красавчика Ясина, а через несколько часов ей придется заглядывать в рот богатому, но дряблому старперу Сергею.

«Ну почему, почему наши возможности не всегда совпадают с нашими желаниями?!» – грустно размышляла она, потихоньку проваливаясь в пучину депрессии. Ей так хочется быть с Ясином, но он, увы, не в состоянии обеспечить ей безбедное существование!

А нелюбимый Сергей, нудный и противный до тошноты, может достать луну с неба, но как же он безразличен!..

Глава 2

На базе отдыха Расима трудилась посменно. Приходилось оставаться до самого утра, ведь люди приезжали отдыхать в домиках с сауной и бассейном не только днем, но и вечером, и даже ночью.

Работала Расима всего несколько дней и уже навидалась всякого: отдыхать сюда приезжали в-основном, молодые люди целыми компаниями, реже заглядывали семейные пары и люди в возрасте.

А сегодня Ариана предупредила ее, что третий домик выкуплен до завтрашнего дня и убраться в нем нужно будет только утром.

Домиков на базе отдыха было целых шесть, в обязанности Расимы входило обеспечивать присмотр за тремя из них. Два домика сегодня простаивали – никто не выкупил их и Ариана шепнула Расиме:

– Ты можешь отдыхать сегодня. И даже поспать: у тебя сегодня немного работы, всего лишь один домик – третий. Там из посетителей всего один человек.

Расима удивилась. Деньги, которые брала с посетителей кассир, были немаленькими, с почасовой оплатой, и чтобы снять один из таких домиков на всю ночь, люди складывались, так как чем больше людей скидывалось на оплату, тем было выгоднее. А тут – один человек. И на всю ночь.

Но ее дело – маленькое. Она прошла в отдельно стоящий у выхода из базы отдыха домик для персонала и улеглась на диван, предварительно заперев на ключ дверь. Ей хотелось немного вздремнуть, и она быстро провалилась в сон. Проснулась оттого, что услышала в приоткрытую форточку звук подъехавшей машины.

Расима вскочила и подошла к окну. Она разглядела силуэт девушки, направляющейся к третьему домику, и возмутилась.

Кто это такая, что ночью, тайком, прокрадывается на базу и идет в выкупленный кем-то домик? Взяв в руки полотенце, Расима направилась к выходу. Она заявится в этот домик под предлогом предложить полотенце и проверит, все ли в порядке. Охранник у монитора видеонаблюдения мирно спал, положив свою голову на стол и Расима решила его не будить: побаивалась она присутствия этого мужчины. Все-таки ночь, они тут одни.

В третьем домике было светло. Расима не успела до него дойти, потому что из двери ей навстречу выскочила эта самая девушка.

– Козел! – выругалась в темноте незнакомка и Расима остановилась, глядя на то, как девушка прошла мимо. – Придурок! Нахрена звонить мне среди ночи, если все равно спишь? – громко возмущалась леди в ночи. Остановившись, девушка обернулась к Расиме.

– У тебя зажигалка есть?

– Нет, – испуганно произнесла Расима.

– Деш-шевка, – пробормотала девица. Быстрым шагом она побежала к выходу и Расима пожав плечами, вернулась к себе. Закрывшись в комнате, девушка снова уснула и проснулась в семь утра, от звонка будильника.

Взяв в руки веник, ведро, швабру и тряпку, Расима направилась к третьему домику и вошла внутрь. Огляделась и поняла, что никого в нем нет, поэтому принялась за уборку.

В-принципе, убирать тут было особо нечего: мусорные ведра были пусты, в сауне, бильярдной и в подсобках – чисто. Только на столе у телевизора валялась бутылка с разлившейся рядом жидкостью янтарного цвета. Расима принялась отмывать стол тряпкой и прибирать на полу возле стола, собирая окурки.

Работы тут было минут на двадцать. Девушка все-равно прошлась по всем поверхностям тряпкой, а там, где положено, продезинфицировала как следует специальными средствами.

Она уже убралась на первом этаже небольшого компактного здания и по крутой лестнице забралась на второй этаж. Там была еще одна комната – спальня с большой круглой кроватью и санузел, Расима решила убраться и там. Когда она открыла дверь, ведущую из спальни на маленький балкон, чтобы впустить в комнату свежий воздух, то вскрикнула от неожиданности: на полу балкона валялся вниз лицом мужчина.

– Мамочки… – испугалась она.

Первой ее мыслью было бежать отсюда, но взяв себя в руки, девушка заставила себя подойти. Она вспомнила своего папу, скоропостижно скончавшегося прямо у крыльца собственного дома. Ей не хотелось бросать человека вот так, пусть он и чужой.

– М-мужчина?

Расима потеребила «тело» и то вдруг застонало.

– А, черт, – пробормотал тип и подняв голову, взглянул на растерянную Расиму мутным взглядом.

– Что я тут делаю? – спросил у нее он, поднимаясь с пола.

Расима вскочила на ноги и попыталась убежать.

– Да подожди, – вцепился в ее запястье мужчина. – Сколько сейчас на часах? И принеси воды. Пить хочется.

Расима вернулась в спальню, налила из кувшина в стакан воду и подала его «посетителю».

Теперь ей стало понятно, что он просто перепил. Уснул тут, свалившись, пьяный, прямо на балконе. Кошмар. Неужели до кровати доползти не мог!

Еще раз взглянув на ожившего после глотка воды мужчину, Расима внимательнее рассмотрела его. Молодой, русский. Парень, а не мужчина, примерно ее возраста. Молодой и так пьет.

Расима повернулась, вспомнив о своих обязанностях, но парень ее окликнул:

– Сколько я тебе должен?

Девушка замерла.

– За что?

– За ночь, – парень подошел к зеркалу и пригладил на своей голове прическу.

Его слова сильно обидели Расиму.

– Допились. Какая еще ночь?! Я пришла сюда, чтобы уборку сделать!

Парень улыбнулся мерзкой улыбкой.

– А я и думаю, что ты какая-то страшненькая. Фу, прямо камень с плеч!

Расима не могла себя сдержать. Взяла с комода кувшин с водой и выплеснула его прямо на нахала.

– Дура что ли? – закричал он. Вода стекала по его лицу и шее на грудь.

Расима молча убежала вниз по лестнице и забрав свой инвентарь, вышла из домика.

– Вот когда уберется оттуда, тогда и закончу уборку, – злясь думала она.

***

Ясин не мог уснуть. В голову его лезли мысли, в которых Диана занимается любовью с другим. С другим, не с ним. Ревность затапливала все внутри него, не давая дышать.

Он набрал ее номер, но телефон оказался отключенным.

Не было смысла дальше лежать в кровати, и он вскочил. Одевшись, выбежал из квартиры и завел машину. Он ездил по ночному городу, мыслями возвращаясь к Диане и не удивился, когда вырулил вдруг к ее подъезду.

В окне ее спальни виднелся слабый свет ночника и парень, выйдя из машины и положив руки в карманы пальто, уставился на него, запрокинув голову.

Недолго думая, он подошел к двери подъезда и набрал в домофоне номер ее квартиры.

– Диана, это я. Открой дверь.

Она не открыла. Ясин схватился за дверную ручку и принялся барабанить по железной двери. Склонив голову, прижался лбом к холодной двери и замер, закрыв глаза.

Любил он ее. Если бы только она выбросила из своей головы мысли о деньгах и согласилась выйти за него замуж!

– Все дело в том, что ты нищий, – вспомнил он ее слова, сказанные ею ему при расставании. – Ты красивый и мне хорошо с тобой. Но этого мало. Поженимся, будем жить в кредитах, плодить детей, стареть и дурнеть, мечтая о пенсии и поездке раз в год в тур подешевле. Извини, но я уже вижу будущее, которое меня ждет, если я свяжу свою жизнь с тобой. И я понимаю, что не хочу этого. Я задохнусь, я зачахну и сбегу от тебя. Меня не остановят даже дети! И ты будешь несчастен, бедные дети будут страдать, все пойдет наперекосяк. Явно вижу такой исход наших отношений. Я не хочу такой участи, поэтому давай прекратим все прямо сейчас? И прошу: не держи меня, отпусти. У нас нет будущего.

– А с этим стариком оно у тебя есть? – вне себя от гнева, поинтересовался у любимой он.

– И с ним – нет. – коротко ответила Диана, – Но благодаря ему я исполню свои мечты.

***

Расима принесла в дом пакет. По пути с работы она зашла в магазин и купила молоко, хлеб, яйца.

Дома, в маленькой квартире ее ждал погром. Недовольная мать сидела у телевизора и смотрела со злостью.

– Где ты была всю ночь? Ты стала такой же, как твоя сестра?

Голос матери снова принял угрожающие нотки и Расима с упавшим сердцем поняла, что она не в себе.

Расима молча прошла на кухню с пакетом, собирая по пути с пола разбросанные тарелки, ложки, печенье. Мать тут-же побежала вслед за нею.

– Я задала тебе вопрос! Где ты была ночью? Это город, а не деревня! Неужели ты не понимаешь, что здесь опасность на каждом шагу?! Я так переживала за тебя!

Последние слова мать прокричала громким пронзительным визгом и Расима не выдержала, тоже переходя на крик:

– Я же предупредила тебя вчера что ухожу на работу! Я работаю, мама! По ночам – тоже! Если я буду сидеть около тебя, то у нас не будет денег на еду и платежки!

– Кем может работать девушка по ночам?! – не унималась мать, учиняя допрос.

– Мама, пожалуйста, прекрати! У меня нервы не выдерживают, когда ты себя так ведешь? Зачем ты меня терроризируешь? – в глазах Расимы появились слезы. – Ты пьешь те таблетки, которые тебе доктор прописал?

Старая женщина, услышав вопрос дочери, тут-же упрямо поджала губы.

– Я не верю этому доктору и не буду пить никакие таблетки. Я вполне здорова.

Расима молча уставилась на мать и сразу почувствовала неладное. Подбежав к шкафчику, девушка достала коробку, в которой хранился месячный запас лекарств, которые выписывал матери психиатр. Коробка оказалась пуста.

– Где лекарства, мама?

Мусорное ведро было извлечено из угла и просмотрено. В нем оказались пустые блистеры, без таблеток.

Расима бессильно села на пол около этого ведра и опустила голову.

Она поняла, что мать осталась без назначенных ей врачом успокоительных антидепрессантов и теперь в любой момент у нее может произойти нервно-психическое обострение. Стыдное заболевание у мамы появилось после смерти папы и некому, кроме Расимы, было смотреть мать.

Временами женщина вела себя адекватно, временами – не очень. Чтобы своевременно получать льготные лекарства, Расима водила маму в поликлинику раз в месяц и врач выписывала нужную терапию, которую можно было получить только по рецептам. Но каждый такой поход в поликлинику давался матери с дочерью неимоверными усилиями: мать артачилась, уверяла, что не нуждается в лечении, скандалила и кричала, отказываясь идти к врачу.

Неделю назад, с большим скандалом, Расиме удалось заполучить заветные таблетки-антидепрессанты, и вот все труды насмарку: мать опять поехала головой. А когда это происходит, мать превращается в монстра.

Расима погрузилась в воспоминания, когда достала старенький потрепанный фотоальбом и принялась разглядывать фотографии родителей. На снимках мама с папой еще молодые. А вот детские фотографии хорошенькой как куколки, Дианы, и Расимы.

…Старшенькая, Диана, родилась красавицей и это предопределило ее дальнейшее воспитание в семье Рахимбакиевых.

Рождения Дианы, Аким и Алима ждали долгих восемнадцать лет. Уже и отчаялись, решив «куковать» на старости лет в одиночестве, но неожиданно помогла бездетной супружеской семье, бабка-ведунья.

Рожать в тридцать шесть лет Алиме было тяжело. Почти всю беременность женщина пролежала в роддоме на сохранении. А когда родила, любуясь на миленькое личико дочери, новоиспеченная мамочка пошла наперекор всем родственникам, требовавшим назвать кроху древним татарским именем. (Рабигой, Туктабигой, Рамзией, Муршитой).

– Нет. У моей дочери будет имя как у принцессы!

Так появилось это имя – Диана. «Принцесса Диана».

Принцессу любили и баловали. Единственная бабушка, со стороны Акима, старенькая хромоногая Майнура, одарила внучку квартирой в городе.

Бездетная Майнура к городской жизни так и не смогла привыкнуть, потому и вернулась жить в деревню, к племяннику Акиму (отцу Дианы).

Маленькая Диана росла и радовала маму, папу и бабушку, как вдруг Алима почувствовала знакомое шевеление внутри живота.

Будто ребенок толкается изнутри.

В сорок лет рожать второго, сильно сдавшая после поздних родов Алима, очень не хотела.

– Тут бы Дианку успеть вырастить и на ноги поставить. Боюсь я, у меня ведь все родственники до пятидесяти не дотянули, умирали к сорока годам, – жаловалась она мужу. Но супруг, уставший от долгих лет бездетности, заявил:

– Рожай, вдруг сын будет, вырастет защитник для нашей Дианки.

Узи не делали, пол ребенка Аким и Алима не знали до самых родов и очень ждали сына, однако родилась она, девчонка, героиня нашей истории.

– До чего же она некрасивая, – сразу воскликнула Алима, как только увидела черненькую, с глазами-щелками и огромным распухшим носом-картошкой, малышку.

И такой ее охватил ужас перед тем неизбежным, что может произойти, что женщина прошептала, отвернувшись от младенца:

– Не хочу. Я Дианку больше люблю, никто мне ее не заменит!

Не понимала женщина, как это возможно: любить обоих детей одинаково. И не хотела она, боялась, что обделит своей любовью любимого первенца, Дианку, в угоду младшенькой.

– Ну и смуглая! – удивилась ребенку бабушка Майнура. – А ножки то, ножки, неужто кривыми будут? Придется ее туго пеленать.

Мать, Алима, как только вернулась из роддома домой и обняла подбежавшую, и очень соскучившуюся Диану, почти тотчас забыла о существовании пищащего в пеленках младенца. И даже унеслась гулять на улицу, с Дианой.

– Погоди! Имя-то какое дочери дали? – вдогонку крикнула ей Майнура.

– Так не придумали ей имя пока, раз сына ждали, – был ей ответ.

– Тогда пусть будет Расима, – робко предложила бабулька.

– Как хотите так и называйте! – махнула рукой Алима.

Росла Расима как сорняк. Мать ее по дому гоняла, шпыняла, кричала:

– Не путайся под ногами!

В школу Диану собирали по часу: мать вставала раным-рано, грела утюг, воду, гладила дочке форму, «чтобы теплой ее еще надеть».

Умывала, расчесывала и подолгу заплетала затейливые косы любимице.

На младшую Расиму времени было жалко. Некрасивая же, что толку над нею колдовать? Волосы у девчонки были непослушными, как она сама, топорщились как проволока и сладить с ними проще всего было стрижкой. Самой короткой, «под мальчика». Ведь нет волос – нет проблем.

Платья, туфли и игрушки специально для Расимы ни разу не покупались: после Дианы их было полно, пусть донашивает, так решила мать.

Диана же свои самые красивые и любимые наряды очень жалела. Девочке было стыдно перед подружками и одноклассниками, что в ее прошлогоднем платье теперь будет маячить некрасивая младшая сестренка. Поэтому «принцесса» тайком от всех рвала свои старые платья и пачкала несмываемыми чернилами, отчего одежда приходила в негодный вид и выбрасывалась.

Но Расима нарядами не интересовалась. Она, предоставленная самой себе, днями напролет носилась по улице, дружа с «отбросами», как ей выговаривала часто мать, охаживая прутиком по энному месту.

Алкоголичка бабка Нурья, вечно сидящая в луже у своего дома; бездомыш Мухтар, прижившийся к магазину; местный дурачок Мурат, который в свои двадцать, ведет себя как пятилетний мальчишка; и одноглазый блохастый кот Рупий – вот и все ее приятели.

Годы бежали, девчонки росли и вот уже Диане стукнуло восемнадцать.

– Замуж тебя просят, – то и дело напевала елейным голоском Алима-мать, глядя на свою любимицу.

Хвасталась прямо утром, во время завтрака, откармливая принцессу свежайшими сливками и клубникой со своего огорода.

Диана как обычно кривилась, выспрашивая лениво:

– Кто на этот раз?

– Тетка Нуртида своего племянника приезжего предлагала. Он у нее недавно машину купил, в кредит. Как купил, сразу возомнил о себе, аж на тебя замахнулся!

– А ты что ответила? – тоненьким голоском интересовалась Диана.

– А я что? «Нет» говорю! – сияя от счастья, заявила маман. – Не про него я свою ягодку ращу! Я Нуртиде ответила, чтобы кого попроще себе ее племянник просил! Не по сеньке шапка! Моя говорю, доченька, поступать едет, у ей и квартира в городе есть! Некогда о женихах девчонке думать, когда профессию нужно получать!

Довольная Диана улыбнулась и кивнула головой.

– Нас какой-то машиной не возьмёшь! Правильно, эни, ты ему ответила!

Расима только села за стол, закончив крутить сепаратор (в котором сливочки для сестры крутила, те самые), протянула руку к пирожку, как вдруг мать, Алима, недовольно забрала тарелку с выпечкой с центра стола и передвинула ее мужу, буркнув:

– Куда тянешься? Итак толстая, совсем за фигурой не следишь! Скоро юбка на попе треснет! Жуй лучше, на! – придвинула она тарелку с остывшей гречкой.

Тонкий едкий смех Дианы разрезал гнетущую тишину, воцарившуюся в кухне, отчего младшей сестре стало еще обиднее.

Расима аппетитом отличалась отменным, поэтому невозмутимо зачерпнула полную ложку каши и сунула ее в рот. Слезы готовы были брызнуть, но жующий рот предотвратил их появление.

«Ничего страшного», – думала она, перемалывая своими челюстями невкусную стылую кашу, – «Что мама меня не любит – для меня не новость. Я буду стараться изо всех сил, чтобы завоевать ее любовь! И однажды она поймет, что была неправа, относясь ко мне как ко второму сорту!»

…Провожали Диану на учебу в город всей семьей. Заказали у соседей машину.

– Ведь негоже принцессу общественным транспортом возить! – решила Алима-мать. – Вдруг какой наглец посмеет всю дорогу на нее глазеть?

Боялась Алима свою красавицу в город отпускать, туда, где одни маньяки-насильники на каждом углу девушек красивых подкарауливают, потому навострилась вместе ехать.

А что? Расима в доме за хозяйку останется: коров, хозяйство, старенькую лежачую бабку-Майнуру и отца – всех можно на хрупкие плечи подростка кинуть, выдюжит.

А вот «принцессу» в городе стеречь надо: соседки в деревне каких только ужасов про город не рассказывают: там и воруют, и грабят, и людей похищают! Неспокойная будет душа у Алимы, если дочь там одна останется…

Расима вздохнула и убрала фотоальбом.

Глава 3

Диана недовольно смотрела на сестру, стоящую за дверью ее квартиры.

– Ты зачем сюда явилась? Мало тебе моей квартиры?

– Диан, мне надо с тобой поговорить. Мама больна…

Диана тут-же отвернулась.

– Кому квартирка досталась, тот и маму смотрит. Это же очевидно! Не хочу о ней ничего слышать! Уходи, ты не вовремя!

Из-за спины Дианы показался немолодой мужчина с белой бородкой.

– Диана, у тебя гостья?

– Нет, это приехали из химчистки!

Диана грубо оттолкнула сестру от двери, выпроваживая к лестнице, – Будь добра, сделай услугу, иди!

Диана скривила свое хорошенькое личико захлопнула дверь.

…Расима постояла немного и пошла домой.

Неприятные воспоминания вдруг нахлынули волной.

Мать ревела белугой, запершись в спальне и Расима с отцом молча переглядывались, стараясь не оборачиваться на пьяную Диану.

Диана же, с размазанной по лицу косметикой сидела за столом и вела себя безобразно: ела вилкой прямо из кастрюли, посмеивалась.

– Плевать я хотела на ваше мнение! Как хочу, так и живу, моя жизнь – мои правила! Думали, привезли меня обратно в эту вонючую дыру, и я перестану делать что захочу? Ошибаетесь! Мать мне всю мою начинающуюся карьеру разрушила! А я, между прочим, на конкурс красоты собиралась, за границу! А меня! В эту глухомань! Я ни-ког-да вам этого не прощу!

Девушка вскочила и вдруг закричала на весь дом, визгом. Она кричала до тех пор, пока отец не дал ей пощечину.

Тогда девушка сразу обмякла, закрыла свой рот и села обратно на стул.

– Зачем вы лезете в мою жизнь? – всхлипнула она, – Отстаньте от меня, оставьте меня в покое! У вас есть Расима, занимайтесь ею, а меня отпустите. Вы тянете меня вниз, в болото. Предел ваших мечтаний – это пристроить меня замуж за какого-нибудь городского слизняка. Неважно какого, лишь бы из города, да с квартирой. Да чтоб такой, что вся ваша родня обзавидовалась! А я не хочу такой жизни! Я хочу увидеть другой мир, объездить страны, хочу славы, денег, поклонников. Но с такими как вы у меня никогда ничего не будет!

Диана жадно отпила из рюмки, и отец отобрал у нее стакан и бутылку.

– Иди проспись! Ты стала похожа на дешевую шлюху из подворотни. – сплюнул старик. – У матери давление, а ты тут орешь. Приложил бы тебя чем, да жалко, ты ж сама не понимаешь, что несешь.

«Заграницу!» Это тебе подружки твои никчемные напели? Верь им больше. Обманом тебя хотели увезти. Ну уехала бы ты, а дальше что? Никакие модельные агентства тебя с распростертыми объятиями за бугром не ждут. Отберут паспорт и упрячут в подпольном борделе. Вовремя мы с матерью тебя с поезда сняли! А то сидели бы потом, плакали, по опознаниям бегали и в «жди меня» письма слали.

Мужчина вдруг сморщил болезненно лицо и выбежал из кухни на улицу, на свежий воздух. А во дворе две любопытные соседки тут-же отпрянули от окон и кинулись к нему.

– Аким, кто у вас там кричит? Расима что ли? Что у вас происходит?

Аким обвел взглядом женщин, тяжело задышал и выдал:

– Пошли вон, сплетницы! Не вашего ума дело!

Женщины принялись ругаться на него, но старик проигнорировал крики и оскорбления. Он закрыл глаза и схватившись за сердце, медленно сел на крыльцо.

А в доме Расима во все глаза смотрела на свою старшую сестру.

Она не могла поверить в то, что все это происходит наяву. Диану она не видела около года, мать с отцом не посвящали ее в дела сестры, только о чем-то шептались по утрам на кухне, скрывая от младшей дочери истинное положение вещей.

Сестра спивалась и это было очевидно. Она сильно похудела, но сильно впалые щеки и заостренный нос делали ее еще красивее. Фигура у сестры тоже изменилась: раньше она была женственней, с приятными округлостями, а сейчас превратилась в щепочку. Худая-худая и длинная. Свои длинные волосы она состригла в «каре» и зачем-то выкрасила в платиновый цвет.

Но самое неприятное, что она стала отталкивающе чужой. Стервой. Истеричкой. Нервной, эгоистичной злюкой с претензиями.

– Что смотришь? – огрызнулась на младшую сестру Диана. – Как ты смеешь так на меня смотреть? Да что ты вообще в своей жизни, кроме навоза и коров видела?

Старшая сестра схватила вилку и швырнула ее в лицо младшей. Расима увернулась и ушла на улицу.

Появление сестры нарушило ее спокойный тихий мирок. Это было чем-то невероятным, переворотом в размеренной жизни.

– Папа? – вгляделась вдруг она в скрюченную фигуру на ступеньках. – Пап? Папочка!

***

– Надень сегодня строгий костюм, хочу познакомить тебя со своими детьми, – сообщил Диане Сергей, и девушка недовольно сдвинула на переносице брови.

– А мне обязательно с ними знакомиться?

– Естественно. Я должен представить им свою будущую жену.

Диана сидела за белоснежным столиком, стоящим на огромной полукруглой лоджии. Легкий ветерок трепал ее челку и концы волос. Девушка наслаждалась чашечкой свежесваренного кофе, закрыв глаза и слушая шепот волн, бьющихся о берег.

Она услышала предложение и ресницы ее задрожали.

– Но я… Мне кажется, они будут против.

Сергей посмотрел пытливо:

– Отчего же ты такого мнения о моих детях? Мне кажется, ты даже понравишься им. Ты красивая, умная и элегантная. С тобою не стыдно появиться на людях. Прекрасный собеседник и хорошая хозяйка. Думаю, ты станешь мне отличной женой и мачехой для моих детей.

Диана промолчала, взглянув куда-то вдаль. Ее мечты сбывались. Владелец сети развлекательных заведений, миллионер, о котором она и во сне не могла мечтать, готов жениться на ней, простой деревенской девушке, когда-то приехавшей в большой жестокий город и успевшей загубить свою никчемную жизнь. Но почему это не приносит ей радости?..

***

Расима убиралась в одном из домиков отдыха, когда услышала, как входная дверь внизу хлопнула. Она выскочила из спальни с тряпкой наперевес, немного злая. Ведь у нее с администраторами уговор: не запускать в домики посетителей в тот момент, когда она делает уборку. Ей унизительно показываться этим богатеньким снобам в таком неприглядном виде. Люди тут пьют, отдыхают, а ей приходится убирать за ними мусор, выносить пустую тару из-под выпивки, окурки, объедки и даже нечто омерзительнее, один взгляд на которое способно вызвать рвотный рефлекс.

Спустившись по лестнице, Расима нахмурилась. Возле столика взад и вперед расхаживал тот самый мужчина, которого она позавчера обнаружила пьяным на балконе.

Мужчина был зол. Взбешен чем-то. И это было заметно. Он пнул урну, стоящую в углу, и швырнул на стол свою куртку.

– Извините, – обратилась к нему Расима. В вежливой форме девушка попыталась попросить его зайти в домик позже, когда она закончит убираться.

Это казалось ей необходимым: в санузле и в душевой комнате она провела обработку дезинфицирующим раствором, оставила его для воздействия, теперь же было нужно время, чтобы смыть едкий раствор и мало-мальски проветрить помещение.

Парень посмотрел на нее ледяным взглядом.

– Убирайся. Пошла вон, – перебил он ее на полуслове.

Расима ощутила себя облитой грязью. Растерянно поглядев на грубияна, выбежала за дверь и вытирая слезы обиды, застилающие глаза, ворвалась в комнату персонала.

– Ариана! – обратилась она к администраторше, – Почему в третьем домике – посетитель? Я ведь предупредила что буду занята до полвосьмого!

Ариана сделала круглые глаза:

– Ты что? Это же сын владельца нашей базы отдыха, Семен. Он частенько приезжает сюда отдыхать. Когда один, когда и с друзьями. И всегда почему-то занимает этот третий домик. А ты разве его не знаешь? Так вот, знай. Извини, что забыла тебя предупредить, но у него и впрямь отвратительный характер. Если он явился, уходи оттуда без лишних слов.

– Мне плевать, кто он такой, – кипятилась Расима, – Почему он так бесцеремонно врывается и грубит? Да, я уборщица, но не рабыня, на которую можно наорать!

– Я прекрасно тебя понимаю, Расима, но он – такой.

***

Семен злился на отца. Тот на семейное торжество притащил какую-то девицу и нагло представил ее всем, в качестве своей будущей жены.

Будущая мачеха была явно моложе их с сестрой, но не это было самым обидным. Как он мог, при живой жене, приводить в их дом своих «протеже», этот старый развратник?

Семен не мог стерпеть гадкой улыбочки отца-пенсионера и ушел прямо из-за стола, игнорируя шипение отца и лепет сестры. Не может он сидеть за одним столом с отцовской шлюхой и делать вид, что все нормально!

***

Расима открыла дверь ключом и ахнула, когда увидела у порога мать. Алима с серым лицом и плотно-сжатыми губами смотрела на нее, пряча в руке увесистую гантель.

– Мама? Ты что тут стоишь? Отдай мне это.

– Я тебе не мама, – отрезала Алима, глядя на дочь с ненавистью. – Это из-за тебя моя Диана не может сюда прийти. Ты, ты во всем виновата.

Расима устало убрала с плеча сумку и принялась снимать со своих уставших, натруженных ног обувь. Как вести себя с матерью во время ее очередных «задвигов», она не знала. Молчать и игнорировать – не вариант, пытаться подыгрывать – еще хуже.

– Ты ела сегодня? – с грустью поинтересовалась она, проходя в кухню.

– Нельзя так с родной сестрой! – прошипела ей в ответ мать, – Я знаю, что ты плетешь свои интриги из-за этой квартиры.

Расима посмотрела на мать и вздохнула: нужно что-то делать. Отправлять мать на принудительное лечение. Больше так жить нельзя.

***

Расима лежала в кровати, когда мать включила вдруг свет в комнате и принялась шипеть.

– Спишь тут, наглая. В тепле… До чего же ты хитрая! Совести у тебя нет! Спать спокойно, зная, что наша семья – развалилась! Сестра ты, или не сестра? Почему до сих пор не разыскала Диану, почему не привела ее домой?!

Голос женщины все повышался, переходя на неудержимый визг и Расима вскочила, закричав:

– Мама, хватит! Невозможно находиться с тобою рядом! Можно мне отдохнуть после работы? Можно, я просто посплю?!

Выскочив из квартиры, превратившейся в последнее время в ад, Расима сбежала в подъезд и спрятавшись в тени за лестницей, опустилась на ступеньки. Она решила переждать, пока мать, ставшая для нее чудовищем, уснет и можно будет прокрасться домой, чтобы лечь спать. Мать стала неуправляемой. Расима пыталась отвести ее в поликлинику, чтобы отвести к врачу, но та сопротивлялась как бешенная, отказываясь покидать жилище.

Глава 4

Семен молча вернулся домой, игнорируя отца и его пассию. Присутствие в доме Дианы выводило его из себя. Оно бесило до зубовного скрежета, но поделать со своей ненавистью мужчина ничего не мог.

– Ну и где же ты пропадал? – недовольно поинтересовалась у Семена сестра, Анюта. Девушка взъерошила брату прическу и поцеловала в затылок. – Фу, ты опять пил?

– Эта шлюха что, и ночует теперь здесь, у нас? – недовольно поинтересовался у сестры Семен.

– Тихо, папа может услышать! – шепнула неодобрительно девушка, и оглянувшись по сторонам. – Почему ты так категоричен к ней? Я пробовала с нею пообщаться, мне она показалась неплохой, – помявшись, тихо произнесла Анна.

Семен вскочил и посмотрел на сестру горящими глазами.

– Неплохая? Так ты предаешь память мамы?

Аня топнула ножкой и жалостливым взглядом посмотрела на брата:

– При чем тут мама? Зачем все переиначиваешь?

– Я хочу, чтобы мама вернулась в этот дом. Хозяйкой, как и прежде. В дом, в котором не будет никаких отцовских шлю…

Мужчина замолчал на полуслове оттого, что в комнате появилась Диана. Девушка словно чувствовала, что разговор идет о ней и пытливо взглянула на Семена и Анну.

«Детки», – мысленно обозвала она детей своего будущего мужа и усмехнулась.

– …Шлюх! Не хочу, чтобы в нашем доме были папашины шлюхи! – громко и отчетливо повторил Семен, наслаждаясь растерянностью Дианы.

Он прошел мимо, намеренно толкнув плечом и Диана прикусила губу.

«Вот выйду замуж за старика и поставлю на место этого выскочку», – с бессильной злостью подумала она.

Анна неуклюже топталась на месте, отводя взгляд.

– Не принимай близко к сердцу его слова, – попыталась поправить ситуацию Анна. – Он у нас такой… Непослушный эгоист. Папа избаловал его деньгами, наверное, он ревнует к тебе отца.

Анна попыталась улыбнуться, вглядываясь в лицо будущей мачехи и предложила:

– Я знаю, что ты ходишь в спортзал. У нас в цокольном этаже есть свой тренажерный зал. Я как-раз собиралась туда. Составишь мне компанию?

– С удовольствием, – просияла Диана.

***

Сергей показал Диане свой дом, и указав на одну из больших спален, объявил:

– Теперь ты будешь жить тут, со мной. Тебе не нужно работать и что-либо делать по дому, у нас есть приходящая домработница.

Диана улыбнулась ему грустной улыбкой. Дом Сергея был шикарен. Бассейн, тренажерный зал, сауна и бильярдный зал в цокольном этаже. Зимний сад, оранжерея, кинозал и несколько гостиных, куча спален разных цветов и на любой вкус. И она будет хозяйкой всего этого великолепия.

Даже страшно и не верится. Она так долго шла к этому. Правда, никогда раньше она не предполагала, что для этого ей придется стать супругой мужчины, годящегося в отцы. Но как говорится, деньги не пахнут. Уж лучше быть женой богатого старика, чем нищего неудачника.

***

Диана позвала подруг и устроила девичник.

До свадьбы была еще куча времени, но ей очень хотелось расслабиться в окружении девчонок, поэтому Диана решила, что устроит девичник именно сейчас. Позже, перед свадьбой, она проведет еще один, более «цивильный». Теперь она может позволить себе подобные прихоти.

Сережа на несколько дней уехал по делам в другой город, и Диана почувствовала себя свободнее. Девичник было решено провести в одном из домиков на базе отдыха, принадлежащих жениху.

За всеми нехитрыми своими хлопотами, Диана совсем забыла о существовании сестры, поэтому удивилась, когда увидела ту у одного из домиков.

– Расима?

Диана смотрела на сестру с балкончика второго этажа домика. Она была в купальнике, с бокалом в руке.

Расима – с большим черным мусорным пакетом в руке. Из домика доносились женские крики и визг, в самом разгаре шло веселье.

– Ты заходи к нам, – негромко предложила сестре Диана. – У меня девичник.

На самом деле, Диана стеснялась своей плохо одетой сестры, которая к тому-же, работала тут обычной уборщицей. Подруги Диану не поймут.

– Спасибо за приглашение, – криво улыбнулась Расима. – Я на работе, не могу.

Расима скрылась за углом, раздумывая над словами Дианы.

Девичник. Значит ли это, что сестра собирается замуж? Странно, что Расима об этом ничего не знает.

***

Уснуть Расима не смогла.

И хотя администратор сообщила ей, что все три домика заняты до утра и ей не нужно будет в них убираться, можно спокойно поспать, сердце Расимы было не на месте. Девушку не покидало смутное чувство тревоги. За мать, оставшуюся дома в-одиночестве. За сестру, с которой она никак не может поладить.

– Я пойду и поговорю с нею, если она не спит, – решила Расима.

Двинувшись к домику, девушка тихо открыла стеклянную, но зашторенную темной шторой дверь. И сразу же услышала чей-то плач. На диванчиках, расположенных внизу, кто-то спал, везде валялись бутылки, стояли бокалы тут и там. Привычное, в общем-то, для этого места, зрелище.

Плач и приглушенный голос доносились сверху, из спальни и Расима, немного помешкав, поднялась по лестнице. Вдруг плачет – ее сестра, Диана? Нужно разузнать, в чем дело.

Расима бесшумно пробралась наверх и подошла к открытой двери. В дверном проеме виднелась фигура мужчины. Он стоял возле кровати, на которой сидела Диана и Расима невольно услышала их неприятный разговор.

– Тебе деньги нужны? Так я дам тебе денег, – возмущенно выговаривал мужчина ее сестре.

– Оставь меня в покое! – плакала Диана, закрывая лицо руками. Она пробовала было встать, но мужчина толкнул ее, и она снова села на кровать, как тряпичная кукла.

Мужчина достал из кармана кошелек и швырнул в лицо Дианы деньги. Купюры рассыпались по покрывалу.

– Я ненавижу таких как ты. Ты – присоска. Пиявка, прицепившаяся к моему отцу. Празднуешь предстоящую свадьбу? Не будет у тебя никакой свадьбы. Потому что…

Мужчина схватил Диану за руку и попытался ухватить за другую, но Диана начала сопротивляться.

– Я все расскажу Сереже! – выпалила она, попытавшись закричать, но мужчина закрыл ей рот рукой. – Только посмей!

– Не расскажешь! Стыдно станет!

Дальше наблюдать за этим безобразием Расима не могла. Поэтому забежала в спальню и изо всех сил толкнула обидчика своей сестры в спину. Тот обернулся и Расима сразу узнала в нем грубияна – вечного посетителя домика номер три. Сын хозяина базы отдыха.

– Ты еще кто? – рявкнул он на нее.

– Я полицию вызвала! А что еще мне оставалось? Вы так орете, на весь район! – отчаянно соврала Расима.

«Красавчик» заметно испугался. Диана тут-же вскочила с кровати и подбежала к сестре. Губы ее дрожали, глаза были заплаканными, взгляд – замутненным. Как тогда, в тот самый вечер, когда по ее вине погиб их отец.

– Лучше уйди, – пригрозила Семену Расима, вытащив из кармана свой сотовый телефон.

Семен вышел из спальни и почти сразу послышался грохот на лестнице.

– Все хорошо, – обняла сестру Расима.

«Как ты можешь жить во всей этой мерзости, сестра?» – невольно подумалось девушке.

Диана с опухшим носом и заплаканными глазами сидела на кровати и плакала. Услышав грохот на лестнице, Расима испуганно посмотрела на сестру и выбежала за дверь спальни.

– Ой, сестра, он упал. И лежит там на полу.

Паника охватила Расиму, и девушка ринулась вниз по лестнице. Мужчина лежал на полу, и Расима потеребила его, схватив за плечо.

– Отвали, – пробормотал тот, перевернувшись на другой бок и засопел. От него разило спиртным и Расима нерешительно поднялась с корточек.

– Он пьяный и спит, но живой, – «обрадовала» она сестру.

Диана вытерла потеки туши с глаз своими наманикюреными пальчиками и негромко произнесла:

– А что ему станется, этому пьянчуге, только настроение мне испортил!

Расима молча прибирала в комнате, собирая лишний мусор и расставляя все по местам. Уже рассвело, она может уйти сегодня чуть раньше, если уберется тут поскорее.

– Я замуж выхожу, – наконец, промолвила Диана, тоскливо глядя в окно.

Расима оторвалась от своих дел и уставилась на сестру.

– В самом деле? Я рада за тебя, сестренка!

Диана посмотрела на сестру со злостью.

– Нечему радоваться.

Она прищурилась и вгляделась в младшую сестру вновь. Заметила, как изменилась дурнушка-сестра.

На смуглом лице Расимы проступил легкий румянец. Широкое в прошлом лицо похудело, сальные щечки и рыхлый подбородок исчезли куда-то чудным образом насовсем. Глаза были хоть и не такими большими, как у Дианы, зато живыми и блестящими. Волосы, ресницы – черные, с естественным блеском. Все свое, все натуральное. Сильно портили общее впечатление неухоженные брови на лице девушки, но это оттого, что Расима не знала, что их можно выщипывать и корректировать в салоне.

Ногти, брови и отсутствие косметики ясно говорили о том, что у девушки нет денег на то, чтобы посещать мастеров. И вообще выдавали в ней деревенскую провинциалку.

И все же Диана смотрела на сестру с тайной завистью: Расима потихоньку расцветала. Конечно, ей далеко до утонченной красоты Дианы, зато в ней есть что-то такое, что напрочь в Диане отсутствует.

Наивность. Неискушенность.

Это Диана чувствует себя «потасканной» жизнью.

А Расима, замухрышка-сестра, живет себе потихоньку, копошится в своих ничтожных делах и заботах, совершенно не мучаясь душевными муками и не зная о том, как коварны бывают деньги. И мужчины. Как сильно можно обмануться, влюбившись и как легко можно сгореть, перегореть внутренне, и потухнуть.

***

Диана встала с кровати и пошла в сторону двери, но Расима ее окликнула.

– Диан, а деньги?

– Какие деньги? – равнодушно откликнулась сестра, даже не обернувшись.

– Эти деньги.

На постели и рядом валялись купюры. Тысячные, пятитысячные. Красные и зеленые бумажки, от которых Расима не могла отвести взгляда.

Столько денег ей еще никогда в своей жизни не доводилось видеть.

– Выкинь их вместе с мусором, – сверкнула злыми глазами сестра и ушла.

А Расима медленно опустилась на колени и принялась собирать купюры. Эти деньги у нее рука бы не поднялась выбросить. Слишком уж тяжелой ценой они ей в жизни достаются. Мозг машинально пересчитывал купюры: двенадцать тысяч, семнадцать, восемнадцать…

Когда Расима поднялась с пола, в руках ее находилось сорок три тысячи рублей.

Невиданные для нее богатства. На эти деньги они с мамой могли бы прожить безбедно несколько месяцев. Расима могла бы оплатить задолженность за коммуналку, купить матери новую куртку, а себе – ботинки. Она могла бы купить мяса и приготовить любимый родителями бешбармак…

Этих денег хватило бы и для того, чтобы сделать другую оградку на могилке отца. Кованную, а не из простого штакетника…

Слезы неожиданно потекли из глаз Расимы, и она встала у двери, прижав крепко к груди эти деньги. Мусор для кого-то, в то время как для нее они – жизненная необходимость!

Проплакавшись, девушка поспешно вытерла слезы и побежала вниз. Деньги она положила аккуратной стопочкой около спящего мужчины-обидчика сестры и немного прибравшись, выбежала из домика.

Она собиралась домой, потому что с уборкой было покончено, а дома… Дома ее ждала мать. Совсем одна.

У ресепшена Расима встретила сестру. Та в нетерпении ходила взад-вперед у окон, словно ждала кого-то.

– Диана, ты домой? Ты на чем? – подбежала к ней Расима.

– На такси, – растерянно ответила сестра.

– Может, вместе поедем? Оставите меня хоть, где, главное, чтобы в городе? – взмолилась Расима.

До ближайшей остановки пешком было далеко, а такси в каждую свою смену, Расима себе позволить не могла. Диана недовольно скуксилась.

– Я тороплюсь! – неохотно ответила она.

– Я быстро! Только сумку возьму! – крикнула Расима, убегая в коридор.

Диана разозлилась.

«Чего она ко мне прицепилась?!»

И выскочила на улицу, кляня про себя сестру.

– Сегодня ее до города подбрось, завтра совсем на шею ко мне переберется и сядет! – с негодованием раздумывала она.

Глава 5

Ясин караулил Диану около ворот базы отдыха. Он знал, что девушка проводила вчера тут свой девичник. А это значит, что можно выловить ее здесь и убедить поговорить.

– Диана!

Он выбежал из машины, увидев любимую, однако Диана отвернулась от него, сделав непроницаемый вид. И села в подъехавшее такси. Со злости, Ясин изо всех сил ударил ногой колесо своей машины.

Ну почему она делает вид, что ей на него плевать? Ведь у нее были к нему чувства, она не могла притворяться! Так быстро все забыла?!

Снова хлопнули ворота и на улицу выбежала какая-то девица.

– Диана! – с досадой воскликнула она, глядя на отъезжающую машину.

Расима даже побежала следом за уезжающим такси, размахивая руками. Она видела как Диана обернулась назад, но машина так и не остановилась.

Расима словно получила плевок в лицо. От обиды на сестру хотелось разрыдаться. Обернулась, кусая губы. И выглядела такой жалкой и растерянной, что невольно расстрогала Ясина, находящегося неподалеку и наблюдающего за нею.

***

Он вгляделся в девицу и узнал ее. Это ведь Дианы сестра?

Диана сама на нее показывала ему, когда они сидели вдвоем в машине. Как непохожа. Ни за что бы не поверил в их родство.

– Подвезти тебя?

Вопрос вырвался из уст Ясина прежде, чем он успел подумать.

– В город едете? – дрожащим голосом поинтересовалась Расима.

– В город, в город. Садись.

***

В машине Ясин поглядывал на Расиму странным взглядом. Словно рассматривал. И даже не скрывал этого, отчего Расима смутилась. Почему он на неё так смотрит? Что-то в ней не так? Может, лицо испачкалось, или волосы растрепаны?

Расима вынула из сумочки зеркальце и тайком погляделась в него, но ничего странного в своей внешности не заметила. Пожала плечами, убрала зеркальце и спохватившись, торопливо произнесла:

– Вы извините, но у меня нет денег, чтобы оплатить дорогу.

Ясин улыбнулся:

– Не нужны деньги. Я все-равно еду в город, нам по пути.

Девушка, сидящая рядом, заметно расслабилась, и Ясин вновь не смог удержаться от улыбки. Она такая забавная. То зеркальце вытащит, то волосы на себе руками поправит. То денег у нее нет. Простушка. Диана совсем на нее не похожа.

– Вы сестра Дианы? – неожиданно поинтересовался Ясин.

– Кто, я? Да, сестра. Младшая, – заикаясь, выпалила Расима.

– Родная?

Попутчица медленно ответила:

– Да, родная.

«Странно то как. Вроде бы родные, а ведем себя, как чужие», – подумалось ей.

– Вы не очень-то и похожи, – как можно тактичнее, заявил Ясин и девушка согласно кивнула головой:

– Мы вообще непохожи, ни внешне, ни характерами. Наверное, потому что Диана давно живет в городе, а я сюда приехала вот только…

Ясин задумался. Почему-то он всегда считал Диану истиной горожанкой. И не задумывался об этом.

– А откуда вы приехали? – полюбопытствовал он.

Расима охотно рассказала о том, в какой деревне родилась и выросла. Упомянула вскользь о том, что живет сейчас здесь с мамой и Ясин удивленно посмотрел на собеседницу.

Как же хорошо, что он встретил ее. Благодаря Расиме он сможет узнать о своей любимой много нового.

***

Сквозь сон Семен слышал чьи-то шепотки и цокот каблуков. Который действовал ему на нервы.

– Это же Сема! – прямо над ухом вскрикнула какая-то девица и Семен разлепил веки.

– Вау, Сема? Семочка! Какими судьбами ты тут оказался, наш маленький сладенький принц? – пропела прямо в лицо какая-то размалеванная «мымра».

Таковой ему показалась девица с разрисованными в пол-лица бровями, глазами и губищами.

– А что это за денюжки у тебя тут лежат, Семушка? – пропела вторая девица, по виду более-менее сносная. Но с длинными, висящими по локоть волосами, больше похожими на спутанный лошадиный хвост.

Семен поднялся с пола и отряхнул на себе брюки. Он вспомнил, кто все эти девки и зачем явился сюда он сам.

Подружки отцовской шлюхи-Дианы. Они валялись вчера тут на диване пьяные, с задравшимися до самых грудей юбками и платьями, когда он пришел. Распутные девки, без капли достоинства…

– Это вам на чай и помаду, – указал он на кучку купюр, оставшуюся лежать на полу.

Девушки сразу оживились: хмель еще бурлил в их крови. Начали кокетничать и строить глазки, зная, что перед ними – богатенький лакомый кусок. Все их тщедушные мыслишки Семен насквозь видел.

– Семочка, может, продолжим наше знакомство? В сауну сходим, м? Втроем. В бассейне поплаваем, освежишься, – наперебой загалдели наглые «присоски», как он всех этих дешевок называл про себя.

Семен сел на краю бассейна и зачерпнув в воде руки, похлопал ими себя по лицу. Жужжание девиц выводило из себя.

Видел он их вчера, у клуба. Стояли они, вместе с его будущей мачехой и строили из себя недотрог, отшивая парней.

Что же произошло с этими недотрогами сейчас, когда в поле их зрения оказался наследник миллионов? Не самой приятной наружности и уж, конечно, не обладатель изысканных манер?

– А не хочу я с вами знакомиться. Познакомился уже, пока вы спали. Так что держите деньги, киски, за ваши услуги, – нагло соврал он, наслаждаясь хлопаньем ресниц на кукольных личиках и их открытыми от удивления ртами.

Он вышел из домика, плотно закрыв за собой дверь. Ухмыльнулся, услышав переполох этих взволнованных кур.

«Ибо нечего было в пьяном виде валяться».

Глава 6

Расима вошла в свой подъезд и оглянулась на Ясина. Молодой человек шел по пятам, хотя она не приглашала его.

– Извините, боюсь показаться навязчивым, но… Мне бы водички попить. Можно? – улыбнулся своей красивой улыбкой Ясин и Расима во все глаза уставилась на него… Заметив вдруг, до чего же он хорош.

Красиво очерченные скулы, ровная кожа на лице (лучше, чем у нее), чувственный рот и родинка над губою. А в глазах искорки плещутся.

– Д-а, конечно, – забыв обо всем на свете, пролепетала Расима.

Так, наверное, и влюбляются. С первого взгляда и бесповоротно.

«Нет, не с первого, со второго взгляда», – поправила себя Расима. – «Разглядела…»

Квартира встретила ее теми же ободранными обоями в прихожей и тусклым светом, включенным везде. И это днем, когда светло! Мама-мама, что же она делает, у них до сих пор не оплачены коммунальные счета!

Расима вспомнила о маме и ужаснулась, что Ясин увидит сейчас ее, такую неадекватную.

– Расима?!

Мать выкатилась из двери кухни и со злостью уставилась на дочь и гостя.

Неопрятная, с всклокоченными седыми волосами в старом халате и босыми ногами…

– А-а, вот оно что? Мужиков решила домой водить? – язвительно поинтересовалась у дочери женщина.

Ясин вежливо поздоровался с хозяйкой дома, однако Алима не удостоила его даже взглядом.

– Я поняла, чего ты хочешь. Решила вышвырнуть меня на улицу, чтобы квартира досталась одной тебе. Даже хахаля себе привела! Чтобы территорию застолбить. Невтерпёж, да?! – вскрикнула Алима.

Расима обезумевшими глазами посмотрела на мать. Такой мерзости она не ожидала услышать. И стало очень стыдно перед гостем, охватила злость, а на лице выступили красные пятна.

– Извините, – дрожащим голосом произнесла она, обращаясь к Ясину. – Пожалуйста, идите! Вы не вовремя и очень некстати!

Столько безысходности было в глазах этой девушки, что Ясин передумал уходить. Как можно дружелюбнее, Ясин обратился к старухе. – Вы ошиблись. Я всего-навсего, подвез Расиму до дома. И зашел в ваш дом для того, чтобы попить воды. Только и всего, извините пожалуйста.

Ситуацию его признание не спасло.

– Сначала воды дай, потом переночевать пусти и к себе в постель положи, да! – выкрикнула Алима. Она сняла тапок со своей ноги и угрожающе помахала им перед носом гостя.

– Это видел? Вот и беги! «Жоних»! Не видать тебе этой квартиры как ушей своих! Развелось вас, мошенников, мародеров!

Ясин обернулся к Расиме и хотел попрощаться, но старуха бесцеремонно вытолкнула его за дверь, уперевшись обеими руками.

– Эта квартира принадлежит Диане! – громко выпалила Алима, перед тем как захлопнуть перед Ясином дверь.

Тот замер на лестнице, услышав имя любимой.

– Мама?!

Расима опомнилась, когда дверь с громким грохотом закрылась. Как неудобно перед человеком-то получилось! Он ее с работы бесплатно привез, а взамен получил ушат гадостей в свой адрес!

– Что ты наделала? Он – просто прохожий! – закричала Расима.

Она догнала его только на улице.

– Постойте же! Вы не обращайте на нее внимания, пожалуйста, – с мольбой в голосе обратилась к Ясину девушка. – Это мама моя. И она больна, психически нездорова. Сами видите… Вы извините что так получилось, я правда сожалею.

Ясин смотрел на дрожащую от слез девушку и в нем просыпалась жалость к ней.

– Все в порядке, – поспешил он ее заверить. – Я не в обиде нисколько. Но мне кажется, ваша мама нуждается в лечении.

Расима чуть не разрыдалась от чувства собственной никчемности и беспомощности. Оттого, что приходится выворачивать наизнанку перед этим незнакомцем нелицеприятные подробности своей жизни.

– Да, да, я знаю! Но мне не справиться с нею одной! – глотая слезы, ответила Расима. – Я не знаю, что мне делать с ней! Родных в этом городе у меня нет. А меня мать не слушается, я не могу ее даже заставить принимать таблетки и показаться врачу!

– Я помогу вам! – чистосердечно пообещал Ясин. – Только давайте не сегодня? Сегодня не могу, занят. Но я приеду к вам в другой день. И помогу увезти ее к доктору. Что скажете?

Расима кивнула головой.

– Дайте мне свой номер, – доставая телефон, попросил Ясин.

***

Диана с ненавистью посмотрела на входящего в дом Семена. Ее передернуло от отвращения к нему. Вчера он явился к ней на девичник и устроил скандал, испортив отдых.

Ссадина на губе и синяк на лбу у будущего пасынка, напомнили ей о его позорном падении с лестницы.

– Алкоголик, – прошипела она, когда Семен уселся в кресло напротив и уставился ей в глаза.

– Шлюха, – привычно отчеканил он ей в ответ, и Диана взорвалась.

– Какого хрена ты испортил мне вчера праздник?! – вскрикнула она, вскочив с дивана и сжав кулачки.

– Эту попойку со своими дрянными подружками ты праздником сочла? – ухмыльнулся Семен, разваливаясь в кресле. – Бедняжка, с какой помойки тебя подобрал мой отец? Ты, наверное, слаще морковки в жизни ничего не едала?

– Я скоро стану твоей мамочкой, – собрав в себе силы, произнесла с улыбкой Диана.

Слова ее Семена вывели из себя.

– Ты в подметки моей матери не годишься, – вскочив со своего места и схватив Диану за волосы, вспылил он.

– Сема!? – во весь голос закричала Анна, вошедшая в комнату. Девушка кинулась к брату, хватая его за руки:

– Что ты делаешь? Она же папина… Папина невеста! Что папа скажет, если узнает, что вы как кошка с собакой?

– А он узнает, – со злостью закричала Диана, – И я добьюсь, чтобы ты носа своего не смел здесь показывать!

***

– Братик? – ныла рядом Анна, гладя его плечи, – ну что тебе стоит сделать вид, что вы с ней ладите? Папа в отношении Дианы настроен очень решительно! Тебе надо быть хитрее: если она станет его женой, то сам знаешь, как все может обернуться. Будет крутить им и вертеть! В уши ему о тебе надует гадостей, и папа оставит тебя без гроша. Было ведь такое, не раз!

Семен уставился вдаль бесцельным взглядом.

…Отец выгнал их с матерью, когда Семе было лет восемь. Или семь. Анька тогда только в садик пошла. Мать приехала с ними в деревню, к бабушке. Жить. И Семе пришлось сменить школу, друзей. Он лишился своей огромной комнаты и игрушек, лишился на несколько лет родного отца.

Как он позже понял своим детским мозгом: отец нашел себе другую бабу, привел ее в дом, выгнав жену и детей. Мать ничего от него не потребовала, даже от алиментов отказалась. Гордая была.

Говорила, что вытянет их сама, без чьей-либо помощи. И тянула, торгуя на рынке то рыбой, то овощами.

А когда она слегла с менингитом, застудившись зимой, оттого что ходила с дедом на рыбалку, после которой подолгу простаивала на этом гребанном рынке, торгуя уловом в надежде выручить какие-нибудь гроши и слегла в больницу…

Тогда отец приехал за ним и Анькой на своей дорогой машине. Со своей новой бабой, остро пахнущей духами, и ржущей как кобыла. Из-за которой отец выставил маму.

Сема помнил, как стоял за печкой и ревел, глотая слезы. Ревел, потому что услышал бабушкины слова.

– Врачи сказали, не выкарабкается, – плача, тянула тоненьким голоском бабушка, – Нам с дедом детей не вытянуть, боюсь, помрем. Забери ты их, Сереженька, они ведь не чужие тебе, родные…

Он, Семка, плакал тогда о матери, больше смерти боясь того, что мама, их добрая тихая мама, умрет…

– Не могу я, Ань. Этот отец… Сколько их у него было, этих баб? Рыжие, черные, белые, – тихо промолвил Семен, уткнувшись в волосы сестры. – Он никогда не нагуляется. Он старый уже, на него страшно смотреть. И все-равно он в очередной раз женится.

Аня обняла его, погладила по голове как маленького. Она маму помнила тоже. Но не так отчетливо, как Семен. Она так и не поняла, что отец вышвырнул их, своих детей, на произвол судьбы, а забрал только потом. И то, забрал потому, что другие бабы ему так и не смогли больше родить наследников.

– Счастливая ты Анька, – прошептал он вслед сестренке, – Живешь и не знаешь о том, как мерзок этот мир. Мерзок наш «папочка». Жаль, я так не могу, как ты, жить в неведении и верить, что мы ему нужны.

***

Расима смотрела в комнате персонала маленький телевизор, когда к ней подбежала администратор, Ариана.

– Раечка! (Ариана никак не могла запомнить имя Расимы, поэтому называла ее на свой манер, Раей) – Ты только не нервничай, дорогая…

– Что такое? – вскочила с дивана Расима.

– Тут такое дело, – Ариана смотрела на нее оценивающе, оглядывая с головы до ног.

И заметалась, подбирая слова. Что странно, вроде бы администратор, с людьми общается.

– В-общем, клиент просит обслужить его лично. Он очень важный клиент.

Расима недовольно ответила:

– Ну так и пусть вызовут «девочек». Я тут причем?

Напрямую это не афишировалось, но все вокруг знали о том, что некоторые посетители на этой базе отдыха частенько просят найти им «девочек», согласных скрасить досуг: в сауне посидеть, в бассейне поплескаться. Номера телефонов таких «девочек» у кого-то из администраторов были, Расиме даже доводилось видеть этих красоток лично (правда, из окна и тайком). С виду – обычные девчонки, совсем не выглядящие вульгарно.

– Нет! Им нужно, чтобы пришла именно ты! – нахмурила брови Ариана. – Сама не пойму, высмотрели тебя где-то что ли? Словом, иди! И… Я дам тебе платье.

Расима разозлилась.

– Рехнулась? Я? К ним?! Да пошли вы все, я увольняюсь!

– Да погоди ты, глупая! – с яростью зашептала Ариана, схватив ее за локоть. —Чего ты, в самом деле? Тебя же не стриптиз танцевать позвали, и не в сауне париться. Ты должна будешь просто принести выпивку на подносе. Ну как официантка, понимаешь? Принеси-подай. Ты, только без обид, вообще-то, в качестве девушки, никому там неинтересна.

Перед Расимой появилась пачка денег. Тысячные купюры, целая стопка.

– Вот, – склонив голову, покраснела Ариана, – Я же говорю, там такой гость, что у него денег навалом. Я правда не вру. Тебе надо будет только выпивку принести и сделать вид, что ты официантка. А платье… Ну, – оно для того, чтобы ты не в этом ужасном свитере там расхаживала, – тихо произнесла Ариана, ткнув своим пальчикам на балахон Расимы в катышках.

Расима смотрела на деньги грустным взглядом. И хочется взять, и боязно.

– Тут твоя зарплата за целых три месяца, – добила ее фраза админши. – Я же знаю, что тебе очень деньги нужны. Бери. Не дури. Иди.

***

Расима поправила на себе легкое шуршащее платье. Оно оказалось совсем не вызывающим: свободного покроя, ниже колен. Надеть туфли наотрез отказалась, пошла в кедах.

В дрожащих от страха руках – поднос с бутылками, в душе – мерзкое ощущение того, что ей приходится переступать через свои принципы.

В домике отдыхала целая толпа парней и красивых, озорных девушек, отчего от сердца Расимы сразу-же отлегло. Она сразу стала как-то свободнее и раскованнее себя чувствовать и под всеобщий одобрительный возглас прошла к длинному столу, заставленному закусками. Расставила на нем выпивку.

Вторым заходом она принесла в домик одноразовые стаканчики и тарелки (попросили).

И осталась, чтобы стоять в сторонке и убирать со стола мусор и объедки. Это тоже было оговорено Арианой.

Семен играл с другом в бильярд, гоняя кием шары по столу. Вспомнив о «заказе», подошел к лестнице и посмотрел вниз.

Пришла. Стоит там, в дурацком платье, жмется, резко отличаясь от основной массы.

Семен бросил все и спустился по ступенькам вниз. Шлепнул по заднице проходившую мимо Алису-в-купальнике и направился к столу. Там сел, откинулся спиной на спинку стула и положил ноги прямо на стол. Сегодня вечеринка за его счет. Ленивым жестом щелкнул пальцами, поворачиваясь к Расиме.

О да, этот горящий взгляд черных глаз о многом ему сообщил. Она сразу его узнала. Это была та самая девка, которая не дала ему закончить разговор с Дианой. Она оттолкнула его тогда, нагло, нарушив личное пространство, нет, такую вольность он не намерен прощать.

– Чего встала, поди сюда! – рявкнул он застывшей на месте Расиме.

Вопреки его ожиданиям, девушка развернулась и ушла из домика, и Семен разозлился. Он набрал номер Арианы, и та мгновенно прибежала к нему, бросив все свои дела.

– Я за что деньги плачу? – строго задал он ей вопрос, подозвав к себе. – Пусть та азиатка вернется и обслужит меня!

– Семен Сергеевич, я сама лично вас сегодня обслужу! – сияя, заявила Ариана.

У Семена свело скулы от ее «приседаний». Скучно, привычно и приелось. Хотелось чего-то новенького.

– Приведи азиатку, – по слогам произнес он и Ариана захлопала ресницами.

– Да не азиатка она. Татарочка, – с недовольством поправила она Семена.

Чтобы не думал, что Расима – экзотичная. Обычная.

– Наша…э… Раечка, подносы таскать не приучена, уборщица ведь она. Забитая к тому же, а у вас тут – шумно. Вот она и удрала отсюда, чувствуя себя не в своей тарелке. Ну хотите, заведем специальных официанток, раз такое дело? – зачастила Ариана, честно не понимая, чего это сын хозяина уперся, требуя присутствия Расимы.

Семен разозлился и вышел из домика.

– Ты! Ты что себе позволяешь? – крикнул он, ворвавшись в комнатку для персонала.

Расима уже одергивала на себе свой старый свитер, бросив платье на пол. Испугавшись его рыка, девушка обернулась и выпятив вперед руки, толкнула его.

Опять?

– Заберите! – Расима швырнула ему в лицо деньги, которые брала у Арианы. Зеленые бумажки посыпались на пол.

Семен затрясся от смеха, посмотрев на них. А прибежавшая за ним следом Ариана, нервно дернулась у двери.

– Эт-то что? Сдача какая-то? – смеялся над нею Семен. – Я пятитысячные купюры давал? Ну и насмешила.

Расима непонимающе смотрела на него, на деньги, затем перевела взгляд на Ариану. Та молящим взглядом смотрела на нее, однако Расима не стала молчать.

– Значит, ваши пятитысячные осели в кармане у администратора, – заявила она, глядя в глаза Семену, – Лично мне Ариана дала это! Впрочем, неважно. Мне ваши грязные деньги все-равно не нужны!

– Тогда ты уволена. Прямо сейчас, – твердо заявил Семен. – Деньги тебе грязные стали? Ну что ж, мой пол в другом месте. Адьос.

Расима еле сдержала в себе слезы.

– Я и буду мыть пол в другом месте. Но жопой крутить перед такими как ты – не стану! – дерзко ответила она.

Схватив сумку, Расима убежала, задержавшись на секунду около Арианы.

– Семен Сергеевич, – Ариана тут-же залебезила перед Семеном, склонившись и собирая деньги с пола, – Ума не приложу, что с нею! Эти деньги… Честное слово, я передавала ей ваши деньги. А не эти! Что за самодеятельность такая у этой… дряни?

Ариана клялась и божилась, вызывая в хозяине чувство омерзения.

– Хватит врать, а, Ариана? – попросил он. – Так и скажи: забрала часть денег себе!

Жадная лживая баба затрясла головой, клянясь перед ним всеми богами и очерняя уборщицу, но Семен не верил ни единому слову этой администраторши. Очередная алчная присоска, готовая на любую подлость ради денег.

Семен вернулся в домик, но веселиться ему расхотелось. Он молча ушел с пьяной вечеринки и сев в машину, поехал домой.

Глава 7

Расима бежала по обочине и плакала. Удержать в себе поток слез не удавалось: такая обида нахлынула, от того, как несправедливо к ней отнеслись.

Что она делала не так? Честно выполняла свою грязную работу, собирая окурки и объедки после гулянок этих испорченных людей. Ариана сама постоянно ставила Расиму в пример остальным уборщицам: из всего их персонала одна Расима отличалась рвением и ответственностью.

И все равно не угодила!

Было темно, не везде горели фонари. Девушка устала бежать и перешла на шаг, смирившись с тем, что пешком ей придется идти до самого утра, чтобы оказаться в городе. Машину тут останавливать было опасно: место нехорошее, с дурной репутацией. На такси у Расимы не было денег. А автобусы поздней ночью тут не ездят. Пришлось идти пешком.

Она и шла, всякий раз сжимаясь от страха, когда мимо проезжали машины.

***

Семен сел в машину в расстроенных чувствах. В душе остался осадок оттого, что обидел человека, пусть и уборщицу. Где-то внутри он был полностью на ее стороне. Она не сделала ничего плохого, просто попалась под руку ему, пребывающему в дурном расположении духа.

Семен поймал себя на мысли, что высматривает в темноте дороги фигуру этой убежавшей девки. Наверное, ему стало стыдно за свое хамское поведение и хотелось…

Чего хотелось-то? Наверное, ему хотелось найти ее и успеть сказать: ладно, не обижайся, погорячился я, возвращайся на свою работу.

И он ее увидел. Прямая спина невысокой девушки сразу привлекла его внимание.

«Черт. Как ее зовут-то? Ариана называла ее Раей, кажется?», – пронеслось в мыслях, когда, поравнявшись с беглянкой, Семен плавно нажал на педаль тормоза.

– Рая! Стой! – открыв окно, обратился он к ней.

Расима и так притихла, молясь про себя, чтобы машина проехала мимо: мало ли что, может быть, на уме у этих водителей ночью, в присутствии одинокой беспомощной девушки, бредущей по пустой дороге?

А когда она узнала голос обидчика, все в душе перевернулось от страха. В памяти пронеслись недавние воспоминания: вот он швыряет в ее сестру, Диану, деньги и грубо хватает ее за руки в спальне. Это так он заставляет девушек спать с ним?

А сегодня? Чего ради он пристал вдруг к ней, простой уборщице, опять же осыпая своими проклятыми деньгами? Приелись свои, богатенькие красотки и решил переключиться на обычных женщин?

Страшная мысль о грубом подонке с деньгами напугала до смерти и Расима, громко вскрикнув, свернула с обочины и побежала к лесу, простирающемуся вдоль дороги. Семен с удивлением смотрел ей вслед. Он вышел из машины. Постоял, вглядываясь в темноту деревьев, поудивлялся.

«Что за дура? Она нормальная, или как? Он ее подвезти хотел. Обычно девушки сами нагло просятся к нему в машину… Да что, черт побери, это сейчас было с ним?»

Семен выбросил из головы странную уборщицу, сел в машину и уехал.

***

Расима добралась домой только утром, когда начали ходить первые автобусы и трамваи. Упала без сил в постель, потирая намозоленные до крови ноги и поплакав от безысходности, уснула под недовольное ворчание матери.

Поспав пару часиков, встала. Дела ждут. Дома как обычно было неуютно, грязно, на столе и в холодильнике нет еды: заболев, мать стала очень много есть. Причем поглощала пищу старая женщина в огромных количествах, никак не наедаясь.

Уходя на работу, Расима оставляла матери еду на столе и порядок в доме. А возвращалась в голодный бардак.

…Когда позвонил Ясин, Расима воспрянула духом.

– Да, конечно. Я буду ждать твоего приезда и соберу маму, – проворковала она в трубку.

Впервые в жизни из ниоткуда вдруг появилась поддержка в лице этого приятного молодого человека.

– Мамочка, давай я тебя причешу. И помою, – обратилась она к матери.

Ей стоило огромного труда завести старуху-мать в ванную и мало-мальски помыть ее, ворчащую, переодеть в чистую одежду и собрать в путь.

Родительница совсем себя запустила. Не расчесывалась и не умывалась, что уж говорить про остальные элементарные гигиенические процедуры. И дело было не в старости. Мать тронулась головой после смерти отца и ухода из дома любимицы-Дианы.

***

Семен просидел до утра без сна. Непонятная злость никак не могла найти выхода. Выпив кофе, мужчина сел в машину и вернулся на базу отдыха. Ариану он поймал у самых ворот кемпинга, та садилась в свою машину.

– Ариана, не уезжай. – Вернись на работу, – скомандовал он ей.

Ариана прикусила нижнюю губку и начала что-то лепетать о том, что очень торопится, но Семен схватил ее за руку, разворачивая обратно.

– Да подождите вы! Я сумку в машине оставлю! – вякнула вдруг она и Семен выхватил из ее рук сумку.

– Я сказал: вернись на свое рабочее место! – вспылил Семен и девушка моментально заткнулась. Сумка Арианы была на удивление тяжелой, и Семен вытряхнул на стол все ее содержимое.

Перед его глазами оказались деньги: те самые пятитысячные купюры, которые он вчера передал администраторше для Расимы. Пара бутылок дорогого вискаря. Того самого, которое он заказал вчера на свою вечеринку.

– Что это, Ариана? – безжалостно произнес Семен, указывая на деньги.

– Деньги. Мои! Я брала с собой наличку, чтобы кредит с утра заплатить! А что? Какое ваше дело, Семен Сергеевич? – дерзко вскричала девушка.

– С этого дня ты уволена, – огорошил ее Семен.

– Ты! Да кто ты такой, вообще? – разозлилась Ариана. – Вечно-пьяный дебошир, решивший за счет папочки в хозяина поиграть? Ублюдок хренов! Такими темпами ты скоро всех отсюда поувольняешь и некому будет работать в вашем злачном, грязном месте!

У Арианы началась истерика. Семен выволок ее за ворота и вышвырнул на улицу, уже нисколько не церемонясь.

– Пошла вон отсюда!

Вслед ей полетела сумка с деньгами и бутылками, которые Семен запихал обратно. Послышался звук разбившегося стекла и Ариана завизжала что-то невразумительное. Расплакавшись, девушка села перед сумкой и принялась рыться в ней, матерясь и крича, выбрасывая мокрые осколки и напрочь разбитый свой айфон.

– Я тебе покажу! Я тебе устрою! – вытирая слезы, ревела она, глядя на ворота.

Семен прошел мимо оторопевшей сменщицы Арианы, другой девушки-администратора и скомандовал:

– Принеси мне личные дела всех здешних работников. Живо!

Перерыв кипу бумаг и папок, Семен успокоился, когда нашел бумаги Расимы. С фотографии, вклеенной в резюме, на него смотрело спокойное смуглое личико той, которая перевернула его прежний мир.

***

Расима впервые в жизни принарядилась: надела не привычные свитер с джинсами, а блузку с юбкой-карандаш, в которой когда-то щеголяла, окончив школу.

Обноски сестры. Но какие! За несколько лет они не истрепались и не вышли из моды: Диана знала толк в одежде, когда выбирала для себя наряды. Для такой одежды куртка не годилась, однако выбора все-равно не было и Расима махнула рукой: пусть так. Зато он, Ясин, увидит какие у нее стройные ноги.

Больше ей, по собственному мнению, похвастать было нечем. Отмыв лицо, Расима нанесла на губы помаду и тут-же попыталась ее стереть: показалось, что выглядит слишком вызывающе. Запаниковав перед зеркалом, девушка вдруг опомнилась: а для чего она так стремится сегодня хорошо выглядеть? Вернее, для кого?

– Коза. Красивой все-равно не станешь. Черная как головешка, – просунув голову в дверной проем, отчеканила мать. – Далеко тебе до сестры. Красоты как не было, так и нет! – разбубнилась она свою любимую тему.

Расиме спорить с матерью не хотелось: той только повод дай, чтобы сцепиться, а закончится все тем, что мать снова останется при своем мнении, упертая в своей мнимой правоте, в то время как Расима будет плакать по углам подъезда.

Нет, она не даст ей изгадить сегодня настроение! Расима ни слова в ответ не пикнет!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.