Илья Кривошеев
Хостел "Питер"

Часть первая

1

Сегодня Нина ждала только одного гостя, который заехать должен был к пяти часам вечера. Поэтому, как и всегда в это время года, спешить было некуда, можно спокойно, наслаждаясь процессом, заниматься по хозяйству в квартире.

Квартира была довольно-таки большая, то есть просторная и с высокими потолками. Типичная питерская коммуналка в центре города, только отделанная по последним дизайнерским модам, что создавало атмосферу уюта, комфорта и благополучия. Это и называется хостел, общежитие европейского типа, а не советская общага или дореволюционный доходный дом. Сейчас принято именно так. В просторном холле, который с порога начинался от стойки ресепшна, стояли мягкие кожаные кресла белого цвета вокруг журнального столика, и один диван того же типа, а также три шкафа, в двух из которых были книги, журналы и миниатюрные статуэтки, третий же выполнял хозяйственную функцию, в нем хранилось белье. И это вся мебель, не считая раскладную гладильную доску и раскладную же стойку для сушки белья, которыми пользовались по необходимости. Незагроможденное пространство, с белыми стенами и паркетом, было очень практичным. Изображение «золотого» Адмиралтейства, на всю белую стену самой широкой и центральной стены холла, значительно скрашивало и оживляло комнату.

Поскольку мебели в холле было мало, то и на ежедневную уборку полов уходило немного времени, у Нины этот процесс занимал 15—20 минут. Современные швабры этому способствовали.

Дальше была кухня. Просторная, и тоже очень милая, и тоже незагроможденная мебелью. Посередине стоял овальный стол, покрытый скатертью, со стульями, а у окна – небольшой диван и рядом холодильник. Кухня была открытой и служила продолжением холла.

Первая дверь холла, которая бросалась в глаза еще с порога, вела в общий санузел. Комната гигиены была полностью отделана белым кафелем, здесь был туалет, душевая кабина и раковина с большим зеркалом над ней.

Затем идут комнаты.

Комната №1, шестиместный номер. Все также белые стены, паркет, три двухместные кровати и один общий шкаф. Комната была тесная, но, как известно, «в тесноте, да не в обиде». Преимущество было в том, что здесь был свой санузел – крохотная кафельная комнатка с туалетом и душевой кабиной. В этом номере, на постоянной основе, проживали мальчики.

Комната №2 была точной копией комнаты №1. Только здесь жили девочки, также на постоянной основе.

Комната №3 – двухместный номер, с телевизором, большим зеркалом, диваном, шкафом и двумя прикроватными тумбочками. Самый уютный и дорогой номер для гостей, правда, без санузла.

Комната №4 и комната №5 – обычные восьмиместные номера с четырьмя двухместными кроватями для гостей и туристов.

Время было восемь утра, в хостеле стояла тишина. Потому что кому нужно было на работу, те уже ушли, а у кого выходной, те еще спят. Туристов не было, не сезон еще, на дворе начало марта 2015 года, снег в городе местами еще лежит, но в основном, конечно, лужи и капель. Не самая удачная погода для туристов. Но ничего, скоро придет апрель, а за ним и май, а за ним и туристический поток.

Нина убиралась в холле, когда зазвонил телефон.

– Ниночка, привет, дорогая моя, – послышался в трубке восторженный голос любимой младшей сестры и компаньонки Зины.

– Ой, Зина! Как я рада тебя слышать. Ты легка на помине. Я только что о тебе думала. Вспомнила, что сегодня вы должны приехать. Как отдохнули? Как Володя?

– Все хорошо, все отлично. Я сегодня зайду к тебе, где-то в два часа. Обо всем и поговорим. Хорошо?

– Давай-давай. К двум буду ждать.

Нина положила трубку, и как раз в это время на кухне засвистел чайник. «Заварю себе кофе», – сказала Нина, направляясь в сторону кухни.

– Доброе утречко, – неожиданный, но и как всегда бодро-лукавый, голос Германа со спины немного напугал Нину, пока она заваривала себе кофе.

– Фу, напугал, Герман! – выдохнула Нина. – Ты поосторожней со старушкой-то, неровен час, кондратий хватит, если будешь так подкрадываться.

– Это кто у нас тут старушка? Да вы у нас, Нина Николаевна, моложе всех вместе нас взятых, по крайней мере, в душе.

– Ну, про душу-то давай не будем, Герман. А то, что я для вас для всех старушка – это факт. Мне уже шестьдесят. А это уже что-то, по сравнению с вашими двадцати и тридцати годами.

– Негоже женщине возраст свой озвучивать! – поднял указательный палец Герман.

– Женщины моего возраста уже не играют в эти игры, – констатировала Нина.

– Но все же, вы женщина, – не унимался Герман, улыбаясь своим неизменным лукавым взглядом.

– Эх, Герман, Герман, не заговаривай мне зубы! Ты лучше скажи мне, что у тебя с деньгами? Когда отдавать собираешься?

Герман тяжело вздохнул, опустил глаза и виновато, как собачонка, отвернул голову в сторону.

– Все понятно с тобой, – вздохнула Нина. – Но ты же понимаешь, что у тебя лимит только неделя. Так что, чем быстрее, тем лучше. Ладно, садись давай, завтракай.

– А у меня сегодня ничего нет, даже кофе.

– Ну, кофе-то я тебе налью, садись давай.

Герман быстро выпил кофе, поблагодарил и убежал, сказав, что на подработку, и пообещав, что через неделю обязательно расплатится.

К обеду в хостеле Нина была одна. В два часа, как и обещала, зашла Зина. Сестры горячо обнялись при встрече, а затем прошли на кухню пить чай с турецкими сладостями.

– Ну, и как же там Турция? Рассказывай! – начала расспросы Нина.

– Восторг! – затараторила Зина. – Значит, привезла я тебе кофе турецкий, турку, зная, как ты любишь кофе, и вот этот платок. Держи, держи!

Двадцать минут Зина восхищенно рассказывала о курорте Анталии, о море, о теплой погоде, об отеле, о том, как они с мужем хорошо отдохнули, продемонстрировала купленные там наряды, и в итоге заключила, что неделя в Анталии – прекрасный отдых.

– Ну, а теперь к делу, – ловко переключилась Зина. – Как вы тут? Что нового?

– Да все хорошо. Нового вроде ничего и не произошло, – отвечала Нина. – Герман все также мыкается, нормальную подработку себе найти не может, ждет мая месяца, когда лодки начнут по каналам ездить, по сроку не заплатил, я ему лимит неделю дала. Антон вот на днях, на своих выходных в Ригу собирается ехать, предупредил меня, чтобы я его не потеряла. Лена в последнее время какой-то странной стала, задумчивой, а ведь всегда была такой милой, услужливой, улыбчивой. Видимо, со своим парнем-мажором поссорилась. А у Ирины с Костей роман начался.

– Да ладно! – воскликнула Зина. – А я ведь в последний раз, когда их видела, перед отъездом, так и подумала, что между ними что-то есть. Они вот здесь сидели, на кухне, и так улыбались друг другу.

– Да. Три дня назад они официально тут нам всем вечером объявили, что у них любовь, что они встречаются. Мы им поаплодировали и даже выпили за них по бокальчику вина. У остальных вроде бы все по-старому, ничего не изменилось.

– А Элиза все еще живет?

– Да! Более того, просится на место Ирины.

– В каком смысле?

– Ну, когда Костя с Ириной нам объявили, что встречаются, они сказали еще, что в течение недели съедут от нас.

– Ах, как жалко! Такие хорошие ребята.

– Да. Но ничего не поделаешь. Они оказывается уже месяц, как встречаются, но нам виду не показывали. А сейчас они ищут квартиру, сказали, что есть хороший вариант в Купчино, и что через неделю эта квартира будет свободна. Так что через неделю они собираются съезжать. А Элиза тоже тут сидела и все слышала. Потом у меня спросила, можно ли будет ей занять место Ирины, когда она уедет.

– А ты что?

– Ну, я ее спросила, сколько еще она планирует здесь прибывать. Она сказала, что два месяца – это точно. Я согласилась. Ты не против?

– Да, конечно, пусть. Элиза мне нравится, хорошая девочка.

– Но самая главная новость – это то, что у нас теперь живет Мари Нери!

– Кто?

– Мари Нери. Она француженка итальянского происхождения. Я так поняла. По-русски говорит очень плохо, даже хуже, чем Элиза. Но что-то там пытается говорить. Неординарная женщина, скажу тебе. Ей столько же, как и тебе, 57 лет. Длинная, тощая, как трость, но жилистая. Похожа на мальчика, знаешь, на Германа нашего очень похожа. Тоже короткая стрижка, седые волосы и очки. Ходит в зеленом свитере и зеленых джинсах. Как я поняла по ее объяснению, у меня ведь с английским тоже не очень…

– Да не прибедняйся! Уж получше, чем у меня.

– … она сейчас на пенсии, а до этого служила в военном оркестре. Короче, она музыкант, играет на контрабасе. В Россию приехала на месяц, и целый месяц будет жить у нас. Говорит, буду ходить по вашим музеям, театрам, филармониям и иногда уезжать. Собирается еще за этот месяц посетить Москву, Казань и Екатеринбург.

– Ого! Видимо есть у тетки деньги.

– Значит, подкопила к пенсии. Думаю, для нее съездить на месяц в Россию – это то же самое, что тебе съездить на неделю в Турцию.

– Думаешь? Ну, может быть.

– Заселила я ее к Элизе. А сегодня еще один иностранец должен приехать в пять часов. Бразилец!

– Да ладно! Шутишь? Бразильцев у нас еще не было.

– А теперь будет. Неделю собирается жить. Думаю заселить его к Элизе и Мари Нери, чтобы скучно не было. Как считаешь? Или лучше в пятый номер?

– Нет, заселяй лучше к девчонкам. Неделя – это много, один он там взвоет. А они, иностранцы, как-нибудь найдут общий язык.

– Я тоже так думаю.

Нина и Зина допили свой чай с турецкими сладостями, которые привезла Зина, затем сестры попрощались, и Зина ушла.

В пять часов вечера, когда прибыл бразилец, все уже были дома, кроме Германа, Наташи и Кати. На кухне были Саша, Руслан и Элиза, а в холле сидели Маша и Зейнаб. Все исподтишка наблюдали за новоприбывшим.

Нина встречала бразильца у стойки ресепшна. Бразилец представился. Звали его Жозе Ариас. Высокий молодой человек, мускулистого телосложения, черноволосый и кудрявый, но прыщавый и в очках, и голос у него был немного писклявый. На вид 20 – 25 лет. «Не красавец, конечно, но за такие мускулы ему можно многое простить,» – подумала и оценила беглым взглядом нового гостя Маша.

– I’m from Sao Paulo. I have just arrived in Petersburg from Ukraine. I am a student of Institute of international relations. In Ukraine I worked as a journalist, gathered information about the war in Ukraine. I finished my research work. But I want to see St. Petersburg and Moscow before returning to Brazil, – так себя представил Жозе.

Жозе расплатился за свое недельное проживание. Нина выбила ему чек и вернула паспорт, затем проводила новоприбывшего гостя в комнату номер четыре, выдала белье, показала, где написан пароль от Wi-Fi`я, сказала, что в общем шкафу он может распаковать свой багаж (а багаж его был – один большой чемодан на колесиках), показала, где общий санузел и кухня, а затем пожелала спокойной ночи.

– Спасибо, – поблагодарил ее Жозе на своем акценте.

«Хорошенький такой, – подумала Нина. – Чем-то мужа моего покойного, царства ему небесного, напоминает». И сразу вспомнилась молодость, и жизнь пронеслась перед глазами за мгновение.

В 1971 году Нина была очень молода, семнадцатилетняя девчонка из Саратова. Работала она тогда на рыбном заводе, а вечерами встречалась с Андреем. Андрей был из Москвы, а в Саратове служил. «Скоро закончится срок моей службы, и я уеду домой. И тебя заберу с собой, женюсь на тебе,» – обещал Нине Андрей. Нина верила ему и была на все согласна, потому что любила. И потому что очень хотела уехать из Саратова. Андрей свое обещание сдержал и забрал Нину с собой. Нина без всяких колебаний и сожалений собрала свои немногочисленные пожитки и сбежала из дома вместе с Андреем. А что ей было терять? Бедную многодетную семью, где отец алкоголик, а мать разрывается на рыбном заводе, чтобы прокормить пятерых детей. Нина была самой старшей в семье, однако труднее всех остальных детей переносила постоянные семейные скандалы и родительские драки. Такая семейная жизнь, такой быт, работа на рыбном заводе сильно угнетали ее. Она думала, что только Андрей может стать ее спасением.

Но случилось неожиданное. В поезде она познакомилась с Володей и влюбилась в него с первого взгляда. Он был не то, чтобы очень красивым, однако притягивал к себе. Как и Жозе, он был высокий, мускулистый, черноволосый и кучерявый, тоже носил очки. В вагоне-ресторане между ними моментально вспыхнула страсть, и молодые люди поспешили уединиться в купе Володи, где он, по счастливой случайности, ехал один. Страсть поглотила обоих. После секса, Нина вкратце рассказала о себе, о том, что едет в Москву и собирается жениться на Андрее.

– Пообещай мне, что бросишь его и уедешь вместе со мной в Ленинград, – умолял Нину Володя.

Нина пообещала, они обо всем договорились.

Когда Нина вернулась на свое место в плацкартном вагоне, Андрей ничего не заподозрил. Поезд прибыл в Москву утром на Павелецкий вокзал. Андрея встречали родители. Пока он выгружал свой багаж и обнимал своих родных, Нина успела проскользнуть через соседний вагон и сбежать, скрывшись в толпе.

– А сейчас я хочу вас познакомить с Ниной, – сказал Андрей родителям и пришел в полное недоумение, когда не обнаружил возлюбленную рядом.

Он искал ее во всех вагонах поезда, он обошел весь вокзал, но Нину так и не нашел.

– Она сбежала от тебя, сынок, эта прохвостка, – констатировала мама Андрея и обняла поникшего сына.

В Ленинграде Нина жила с Володей и была счастлива. Через год они поженились, а еще через год у них родился сын – Владислав. Нина писала письмо матери о том, что живет Ленинграде, однако ответа не последовало. Ответ пришел чуть позже, от сестры Зины, которая была вторым ребенком в семье. Зина писала, что мать прокляла Нину и не желает ее больше знать. Но она, Зина, очень скучает по своей родной сестре и желает ее увидеть. Нина написала ответ, где звала ее в Ленинград.

На свадьбу Нины с Володей Зина не попала, но через год, когда родился Владислав, Зина приехала в Ленинград. Насовсем. Сказала, что тоже не может больше жить в Саратове. Молодая чета Самарцевых с распростертыми объятиями приняла Зину и помогла ей устроиться в Ленинграде.

Через два года и Зина вышла замуж за Владимира Корчагина. Самарцевы и Корчагины дружили и вместе переживали все горести и радости последующих десятилетий.

В 2000 году умер Владимир Самарцев от инфаркта, и вот уже как 15 лет Нина вдова. Она уже не молода, но жизнью очень довольна. У нее есть любимый сын, любимая сестра и прекрасный хостел «Питер», через который проходят сотни молодых и удивительных судеб.

2

Вестибюль станции метро «Сенная площадь» открывается в 5.36 утра. В это время Антон уже стоял у входа, потому что дойти до метро ему не составляет времени и труда. Хостел «Питер», в котором он живет, находится буквально в пяти минутах ходьбы от метро, на улице Ефимова. Сегодня, как и обычно в это время, народу, желающего попасть на самый первый поезд, не так много, человек десять наберется, это самые ранние рабочие пчелки, которые либо спешат на работу, либо – с ночной рабочей смены домой. По крайней мере, Антону так казалось, сам-то он никогда не бывает в такое раннее время у метро. Лишь однажды ему доводилось вставать в такую рань.

В прошлом году, в октябре 2014, как раз на следующее утро после празднования Хэллоуина, в это же самое время он стоял у метро. Он должен был успеть на самый первый автобус в Таллин, съездить куда он запланировал еще месяц назад, заблаговременно купив билет. То утро было особенным, потому что многочисленная молодежь, по-хэллоуински разукрашенная и изрядно пьяная, в это время выползала из многочисленных ночных клубов и баров, которых было довольно много вблизи «Сенной». Молодежь спешила на первый поезд. Но пока еще не открылись двери вестибюля, они продолжали пить, хохотать, куражиться, знакомиться и селфиться друг с другом. Кто-то был уже сильно пьян, что не мог стоять на своих двоих ногах, таких «алкоголиков» поддерживали и несли за плечи по обе стороны друзья. Вот тогда народу было много.

А сегодня обычное утро, и даже для многих выходной, потому что сегодня канун Восьмого марта. Три дня назад, когда у Антона были выходные, он решил, что надо съездить в Ригу. А что, виза у него еще открыта, деньги есть, что же мешает? А помешало время. Для покупки билета в Ригу на 7 марта было слишком поздно, все, абсолютно все билеты были раскуплены. В Питере есть три основных перевозчика, которые осуществляют ежедневные пассажирские перевозки в Прибалтику. Билеты на автобусы покупаются либо в кассах головных офисов этих компаний, либо через интернет на их сайтах. Но увы, на 7 марта все билеты уже были распроданы. Это на обратный путь, на 9 марта из Риги в Питер, можно было еще купить билет, а вот в Ригу – уже нет. Просто ради интереса, Антон даже позвонил в кассу одной из этих компаний, чтобы узнать, действительно ли нет билетов.

– Молодой человек, ну что вы, – послышался удивленный женский голос на той стороне трубки. – Опомнились! Хотите купить билет накануне праздника. Конечно же, нет. Все билеты были раскуплены еще месяц назад.

Антон также знал и про одного частного перевозчика, который совершает поездки в Ригу на своей собственной газели, но позвонив, и здесь его ждала неудача, все места были заняты. «Ну, что ж, видимо, не судьба, – подумал Антон. – Значит, поеду в следующий раз, на следующих выходных».

Но прежде чем окончательно сдаться, он также заглянул и на сайт «БлаБлаКар». Что такое «БлаБлаКар» знают все. Это сайт-сервис для поиска попутчиков (водителей и пассажиров) для поездки в автомобиле с указанием маршрута и стоимости, где есть фильтр по дате и цене. Антон посмотрел, ни едет ли кто 7 марта в Ригу на своем автомобиле, и (о, чудо!) одно подходящее предложение было. Поездку в Ригу на 7 марта в 6 утра за 1000 рублей предлагала пользователь Ekaterina. Антон написал ей письмо.

Переписка из чата:

«– Здравствуйте, Екатерина. Меня зовут Антон. И я бы хотел вместе с вами 7-го числа поехать в Ригу. Возьмете?

– Здравствуйте, Антон. А вы будете один?

– Да, я один.

– Хорошо, мы вас берем. Тогда будьте ровно в 6 утра у магазина «Ашан», метро «Старая деревня». Только без опозданий. Подождать мы сможем не больше 10 минут, а потом уезжаем. Запишите мой номер телефона: +7 927 *******.

– Спасибо. В шесть я буду там. Мой номер: +7 981 *******.»

Таким образом, разрешилось, что Антон все-таки едет в Ригу, как попутчик, а обратный билет на автобус на 9 марта он уже заказал на сайте пассажирской транспортной компании.

Первый поезд на «Садовой» прибывал в 5.45. Десять минут требовалось, чтобы доехать до станции «Старая деревня», благо, одна линия. Антон успел, правда, выйдя из метро, ему пришлось немного пробежаться до парковки «Ашана», так что ровно в шесть, как пунктуальный, он уже был на месте. Однако никакой машины на парковке он не увидел. Антон достал свой телефон и позвонил Екатерине.

– Екатерина, здравствуйте. Это Антон. Я стою на парковке «Ашана».

– А, да, здравствуйте, Антон. Мы вас видим. Сейчас подъедем.

С левой стороны магазина выехала машина, китайский Джили, и подъехала к Антону. Антон открыл заднюю дверь.

– Привет, я Антон. Вы за мной?

– Да, да, садись, и мы поехали, – послышался молодой женский голос с переднего сиденья.

Антон быстро сел за заднее сиденье, захлопнул дверь, и машина быстро тронулась с места. За рулем сидел молодой человек лет тридцати, не худой, но и без малейшего намека на полноту, приятной наружности. Спутница его на соседнем сиденье была примерно того же возраста, длинные темные волосы и весенняя шубка. Вот такими разглядел в первую минуту своих попутчиков Антон.

– Ну что, привет, Антон, – заговорила попутчица с переднего сиденья. – Я Екатерина. Это мой муж, тоже Антон. Едем в Ригу. С тебя тысяча рублей. С визой все нормально?

– Да, – ответил Антон, быстро передав Екатерине деньги, которые она также быстро приняла и положила в свою сумочку.

– Ну и отлично!

Водитель Антон с оценивающим прищуром посмотрел в зеркало на своего нового пассажира, сидящего на заднем сиденье, а дальше уже его взгляд был устремлен на дорогу и на навигатор. Говорил он мало, обращаясь только к своей жене, а функцию по расспросу пассажира взяла на себя Екатерина.

– Ты первый раз едешь в Ригу? – спросила она.

– Да. В туристических целях. У меня годовая шенгенская виза, в Таллине я уже был в октябре, а вот теперь решился съездить в Ригу. Дело в том, что на сегодняшнее число все билеты на автобус уже проданы были за месяц, оказывается так много желающих сегодня, накануне Восьмого марта, уехать в Ригу!

– Конечно, выходные же, вот все и едут.

– Ну да, я уже было решил забить на это, сказал себе, что на следующих выходных поеду. Но все-таки заглянул на «БлаБлаКар», а там было ваше предложение. А вы в Ригу тоже на выходные едете?

– Вообще, мы едем в Париж. До рижского аэропорта, а на восемь вечера у нас билеты на самолет. Поэтому нам надо спешить. Тебе в Риге куда именно надо?

– До центра. Высадите меня где-нибудь в центре, пожалуйста.

– Давай так сделаем, – заговорил вдруг водитель Антон. – Когда мы Вантовый мост проедем, там будет одна остановка, рядом с центром «Олимпия», мы там тебя и высадим. Ты потом по этому мосту через Даугаву пройдешь и как раз выйдешь в центр. Так и нам будет удобно и тебе.

– Ок. Хорошо. Отлично. Спасибо.

– А ты кем работаешь, если не секрет, – спросила Екатерина.

– Поваром. С графиком 3 через 3. Впереди у меня как раз три выходных дня.

– Понятно.

На этом разговоры и расспросы закончились, Екатерина прибавила звук радио, заиграла красивая динамичная музыка. Антон уставился в окно на мелькающие и частично мерцающие в утренних огнях улицы Петербурга. Вот они проезжают Московские Триумфальные ворота, а вот Гостиный двор… «Ах, Питер! Как же я тебя люблю! – думал Антон. – За твои улицы. Питерские улицы не спутаешь ни с какими другими улицами других российских городов. Я обожаю улицы Питера, я их просто обожаю!»

Через несколько часов они доехали до российско-эстонской границы. На границе была приличная пробка, очередь протяженностью около трех километров. Продвижение машин шло очень медленно, что заставляло нервничать молодую пару – Антона и Екатерину, – потому что для них каждая минута была на счету. В итоге, в очереди они простояли два с половиной часа, за это время успели дважды сбегать в магазин за кофе.

Первой была соответственно российская граница. Осмотр машины, багажа и паспортный контроль. Эту границу молодая пара прошла быстро и без заминки, а вот с Антоном случилась задержка. Когда Антон протянул в окошечко свой паспорт таможенному инспектору, молодой блондинке с суровым взглядом, та долго его рассматривала, а потом спросила:

– Куда едете?

– В Ригу.

– С какой целью?

– Туризм.

– Где вы получали свой паспорт?

– В Уфе, в Башкортостане.

– Угу, – инспектор задумчиво смотрела на паспорт и внезапно начала стучать пальцами по столу. – Угу.

Также внезапно она закрыла окошечко, подняла трубку телефона и начала какие-то переговоры. Что она говорила, не было слышно, но говорила она долго. Очень долго. Сколько времени прошло? Минут десять. Антон уже начал нервничать. Господи, что не так? В чем заподозрила меня инспектор?

Антон и Екатерина, сидя в машине и ждавшие своего попутчика, тоже занервничали, когда увидели, что окно таможни закрыто, а их молодой одинокий пассажир вот уже как десять минут стоит и чего-то ждет. Екатерина вышла из машины и спросила Антона:

– Все нормально? Что там случилось? Если какие-то проблемы, то ты же понимаешь, что мы ждать не можем, нам нужно срочно ехать.

Как раз в это время открылось окно таможни, инспектор протянула Антону его паспорт и с недовольным видом сказала:

– Счастливого пути.

Антон сел в машину, и они поехали дальше, к эстонской границе.

– Что такое? Что она сказала? Почему так долго держала? – спросила Екатерина Антона.

– Сам ничего не понял. Видимо, какое-то подозрение я у нее вызвал. И, похоже, она меня пробивала, кто я и зачем.

На эстонской границе очереди практически не было, и уже через двадцать минут таможенники вместе с собакой осматривали машину молодой четы, а трое путешествующих проходили паспортный контроль. На этот раз Антона задерживать никто не стал, контроль был пройден быстро. А вот хозяина машины, водителя Антона, задержали. Таможенники провели его в отделение, а Екатерина и Антон остались стоять на улице.

– Не поняла, в чем дело? – недоумевала Екатерина. – Почему его завели?

Екатерина сама пошла в отделение, чтобы узнать, что произошло? Через пятнадцать минут она вышла с ключами от машины, нажала на кнопку сигнализации и сказала Антону: «Садись». Вдвоем они сели в машину.

– Что-то случилось? – спросил Антон.

– Да, – ответила Екатерина. – Под водительским сиденьем они нашли дубинку-электрошокер. А это, оказывается, считается оружием! О, боже мой! Говорила же я ему, не вози ты с собой эту ерунду. Оставь ее дома или выброси вообще. Зачем она тебе нужна? И вот надо же, именно на границе мы с ней и попались. Сейчас ему выписывают штраф.

У Антона тут же заработали мысли. Дубинка-электрошокер под водительским сиденьем? Серьезно? Нет, про такую ерунду просто так не забудешь, тем более, если ты едешь в другую страну и собираешься пересекать границу. В это трудно поверить, что водитель про нее просто забыл. Скорее всего, он положил ее умышленно под сиденье в случае защиты, если вдруг незнакомый человек, подобранный попутчик, начнет вести себя неадекватно. Но зачем же тогда нужно было брать с собой этого самого незнакомого попутчика и так рисковать на границе? Тем более, если ты так спешишь? Ради чего? Уж не ради ли несчастной тысячи рублей? Бред какой-то!

Через полтора часа водитель Антон вернулся, сел в машину и сказал своей жене:

– Меня оштрафовали на 40 евро.

– Нет! – возмутилась Екатерина. – Это же почти три тысячи рублей. Тогда нам в Париже кое в чем придется себе отказать.

– Нам бы еще суметь добраться до Парижа. Посмотри на время. Уже шесть часов. За оставшиеся два часа мы в лучшем случае успеем доехать до Риги, но не успеем в аэропорт и на регистрацию в самолет.

Машина тронулась с места и теперь ехала по направлению в сторону Риги. По латвийским законам легковой автомобиль не может превышать скорость 110 км/ч, а нарушителей поймать легко, так как камеры-радары на латвийских дорогах понаставлены всюду во множественном количестве так, что многие водители и понятия не имеют, где именно. Тем более иностранцы. Лихачом здесь быть нельзя! Тем более иностранцу, тем более русскому.

– Ну что, прибавлю немного скорости? – спросил Антон жену.

– Не надо! А вдруг засекут? – испугалась Екатерина.

– Но тогда мы не успеем в аэропорт!

– Хорошо. Попробуй, прибавь.

Водитель прибавил немного скорости, и теперь они ехали быстрее. Через двадцать минут за ними уже следовал дорожный патруль и сигналил остановиться. Антон, сматерившись на сложившуюся ситуацию, припарковался на обочине и вышел из машины навстречу дорожной полиции. У него попросили документы, он их предоставил и сказал, что опаздывает на самолет, поэтому и прибавил скорость.

– Ну что ж, документы у вас в порядке. В таком случае, мы вас задерживать не будем, а просто выпишем вам штраф.

Через пятнадцать минут, в расстроенных чувствах, Антон сел в машину.

– Штраф? – спросила мужа Екатерина.

– Да.

– Сколько?

– Пять тысяч.

– Нет! Итого нас штрафанули на восемь тысяч. Обалдеть! Даже если мы попадем в Париж, нам уже и с деньгами будет туговато. А в Париж мы уже не успеваем, да?

– Да. Мне нужно срочно покурить.

Антон вышел из машины и закурил. Пассажир Антон тоже вышел и закурил.

– Хм, вот такие, брат, дела, – усмехнулся водитель Антон. – Ездил когда-нибудь так за границу?

– Нет. Я-то первый раз еду на попутке. А так-то я обычно автобусом. Если бы ни праздник…

Трое наших путешественников поехали дальше. Уже въезжая в городскую черту Риги, водитель Антон сказал своей жене:

– Ну, все. Считай, что мы уже опоздали на самолет. Придется тусоваться в Риге. Ищи какой-нибудь хостел на ночлег. Билеты в Париж улетели в трубу, да еще вдобавок штрафов на восемь тысяч пособирали. Отличный денек!

Антона высадили, как и договаривались, на остановке Вантового моста. «Спасибо вам, ребята, – подумал Антон, стоя на остановке, закуривая. – И удачи вам! В Париже или в Риге. Только не поминайте меня лихом. Уж я-то вас никоем образом не задержал, и не виноват в ваших неудачах. Наверное, вам изначально не нужно было брать с собой попутчиков. Но думаю, и это бы вас не спасло. Такого стечение обстоятельств. Судьба!»

Докурив, Антон пошел по Вантовому мосту через Даугаву в сторону центра.

– Привет, Рига!

Вид с Вантового моста с Даугавы на старый город Риги был потрясающий! Даже в вечернее время в подсветке немногочисленных и не очень ярких фонарей. Слева был виден Рижский замок, далее купол Домского собора и шпиль Церкви Святого Петра, и уже совсем вдалеке можно было разглядеть контуры пирамидального здания Академии наук.

Антон перешел по мосту на сторону Вецриги, немного прошел вдоль набережной, перешел проезжую часть по переходу и вышел на Ратушную площадь. На минуту остановился, осмотрелся вокруг, полюбовался, сфотографировал Дом Черноголовых и Ратушу и направился к церкви Святого Петра, чтобы уже поскорее заселиться в хостел, который располагался за церковью.

Милая девушка на ресепшне говорила по-русски, разместила быстро, за ночь взяла 6 евро.

Когда Антон принял душ с дороги, переоделся, поставил заряжаться свой телефон, он вышел в общую комнату с пакетом в руках, в котором находилась бутылка красного вина, купленная по пути в магазине Narvesen, что в соседнем доме. В общей комнате сидела только одна женщина, на вид лет – тридцати, худощавая, но симпатичная брюнетка, которая смотрела в свой смартфон.

– Хэллоу. Добрый вечер, – поздоровался Антон.

– Со мной можно по-русски, я из Москвы, Ольга, – представилась она и протянула руку.

– А я Антон, из Питера, – он протянул руку в ответ и принял легкое рукопожатие за знакомство. – Я смотрю, мы с вами здесь одни. А у меня в пакете знаете что есть? Вино. Не желаете вместе со мной?

– Желаю! – улыбнулась Ольга.

Антон сходил на кухню за бокалами, вернулся в общую комнату к Ольге и разлил вино.

– За знакомство! – поднял он тост.

– За знакомство! – улыбнулась Ольга, и они чокнулись фужерами, выпили.

Ольга беглым взглядом оценила Антона. Красивый, хотя нет, просто симпатичный. Не крепкий телом, но и не худой, не высокий, но и не карлик. На лицо смазливый, но по глазам видно, что не дурак. Сколько же ему лет? Наверное, 25 – 26.

– Какими судьбами в Риге? – спросил Антон Ольгу.

– По наследственным делам. У меня умерла бабушка, мать моей мамы, которая оставила мне в наследство дом. Этот дом я сейчас продала и в течение прошедшей недели улаживала все бумажные нотариальные дела. Но, слава богу, уже все закончилось. В этом доме уже живут новые жильцы, я получила свои деньги, и вот сегодня ночую в хостеле, а завтра уезжаю в Москву. Хотя мне очень жаль, что теперь мои связи с Ригой полностью разорваны. Бабушки больше нет и ездить мне теперь не к кому. А Ригу я очень люблю! Я здесь родилась, мои лучшие детские годы прошли здесь. Жила-то я с родителями в Москве, но каждые школьные летние каникулы я обязательно ездила в Ригу, к бабушке. Дело в том, что мой отец москвич, а мама рижанка. Поэтому у меня два родных города – Москва и Рига.

– Интересно.

– Да уж. Ну, а ты с какой целью в Риге, Антон?

– Туризм.

– Понятно, – и они оба рассмеялись.

Через пять минут вино обоим ударило в голову, и какая-то притягательная сила, какая-то химия потянула их друг к другу. И вот они уже целуются. Поцелуи продолжались пятнадцать минут, а когда они поняли, что довольны обществом друг друга, то поспешили уединиться в ванную комнату, стараясь не привлекать к себе внимания. Дело было за полночь, поэтому их никто и не заметил, даже сонная администраторша на ресепшне, в поле зрения которой не было ванной.

Утром Ольга уехала, а Антон отправился гулять по старому городу.

3

«Ах, какой прекрасный день! И, кажется, он будет сегодня солнечным, – подумала Лена, когда проснулась, встала с кровати и взглянула в окно. – Надо же, как странно. Сегодня женский праздник, казалось бы, выходной, по крайней мере, для женщин. Прекрасная возможность полежать в постели, в девять утра. А уже никого нет, одна я только такая соня».

В девичьей комнате и правда уже никого не было. Лена быстро умылась, оделась и накрасилась, немного спешила, потому что к одиннадцати она уже должна быть в консерватории. Будет генеральная репетиция перед вечерним праздничным концертом, а затем и сам концерт.

Она вышла на кухню, где за столом сидели и завтракали Маша и Нина.

– Всем доброе утро! – просияла улыбкой Лена. – Ну, и с праздником вас, девочки! Пусть в вашей душе всегда будет весна, а сердце наполнено любовью. Как у меня, хихи.

– Взаимно, взаимно, дорогая моя, – рассмеялась Нина.

– И тебя с праздником, – сказала Маша, дожевывая свой бутерброд.

Елена налила себе кофе, намазала бутерброд и присела рядом с Машей.

– Я смотрю, ты немного принарядилась, – сказала Маша. – Куда собралась?

– У меня сегодня концерт. Наш симфонический оркестр играет сегодня в пять. А в одиннадцать у нас начинается репетиция, так что мне надо быстрей допивать свой кофе и поторапливаться!

– Какая молодец! – взмахнула руками Маша. – Даже в женский праздник ты спешишь на работу, играть свой концерт. Кстати, в пять часов я бы может тоже сходила. А вход свободный?

– К сожалению, нет. Вход будет стоить 150 рублей. Концерт будет благотворительный, половина средств, если не ошибаюсь, будет направлена в детский дом. А ты, я смотрю, тоже куда-то собралась?

– Да, мы с Мариной договорились встретиться в «Галерее».

– Понятно, – Лена поспешно встала из-за стола. – Ну, ладно, девочки, я побежала, а то я уже опаздываю.

Хостел находился на пятом этаже, Лена воспользовалась лифтом и вышла во двор, где ее, какая неожиданность, уже ждал Дима с цветами.

– С праздником, моя дорогая, – Дима поцеловал Лену в обе щеки, а затем в губы, и вручил ей букет.

– Спасибо, спасибо, любимый, – хихикнула Лена. – Не ожидала, правда, я думала, мы увидимся только вечером, но очень приятно. Только я сейчас спешу в консерваторию на репетицию. Подвезешь?

– Конечно.

Они сели в машину и поехали. Дима довез Лену до консерватории, пообещал, что вечером обязательно придет на концерт, а потом они вместе пойдут в ресторан. Лена поцеловала любимого, еще раз поблагодарила за цветы и поздравления, сказала, что будет ждать вечера, и побежала.

Ровно в одиннадцать Лена была в концертном зале. Она не опоздала, но пришла самая последняя, весь состав оркестра был уже на месте. Надо сказать, что их состав был дисциплинированным. Того требовал дирижер – Алексей Бравоборский. А играли симфонии Яна Сибелиуса.

Вечерний концерт прошел хорошо, был даже в некотором роде аншлаг.

После концерта Дима встретил Лену, и они пошли в ресторан. Вечер прошел прекрасно – неспешно, романтично, под красивую музыку, вкусную еду и красное вино.

– Я люблю тебя. Ты прекрасна, – шептал на ухо Лене Дима и гладил ее левую ладонь своей правой рукой.

Лена хихикала и мурлыкала, как кошка, от удовольствия. После ужина они поехали на квартиру к Диме.

– Это было самое лучшее Восьмое марта в моей жизни! Концерт прошел великолепно. Я получила цветы и поцелуи от любимого человека. Я счастлива! – сказала напоследок завершающемуся вечеру Лена.

4

Маша вышла во двор и увидела, как Дима встречает с букетом цветов Лену, обнимает ее и целует, что-то шепчет ей на ухо, Лена смеется, а затем они вместе садятся в его машину, BMW черного цвета, и уезжают. Лена вышла на пять минут раньше Маши, но ничего не сказала о том, что ее подвезет Дима. Значит, он решил сделать ей сюрприз. Ах, как же повезло чертовке! Такого красивого мальчика себе отхватила, да еще и богатого, как-никак сын прокурора. Ну, да ничего, расстраиваться – не в правилах Маши. Она, эффектная блондинка, еще обязательно найдет себе хорошего мужа, а за подругу нужно просто порадоваться и пожелать ей счастья.

Маша спустилась в метро и доехала до «Площади Восстания». В этот праздничный день она договорилась встретиться со своей подругой Мариной, с которой дружит с детства, еще с первых классов екатеринбургской школы. Подруги встретились в вестибюле «Галереи» и немного прошлись по магазинам одежды, сделали себе приятное в честь женского праздника, совершили небольшой шопинг, что называется. Точнее совершила его Марина, прикупила себе парочку кофточек весенних расцветок. А Маша пока что ни в чем не нуждалась, все необходимое имела, да и деньги никогда не бросала просто так на ветер, как истинный экономист, не только по образованию, но и по натуре характера. Она просто составила приятную компанию своей подруге.

После прогулок по магазинам, подруги зашли в кофейню «Кофешоп», чтобы выпить кофе с каким-нибудь десертом и поболтать. Первой начала говорить Маша:

– Ну, слушай, что со мной произошло на прошлых выходных, после того, как мы с тобой побегали в Таврическом парке. Целая история! Еду я на обратном пути в метро, вся такая в спортивной одежде, и на полпути у меня закружилась голова, до помутнения в глазах, что стоять невозможно. Может быть, и пробежки тоже на меня повлияли, я, наверное, пока еще не готова к таким интенсивным тренировкам, начинать надо с малого, постепенно увеличивая нагрузку. А головокружения за последние два года со мной бывают. Мне говорили, что это у меня давление. Правда я до сих пор не поняла, то ли повышенное, то ли пониженное. Я как-то особо не вникала, не люблю в болячках копаться, это удручает. И тем не менее. Доехала я до «Техноложки», в затуманенном состоянии выползла из вагона, прислонилась к стеночке, скатилась по ней, приседая на корточки и опуская голову. Сижу. Подходит ко мне какой-то парень и спрашивает: «Ты как? Жива? Плохо, что ли? Может чем помочь?» «Нет, нет, спасибо, – говорю я. – Со мной иногда такое бывает. Сейчас я посижу немного, и все пройдет». «Ну, смотри. В метро иногда голова кружится от голода. Вот возьми, может, полегчает». И протягивает мне яблоко. Представляешь? Сам побежал на свой поезд. Я не знаю, кто он, откуда он и как его зовут, но я ему так благодарна, за отзывчивость. Все-таки где-то в глубине души моей теплится надежда, что на земле живет больше хороших людей, чем плохих. Вот так.

– И ты мне только сейчас это рассказываешь? – поразилась Марина. – Ни позвонила, ни написала.

– Извини, закружилась, как-то не до этого было. А когда мы с тобой позавчера списывались, я решила, что при личной встрече все тебе и расскажу.

– Ну, ты даешь! Ладно, что дальше было?

– Ничего. Я доехала до своего хостела, и от усталости и головной боли завалилась в кровать, уснула. Проспала до двух часов.

– Маш, извини. Больше я тебя на свои пробежки брать не буду. Я не знала про эти твои головокружения, ты мне никогда не говорила.

– Ничего, не обращай внимания. Я сама виновата, что сразу так нагрузила себя. Но дело даже не в этом. На следующий день я начала думать о нем, об этом парне, который предложил мне помощь. И вдруг мне захотелось тепла, объятий и поцелуев. Мне захотелось любви. Ты знаешь, я уже так давно ни с кем не целовалась. Я начала жалеть, что не спросила его имени, что не успела спросить, что не додумалась.

– О, дорогая моя! Но это легко исправить. В любой удобный день давай выберемся в ночной клуб…

– Нет, нет, мне захотелось именно романтических отношений, теплых и домашних, – засмеялась Маша. – Это, наверное, весна так на меня действует. Я даже начала немного завидовать Ирине с Костей из нашего хостела. Или своей подружке Лене из хостела, она скрипачка, я тебе про нее рассказывала. Так вот сегодня утром я увидела, как во дворе ее встречает с букетом цветов Дима. Они так нежно обнимались, что я окончательно поняла, что мне тоже этого не хватает. Лене так повезло с ним, он такой красивый, а еще богатый. Лена сказала, что он сын прокурора Андрея Ляхина.

– Как, как? – чуть не поперхнулась кофе Марина. – Прокурора Андрея Ляхина?

– Да. А тебе это имя о чем-то говорит?

– Вообще-то, да.

– И что же?

Марина выдержала пятиминутную паузу, как будто что-то обдумывая, сделала несколько глотков кофе, а потом, собравшись духом, спросила:

– Скажи мне, ты к этой Лене действительно относишься как к подруге? Она тебе нравится, и ты желаешь ей только добра?

– Конечно. Она хорошая девчонка, есть и у нее свои тараканы в голове, музыкантша, сама понимаешь. Но в хостеле дружу я только с ней, с остальными на уровне «привет».

– Тогда слушай. Я неделю назад закрутила роман с одним уголовным следователем.

– Ого!

– Да. И вот вчера, когда мы с ним встречались, ему кто-то позвонил. Он долго слушал, слушал, а потом как крикнет: «Опять этот оболтус Димка Ляхин!» и бросил трубку. Я его начала успокаивать, а сама спрашиваю: «Кто такой Димка Ляхин?» А он мне: «Сын прокурора». А я дальше: «И что он опять натворил?» А он мне: «Девок молодых и глупых стращает на контрабанду и курьерство наркоты».

– Неет! – воскликнула Маша так громко, что на нее даже обернулись с соседних столиков. – Я не верю. Этого просто не может быть.

– Почему?

– Но ведь он такой хороший.

Марина расхохоталась от души.

– Да уж, хороший. Весомый аргумент!

Маша, молча, допивала свой кофе и смотрела на Марину.

– И что мне теперь делать?

– Сама решай, будешь спасать свою подружку по хостелу или нет. Если все-таки решишь спасти свою Лену, я могу помочь свести ее с моим Николаем.

Подруги расплатились за кофе, и вышли на улицу. Там обнялись и попрощались.

– Ну, давай, дорогая моя, – сказала Марина. – Звони, пиши, не забывай. До скорой встречи!

Маша еще минуту стояла обескуражено, а потом решила немного пройтись по Невскому, неспешно, чтобы подумать.

«Я должна ей все рассказать, – размышляла Маша, неспешно проходя по самой оживленной улице города, двигаясь по направлению в сторону Дворцовой площади. – Я должна ей раскрыть глаза. Как подруга. Уберечь от зла. Сегодня утром она говорила, что в их консерватории в пять вечера будет благотворительный симфонический концерт. Значит, вернется она где-то около семи. Если Дима ее не перехватит и не поведет в какой-нибудь ресторан. Но как бы там ни было, а я должна, я обязана.»

5

– Привет! Я Элиза, – поздоровалась по-английски Элиза с Жозе, когда он зашел в их четвертый номер после утренних умываний и процедур. Перед ним стояла невысокого роста, чуть полноватая девушка с черными вьющимися волосами и в черной оправе очках. Симпатичная за счет своего бойкого характера, который было видно по интонациям разговора и по поведению.

– Привет. Я Жозе. Из Бразилии.

– Да, я знаю, мне Нина сказала.

– А Нина – это кто?

– Хозяйка этого хостела. Та женщина, что тебя встречала вчера.

– А, понятно.

– А я из Италии, из Генуи. Извини, португальского я не знаю, говорю только на итальянском, французском и английском.

– А я немного говорю по-итальянски…

– О, как здорово! – тут же перешла на итальянский Элиза. – В этой комнате, если ты заметил, мы живем трое. Кроме нас с тобой, есть еще Мари Нери, она сейчас на кухне, завтракает. У тебя есть на сегодня какие-нибудь планы?

– Ну, я собираюсь пройти по городу…

– О, как здорово! Петербург – прекрасный город! Такой красивый, я просто влюбилась в него. А тебе не скучно будет одному ходить по городу? Я могу составить тебе компанию.

– Я бы не отказался, – улыбнулся Жозе. – Тем более, как я вижу, город ты уже знаешь хорошо. Ты бы могла быть моим гидом.

– Да, да, – радостно согласилась Элиза. – И Мари с собой тоже возьмем. Хорошо?

– Хорошо.

– Тогда давай собирайся и выходи на кухню. Мы с Мари уже готовы и будем ждать тебя там.

Жозе не заставил себя долго ждать, и после быстрого завтрака все трое вышли на улицу. Между собой они говорили на итальянском, лишь иногда переходя на английский, когда Жозе чего-то не понимал.

От Сенной площади вдоль канала Грибоедова они вышли на Казанскую площадь.

– Отсюда, пожалуй, и начнем наш обзор, – весело изображая гида, начала Элиза рассказывать Жозе о петербургских достопримечательностях. – Только что мы прошли Банковский мост с Грифонами с золотыми крыльями. Мост подвесной, один из трех подвесных пешеходных мостов в городе. И, как пишет мой путеводитель, этот мост был построен в самом начале XIX века инженером фон Треттером. Мы сейчас с вами стоим на земле Казанского острова, а если перейдем этот мост, то окажемся на Спасском острове. Город Петербург, подобно Амстердаму или Венеции, островной город, где составные части-острова разделены друг от друга каналами. А теперь посмотрите направо, на этот удивительный монументальный собор, Казанский собор. Он тоже строился в начале XIX века по велению императора Павла I, согласно путеводителю, который хотел, чтобы этот храм походил на Собор Святого Петра в Риме. И действительно, если мы с вами посмотрим на собор с фронтальной стороны, то за счет колоннады сможем заметить некоторое сходство.

Трое туристов обошли собор вокруг, Жозе фотографировал и восхищался. По его глазам было видно, что ему определенно нравится эта прогулка.

– Как мне все это нравится! – сказал Жозе. – После Украины, где я недавно был, Петербург мне кажется просто волшебным городом.

– Да, но это еще не все, – продолжала Элиза, – наш маршрут только начинается. Теперь мы выходим на самую главную и оживленную улицу города – Невский проспект. Эта очень длинная улица, протяженностью примерно пять километров, я ее проходила за час. Напротив, посмотри, очень красивое здание со стеклянным глобусом на крыше, который держат скульптуры каких-то ангелов-нимф. Это Дом книги. А когда-то это была ткацкая фабрика. И еще посмотри направо, в сторону канала Грибоедова, там виден очень красивый, необычный православный храм. Называется Спас на крови. А мы сейчас повернем налево, пройдемся вниз по Невскому проспекту через канал Мойка и аккуратно выйдем на Дворцовую площадь, самую главную и самую красивую площадь Петербурга. Там мы увидим Зимний императорский дворец, который сейчас называется музей Эрмитаж, Александровскую колонну посередине и полукруглое арочное здание под названием Главный штаб.

– Какая красота! – восхитился Жозе, когда они вышли на площадь. – Это даже лучше, чем то, что я видел на картинках. Я обязательно хочу здесь сфотографироваться на память. Мари, сфотографируйте меня, пожалуйста. И с Элизой тоже.

Пятнадцать-двадцать минут они находились на Дворцовой площади, фотографировались, делились впечатлениями, смеялись. Также они прогулялись и до Певческого моста, и вдоль Зимней канавки до Миллионной улицы и десяти гигантских фигур атлантов.

– А почему улица Миллионная называется Миллионной? – спросил Элизу Жозе. – Интересное название. Это как-то связано с деньгами?

– Наверное, да. Я читала, что на этой улице всегда жили самые богатые и титулованные люди России. А после революции коммунисты переименовали улицу в Халтурина, в честь революционера Халтурина. Но я читала, что это было сделано специально, умышленно, так коммунисты хотели посмеяться над богачами Российской империи. Слово «халтура» в русском языке означает «дармовое богатство». Но сейчас эта улица носит прежнее свое название.

– А в Эрмитаже вы уже были? Я обязательно хочу туда сходить, – сказал Жозе.

– Да, мы уже были, – улыбнулась Мари.

– Но если хочешь, – тут же отозвалась Элиза, – то я с тобой и в Эрмитаж схожу. Но только не сегодня, хорошо? Давай завтра. А сейчас мы продолжим нашу прогулку.

Далее они прошли по Адмиралтейскому проспекту к Исаакиевскому собору – самому крупному православному храму Санкт-Петербурга. Осмотрев его и сделав фотографии, наши туристы перешли на Сенатскую площадь к «Медному всаднику». Свернув направо, они прошли по Дворцовому мосту, и вышли на Биржевую площадь к Стрелке Васильевского острова.

– Это река Нева, – показывала рукой Элиза. – Согласиcь, большая, если сравнивать с европейскими реками. В России очень много широких и глубоких рек, в том числе и Нева. В России вообще очень много шика и размаха, здесь очень много богатств и природных ресурсов, и мне это в России очень нравится. Признаюсь вам, я бы очень хотела здесь жить. Если честно, я так устала от Европы, в том числе и от Италии, нас там так зажимают. А в России столько простора!

– Да, есть такое, – понимающе вздохнула Мари.

А Жозе рассмеялся.

– Ну, а мне и в Бразилии нравится. Я, например, люблю очень бывать в Рио, там, на пляже Копакабана, взору открывается не то чтобы река, а целый океан! Целый простор!

– Да, – вздохнула Элиза. – А вот там, прямо, где остров и такой золотой шпиль, видишь? Это Петропавловская крепость. Но туда мы с тобой доберемся завтра, договорились? После Эрмитажа. И еще я тебя свожу в Летний сад и на Марсово поле.

– Марсово поле? В Петербурге тоже есть Марсово поле? Как в Париже?

– Да, конечно, – улыбнулась Элиза. – Ну, хорошо. Погуляли мы с вами замечательно, а теперь не мешало бы и отдохнуть. Я тут знаю одно очень уютное, замечательное кафе, мне там так понравилось. Там мы можем выпить кофе с булочками. Идем?

Пройдя по набережной Макарова, они дошли до Тучкова моста, свернули на Малый проспект Васильевского острова, где сразу и располагалось облюбованное Элизой кафе. Заказав кофе и булочек и удобно расположившись за круглым столиком у витринного окна, они продолжили общаться.

– Жозе, – начала Элиза. – мы с Мари уже друг другу про себя все рассказали, поэтому давай мы начнем с тебя, а уже потом мы тебе расскажем про себя. Как ты попал в Петербург? Неужели только как турист? Бразилия – это очень далеко, это другой конец света.

– На самом деле, в Европу я летел как журналист, а именно, в Украину, – начал рассказывать Жозе. – Моя задача состояла в том, чтобы собрать как можно больше информации о нынешней войне на Донбассе. Дело в том, что я учусь в Сан-Паулу в университете международных отношений, на журналиста. В этом году я заканчиваю свое обучение, и мой дипломный проект рассматривает как раз войну в Украине. Ну, и я полетел туда, чтобы разобраться на месте, что же там происходит. Я был в Киеве и на Донбассе. В общей сложности, там я провел две недели.

– А что же там все-таки происходит, ты можешь мне объяснить? – решила уточнить Мари. – Потому что я так до сих пор и не поняла ничего, кто с кем там воюет.

– Скажем так, войной это назвать трудно, – дал свою оценку Жозе. – Я бы скорее назвал это локальным конфликтом, но с перестрелками, что уже серьезно. С таких локальных конфликтов и начинаются глобальные войны, чего допустить, конечно, нельзя. А пока что это война кланов и элит, война за власть в Украине, положение которой по всем показателям удручающее.

– Понятно, – кивнула Мари, как бы соглашаясь.

– Ну, вот, в общем, и все. Прежде чем улететь обратно домой в Бразилию, я не мог отказать себе в удовольствии побывать в загадочной России, а именно в Москве и Петербурге. Ведь в дальнейшем у меня может и не быть такой возможности.

– Согласна с тобой. Правильно поступил, – оживилась Мари. – Мне понравилось, что ты Россию назвал загадочной. Для меня Россия тоже загадка! Я когда смотрю на карту России, я удивляюсь тому, насколько же огромная эта страна. И как она умеет так выживать, как единое целое?

– Но и Бразилия тоже большая страна.

– Согласна, большая. Однако не больше, чем Россия. Далеко не больше. И кроме Москвы и Петербурга здесь есть много и других городов. Я читала про Екатеринбург. И собираюсь туда слетать. Завтра я поеду в Москву, а оттуда полечу в Екатеринбург, на три дня, – Мари усмехнулась и продолжила. – Дело в том, что я уже пенсионер. У меня есть две родные сестры, у которых есть свои семьи, дети, и внуки. А я вот замуж так и не вышла, и детей у меня тоже нет. Всю жизнь я играла в военном духовом оркестре, на тубе, а также в филармонии на контрабасе. Моя жизнь – это музыка, ей я посвятила всю себя. И вот выйдя на пенсию, я решила позволить себе попутешествовать по России. Начинаю, конечно, с Петербурга. Потому что здесь так много театров, музеев, филармоний. Я, конечно, была и в Мариинском театре тоже. Мне очень понравилось.

– Мари, а вы откуда? Из Франции. Но из какого города?

– Я живу в Париже. Да. Я наполовину француженка, наполовину итальянка. Мой отец был итальянец. И он тоже был музыкант, виртуозный пианист. Это он научил меня любить музыку, жить ею. Кстати, у нас в хостеле тоже живет одна музыкантша. Ее зовут Елена, она играет на скрипке. Такая хорошая девушка! Мы с ней говорили недавно на кухне о музыке, долго говорили. Музыкант с музыкантом всегда найдет, что обсудить, – после этого Мари рассмеялась.

– Ну, а ты, Элиза, как попала в Петербург? – спросил Жозе.

– А меня пригласили преподавать французский и итальянский языки. По профессии я педагог-лингвист. Так как я немного знаю и русский, и продолжаю его учить, и могу немного изъясняться по-русски, то поэтому в моем институте мне и предложили поехать в Петербург. Была вакантная должность, я с радостью согласилась. Потому что давно хотела побывать в России. Я заключила договор с петербургской частной лингвистической школой на работу, на три месяца. Возможно, договор продлят, это будет зависеть от набора обучающихся. Эта школа находится здесь, недалеко от этого кафе, на Васильевском острове. Так что пока я здесь работаю, четыре раза в неделю провожу занятия.

– Так вот почему ты позвала нас именно в это кафе! – догадался Жозе. – Если ты здесь недалеко работаешь, значит, сюда ты часто заходишь.

– Да, это правда, – улыбнулась Элиза. – Жозе, а у тебя есть девушка?

– Есть, – ответил Жозе. – Ее зовут Джулия. А у тебя есть парень?

– У меня есть муж. И он ждет меня в Генуи. Месяц я уже отработала, впереди у меня еще два месяца. Но мне бы хотелось еще немного задержаться в Петербурге. Я полюбила этот город. А муж говорит, не дури, возвращайся, у нас семья, и у нас должны быть дети. И, наверное, в чем-то он прав. Посмотрим.

Еще немного посидев в кафе и поболтав о том о сем, наши туристы расплатились за кофе и засобирались. До хостела они шли пешком. Когда Мари немного отстала от Элизы и Жозе, забежала в книжный магазин, чтобы купить блокнот, ручку и путеводитель по Екатеринбургу, Жозе с Элизой остались ее ждать на улице.

– Как ты думаешь? Мари лесбиянка? – спросил Жозе.

– Не знаю. Я тоже об этом подумала, но напрямую ее об этом постеснялась спросить.

6

Костя ждал Ирину на Университетской набережной возле Сфинксов, где они и договорились встретиться. Время уже было без пяти пять вечера, как раз к этому времени и заканчивалась смена Ирины на работе. А работала она в гипермаркете «Лента» на Васильевском острове. Ирина спешила на встречу, а Костя ожидал.

– Долго ждал? – Ирина подбежала внезапно, как будто даже запрыгнула на шею Косте, как пантера, обняла и поцеловала в щеку. – Я спешила, бежала, даже запыхалась немного, видишь?

– Сегодня ты даже раньше обычного, – Костя поцеловал ее в ответ.

– Есть новости для меня?

– Да. Сегодня звонил Леша, сказал, что завтра они уже съезжают с квартиры.

– Уже?

– Да. На два дня раньше. В десять часов я приехал к ним, хозяин квартиры уже был там, Леша нас познакомил.

– То есть вы уже обо всем договорились?

– В общем, да.

– Ура!!! Я так рада! – Ирина действительно засияла от счастья и запрыгала, и стала обнимать и целовать Костю. – Наконец-то. У нас будет своя квартира. Как это прекрасно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.