# Сказки тамбовской глубинки. Том первый

Татьяна Анатольевна Нурова

Глухой лес в тамбовской области, там находится небольшая деревушка, в которой живут маги, колдуны, ведьмак, знахари, ведьмы. Они стары и бездетны и хотят передать уникальные знания ученикам. Вырастить новое поколение.

## Охотник и колдунья.


Васька уже больше двух часов сидела на скамейке у свежей могилы поджав неудобно ноги стараясь не наступить на холмик. Все мысли в голове метались вразброд. Как ей жить дальше и совсем одной она не понимала. Вчера были похороны и сказать стоя у гроба и глядя в ставшее чужим лицо покойницы что-то важное и нужное она не смогла, не нашла слов. Она долго стояла у края могилы и никак не могла понять, что лежащая женщина в гробу имеет какое-то отношение к ее маме Гале. Осенний резкий порыв ветра заставил ее сжаться от холода и сырости. Ветер колючий, влажный пробирал ее худенькое тело до костей и при каждом порыве словно издеваясь сыпал на нее мокрой желтой листвой, упрямо гнал ее домой. Вроде пока она шла по городу проталкиваясь через спешащих людей она его не чувствовала, а только стоило ступить на пустынную дорожку кладбища так он сразу же начинал ее выталкивать. Ветер кидал ей в лицо мокрую, ледяную пыль, пихал ее обратно к калитке подчеркивая, ей живой тут не место. Васька покрутилась на лавочке и попыталась закутаться еще раз, перемотав шарф, чтобы он закрыл шею плотнее. Даже в шерстяной шапочке и капюшоне уши мерзли, а щеки и нос уже давно горели от ветра, но уходить она не хотела, дома ей еще тоскливей. Мама Галя умерла неожиданно. Васька уже устала размышлять как здоровая никогда не болеющая женщина к тому же и выглядевшая моложе своего возраста могла так неожиданно безо всяких симптомов взять и умереть. Васька даже не думала, что вот так может быть. Неожиданная нелепая смерть! Хотя, о чем это она… смерть никто не ждет, и она всегда приходит неожиданно. Все равно ей непонятно как может здоровое сердце остановиться без всяких причин и боли. Она помнила недоумение старенького врача патологоанатома в морге куда она пришла, еще не веря в случившуюся с ней беду. Он, посмотрев на нее как-то жалобно беспомощно развел руками, забормотав тихо.

– Нелепая смерть… она здорова была… может понервничала, да вот так и вышло. – Бывает и так, мы не всегда понимаем причины ухода людей.

Васька снова поежилась на скамейке. Она злилась в первую очередь на себя. Она и сама была медиком… ну почти. Она медсестра и недавно закончила колледж работала в поликлинике рядом с домом. Училась она хорошо, и все преподаватели ее хвалили говоря, что есть у нее талант или чуйка выявлять при сборе анамнеза у пациентов болезни. И работая в поликлинике она, тоже не смотря на отсутствие опыта сразу замечала, что беспокоит пациента и еще не ошиблась ни разу. Врачиха, с которой она работала постоянно первое время морщила нос, когда Васька тихонько ей шептала на что стоит обратить внимание и какие анализы назначит. Видно переживала что Васька будет соперничать с ней настоящим врачом, но поняв, что молоденькая сестричка не спешит всем рассказывать о своих успехах успокоилась и стала прислушиваться к ее словам. … А, вот Васька теперь переживала и – за того, что не заметила никаких симптомов у родного человека … недоглядела. Ну так-то Мама Галя была Ваське приемной матерью, но жили они вдвоем дружно и спокойно, и казалось всегда так и будет. Васька совсем замерзла на кладбищенской скамейке и поглядев на свои не разгибающиеся в теплых перчатках пальцы поняла хочешь не хочешь, а нужно уже идти домой. Она с трудом как старуха встала, не чувствуя замерзшие конечности. Потопала ногами, помахала руками что бы разогнать холодную

кровь и усмехнулась про себя, – не домой она пойдет, а в такую же стылую, съемную квартиру где ничего своего кроме личных вещей у нее нет. Они с мамой Галей так и не успели переехать в свой дом. Мама Галя часто меняла места проживания, не ставя ее в известность. … И вся Васькина жизнь – это бесконечная череда городов, чужих квартир, запахов. Сколько они проехали этих городов больших и малых не сосчитать. В памяти Васьки они сливались в одну какую – то бесконечную ленту, похожие улицы, дома, школы, магазины. Раньше ее это устраивало, привыкла что ли, а теперь так не хотелось идти в пустую чужую квартиру, неуютную, необжитую. Несмотря на разминку Ваську ноги слушались плохо. Она, сняв перчатку озябшей красной рукой поправила шуршащий от порывов ветра пластиковый венок, сдвинутый ветром. Погладила свежий холмик земли прощаясь с мамой Галей на сегодня.

– Ты прости, что надоедаю тебе мама Галя, но можно я еще завтра приду, – тихо проговорила она. – Знаю, что глупо обращаться к тебе, и ты уже ушла, но я пока совсем не знаю, что мне делать. – Может, хоть как-то мне намекнешь, знак дашь что же делать дальше.

Но в ответ девушка услышала только свист ветра и шуршание прелой листвы, да металлический отзвук от оградок и венков на кладбище.

Ветер снова больно укусил ее за щеки и погнал с кладбища.

Васька шла тяжело с трудом переставляя ноги и ей казалось, что он ей шепчет, – Хватит, уходи, не место тебе здесь, не тревожь покой спящих людей, уходи.

Васька уже у выхода с кладбища оглянулась и ей показалось, что у могилы мамы Гали кто – то стоит. Она испуганно вскрикнула и тут же поняла показалось. Это все проказник ветер шумит, шевеля редкий кустарник. К тому же уже наступили сумерки, вот ей и кажется всякое. Тем более как она не старается, а на кладбище ей страшно. Умом она понимает, что боятся нужно живых людей, а не мертвых которые мирно спят в своих могилках. Мертвецам проблемы живых не интересны. Похороны были вчера, и Ваське пришлось побегать, отвлекаясь на какие-то непонятные ей вопросы. Приходилось что-то срочно решать, суетиться, подписывать какие-то бумаги. Она на все вопросы кивала как китайский болванчик, не вникая и так же не глядя и не вдумываясь подписывала все бумажки которые ей протягивал агент из похоронного агентства. Уже стоя у могилы на кладбище она смотрела, как бы со стороны на действо не совсем понятное ей. Все не могла поверить, что единственного близкого человека больше нет, и она осталась совсем одна. Народу на похороны и поминки пришло немного. Только с работы мамы Гали пара человек, да несколько соседок по подъезду и те пришли просто из любопытства. А Васька так и не смогла попрощаться с приемной матерью. Не смогла найти слов, и слез то не было. Все чувства внутри застыли тугим комком, который она никак не могла вытолкнуть. Одна мысль терзала ее она осталась одна одинешенька, и что ей делать теперь, когда больше нет ни одного близкого человека рядом.

Васька, хоть на остановке долго не мерзла. Только подошла так сразу автобус пришел пустой, как ни странно. На кладбище то она ехала в такой толчее, что невольно про себя удивлялась, – почему у кладбища сошло так много людей и куда они все идут. Уже подойдя к своему дому она привычно глянула на темные окна и расстроилась, никто ее не ждет. Она привыкла, идя с работы поглядывать на освещенное окно в кухне и знать, что мама Галя ждет ее с нехитрым ужином. Как ни странно, а именно в этом городе и в этом доме они прожили непривычно долго. Васька поднялась и вошла в квартиру. Ее морозило и казалось, что в квартире сыро и холодно. Со дня смерти мамы Гали ее преследовал странный запах ладана и каких – то благовоний. Казалось, что так сладко и приторно пахнет смерть и тлен. Странные ассоциации. Ведь маму Галю хоронили из морга, почему же дома пахнет так смертью. Есть ей совсем не хотелось. Она не спеша разделась привычно аккуратно развесила вещи сразу разложив их по местам и подумала, что неплохо бы хотя бы чаю горячего выпить и согреться, но одной на кухне сидеть не хотелось. Она закуталась в плед и уселась на диван пытаясь согреться. Серая хмарь, поселившаяся в ее голове, крутилась метелью, мешала думать. Васька вдруг стала вспоминать, как она познакомилась с мамой Галей. Странно, что это ей никогда не приходило в голову. Васька себя помнила с двенадцати лет, … да вот так и не иначе. Что было с ней до этого до сих пор скрыто белой снежной пеленой, которая не позволяла ей заглянуть в свои более ранние воспоминания. Что тоже странно. Раньше ей это не мешало, и она никогда не задумывалась что же с ней случилось. Васька поерзала на диване устраиваясь поудобней. Раньше она и не вспоминала о прошлом не задумывалась на такие темы. Жила сегодняшним днем не пытаясь как то планировать свое будущее и не вспоминала о прошлом, а это вроде как то не совсем нормально. А вот сейчас почему-то старые воспоминания нахлынули на Ваську как будто кто-то открыл заслонку в голове. Первые впечатления детства – это ноющая боль во всем теле и как она с трудом открывает глаза пытаясь выбраться из сонного оцепенения. Все вокруг такое стерильно белое и почему-то сразу Ваське становится понятно, что она в больнице. Откуда она это знает неясно, непонятно, но уверенность только крепнет, когда девочка пытается оглядеться. Она не видит себя всю и все равно понимает, что вся в бинтах и гипсе. Вернее, голова в бинтах, а руки, ноги в гипсе и все тело затекло и неподвижно. И первые осознанные мысли девочки о том, что, если ее так замотали значить она попала в аварию. Почему именно авария ей тоже не совсем понятно ведь с ней могло приключимся что-то другое. Она, пытается вспомнить, что произошло, но не помнит этого совершенно. Врач весь в белом, то есть в халате, маске и такой смешной шапочке заходит в палату и спрашивает, как ее зовут и где у нее болит. Она смотрит на него и понимает все что он говорит. Открывает рот что бы ответить и … оказывается свое имя она не помнит совсем. И вдруг понимает, что память ее странно избирательна. Это ее пугает. Васька не понимает, как такое может быть. Ведь она знает, что учиться в седьмом классе, а где?! Почему она не помнит, ни дом, ни родных, ни школу. И кто ее одноклассники, учителя? Но ведь и она тоже, откуда-то взялась, и у нее должны быть родители, но при любых попытках вспомнить перед глазами возникает метель. Обычная снежная метель, которая разделяет ее жизнь до и теперь. И как она не старается заглянуть за снежный занавес у нее не получается. Она понимает, что это не первая ее попытка вспомнить свое прошлое… такое близкое и недосягаемое. Вот – вот она поймет, что с ней произошло и тут же запах снега и мороза заполняет палату … и Васька тут же против своей воли засыпает. Снова открыв глаза, Васька видит несколько фигур в белом озабоченно ее оглядывающих. Это врачи снова догадывается она, позабыв предыдущий приход доктора, и их сегодня много. Они осматривают ее, теребят, светят лампой в глаза, спрашивают о чем-то. Смысл вопросов доходит до нее долго, и она пытается им что-то сказать. Но доктора ее не слышат или не понимают. Она и сама не знает кто такая, кто ее родители. Почему-то ее это беспокоит.

Она даже повторяет сипло сорванным голосом, – ро – ди – те – ли … где.

Васька тщательно по слогам проговаривает эти слова надеясь представить их, но ничего не получается и доктора ее не понимают только что-то кивают ей. Слово «родители» для нее – это просто звук, который не вызывает никаких эмоций и в тоже время она твёрдо знает они у нее есть… или были… А ее именно о родителях настойчиво расспрашивают сначала врачи затем спустя какое-то время два милиционера в форме. Она не запоминает ни докторов, ни милиционеров. Просто знает, что они приходят к ней не в первый раз. Милиционеры уже злятся на нее и даже кричат почему-то думая, что она над ними издевается или обманывает их. Ей все равно. Она с недоумением смотрит на их расплывающиеся лица невольно снова погружаясь в странную метель которая никак не утихает в ее голове. У Васьки выступают слезы на глазах от попыток рассмотреть своих посетителей и ее оставляют в покое, ненадолго. Такие допросы продолжаются еще какое-то время. Сколько дней это продолжается она не знает. Доктор пытается ее растрясти, больно вкалывая ей что-то в руку. За его спиной мужчины в форме. Они показывают ей какие – то картинки, фотографии и задают много вопросов. Васька пытается что-то им сказать, но ее ответы не устраивают ее посетителей они ее не понимают. Они не верят, что девочка устает и засыпает от их допросов не из вредности. Наконец доктор оставляет ее в покое. Он тихо и устало разговаривает с милиционерами, а Васька, почему-то слышит все четко, как будто они кричат. Многое из их разговоров девочка не понимает. Доктор тоже устал приводить ее в чувство и ему явно не нравится это делать. Он милиционерам выговаривает очень раздраженно.

– Что вы от меня хотите. – Такое состояние после аварии естественно, у нее шок и частичная амнезия. – … И когда к ней вернется память, я не знаю, и никто этого не знает. – Может и никогда. – Мозг знаете ли устроен сложно и все процессы в нем происходящие мы еще не понимаем.

Милиционеры же в два голоса говорят, что она свидетельница убийства. Им нужно заставить ее все вспомнить, чтобы раскрыть это жуткое преступление по горячим следам, а если время будет утеряно, будет еще один висяк. Когда они ушли, Васька попыталась полученную информацию разложить по полочкам. То, что она услышала от своих посетителей в более или менее связный рассказ. Получается что документы, которые нашли у разбитой машины, паспорта родителей и ее метрика оказались хоть и настоящими, но явно купленными. Васька не понимает, как настоящие документы могут быть купленными. Такое только в западных шпионских боевиках бывает. Особую боль у Васьки вызывают слова милиционеров о том, что таких людей, то есть ее родителей и ее нигде не существует. Кто они такие и откуда милиция не смогла узнать, несмотря на многочисленные запросы по стране и проверки по отпечаткам пальцев. И как такое может быть? Родители с ребенком приехали в этот южный город буквально несколько дней назад, жили на съемной квартире и собирались купить дом. Вот и все что удалось узнать милиционером в ходе оперативной работы. В день аварии Васька с родителями как раз то и ехали на заключительную сделку с деньгами. Но кто – то их решил видимо ограбить, и устроил ловушку на дороге. Криминалисты нашли замаскированный деревянный брусок с наколоче6ными в него гвоздями, который и оказался под колесом машины. Когда машина слетела в кювет, Ваську вынесло через лобовое стекло далеко от машины, и спасло ее только приземление в огромный мягкий сугроб, но милиционеры считали, что она видела всю сцену убийства и может описать грабителей. Васька в очередной раз пыталась представить все это наяву … и все сразу же у нее поплыло перед глазами, закружилась голова. В голове девочки вдобавок к снежной метели поселилась серая хмарь. Серая хмарь в мозгу не давала думать и блокировала все ее воспоминания. Васька поерзав забыла все свои попытки вспомнить прошлое. Она потеряла счет времени и не знала, сколько лежит в больнице, как и какое время года за окном. Открыв глаза в очередной раз, девочка увидела склонившуюся над ней незнакомую женщину, которая ей что – то говорила настойчиво ее потряхивая. Васька сонно заморгала глазами и вдруг стала слышать, что ей говорит незнакомка, но немного странно. У женщины открывался рот, а звуки долетали для ушей Васьки с небольшой задержкой. Да и незнакомка была странной. Худая, дерганная тетка, вроде симпатичная, но что – то в ее лице пугало Ваську.

– Тебя зовут Василиса Петренкова, а меня ты теперь зови мамой Галей, я скоро оформлю на тебя документы и заберу отсюда, – повторяла она монотонно и настойчиво. Васька к собственному удивлению сразу запомнила ее слова.

– Твои родители погибли, но я тебя не брошу и заберу, ты все поняла?

– Мама Галя… какая мама Галя… откуда она взялась, – раздраженно успела подумать она и снова уплыла в сон.

Нет Василиса пыталась махнуть головой и спросить, уточнить, но снова провалилась в сон, но незнакомку запомнила. Следующее воспоминание как ее везут на каталке в рентген кабинет и снова мелькают вокруг нее белые халаты. Лиц она не видит, только слышит их возбужденные споры.

– У этой девочки невероятная регенерация, все кости срослись, а ведь она вся была переломанная, и ей лежать так – то еще долго.

– Как мы ее выпишем, ее бы еще понаблюдать нужно, и с головой у нее не все в порядке.

Женский голос возразил, – Такое бывает, толку то ей от этой регенерации. – Девочка изуродована… – Забыли, как мы ей лицо собирали, она же головой стекло лобовое вынесла, чудо что выжила.

– Поэтому и не помнит ничего, но нас это коллеги уже не касается, мы ее вылечили и ее завтра заберут.

– А лечением ее головы займется другой врач, она и так занимает платную палату. – Конечно с оплатой все хорошо, но сами знаете, как туго у нас с местами в отделении.

Василиса вспомнила, как она вся чесалась, когда ей сняли гипс. А потом ей стали снимать бинты с головы и медсестра, разматывая аккуратно длинные посеревшие ленты, глядела на Васькино лицо испуганно, полу отвернувшись и брезгливо поджимая губы. Затем явно дрожащими руками продолжила обрабатывать перекисью шрамы, которые у Васьки тоже чесались нестерпимо. Из процедурного кабинета ее забрала мама Галя и молча заведя в палату, стала одевать сама, как маленькую, и также молча вывела из больницы. Шла Василинка тяжко, задыхаясь на каждом шагу, а еще ее слегка тошнило.

Мама Галя буквально тащила ее за руку повторяя монотонно, – терпи, терпи ты долго лежала поэтому тебе плохо.

За территорией больницы мама Галя усадила Ваську в машину и привезла, куда – то на окраину города, в небольшой многоквартирный двухэтажный дом, и там завела в крохотную однокомнатную квартиру.

– Мы здесь до завтра Васька, утром уедем отсюда, – тихо и ровно проговорила мама Галя. – Я купила тебе одежду, иди, раздевайся, я сама тебя помою, и не чешись ты, после ванны у тебя все пройдет.

Пока Васька непослушными пальцами снимала одежду, мама Галя готовила ванну. Мама Галя курсировала между кухней и ванной комнатой, нося какие-то пузырьки, чашечки, и по очереди выливала их в набирающуюся ванну, то шепча, то напевая себе под нос. Слов Васька как не прислушивалась, разобрать не могла. Васька заглянула на кухню, на столе в ряд стояли пузырьки и плошки в ряд. Мама Галя их брала в определенном порядке и продолжая шептать относила их в ванную, а уже использованные кидала в мусорное ведро у стола. Девочка понимала, что мама Галя не просто так шепчет и то что она делает казалось ей смутно знакомым. Даже сейчас спустя столько лет Ваське странно что она сразу слушалась маму Галю беспрекословно и ни разу даже не попыталась ей возразить. Сняв с себя все вещи голой, она подошла к большому зеркалу в прихожей. Увидела незнакомую девочку с лысой головой возникшую перед ней. Не веря протянула руку убедится, что ей это не кажется. На лице девочки из зеркала только глаза нормальные живые выглядывают из наползающих друг на друга шрамов и рубцов. Губы кривятся тонкой бледной нитью и … тело не лучше. На руках – ногах вздутые багровые рубцы и само тело странно перекошено напоминает сломанную и плохо сшитую тряпичную куклу. Теперь понятно почему ей так больно двигаться. Васька поежилась, – какая же она уродина, – но почему-то переживать по этому поводу не стала. Мама Галя, заметив у зеркала Ваську сердито рывком дернула ее за руку и потащила в ванну.

В ванной мама Галя, усадив девочку в воду под подбородок долго терла ее мочалкой также продолжая беспрестанно шептать. На мочалку она накладывала плоские бруски похожие на размякшее мыло только странного серого или черного цвета. Эти бруски не растирались по телу, а цеплялись за Васькины шрамы впитывались в них. На лицо девочки мама Галя наложила, что-то вроде вонючей маски которая тут же намертво прилипла к коже. Лицо под маской щипало, кололо и жгло, но Васька терпела, точно зная, что так надо. Щипало не только лицо. Ваське и-за маски пришлось плотно закрыть глаза, но она чувствовала, что вода в ванной необычна, тягуча и пахнет странно. Болотом и травами, немного нагретым песком и грязью, ромашками и даже шоколадом. Запахов много, они менялись часто и запомнить все их у девочки не получилось. Когда мытье закончилось, а маску с лица мама Галя аккуратно сняла как кожу Васька почувствовала облегчение. Нигде ничего не болело и главное не зудело, только кожа на лице немного тянула и пощипывала. Мама Галя, одев девочку осторожно смазала ей лицо жирным кремом. Усадила за стол и дав в руки ложку жестом велела кушать. Сама же сев напротив долго рассматривала сидящую девочку с какой – то затаенной тоской, а потом как бы нехотя заговорила вроде с ней, а может и сама с собой.

– Не знаю, смогу ли я тебя полюбить, но не обижу. – Я виновата во всем и ничего не исправить, что натворила, но рада, что ты выжила. – Думаю, мы с тобой свыкнемся, родных у нас с тобой нет, так что привыкай. – Да и без меня тебе никак не выжить… – Потеряв тебя я погибну, так вдвоем может и сможем, что наладить новое.

И снова Васька ничего не сказала, воспринимая все, что с ней происходит как должное, не пытаясь вникнуть в слова мамы Гали.


Васька очнулась в холодной квартире от нахлынувших воспоминаний и заходила как заведенная по комнате. Надо же никогда она об этом не думала, а тут вся их жизнь с мамой Галей встала перед ней ярко и подробно, как будто вчера все было. Да и удивительно что и сами воспоминания выстраивались в ряд день за днем как будто давно ждали что хозяйка к ним обратится. У Васьки возникло чувство что она в кино сидит и смотрит свою жизнь со стороны. Она ведь многое забыла, а тут все события перед ней выстраивались как по линеечке. Они с мамой Галей стали часто переезжать. Смотреть такое странное кино ей было больно и неприятно, но прерывать сеанс она не хотела. Нужно во всем разобраться, и она снова присела на диван подобрав под себя ноги тут же погрузилась в воспоминания, которые сразу же замелькали перед ее глазами.

Город за городом, и они нигде не задерживались надолго, как будто убегали. Да именно убегали. Несмотря на постоянные переезды, Васька училась хорошо, но с одноклассниками не дружила, не успевала. Как-то они с мамой Галей за учебный год ухитрились сменить три школы. Но, несмотря на это Васька училась на одни пятерки.

– «Светлая голова у тебя», – сказал ей кто – то из учителей, – а где и в каком городе она уже не помнила.

Как и лица того учителя. Васька как не старалась, а вспомнить всех людей с кем ей доводилось контактировать не могла. Все ее недолгие знакомые сливались в одно серое меняющееся лицо. Как – то раз они задержались в одном месте, непривычно долго и Васька заметила, что за ней несколько дней ходит какой – то старик. Она бы его и не заметила, но загляделась на что – то и выронила пакет из рук, а поднимая увидела испуганный пристальный взгляд старика. Он, заметив, что она тоже смотрит на него отвернулся торопливо. Позже уже сидя в классе на уроке она снова увидела этого старика, выглядывающего учеников за школьным забором и разглядывающего окна классов. И уже после уроков заходя в подъезд дома, она снова увидела знакомый силуэт старика, прячущегося за гаражами. Она рассказала об этом маме Гале как шутку в тот же вечер, а та вдруг побледнела и торопливо ушла в комнату. На другой день мама Галя пришла за ней в школу закутавшись в шарф так что лицо не разглядеть и в новом плаще. Она забрала Ваську из школы прямо во время уроков и без объяснений вывела ее торопливо – суетно через черный ход. Там их уже ждало такси, где уже лежали собранные вещи. И снова долгая дорога в очередной чужой город и съемная квартира. Надо же и ведь Ваську это никогда это не удивляло. Она не спрашивала маму Галю от кого они бегут постоянно, а ведь должна была. Васька же разумный человек, в меру любопытный. Почему же она никогда не задавала никаких вопросов маме Гале. Мама Галя сначала ей говорила, что она экономист и работа у нее командировочная, но разве такое бывает. Экономисты обычно сидят в кабинетах, и какие у них могут быть командировки по всей стране. Но время шло, и Васька почти на одни пятерки закончила школу. Она конечно должна была получить золотую медаль, но учителя посовещались и решили, что для такой часто переезжающей девочки это роскошь. Скорее всего у нее много пробелов в знаниях, а они рисковать репутацией школы не могут. Васька и не переживала. Медаль ее не волновала совершенно, учится ей нравилось для себя. Да и для чего эта медаль нужна она не очень понимала. Только мама Галя немного грустно прокомментировала.

– В этой школе ты бы ее все равно не получила. – У директрисы племянница как раз тоже с тобой школу заканчивала, и ей и ушла твоя медаль. – А твои знания просто занизили. – Да и пусть их, все равно ты лучше умнее и красивей.

Особой красавицей Васька себя не считала и услышав слова мамы Гали просто пожала плечами мол она самая обыкновенная. И задумалась только сейчас после смерти приемной матери о том, что у нее нет ни одного шрама, ни на теле, ни на лице. Васька стала припоминать, когда они исчезли, но не смогла. Шрамы после того первого купания ее после больницы мамой Галей стали рассасываться очень быстро это она помнила. Васька часто ощупывала лицо, стараясь не подходить лишний раз к зеркалу и заметила, что шрамы истончаются, а кожа разглаживается. Спустя какое-то время кожа везде по телу стала гладкой, и тянущаяся боль от рубцов раз и исчезла. Она не поверила, подбежала к зеркалу и немного опешила. Шрамов – рубцов не осталось, как и следов от них. Обычная девочка с обычным и даже симпатичным лицом… и именно тогда Васька стала привыкать к своей новой внешности. Она ведь не помнила, как она выглядела раньше и отражение в зеркале для нее долго было встречей с незнакомкой.

Это же удивительно и Васька соскочив с дивана бросилась к зеркалу переживая детские воспоминания. Рассматривая себя сейчас, она невольно вспоминала что было дальше. Ваську в больнице остригли на лысо, а когда волосы отросли они оказались абсолютно белыми и густыми и смешно торчали ежиком во все стороны. Да, да именно белыми. Ваську часто ругали во всех школах за то, что она их красит, но такого никогда не было. Она вообще никогда не пользовалась косметикой. Волосы Васька как они отросли всегда заплетала тугой не длинной косой до лопаток. В старших классах все девчонки, вдруг вспомнила Васька, ходили с распущенными волосами и постоянно подзуживали ее за эту простенькую косу.

– Ты чего как маленькая все с косой ходишь, – доводили они ее постоянно, – ты еще бантики заплети как первоклашка.

Васька молча отворачивалась и не вступала в споры, с косой ей было удобней чем с распущенными и вечно цепляющимися за все вокруг волосами. А ведь у нее еще яркая особенность внешности. При белых волосах у нее тонкие темные брови и карие глаза. Кожа, как и у всех блондинок у Васьки была бледной, а вот глаза яркими, темно карими и выделялись непривычно темными длинными ресницами. Россыпь золотистых веснушек на носу и почему-то на плечах и груди. Да она симпатичная, но обычная и фигура у нее стандартная и рост средний. Васька всегда считала себя самой обычной девчонкой, неяркой. Таких как она вокруг море. И она никогда не заморачивалась своей внешностью и это тоже странно. Ведь за ней пытались ухаживать и одноклассники, затем однокурсники, но… Почему-то Васька шарахалась от кавалеров как черт от ладана. Они ей казались совсем глупыми, и какими до недозрелыми что ли. А так что бы ей кто – то понравился такого не было и Васька на сердечные темы никогда не переживала. В этом городе на русском севере они с мамой Галей задержались непривычно долго. Девочка не только закончила школу, но и успела получить рабочую специальность. Васька после школы не раздумывая пошла сдавать документы в мед колледж, хотя женщина, которая принимала ее документы пыталась отправить ее в институт.

– Ну, зачем тебе с такими оценками колледж, уговаривала она, если ты можешь сразу же высшее образование получить.

Но Васька впервые в жизни уперлась носом и молча не смотря на уговоры заполнила документы и естественно поступила. Закончила колледж естественно с красным дипломом и пошла работать в ближайшую к дому поликлинику. У Василинки выбор с местом работы был она ухитрилась еще на практике зарекомендовать себя с лучшей стороны. Городок то небольшой и хороших медсестер после выпуска разбирали сразу. Васька показала себя умелой и спокойной сестрой, ее любили больные и врачи, но она умела держать дистанцию не ввязывалась с дрязги, которые есть в каждом коллективе и помалкивала… за что ее ценили особенно. Василинке не очень хотелось работать в поликлинике тем более ей предлагали работу в небольшом, но хорошо оплачиваемом медцентре. Но…, мама Галя говорила, что они скоро уедут в спокойное место и уже там осядут надолго. Где же находится это «спокойное место» Васька узнать не успела. За квартиру заплачено до конца следующего месяца, а потом они планировали уехать, и что теперь делать Ваське одной, она не понимала. Остаться тут на постоянной местожительство после смерти мамы Гали ей не хотелось. Васька инстинктивно ждала опасности и хоть не знала причин понимала, что ей лучше здесь не задерживаться. Одна проблема все вопросы по переездам всегда решала мама Галя, а что делать теперь девушка не знала. Сейчас у Васьки короткий отпуск. Хоть она недавно работает, но неделю на похороны и оформление всех бумаг ей дали неделю сразу без лишних вопросов. Завтра, наверное, если найдет силы она сходит на работу и напишет заявление на увольнение, а что будет дальше загадывать глупо.

Как-то незаметно для себя Васька снова оказалась на диване и уснула беспокойным кошмарным сном. Обычно она спала крепко без снов, а тут ее буквально замучали кошмары. Кто-то во сне за ней бегал, что – то вокруг нее происходило важное и она все пыталась рассмотреть какие – то бумаги, но никак не могла взять их в руки. Она понимала это все происходит с ней во сне и знала, когда проснется все забудет. Ей казалось, что во сне ей вот – вот отроется важная тайна, а как сохранить ее вынырнув в явь не понимала и мучилась. Открыть глаза и проснутся у нее никак не выходило и к счастью из этого странного состояния ее вырвал громкий резкий телефонный звонок. Ей казалось спала она недолго, а вскочив Васька поняла уже утро и совсем не раннее. Взяв телефон в руки она с удивлением увидела номер странный другого региона. Несколько секунд колебалась ответить или нет на звонок почему-то на нее пахнуло тревогой. Ей редко кто звонил коллеги по необходимости да мама Галя, а тут….

В сердце снова кольнуло тревогой и болью утраты и Васька боясь передумать ответила на звонок, – да- да я вас слушаю.

В трубке раздался приятный мужской голос, – мне нужно поговорить с Василисой Петренковой, как бы мне ее услышать.

– Это я, – ответила Васька, – кто вы и чего хотите?

– Ох, простите Василиса, очень вам сочувствую с потерей близкого человека, но нам нужно обязательно увидеться. – Я юрист и зовут меня Павел Петрович, я вел все дела вашей матери. – Вам нужно ко мне приехать и принять наследство.

– Наследство!? – удивилась Васька. – Мама оставила наследство э-э-э … мне она ничего не говорила.

– Возможно, просто не успела смерть ведь была неожиданной, но… тем не менее… – Вам нужно приехать в Тамбов. -Записывайте адрес … – Когда мне вас ждать в конторе что бы все оформить.

– В Тамбов ехать!? – снова удивилась Васька.

Она растерялась, не понимая почему именно в Тамбов и как юрист узнал о смерти мамы Гали.

– Да, да, – уже явно поторапливая ее, отвечал Павел Петрович, – записывайте адрес, и я вас жду.

Видимо юрист понял, что девушка растерялась и добавил успокаивающе.

– Василиса вы должны были приехать сюда вдвоем с приемной матерью, но раз так случилось, то вам в любом случае нужно добраться до моей конторы… это в ваших интересах. – Надеюсь, вам хватит недели закрыть все дела в вашем городе и доехать сюда в Тамбов.

Записав на бумажку адрес и положив трубку Васька задумалась. Возможно там и есть тихое место куда, они собирались с мамой Галей и ей теперь есть куда ехать. Деньги на дорогу отложены давно и в суматохе похорон Васька про них не вспомнила тем более у нее и у мамы Гали небольшие сбережения на всякий пожарный случай хранились и пополнялись. Откладывать поездку смысла тоже не было. Здесь ее ничто не держало, а там хоть может какая – то ясность появится и главное у нее теперь есть хоть какая-то цель. Васька быстро оформила увольнение. Отпускать с работы ее не хотели, но Васька пояснила что хочет уехать после смерти матери к родным. Здесь ей тяжело находиться, все напоминает о тяжелой утрате и не привыкла она жить одна. … И на работе коллеги отнеслись понимающе. Хоть и со скрипом и уговорами, но задерживать ее не стали даже на две обязательных недели отработки. Да и поступить так с ней они не могли Васька в работе была безотказной. Работала она недолго, а переработанных смен у нее уже накопилось на небольшой отпуск. Даже вещи у Василины и мамы Гали были уже собраны в дорогу. Живя в постоянных переездах с мамой Галей, они довольствовались самыми необходимыми вещами, не обрастая всякими милыми мелочами или красивыми безделушками. Ваське только пришлось перебрать уже упакованные вещи мамы Гали, и как ей не было жаль, таскать их с собой смысла не было. Она только аккуратно переложила их надеясь найти какие-то бумаги или документы, которые бы прояснили чем мама Галя занималась. Но ничего не найдя Васька аккуратно сложила вещи обратно в пакеты, вынесла из дома и оставила рядом с помойкой. Вдруг кому-то подойдут вещи то хорошие. Перед отъездом снова сходила на кладбище убрала могилку обещая себе приехать весной и поставить памятник. В ее жизни появилась цель и Васька хоть и продолжала тосковать, но новый город уже ждал ее и еще надежда что может там у нее все сложится лучше. Васька посидев немного у могилы и все рассказав маме Гале по привычке впервые спокойно ушла с кладбища не оглядываясь. Она не прощалась. Ведь когда уладит дела она сюда вернется и все расскажет маме Гале.

Васька выбрала самую длинную дорогу до Тамбова автобусами решив, что пока едет может приведет в порядок мысли и все вспомнит. Она чувствовала, что только просыпается и с удивлением оглядывалась, вокруг не понимая почему так быстро меняется мир вокруг нее. Исчезло усреднено – равнодушное отношение ко всему что ее окружает и Васька часто растеряно оглядывалась, не понимая почему она не замечала ничего вокруг раньше. Не радовалась теплой погоде, последним солнечным дням, красиво увядающей и такой нарядной осени. … И люди вокруг больше не казались безликими силуэтами. Серая хмарь в голове жившая в ней все эти годы стала вдруг рассеиваться и Васька с нарастающим удивлением вспоминала их совместную жизнь с мамой Галей. Картинки наслаивались, наваливались друг на друга, а Васька пока только все пыталась рассортировать все в своей голове не обдумывая. Впервые она и путешествовала с радостью и с интересом поглядывала в окно. Все вокруг такое яркое, настоящее, живое.

Васька приехала в Тамбов днем. Закинув спортивную сумку на плечо, она прошлась неторопливо по городу разминая затекшие ноги. Не смотря на усталость ей дышалось свободно и легко. Но как попасть в нотариальную контору она не знала, а расспрашивать прохожих как добраться ей не хотелось. Она поступила проще остановила такси и назвала адрес. Оказалось, что офис Павла Петровича находиться не в центре как она, почему-то предполагала, а на окраине города в небольшом каменном четырехэтажном здании старинной постройки. Она обошла здание, не понимая, как в него попасть. Все уличные двери заперты массивными железными дверями без ручек, звонков и вывесок. Обойдя дом почти по кругу во дворе, она наконец заметила помпезную дверь со скромной вывеской «нотариальная контора» которая занимала весь первый этаж. Уже подъезжая к конторе она вдруг решила, что это розыгрыш и запаниковала, а увидев, что она все-таки существует растерялась, накручивая себя. А вдруг это не ее ждут… какое там может быть у мамы Гали наследство если денег лишних у них не водилось…. Понимала, что мошенникам она не интересна… ну что с нее взять у нее только сумка с личными вещами да немного денег и если здесь что-то не срастется ей и пойти, то некуда. Васька расстроенная своими домыслами, зачем-то постояла у двери и только потом решилась ее открыть.

Внутри офиса все было просто, чистенько, казенно и скучно и… Павел Петрович оказался на месте и ждал ее. … Ну немного не так. Сначала вошедшую Василину встретила молоденькая, яркая и вся такая ослепительно красивая секретарша. Она вежливо спросила к кому пришла посетительница, фамилию. Василина растеряно покраснела и промямлила свои данные кляня себя в душе за неуверенность. Всегда все за Ваську решала мама Галя, а последнее время ей пришлось самостоятельно бегать с оформлением документов, самой выбирать маршрут поездки и сюда тоже она пришла сама и с непривычки стеснялась всего и всех. Секретарша что-то там посмотрела в огромной толстой книге сосредоточенно водя длинным ярким ногтем по странице и попросив подождать минутку ушла за массивную дверь за ее спиной. Выйдя оттуда она пригласила в кабинет Василину. Девушка снова немножко растерялась, но вздохнув решила пройти мучения до конца и точно все узнать про завещание. Павел Петрович оказался почти молодым человеком лет тридцати пяти примерно, но уже с намечающейся лысиной в темных волосах и небольшим брюшком которое пока скрывал хорошо пошитый строгий костюм. На Ваську, юрист глянул с интересом. Внешность клиентки ему явно понравилась, но документы он проверил тщательно не торопясь. Долго вокруг и около ходить не стал, перейдя сразу к делу.

– Ваша приемная мама Галина Степановна Катаева была у меня с месяц назад и составила необычное завещание… – Ну как необычное… – Она предупредила, что меня сразу известят в случае ее смерти, а выглядела она цветущей и полной сил женщиной. – Поэтому- то я ее сразу и запомнил… и вот через пару недель всего после ее обращения, – он печально дежурно вздохнул. – Мне позвонили и сообщили о смерти Галины Катаевой… и это все выглядело странно. – Ведь как говорил уже я видел ее здоровой и недавно.

– Кто вам позвонил? – сразу же уцепилась в его слова Васька.

– Женщина, точно и это все что я знаю. – Она не назвалась по имени, а представилась дальней родственницей Галины Степановны и признаюсь я не сразу поверил в ее слова. – Но следуя оставленным мне инструкциям сразу же позвонил в ваш город проверил информацию и связался с вами.

Васька вспомнила, что мама Галя действительно месяц назад уезжала на несколько дней. Она часто отлучалась на неделю или две говоря, что это по работе.

Юрист продолжал говорить и Васька спохватилась и стала слушать внимательно, – вам Галина Степановна оставила домик в Березовке это село в районе города Морши. – Село большое, развитое городского типа. – Домик, судя по документам небольшой, но свое жилье есть свое. – К тому же он уже изначально при покупке был оформлен на вас. – Моя же задача известить вас о его существовании отдать документы и ключи и ответить на любые вопросы по вашей собственности. – Также она оставила вам неплохой счет в банке, – зашуршал он документами подглядывая в очередную бумажку, – э-э-э весьма неплохой и он тоже оформлен на вас. – Я же как уже сказал должен ввести вас в курс дела и все документы вам передать. – Галина Степановна все мои услуги заплатила заранее, как и поручение найти вас и передать вам все это. – Поэтому вот вы здесь теперь распишетесь в получение… да- да вот тут. – Это документы на дом, а это на счет в банке и снять деньги вы можете в любом отделении. – Возьмите, тут как видите все разложено по папочкам и можете отправляться владеть домом. – Думаю, вы сегодня вполне успеете добраться в Березовку с северного автовокзала. – Еже ли вам понадобятся мои услуги всегда буду рад вас видеть. – Вот вам моя визитка, а пока прошу меня извинить. – Скоро у меня по записи клиент придет, и я вынужден с вами попрощаться.

Васька слегка ошеломленная подписывала, не глядя все бумаги что юрист ей подкладывал под руку. Закончив с бумагами, она взяла его визитку и толстую объемную папку со всеми документами попрощавшись торопливо вышла из кабинета решив сразу же ехать в неведомую Березовку. Почти до автобусной остановки она несла папку в руках, а потом спохватившись и осторожно уложила ее в сумку.

Странно, – размышляла она в автобусе по дороге на вокзал, – мы с мамой Галей всегда жили в городах, а тихое местечко она выбрала нам в деревне … или это меня она решила отселить.

Но другого жилья у нее все равно нет, так что попробует пока пожить там, где ей приготовила дом мама Галя. Она всегда заботилась о Василине и значит в той неведомой Березовке ей будет безопасно. Переехать всегда успеется. Да и надоело уже Василисе кочевать по чужим углам, может она еще приживется в этой неведомой Березовке. На вокзале она быстро выяснила в каком направление и на какой автобус ей нужно. Взяла билет и вскоре сев в автобус поехала в неизвестное направление чувствуя себя будто она спит и все никак не может проснуться. Ехать до Березовки пришлось почти полтора часа. Василиса устала слишком много информации свалилось на нее за эти пару недель, но упрямо таращилась в окно боясь, что водитель забудет о ее остановке. Она уже несколько раз попросила его остановиться в Березовке, и он сам нет- нет да поглядывал на нее явно с желанием избавится от суетной пассажирки. Наконец водитель объявил Березовку и остановил автобус на обочине дороги у развалин древней остановки и быстро уехал дальше. Васька стала осматриваться, не понимая куда же ей теперь идти. Вокруг поля и лес. Отойдя от остановки, она увидела грунтовую дорогу куда – то вдаль и натоптанную тропку к ней. Скинув сонливость бодро зашагала надеясь, что идет правильно. Через полчаса ходьбы примерно, она увидела очертания большого села воодушевилась и прибавила ходу. Уже темнело и местные красоты она не рассматривала, мечтая быстрее добраться до своего домика поесть и уснуть. К тому же на улице хоть и осень, а вечером уже ощутимо холодно, а ей так хотелось в тепло. Васька слишком устала от бесконечных переездов, дорог и чужих квартир и словосочетание «свой домик» уже грело ее. Пока ехала она столько всего передумала и решила, что мама Галя специально купила домик в глуши что бы Васька смогла пожить спокойно, обрести себя отдохнуть от бесконечных путешествий. Она так торопилась попасть в дом что даже не купила ничего из еды по дороге, а в селе какие магазины вечером. Наверняка придется спать голодной, но это не беда если она наконец окажется под собственной крышей. В селе было пустынно, и Васька, не встретив никого по пути совсем отчаялась. Ну как ей узнать где этот домик то находиться!? И тут как в ответ на свою мольбу увидела женщину, выходящую из проулка чуть впереди себя и рванула бегом за ней. … А – то еще попадутся ли прохожие в этом пустынном селе, а стучать в дома чтобы узнать где находится ее недвижимость как-то не хочется. Василинка догнав женщину торопливо поздоровалась и спросила, как ей найти дом пять на зеленой улице. Селянка задумалась на пару секунд взглянула в измученное Васькино лицо и не стала мучить с расспросами, а объяснила все просто показав рукой направление и добавила.

– Тут совсем недалеко вот тут свернете и быстро дойдете, – и торопливо зашагала дальше.

Васька поблагодарила селянку и из последних сил припустила к нужному повороту, за которым оказалась «зеленая» улица и по нумерации поняла, что тут и правда да ее дома совсем рядом. Пройдя немного вскоре увидела на доме табличку с нужным номером и облегченно вздохнула. На улице уже потемнело и ей совсем не хотелось плутать в незнакомом месте. Забор высокий и ничего за ним не разглядеть. Васька торопливо достала ключи, которые ей отдал юрист и вот теперь стоя у нарядной калитки она стала торопливо их перебирать. Ключей оказалось много и все разные и поди отгадай какой к каким дверям подходит, а тут еще соседская шавка лай подняла на всю улицу. Неизвестно сколько бы она еще мучилась, но на шум выглянула из соседнего дома женщина и обращаясь к Ваське строго сказала.

– Девушка, Галины нет дома и не нужно лезть в ее дом.

Васька оглянулась, невысокая худенькая женщина строго поглядывала на нее в щелку своей калитки.

– Галина Степановна умерла, а я ее дочка Василина, первый раз здесь и никак с ключами не разберусь, – быстро проговорила Васька боясь, что ее примут за грабительницу.

Соседка всплеснула огорченно руками и уже совсем другим тоном более мягко заговорила с Васькой.

– Горе то какое, вот же недавно Галина приезжала, счас доченька я тебе помогу разобраться, я Вера соседка и за домом приглядываю и за отоплением слежу. – Такая цветущая женщина была и от чего она умерла то.

Васька закусила губу, – сердце схватило, врачи тоже руками разводили, что такое бывает… – Быстро очень все произошло, ничего у нее не болело, а тут раз и все.

Соседка, взяв из рук Васьки ключи споро открыла замок калитки и повела ее в дом на ходу объясняя.

– Этот ключ от калитки… эти два от дома … вот сюда и сюда. – Этот от сарая, а эти не знаю таких на моей связке нет. – В доме я как знала, что ты приедешь сегодня только пыль вытерла да полы протерла. – Дома тепло и продукты есть… – Галина всегда в морозильнике запас полуфабрикатов держала, если вдруг неожиданно приедет. – А я тебе сейчас еще молочка и сметаны свежей принесу, поешь с дороги, и отдыхай. – Какая-то ты бледная да уставшая, а что понадобиться так ко мне стукни или позвони. – Вон на холодильнике мой номер телефона прицеплен.

Пока Василиса раздевалась, да осматривалась соседка быстро метнулась домой и притащила банки с молоком и сметаной поставила на стол. – Прибавила отопление в газовом котле, пояснив.

– Я-то топлю, что бы дом не промерзал, а так- то не жарко в комнатах. – Ничего быстро сейчас нагреется. -Если ничего не надо больше я пошла домой, а ты осматривайся… – Белье в шкафу чистое, все необходимое для жизни есть ты вон совсем налегке смотрю. – Так что располагайся, – и Вера убежала к себе.

Васька тут же про себя отметила что дом хоть и небольшой, но уютный. … Но как ни крути он рассчитан только на одного человека. Совсем не похоже, что мама Галя планировала совместное проживание. Теперь Васька уверилась что мама Галя готовила ей сюрприз. Наверняка она планировала что Василинка в этом доме начнет свою самостоятельную жизнь тем более в деревне скорее всего и стоимость жилья ниже… хотя мама Галя оставила еще ей и деньги довольно большую сумму. Ваське пришлось одернуть себя. Она ведь не знает цен на жилье и все расходы на жизнь всегда лежали на маме Гале. Наверняка и на этот дом и на счет она копила всю жизнь отрывая от себя копейки так что ей жаловаться смысла нет. Васька рада и этому жилью, тем более дом ей сразу понравился, и он благоустроен, а не с сомнительными удобствами во дворе и печным отоплением. Фактически она получила благоустроенную квартиру только без соседей и со своей землей. Васька еще раз с удовольствием прошлась по всему дому. Дом кирпичный, высокий, нарядно- аккуратный, а внутри хоть и было несколько комнат, но все равно видно дом рассчитан только на одного жильца. Высокое крыльцо вело сразу в небольшую гостиную. Она просторная, квадратная с большими окнами. Налево из гостиной арка за которой коридорчик, ведущий на просторную кухню. И с другой стороны еще две двери. Одна дверь ведет в просторную спаленку. Вторая дверь в комнату с удобствами, то есть совмещенные душ и туалет. В доме чистенько, светло. Стены оштукатурены и покрашены в теплые цвета. Мебель простенькая, недорогая и ее немного, хотя вроде все подобрано под один стиль и радует глаз ощущением домашнего уюта. У Васьки во всяком случае все и дом, и обстановка вызвали именно такие ассоциации. Тем более они всю жизнь жили по съемным квартирам и никогда не пытались в них создать уют. А здесь Васька сразу ощутила, что приехала именно в свой дом и надолго.

– Жить можно, – произнесла громко довольная Васька.

Еще утром она не знала где будет ночевать и на что жить, а теперь у нее свой дом и работу она найдет всегда и все неприятности, холод из души сразу ушли. Васька принялась хлопотать по дому не в силах осознать, что это все действительно теперь только ее собственность. Она не признавалась никогда маме Гале … и даже себе, что за годы скитаний завидует своим одноклассницам, однокурсникам и просто малознакомым людям за то, что у них есть свое постоянное жилье и никому не объяснить, как же давно она хотела свой угол. Девушка неторопливо застелила в спальне кровать, в шкафу действительно лежало чистое белье, полотенца и пара простых однотонных халатов ее размера. Впрочем, мама Галя тоже была примерно Васькиного телосложения. С удовольствием Васька поплескалась под горячей водой смывая дорожную пыль, усталость и все тяжелые воспоминая за день. Закуталась в халат, найденный в шкафу выпила большую кружку свежего молока и свалилась в кровать заснув сразу же без сновидений и кошмаров.

Васька проспала непривычно долго и уже проснувшись какое-то время не могла понять где она находится. Белые потолки вызвали детские воспоминания о пребывании в больнице. Затем легкий испуг прошел и Васька вспомнила, что вчера она вступила в наследство. Теперь у нее свой дом в котором она ночевала первую ночь, но вопреки примете снов не видела. Лежать просто так в тепле и неге приятно и на душе у Васьки за долгое время удивительно спокойно.

– Но почему я никогда не спрашивала маму Галю ни о чем, ни о родителях, ни о наших постоянных переездах. – Почему я только сейчас стала понимать, что мы жили как-то неправильно, – разговаривала она вслух сама с собой, не вставая с кровати.

Сейчас ей и самой удивительно почему она никогда ни о чем не расспрашивала приемную мать. Ведь это же ненормально постоянно переезжать куда – то и от кого – то скрываться, прятаться.

– И если мы постоянно прятались, то, как мне быть сейчас, – продолжала она размышления вслух, – можно ли мне жить здесь спокойно, или нужно снова убегать. – И главное то я ведь не знаю, от кого мы прятались. – Вдруг опасность не миновала, а я не знаю даже, чего мне остерегаться. Неожиданно Ваське пришло в голову, – вот дурная то я. – Нужно обыскать дом вдруг мама Галя здесь что-то хранила. – Должны же быть какие-нибудь документы и как мне вообще узнать историю своей семьи. – Я ведь даже город не помню, в котором мои родители погибли… и как меня удочерили не помню. – И на могиле у них никогда не была, да и где они похоронены… гм… тоже не знаю.

Васька подскочила пружиной с кровати и уже мысленно стала рассуждать.

– И почему я никак не могу вспомнить, что же произошло. – Я ведь все видела… вернее… могла видеть. – Может по этой причине мама Галя меня прятала.

Васька сосредоточилась ожидая, что вот- вот воспоминания нахлынут, но ничего не произошло. Она даже глаза зажмурила, но… ничего. Пока все как обычно при любой попытке вспомнить перед глазами вспыхивала метель и чудился запах свеже – выпавшего снега. Сплошные вопросы и по – прежнему нет ни не одного ответа.

Запахнув халат и сонно щурясь от яркого солнечного света Васька вышла в гостиную посетить комнату с удобствами. На обратном пути она вдруг засмотрелась на стены. Вчера она посчитала что все фото в комнате куплены в магазине для уюта как украшения. В съемных квартирах подобные фото в одинаковых рамках встречались довольно часто в основном с пейзажами. Здесь же в гостиной на стене висела в рамке большая фотография красивой пары с ребенком. Счастливые мужчина и женщина обнимали забавную малышку и это фото вчера ей показалось обычной распечаткой из фильма. Слишком уж яркой и красивой ей показалась эта пара. Некоторым людям нравится вешать на стены фотографии любимых актеров. Сегодня при свете дня присмотревшись внимательней Васька вдруг с удивлением и восторгом узнала в девочке себя. У Васьки и так мало фотографий, а детских так совсем не было, но себя то она все равно узнала. Те же белые волосы, темные глаза только девочка счастлива и смеется, прижимаясь сразу к отцу и матери, а себя такой Васька не помнила. Что это ее родители она тоже почувствовала сердцем и с ними ей было хорошо.

– Мне ведь уже было двенадцать лет, когда случилась трагедия с моей семьей и я просто обязана что – то помнить, – размышляла Васька, – хоть какие – то отрывки должны сохранится в моей памяти.

Но пока вспомнить хоть что – то не получалось.

– Может надо подождать, – подумала она, – я ведь вот буквально и таких вопросов себе не задавала. – Просто жила как растение… только со смертью мамы Гали стала меняться. – А кстати тоже вопрос, почему не раньше, а только после смерти мамы Гали дурман в моей голове начал исчезать. Васька вздохнула, и этот вопрос она может себе задавать бесконечно ответов нет, но с другой стороны их нужно поискать. Васька терпеливо перерыла все в доме, пересмотрела все документы. Снова просмотрела все что дал ей юрист, но там тоже не было ничего лишнего. Только документы на дом и счет в банке надо сказать и правда внушительный.

Откуда у мамы Гали столько денег, – снова запереживала Васька, – ведь жили мы совсем скромно. Мне этих денег, наверное, никогда не потратить. Ладно, пока можно хоть о работе не думать. С другой стороны, сидеть без работы скучно, но можно узнать. Вдруг, что-то по специальности найду близко, медсестры обычно везде нужны. В городе то проще, а к кому по поводу работы мне нужно обращаться здесь, наверняка здесь есть какое-то правление. Ладно, что загадывать, отдохну, осмотрю еще двор, и что там к нему прилагается, а потом буду думать и о работе. Надо же мне еще все свои владения осмотреть внимательно, ключей то, много на связке, а знаю куда подходят только три из них.

Несколько дней Васька просидела дома привыкая к нему. Осмотрела сад и огород. Сразу за домом росло много деревьев красивыми рядами, но Васька не знала, как они называются. На дворе поздняя осень и все деревья уже стояли голыми. Тем более она то всю свою жизнь жила в городе и все деревья ей казались одинаковыми… ну почти. Хорошо бы что бы они оказались яблонями и грушами. Васька задумалась что же здесь еще растет. Это здорово, наверное, кушать свои яблоки со своих деревьев. Грядок в небольшом огородике было немного, да и те поросли травой. Васька твердо решила весной попробовать их засадить полезной зеленью. Укроп, петрушку они с приемной матерью всегда покупали, а теперь она будет выращивать их для себя. А, что она справиться! Купит семена и узнает у соседки, что здесь растет. При мыслях о доме и огороде Ваське сразу становилось теплей. Чистенький красивый домик ее долгожданная собственность и она постарается что бы двор стал ухоженным и красивым.

Двор засажу цветами, – продолжала мечтать Васька, – летом будет у меня красивей и лучше всех.

А пока Васька проверила кладовую. Симпатичная пристройка у дома тоже из кирпича содержала внутри несколько лопат, метелку и всякие тяпки. Испытав очередное разочарование Васька решила, что надо еще поискать ведь из всех ключей на связке только один она не так и не смогла никуда пристроить. Этот ключ отличался от остальных на связке необычной формой. Несмотря на небольшой размер производил впечатление не типового ключа, а штучной работы и вероятно и замок под него должен был быть тоже необычным. Найти бы еще дверь, куда его можно воткнуть. К такому ключу подошла бы большая шкатулка или маленькая потайная дверь.

Да и я чувствую себя Буратино, такая же деревянная и с ключом, – злилась на себя Васька.

Но зато Васька подружилась с соседкой Верой Андреевной и многое узнала у нее про маму Галю стараясь ничем не выдать своего удивления. То, что мама Галя приезжала сюда часто Василинка и сама поняла. Странным оказалось другое. Приемная мама приезжая в Березовку жила в доме всего пару дней. Обычно она одевалась в длинные старческие темные одежды и закутавшись в платок всегда уходила в лес на несколько дней.

– Куда интересно, – удивленно спросила Васька внимательно наблюдая за соседкой.

– Да там за лесом, – махнула рукой неопределенно Вера Андреевна, – есть несколько поселений староверов. – Вот Галина и говорила, что там в одном из них у нее родственница… сестра вроде.

– Чужих людей не их веры они не принимают, да и тебе, наверное, и-за этого про родню не рассказывала. – Что толку от таких родных, которые никого не признают и ни с кем общаться то и не желают.

Васька то до этого тоже сильно удивилась, увидев на вешалках в шкафу несколько мешковатых простых платьев в пол летних и зимних, но что мама Галя еще в них, куда – то ходила ее даже как-то взбудоражило. Она, получается, про маму Галю совсем ничего не знала. Мама Галя всегда покупала дорогие удобные вещи и Ваську приучала к тому же.

– Не гонись за модой, – наставляла она Ваську частенько. – Мода быстро проходит, а тряпки становятся просто мусором… вроде и хорошие вещи, а одеть нельзя. – Бери то, что всегда актуально и в чем тебе удобно. – И запомни лучше одна хорошая вещь чем десяток дешевых.

Странные платья в шкафу были пошиты из хорошей дорогой ткани, но что б Мама Галя такое носила Васька не могла представить. Она ведь так следила за своей внешностью. Не верить соседке тоже не получалось. Васька уже поняла, что она о своей приемной матери многого не знала и не подозревала. Скорее всего если бы не ее скоропостижная смерть, то мама Галя сама бы ей вскоре все рассказала. Все в их жизни к тому шло, но пока все ответы ей придется искать самой.

Через несколько дней у калитки остановился огромный черный внедорожник из которого выскочил средних лет, невысокий мужчина, который по -хозяйски громко застучал в калитку Васькиного дома. Васька как раз была во дворе и быстро подошла к калитке. Она приоткрыла ее и вопросительно уставилась на незнакомца. Мужчина не растерялся, а наоборот заулыбался.

– Так вот у нас в селе какая краса поселилась! – Девонька я местный глава и хотел с тобой поговорить о работе, если тебя это интересует.

– Интересует, а что вы мне можете предложить? – спросила Василинка с вызовом уже подозревая местного главу в черти знает, чем.

Приехал тут понимаешь на дорогой машине и сразу работу предлагает. Ведь если разобраться что он о ней знает и что может предложить такой весь самоуверенный. Мужчина, словно догадываясь о мыслях Василины рассмеялся звонко и от души.

– Люблю ершистых барышень, а работу предлагаю по специальности. – Ты же медсестра? – Зовут меня Федор Петрович, и я естественно навел о тебе справки Василиса. – Не смотри так сердито у нас все просто и новости быстро разлетаются тем более ты на днях документы на прописку сдала.

Василинка автоматически кивнула, понимая откуда ноги растут. В паспортном столе в райцентре женщина, принимавшая ее документы между делом и расспросила девушку. Ваське скрывать нечего, и она вежливо рассказала с какого города приехала, кто она по специальности и где работала. На вопрос, а почему она приехала именно сюда Васька тоже не стала заморачиваться, пояснив что ее мать заранее купила здесь дом и ждала пока она закончит учебу. Должны были переехать вместе да вот так получилось, что мама скоропостижно умерла. Васька общаясь с соседкой уже поняла, что люди будут расспрашивать ее о прошлой жизни. Это в городе соседям все равно откуда ты приехала, а деревенские страсть как любопытны. Если же она будет помалкивать, то люди такого на придумывают что ей и не снилось… да и проще ответить, чем разжигать неуемное любопытство молчанием. И вот паспортистка скорее всего по своим каналам проверила рассказ девушки.

Федор Петрович поглядывая на девушку кивал в такт ее мыслям мол так все и было.

– Я узнал, что ты хорошая сестра и здесь после смерти матери, а чего тебе дома то сидеть, – уже почти ласково пропел он, подмигивая Василинке.

Подмигивания и тон разговора местного главы напоминал покровительно – родительский, то есть не обидный без всякой пошлости и Васька расслабилась и тоже улыбнулась в ответ.

– Если конечно ты не собираешься дом продавать что бы сбежать в город, – вопросительно произнес Федор Петрович. – Конечно работа медсестры у нас тяжелая…э-э-э-… по сравнению с городской … в смысле ходить много надо. – У нас больничка на несколько деревушек в округе и сама понимаешь стариков много…, но зато скучать здесь не будешь люди у нас хорошие. – В общем так надумаешь приходи туда вон к центру, там медпункт наш и врач еще пару часов там будет, вот и поговори с ней. – А я поехал, тороплюсь, пока девочка.

Васька даже слова сказать не успела, как мужчина быстро вскочил в свою машину и уехал. Без работы она и правда скучала, и тут же решила не откладывать. Нужно сходить и все узнать самой, а много ходить это не страшно. Она молодая и быстрая справится, а как дальше ее жизнь будет складываться загадывать пока смысла нет. Тут и Вера Андреевна выскочила узнать зачем это сам «Глава» к Ваське приезжал. Узнав соседка, радостно размахивая руками тут же принялась объяснять куда Ваське идти.

– Вижу же скучаешь сидя дома, – запричитала она, – медиков на селе уважают. – И знакомства пора тебе заводить, молодая совсем чего дома скучать то.

Васька спорить не стала попрощалась с соседкой и пошла одеваться. Так-то она уже немножко в деревенских улицах ориентировалась, но вот в сам центр не ходила. Небольшой магазинчик с нехитрым набором еды и хлеба находился около дома в начале улицы и ей хватало. Со слов соседки она знала, что там в центре и администрация, детский сад, школа и конечно магазины, но пока у Васьки надобности в той стороне не находилось. Наряжаться она не стала оделась как привыкла, то есть в джинсы с футболкой, удобные ботинки и конечно теплую куртку. Да и осень нынче ранняя да с морозцами по утрам. Она всегда легка на подъем и тут же взяв документы быстро дошла до местной больнички тем более ее никак не перепутаешь и мимо не пройдешь. Больничкой селяне называли пристройку сбоку массивного, старинного дома в котором находилось все руководство поселка. Сама больничка так ничего особенного. Две комнатушки, приемная и смотровая. Васька зашла в дверь с красным крестом и увидела молодую девушку примерно ее ровесницу в белом халате. Ту же засомневалась это пациентка или врач. Девушка тут же поняла Васькины сомнения и засмеялась.

– Проходи не стесняйся, ты ведь новенькая и зовут тебя Василиса.

Васька совсем растерялась и что-то забекала в ответ.

– Не пугайся это же село и здесь тайны хранить невозможно, – совсем развеселилась девушка. – Все про всех знают, а не знают так досочинят. – А мне бы помощница ой-ой как не помешала… я тут одна разрываюсь просто. – А чуть не забыла, меня Катя зовут. – Я здесь рядом раньше жила в соседнем районе, так то, как и у нас, разницы никакой. – Только я хотела работать подальше от своих родителей, а то ведь советами бы меня достали. – Они хорошие… даже замечательные, но опекой и заботой меня уже забодали. – Да и с ними никакой личной жизни тоже нет.

Васька слушая немного воспряла духом у уже бодро ответила, – очень приятно Катя и зови меня Васькой. – Я так привыкла и объясни, что делать, а то Глава ваш меня напугать пытался говорил много ходить нужно.

– Не, не напугал… подготовил. – У нас тут кроме этого села еще пяток небольших деревенек вокруг, да десяток поселений. – Я осматриваю больных и назначаю лечение, а тебе нужно будет ходить и … ну все как обычно, уколы, давление мерить иногда и лекарства самой выкупать и относить. – Ходьбы очень много и ничего с этим не сделаешь. – Вроде все и рядом, а когда своими ножками то ощутимо. – Иногда конечно и подвозить будут, но тут с транспортом туго. – Вот и желающих мне помогать не находиться… да и зарплаты у нас сама знаешь… только все обещают пока поднять до достойного уровня.

Васька призадумалась и решилась, – а знаешь, я попробую, но сколько выдержу обещать не буду. – Сама не уверенна в своих силах. – Я же всегда в городе жила и работала только в поликлинике, – поспешила оправдаться она. – Село меня пока пугает и как оно дальше получится сама еще не знаю.

Катя снова рассмеялась, – может и понравиться у нас! – Тут такая красота вокруг и люди хорошие, дай бог привыкнешь.

Так Васька и вышла на работу. Первые дни ноги у нее просто отваливались, но как ни странно про увольнение девушка даже не задумывалась. Слишком новая работа ей нравилась несмотря на трудности. Работа медсестры на селе сильно отличается от городской поликлиники. Пришлось очень и очень много ходить и все своими ножками и с довольно тяжелой сумкой на боку, но девушка втянулась в работу быстро. С Катей врачом они соприкасались редко, только раз в неделю им получалось в «больничке» подводить итоги недели принимая поселковых плановых больных. Катя первой ходила по вызовам и уже потом звонила и давала Ваське список больных и положенные им назначения. … А Васька как верблюд грузилась лекарствами и ходила по домам ставить системы, уколы, мерить давление, работы хватало. Да и пока доберешься до иного пациента пол рабочего дня пройдет. А со временем Васька поняла, что посещение больного может весь день занять, расстояния то вокруг немеряные. Но люди вокруг и правда оказались душевные и Васька быстро со всеми перезнакомилась и с удовольствием ходила на работу. Она вышла на работу осенью и ей повезло, что погода стояла сухая без дождей и грязи. Топать по сухим дорогам куда проще. Тем более асфальт на дорогах в основном сохранился только в Березовке еще древне – советский и весьма щербатый. Но со временем она втянулась в новые реалии. Сумку сменила на более удобный рюкзак. Стала более выносливой и быстрой, а главное весь день на свежем воздухе в движении что как известно очень полезно для здоровья. Оказалось, Катя сильно лукавила, говоря про пяток деревушек и пару поселений совсем рядом с Березовкой. Населенных пунктов оказалось гораздо больше и раскиданы они весьма вольготно. Работа сестры хоть и малооплачиваемая, но Васька теперь на продукты денег не тратила совсем и даже стала откладывать деньги в заначку по привычке. Ну честно сказать тут в Березовке их и не на что тратить, а в город за покупками Васька пока не собиралась. Вроде откуда у медсестры могут быть лишние деньги? В деревне все проще чем в городе. Катя, еще только отправляя Ваську по первым пациентам, сразу стала наставлять.

– Вась, не знаю, как у тебя было в городе, а у нас тут просто … э-э-э я только хочу, чтобы ты не обижалась, а выслушала меня внимательно. – Тут в селе врачи, ветеринар и учителя уважаемые люди, а отблагодарить не у всех есть деньги и не перебивай пока не расскажу. – Сама ничего не проси, а если что дадут не смей отказываться. Васька сморщилась как от лимона, а Катя виновато добавила, – ты не понимаешь, что ты отказом людей обидишь сильно. – У нас так принято и добавка к зарплате хорошая будет, а если тебе давать ничего не будут, то это уже плохо и будет означать что скорее всего ты людям не нравишься или как сестра плохая. – И боюсь в этом случае тебе только и останется что уволиться.

Васька сначала аж покраснела от возмущения. Такой меркой ее профессиональные обязанности никто еще не мерил. Катя же глянув на ее покрасневшее лицо звонко рассмеялась и хлопнула Ваську по плечу.

– Не злись, я уверенна, что у тебя все получиться хорошо. – Ты замечательная… я знаю… просто предупредила тебя. – Знаешь, как мне тяжко было сначала здесь работать! – Я ведь тоже отказывалась принимать подарки… – И … в общем меня потом «Глава» наш предупредил об уважении к пациентам. – Люди то обижаются думают вот фифа какая приехала к ним работать и брезгует едой. – Только поэтому и предупреждаю что б ты на те же грабли не наступала.

Еще оказалось, что в дальние поселения (список ей Катя предоставила) нельзя ходит без платья и платка, а то просто не пустят. Вот Ваське и пригодились балахонистые платья мамы Гали. Катя спокойно и где-то даже нудно растолковала Ваське зачем это надо.

– Я вот только с ними контакт наладила и переживаю что они снова доверять нам медикам перестанут. – Мм… даже не знаю, как объяснить… в некоторых поселениях детей много и раньше они врачей вообще к себе не пускали опасались. – А мне уже доверяют и тебя примут не бойся! – Самое страшное, что они могут сделать это просто тебя не впустить. – Многие затворников лесных сектантами зовут, но это не наше дело, а вот если что случится и нам по шапке прилетит… поэтому тут как по минному полю. – Ничего не говори только по делу, не критикуй не учи жизни. – Люди там в глуши немного одичали, но мы же их не оставим без помощи, правда ведь.

Васька понятливо закивала головой. Она не хотела, чтобы про нее говорили, что отказывает в помощи. Хоть она и не врач, а умеет многое.

– Вот и молодец, – с облегчением подытожила Катя, – и тебе несложно и им приятно. – Запомни просто, люди у нас хорошие, а где и немного странные … так куда без этого. – Не бойся и все у тебя получиться.

Хоть Катя и предупреждала Ваську, но той первое время было все в диковинку и порой увиденное удивляло ее той необычностью, которую не встретишь в городе. Иногда Ваське даже казалось, что она попала в прошлое или присутствует на сьемках исторического фильма про глубокую старину. Взять к примеру тот же Волчий лог! Когда Васька первый раз добралась до него, то просто была ошарашена. Другого определения для ее состояния не подобрать. Шла она долго по схеме, которую для нее на бумажке набросала Катя. Сначала закончилась дорога. Вернее, это Васька для собственного удобства называла дорогой обычную широкую, наезженную полосу твердой, пыльной земли. Затем дорога завернула в лес и кончилась. Васька сначала растерялась заглянула в схему и дальше дорога в ней была обозначена пунктиром. Девушка огляделась и нашла утоптанную тропку по которой пришлось очень долго идти по лесу. … А, когда Васька решила, что все она заблудилась и уже точно потерялась … даже испугалась, то перед ней вырос старинный частокол из заточенных кольев, который окружал небольшую крепость. Ну, это ей конечно с перепугу так показалось. Крепость оказалась высоким основательным из толстых бревен огромным домом выглядывавшим яркой крышей из-за частокола. … Еще и место вокруг глухое, звери дикие и как-то неуютно вокруг. Летом то здесь скорее всего красиво и приятно, а сейчас поздней осенью уныло и тревожно. Уже позже до Васьки дошло что частоколом люди защищают свои дома. Как говорится, что было под рукой то и приспособили для ограды, а первое впечатление конечно ее напугало. Ведь если подумать, то не из метала же им ограды строить попробуй сюда еще современные строительные материалы по лесным тропам дотащи. Даже яркая и как показалось Ваське современная крыша оказалась сделана из досок только свеже покрашенная. Васька в длинном платье да замотанная в два платка (тонкий и шаль сверху) вписывалась в этот пейзаж идеально. Представить здесь в «Волчьем логе» девушку в мини и на каблуках у Васьки фантазии не хватило. Она обошла потемневший от времени частокол и наткнулась на огромные ворота, которые открыть может явно только сказочный богатырь … и не сразу заметила небольшую калитку рядом. А пока она оглядывалась, да осматривалась калитка открылась и из нее вышел крупный, весьма колоритный и сердитый мужчина. Он такой огромный, заросший, с длинной бородой, но что удивительно в обычной рубашке и рабочем сильно замызганном комбинезоне. Васька ойкнула от неожиданности и видимо от испуга затараторила со скоростью пулемета. Сразу рассказав ему что зовут ее Василина и она новая медсестра на их участке и пришла прививки детям поставить. Он ее выслушал, попытался ей улыбнуться, что получилось у него страшновато … и тоже представился только более степенно. Назвался Владиславом Ивановичем и добавил, что он старший этого поселения. И что они ее ждут! Ведь милая докторша Катюша их предупредила о приходе новой медсестры, и они все уже стали переживать что она заблудилась, места то у них тут дикие. Вот он и вышел ее встречать или искать.

Васька от страха ему заулыбалась и радуясь тихо про себя что не встретила его по дороге раньше. Так как на узкой тропинке в глухом лесу наткнувшись на это заросшее чудище она не раздумывая ломанулась бы, не глядя куда и как можно быстрее. А так можно сказать она уже к нему привыкла и почти не боится.

Внутри частокола оказалось, что домов пять и все они связаны между собой переходами и они Ваське показались такими невероятными что она пару минут, неприлично таращилась открыв рот. Что говорить открывшаяся картина впечатляла особенно ее городскую жительницу. Сложенные из круглого бревна высокие, просторные дома в два этажа к каждому идет резное крылечко, на небольших окошках затейливые кружевные, деревянные ставни. Картинка как иллюстрация к русской сказке. Но в терема ей войти не предложили. Мужчина аккуратно постучал пальчиком по плечу ошалевшей Ваське и отвел ее к одноэтажному просторному обычному дому в середине поселения, пояснив.

– В свои дома мы чужаков не пускаем, а вот в гостевом доме, пожалуйста, располагайся. – Тут у нас и комната под медпункт есть … если нужно ночевать, то оставим и покормим.

При словах покормим у Васьки громко забурчало в животе, и она вздрогнула и покраснела, а мужчина понятливо улыбнулся.

– Дорога длинная и самое то покушать. – В доме тепло, пока отдыхай, умывайся, счас на стол соберут поешь, а потом малышню и осмотришь.

Сам он в гостевой дом входить не стал что бы ее не смущать. Девушка робко потянула входную тяжелую дверь. Дом внутри оказался просторным с небольшими окошками и разделенный на три части комнаты печкой посередине. Рукомойник у стены со свежим белоснежным полотенцем. Прямо у печки Васька увидела самодельный стол с лавками. Она разделась, умылась и прошла дальше. Одна из комнат на замке, а ключ висел рядом на гвоздике. Это и оказался медпункт. Третья комната спальня. Вся в полатях, на которых настелены матрацы с торчащим душистым сеном, запах в доме потрясающий в котором смешались нотки свежего сена, хлеба, молока, нагретого дерева и … чистоты такой уютной и домашней. Васька даже осмотрев дом решила, что, когда ни будь здесь заночует. Сон в таком интересном доме и с необычными запахами должен быть чудесным. Медпункт удивил Ваську больше обычными вещами. Стеклянный шкаф с карточками, пачкой чистой бумаги и канцелярским набором. Стол рядом, чтобы эти же карточки заполнять. Холодильник с лекарствами смотрелся в доме немного чужеродно. Весы для грудничков и взрослых, пеленальный столик, обычная кушетка, накрытая белоснежной простыней. Рядом с кушеткой шкафчик с кипой таких же простыней, пеленок и полотенец, в углу умывальник. Стандартный кабинет для осмотра, почти такой же, как и в Березовке. Пока все Васька осматривала в дом вошли с подносами две женщины молодая и пожилая. Пожилая женщина в таком же темном платье, как и у Васьки. На голове у нее плотно завязан простой, белый платок. А молодая статная, смуглая красавица щеголяла в длинной цветастой широкой юбке и белой строгой блузе. И платок на голове у молодки яркий, завязанный необычным тюрбаном. Васька немного с опаской вышла из кабинета навстречу им. Смущаясь поздоровалась, представилась, не зная, как себя с ними правильно вести. Катя на этот счет ей никаких инструкций не давала. Молодка и пожилая женщины засмеялись над Васькиной растерянностью.

– Мы обычные люди, – слегка хлопнула ее по плечу молодка, – просто нам жить нравится в глуши, и мы не любим чужих любопытствующих. – Поверь таких много даже здесь по лесам шарится. – Я Катерина, а это наша старшая Валентина.

Валентина с достоинством кивнула, – гость в дом … радость в нем. – Проходи к столу Василина не стесняйся. – Дорога к нам не близкая, а ты ведь недавно здесь непривычно, наверное, то на такие расстояния вышагивать.

–Это то, да, – согласилась Васька, – но мне нравится. -Здесь так все необычно, интересно.

– «Привыкнешь, легко будет, а ты симпатичная, мы тебе еще жениха найдем, может даже здесь», – произнесла задорно Катерина.

Валентина помалкивала, улыбалась, да расставляла продукты на столе, – Садись дочка покушай, пока все горячее. – Пища у нас простая, но от чистого сердца.

Ваську не нужно было уговаривать, и она с удовольствием покушала борщ с домашней сметаной, картошку с мясом и салом закусывая все толстым ломтем домашнего хлеба с маслом. После еды Васька ушла в кабинет и к ней сразу же потянулись молодые женщины с малышами всех возрастов. Васька привычно осматривала малышей, взвешивала, записывала отмечая кому нужно. Ставила прививки по возрасту и тут же отвечала на вопросы по уходу.

– Надо же, – удивилась она после приема глядя на толстую стопку карточек перед ней, – вас так много здесь живет.

Катерина, помогавшая ей убирать кабинет рассмеялась, – нет, конечно! – Здесь живет только малая часть нашей общины. – Многие семьи там дальше в лесу живут в своих поселениях. – Просто, мы с Катей врачом договариваемся о приеме на определенный день поэтому то и много людей набирается. – Ты же не будешь по лесу за каждой семьей бегать.

С Катериной Васька легко нашла общий язык, и они еще какое-то время посплетничали о местных происшествиях. Васька невольно стала разносчицей многих новостей. Ей ведь приходилось регулярно обходить все деревеньки и поселения, и она знала все что происходит в округе. Но девушка никогда не опускалась до уровня сплетен как это часто бывает в глухих деревушках. Рассказывала новости только о том, что сама видела и никогда никого не обсуждала из жителей приговаривая что кто как живет ее не интересует… и ее сразу за это стали уважать. А кому бы понравилось если бы медсестра, выходя из очередного дома тут же стала осуждать его хозяев или рассказывать их тайны.

– Ты нам понравилась», – сказала Катерина Ваське на прощание. – Так что в нашем селении тебе всегда рады будут приходи в любое время без опаски.

Обратно Ваську проводил до большой дороги молчаливый рослый парень, а еще через пару дней ей с попутной машиной передали с «Волчьего лога» в подарок мешок картошки, увесистый сверток со свежениной и ломтями свеже соленого сала. Так и повелось. Иные пенсионерки уже к приходу Васьки готовили нехитрый подарок. Обычно собирая в уже готовый пакет или сверток яйца, овощи, молоко, сметану, да масло. Теперь холодильник у Васьки всегда заполнен продуктами, а она спокойно откладывала свою зарплату планируя как ни будь съездить в Тамбов за покупками на весну. Деньги мамы Гали она тратить не хотела, а в деревенском магазине продавали простые, самые необходимые вещи. Ваське хотелось купить именно хорошие, дорогие вещи к каким она привыкла, живя в городе. Вот она и решила доносить все что привезла с собой, а весной полностью обновить гардероб.

Зима для Васьки пролетела непривычно быстро. Раньше живя в городе она в это время года всегда хандрила буквально, стараясь как можно быстрее прожить этот временной отрезок. Зима на улице и метель в голове вгоняли ее в хроническую депрессию. Сейчас же все как-то незаметно изменилось, как, впрочем, и все в ее жизни. Каждый день шагая от дома к дому, общаясь с людьми, слушая их рассказы Васька поняла это ее место и такая жизнь ей нравится. И самое главное она здесь нужна! Сначала ей непривычно было ходить в валенках. Но, что делать в ботиночках или сапогах ходить на такие огромные расстояния слишком холодно. К концу зимы Васька освоила уже весь свой огромный участок со всеми его поселениями. Работа тяжелая спору нет. Все – таки походи-ка на такие расстояния в мороз зимой, в жару и дождь летом. Но Васька никогда не жаловалась и не отказывалась понимая, что по пустякам здешние люди беспокоить не будут. Селяне стеснялись беспокоить врача и медсестру как им иногда казалось по пустякам, поболит да пройдет.

И Васька часто ругалась на своих пациентов выговаривала им, – нет бы, вызвать врача или самому на осмотр приехать пока только болеть начинает. – Ан, нет, нужно дотянуть пока не сляжете. – А уж в больницу лечь так и совсем вас не заставить.

Очередной пациент стыдливо оправдывался, – как же Васька можно то хозяйство на кого бросишь.

Васька хоть и ругалась, но тоже понимала проблемы деревенских жителей. Почти в каждом доме коровы, козы, свиньи, куры и прочая живность. Перечислять замучаешься. Животных даже на день не бросишь и это зимой, а летом огород кормилец внимания требует. Без своего хозяйства не проживешь в деревне. Вот и приходилось Ваське бегать каждый день ставить уколы, а что делать? Не бросать же больного на авось. К Ваське как к «приезжей» и еще и «городской» относились сначала настороже. Ждали, что новенькая медсестра не выдержит такой работы и сбежит обратно в город. Но дни шли за днями, а Васька постепенно прикипала душой к этому интересному краю и его людям. Хорошим, но очень уж суеверным.

Часто она слышала советы от соседки, Кати или просто односельчан, встречающихся ей по дороге, когда она торопилась в дальнюю деревушку или поселение, – ты ежели что Василинка оставайся там ночевать. – Нечего в такую ночь домой то идти если задержишься. – Не дай Бог! прихватит тебя по дороге «Ледяной старик или слуги его» … беда будет, уведут они тебя погубят. – А лучше переночуй в тепле да утром по светлу спокойно домой вернешься.

Но Васька хоть и слушала, но спать хотела дома и убегала дальше, посмеиваясь по дороге над суеверностью людей. Надо же такое придумать Ледяной старик! Лучше бы вместо их страшилок мешок подарков от Деда Мороза получить. … Но однажды она здорово напугалась, возвращаясь домой уже в темноте в морозную ночь. Вдруг пошел сильный снег с ветром и все вокруг закрылось белой пеленой. Дорогу стало видно плохо, а затем вокруг нее тут же закрутились вьюжные снежные буранчики. Буранчики вились около нее как приклеенные или… разумные и Ваське невольно стало зябко на душе, и она прибавила шаг стремясь быстрее выйти к жилью. А тут еще ей послышались тонкие звенящие голоса, которые пели то вразнобой то слажено уговаривая ее пойти с ними. Голоса буквально зазвучали у нее в голове становясь все более четкими обещая награду и покой. Васька испугалась не на шутку и так припустила домой, что сама не ожидала от себя такой прыти. Только она вступила в село и увидела освещённые дома как страх тут же исчез, а голоса смолкли, исчезла тревога. Уже дома в тепле еще и кутаясь в одеяло и с кружкой горячего чая в руках Васька подумала и решила, что ей все это почудилось.

Да в таком постоянном движении была своя прелесть. Ей нравилось ходить одной размышляя о своей странной жизни о маме Гале. Весной уже, она как то, возвращаясь с маленькой деревушки Малиновки и топая вдоль дороги и любуясь еще голыми в набухших почках деревьями вдруг вспомнила прошлое и даже остановилась от неожиданности. Они ведь с мамой Галей часто ездили в лес собирать почки и травы примерно в такое же время года. Воспоминания, нахлынули совершенно отчетливо и она аж присела на обочине пытаясь разобраться в них. Васька буквально увидела перед собой пучки свежесобранных трав и почувствовала их запах. Они с мамой Галей подвешивали их на веревочках по всей квартире для просушки. Когда травы подсыхали она помогала маме Гале толочь травы и полученный порошок рассыпать по подписанным небольшим мешочкам сшитых из старой одежды. Мама Галя лечила людей и называла себя ведьмой Она ведь и Ваське свела все шрамы с лица и тела за короткий срок. Но это же невозможно, – отчетливо поняла Васька. Она то хоть и не врач, но знает, что от таких шрамов какие у нее были ей, понадобилось бы прибегнуть к пластической хирургии. … И все равно бы шрамы хоть и тонкие, но остались. Васька панически ощупала свое лицо, нет ничего кожа гладкая на лице и по всему телу. Может ее просто память подводит и ей показалось, что шрамы у нее есть… или были…. Она наверняка долго лежала в больнице в забытье и все перепуталось в ее голове. Тем более наверняка ей кололи много обезболивающих лекарств вот ей всякое странное и казалось. Она и сама теперь не понимает насколько ее воспоминания реальны. Да и мама Галя разве могла быть ведьмой и готовить на дому непонятные лекарства и мази! Такого же не бывает. И хоть Васька упрямо твердила себе, что все ее воспоминания о больнице навеяны лекарствами в душе понимала, что все так и было и ей это нужно принять. Скорее всего, мама Галя была просто хорошей травницей и умела многое что недоступно врачам. Это конечно тоже звучит фантастично, но лучше, чем ведьма. Да и существуют ли Ведьмы настоящие, не считая конечно шарлатанок. Для Васьки слово «ведьма» ассоциировалось со старухой с длинным носом и остроконечной шляпе верхом на метле. Так и не придя, к какому-либо выводу Васька решила подождать с выводами. Вдруг она вспомнить что то, что все объяснит логично. Ее памяти пока доверять не стоит, а то она уже себе вон сколько насочиняла.

Весна быстро окрасила деревья и траву в яркий нежно зеленый цвет и такая красота оказалась вокруг. Пьяняще сладкие запахи непрерывно цветущих трав и цветов вызвали непонятные, казалось давно забытые чувства и дарили ожидание чуда и перемен в Васькиной жизни. Как-то Катя забежала к Ваське вечером домой. Васька тут же кинулась собирать на стол. Почаевничать они с Катей любили жаль, что только такая возможности им выпадала редко. Они же все время друг за другом ходят как нитка за иголочкой. Катя прием ведет, а Васька за назначениями следит и порой даже поболтать, и посплетничать о своем о девичьем возможности нет.

Катерина, непривычно нервничая и немного запинаясь попросила Ваську.

– Тут совсем крохотная деревенька есть в лесу «Дальние вяжи». – Э-э- э так вот там мужик простыл сильно, я подозреваю, что у него пневмония, но он уперся как баран и больницу ложиться не хочет. – Я ему первую систему поставила и уколы, но к нему с неделю еще бегать надо. – Наблюдать его обязательно надо, переживаю что он назначения выполнять не будет и… сама понимаешь, чем это кончится, а отвечать мне. – Вот я тебя и прошу только им заниматься. – Дорога дальняя может, там поживешь пока чтоб каждый день не ходить, а я тут пока за всеми больными присмотрю.

Васька посмотрела на встревоженное Катино лицо и попыталась успокоить подруга, зная, как она переживает за всех пациентов. – Не переживай ты так, присмотрю и все сделаю как надо.

Васька говорила и все подставляла поближе к Кате вазочки с вареньем, печеньем.

– А ночевать я дома привыкла. – Бегаю я быстро и все успею. – Просто ты мне раньше про эти «Дальние дали» ничего не говорила.

– «Дальние вяжи», – поправила ее Катя. – Сама никак не привыкну. – Эта деревня умирающей была, а тут пару лет назад как фермеры ее облюбовали, поселились в ней, расстроились, семьи перевезли… и вот оказалось, что по участку теперь они тоже на нас. – А что с ночевой там оставаться не хочешь, – Катя вздохнула. – Ну твое конечно дело, я тебе все приготовила, договорилась хотела, как лучше. – Там в доме фермера часть лекарств оставила, чтоб тебе меньше таскать. – Через лес ходить не люблю всегда плутаю, но дорога в деревушку либо через него …, либо в объезд. – Видно Леший, меня невзлюбил за что – то, вот и путает все время, – огорченно махнула рукой Катя. – Ну а я вот что хотела сказать! – Так-то там ничего такого опасного, – Катя снова замялась, не зная, как ей выразить свои опасения словами. – Только прошу тебя отнесись серьезно… будешь идти по лесу и услышишь колокольный звон… беги быстрей от него и не оглядывайся! – И главное не вздумай на звон пойти говорят он случайных прохожих манит к себе.

«Васька только руками всплеснула и недоуменно взглянула на Катю, – шутишь, что ли или смеешься надо мной», – произнесла она сердито. – Не ожидала от тебя…

– Ну что ты Васька, просто то я местная и … можно сказать слышала эту историю не раз. – Да и люди в тех местах пропадали странно, вот и переживаю. – Я ж не знаю, что там и к чему, – заюлила Катя избегая смотреть на Ваську.

– Ты расскажи мне все подробно, а то я не знаю ваших сказок.

–Это местная страшилка, а уж что в ней правда и сама не знаю, – уже спокойно заговорила Катя. – Там дальше еще этих «Дальних вяжей» было до советской власти большое село, толи Капитоновка, то ли Антоновка… и церковь там была большая. – А-а-а … революция, когда началась по легенде два местных брата, говорят про них всякое… вроде как они натуральными бандюками были … и при любой бы власти такими же и остались. – Но они уехали в город и там вроде как в комиссары подались, а потом решили в своем селе церковь ограбить. Катя засмущалась, – по слухам в той церкви много добра было … село то богатое. – Приехали, они значит в это село и как раз на вечернюю службу попали. – Они попа, то выволокли из церкви и стали его пытать, где он сокровища прячет и заодно что ценного в церкви было все подсобрали. – Местные жители говорят в церкви много окладов на иконах в золоте да серебре было, подсвечники какой-то редкой красоты и пожертвования в золотых украшениях и монетах. – Хотя я сомневаюсь честно говоря… народ у нас тут никогда особым богатством никогда не владел что бы такие дары в сельскую церковь жертвовать. – Так вот братья эти ограбили церковь и священника зверски замучили. -Долго они над ним издевались перед тем как убить, а сельчане то никто и за него не заступился. – Все попрятались и только подглядывали как священник умирал. – Ну и дальше все как обычно в таких историях… священник тот проклял и бандитов этих и сельчан. – Бандитов этих вскоре красные же и шлепнули прямо там у церкви, а в селе вдруг мор начался поголовный. – Болезнь непонятная на всех свалилась и только местных косила. – Вроде и докторов много понаехало, а все равно не помогло. – И всех жителей села там же на погосте и схоронили без прощения и покаяния. – Жить в этом селе никто больше не захотел, и со временем оно захирело и заросло лесом и исчезло. – Теперь говорят, что раз в год в начале лета… именно в тот день, когда священника убили еще засветло начинает звонить колокол и звон стоит до темноты непрерывно. – Пока светло от колокольного звона сбежать еще можно. – А чуть смеркается все покойники встают и идут к церкви просить прощения у священника, а он их не слышит. – Если кто это увидит там с ними и остается. – Неприкаянные души уже не отпускают чужака надеясь, что он сможет докричатся до священника и выпросить прощение и покой всем жителям.

Катя замолкла испуганно, а Васька, не удержавшись ехидно улыбнулась в ответ.

– Помню в школе в младших классах обычно рассказывают подобные страшилки. – Ты бы Катя еще про черную руку или гроб на колесиках рассказала, как раз в тему только колорит сельский. – Даже не ожидала Катя такого от тебя. – Давай ка лучше я тебе еще чая налью, – примиряюще заметила Васька увидев, как расстроилась Катя.

Катя явно обиделась, но произнесла примиряюще, – в нашей глуши и не такое расскажут, а вот звон колокольный многие слышали. – Поэтому и прошу тебя, берегись… так на всякий случай. – Тебе смешно, но что-то в этих рассказах есть и знаешь … э-э-э места у нас не простые… – И еще верь не верь, но завтра праздник большой Троицы, а за ней начинается русалочья неделя и я тебя очень прошу не ходить обратно вечером через реку. – Так-то конечно тебе ближе идти в «Дальние вяжи» через старый мост за селом. – Каждый год в это время девушка там тонет, и сама понимаешь… может все это и суеверие, но ты людей то слушай. – В другое время там безопасно, но вот эта неделя вся в их власти.

– А ты видела русалок? – не удержалась Васька от вопроса.

Тем более Катя так уверенно рассказывала все эти истории и, если подумать не зря же люди назвали русальной неделей время после троицы. Васька уже и не знала верить ей или нет. С одной стороны, суеверие, но сама Васька немного запуталась. Ей ли рассуждать о таких вещах если ее приемная мать ведьма.

Катя же задумалась. Видно было, что ей хочется рассказать о чем-то Ваське, но она стесняется. Но девушка помаявшись решилась рассказать.

– Не здесь, а у нас дома у реки. -Однажды перед учебой в институте еще пошли мы с девчонками вечером к реке. – Темно уже было и …, Катя задумалась, не зная, как продолжить рассказ. – Мы услышали смех у воды… спрятались. – Там кусты на берегу на берегу и вот мы в них и засели. – Сложно сказать, что мы видели, но страшно нам стало. – Вернее мы силуэты в воде увидели женские и чужие… ну понимаешь вроде лиц мы не видели. Но когда всю жизнь на одном месте живешь всех местных уже по походке угадываешь и по голосу, а там в воде плескались чужие девушки или те, которых мы не знали… ну утопленницы. – Мы испугались и убежали. – Только вот этим дело не кончилось, – пригорюнилась Катя. – Моя подружка потом стала над нами смеяться, что мы суеверные … ну вот как ты сейчас. – И она решила вечером сама сходить на реку одной и нам доказать какие мы темные, а на другой день мы узнали, что утонула она. Катя совсем как-то замялась и выдавила, – неделю ее тело искали, да так до сих пор и не нашли. – Может и совпадение, но ты считай, что я за тебя переживаю… и ходи пока в обход.

– Да, с вами тут точно не соскучишься и куда я попала! – улыбаясь воскликнула Васька решив перевести разговор в шутку.

Она уже поняла, Катя все эти истории считает настоящими и ей самой неудобно пугать Ваську и не предупредить не может.

– Зимой ледяной дед вместо подарков прохожих морозит до смерти… тут русалки утопить хотят, а в лес пойдешь так поп мертвый всех к себе тащит под колокольный звон. – Как жить то страшно. – Не огорчайся Кать, – попросила Васька расстроенную девушку. – Хорошо, я буду обходить старый мост и на колокольный звон убегать. – Сама боюсь всего непонятного и точно не буду искать приключений.

Настроения эта перепалка обоим им не испортила. Девушки почаевничали, уминая сладости тем более полнота пока им не грозила с такой-то работой. Обговорили все местные новости. Вскоре Катя ушла домой, а Васька стала собирать рюкзак на завтра. Девушка теперь постоянно брала с собой продукты и воду. Ходить приходилось много и тут уж не до диет. Наоборот, Васька кушать постоянно хотела. Первое время она частенько забывала взять с собой еду и мучилась от голода. Но теперь она уже привыкла каждый день укладывать свежие продукты в рюкзак, чай или кофе в термос и обязательно бутылочку воды. Ее конечно везде кормят обязательно и на обратную дорогу продукты дают, но свой запас как известно карман не тянет. Вниз рюкзака в плотной коробке она сложила лекарства, а сверху еду. Как устанет в дороге то отдохнет и перекусит спокойно.

Утром Васька вышла очень рано. Она всегда так вставала если нужно идти далеко. Утром то свежо и двигаться легко. Солнце только стало выкатываться, когда Васька вышла из дома и бодро зашагала, держа в руках на бумажке нарисованную Катей карту. Катя вроде закорючками обозначит направление дороги и повороты, а Васька что удивительно еще не разу не заплутала по этим каракулям. Она здесь уже полгода живет и все самой себе удивляется. Раньше, когда жила в городе всегда поспать любила, а здесь встает до солнышка весь день на ногах и бодрая. Ага, а вот и тот самый старый мост. В этой части села Васька бывала редко. Знала, что тут есть старый пешеходный мост, от которого шла прямая тропинка в заброшенную деревню. Но вот не думала, что будет у нее надобность искать то село, а оно оказывается снова ожило и это хорошо. Жаль, что деревни стали вымирают. Ваське нравилась жить здесь и в город совсем не тянуло, а так-то молодежь уезжает часто и насовсем. Они с Катей тут скорее диво дивное. Всех даже местных жителей удивляет что две молоденьких девочки с удовольствием живут и работают на огромном участке и не пытаются сбежать в город. Васька с опаской ступила на старый деревянный мост через реку, а что красиво здесь и самое место для русалок. Река была небольшой, но глубокой и рыба в ней водилась. Летом в этом месте находился пляж, и все деревенские жители купались. Место уютное, берег отсыпан золотистым песочком. Даже стоят деревянные лежаки и зонтики. Васька и сама с нетерпением ждала лета что бы понять каково это купаться в речке в грязноватой не хлорированной воде. Она ведь до этого только бассейны посещала и купание в речке для нее это экстрим. И глядя на реку и берег Васька никак не могла себе представить танцующих на воде при луне русалок и тем более представить, что они еще и топят девушек, решивших погулять в неурочное время. Речка мерно журчала, пенилась неся куда-то торопливо мутные воды. Катя говорила, что вода только весной и осенью мутная и-за того что в реку попадает много снега, а чуть позже она станет прозрачной и спокойной. За речкой следят местные жители и купаться в ней вполне можно. Впрочем это и так заметно по ухоженному пусть и немного старомодному пляжу. Васька дойдя на середину моста не удержалась свесилась с перил разглядывая текущую воду. Красота то какая! Берега зеленые в зарослях цветущих кустов. На отмелях заросли камышей шуршали от ветра. Так бы стояла и любовалась никогда ей не надоест на реку смотреть. Васька с сожалением перешла мост и вышла на дорогу к лесу. Дорога действительно была длинной и Васька уже отмахав непонятно сколько километров по лесу присела на пенек перекусить. Достала термос и большой пакет с бутербродами, когда услышала позади себя шорох и покашливания. Оглянулась и увидела старика в рваной телогрейке и ватных штанах в заплатках, забавной шапке ушанке на одно ухо и обутого в старые протоптанные валенки.

– Ох, – испуганно вскрикнула она. – Я испугалась никого рядом не слышала и вдруг вы выходите. – Доброго дня вам дедушка! – Может со мной перекусите у меня тут бутерброды да чай есть.

– А не откажусь дочка, – не стал скромничать старик, – люблю хлебушек поесть. -Давно такого не пробовал домашнего да свежего.

Он присел рядом на такой же пенек и откуда тот взялся Васька даже не поняла. Может и не увидела. Она достала хлеб, нашла конфеты м сахар в небольшом пакете. Увидев, как дед с осторожностью взял кусок хлеба стараясь не рассыпать крошки тут же предложила.

– А я вам его и оставлю весь, – тут же засмеялась Васька, – и мне легче дальше идти и вам хорошо. – И конфеты с сахаром еще себе возьмите.

Дет тут же кивнул согласно. Васька поняла, что он где-то в лесу живет и видно тяжело ему ходить в село в магазин. А ей что жалко, что ли поделится со стариком тем более страха и тревоги он у нее не вызывал.

Она тут же представилась деду, – я Василина, медсестра иду в «Дальние вяжи» уколы фермеру ставить, но вы меня просто Васькой зовите. – Ага слышал я, что Иван заболел, – проговорил дед, споро жуя кусок хлеба с конфетками. – Перегрелся ранней весной на солнышке и продуло его тут же, – поддержал разговор дед. – Меня то дочка зовут Архип Пантелеевич, и я здесь местный «Хозяин леса».

Васька покивала в ответ деду головой, но толком его не поняла. Каких таких лесов он хозяин? Да со старым что спорить пусть хоть как себя называет.

– Ты дочка необычная и искра в тебе есть … да яркая, но как пеплом присыпанная и что-то тебя давно мучит, что-то у тебя болит, – неожиданно произнес странный дед, поглядывая на нее внимательно.

Васька почувствовала, что он не просто так с ней заговорил, он чувствует ее боль и не будет смеяться над ее историей. Сначала она конечно насторожилась над словами деда. Да как-то непонятно для себя рассказала ему свою историю…, и сама удивилась этому. Ведь всегда все в себе держала, а тут деду непонятному все рассказала и ей самой легче сразу стало.

– От – то как еще бывает то, – удивился дед, – надо же вроде много я чего знал, а вот с таким еще не сталкивался. – И ты хочешь память вернуть, да все про себя узнать? – Я тебя правильно понял.

– Да, – воскликнула Васька, – только не знаю, как это сделать… завесь снежная перед глазами все время стоит и не больно вроде, и не пускает.

– Может, ну их эти воспоминания, и так живешь да радуешься, а вспомнишь больно будет. – А-а-а вдруг там что страшное что ты не вытерпишь.

– Нет, – твердо сказала Васька, – пусть лучше так, чем мучиться непонятным. – Я ведь не знаю, кто я и откуда. – И чувствую себя и-за этого какой – то не целой. – Жаль только, что помочь мне нельзя.

Васька встала с пенька. Достав пакет, она тут же сложила в него все что обещала деду и протянула ему. Сама же с явным удовольствием закинула полегчавший рюкзак на плечи.

– Спасибо Вам Архип Пантелеевич за разговор и что выслушали, и мне легче стало, я ведь еще не с кем о себе так просто не говорила. – А мне пора! – Ведь ждут меня, побегу я… и еще я тут какое-то время бегать буду может вам купить что надо. – Мне не трудно вам носить.

– Беги дочка, – попрощался старик, – а так не переживай мне ничего не надо. – Приятно с тобой посидеть было.

И про себя тихо добавил, – вот ведь беда и помочь то ей можно, а вот боюсь, что хуже сделаю. Девчонка то хорошая, а как узнает свое происхождение может и к тьме переметнется.

Васька удивилась что так быстро вышла к селу. Дорога по карте Кати длинная и вроде как ей еще топать и топать. Деревня оказалось совсем небольшой, но основательной. Васька удивилась, войдя в селение увидев столько много людей вокруг и ребятишек разного возраста шумно бегающих по единственной улице. Видно, что дома в селе отремонтированы не так давно и даже краска кое где на домах и заборах не успела выцвести и нахально блестит по контрасту с разрушенными старыми домами. Часть деревушки была еще не жилой и полуразрушенные избы слепо таращились на жителей словно упрекая, что про них то забыли. Медсестру ждали и первый же прохожий, а проще правящий забор мужичок небольшого роста сразу указал на огромный дом больного фермера Ивана. У калитки дома Ваську уже ждала мятущаяся от беспокойства жена хозяина, симпатичная молодая женщина Наташа. Она, завидев Ваську обрадовалось, представилась и сразу же повела ее в дом. Васька оглядела дом с восторгом все здесь сделано на совесть. Огромный, уютный дом явно на большую семью, ухоженный двор. Да и в самом доме все устроено по – городскому, то есть благоустроено. Отопление только не газовое как у Васьки в селе, а на дровяном котле. А так все точь-в-точь, как и в городе. Даже обстановка в доме напоминает ухоженную квартиру. И конечно огромная спутниковая тарелка на крыше. Наташа, поймав удивленный Васькин взгляд рассмеялась.

– Все удивляются… глушь такая вроде, а живем не хуже городских. – Только вот Иван простыл… и сколько терпел, скрывал от меня что болеет… запустил себя. – Мужики они как дети думают само все пройдет и … запускают болячки.

Иван лежащий в спальне на огромной кровати действительно выглядел плоховато, но Васька знала, что ему накануне было намного хуже. А после того как Катя его прокапала и обколола лекарствами состояние еще тяжелое, но жить будет … если удерживать его в постели. Иван от лекарств выглядел сонным и лежал спокойно со всех сторон обложенный подушками и одеялами.

Жена Наташа убрала пару подушек что бы Васька получила доступ к телу мужа и пояснила, – он так мечется боюсь, что упадет во сне.

Васька поставила капельницу больному прикрепив мешок с лекарством к высокой резной спинке кровати. Наташа пригласила ее в просторную гостиную оставив дверь спальни открытой. Как капает лекарство и что делает пациент видно и с удобного дивана в гостиной. Медики редкие гости в селении и к дому фермера уже потихоньку выстроилась очередь в основном их женщин. Они по очереди не торопливо заходили на прием к Ваське. Кому давление померить, с кем поговорить, кому чего посоветовать. Так между делом Васька успела перекусить, поболтать с Наташей и со всеми пациентами попутно меняя мешки капельниц. Да и любопытство никто не отменял и всем жителям интересно хоть глазком глянуть на новую сестру тем более они чужих людей у себя видят редко. Перед уходом еще наставив необходимые уколы Васька предупредила, что завтра еще придет. Хоть больному и стало немного лучше, но ему нужно пока беречься и не в коем случае не вставать с постели. Ему нужен отдых несколько дней.

– Это то и беда, – запричитала Наташа, – сам от слабости встать еще не может, а уже рвется в поле работать. – Может, у нас переночуешь, – попросила Наташа, – что ноги то туда – сюда топтать.

Васька не хотелось покидать гостеприимный дом, но ее тянуло к себе. Как объяснить милой женщине что ей настолько надоели съемные, чужие квартиры что она всегда старается вернуться под свою крышу. Местные жители не понимают почему она всегда спешит домой. Она то никому не рассказывала историю своей жизни… ну кроме, пожалуй, этого странного старика в лесу. Только здесь в Березовке Васька поняла значение слов «мой дом» и в ее душе поселился страх потерять его. Она и сама бы не могла объяснить словами свои чувства. Боялась, что если не вернется домой, то домик исчезнет или растает. Она понимала это глупый страх, но пока пересилить себя не могла.

– Нет, я домой, привыкла уже бегать и от меня не убудет, – привычно отмахнулась Васька собирая рюкзак.

Наташа ей в дорогу приготовила продукты и воду. Уже перед уходом Васьки Наталья, звонко хлопнув себя по лбу принесла каравай хлеба, завернутый в чистое полотенце и попросила оставить его в лесу где ни будь на пеньке Лесному Хозяину.

– Это для Архипа Пантелеевича, – обрадовалась Васька, – мы с ним виделись утром…, и я так быстро да вас дошла удивилась даже.

Наташа удивленно вскрикнула и произнесла, – вы уже познакомились с ним? – Ну, тогда отнеси еще обязательно, да скажи вслух что это от нас с Иваном. – Он может тебе и не показаться… просто положи каравай на любой пенек … да скажи вслух и иди себе спокойно, обещаешь!? – повторила Наташа, настойчиво глядя Ваське в глаза.

Васька удивилась эмоциональности хозяйки и ее немного странной просьбе, но спорить не стала, пообещав все сделать как надо. Решив про себя, что хозяева так часто оставляют одинокому деду хлеб. Скорее всего он диковатый и не ко всем выходит, а раз с ней заговорил, то чего отказываться. Васька заторопилась и споро пошла по тропинке в лес. Уже далеко от дома она увидела сбоку небольшую поляну с широким пнем.

Васька вытащила каравай осторожно и аккуратно выложила его на пенек и произнесла, чувствуя себя немного не совсем нормальной, – Лесной Хозяин Архип Пантелеевич вам от Ивана и жены его Натальи просили передать вам этот каравай!

Что-то вокруг нее тут же зашуршало, зашелестело и Васька быстро – быстро побежала по тропе боясь, что ее разыгрывают. И что удивительно утром дорога длинной была, а вечером только вроде вот из дома Ивана вышла и вон уже Березовка виднеется. Да еще засветло из леса вышла и поэтому не стала мудрить и пошла без опаски обратно через старый мост. Катя ведь сказала опасно ходить по темноте у реки, а она по светлу успела сегодня вернуться.

… И так всю неделю она бегала туда – сюда и даже подружилась со странным дедом. Васька теперь специально собирала в дорогу бутерброды и конфеты. Сахарок рафинад купила узнав, что старик его любит. Каждое утро на полянке рядом с тропкой они пили чай с лесным Хозяином. А возвращаясь домой Васька оставляла там же каравай хлеба и что удивительно в дороге совершенно не уставала. И от общения с забавным дедом у нее легче на душе становилось и вроде как старые душевные болячки стали подергиваться корочками.

… А, тут как-то Васька задержалась в «Дальних вяжах» почти допоздна. Деревенские старушки в отличие от городских почти не досаждали Ваську жалобами на жизнь и перечислением хронических болячек. Большие хозяйства в каждом доме заставляли старушек забывать о всех своих немощах, и они скрепя и охая постоянно были заняты. Так-то они находили время обсудить последние сплетни между делом. Тем более насмотрятся по вечерам в телевизоре неведомую им яркую и фантастическую жизнь в сериалах так обязательно соберутся ее обсудить. Важно рассуждая что в них правда или все же увиденное выдумка. Васька уже домой собиралась, как прибежал мальчишка лет десяти и попросил посмотреть бабку Лиду.

– У нее голова несколько дней кружилась да болела, – радостно возвестил он Ваське, – а сегодня она встать не смогла говорит, помирать буду.

Взрослые возмущенно зацикали на мальчишку, а Васька стала торопливо собирать лекарства.

– Пойдем, отведешь меня к Бабе Лиде, осмотрю я ее.

Мальчишка радостно заскокал по дороге впереди Васьки. Все происходившее вокруг радовало его, но не от того что он бабке смерти желал. Просто гордился что оказался в центре события. В их деревушке мало что происходят, а тут бабка Лида помирать собралась! Интересно же.

Бабка Лида жила в стареньком, но ухоженном небольшом доме почти на окраине деревни. Мальчишка довел Ваську до крыльца и уселся во дворе дожидаться, что же будет дальше. Помрет бабка или нет он все равно первый узнает. В доме у бабки все просто и чисто. Васька по домотканым половичкам дошла до кровати, стоящей за печкой, где и лежала бледная и слабая баба Лида. Она только глаза открыла, увидев над собой Ваську на что-то большее сил не хватило. Васька осторожно ворочая почти невесомую старушку осмотрела ее, послушала, измерила давление и… Оказалось, что бабке Лиде умирать еще рано. У нее давление сильно упало, а так как она к врачам никогда не обращалась и болеть ей некогда было… вот старушка, теряя сознание и решила, что помирает. Васька поставила бабе Лиде укол затем послушав ее еще дала таблетку и сидела с ней рядом пока не стало лучше. Бабка Лида аж запереживала и-за повышенного к ней внимания. Только ей стало лучше она подскочила с кровати и принялась накрывать на стол, не зная, как отблагодарить медсестру за помощь. Васька не решилась обидеть старушку отказом и хоть не хотела, а посидела с ней за столом и заторопилась, обещая зайти завтра.

Тут бабка Лида заволновалась, глянув в окно, глянув в окно, – ты дочка в ночь то не ходи… да еще сегодня… оставайся ночевать. – Сегодня ночь плохая лучше ее в доме переждать, а не в дороге по лесу.

Ваське уже надоели страшные истории, которые ей рассказывала не только Катя. В каждой деревне находились охотники ее попугать местными легендами коих оказалось немерено. Слушая их Васька порой, сама удивлялась богатой фантазии местных жителей. Ее по дороге уже много раз должны были съесть оборотни – волки которых по словам местных жителей здесь бегает немерено. Поймать местные ведьмы, которые часто оборачиваются животными свиньей или кошкой и охотятся в зверином облике за жертвой желая убить ее и тем продлить жизнь забирая себе непрожитые годы. Она уже много раз могла попасть нечаянно в русалочье озеро, которое как известно блуждает где хочет, нарваться на голодных упырей со старых заброшенных кладбищ и еще, и еще столько же всяких страшилок. Девушка просто не в состоянии все их запомнить. Поэтому Васька убедившись, что старушке полегчало привычно отмахнулась от ее рассказов. Оставила бабе Лиде таблетки объяснив, как правильно их пить. Быстро собралась, попрощалась и домой.

Конечно, поживи-ка в таком глухом месте, и сама бы стала суеверной, – размышляла Васька по дороге домой. У меня то в селе цивилизация и город рядом, а тут такая глухомань! Местные жители видят диких зверей чаще чем людей и это летом здесь тоска, а зимой то…, – Васька невольно поежилась вспомнив как ходила по ближайшим деревням одна. Живут тут как в каменном веке… хорошо хоть электричество у них есть, а так бы до сих пор с керосинками сидели и к каждому шороху за окном прислушивались.

Но как Васька себя не уговаривала ей тоже стало страшновато. Одно дело днем по лесу идти красотами любоваться, а вечером то уже все вокруг совсем по-другому выглядит, то есть мрачно и ужасающе. Те же деревья, что утром ей дружелюбно шелестели ветками в сумраке выглядят совсем иначе угрожающе и кажется вот- вот ее схватят. … И шорохи со всех сторон, как будто кто прячется за ветками и за ней следит, а вон там вроде как что-то светится в темноте под густыми сосновыми лапами. Васька неосознанно даже стала оглядываться постоянно и прислушиваться, боясь услышать шаги за своей спиной. Все ей кажется кто – то ее догоняет. … Оттого сразу и не услышала странный звон. Васька притормозила и застыв от ужаса четко и явно услышала бум – бум колокольный звон, который равнодушно и страшно раздавался откуда сбоку от тропинки. Деревья в этом месте росли не густо, но тропинок в сторону откуда доносился звон Васька не углядела. Она даже с тропы сошла, пытаясь понять откуда идет звук колокола только плотная поросль кустов закрывала дорогу в ту сторону. Васька сначала испугалась что уж скрывать, а потом ее одолело любопытство. Захотелось узнать кто же это балуется и людей пугает. В чертовщину она по – прежнему не верила поэтому то любопытство пересилило страх. … А, еще ей вдруг захотелось поймать шутника, который пугает людей используя старые легенды. Васька прям представила, как она снисходительно говорит Кате, – вы боялись, а это местный подросток озорничал и, если бы не ваши предрассудки вы бы его раньше поймали.

Она недолго колебалась. В лесу она уже заблудиться не боялась научилась ориентироваться за то время как переехала. И Васька преисполненная отвагой и праведным гневом тенью скользнула, прячась за деревьями к источнику звуков.

– Вот поймаю этого гада, что людей пугает, да устрою ему кузькину мать, – думала она, вслух больше обращаясь к себе.

Все равно ей страшно и сердечко вздрагивает от каждого удара колокола. Она прошла немного вперед осторожно, раздирая кусты, а кое где и проползая под ветками. И вскоре увидела между деревьями старую поросшую дорогу и тут же услышала странные шаркающие звуки от множества ног. То, что идут люди и много это она поняла сразу. Но. Даже если там люди Васька не стала спешить выходить на дорогу, а решила тихо понаблюдать, выглядывая и-за пышные дерева. Одежда на ней темная неброская и в сумерках ее не видно… и до дороги не совсем близко. Васька прилегла под ветками стараясь не выделяться. Она хоть и хорохорилась считая, что ничего не боится, но к дороге приближаться не спешила. Не зря говорят береженого бог бережет. Даже если это люди пакостят им может не понравится, что за ними наблюдают. Сумерки плотные, но Васькины глаза быстро привыкли к темноте. Вдруг она к своему ужасу приглядевшись увидела вереницу людей, идущих странной шаркающей походкой. Ее как молнией поразило, что других звуков кроме как топот вернее шарканье ног не слышит. Людей много и все они разного возраста и пола. Только лица у них как одно серые без выражения и все одеты в странные рубища и идут все сосредоточено и молча. Вот теперь ей стало по – настоящему страшно. Она уже поняла, что это не розыгрыш и живые люди так выглядеть не могут. Или это действительно покойники из легенды или… она сошла с ума… Боясь закричать от ужаса, она зажала себе рот обоими руками. Хотя сама еще не понимала, что же ее так пугает. Даже если это мертвяки, то далеко от нее и ее не видят, а значит и не опасны. Хорошо, что она спряталась подальше от дороги. Тут еще ветер подул в другую сторону и ее обдало волной смрадного запаха разлагающейся плоти. Васька приподнялась на локти пытаясь выглянуть и понять куда же идет эта толпа. Понимала так поступать нельзя, но любопытство снова пересилило страх. Вдали раскачивалась черная полупрозрачная тень от маковки церкви. Васька снова приподнялась что бы рассмотреть получше и … весенний непослушный ветер вдруг переменился и подул теперь от нее в сторону толпы. Идущие по дороге люди вдруг стали запинаться и останавливаться поворачивать головы в сторону, где находилась Васька. Она с ужасом видела, что толпа покойников забеспокоились и они стали принюхиваться как собаки. Что это настоящие мертвецы она уже не сомневалась. Как ни странно, фантастичней бы звучало что здесь по ночам снимают фильм про зомби. Тут да кучи еще и тучи рассеялись в небе и дорогу ярко осветила луна. Стало светло как днем. Глаза у беспокойных мертвяков вспыхивали призрачным зеленым светом и Ваське показалось что они вот – вот увидят ее. Несколько человек уже толкались у края дороги явно прикидывая как удобней сойти в лес собираясь искать новую жертву. Васька похолодела от страха хотя куда уже больше. Она уже жалела, что поперлась посмотреть. Если бы не ее дурное любопытство уже бы дома чаи гоняла. Девушка осторожно попятилась жалея, что ее любопытство может лишить ее жизни и … тут вдруг почувствовала легкое прикосновение к своей руке. Чудом ей удалось не закричать. Она, кинув взгляд вбок успела разглядеть, что рядом с ней стоит старичок «лесной Хозяин». Он бесшумно приложил палец ко рту, что бы она молчала и знаком показал, что бы она шла за ним быстро для верности ухватив ее за ладошку другой рукой. Васька так обрадовалась ему, что безропотно рванула за ним в глухую чащу даже не пытаясь запомнить дорогу. Больше всего опасаясь, что он выпустит ее руку и она окажется с толпой покойников наедине. Какое-то время они бежали тихо и молча. Затем лесной Хозяин перешёл на шаг, но останавливаться не стал снова, подав Ваське знак, что бы она молчала. Девушка даже оглядываться боялась, но про себя отметила что больше не слышит топот ног и звон колокола. Остановились они уже когда Васька совсем выдохлась.

Архип Пантелеевич с упреком произнес, -тебя ведь предупреждали и не раз, что бы не шла на колокольный звон, а ты как дите малое. -Все на вкус попробовать надо. – А, еже ли я бы не успел, и они ведь тебя уже унюхали! – Помочь ты им не можешь, а от злости они бы тебя порвали в клочья или еще хуже … с собой бы оставили, чтоб ты мертвячкой с ними также ходила и мучилась как они… без вины. – Думаешь, ты одна такая любопытная!? -Скольким не говоришь нельзя, а все лезут и пополняют число проклятых. – А не в моих силах помочь коли бы тебя они схватили.

– Я не знала… не верила… думала… чья-то шутка, – оправдывалась перепуганная Васька, – я и сейчас не верю в то, что видела!

– Может, вернемся!? – Они тебя еще ищут и очень обрадуются твоему возращению … им то все равно веришь ты в них или нет, – лукаво улыбнулся Хозяин леса.

– Нет- нет, – передернулась от ужаса и отвращения Васька. – Спасибо вам Архип Пантелеевич, что вывели меня. – Я ведь уже думала, что все… крышка мне.

– Ох, нравишься ты мне! – Вот и помог.

Васька только глазами хлопала, слушая лесного Хозяина.

– Ну все теперь домой ступай, я тебя почти до дома довел. – Да держись теперь подальше от реки, – наставлял он девушку. – Лучше круг сделаешь… и целей будешь. – А то у тебя ума хватит из огня да в речку сунуться. – Давай до завтра, – и старик, сделав шаг назад растворился бесшумно меж деревьев.

А Васька, побежав вперед увидела очертания села и через пять минут буквально была у себя дома. Дома при свете электричества и работающего телевизора произошедшее событие в лесу казалось Ваське нереальным. Но она как не пыталась не смогла найти реалистическое объяснение. И… постаралась пока просто выкинуть все произошедшее из головы. Рано или поздно этому явлению мертвецов найдется научное обоснование, а пока спать. Ложась спать Васька боялась, что ее будут мучить кошмары. … Или после такого приключения будет мерещиться всякое, но видимо она уже отбоялась и сразу уснула как младенец. А утром выглянув в окно и увидев встающее солнышко решила, что все вчерашние события ей просто показались. Выкинула всю мистику из головы и не мучилась переживаниями, только вот почему-то еще несколько дней ее везде преследовал запах мертвечины. Но Васькины приключения на этом не закончились.

Пару дней, как примерная девочка Васька возвращаясь с «Дальних Вяжей» шла в обход старого моста помня, что ей пока неприятностей хватит. Надо сказать, что небольшая безымянная речка пересекала село «Березовое» почти посерединке. Сначала возле леса, где и был перекинут старый, но еще крепкий бревенчатый мост. Место это было глухое, редкие дерева спускались с леса вдоль грунтовой дороги образуя живописные, зеленые оазисы. А с обеих сторон от моста все поросло густыми кустами оставляя к реке узкие, протоптанные дорожки. Берег в этом месте песчаный и чистый поэтому и пляж находился тут… и именно здесь через мост Ваське ближе всего бежать до дома. Река же дальше по течению суживалась и бежала через село, но уже по рукотворному каналу. В середине селения реку еще давно спрятали в широкие бетонные кольца. И только за селом река снова вырывалась на свободу и текла дальше уже по своему естественному руслу. Это и была дальняя дорога через реку к Васькиному дому, которой она пока и пользовалась, ругаясь на себя за суеверность. Так-то ей несложно сделать крюк … если бы причина была уважительной. Девушка упрямо отгоняла от себя все мысли о мистических явлениях которые вроде как все время происходят с ней рядом. Ей хотелось обычной жизни без всяких колдунов и ведьм. Боялась, что в той жизни что сейчас скрыта от нее с ней случилось именно что-то подобное и возможно инстинктивно боялась повторения. К тому же и с как жила с мамой Галей она не совсем помнила понимая, что и здесь слишком много темных пятен. Порой думала, что ее амнезия как раз и происходит от страха что она узнает о себе или своей семье что-то такое необычное или страшное. С такой вот кашей в голове она сталась не замечать ничего необычного в ее жизни стараясь быть как все.

Фермер Иван пошел на поправку и Васька с облегчением в последний раз осмотрела его, поставила последние уколы, капельницы.

Предупредила что бы он внимательней относился к своему здоровью произнеся со строгим видом, – а то до вас пока доберешься, а мало ли какой случай.

Архип Пантелеевич тоже проводил Ваську немного. Попрощался с ней сердечно и пригласил в любое время заходить к нему в гости сказав на прощанье непонятную фразу.

– Может к худу дочка, но твое желание скоро исполниться. – И ты можешь всегда прийти ко мне спокойно, я всегда буду рад видеть тебя в своем лесу.

Васька тоже сердечно попрощалась со стариком и обещалась приходить в гости. Она незаметно для себя привязалась к старику и точно не собиралась его бросать тут в лесу одного.

«– Видеться мы будем часто», – сказала она ему прощаясь, – я ведь через лес не только в «Дальние вяжи» бегаю, а также и в «Волчий лог» и «Светеевку», а там еще пара поселений без названия. – И к вам на поляну я буду заглядывать обязательно!

То, что она встречается со стариком на поляне ее не смущало. Она уже по своей работе насмотрелась как порой живут одинокие старики и считала, что он просто стесняется показывать свое жилище. Не сомневалась, что он живет в какой ни будь землянке или вросшей по окна в землю крохотной избушке. Много таких странных норок раскидано по Тамбовскому лесу. В них частенько прячутся люди, которые не смогли выжить в человеческом муравейнике.

Васька еще и сама никак не могла привыкнуть к размеру своего участка, иногда еще и в названиях путалась и в направлениях. Если собрать все население, проживающее по окраинам и лесам, то тысячи человек не наберется… ну может чуть больше. Попробуй-ка сначала найти все эти крохотные поселения, усадьбы или скиты. …А, потом ей нужно еще и помощь оказать проживающим в них людям таская на себе иногда тяжелые мешки с лекарствами, капельницами и все это по «дальним далям» своими ножками оббежать… не казенными. Так-то на них с Катей местные жители чуть не молятся понимают, что других таких медиков не будет. Сколько их уже здесь поработало да все сбежали… не счесть. Вот в таких мыслях Васька шла обратно. Задумавшись по привычке потопала короткой дорогой и уже вышла на виднеющийся впереди мост, когда вспомнила предупреждение Кати о русалках. Васька остановилась как ошпаренная новых приключений ей не хотелось. Она задумалась честно, пытаясь вспомнить закончилась русалочья неделя или еще нет. Столько работы каждый день и еще дорога туда- сюда и Васька не помнила не только какое сегодня число, а даже какой день недели, тем более за фермером она ухаживала без выходных. Мужик так и не понял, что был на волосок от смерти. Девушка вздохнула он понял, что доставил немало хлопот и даже пытался сегодня сунуть ей денег, но Васька их не стала брать. Ясно понятно все медики берут деньги даже за обычный осмотр и в деревнях тоже. Тут другое … Васька не могла объяснить все словами. Понимала, что она сама тут же изменится. Как только она начнет брать деньги с местных и скажем честно совсем небогатых людей за свою работу, то перестанет сама себя уважать. Люди и так ей благодарны и дают сколько могут… ей хватает на жизнь.

О! что-то происходит на берегу реки. Васька шаг сбавила немного опасаясь. Недавнее приключение в лесу под колокольный звон сразу же ее настроило на серьезный лад и очистило голову от недавних мыслей. Что она видела в лесу ей до сих непонятно, но что это очень опасно она усвоила. Принять леших, ведьм, русалок как данность она еще не готова, но глупо нарываться на неприятности, не понимая странных явлений. Возможно позже она найдет всем странностям объяснения подведет под них материальную основу, но пока лучше поосторожничать. Васька стала спускаться к мосту медленно осторожно двигаясь по краю дороги поближе к деревьям и кустам. Стараясь как можно быть незаметной и приглядывая вперед. Подошла уже совсем близко к мосту и вдруг услышала тихий плес и девичий смех. Тут же занырнула в куст что бы ее не заметили. Лучше всего сразу повернуть назад … но Ваську же потом замучает любопытство, а еще тут же полезли мысли как она будет глупо выглядеть если там купаются обычные девчонки. Тем более одно дело, когда что-то страшное и непонятное происходит в глухом лечу… ну почти… или тут почти в деревне и большой, между прочим. Девушка не удержалась поднялась на цыпочки что бы хоть одним глазком увидеть, что же там происходит. Ого! Берег освещен лунным светом как сцена в театре, а в воде перед ним мелькнуло несколько девичьих силуэтов. Васька невольно открыла рот, – как же красиво. Невероятно яркая, лунная дорожка на воде еле – еле колебалась. Рядом с дорожкой выныривая на призрачный свет возникали из воды плещущиеся силуэты девушек. Васька вдруг с восторгом поняла они так танцуют, а не выныривают. Девушки плавно и красиво поднимаются кругами со дна реки ступая по воде как по ступенькам все выше и выше. Ей даже почудилась разлитая в темноте мелодия. Нежная, воздушная и очень- очень притягательная. Скорее всего их танец закончится на лунной дорожке, и она невольно сделала шаг вперед желая все рассмотреть ближе. Она попыталась шагнуть и больно напоролась рукой на обломанную ветку и ее как по голове ударило мыслью. Возможно это местные девчонки так развлекаются, а если нет? Ходить нежитью по воде летом утаскивая случайных купальщиков, зимой спать подо льдом ей совсем не хотелось. Все страхи и суеверия вспыхнули в ее душе костром. Васька засмущалась, что же ей делать и страшно и вроде как она во всякое такое не верит. … А, тут еще тучи небо закрыли и как будто кто-то неведомый и большой выключил все волшебство вокруг. Лунная дорожка исчезла с поверхности воды. Вода реки тут же потемнела и стала зловещей. От реки послышались странные, недовольные завывания, а уж как страшно то стало. Васька не стала испытывать судьбу. Развернулась и побежала домой дальней дорогой через село решив, что приключения с колокольным звоном ей хватит за уши на весь этот год.

Васька раньше никогда не задумывалась о мистических и сверхъестественных явлениях считая подобные рассказы выдумками. Страшилками и байками для глупых девиц, а сейчас уже и не знала, что думать. Она еще года не живет в селе Березовом, а уже сколько раз сталкивалась с непонятными ей явлениями. На другой день уже в селе в родном медпункте она озвучила свои сомнения Кате думала, что та будет смеяться над ней. Но Катя, посмотрев внимательно на Ваську неожиданно серьезно сказала.

– Не знаю, как сказать тебе…э-э-э может в городе с такими явлениями и не сталкиваешься… или если сталкиваешься, то редко. – Но нам с этим «непонятным» приходиться жить. – И я знаю твердо если не верить и не соблюдать, то и можно голову потерять. – Я хоть и деревенская, а тоже не верила… -Э-э-э однажды по лесу шла и Хозяину лесному не поклонилась… так больше месяца в трех соснах плутала. – А еще у нас колдуний несколько живет… так с ними тоже не все гладко. – Я вот покажу тебе как правильно от сглаза булавки на одежду цеплять чтобы порчу какую не навели. – Есть у нас тут женщина молодая Ирина Фоменко. -Ее мать от знахаря Александра Бурцева прижила который в Алексеевке жил. – Он так-то знахарем был известным… – Дочь то он, когда Ирка родилась не признал… у него уже к тому времени сын родился, наследник. – А дочерей они так и так не признают, но что – то из его силы и Ирке перепало. – Только людей она не любит и лечить как отец не умеет, … а вот гадости да раздор в семьи она хорошо умеет вносить … опасайся ее.

Васька так и плюхнулась на табуретку от слов Кати, не такого она ожидала разговора и не удержалась, спросила, – а что правда ее отец лечить умеет, ну знахарь этот?

Подобное откровение про знахаря у нее в голове вообще не укладывалось. Катя сама врач и серьезно говорит о колдуне, который лечит хорошо. То, что все знахари колдуны Васька читала в какой-то книжке и если они существуют, то зачем им помогать людям.

– Катя заулыбалась, – не веришь, а зря! – Александр то уже умер не так давно, а сейчас лечит его сын Валерий… там же в Алексеевке. – Знахарей Бурцевых несколько поколений уже живет в Алексеевке, а Валерий да лечит и еще как! – Более того говорят лечит еще лучше отца, и еще я слышала, что у него красный диплом врача… и не тяп ляп московский. – А лечит он, как и отец травками, настойками да мазями. – Я и сама к нему безнадежных больных отправляла и знаешь, что скажу. Катя дернула плечами решаясь, – все, кто к нему поехал, живы еще… – Хотя я отправляла то совсем, тяжелых, безнадежных больных.

Васька невольно застыла. Она понимала Катя не лжет, но как такое возможно!

– Про него много чего рассказывают, но лечить он умеет, а вот сестра его нет, – продолжала говорить Катя. – У нас район то сама видишь, какой глухой да сложный. – Вот и живем с миром ночи в согласии, а иначе, повторяю нам не выжить… не им.

Васька задумалась удивленная рассказом Кати. Действительно, что-то в словах Кати есть. Ведь то что она сама видела не научно не докажешь, а еще ее беспокоило это обозначение «мир ночи». Ну да все правильно она ведь и сама слышала от мамы Гали что все ведьмы, колдуны и та же нежить и нечисть живет под другим светилом … луной. Она слышала это словосочетание не раз, но воспринимала его как сказочное выражение. А сейчас Васька только услышала «мир ночи» как сразу в ее голове что-то тюкнуло и больно. Кроме того, Васька уверена, что эти слова несут еще какой-то смысл, связанный именно с ней напрямую просто она все вспомнить не может. А тут еще Катя как масла в огонь подлила.

– Думаю и ты к нам не случайно попала… хоть ты еще без году неделя, а тебя и местные жители приняли и вон лесной Хозяин к тебе хорошо относиться… и в «Волчьей логе» тебя хвалят. – Уверенна я, что это не просто так! – Случайных людей у нас нет… или уезжают или пропадают. – Я тебе сказала, что знаю, а решать, как жить только тебе. -Мы хоть и живем в центре России, а шагни в сторону… лес глухой и вокруг, как и столетия назад ничего меняется.

Васька спорить и бить себя в грудь кулаком что все не так не стала. Поняла, что все что она вокруг видит намного сложнее. После того разговора с Катей успокоилась и поняла, что странного и непонятного ей еще много встретится. Стала воспринимать окружающий мир проще, естественней. …А, еще и обереги стала носить которые ей Катя сделала по принципу береженного, и бог бережет.

Наступило лето, и Катя как бы невзначай подкинула ей еще дальние поселения нарисовав привычно в дорогу карту. Небольшие поселения дворов в пять семь, но их было несколько. Ваське пришлось поплутать по лес что бы найти их все. Когда она собиралась в первый раз Катя предупредила Ваську что бы в дорогу надевала длинные платья и платки. Объяснив, что там живут семьи староверов и они не будут просто разговаривать с женщиной, одетой современно, а контакт с ними очень важен для их же здоровья. – Староверы они разные…многие живут в городах среди обычных людей … вон в Морше у них и церковь своя есть, – растолковывала она Ваське. –А у нас можно сказать дикие не хотят ни с кем общаться. – Так-то они люди хорошие… живут только своим трудом, и я вроде с ними смогла договорится. – Они никому не мешают никого не принуждают и нам судить их не стоить, а помочь нужно.

Васька закивала согласно ей самой было интересно к кому из них ходила мама Галя и зачем. Но в дальних поселениях, а их оказалось четыре… ну во всяком случае она столько нашла… с ней пока разговаривали только о самом необходимом. Васька даже не смогла рассмотреть сколько в поселениях людей и чем они занимаются как живут. Каждое поселение закрывал от любопытных взглядов высокий частокол с воротами точь-в-точь как в «Волчьем логе». Ваську впустили за ворота только в первом поселении, да и то в небольшой пристрой при основном доме. Пристрой служил чем-то вроде летней кухни. В нем отгороженная ширмой на железной, старинной кровати и лежала больная, пожилая женщина, которой она делала уколы. Васька приходила ставила укол… и ее сразу выпроваживали, дав сверток с продуктами и воду в дорогу. А к остальным поселениям сказали не подходить, так как любопытство не приветствуется, а больных в них нет. Люди во всех этих поселениях немного странные и ведут себя не очень вежливо, но Васька почему-то чувствовала рядом с ними себя спокойно. Знала, что не обидят. А потом в середине лета случилось то, чего она ждала и боялась.

Пришла, Васька вечером домой и только -только собралась идти на кухню поужинать…. Вдруг ее голову охватило страшной болью перед глазами все почернело. Васька попыталась руками уцепится хоть за что то, но тело скрутило судорогой, и она падая решила, что умирает. Чуть позже буквально через пару минут, которые ей показались вечностью она пожалела, что не умерла. В одном повезло Васька упала на колени, а не навзничь или головой об пол. Зажав голову руками, она стала видеть не глазами, а картинками. Сразу в эти несколько минут она вспомнила скрытое прошлое свою семь, и только теперь она поняла, чего лишилась.

Мамочка красавица с белой головой только с длинными волосами с огромными голубыми глазами… такими яркими и добрыми обнимает маленькую Ваську приговаривая, – доченька моя любимая! – Какая же ты растешь красавица и умница.

…А Васька смеется, – ну куда ей до мамы. Тут же в комнату входит отец, симпатичный, темноволосый и такой родной. Он целует сначала маму, а затем берет Ваську на руки и подкидывает вверх, а она не боится, знает он ее никогда не уронит. Васька уже большая девочка, но ей все равно приятно, когда папа так делает. Глаза у нее папины карие, выразительные, яркие. Картинки в голове Васьки мелькают быстрей и ей становиться нестерпимо больно. Ведь эти мгновения, когда они были счастливы так быстро уходят! Она понимает родные сейчас с ней, а когда очнется снова останется одна. Ей останется только боль воспоминаний. Маленькая Васька стоя на коленках под дверями комнаты подслушивает разговор родителей. Папа говорит и-за того что он колдун мама и Васька в опасности, и он хочет их спрятать, но… Мама упирается… жить без отца она не хочет. В голове Васьки мелькают новые картинки торопливо складываясь в киноленту…, и она видит всю историю папы целиком. Он принадлежит к древнему роду колдунов, и они обычно никогда не заводят семьи… не принято у них заводить обузу. И папа был такой же! Пока не встретил свою Людмилу. Да маму он дома всегда называл Милой.

Говорил посмеиваясь, – Мила, Людмила людям мила, а мне дорога.

У них получилась неправильная семья, но такая счастливая. Васька вспомнила, как папа ей рассказывал, что они ждали рождения мальчика, так полагается… а родилась она… Васька! … И папа так злился, узнав о рождении дочери… пока не увидел ее такую крохотную, красивую и родную.

– Ты моя любовь с первого взгляда, – повторял он ей часто, когда малышка подросла, – и даже ухватила искру дара… правда слабенького, но ты и не должна была его получить совсем… ведь мама у нас обычный человек.

– Если мама человек, тогда кто же я, – переживала маленькая Васька прижимая в испуге ладошки к лицу, а отец хохотал, поглядывая на нее свысока. – Ты моя маленькая колдунья!

А потом, когда Васька была уже подросла родители, решились на еще одного ребёнка и буквально с момента зачатия они знали будет мальчик. Папа, лучась от счастья скромно поведал, что чувствует свой дар в еще не рождённом ребенке. Васька только радовалась, что у нее будет брат. Даже гордилась она старшая сестра и будет им всегда командовать. Родители первое время переживали что Васька их будет ревновать к малышу, но посмотрев, как их дочка радуется и готовится быстро, успокоились. Беда пришла откуда ее не ждали. Однажды папа прибежал домой непривычно молчаливый, и они с мамой пошептавшись взволновано стали быстро собирать вещи. Васька хоть не обладала даром, а поняла как-то что случилась беда и естественно подслушала разговор только поняла из него немногое. Васька услышала, что кто – то нанял охотников за их головами и оплатил контракт, но что это такое она не понимала. Папа был в ужасе, но не за себя! Один бы скрылся и его бы никогда не смогли найти, а жену и детей он бросить не смог. … И именно тогда началась у них жизнь на колесах и в постоянном движении. Они какое-то время скрывались, меняя машины и фамилии. Сколько они мотались по времени Васька не помнила. В голове мелькали обрывками заснеженные улицы, по которым они колесили, то неимоверная летняя жара в вонючем гостиничном номере где-то на окраине небольшого городка. И в какой-то момент папа почему-то решил, что они уже в безопасности. Сейчас уже будучи взрослой Васька понимала, что отец просто вымотался. У него на руках находилась беременная жена, которой жизнь на колесах явно не шла на пользу, маленькая дочь, выматывающая своих родителей бесконечными вопросами куда же они едут. Васька даже покраснела от стыда вспомнив как она капризничала устав от бесконечной дороги. Они добрались до Краснодара… Только теперь Васька вспомнила название южного города, где ее родителей ждала такая страшная смерть. Как больно – то вспоминать! … Но Васька, сжимая кулаки и плача уже в голос продолжала смотреть картинки воспоминания желая понять все что тогда случилось.

В Краснодаре они должны били прожить совсем немного. Папа снял квартиру заранее и действительно собирался купить дом, но не что бы жить там, а что бы сбить охотников со следа. Он был такой непривычно радостный последние дни и Васька переживая все заново буквально выла в голос понимая, что не может изменить прошлое.

– Нам осталось продержаться совсем чуть- чуть и нас спрячут в месте, которое недоступно никаким охотникам. – Туда берут редко, но я им нужен, и они согласились принять всю семью.

Он целовал округлившуюся и опухшую маму и просил ее немножко еще потерпеть. Мама серая от усталости только кивала что она то потерпит, и она никогда не жаловалась на трудности. Но их нашли раньше охотники… теперь Васька увидела гибель родителей. Все действительно произошло на ее глазах. Они ехали в новый дом. Его не только нужно было купить, но и оставить в нем приманку для охотников. Васька не понимала ни тогда, ни сейчас что собирался сделать отец. Она была крохой и колдовским умениям ее не обучали. Папа что-то говорил про фантомы и след их аур, которые нужно оставить в доме, а что это и с чем его едят Васька и сейчас понятия не имела. Доехать им было не суждено все произошло совсем рядом с новым домом, который она и не увидела. Как оказалось, охотники их к тому моменту выследили и … устроили засаду. На дороге что – то лежало, и машина папы наехав на препятствие слетела в кювет, а Ваську действительно вынесло через переднее стекло далеко вперед в сугроб. И это тоже было странно… в этом городе снег редкое явление. А тут накануне аварии снег валил огромными хлопьями всю ночь и утро образовав настоящие сугробы. Васька после падения очнулась быстро. Приподнялась и не смотря на льющуюся из многочисленных глубоких порезов кровь (удивительно что она от кровопотери не умерла там же) стала смотреть, что же с родителями. С трудом встав на карачки она смахнула с лица кровь и увидела, что они оба без движения сидят на передних сиденьях. У папы Матвея… точно его звали Матвеем было разбито о руль лицо, а мама, закусив губу что бы не кричать от боли держалась за живот словно пытаясь спасти своего не рождённого сына. Девочка услышала, как рядом с протяжным звуком торможения остановилась машина. Васька хотела закричать и позвать на помощь, но ее что – то остановило … догадалась что это враги. Двое молодых мужчин выскочили с клинками в руках из машины. Металл на клинках блестел тускло и страшно. Первый подбежал к машине и схватив так и не пришедшего в себя отца за волосы рывком вытащил его за голову из машины и взмахнул клинком. Васька глазам не верила все произошло так… буднично и страшно… средь бела дня. Охотник торопился и двигался необычно быстро. Васька поняла он боится, что отец очнется. Она только могла смотреть на происходящее не в силах ничего изменить. Отец был жив и даже в сознание не пришел как его голова покатилась к ногам мужчины. Второй охотник кинулся и подняв голову отца за волосы засмеялся и бросил ее в подготовленный мешок. … А-а-а первый охотник уже вытаскивал маму из машины как котенка держа ее пальцами за горло. Она была жива в сознании и молча плакала, закусив до крови губы и закрывая живот руками.

– Да было бы время мы бы позабавились с тобой и твоим ублюдком, – сказал первый охотник и откинув ее в сторону взмахнул клинком.

… И мамина голова отправилась в этот же мешок к папе. Удивительно, но Васька закаменела от ужаса и не издав ни звука наблюдала за тем что происходит не в состоянии даже убежать. Ей хотелось кричать, но она даже не хрипела. Открывала рот как рыба на суше, а звуки не вырывались.

– А где их отродье… должна же еще быть девчонка… заказчик четко сказал убрать всех до единого человека, – произнес один из охотников.

Кто именно Васька не поняла. Они стали искать ее Ваську, а та в ужасе от только что увиденного вдруг обрела голос и стала кричать что-то. Сама не понимая не понимая язык, на котором она кричит, и какая сила ей двигает. У нее ведь действительно от отцовского яркого таланта передалась только крохотная искорка. Видимо смерть и невозможность колдуна передать дар наследнику пропустила силу через нее. Она кричала на мертвом, чужом языке четко выговаривая незнакомые ей слова, не понимая их смысла, но давая каждому звуку необходимую силу. Ее голос стал тоже чужим и грубым, мужским и горло Васьки саднило от каждого произнесенного звука. Прощальный подарок отца своим убийцам. Это проклятье сильного колдуна всем убийцам … и заказчикам, и оно уже исполнилось. А Васька тогда прокричав проклятье упала без сознания в сугроб, а сила отца пройдя через нее укрыла от убийц и не дала ей умереть от страшных ран. Поэтому то ее тогда и не тронули. Охотники чертыхаясь оббежали все вокруг не заметив лежащую Ваську и торопливо уехали, завидев со всех сторон приближающиеся машины. Трасса до этого совершенно пустынная вдруг наполнилась как из тумана возникающими автомобилями. Скорее всего охотники устанавливали специальные артефакты что бы спокойно убить ее родителей, а действие у них короткое и им пришлось быстро ретироваться, не добив девчонку. Знания про артефакты всплыло у нее в голове и скорее всего о них ей рассказывала мама Галя. Васька, вспомнив все это просто упала на пол и потеряла сознание, ибо терпеть эту боль больше не могла. Очнулась Васька только на другое утро. Ей было плохо и тошно, но она знала, что еще не все воспоминания вернулись. К счастью ей не нужно никуда бежать сегодня. Вызовов не было и накануне Катя обрадовала Ваську пообещав пару тройку выходных. У Васьки их и так накопилось больше отпуска, а брать отгулы если на участке больные девушка не хотела понимая, что замены нет. Васька подошла к висевшей на стене фотографии родителей с ней и ласково провела по рамке рукой. Фото не передавало даже части той живой энергии и красоты ее родителей и их взаимоотношений в семье. Но как не странно ей несмотря на боль стало легче. До вчерашнего дня она частенько переживала что не любила свою семью поэтому и не могла их вспомнить так долго! Теперь успокоилось от ощущения того что у нее была хорошая семья и она может ими гордиться. То, что она видела гибель семьи заблокировало ее память. Возможно она, помня все страшные подробности не смогла бы вырасти нормальной. И сработала защита мозга спрятав все страшные воспоминания так глубоко, что без помощи Лешего она бы не смогла раскачать защитные барьеры и все вспомнить четко и ясно, как будто это произошло вчера. Вернее, не все, но теперь она уже готова узнать всю правду о произошедшей трагедии двенадцать лет назад. Она знала, что самые страшные воспоминания вернулись, а остальное будет уже не таким болезненным. Васька вздрогнула осознав, что ей помог настоящий «из сказок» Леший! Она поняла, что не сходит с ума… а, наконец, то понимает с кем она сталкивается сейчас. Васька ведь понравилась Лешему тогда в лесу, и он принял из ее рук еду. Разделил с ней хлеб и соль и… скорее всего понял, что она из колдовской семьи. Принял ее за свою. Поэтому то и помогал постоянно, открывал ей прямую дорожку и спас от погибели колокольного звона.

Она вдруг вспомнила как папа говорил, – кроме нашего мира существует еще и мир ночи, но обычные люди его не замечают или не хотят знать о нем.

Поэтому слова Кати о мире Ночи тоже добавили трещинку к замурованным так глубоко воспоминаниям в ее бедовой голове. …А-а-а! ведь существуют колдуны и ведьмы, а также лешие и домовые, кикиморы и болотники. Множество существ которых считают сказочными. И раньше в самом первом доме где они жили счастливо был Домовой, который укладывал Ваську спать и рассказывал ей дивные, удивительные сказки. … И как она могла все забыть? И в этом доме наверняка есть Домовой и его только нужно правильно позвать! Нужно показать ему, что ты знаешь о нем и не будешь его бояться. Васька вся в своих печальных мыслях просидела выходные дома носа, не показывая на улицу. Слишком многое произошло с ней последние полгода. Но хорошенько поразмыслив она решила, что так даже лучше. Теперь, когда она уже почти все знает ей нужно строить свою жизнь, как получиться. Огонек магии если в ней и был, то помочь разжечь его все равно некому. А значит нужно жить как все обычные люди, то есть завести семью и детей. Ведь она и так знает больше чем они и от этого ее жизнь интересней. Воспоминания пришли к ней не только о семье, а и о жизни с мамой Галей. Как уже хорошо понимала Васька мама Галя тоже была не человеком, а настоящей ведьмой … и почему-то не хотела открываться перед приемной дочерью. Она учила Ваську работать с травами, учила делать простые наговоры и варить лекарственные сборы. Но делала, так что Васька все время была как в сонной одури и помнила только, что ей позволяла мама Галя. Она вспомнила, что мама Галя забрала ее домой в жутких шрамах. Порезы у нее были на лице и по всему телу глубокие, страшные. Вспомнила как медсестра в больнице смотрела на нее в ужасе понимая, что девочка на всю жизнь останется изувеченной и никакая пластическая хирургия ей не поможет. А мама Галя свела все ее шрамы только умыванием и наговорами, мазями собственного приготовления. И хоть мама Галя и сама говорила Ваське не раз что она просто заботиться о ней, потому что должна. Но тем не менее по – своему полюбила девочку и берегла, прятала от неведомых охотников. И даже обещала, что скоро они будут жить спокойно и оседло. … А-а-а кстати, что произошло? Ее больше не ищут? … И если так-то почему? Эх! снова сплошные вопросы без ответов. Васька все выходные пролежала дома, пытаясь разобраться в своих воспоминаниях мысленно сортируя их в голове. И как следствие на работу вышла уставшая да бледная. Катя даже забеспокоилась, увидев подружку в таком состоянии и замучила вопросами не заболела ли она. Но Васька успокоила Катю сказав, что спала плохо… и лучший способ привести себя в порядок это долгая прогулка в какую ни будь деревушку.

– Ага, – рассмеялась успокоенная Катя, – я сама такая же … без работы устаю больше. – Как раз для тебя вызов в «Липы» … там несколько человек болеет, и я у них в выходной была. – Так – то дорога к ним спокойная хоть и через лес, но завтра день Аграфены купальницы, а за ней Иван Купала. – Все ничего … только «нечистых духов и сущностей» много бродить по лесу будет. – Да хоть ты и не веришь, а за огнями, если вечером идти по лесу будешь, не кидайся. – Все равно цветок папоротника не найдешь.

– Я что – то слышала про цветок папоротника, – задумалась Васька, – а для чего его ищут?

– Говорят вроде клад любой с ним взять можно, – отмахнулась Катя, – и еще невидимым стать, а точно не знаю… особо не интересовалась.

– Я всегда удивляюсь, ты Катя столько праздников знаешь, чуть ли не на каждый день, и что можно и что нельзя делать.

– Так, а что делать, если мы с тобой в селе живем! – Мне про праздники постоянно пациенты напоминают и всегда предупреждают что б в какой день чего опасаться надо. – Вот я тебе и рассказываю. – В Купалу Леший любит развлекаться и гоняет охотников за цветком папоротника по всему лесу показывая россыпь огней в темноте. – Их, огни, то есть многие видели в этот день. – Молодежь в основном любит в этот день костры жечь да прыгать через них. – Многие пытались цветок найти, а очухивались под утро где ни будь в глухом лесу … и еще полдня до дома добирались плутали. – Но в этот день еще кстати, не только молодежь развлекается. – Э-э-э … считается… если в купальский костер бросить одежду больного человека пропитанную его потом, то и болезнь уйдет без следа. – Вот бы все наши пациенты так сожгли все свои болячки, а у нас бы выходные хоть на недельку появились, – мечтательно протянула Катя. … Хотя тебе они на пользу не пошли…

Васька, тоже представив огромный костер под покровом черного усыпанного звездами неба заулыбалась, – да было бы замечательно, я даже пожалела, что не болею… хорошо бы проверить эту версию.

– Ну да, ну да, – не стала спорить Катя, – думаю, такой случай, когда ни будь нам представиться… не всегда же будем молодыми и красивыми.

В Липки Васька пошла с приподнятым настроением. Иван Купала праздник такой позитивный без обычных гнусностей… и купаться можно сколько хочешь. Кстати весной именно в тот вечер, когда Васька пошла в обход мостика и реки с русалками утонула приезжая на выходные девочка пятнадцати лет. Васька, вспомнив этот случай даже загрустила ненадолго. Вот и думай, как жить после таких совпадений. Затем мысли ее плавно перетекли на то, что живет она совсем одна даже без Домового. Она вчера попыталась призвать домашнего духа и поняла, что его в доме нет. Васька, когда поняла, что мир Ночи реален тут же вспомнила как нужно призвать хозяина в дом. Дом, в котором она живет построен недавно, и его просто мама Галя или не успела, или не захотела заселить Домовым. Васька знала вернее, вспомнила рассказы мамы Гали, как пригласить Домового в дом и теперь решилась попробовать, когда вернется домой. Раньше все эти суеверия ее даже раздражали, а теперь, когда она узнала о их существовании ей хотелось попробовать самой прикоснуться к неведомому. Себя колдуньей она не считала и силу в себе не чувствовала, но знала, что для призыва Домового достаточно ее родословной. Подобные сущности выходят даже к людям, которые имеют прямое отношение к «миру ночи» и живой пример этого Лесной хозяин, который сразу же почувствовал ее «родней». Мама Галя говорила маленькой Ваське что нелюди подобные ей, сущности, нежить, духи, нечисть всегда держаться вместе семьей. Васька просто ничего не помнила из рассказов родителей и мамы Гали, а теперь все что ей рассказывали и чему учили всплыло в памяти. Васька еще не встречалась с лесным Хозяином, как вернулась с «Дальних вяжей». И не знала то ли он занят был или видеть ее пока не хотел. Но она регулярно заносила ему в лес и оставляла на пеньке хлеб да конфеты. Вот и сегодня дорога хоть и шла через лес, но лесного Хозяина приветствовать было то в общем необязательно. Обычно его задабривают если лесными тропами идут или просто по какой надобности допустим за грибами – ягодами. Васька привычно оставила подарок лесовику подождала немного, но Архип Пантелеевич так и не вышел к ней. Девушка пожала плечами и подумав решила, что у Лесовика наверняка хлопот много и, если он ей не кажется значит причина есть и бодро зашагала в «Липы». «Липы» Ваське не очень понравились. Обычная деревушка, совсем небольшая домов тридцать попрятались в зелени деревьев. Дорога от города сюда была хорошей и здесь летом много приезжих и как ни забавно местных жителей среди них и не найдешь. Две- три семьи живущие круглый год. Все остальные жители «дачники». Последние годы настоящее поветрие нашло на горожан или мода. Москвичи стали скупали дома под дачи и жили тут на каникулах и конечно летом. Все бы ничего Васька то и сама была приезжей, но последнее время сталкиваясь с гостями из столицы и сама стала на них злиться. Они относились к местным с таким пренебрежением, разговаривали снисходительно, все время что-то требовали и даже не понимали, что к ним сюда в «Липы» медики ходят пешком и только потому что врачей в округе больше нет и уж тем более их никто не возит. Только она подошла к дому, в который ее вызвали, как услышала.

– Девушка ну что вы так долго! -Вас еще вчера вызвали, мы с утра вас ждем… уже десять часов, а вы только соизволили к нам прийти, – так встретила Ваську почти ее ровесница, молодая манерная девушка, вынырнувшая откуда-то и-за калитки. – У мамы жуткая мигрень и ей что вчера ставили укол… действие уже прошло.

Васька молча прошла под пристальным взглядом девушки в дом, явно следившей что бы она ничего не украла. Помыла руки и ровно спросила.

– Где больная?

– Мама на пленэре, – жеманно протянула девушка.

– Она у вас художница?

– Нет, она просто любуется природой, надо же вы знаете такие слова.

Девушка явно провоцировала скандал и поэтому Васька насторожилась мало ли что там у нее на уме. Девушка повела ее через заднюю дверь дома в сад. Место действительно очень красивое. Яблоневый сад весь заросший цветущими кустами лилейника навевал мысли о прекрасном, а в гамаке, натянутом между деревьями мерно слегка покачивалась от собственного храпа женщина. Типичная дачница в шелковом коротком халатике и огромной соломенной шляпе, сбитой нелепо набок. Васька подойдя к гамаку разбудила женщину легким похлопыванием по плечу. Дачница, открыв глаза тут же стала возмущаться. Она видите ли только уснула в ожидании помощи, а ее так грубо теребят. Девушка (ее дочь) тоже стала кричать, что маму нельзя так трогать, а нужно подождать, когда та отдохнёт и проснется сама. Васька уже под два возмущенных голоса смерила давление, которое оказалось хорошим. Да и по внешнему, цветущему виду столичной дамы не заметно что бы ее что-то мучило.

«– А где таблетки, которые вам выписали вчера», – спросила Васька строго.

Больная возмутилась, – я думала, вы еще принесете! – Вчера врач оставила только одну таблетку, а нам сложно добираться до аптеки. – Машина сломалась, я была уверенна, что вы принесете еще… или поставите укол. – Я ведь больна, а дочь моя от меня не отходит, вдруг мне станет плохо, и кто еще мне поможет в этой глуши. Катя вчера действительно поставила этой даме укол с чем-то успокоительным. Она и предупредила Ваську что пациентка «тошная» баба, но что бы до такой степени… Еще Катя Ваську предупредила что эта баба скорее всего симулянтка, но лучше проверить. Вдруг она ошиблась, а женщине могло стать позже хуже … в жизни всякое бывает и от ошибок никто не застрахован. Девчонки Катя и Васька привыкли работать на совесть. … И посмотрев на пациентку Васька даже не стала злиться.

– Пешком полтора часа по прямой дороге… пусть ваша дочь сходит и купит в «Березово» нужные таблетки, а я вам еще одну оставлю и больше приходить не буду.

И спокойно ушла под визгливые вопли обеих женщин. Крики что они будут жаловаться на плохое обслуживание и невнимательность ее не беспокоили. Местное начальство их в обиду не давало понимая, что на их место желающих нет. Тем более местные жители своих медиков любили и уволить бы не позволили. Васька снова вздохнула по другой причине. Ясно как божий день, что эти дамы у себя дома так не ведут, а почему то, приехав в глушь считают, что их столичный статус требует для них каких-то немыслимых благ. Успокоилась она уже в другом доме где делала перевязку ребенку. Катя вчера зашила глубокий порез малышу трех лет. Очаровательный мальчик Паша ухитрился во дворе найти обломок старой косы и порезаться. Васька, делая перевязку не совсем сначала прислушивалась к рассказу Пашиной мамы Вали, когда знакомые имена вдруг ей резанули слух.

Валя с тоской говорила, – ну чисто вампирки эти мать и дочь. – Раз в неделю обязательно всю деревню перешебуршат и всех перессорят, всем гадостей наговорят … и несколько дней потом ходят всем улыбаются ехидно и довольно.

«– А что», – спросила Васька, – и вас тоже вчера они задели или ругали!

– Так вчера они с нашего дома и начали скандал, – тут же возмутилась Валя, – они у нас молоко берут по утрам. – Так вчера эта старшая ведьма взяла банку отпила глоток и стала ругаться на всю деревню.

Васька опешила, – и чего ей надо то было.

Валя возмущённо замахала руками как крыльями, – они все время придираются к моему молоку и говорила уж им не нравится не берите… так все равно идут. – Вчера она раскричалась что молоко плохое и брать его она не будет. – Я ей говорю, а зачем из банки то его пить… я бы стакан дала и куда его после нее девать она ведь … Валю аж скривило, – слюней напустила специально. Молодую женщину аж передернуло, – она ведь специально так делает, и я сказала, что деньги за него пусть возвращает… это ж не первый раз …. – Кричит не вкусно и банку домой тащит и не платит… – Деньги она все равно не отдала и со злости разбила банку у калитки, когда я ей сказала, что больше продавать им не буду. … И как раз Паша то и порезался… и где он только кусок этой косы нашел!? – Мы ведь все острое давно и дома и во дворе убрали.

И правда, что в ограде, что в доме у них чистота была идеальная. Васька еще, когда зашла во двор обратила на это внимание. И малыш, ухоженный под приглядом. Странно все это подумала она, заканчивая перевязку. Убедилась, что у Паши все хорошо заживает и поставила уколы на всякий случай обещав зайти завтра.

– А что эти ваши вампирки вчера еще с кем ругались? – спросила она Валю.

– А то! Им одного скандала мало. – Вчера они еще наших соседок отругали которые им замечание сделали и-за разбитой банки мне то не до этого было я Пашиной ногой занималась… испугалась… до сих пор страшно… обломок острый как наточенный. – Одна из соседок тоже москвичка, но тихая нормальная, а эти же…, – снова запричитала Валя.

Только Васька собралась домой, как к ней в дом Вали потянулась очередь соседок с жалобами на головную боль. Оказалось, что все больные соседки так или иначе вчера контактировали с вампирками и что странно имен их никто не помнил. Их так и звали вампирками или «этими» из зеленого дома. Васька и сама озадачилась ведь, и она не помнит, как их зовут, а часа не прошло как она из их дома вышла. Васька пока всех теток осматривала да разговаривала с ними все равно мыслями возвращалась к тому, что вампирки и в самом деле не так безобидны и вполне возможно так подзаряжаются жизненной энергией от обычных жителей… и от того так сегодня много больных. Да и больные тетки заметили, что вампирки брали молоко не только у Вали и везде были недовольны все им не так, то молоко кислое, то жидкое. Частенько вампирки клянчили и овощи с огорода и … после их ухода все да что-то в домах случалось.

Местные старушки их звали ведьмами и уже и не выходили если вампирки к ним стучали в калитку и Валю несколько раз ругали что она им молоко да овощи продает. Вчера Катя то была после скандала и могла не заметить таких странностей иначе бы Ваську предупредила она глазастая. Васька порылась в памяти и вспомнила, что мама Галя говорила о подобных существах и о защите от них. Конечно, она не стала никому ничего говорить, а уходя решила кое – что сделать около дома вампирок. Если они обычные люди, то им это никак не повредит, а если они такие и есть, то это уже их проблемы. Когда все больные разошлись, и Васька уже стала собираться, отказавшись от обеда. Мама Галя говорила, что «магичить» нужно на пустой желудок. Серьезно в свои силы Васька не верила, но попробовать наказать вампирок ей очень хотелось. Валя ей как обычно дала пакет с продуктами на дорогу.

– Понятно, что мы тебе своими разговорами аппетит испортили и с вампирками ты на общалась… я сама как с ними поговорю то тоже есть не могу.

Васька попросила ей в пакет еще насыпать обычной соли не объясняя зачем. Валя как-то озорно глянув на Ваську молча и от души принесла ей тяжелый мешочек. Отнеслась к просьбе с пониманием и интересом.

Васька вышла за деревню и увидела то, что ей нужно заросли осины. Она отломила веточку и уйдя под дерево от деревенского обзора присела на траву. Выложила из рюкзака мешочек и стала веточкой осины мешать соль приговаривая.

– Боль на боль, зло на зло. – Что пожелаешь, то и получишь. – Каждый камешек станет вам болью. – Каждый камешек вернется к вам злом.

Наговор был длинноватым, но простым. Чувствуя себя полной дурой, но решив идти до конца Васька вернулась в поселок и раскидала наговоренную соль возле дома вампирок так что им стало невозможно выйти, не наступив на соленый камешек. Соседи поглядывали, что Васька делает… и тут же отворачивались, сделав вид, что ничего не видят… эдакий каламбур получился. Но видимо вампирки сильно достали всех и заступаться за них или спрашивать Ваську не стал никто. Васька изначала планировала это как шутку. Вампирки ухитрились за утро достать и ее. Она и сама не знала толком зачем она так решила сделать, но когда произнесла до конца заклинание, то почувствовала все получилось. Мама Галя говорила, что это заклинание возвращает злые слова и поступки своим хозяевам в три, пять или семь раз больше. Зависит это от силы произносящего мага. … И если человек не желает зла окружающим, то это заклинание и не подействует, так что поэтому зря обидеть кого-то Васька не боялась.

Весь день она провела в Липах, а ведь собиралась закончить осмотр больных и вернуться до обеда. Придя домой Васька устроила генеральную уборку в доме. Нет так – то она следила за чистотой просто дома то бывала редко и пыль оседала в комнатах. Вечером, когда стемнело Васька поставила в гостиной свечу зажгла ее предварительно выключив везде свет. Со свечой в руках обошла весь дом освещая все уголки. Затем свежим веником промела пол на кухне поставив веник на обычное место. Выставила на столе в кухне заранее приготовленное угощение хлеб, конфеты и в красивой кружечке на блюдце свежее молоко. Открыла входную дверь настежь и стала читать.

– Дедушка Домовой приходи скорее в дом – Угощенье принимай, от бед и невзгод защищай – Дедушка Домовой будь со мной живи тут – Хлеба да соли в моем доме откушай молоком запей – В дом счастье да радость зови беды гони.

Васька легла спать с надеждой мечтая пусть хоть кто – то живет с ней рядом. Хотя бы Домовой! Ей так непривычно и страшно одной и так хочется, что бы все получилось. Утром проснувшись она заглянула на кухню и увидела на столе крупного симпатичного рыжего котенка, который лакал молоко из оставленной вчера кружки. Кот ухитрялся и молоко пить и поглядывать на нее хитро. Как будто проверял будет она ругаться или нет. Но Васька глянув на часы тут же заторопилась на работу снова в Липы. Удивительно, но она проспала сегодня. Она погладила котенка по голове сказав ему на прощанье.

– Осваивайся в новом доме, но не шали! – Я поздно прихожу, устаю, а так весь дом в твоем распоряжении. – Продукты в холодильнике можешь брать любые.

Кот мяукнул подтверждая, что он все понял.

Васька шла в Липы с опасением и переживая за вчерашний поступок. Все, что она вчера сделала ей по утру казалось смешным и откровенно глупым.

– Первый раз пришла в эту деревушку, – переживала она, разговаривая сама с собой, – и тут же повела себя как… – Даже слова то подобрать не могу для своего проступка…

Прошла мимо дома вампирш и поразилась что у них плотно закрыты окна и двери. Зато Валя встретила ее радостно, и Паша уже чувствовал себя хорошо. Порез на ноге затягивался быстро, и мальчик уже во всю скакал на одной ноге по дому.

Валя же, не скрывая радости стала рассказывать, – вчера через пару часов после твоего ухода вампирши вышли из дома на вечерний променад по селу… да вдруг как стали кричать будто их режут. – О-о-о это что-то было! – Забежали домой и через час молча уехали отсюда со всеми вещами явно навсегда. – Дом то они не покупали как другие дачники, а снимали на лето. – Представляешь ни звука не издали, а у нас тут сразу как-то легче дышать стало.

Васька только головой помотала растеряно такого эффекта она не ожидала. И ясно что вампиркам покупать дом не выгодно они быстро промелькиваются, и жители их начинают избегать или гнать. Скорее всего это село для них не первое и к сожалению, не последнее. Васька, сегодня рано ушла с деревушки «Липы». Пациенты после бегства вампирок все резко пошли на поправку. Мыслями Васька все время возвращалась к маме Гале. Вчера она воспользовалась дважды знаниями приемной матери. И что удивительно наговор против вампирок и подселение Домового прошли будто так и надо. Васька не хотела колдовских знаний боялась повторить судьбу родителей. Она решила, что больше не будет использовать полученные знания ни на какие цели ни на добрые или тем более злые. Вроде все у нее получилось хорошо, но Ваську что – то ее тревожило. …А-а-а еще и голова заболела смутно знакомо это она перегрелась. Конечно идти по солнцепеку на открытом пространстве так себе идея. Васька решила присесть на обочине в теньке деревьев и перекусить. Макушка лета как – никак и жарко. Глупо тащится по дороге в самый солнцепек, а то еще «Полуденница» по голове стукнет. Кто такая «Полуденница» Васька представляла себе плохо, но встречаться не хотела от слова совсем. Васька неторопливо съела кусок хлеба с сырого запила водой. Еще посидела немного просто в блаженстве вытянув натоптанные за день ноги… и только стала вставать как ее согнул приступ боли. Голова как взорвалась и Васька как куль повались обратно на землю полузадушено хрипя и извиваясь от боли. Затем ее стошнило и на короткий момент наступило облегчение. Через рассеивающуюся темноту в голове проступили очередные воспоминания. В этот раз произошло все быстро и очень больно. Васька восприняла новые воспоминая уже более спокойно. Теперь ее корежило от душевной боли! Ведь физическая боль проходит быстро, а воспоминания остаются и жгут сильнее. Теперь Васька знала, кто такая мама Галя! … И что она делала с Васькой и почему она умерла так странно! Ваську поразило что она все теперь зная все не испытывает той боли что раньше. Возможно она все – таки догадывалась и была готова к такой развязке. Она с трудом встала, отряхнулась, прополоскала рот. Влажными салфетками, которые носила с собой постоянно, обтерлась приведя одежду в относительный порядок. И немного отойдя в сторону снова уселась в траву. Все равно идти не могла ноги еще тряслись. Васька обхватила руками еще немного гудящую голову и попыталась все увиденное осознать и принять.

Мама Галя была когда-то любовницей отца и не хотела уходить от него. Он и не скрывал что она для него очередная подружка и у них никогда не будет ничего серьезного. Она слабенькая ведьмочка повстречав на своем пути сильного, красивого колдуна Матвея влюбилась в него без памяти и надеялась удержать его стать единственной. А отец вскоре встретил маму и сам потерял голову от голубоглазой девушки так, что решился жениться на ней. Матвей резко отшил свою бывшую подругу, но Галина не смирилась. Она долгое время писала и звонила ему. Устроила скандал в его доме … попыталась избить маму. Матвей, рассвирепев пообещал Галине если еще ее увидит поблизости убьет. Пощадил только и -за того что она долгое время была его любовницей. Предупредил если он ее еще раз увидит рядом с домом или со своей семьей, то умирать она будут долго и страшно. Галина напугалась. Матвей никогда не был ни белым, ни пушистым. Он потомственный колдун воспитан жестоким и расчетливым и выбирать между любовницей и семьей не стал бы не тот характер. Да и Галина тоже далеко не первая его подружка. Матвей часто менял женщин рядом с собой без особых сожалений. Что он сам может влюбится даже в мыслях не представлял, а увидел Людмилу и все… пропал. Галина отошла в сторону, но семью Матвея в покое не оставила. Все время старалась находится рядом наблюдать издали надеясь, что игра в семью Матвею быстро надоест. Но и сам Матвей не ожидал, что так полюбит свою Людмилу. Она была такой светлой и даже может быть и чуть наивной и тоже не представляла себе жизни без Матвея. Он чувствовал, что она ему не лжет и примет его любого. Станет надежной опорой. К тому же романы с бойкими, наглыми ведьмами – стервами надоели ему, а жена стала глотком свежего и необычного чувства. Когда Галина узнала, что в семье Матвея будет ребенок чуть не умерла от горя. Знала, что колдун не бросит своего сына первенца. … Но родилась девочка и Галина успокоилась, решив зачем колдуну такая обуза. Потомственные колдуны своих сыновей то редко признавали, а тут дочь! Но колдун не спешил разрывать отношения с семьей и дочку полюбил. Он и сам себе удивлялся! Он был не в восторге узнав, что будет девочка и сам не понимал на кой она ему нужна. Ладно бы девчонка родилась после сына … хотя зачем ему еще дети кроме наследника! А впервые увидев новорожденную дочь растерялся и что – то там в его душе перевернулось. Он понял она его кровь и плоть, и он все сделает для ее счастья. Васька была удивительно похожа сразу на обоих родителей взяв у них не только внешние сходство, но и от характеров только лучшее. Галина часто наблюдала издали как он возиться с дочерью и понимая, что он счастлив терпеливо ждала, уверив себя, что он все равно к ней вернется. Это стало для нее навязчивой идеей… она жила Матвеем. У колдунов дети редкость и наследник ему все равно понадобится. Только вот почему она решила, что станет матерью его наследника! Галина была симпатичной девушкой и поклонников у нее всегда много, казалось бы, живи не хочу. Но ее тянуло только к Матвею может потому что он ее оттолкнул, посмел отказаться от нее. Месть отвергнутой женщины страшна тем более она сама хотела родить ему ребенка. Уже позже она поняла, что они все равно бы не стали парой слишком уж все ведьмы эгоистичны как, впрочем, и колдуны. А Людмила полюбив жила только жизнью Матвея, не требуя от него ничего и это его покорило. Галина хоть ведьма слабенькая, а больно зацепило что ее променяли на обычную девушку без способностей. Ведьмы часто теряют голову от гнева, не прислушиваясь к разуму. Она уговаривала себя если бы Матвей выбрал другую ведьму сильнее ее она бы это поняла, а уступить мужика обычной девке…это обидно. А когда поняла, что в семье появиться еще малыш и уже точно мальчик, то уже сдержать себя не могла. Черная ненависть заполнила ее всю, и она решила страшно отомстить Матвею убить их всех всю семью. Своих – то сил у нее на такое явно бы не хватило…, и она продала все что имела и что скопила. Так – то деньги у нее были. Она зарабатывала магическим ремеслом очень неплохо и на себя последнее время сильно не тратилась. Копила на будущее и много вкладывала в недвижимость. Продав все, что у нее было она смогла собрать нужную сумму для контракта наняв профессиональных охотников на нелюдей. Тем более она понимала Матвея и его семью нужно убить гарантированно. Если он уцелеет порвет всех, кто имеет отношение к контракту, а уж ее то точно. И Галина хоть и боялась его до дрожи в коленках, но от своей затеи не отказалась, не смогла. Уже позже она не раз ругала себя за то, что пошла на поводу своих чувств. Как будто кто толкал ее под руку в ухо шептал, – убей – убей! Что тогда на нее нашло загадка. Ведь если убивать каждого мужика кто бабу бросил, то людей на земле не останется. Тогда она смогла уверить себя, как только не будет Матвея и его семьи она тут же заживет свободно и сможет построить заново свою жизнь. Дура, какая же она дура. Все равно ведь понимала что, перешагнув через смерть сделает только хуже, Матвей не человек он сильный колдун и его смерть ей с рук не сойдет. Еще удивительней что она легко нашла охотников, на нелюдей которые сильно не интересовались причинами убийства, а просто согласились за хорошую сумму. У людей людской закон, у них тоже свой который она нарушила. Будь ты трижды ведьмой, у убивать просто так никого нельзя. Удивилась и не стала копать почему охотники так легко согласились на весьма грязное убийство. Так-то что бы убить семью колдуна, нужно было обязательно доказать, что они опасны. Маги живут среди людей скрывая свои возможности. Бывает конечно, что колдуну или ведьме срывает крышу и они начинают убивать людей вокруг принося их в жертву или еще на какие свои надобности и тогда ночное сообщество само ликвидирует отступников от правил. Так-то убивают людей на свои нужды все маги …, но осторожно и хорошо заметая за собой следы. … Охотникам которые взяли контракт нужны были деньги срочно, и они согласились на грязную работу, даже не изучив причины, и тоже оказались своим поступком за гранью покона – это закона для всех детей Ночи. Покон прямо запрещает убивать невиновных членов семьи и тем более детей, которые еще ничего не успели совершить. …А-а-а уж взять заказ на беременную женщину так это вообще за гранью разумного. Охотники из захудалых семей невинной кровью хотели так решить свои проблемы и взяли заказ, не изучив причин мести, и тем нарушили покон. Дозволено то, не писаными правилами, – убивать только тех, кто опасен, у кого руки по локоть в крови. Виновников, нарушивших закон, всегда ждет наказание… даже если не в этой жизни, то в посмертии обязательно. Оправдаться перед лицом вечности как перед российским судом имея мохнатую лапу, полезные знакомства или на словах искупить свою вину невозможно. Звучит может и напыщенно, но отражает самую суть. Как ни крути а в посмертии всех нас ждёт суд справедливый по нашим грехам. Что там ждет лично каждого после смерти никто не знает, но, если виновен, за исполнением следят сверху и строго. Все нелюди знают это точно, а умные люди догадываются. Жизнь после смерти не заканчивается, а только переходит в другую форму… или только начинается. Вот так и закрутилась эта трагедия. Охотники тоже вскоре пожалели о заключенном сгоряча контракте, но уже путей к отступлению у них не было. Васька аж дышать перестала увидев в своих горячечных видениях, что тогда головы убитых родителей принесли маме Гале, как подтверждение выполненного заказа. И тут все пошло не так как планировали охотники и сама Галина. Контракт оказался не выполнен, Васька то уцелела. Галина испугалась того что натворила и спрятала чудом спасшуюся девочку от охотников. Поглядев на дело рук своих она так и не смогла его закончить. Она ведь первый раз пришла в больницу убить Ваську и около часа простояла над ней, разглядывая искалеченную, изуродованную девочку, но живую… и так похожую на Матвея. И получился замкнутый круг. Охотники пока не выполнят контракт, не имеют права остановиться. Да и кто свяжется с их семьей, если они не выполнили обязательства тем более это уже вопрос престижа. А Галина хоть и передумала, но тоже не могла разорвать договоренность и -за одного условия контракта ею же и придуманного.

Одна строка перечеркнула всю ее жизнь,-« только смерть всех членов семьи закрывает контракт, даже если заказчик передумает».

Зачем она вписала эту строку она и сама не понимала, не помнила. Гнев ослепил ее настолько что она сама не ведала что творила. Она видимо подсознательно боялась, что может передумать или пожалеть и отрезала себе пути отхода. И все эти годы прятала Ваську от нанятых ею же охотников, поскольку разорвать контракт не смогла, и сама стала жертвой. Держала все эти годы Ваську в колдовском дурмане, что бы та ни о чем не могла догадаться. Галина не видела выхода не представляла, как ей все объясниться и оправдаться перед девочкой. Как объяснить ребенку, что она убила всю ее семью только потому, что ее, когда-то отверг Матвей. И погибла то Галина от Васькиного проклятья. Оно произнесенное полубезумной девочкой все равно настигло ее. Васька ведь тогда прокляла всех, кто причастен к смерти ее семьи… и даже если бы хотела тоже не смогла бы отменить своего проклятия. Она о нем и не помнила все эти годы. Васька зажмурилась. Ей хотелось плакать, выть и биться головой о стену от того что так наворочено в жизни. Как ни крути, а это все непонятно, глупо и несправедливо. Васька вытянулась на траве во весь рост, – ну почему, – думала она, – зачем? Она искренне не понимала зачем нужна такая любовь тем более со временем перешедшая в ненависть. Любовь, приведшая к такой страшной трагедии. Ведь никому не досталось счастья, а могло бы быть и все гораздо проще. Ну, помучилась бы Мама Галя немного и нашла бы себе другого парня. Может и любила его меньше, зато жила бы семьей со своими детьми. … И ее родители были бы живы. И Васька счастливо бы жила в своей семье! А так все перегорело даже пепла не осталось. Васька не знала, ищут ли ее до сих пор или нет, но решила, что хватит бегать. Будет она жить как жила, а там если повезет, то будет у нее и любовь и семья. Нет, так нет, а прятаться от неведомой опасности ей больше не хотелось. Васька как не старалась, но не могла вспомнить лиц охотников. Хотя знала теперь совершенно точно, что видела их четко и когда ни будь, обязательно вспомнит их лица. Но что ей это даст!? Даже если она встретит и узнает их, то все равно ничего не сделает. Она никак не сможет от них защититься. Да и убить их ей не по силам и это нужно признать честно. Вон отец, какой был сильный, и то убили его подло, оглушив, устроив западню с аварией. Получилось, что хитрость победила силу. А ей то, как противостоять ничего не умеющей и не знающей о жизни. И Васька успокоившись решила положиться целиком на свою судьбу. Васька пролежала на обочине дороги до темноты благо дорога оказалась пустынной. Слабость и осознание потери, боль которую пришлось пережить ее совершенно разбили и опустошили. Она все никак не могла принять, что мама Галя ее единственная опора и близкий человек оказалась убийцей ее семьи. И все равно Васька вздохнула с облегчением. Теперь она хотя бы знала, что произошло с ее семьей. Она понимала и боялась своих мыслей. Ведь если бы она вспомнила все раньше, то, наверное, попыталась бы убить Галину, и эта трагедия так же опалила бы ее лишив будущего. Месть – это заколдованный круг и выбраться из него сложно. Сейчас ей больно, но у нее есть дом, профессия … и возможно теперь она попробует создать свою семью и прожить сколько ей отпущено обычным человеком. Она лежала на траве подложив руки под голову. Стемнев сегодня на черном небе зажглись особенно яркие звезды. Где-то вдалеке слышался задорный смех, … а Васька все лежала и думала, как же ей плохо, что она теперь все знает. … И все равно хорошо, что знает. Вот только жить ей совсем не хотелось, такая тоска защемила сердце. Рядом раздался шорох кустов и Васька в испуге подскочила и тут же радостно с облегчением выдохнула, услышав знакомый голос.

– Девонька тебе совсем плохо?

– Архип Пантелеевич, это вы? – спросила она удивленно и тут же подумала, что старик появился удивительно к месту.

– Да конечно я, кто же еще тебя в такой темноте разглядит. – А ты смотрю, совсем то расклеилась, тяжел груз воспоминаний, понимаю, но жить то надо дальше. – И моя вина в том есть, а хочешь, я тебе цветок папоротника подарю?

Васька впервые за вечер засмеялась, – нет, зачем он мне!? – Кладов мне не надо и прятаться я ни от кого не собираюсь.

– А я тебе его просто покажу, и поверь ты такой красоты никогда не видела. – Да и я-то уж, наверное, лет сто цветок никому и не давал, а тебе девонька, просто покажу, как он выглядит. – Даже таким знанием, мало кто похвастаться, может. – Пойдем девонька, вставай, ночь сегодня особенная, чудная.

Васька поднялась, отряхнулась, одела рюкзак на плечи и стала вглядываться. Лесной Хозяин взмахнул рукой, и перед ними открылась ровная натоптанная тропка, а темень то какая вокруг.

– Ты не бойся, шагай себе смело, тут на моей тропке нет кочек, и ветка тебя не хлестнет, иди себе просто, не думай не о чем.

Васька, не раздумывая пошла за стариком выкинув все мысли из головы. Силуэт Хозяина странной тенью мелькал впереди нее на тропинке. Сколько они шли непонятно. Васька в расстройстве совсем потеряла счет времени. Вдруг рядом совсем за деревьями вскинулся к небу столб огня весело рассыпая вокруг себя яркие искры.

– Это что пожар, – испугалась она, не понимая в какую сторону бежать за помощью.

– Нет что ты, там большая поляна и вся молодежь с окрестных деревень здесь собралась на праздник и через костер прыгать. – Если хочешь, то я тебя к ним отведу, повеселишься, – успокоил ее Леший.

– Нет, ни хочу, – Васько зябко пожала плечами, – мне пока не хочется людей видеть, тем более веселиться.

–Ну, это дело хозяйское. -Вот мы и пришли, теперь подождать надо немного… скоро полночь и цветок откроется. – Смотри в эту сторону, – и он, слегка подтолкнув Ваську потряс своим сухоньким пальцем вперед.

Васька невольно уставилась, пытаясь что ни будь разглядеть. Глаза понемногу привыкли к темноте, и она все вокруг видела смутными силуэтами. Вроде люди рядом, и Васька их голоса хорошо слышит, и костер видит, а в тоже время понимает, что в этой части леса люди не бывают. Закрыто для них тут и она тоже здесь только по приглашению. Леший прячет это место. Удивительно как у него так выходит скрывать такие угодья под самым носом селян, живущих здесь.

– Вот началось, смотри внимательно, – услышала Васька торопливый шепот Хозяина.

Васька обомлела. Пространство леса перед ней озарилось сотнями, может тысячами светящихся шариков. Они вспыхнули все разом и стали подниматься в воздух, разлетаясь во все стороны. Их задача сегодня запутать, обмануть всех желающих найти волшебный цветок. Васька вскрикнула, не сдержав восторга. Прямо перед ней в нескольких шагах вспыхнул костром огромный куст папоротника, а затем медленно стал из него выходить огромный светящийся бутон раскидывая вокруг чудесной разноцветной искорки. Вытянувшись бутон раскрылся волшебным цветком невиданной красы горящий золотым пламенем. Вскоре пламя стало уменьшаться и цветок затрепетал красочными лепестками. Какими словами можно описать такое чудо! Невозможно передать красоту цветка словами и нарисовать тоже. Ведь облик цветка менялся каждую секунду. Цветок причудливо извивался на тонкой ножке меняя ежесекундно форму и цвет и казалось он кланяется во все стороны света. Сколько минут продолжалось его цветение Васька не поняла. Она дышала то через раз глядя на него стараясь запомнить чудное видение. … И вдруг разом цветок погас … и тут же вокруг в лесу стало темно и неуютно. Васька еще какое-то время неверяще шарила руками впереди стараясь разглядеть куда же он пропал.

– Пойдем девонька, открою тебе дорогу домой. – Да пойду приглядывать за молодежью, а то ведь у меня сегодня работы много, – осторожно потянул ее з руку Хозяин. – За всеми приглядеть надо что б беды не натворили… ночь то сегодня волшебная, не для зла, а только для радости да любви.

Васька, так еще и не отошедшая от пережитого ею восторга, радостная, что видела диво дивное растеряно произнесла, – спасибо вам Архип Пантелеевич! – Позволили на такое чудо посмотреть!

А в ответ тишина ни шороха, ни вздоха. Васька обернулась, а старика уже нет. Зато, дорожка ровная как расстеленное полотно и подсвеченное луной как светильником быстро вывела ее почти к самому дому. Необычно яркие запахи, пьянили, будоражили душу. Что скажешь, сегодня праздничная, волшебная ночь которая смягчила, успокоила Василинкино горе.

Домой Васька попала уже далеко за полночь. То, что с ней сегодня произошло в лесу она помнила. Боль не ушла, но после созерцания чудо цветка стала тупой, застарелой. Волшебный огонь выжег или забрал самую острою часть боли сделав ее терпимой. К тому же чудеса в эту ночь не закончились. Дома на крыльце Ваську встретил довольный рыжий кот. Он проскочил с ней в дом, как только она отворила дверь. Кот явно ждал Ваську и толкаясь о ее ноги направлял в сторону кухни.

Васька поняв маневры кота и считая его подкидышем погладила его и проговорив, – подожди сначала помоюсь, – убежала в душ.

Ей до боли хотелось смыть пыль и грязь переживаний. И только помытая завернувшись в чистый халатик войдя в кухню с удивлением увидела накрытый стол и маленького рыжеволосого человечка ростом с трехлетнего ребенка. И как ни странно совсем не испугалась подсознательно ожидая еще одного чуда. Уж слишком ночь волшебной получилась. Человечек не выглядел старым и мудрым как она ожидала.

Он поклонился ей и произнес, – ну, давай теперь с тобой Хозяйка знакомиться. – Меня зовут Злат, и я как ты уже догадалась теперь твой Домовой, и буду оберегать, и защищать тебя и этот дом.


///


Васькина жизнь налаживалась. Она уже не представляла себе, как же раньше жила без своего дома и этих странных деревень, и поселений в округе. Здесь она нужна, ее уважают, да и впервые за всю ее жизнь стали появляться подруги. Сначала Васька подружилась с Катей «врачом широкого профиля» как посмеиваясь она называла себя. А что делать? В селе на пяток деревень в округе она единственный врач. Вот и приходиться ей раны иногда зашивать и за терапевта прием вести и даже несколько раз роды принять. Васька всегда рядом, и даже где- то больше. Катя назначения сделает, а Васька их исполняет… так вот и спелись. В августе Катя ушла в отпуск и уехала на юг, решив твердо провести отпуск на море подальше от местных проблем. Останься она дома и все отпуск точно будет испорчен. Люди так и ходили бы к ней домой. Получилось бы что вроде она и в отпуске, а все равно пришлось бы бегать по вызовам… да вдобавок и дома больных принимать. Не первый отпуск у нее… и отказать своим пациентам она тоже не может.

Васька сначала сильно переживала, что же она будет делать без Кати.

Но Катя успокоила, – что ты переживаешь! – У тебя все тоже, что и было, будет… тьфу ты, запуталась. – Просто, если видишь, что не справляешься, или что не понимаешь, то вызывай скорую помощь.

Первые дни после отъезда Кати Васька трусила страшно, но недаром говорят глаза бояться, а руки делают. Васька носилась по участку по всем своим деревням и поселениям и раз в неделю вела прием в самой Березовке.

И вот в селе то утром в самом начале приема к ней забежала взволнованная девушка в слезах, – быстрее пойдемте со мной Тамаре Георгиевне плохо, совсем она белая лежит… встать не может.

Васька быстро схватила приготовленную заранее сумку и без лишних вопросов пошла за девушкой пытаясь по дороге расспросить, что же случилось.

– Я Ира Фоменко, – причитала, быстро шагая девушка, – у меня глаз дурной. – Я накричала на Тамару Георгиевну, а она и упала… а она единственный человек кто ко мне нормально относится! – А если я ее убила, как мне жить то! – Ладно, другие меня терпеть не могут и боятся, но тетке то я плохого ничего не хотела, правда- правда.

Девушка старалась говорить спокойно, но слезы по неволе текли по ее щекам. Васька тут же вспомнила что, Катя как-то рассказывала про сестру знахаря. Она вроде как часто людям порчу наводит и все ее бояться. И пока они бежали, она с интересом разглядывала девушку пытаясь понять, что с ней не так. Но Ира вроде как на нее не смотри обычная симпатичная светленькая девушка. Ира искренне переживала о том, что натворила нечаянно. Васька обвинять девушку не спешила знала, что людская молва может быть и несправедливой, решив для начала присмотреться к ней по внимательней. К симпатичному небольшому домику на краю села они дошли быстро. Ира прошла вперед Васьки распахивая перед ней калитку и затем дверь в дом.

– Быстрее, быстрее, – торопила она Ваську.

Только войдя в комнату в глаза Ваське бросилась лежащая на диване без движения женщина. Даже в полумраке бледное ее лицо выделялось гипсовой маской. Васька тут же приступила к осмотру пытаясь понять, что с ней произошло. Пощупала пульс, женщина отреагировала слабо застонав. Она зашевелилась, но глаз не открыла. Хоть Васька и не была великой колдуньей и в работе магию никогда не использовала, а вот здесь почувствовала, что действительно это необычный обморок. Возможно Ира, сделав случайно такую тяжелую порчу сама не знает, как ее убрать иначе бы не побежала за помощью. Она, как и Васька, никогда не обучалась и распоряжаться своим талантом не умеет. Она уже объяснила по дороге что, когда злится людям рядом с ней становится плохо. Васька почувствовала, как Ира сама боится своих способностей и даже пожалела ее мимолетно. Это как же ей тяжело если любая вспышка гнева может ударить по окружающим тебя людям. Невозможно всегда и во всех ситуациях контролировать свои эмоции. Тамару Георгиевну нужно спасать, она совсем плоха, но как?

Васька вдруг явственно услышала над ухом голос мамы Гали, – умой проточной водой быстро.

Васька быстро обернулась к Ире и приказала, – быстро неси полный таз проточной воды, – а сама придвинула стул к дивану под тазик, приподняла женщину за плечи почти усадив ее.

Ира мухой принесла таз и плюхнула его на табуретку.

Васька снова прикрикнула на нее, – помоги мне, придержи ее за плечи.

А сама, обмирая от страха вспоминала, как мама Галя говорила, отчитывала сглаз, и она, мысленно слыша ее, вторила ей негромко вслух пытаясь вложить силу в слова правильно выговаривая все звуки.

– Вода бегучая, вода плакучая, смой черноту наведенную. – Вода проточная, вода бегучая, смой, забери слово черное. – Вода бегучая, вода могучая, отпусти, очисти, помоги, грязь уведи.

Васька произносила и на каждую строчку умывала женщину над тазом. Уже в середине заговора ей показалось, что с ее ладоней закапала чернота. Так это или нет, но женщине явно стало легче, а еще через минуту ее стало тошнить. Она, скрючившись над тазом, содрогалась от рвотных конвульсий. Тошнило женщину тоже густой чернотой, а запах то какой тяжелый пошел. Васька невольно отвернулась и отступила на шаг. Ира тут же спохватилась и быстро сама без напоминаний кинулась распахнула настежь все окна в комнате, притащила ведро с водой замыть пол в комнате. Васька снова усадила обмякшую женщину и стала мерить давление. Вроде и легче ей стало, но давление слишком упало, и она болталась безвольной куклой не в состоянии прийти в себя. Васька снова прикрикнула на Иру, чтобы она помыла тазик и принесла еще чистой воды. Она вспомнила что умывание необходимо повторить еще два раза. Некоторые обряды по порче завязаны на три или пять повторов у слабых ведьм. Ира делала все быстро и беспрекословно. Васька уже более спокойно еще два раза отчитала женщину. Хоть она чувствовала, что делает все правильно, но нестандартность ситуации по – прежнему до колик в животе пугала ее. Но Тамара Георгиевна оживала на глазах и Васька успокоилась. Пока Ирина убирала все вокруг Васька еще раз смерила давление, проверила зрачки и облегченно выдохнула увидев, что все в порядке. Состояние женщины стабилизировалось, и она уже осмысленно наблюдала за суматохой вокруг нее пытаясь привлечь Васькино внимание.

Видя, что девушка в растерянности Тамара Георгиевна схватила Ваську за руку и стала торопливо говорить, – спасибо вам что помогли… вы только пожалуйста никому не говорите, что здесь произошло. – Ирина так не хотела плохого… все случайно вышло. -… И я сама виновата… видела же, что девочка не в себе и стала ее дергать! – Ира хорошая только вот не может справиться со своим даром, а учить ее некому. – Наши то, колдушки да ведьмы местные сами ее бояться и учить не хотят. – Она сильнее их, а им конкурентку не надо… вот и боятся, да хают ее. – Вы с ней поговорите, она вас вон как слушает.

Васька то и сама была в задумчивости, не зная, что же ей делать, не писать же в карточке, -«больная пережила магическую атаку. Лечение провела сестра отлив больную проточной водой». К тому же Васька чувствовала такую непривычную слабость и усталость, как будто весь день на ногах отмотала дорогу на все свои пять деревушек. Отцепив от своего локтя руку Тамары Георгиевны Васька задумчиво пробормотала.

– Я на работу иду у меня еще прием сегодня до трех часов. – Ира, а ты понаблюдай за Тамарой Георгиевной пока, а к концу приема подойди ко мне, и мы поговорим с тобой, хорошо.

Заплаканная Ира была не сказала Ваське ни слова только кивнула головой, что придет. А Васька хоть ей и очень не хотелось, но она пошла обратно в медпункт. К счастью людей сегодня почти не было, так только две старушки подружки зашли давление померить и сплетнями поделиться. И Васька пользуясь затишьем вскипятила чайник. Не спеша напилась крепкого сладкого чая и ей полегчало. Слабость, дрожь в коленках и руках ушли. Васька знала, что у нее дар крохотный и сегодня она выложилась в полную силу, а мама Галя говорила, что сладким чаем можно быстро восполнить силы. Что будет говорить Ирине она не представляла, но понимала, что именно ей эту проблему придется как-то решать. Ирина опасна и если она не научиться держать свой талант в кулаке, то бед от нее будет много. Не зря ее так боятся все местные жители.

Но как не странно, они с Ирой после этого случая даже подружились. Ира была потрясена Васькиным умением так ловко и быстро снять порчу. Ирина оказалась девушкой неглупой и не злой. Она старалась держаться подальше от людей что бы им не навредить, а многие сплетники это ставили ей в вину и рассказывали о ней такие гадости, что… Ее история жизни, как и Васькина тоже оказалась трагичной. Она уже устав от лишнего внимания спокойно рассказала Ваське о себе признавшись, что никому не нужна была с самого рождения. Вернее, ее рождение не оправдало надежд Ирининой матери. Мать Ирины сознательно пошла к знахарю Бурцеву в любовницы и мечтала о том, что станет его женой и хозяйкой всех его денег. Бурцев был местной знаменитостью и всегда при деньгах. Вот мать Ирины и захотела себя обеспечить непыльной работой, а при возможности и занять постоянное место рядом с ним. Любовниц у знахаря было много и добиться места рядом с ним можно было только родив ему наследника. Когда забеременела, понадеялась, что он женится на ней.

Но Бурцев поставил условие, – сначала роди!

Да и как оказалось к тому времени наследник у него уже был. Бурцев не хотел, чтобы о его ребенке знали поэтому и помалкивал и к беременности Ирининой матери отнесся равнодушно.

– Хочешь роди, а хочешь можешь избавиться, – бросил он ей, – помогу тебе в любом случае, но запомни сразу это только твой выбор.

Но она все – таки решила родить… и как же разозлилась появлению дочери. Бурцев то хвастался всем в округе что у него только мальчишки родятся. Тем не менее Ирину он признавал, но на словах. … А-а-а-вот жениться отказался наотрез. Деньги на воспитание дочери платил хорошие, но матери этого было мало. И когда он успел привязаться к дочери она увезла ее из Алексеевки. Мать Ирины надеялась, что он будет скучать по дочери и вернет ее согласившись на все условия, но прогадала. Бурцев к тому времени был уже далеко не молод и сильно болел и это его волновало больше пропажи дочери. Прошло совсем немного времени, и Бурцев умер, а его сын куда – то исчез. Мать Ирины приехав в Алексеевку и увидев заброшенную деревню просто взбесилась от того что рухнули все ее планы. Била она Иру сильно вымещая на ней всю свою злобу и неудачи. Да и воспитанием особо не заморачивалась, жалея только себя. Ира, не смотря на плохое отношение матери жила с чувством вины считая себя причиной ее смерти. Когда-то еще совсем девчонкой, не выдержав очередных побоев в гневе кинула в лицо матери проклятье … и совсем скоро стала сиротой. Мать умирала весьма мучительно ежедневно, проклиная дочь и Ира сама была на грани самоубийства виня себя во всех грехах. Тамара Георгиевна Ирине была двоюродной теткой. Она к счастью и забрала девочку к себе несмотря, что ее отговаривали от этого шага все родственники. Ира к ней привязалась и очень любила.

– Вот так я и живу… стараюсь сдерживать себя, но иногда не получается, – пригорюнившись рассказывала она Ваське. -Этот проклятый дар требует выхода, и я не могу с ним справится.

– А ты была у брата, не выдержала Васька перебив Ирину, – может он сможет тебе помочь, да обучит всему что умеет.

Она тоже прекрасно понимала, что сама Ира не справится со своим опасным талантом и помочь ей некому.

– Ага, нужна я ему, как же, он меня не признает, тем более лечить у меня не получается, только калечить. – Значит, ты с ним не встречалась никогда, – поняла тут же Васька, – и уже накрутила себя. – Давай так, скоро Катя вернется, а я пойду в отпуск… и съездим вместе с тобой в эту Алексеевку. – Если он тебя не признает, то будем искать другой выход из этой странной ситуации, хорошо!

Этот разговор состоялся уже у Васьки дома. Изначально Васька просто хотела отчитать Иру, что бы та была аккуратней. Но глянув на заплаканное Иринино лицо пригласила в дом на чай, а там девчонки и разговорились.

Домовой не стал прятаться от Иры, а та, увидев его сразу разулыбалась, – Какой он Васька у тебя симпатичный, да опрятный. – У нас с Тамарой Георгиевной тоже в доме Домовой есть, Василем зовут, но он такой старый и скрипучий… и все время ругается на меня.

– А ты подружиться с ним не пробовала, – тоже улыбнулся ей Домовой Злат. – Если ты постоянно будешь к нему с уважением, то глядишь, и он к тебе тоже будет относиться хорошо.

– Я то, к нему всегда с уважением, а он просто за Тамару Георгиевну боится. – Все время ей говорит, что зря она меня к себе взяла, – тут же расстроилась Ирина. – А за сегодняшний случай то теперь он меня совсем со свету сживет.

– Приди домой поклонись и повинись! – Обещай, что будешь себя контролировать и Хозяйка моя права… тебе нужно к брату ехать. – Он не может от тебя так просто отказаться… колдуны они свою кровь чуют! – А-а-а так как у вас кровь одна он лучше всех тебя обучит, – заключил Домовой и ушел, чтобы не мешать поболтать девчонкам.

Васька тоже многое рассказала Ире. Ведь чем – то их судьбы оказались схожи. Обеим девчонкам досталось от жизни и обе они теперь стараются удержаться на плаву считай в одиночестве. Вот так слово за слово и девчонки крепко подружились.

Ваську уважали в селе и когда она стала дружить с Ирой многие удивились, но и сразу заметили, что у девушки агрессивности убавилось. А что тут удивительного! «Когда все тебя бояться тут поневоле станешь злой», – считала Васька. Катя тоже одобрила их дружбу.

– Жалко мне ее всегда, но я к ней ключика подобрать не смогла. – Да и боялась сильно ее если честно, – повинилась она, отводя взгляд. – Мать то у нее была очень жестокой и эгоистичной… я сама – то с ней не встречалась, но соседки рассказывали, как она над дочерью измывалась. – Ее даже родительских прав лишить хотели. – Но она сразу плакать начинала, обещала исправиться… – А ведь Ира то ей не нужна совсем была, и она на нее хорошие деньги получала.

– Ага, получается в селе все про Иру знали, а помочь то никто не захотел, – возмутилась тут же Васька с упреком поглядывая на подругу.

Катя не стала оправдываться, – а что ты хочешь? – Мать ее не пила, работала, дома чисто, а что дочь бьет, так-такое-то везде бывает. – Меня тоже маленькой били, хотя я самая любимая в семье была. … Иногда поротая задница лучше думать заставляет… по себе сужу. Катя засмеялась, – мама меня наказывать не могла, жалела, а папа бил. – Но не больно, просто потому что так надо. – А как обидно то мне было! … А-а-а сейчас вспоминаю все… и мне смешно. – Многое зависит от отношения в семье к ребенку… а Ире да… в этом плане не повезло. – Да и ты Вась не откладывай поездку. – Ире тяжело сдерживаться, а сама она не поедет, побоится. – Так что давай ка отпуск оформляй … да езжай с ней в Алексеевку.

– Я даже не представляю где это? – Озабоченно произнесла Васька.

– А ничего сложного. – От нас до Морши доедете автобусом. Катя нахмурилась, вспоминая дорогу, – а точно там же на вокзале пересядете на автобус, который идет на Рязань или Москву. – Водителю скажите куда вам надо, и он высадит. – До Алексеевки пешком с трассы далеко идти, а туда автобусы давно не ходят… деревня умирающей считается. – Но там есть гостиницы, переночуете если что. – К Валерию знахарю то очередь и в тот же день вы к нему точно не попадете. – Но хоть какое-то приключение у тебя будет, а ходить ножками вам – то точно не проблема. – Да и мне все расскажешь, когда вернешься. – Я ведь тоже давно хочу там побывать. – Ты не представляешь столько мне про это место рассказывают и думаю сочиняют больше. – Как раз проверишь!

Васька с Катей спорить не стала и быстро оформила отпуск на пару недель. И сразу же пошла к Ирине домой договориться в какой день им ехать, переживая что та может и отказаться от поездки. Так и случилось. Ира откровенно боялась ехать к брату и сразу же Ваське выложила кучу причин, по которым она вот никак сейчас не может, а вот попозже точно… Но тут к Васькиным уговорам присоединилась и Тамара Георгиевна. Вдвоем они все – таки смогли Ирину уговорить.

– Ира, не бойся я же с тобой поеду и в обиду тебя не дам, если что, – уговаривала Васька. – А уж если с твоим братом не сложиться, то просто попутешествуем, а на обратном пути в Морше погуляем… говорят красивый город, интересный. – Отнесись к нашей поездке как к прогулке, а я уверенна, что все у нас получиться. – Да и мне то как интересно… я ведь год здесь почти живу и никуда еще дальше нашего участка не выбиралась.

Тамара Георгиевна увещевала Ирину с другой стороны, – ты ведь не знаешь брата совсем, а даже познакомиться с ним не хочешь. – А он то может о твоем существовании и совсем не знает. – А-а-а если и говорил ему кто…, то сама подумай! – Почему он должен тебя искать? – К нему сколько народа каждый день идет… откуда у него время то на твои поиски… ты подумала!

Ирина молчала, сопела, но ее уговорили и даже собрали в четыре руки быстро вещи. Решив вместе ничего не откладывать и рано утром завтра же и уехать. Васька попрощалась и тоже пошла собирать уже свои вещи.

Утром рано Васька привычно соскочила с кровати быстро собралась и попрощавшись с Домовым вышла из дома. Пока шла к Ире все переживала, что та сейчас снова заупрямиться или упрется как коза и нужно будет ее снова уговаривать. Но вопреки Васькиным переживаниям Ира уже собранная ждала ее у калитки. В окне дома маячила Тамара Георгиевна, подозрительно подтирая глаза платочком. Ирина хоть и была снулой да бледноватой, но без капризов и нытья пошла с Васькой, а потом пока девчонки вышагивали до трассы и вовсе развеселилась.

– Я же к нему не денег просить еду, а помочь только со своим даром разобраться. – Ну а выгонит… буду там же ведьму, какую ни будь искать, – вещала она с оптимизмом. – Там говорят, даже есть деревня колдунов! – Они ото всех спрятались и живут преспокойненько в глуши.

– Да здесь я только и слышу, что в каждой деревне колдуний пачка, – возмутилась Васька, – а Катя к твоему брату только больных отправляет! – А уж точно не к местным ведьмам да колдуньям. – Они все шарлатанки, но так себя подают… заслушаешься.

–Ну да, – согласилась Ира, – у нас одни мошенницы… и то к ним народ идет постоянно. – И по многу раз одни и те же люди приезжают… сама видела.

Васька закатила глаза, – вот вроде наша область центр России, а люди все до чего суеверные. – Как будто при царе Горохе живем…, и цивилизация никак к нам не доберется.

– Ага, из цивилизации только зомбоящик и по нему тоже экстрасенсы и колдуны наперебой выступают, а что ты от простых то людей хочешь, – рассмеялась заметно повеселевшая Ира.

Автобус им долго ждать не пришлось и через час они были в Морше. Город оказался милым, чистым и таким провинциально спокойным, что девчонки решили немного прогуляться по центру. Зашли в кафе позавтракали с интересом разглядывая в окно спокойных, неторопливых горожан, которые плавно с достоинством сновали по центру.

– Надо же, – восхитилась Ира, – я в Тамбове была… э-э-э там люди как в муравейнике туда – сюда спешат. – А в этом городе время как остановилось, так же, как и в нашей деревне тихо только чуть развлечений больше.

– И молодежь такая же и дети тоже неторопливые, – загляделась в окно и Васька, – интересно как здесь люди живут!

Девчонки еще посмотрели в окно немножко. Расплатились и еще погуляли с любопытством разглядывая сонный город.

– Нет, – решительно сказала Ира, – в нашем селе веселей и жизнь бьет ключом по сравнению с Моршей. – Поехали отсюда, а то я на ходу скоро усну.

На вокзале они долго не стояли. Оказалось, что для такого небольшого города автобусы в нужном им направлении уходят каждый час и девушки тут же сели в отходящий автобус предварительно попросив водителя высадить их у Алексеевки. Водитель привычно мотнул головой и девушки облегченно выдохнули. Они переживали что про эту самую Алексеевку никто не знает и им придется ее искать.

Еще час езды и водитель крикнул, – кто там, в Алексеевку выходите.

Оказалось, что вышло почти пол автобуса, – ого, – удивилась Васька, – сколько людей то сюда едет ни многовато ли для вымершей деревни.

– Она только числиться умирающей, – тут же раздался, чей-то голос из толпы, – а туда столько людей каждый день едет и идет…

– А что правда там знахарь хорошо лечит? – спросила Васька. – Столько я слышала про него и все – таки не верится! – Да и боязно сколько денег он за лечение денег потребует! – А вдруг не хватит…

– Не веришь, так и нечего туда ходить, – раздался грубый голос.

Толпа ринулась вперед, а девчонки отстали, решив идти не спеша. Оказалось, они не одни такие и за ними еще идет женщина, которая тоже не стала бежать с толпой. Догнав и поравнявшись с девчонками худенькая женщина непонятного возраста спросила, – можно я с вами пойду? – Одна боюсь, а за толпой мне не угнаться.

Васька как медсестра обратила внимание на ее бледный вид и желтоватое лицо, – вам плохо может я чем помогу вам?

Женщина грустно усмехнулась, – мне уже никто не поможет… если только меня знахарь возьмет, то может и повезет. – А на людей на их грубость вы не обижайтесь. – Все люди идут сюда с тяжелыми болячками и переживают возьмет он их на лечение или нет.

– А что бывает и отказывает, – удивилась Васька, – я была уверенна, что за деньги он всех лечит.

– Он же не волшебник, – удивленно пожала плечами женщина. – Иногда отказывает… если уверен, что помочь не может. – Такие случаи бывают … и часто. – А что деньги! – Так он их не просит, цены не назначает… берет сколько дадут. – Не дадут тоже лечит. – Он же настоящий знахарь, а у них так положено.

Нервничая Ира стиснула ладонь Васьки, – может, пойдем быстрее.

Ира даже не слышала, что говорит их случайная попутчица. Уже близко от цели она снова стала переживать и по ее лихорадочно блестящим глазам и растерянному виду Васька поняла, что Ира боится снова передумать оттого и торопится.

– Нет, – сразу же отмахнулась Васька и добавила тихо, – женщину нельзя на дороге одну оставлять, давай медленно и спокойно дойдем. – Если ей станет плохо, кто ей поможет здесь.

Ира растеряно проморгалась и наконец уже осмысленно – понимающе махнула головой в знак согласия. Им пришлось идти и-за попутчицы долго и нудно, но и бросать больную женщину они не подумали. В дороге им даже пару раз пришлось присесть в теньке и отдохнуть. Они-то не устали, а женщина без этих остановок точно бы не дошла. В начале пути она была довольно бодрой и хорохорилась, стараясь двигаться быстрей, но чем дольше они шли, тем больше бледнело ее лицо и заплетались ноги. Женщине было неловко задерживать девушек, и она все равно явно боялась остаться одна. Васька с Ириной только и успевали ее успокаивать и заверят что не торопятся.

Уже перед самой Алексеевкой, женщина вздохнула, – не знаю, правильно ли я делаю. – Знаете, живу одна и так за жизнь цепляюсь самой дивно ради чего. – Только заболев поняла, что жила бессмысленно и без цели. – Если выживу, то изменю свою жизнь… я ведь не старая еще … только и-за болезни так плохо выгляжу. – Если выживу возьму чужого ребенка да воспитаю, так жить как сейчас я больше не хочу. – Всю жизнь для себя только жила и вот итог.

Девчонки промолчали, а что скажешь права она на все сто. Нужно не только для себя жить, но и что – то после себя обязательно оставить. …И дело не в стакане воды перед смертью. Человека как ни крути помнят только по делам его или по его детям.

Алексеевка оказалась одним сплошным строительством. На входе в деревню их встретили горы кирпича или связки бруса. Но пока они шли присматривались и поняли, что дома строились не тяп – ляп. Улицы ровнехоньки, дороги и тротуары широкие сразу видно по плану и дома все как по линеечке и вокруг них все аккуратненько. И несмотря на то, что стройка сплошняком вокруг удивительно чисто.

– Нужно найти жилье, – решительно произнесла Васька, – устроимся где ни будь все вместе, а потом мы сходим запишемся на прием. – А вы, – обратилась она к их случайной попутчице, – отлежитесь. – Вам точно нужно отдохнуть и это не обсуждается.

Женщина вяло кивало на Васькины слова. Она уже еле держалась на ногах и явно могла свалится в обморок в любую минуту. Девчонки ее подхватили под руки и практически поволокли по улице выглядывая где можно остановиться на постой.

– Меня Софья зовут, – представилась наконец женщина, слегка задыхаясь от усталости, – и вы правы я уже совсем без сил и не смогу сходить и записаться сама на прием.

Девчонки тоже представились Софье и стали останавливаться у каждого дома спрашивая можно ли на ночь остановиться. Сдавали то жилье везде, но с обеда снять его уже было сложно. Слишком много людей каждый день приезжало в Алексеевку. Пришлось пройти почти всю деревню пока не нашли свободную комнату на четверых человек. Хозяйка съемного жилья сразу предупредила, что мест мало и если еще одинокая женщина будет, то она им ее подселит.

– А то люди хотят выкупить комнату на двоих допустим, а дело не только в деньгах… – На улице нехорошо кого – то оставлять ночевать, а деревня только отстраивается и с гостиницами пока туго… вот и впихиваем всех. – Придется потерпеть…

Цены в Алексеевке оказались не самыми дешевыми, но хозяйка, озвучив плату за комнату сразу предупредила, что торговаться не будет. От ее дома до усадьбы Валерия совсем близко и желающие жить даже в таких условиях есть всегда. Что с местами туго девчонки уже и сами поняли. Без раздумий рассчитались сразу за два дня предупредив, если не попадут на прием в эти дни, то доплатят. Единственным бонусом оказалось, что их еще и будут кормить за уплаченные деньги. Выделенная комната оказалась просторной и светлой. А сам дом благоустроен и в нем есть душ и туалет. В общем оказалось, что все не так и плохо. Васька смерила Софье давление, сводила в душ и уложила отдыхать, а они с Ирой пошли записываться на прием к знахарю. Хозяйка сразу предупредила, что у дома Валерия охранник всех желающих записывает в журнал и потом всех по очереди вызывает. Так что они сразу будут знать, когда попадут на прием и не нужно беспокоиться что кого – то пропустят вперед вне очереди с этим здесь строго.

Так и получилось, только они подошли к усадьбе Валерия, как тут же из калитки появился охранник с книгой. На завтра было только одно место и девчонки не колеблясь записали на прием Софью, а себя уже на следующий день, вернее Иру. Васька сразу сказала будет ждать как у Иры все пройдет у ворот. Сопровождающих, сразу предупредил охранник, во внутрь не впускают, даже тяжелых пациентов заносят в дом санитары. Строительство идет и лишние люди будут только мешать. Девчонки еще походили вокруг дома Валерия, но за высоким кирпичным забором ничего не видно только, как и везде слышался строительный шум.

– Васька я так боюсь, я ведь себе все намного проще представляла, а тут у него все так масштабно… и все на него работают. – Захочет ли он вообще со мной говорить!?– снова заканючила Ирина.

– Хватит ныть, мы уже все с тобой решили и теперь отступать не будем. – А откажется от тебя, значит дурак … я бы не стала… и у него тоже родных то нет… так что подождем, – решительно отрезала Васька. – Пойдем Софью обрадуем! – Да завтра ее проводим и все посмотрим.

Софья даже не поверила девчонкам, что они так просто записали уже завтра на прием. Она то уже настроилась на долгое ожидание увидев сколько к нему ежедневно людей идет.

– Вы меня только завтра не бросайте, проводите, – взмолилась она, – мне так легче будет… боюсь…

– Да нам самим интересно поэтому конечно проводим, – не стали отказываться Ира с Васькой.

Тут и Хозяйка дома их позвала на ужин. Накормили их очень неплохо кстати. Еду хозяйка выставила на стол простую, но все от картошки до молока и мяса свежее, домашнее и вкусное. Софья есть отказалась, но хозяйка, привыкшая принимать у себя в доме тяжелых больных напоила ее специально сваренным по рецепту знахаря бульоном пояснив что ей нужно набраться сил для лечения. Все были вымотаны долгой дорогой и после ужина сразу отправились отдыхать. Спали без сновидений и крепко включая Софью, которая последнее время мучилась от боли и почти не спала. Девчонки сразу догадались что бульон для нее явно непростой приготовила хозяйка. Утром они переволновались все втроем. Наспех перекусив девчонки и Софья быстро направились к усадьбе Валерия у которой уже собралась огромная толпа. Но вопреки опасениям больных оказалось немного просто они все приехали с сопровождающими. И как раз то сопровождающие теперь у ворот усадьбы эмоционально и порой громко переживали за своих родных гадая кого возьмет знахарь, а от кого и откажется. В толпе время шло быстро, хотя Софья нервничала и находилась в полуобморочном состоянии. Васька поглядывая на ее белое как простынь лицо уже всерьез стала опасаться, что она сможет дождаться помощи. Софья, стиснув зубы стояла как загипнотизированная отказываясь присесть на скамейку и с надеждой ждала решения своей судьбы. Для больных людей у забора стояли удобные скамейки. Но многие больные упрямо стояли как Софья даже пациенты на костылях. По их лицам сразу становилось понятно, что знахарь их последняя надежда. Некоторых больных Валерий сразу оставлял в доме, и выходящий охранник объяснял родным, что нужно принести им из вещей и как правильно передать. Некоторые больные оставались жить в деревне и ходить каждый день только на прием лекарств и осмотр.

– Надо же, как он все организовал, – вслух восхитилась Васька, – в его доме и больница и дневной стационар.

– Больных и кормят в доме знахаря хорошо, – отозвалась полненькая женщина, – он запрещает передавать продукты… вроде как у его пациентов у каждого особая диета.

Девчонки только головами крутить успевали от удивления, а Ира от своих переживаний так вообще молчала плотно сжав губы. Софью вызвал охранник уже последней и она, еле держась на ногах отправилась на прием, а Васька с Ириной остались ждать результата. Говорить не хотелось и теперь уже девчонки вдвоем нервничали и переживали за свою случайную знакомую. Но долго ждать им не пришлось. Вскоре вышел охранник и обратился к девчонкам.

– Оставил знахарь вашу знакомую у себя, – произнес он важно, как будто это он сам принял больную. – Она совсем плоха и ее сразу же уложили в больничку. – Она просила сумку ей передать сегодня, а как уж у нее сложиться… теперь только нужно ждать.

///

Хозяйка только руками всплеснула, увидев девчонок на пороге дома бледными и без Софьи.

– Взял!?

– Взять, то взял, а поможет ли, – вздохнула Васька проходя в дом и подталкивая впереди себя совсем растерянную Ирину.

– Совсем безнадежных больных, он не берет, – успокоила Хозяйка, – и вы не переживайте давайте обедайте, а сумку чуть попозже отнесете.

Передав сумку Софье девчонки еще долго гуляли по Алексеевке. Здесь все так необычно. В каждом подворье возводили по два, а то и три дома! Местные жители строили гостиницы для приезжающих на лечение людей. В центре деревушки уже работала небольшая столовая. Девчонок поразило обилие непривычно красивых как в городе магазинов. Удивило, что здесь живет очень много молодых людей и школа большая строится, обычно то в наше время все наоборот. … И еще девчонок поразило что местные жители одеты в большинстве непривычно. Васька с Ирой еще вчера заметили, что в подворье знахаря все женщины работают в темно серых длинных платьях и обязательно с плотно затянутой в платок головой. … А, в самой деревне женщины и девушки щеголяют в ярких, но тоже длинных платьях и на головах у многих разноцветные платки. В основном у тех жительниц кто занимается сдачей жилья. Как девушкам это было не странно, но им понравилось. Было в Алексеевской моде что – то притягательное и красивое. Да и их хозяйка так ладно двигалась в длинном до пят темном платье, что девчонок зависть взяла. … И обедать приятно зная, что с головы хозяйки в еде волос не будет. Местные женщины уже так привыкли носить платки что снимали их только ночью. Платки кстати их не портили и завязаны у каждой девушки они были весьма оригинально. У кого-то платок охватывал голову тюрбаном. Некоторые девушки щеголяли в платках с затейливо затянутыми концами на лбу завязанными забавными узелками. У многих девушек узел платка необычно охватывал косу. Девчонки и не представляли до этого что платки могут быть таким необычным украшением и так потрясающе и модно смотреться. Девчонок поразило что все жители и приезжие спокойно рассказывали, что Валерий знахарь, колдун и многое умеет, а если не может помочь, то не вымогает деньги как обычные шарлатаны.

– Знаешь, – заговорила Васька, я никогда и не во что, не верила, а как стала жить в нашей «Березовке» с чем только не столкнулась! – Сама еще осознать до конца всего не могу. – Вдобавок ко всему моя приемная мать оказалась ведьмой, а родной отец был Колдуном… иногда я сомневаюсь, что я нормальна! – Ведь скажи я такое обычному человеку, кто мне поверит.

Ира только кивала в ответ молча. Она то выросла в деревне и колдунам и ведьмам относилась спокойно.

– А сейчас мы записались на очередь к знахарю… иногда я щипаю себя думая, что во сне и никак не могу проснуться, – продолжала изливаться Васька.

– М- да, ну ты и накрутила! – Мне, наверное, проще…э-э-э … я-то обо всем знала с детства и принимая все как должное, – наконец очнулась от своих дум Ира. – Но я тоже боюсь, особенно … завтрашнего дня.

Пока девчонки гуляли свободные кровати заняли мама с дочкой, но они держались особняком и знакомиться не стали. Ира с Васькой и не настаивали сами переживали как у них все пройдет завтра.

///

Ира утром по записи стояла первой и девчонки, не дожидаясь завтрака рванули к усадьбе и встали у ворот. Ира бледная как полотно крепко вцепилась Ваське за руку, что у той аж чуть позже синяки проявились. … А, когда Иру вызвали, она вдруг разом успокоилась и твердо вошла в ворота. Теперь уже Васька осталась нервничать и переживать за подругу почему-то представляя Валерия чудовищем. Да и ждать ее пришлось долго.

В очереди тоже зашептались, – что такое, почему так долго, – тем более Ирина не производила впечатления больной и люди невольно стали себе придумывать зачем она к нему записалась на прием.

Тут вызвали следующего пациента по списку, а Ира не вернулась.

Васька кинулась с расспросами к охраннику, который просто развел руками и сказал коротко, – ждите.

Васька уже не знала, что ей делать. Ей в голову тут же полезли дурные мысли, и она уже начала подумывать как бы ей через забор перелезть. Мало ли, а вдруг сестра для него – это позор, и он ее уже убил! Васька так увлеклась своими мыслями, что не сразу заметила возле себя растерянную Иру.

– Ну что? – выдохнула Васька.

Ира молча повисла на Васькиной шее и заплакала.

– Он обрадовался, представляешь… он сразу меня почуял! – … И… и… и, – Ира захлебывалась слезами и не могла связно продолжать рассказ.

Васька за руку оттащила ее подальше от толпы. Нашла пустую скамеечку подальше от ворот и всунув в руки Иры носовой платок произнесла, – ты давай успокаивайся и все подробно рассказывай… я сама тут уже с ума схожу.

Ира, сначала спотыкаясь, а потом уже более связно кинулась пересказывать Ваське как ее принял Валерий. Оказалось, все прошло великолепно! Валерий как Иру увидел сразу понял кто она такая, а услышав ее историю так злился и ругался почему она сразу к нему не приехала и так долго тянула со встречей.

– Знаешь, мы с ним так похожи… только он симпатичней. – Он сказал, что жить я буду пока в его доме… он теперь будет отвечать за меня и заботиться… и обучать тоже. – Я уже Тамаре Георгиевне позвонила и все рассказала! – И он говорит, что ты можешь тоже погостить в домике для гостей в его усадьбе. – Не думай о нем плохо, – тут же забеспокоилась Ирина. – Ты не представляешь, как он устает от людей. – Он сказал, что позже и меня переселит тоже отдельно и это надо просто понять и принять, но главное он рад и тебе благодарен, что ты меня выпихнула сюда.

– Я рада за тебя, – обняла Иру Васька, – но знакомиться с ним не хочу! – Не обижайся, но это тоже моя прихоть. – Главное, что я тебя пристроила, и передай ему если он тебя обидит я ему что ни будь устрою! – И… если что не так ты мне сразу звони, и я тебя заберу, хорошо!

– Хорошо, – рассмеялась Ира. – Жаль, что не хочешь его видеть, но с другой стороны это твое право. – Спасибо тебе Васька, что ты меня сюда притащила, понимаешь… как бы у меня здесь не сложилось… – Но это будет… я уверенна намного лучше, чем было в «Березовке» и теперь у меня есть семья. – Ты хоть сегодня переночуешь здесь?

– Нет, пошли за вещами и проводишь меня до окраины Алексеевки, – заторопилась Васька. – Мне, почему-то кажется, так будет правильно.

Почему Васька не захотела знакомиться с Валерием она и сама объяснить не могла, вот пришло к ней такое чувство не надо и все тут. А Ире она клятвенно пообещала приехать сюда позже в гости и посмотреть, как та будет жить.

Ира проводила Ваську почти до трассы. Когда, уходя Васька оглянулась, то у нее возникло чувство что у Иры теперь все сложиться хорошо. К тому же Тамара Георгиевна будет приезжать к Ире часто… так что переживать теперь Ваське нужно только за себя. Васька не сразу отправилась домой еще пару дней провела в Морше. Она радовалась за Иру и хоть ей было немного горько оттого что лишилась подруги радость за нее все равно перевешивала и еще ей просто хотелось побыть одной. Васька понимала, что с Ирой они уже если и встретятся такой искренней дружбы уже не будет. И в «Березовку» ей как-то так сразу возвращаться не хотелось. Васька невольно вспомнила как вот совсем недавно после смерти мамы Гали она растерянная и одинокая не знала, как и где будет жить и сколько всего с ней произошло за это время. И она больше не одна и у неё есть свой дом. Вот отдохнет пару дней и вернется в свою «Березовку» в которой теперь вся ее жизнь. Да и отпуск вроде как-то обязывал отвлечься.

Васька, вернувшись домой денек еще провела в ничегонеделанье. С удовольствием повалялась в кровати до обеда чего раньше себе не позволяла. Неспешно обошла сад и двор, повозилась на клумбах. Но странно что работа по дому ей не доставила радости. Раньше, когда у нее совсем не было времени и она уставшая дергала сорняки на грядке или устраивала стирку то мечтала неспешно навести в доме и ограде идеальный порядок. … А-а-а когда оказалось, что времени у ней полно, то … и ни хочется ничего делать. Хорошо хоть вечером в гости пришла Катя. Узнать новости про Иру из первых рук и просто поболтать за чаепитием. Васька ей все подробно рассказала, что да как произошло в Алексеевке.

Катя выслушав даже разозлилась на Ваську, – ну почему ты отказалась познакомиться с Валерием! – Мне так интересно как он выглядит. – Про него слухов столько ходит, – завопила она возмущенно. – А-а-а ты там была и даже не знаешь, как он выглядит! – Ну почему ты так поступила то?

Сердитая Катя совсем не напоминала спокойную во всех ситуациях врачиху, к которой так привыкла Васька.

– Я так надеялась все точно узнать от тебя, какой он, как лечит, – добавила она уже потише.

Васька задумалась и с трудом попыталась объяснить, – понимаешь, я боялась, что он меня разочарует и я буду отговаривать Иру, вернутся домой.

– Как это?

– Про него слишком много нам рассказывали в Алексеевке и жители и пациенты. – Мы пока там были только и слышали Валерий то, Валерий се. – Все в этой деревне на нем завязано, а я почему-то решила если его увижу он мне совсем не понравиться.

– Скорее уж наоборот, – заохала Катя, – испугалась что понравиться, а учитывая его отношение к женщинам, то да, тогда я тебя понимаю! – Кому охота стоять в очереди на то чтобы он тебя поимел… и всю оставшуюся жизнь вспоминать, как же он был хорош… и как ты ему не нужна совсем.

Васька покраснела как свекла, – ну ты Катя и придумываешь.

– А что не так, сколько мы слышали, что он бабник страшный! – Ирка его сестра и к ней он может и будет по – другому относится, а все остальные девушки для него просто … гм…мм… даже не знаю, как сформулировать … ну наложницы… если прилично говорить. – Он ведь наверняка и всех имен своих партнерш не помнит. – У него и отец такой же был… так что есть чего нам бояться. Катя раздраженно махнула рукой, – честно говоря я тоже не решилась съездить и посмотреть… возможность то была. – Хорошо бы он Иру и обучил, и научил жить, а то она совсем задерганная стала. – Могла в любой момент сорваться, да таких бед своим талантом наделать.


Васька вздохнула в знак согласия и робко вставила, – Тамара Георгиевна уже сумку собрала в Алексеевку ехать. – Я же сразу как вернулась к ней зашла. – Она и сама каждый день с Ирой по телефону болтает, а вот как съездит нам все и расскажет подробно. – Тем более у Иры скоро свой дом будет, отдельный! – Тамара Георгиевна и спешит, хочет все посмотреть, помочь Ире на новом месте… Валерий то все время занят. – А я хочу завтра уже на работу выйти, ты не против Кать?

– Я-то за! – более радостно отозвалась Катя, – а законодательство не очень, но знаю тебя не переубедить. – Заходи завтра с утра в медпункт перепишешь заявление на отпуск. – Ты ведь только неделю отгуляла … и хватит! – В путь на выселки там уже ждут тебя!

–Лучше туда чем просто так дома сидеть, – обрадовалась Васька.

///

И все у Васьки пошло снова как по накатанной колее. А она поняла, что это ей и нравиться. Именно этого чувства стабильности ей не хватало всегда. Слишком долго с мамой Галей они колесили по стране все время в бегах. Здесь в этом спокойном, сонном селе и его окрестностях ей все было понятно, просто, и интересно, а еще она здесь нужна и не только людям. В начале осени она простилась с лесным Хозяином. Оказалось, что Лесовик зимой в спячку впадает, как медведь. Васька сначала удивилась, что он так рано с ней прощается. Осень то только началась, еще даже листья на деревьях не пожелтели.

Архип Пантелеевич покхекал, покряхтел и сказал, – эх хорошо быть молодой и здоровой, а не старым пнем как я.

– К чему это вы, – сразу насторожилась Васька.

– Да осень нынче будет ранняя, холодная, дождливая… да сразу то с заморозками. – Вот я раньше и спать лягу… не люблю знаешь ли сырость и холод. – А ты уж постарайся до моего пробуждения никуда не влипнуть, а то знаю вечно тянет тебя куда нельзя. – А весной я буду тебя ждать… только не торопись… – Раньше, чем береза не зазеленеет не ходи, я до той поры еще сердитый. – Встаю то я раньше, но пока все везде просмотрю, да порядок наведу… – Да и еще я как проснусь сперва всегда не в духе… и ничего с собой поделать не могу. – Так что давай прощевай красавица до весны.

Васька немного погрустила, но она ж с ним не навсегда прощается. Год назад она про лесного Хозяина и знать ничего не знала, а тут как к родному привязалась. Архип Пантелеевич и правда оказался намного точнее синоптиков. … И через неделю после его ухода зарядили дожди. Каждый божий день морось с ветром или ливень, без вариантов. Васька даже пожалела, что отпуск нормально не отгуляла. Каждый день в дороге под дождем и по грязи совсем невесело вышагивать по своему участку. Все время мокрая да замерзшая она намоталась от души. Даже свое отопление в доме не спасало от сырости. Нет в самом доме сухо и тепло, только вот Васька придя с работы все никак не могла согреется, и одежда казалось сырой как не суши. Вроде вот только выйдет утром в теплой, сухой одежде, а буквально несколько минут на улице и снова все на ней волглое. И сверху дождь давит и все не кончается. А про налипшую на резиновые сапоги грязь даже думать не хочется… надоело. Как и сколько грязь не счищай тут же сапоги становятся тяжелыми собирая на подошвы липкий чернозем. Когда, наконец, ударили морозы Васька вздохнула с облегчением. Лучше уж так и ходить легче стало. Тут еще и Тамара Георгиевна вернулась и сразу же прибежала в медпункт к Кате и Ваське рассказать все новости про Иру. Девчонки то все равно переживали за нее, тем более у Иры то характер не сахар, что скрывать. Одно дело разговаривать с Ирой по телефону, а Тамара Георгиевна взрослый, разумный человек и ее взгляд со стороны, пожалуй, самый трезвый. Тамара Георгиевна выглядела непривычно свежо и молодо. Удивила девчонок своими рассказами, и успокоила.

– Все у нее налаживается на новом месте, – стала неторопливо рассказывать она, попивая чай который девчонки тут же приготовили.

Пациентов как раз не было, и они все уселись в процедурном кабинете что бы спокойно послушать новости об Ире.

– Валерий к ней как к родной относится, – радостно рассказывала Тамара Георгиевна. – Он так обрадовался, тоже ведь сирота, а тут живая родственница …, да они и по возрасту рядом… Ирочка то помладше его. – Так- то Валерий к женщинам относиться, – Тамара Георгиевна замялась, не зная, как выразить словами то что она видела, – в общем, только для одного дела! – Но Ирка то ему сестра и он над ней прям кудахчет. – Дом уже ей построил рядом хороший, просторный, на большую семью. – И мебель они какую-то модную по каталогу для этого дома подбирают, дорогую страсть! – Но он на нее денег не жалеет, а одежек ей понабрал сколько, – она закатила глаза, – а украшений то сколько набрал… да не простых! – Сам ей их заказывает.

– А чего он ее к себе не взял в дом, – тут же вылезла с неудобным вопросом Катя, – зачем он ее выселяет? – Может не дорога она ему, и он просто откупается?

– Я тоже так сначала думала, – заговорила Тамара Георгиевна, – но потом присмотрелась к нему и поняла почему он так делает. – У него ведь в подворье и дома с утра до вечера народу рядом тьма трется, а он и с каждым больным сам возиться и лекарства сам делает. – Ученики то у него есть, но они подай, принеси. – А только он от больных отойдет так на него все хозяйственные дела в Алексеевке обрушиваются и к вечеру он от людей сам шарахается… устает… уж так они его донимают. – Он даже баб в свой дом не водит только на работе их пользует.

– Во как! -удивились одновременно и Катя, и Васька.

– Ага, так и есть! – Ко мне – то он с уважением всегда, говорит спасибо вам тетя Тома за Ирку, что она не дикая выросла и не злая. – Так вот поэтому он один и живет… говорит если один хоть на ночь оставаться не буду с ума сойду. – Лечить и правда у Ирки таланта не оказалось, а вот настойки да мази делать у нее замечательно получается. – Валера сказал, что сделает из нее лучшую травницу! – И еще учится хочет ее отправить на агронома летом. – Сказал нам что в Мичуринске институт хороший, а Ирке образование надо! – Она не будет как-какая- то бабка прием вести, а он ей поможет хозяйство развести совместное. – Что бы обоим им польза была значит… – Он лечит, а она будет лекарства делать. «– Да еще Валера меня просил с вами поговорить, что бы вы нигде не рассказывали, что Ира его сестра, – убавила голос Тамара Георгиевна», – говорит он мне… враги у него есть… – А сестра – это как-же-то он назвал не припомню вроде что она его пятка что ли!

– Ахиллесова пята, – поправила Катя автоматически.

– Вот – вот, – оживилась Тамара Георгиевна, – не хочет он чтобы про Ирку кто знал, но вас сказал он в гости ждет! – И всегда вам поможет если надо будет… он доброе отношение ценит. – И чтобы вы за Ирку то не переживали он в обиду ее никому больше не даст.

У Васьки даже в глазах защипало. Она по – хорошему позавидовала Ире. Как же здорово, что у подруги теперь близкий и родной человек рядом который ее любит и заботиться.

– Не печалься, та так Васька, и у тебя все будет! -Ты хороший человек… вон сколько ты для чужой девки то сделала и не побоялась разговоров о ней. – И тебе еще все это вернется сторицей, уж поверь мне старой. – А Валера меня подлечил! -Сказал, чтобы я к ним переезжала … вот и думаю теперь. – Без Ирки то мне тоже жить неохота, а там вроде как польза от меня будет. – Ирка то учиться пойдет, а я за домом смотреть буду и ждать ее. – И уже не одна останусь, а то страшно, то в старости куковать. Тамара Георгиевна перевела дух и вдруг стукнула себя сухой ладошкой по лбу, – совсем я забыла старая, то … тебе Василинка привет от Софьи! – Выздоравливает она, хоть и медленно. – Валерий сказал, до весны ее лечить будет. – Раньше никак не получиться. – Она уже сама ему там по хозяйству помогает… деньги то все уже раньше на лечение в дорогих клиниках потратила, а обузой быть не хочет. – И она уже подумывает там насовсем остаться! – Говорит, нравится ей в Алексеевке. – Так что и я, наверное, туда же собираться буду, сказала она прощаясь.

///

Незаметно наступила зима и Васька вздохнула с облегчением. Все ее кошмары отступили, и она стала больше интересоваться тем, что же происходит вокруг. Характер у Васьки легкий, не злобливый, она легко сходиться с людьми и ей такая жизнь нравиться. Ей и самой нравилось быть нужной, ходить в любую погоду по вызовам, ставить уколы и капельницы. Она с удовольствием без раздражения объясняла, как правильно принимать лекарства, мерила давление и не злилась на своих пожилых одиноких пациентов, что они отвлекают своими рассказами от работы. Слушала их терпеливо, а что делать, и им нужно выговориться. Понимала, что одиночество в старости – это страшно и … ее не минует сия чаша. А еще Васька стала знакомиться с молодыми парнями и даже пару раз сходила на свидания. Но пока никто из парней не запал в ее сердце. Вроде и парней молодых да симпатичных в селе много, а вот сердце ни разу не екнула при взгляде на них.

И ладно бы если бы за ней какие – то пьяницы да дебоширы ухаживали! Нет. Среди Васькиных поклонников был учитель местной школы очень положительный молодой человек, а еще за ней пытались ухаживать и водители, строители и агроном. Может список женихов смешон для городских избалованных девушек, но жизнь в селе диктует свои законы. Менеджеров и руководителей банков, а также олигархов здесь нет. Фермеры, которые смогли встать на ноги, конечно по сельским меркам богачи, но работают они больше своих наемных работников. Учителей мужчин кстати, в школе почти половина. И что удивительно директор школы тоже сам будучи мужского пола – этим фактом очень гордился. Уж слишком школа за последние годы стала женским клубом, а ученикам часто говаривал он, – нужна крепкая рука и мужское воспитание. Но Ваське все ее поклонники не нравились, и она стала переживать что с ней не так. Почему никто из парней ей никто не интересен! Обидно вроде познакомится с приятным парнем, не дураком, не белоручкой и на внешность приятным, а к сердцу не лежит. Тут же она находила в каждом новом поклоннике кучу недостатков и … часто даже до первого свидания рвала отношения. И –за такие разборчивости на нее и в селе уже все косо посматривали, не понимая какого же ей принца надобно. Васька уже и сама понимала, что надо менять свою жизнь на семейную, пора. И девственность в ее возрасте это уже где-то даже и смешно. Но вот так просто бросаться парню, который неприятен на шею тоже не могла. Потребности – тела- это, наверное, важно, но Васька так ухайдакивалась на своей работе что таких проблем у нее еще не было. Она понимала, что дальше ей сложней будет строить отношения и возможно проблемы со здоровьем начнутся. Она сама мечтала о семье и детях, но хотелось ей может даже не любви, а душевных волнений, взаимности, понимания. Васька ругала себя за свою разборчивость, а вот переступить через свои чувства не могла. Вроде она далеко не романтичный подросток, а все равно не понимала, как это просто лечь в постель с незнакомцем.

– Так и прокукую до старости, и вон как Софья возьму ребенка на воспитание, – ругала она себя частенько.

Катя тоже переживала за Ваську. Она сама – то еще не собиралась замуж, но серьезно встречалась с мужчиной, работающим в «Березовке» прорабом. Свадьбу они планировали вроде как на лето без точных сроков оставляя себе возможность разбежаться, если что. Васька ей не верила считая, что у Кати уже со свадьбой все решено и она просто из суеверия все держит в секрете.

Уж слишком картинно Катя на все вопросы о свадьбе закатывала глаза все отрицая. Но однажды призналась, что поженится то они хотят, но… все их проблемы финансовые.

– Ты не представляешь сколько у нас оказалось родни с обеих сторон, – вздохнула она как-то печально. – И попробуй забыть кого-то из них не пригласить!

– А родители, – удивилась Васька, – неужели не помогут!

Семья Кати по деревенским меркам была весьма обеспеченной и все ее братья, сестры выходили замуж или женились как принято здесь с шиком.

Катя скривилась как будто лимон проглотила, – они то помогут если мы только заикнемся! -Мы с Игорем, так звали жениха, – сами решили собрать на свадьбу и не брать деньги с родителей, хоть они и предлагали помощь не раз. – Да и Игорь дом свой строит, чтобы по углам не мыкаться. – У меня то жилье служебное считай выделенное управой. – Пока я здесь работаю выкупить то его можно, но дом старый и совсем небольшой. – Игорь вообще в общежитии живет пока и не жалуется. Катя снова печально вздохнула, -вот пока мы и точно не можем со сроками определиться. – У Игоря есть накопления он на них стройку начал, а от моих сбережений отказывается наотрез. – Говорит, свою смешную зарплату на себя трать. – Хотя я уже хорошо накопила… сама знаешь… мы то продукты почти не покупаем и по магазинам за модными тряпками не бегаем. – Свадьбу будем в своем доме играть. … Вернее сначала – то в кафе конечно, но потом Игорь хочет сразу, что бы мы в свой дом заехали. – Летом он уже стройку то завершит, а пока Васька мы готовимся! … И тебя надо тоже с кем ни будь познакомить… может сразу и две свадьбы получиться. – На тебя- то парни вон как смотрят, а ты всех отшиваешь, почему?