Прозрения сновидца
Часть 2 (стихи, 2015)
Маша Халикова

© Маша Халикова, 2023

ISBN 978-5-0059-8810-2 (т. 2)

ISBN 978-5-0059-8494-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Ты просто оболочка, mon ami…»

Ты просто оболочка, mon ami.

Так облака легко несутся мимо.

Бродить, сцепляться пальцами с людьми —

Всё это блажь, всё это исцелимо.

Иди себе вперёд, не глядя ввысь.

В моих глазах и на страницах сухо.

Когда уже не знаешь, чем спастись,

Займешься даже врачеваньем духа,

Опробуешь любую новизну.

Порою город кажется тюрьмой, но

Встречаю наступившую весну

Опять без сна (виной тому – гормоны).

Дождь мелкой сетью липнет на стекло.

Прочту рассказ (всё слышится в нём плеть мне)

И вспомню вдруг, как глухо, тяжело

И больно быть четырнадцатилетней.

Теперь-то, слава Богу, к тридцати.

Разомкнутость очерченного круга,

Соприкасающиеся пути.

Ответ несуществующего друга,

С которым говорила по ночам,

Учась с четвёртом или третьем классе.

Вот волосы спадают по плечам,

Участие в болезненной гримасе.

Я не спокойна и не столь мила.

Двенадцати покуда не пробило.

Едва ли много я тебе дала

Всего лишь тем, что просто полюбила.

У нас с тобой кармическая связь.

Я вижу эти ласковые руки.

А на платочках вышиваю вязь

И монограммы, кажется, – от скуки.

Не ведаю, мечты и мысли – те ль.

Под алой розой – лезвие кинжала

Рисую. Не хочу идти в постель.

Влияния уже не избежала.

Ты так и будешь слушать эту ложь

(Моя Душа испытывает боль лишь),

И никогда меня не оттолкнёшь,

И странные фантазии позволишь

Осуществить в игре. Но ты пойми

(Коснусь рукой душистых тёмных прядей):

Ты только оболочка, mon ami, —

Всего лишь персонаж моих тетрадей,

Ты плод болезни. Я с тобой могу

Проделать всё (от муки, лира, тресни),

А наяву… Два слова на бегу,

Дела… Но это даже интересней,

Что у тебя такой тревожный взгляд,

Что часто отвечаешь невпопад,

Что хороши отзывчивость души и

Глаза твои коньячные, большие —

Огромные, и сладость тёплых губ,

И сильные расправленные плечи.

Пусть этот мир, который сер и груб,

Настигнет торжество противоречий.

Мы рядом за закрытыми дверьми,

Но всяческих кошмаров не пророчь-ка.

Когда ты мне наскучишь, mon ami,

Я просто поменяю оболочку.

Во мне живёт жестокое дитя.

Мы экзистенциально одиноки.

Я возвратилась столько лет спустя

Познать тебя – но это только строки.

Не бойся, потому что наяву

И не коснусь. Увы, я мало сплю: за

Два дня – лишь шесть часов. И всё живу

В плену своих причудливых иллюзий…

(1.03.2015, 6:10, г. Волгоград)

«Я соблазнительно тонка…»

Я соблазнительно тонка.

Тюльпан – изящный, гибкий – срежь мне.

И пусть его твоя рука

Преподнесёт. Не страшно грешной

И чуждой всем внезапно стать

В глазах толпы. Им не помочь нам.

Ты – красота, и вкус, и стать,

И стиль, и смех. Я не порочна.

Я не одёргиваю нить,

Существовавшую от века.

Я не боюсь теперь любить

Тебя – земного человека.

Переросла разврат и стыд.

Усмешка бледная, кривая.

Нас о пути оповестит

Весенний луч, отогревая

И просвещая эту тьму.

Когда окажемся вблизи мы,

Я обниму тебя, пойму,

Что завершаются и зимы.

Едва ли я к тебе добра.

Скорее только время шло б, раз

Проснувшись (кажется) с утра,

Я так и вижу этот образ,

Сто раз его запечатлев.

Но завтра так и не прозрелось.

Что юность? Жажда, зависть, гнев.

А примирённость – это зрелость.

Ты бережёшь в себя покой —

Я мимолётна и спонтанна.

Не жаль (ведь я была такой)

Ни ярко-красного тюльпана,

Ни серых дней, где снег и стыть,

Ни губ (нечёткая помада).

Я всё хочу тебя спросить…

Хотя, наверное, не надо.

Я лишь теперь осознаю,

Что жизнь – объём, страница ж – плоскость,

Что я люблю отнюдь не плотскость,

Но Душу страстную твою…

(4.03.2015, 4:45, г. Волгоград)

«Весна… Тюльпаны, розы, маки…»

Весна… Тюльпаны, розы, маки,

Сирень и яблоневый цвет.

Повсюду склонен видеть знаки

Истосковавшийся поэт.

Порой мне хочется, чтоб ветер,

Метель – задеть тебя снежком

И спровоцировать ответить

Коротким сдавленным смешком.

Порой мне дорог город этот,

Который чужд и не поймёт.

Порой мне нужен чёткий метод

И золотарниковый мёд.

Со стороны я вижу ясно,

Что листья бликами сквозят,

Что удержаться от соблазна

Случилось девять лет назад

Напрасно. Люди были льстивы,

Медоточивы тополя.

Меня прельщали перспективы,

Дворцы из пряников суля.

Я неудачно совершила

Определённый поворот.

Улыбка кажется фальшивой,

Когда растягиваешь рот,

Что отражается на фото.

Толпа теперь не мой кумир,

И слава – бренная, всего-то…

Когда бы снова выйти в мир,

Приобрела б уже богатства,

И цель была бы мне близка.

Но кто-то должен заниматься

И разгребанием песка.

Парадоксально это чувство,

И не постичь его умом.

Давай сомнения отпустим

И чем-нибудь себя займём.

Могла бы крикнуть: помоги, – но

Молчу над книжкой записной.

Мне не хватает георгинов

И одиночества весной…

(4.03.2015, 5:05, г. Волгоград)

«Там снег, и я хочу пойти гулять…»

Там снег, и я хочу пойти гулять,

Но всё-таки склоняюсь над тетрадью.

Уставшая слова перебирать, я

Воспринимаю ночи, как Пилат.

А между тем, стихи (пути ясны),

Их циклы, озарений резких иглы —

Разгрузка Подсознания, как игры,

Спонтанные фантазии и сны.

Что затаилось на карандаше?

Им прежние желанья так и движут.

Тянуло подойти к тебе поближе,

Чтоб прикоснуться к собственной Душе.

Узнать, как пахнет донниковый мёд,

Как птицам не хватает хлебных корок,

Как в пасмурный провинциальный город

Весна никак от страха не войдёт,

Как судорожна тонкая рука,

Как музыка ни в чём не виновата

И как свеча, застывшая когда-то,

Под пальцами горячими мягка.

Потешиться иллюзиями всласть —

А разочарованья были градом.

Я часто вижу сны, в которых рядом.

Но в сладкое беспамятство не впасть.

Вся жизнь твоя мелькнула, будто блик.

Решиться, но остановиться в шаге.

Запечатлеть ли ручкой на бумаге

Благословенный лучезарный миг,

Где мы внезапно сделались близки?

Не задавались мыслью: «Что судьба?» – мы.

Я лишь коснулась тонкими губами

Твоей давно пленительной щеки.

И это было странно: бредить век —

И обрести. Слова пусты и гулки,

Но отвлекают сердце от прогулки,

В которую затягивает снег…

(4.03.2015, 5:44, г. Волгоград)

«Всё в порядке, но будем друг с другом честны…»

Всё в порядке, но будем друг с другом честны —

Сколько времени мы одиноки?

Сумасшедшие видят ярчайшие сны,

Создают гениальные строки.

Ты боишься? Чего уже ни означай,

Будем жить только Богу в угоду.

Не похож ли твой свежезаваренный чай

На мою минеральную воду?

Тесно взаимосвязано всё на земле.

Ты глядишь в напряжённые лица.

Серый дождь. Так хотелось бы грезить в тепле —

Я могу им с тобой поделиться.

Я люблю тебя. Как это ни тяжело

Сознавать, крылья – мука заплечий.

Девять лет со второй нашей встречи прошло —

Значит, всё-таки время не лечит.

Не берусь утверждать навсегда и за всех

Или делать внушения парам.

То же, что я сама принимала за грех,

Оказалось спасительным даром.

Ты со мной? С устремлением, вместе, вперёд,

За спиной оставляя оковы?

Тот, кто этого не испытал, не поймёт,

Что не может чего-то плохого

Быть в любви. Страстной, бурной любви? Ну, и пусть.

Чистый свет пронизает пространство.

Ты меня обнимаешь, и я не боюсь,

Наконец, откровенно признаться,

Как мне было шестнадцать и я не спала,

Как луна отражала себя в зеркала,

Как от окон струилась дорога.

Я хотела-то, в общем, немного:

Чтобы рядом с тобой и уже насовсем.

Грустно… Как на ладони видна я.

Чай остыл на столе. Лики смотрят со стен.

Спросишь: «Кто ты?» – отвечу: «Родная».

С первой встречи – четырнадцать лет. До весны

Так недолго. Оставим пороки

И пророков. И будем разгадывать сны

Да читать вдохновенные строки…

(1.03.2015, 7:00, г. Волгоград)

«Навсегда рассыпаются карандаши…»

Навсегда рассыпаются карандаши

И орехи (не нужно колоть их).

Я ищу тишины твоей чистой Души,

Красоты притягательной плоти.

Как фигурки, расставит нас Бог по местам —

Оказаться бы нам с тобой рядом,

Чтоб уже навсегда. Полагаю, и там

Будут пахнуть слегка шоколадом

Эти губы – нетонкие, тёплые. Я

Никогда их ещё не касалась.

Я могла бы и впредь жить, порывы тая

Или страсть выражая как жалость.

Знаешь, я так и не научилась взрослеть,

И сплетённых корней не разделят.

Оказалась весомей тринадцати лет

Эта общая наша неделя —

В сентябре. А потом наступила зима

(Тяжело ли стоять у двери-то?).

Спросишь: «Как… почему?» Я не знаю сама —

«Ситуация» ж всё «не закрыта».

Психотехники не помогли. А в трубе

Бьётся лист, пронизаемый дымом.

Мне уже к тридцати. Я вернулась к тебе,

Как всегда и приходят к любимым.

Ты – фрагмент из шестнадцати и двадцати.

У тебя очень хрупкие пальцы,

Слишком странные сны. Я пыталась (прости)

Отказаться… Ну что ж – оставайся.

Наполняй моё сердце прекрасной тоской,

Что в ночи хороша в тишине городской.

Я старалась препятствовать чуду,

Но бессмысленно – больше не буду.

Я смотрю на тебя, учащённо дыша.

Редкий дар милосердного Бога.

Как хочу, чтоб мои красота и Душа

Привлекали тебя… хоть немного…

(4.03.2015, 7:24, г. Волгоград)

«А Душа моя, видимо, хочет играть…»

А Душа моя, видимо, хочет играть.

Я не стану тебя у неё отбирать,

Ощущая безмерную жалость

К всякой из драгоценных частиц бытия.

Хороша вдохновенная песня моя,

Что никем ещё не искажалась.

Чистый свет пронизает меня изнутри,

Подойти ли к тебе, приглашая: «Смотри!» —

Или всё-таки лучше не трогать?

На часах проявляется восемь утра.

Для стихов и иллюзий я слишком стара,

Но влечёт золотая дорога.

Наконец, разрушительный ветер утих.

Кто придумал, что мир создан не для таких?

В сумрак больше не делай ни шага.

Мы с тобой в третий раз оказались вдвоём

(После жизни земной смысл и цели поймём),

Тишину ощущая как благо.

Я уже никуда от тебя не уйду.

Будешь жить невзначай у меня на виду.

Я пленительна и легкокрыла.

Ахиллес и силён – уязвима пята.

Мне всегда помогала твоя красота —

Разве я тебе не говорила?

Сладкий дух молока зашипит на плите.

Кружка жертвой скользнёт из руки в суете.

Люди ищут забвенья – и пусть им.

Тишина наступает в моей голове.

Мы лежим на спине на зелёной траве

И друг друга уже не отпустим.

Ни к чему заключать никакие пари.

Мы прочтём приключения Экзюпери

(Звёздный блеск – ничего наносного).

Пусть приходят один за одним сентябри.

На ветвях оседают зимой снегири,

Всё как есть повторяется снова.

Жаль, пока я одна просыпаюсь с утра.

И стихи – Подсознанию просто игра.

Но прогулки, подкрылки плаща есть.

Ты – живи вдалеке и догадки таи.

Мне – молчать, перечитывать письма твои

И любить, за двоих очищаясь…

(4.03.2015, 10:54, г. Волгоград)

«Они обводят рамки по лекалам…»

Они обводят рамки по лекалам.

Они живут размеренно с тех пор, как

Придуман мир. Темна, уютна норка.

Я никогда себя не упрекала

За эти чувства. Холодок бокала

В твоих изящных пальцах. В небе колко

От звёзд. Тебе узнать бы нынче, сколько,

Как напряжённо я тебя искала

И как с собой боролась. От оскала

Усталой маски жутко. Сердце зорко

Глядит из окон. Вот оладий горка.

А явь порой в меня перетекала

И устремлялась вслед весенним стаям.

Молитва в Пост для сердца как подпорка.

Зелёный чай – и в нём лимона корка.

Когда-нибудь с тобой перелистаем

Страницы дней и время наверстаем.

На газовой плите шипит конфорка.

Сложились строки. Мне почти не горько.

Уже вполне свободна и чиста я.

На Масленицу снимут приз с шеста, и

Запишет информацию «подкорка».

Изо всего останутся каморка,

Закатный луч да истина простая.

Тоскливый день, приподнятая шторка,

Ряды столов, столбцы стихов – как мало,

Неделя. Я сама не понимала

Себя… О, память, выдай здесь повтор-ка…

(4.03.2015, 11:16, г. Волгоград)

«Я прошу Тебя, мудрый Создатель, сотри…»

Я прошу Тебя, мудрый Создатель, сотри

Эти воспоминания, мысли и чувства,

Чтоб не помнить того, что творится внутри, —

Всё равно нам туда никогда не вернуться.

Но останусь такой – перспектива ясней.

Облегченье уже про себя отмечаю,

Так что не прекращаю молиться. Во сне

Мы когда-нибудь выпьем зелёного чаю.

Мы едва ли однажды проснёмся вдвоем,

Поболтаем в обнимку (вне смысла слова ведь —

Просто я для стихов ощущаю подъём) —

Впрочем, в мире чего только и не бывает.

Может, мне и случится коснуться волос,

Осторожно губами притронуться к пульсу,

Поинтересоваться затем, как спалось,

И невольно при взгляде в глаза улыбнуться.

Пусть всё будет как будет. Лишь время спустя

Станет видно, зачем, неземного ища всё,

К Вам тянулась. Порой это сложно хотя,

Продолжай вспоминать, отпускать, очищаться,

Чтобы ближних простить и раскаять грехи,

Чтобы благодарить, пропитавшись любовью,

Чтоб когда-нибудь мне прочитать Вам стихи,

Отпечатавшись символом у изголовья…

(4.03.2015, 11:30, г. Волгоград)

«Твои глаза горьки, как шоколад…»

Твои глаза горьки, как шоколад.

Уходит в небо лестница витая.

Я отвечаю часто невпопад.

О, мне тебя до боли не хватает.

Мои мечты и странствия ясны.

Неисцелимо в сердце это чувство.

Непросто видеть сладостные сны,

А наяву – бояться дотянуться.

Я выучила множество молитв.

Строка синеет оттиском на белом.

Хочу себя очистить, исцелить,

Омыть грехи – но болям нет предела.

Я нить в иглу продела, стану шить.

Великий Пост. Печенье с алым морсом.

А тихий голос собственной Души,

Услышав, распознать совсем не просто.

О, сколько я проделала уже

В себе тяжёлой внутренней работы.

Но затихаю в светлом мираже,

А наяву опять тревожит что-то.

И я хочу просить тебя: не снись.

Но бесполезно – это не поможет.

Что приложить на рану – Флёр-де-Лис?

Кипящий йод? Засохший подорожник?

Как отделить ядро от шелухи —

Где изумруд? А в сером мире плоско.

Я не хочу уже писать стихи,

Но перья так и требуют наброска.

И ночь темней, и ничего вовне,

И сильный плач накатывает с громом,

И нет времён, и ты живёшь во мне,

И шоколад всё так же пахнет ромом…

(5.03.2015, 1:02, г. Волгоград)

«У меня беспокойный размашистый почерк…»

У меня беспокойный размашистый почерк,

У тебя – аккуратная мелкая вязь.

Почему отыскала тебя среди прочих

И какая меж нами намечена связь?

В суете городов и потоке событий

Местом мыслей становится ночью кровать.

Нелегко ощущать натяжение нити,

Но уже не пытаюсь её обрывать.

Ты живёшь не спеша, всё приходишь на пары

Да читаешь по книгам, и нужно учесть,

Что почти примирённо становишься старым,

Принимая текущее в мире как есть.

Оттого и глаза твои полнятся светом,

И струятся слова золотистой рекой.

Жаль, что я родилась импульсивным поэтом

И лишь рядом с тобой обретаю покой.

Исцеляюсь твоим удивительным взглядом,

Беглым прикосновением тонкой руки.

Я хочу, чтобы мы навсегда были рядом,

Чтобы вместе читали мои дневники

И подправили там, где особенно резко,

Чтобы все опасения двинулись прочь.

На стекло тяжело налегла занавеска,

Время – ночь. Я себе не умею помочь.

И опять в голове эта рана дымится,

И опять для стихов не находится слов,

Не хватает страниц. Мне тебе не присниться —

Крепко спишь и не видишь причудливых снов.

Я не шлю тебе обременяющих писем —

Просто мучаюсь (неадекватный аффект),

И тоскую в душе по несбыточным высям,

И мечтаю о том, как сидели в кафе б.

Я всегда ощущала безмерную жалость

К этим карим глазам, отражённым строкой,

К лёгким прядям. И если бы явь оказалась

Совершенно, как я представляю, такой.

Может быть, наяву мы с тобой не похожи.

Ты считаешь меня сумасшедшей? – Скажи.

Но слезинка скользнёт с увядающей кожи,

И готовы служить своим строкам пажи…

(5.03.2015, 1:26, г. Волгоград)

«Но почему так хочется любить…»

Но почему так хочется любить

Кого-нибудь вовне? Красив и тонок,

Внутри тебя скитается, забыт,

Светловолосый Внутренний Ребенок.

Его глаза чисты, а в небе дым,

И льются слёзы. Редкие минуты.

Но почему мы с ним не говорим,

Всё устремляясь мыслями к кому-то?

Скажи, ты часто смотришь в Вечность – ввысь?

Здесь на каком живёшь ты этаже – не

Играет роли. Искренне учись

Снимать в Душе инерцию с движений.

Пусть золотится беглая вода,

И пусть, легки, текут и плещут строки

Под звёздным небом. Кажется, тогда

Мы, каждый сам, не будем одиноки.

Ведь ясный купол всюду голубой.

И звуки лир, и мириады муз, но

Мне почему-то хочется с тобой,

А в сером мире грязно, грозно, грузно.

И каплет дождь, и щупальца дорог

Всё оплетают, стягивают город,

Сжимают горло. Бог нас уберёг

И снова свёл, и встреча будет скоро.

Теперь разлука видится трудней.

Ведь мы с тобой и чаю не допили,

И не договорили многих дней.

В земных нарядах слишком тесно крыльям.

Я всё живу в две тысячи втором

И не тянусь к людской унылой массе.

Там я могла бродить, владеть пером

И быть «звездой» в одиннадцатом классе.

Жалеть о прежнем, знаю, ни к чему —

Мне никогда туда не возвратиться.

Известно только Богу одному,

Кем я могла бы стать. С тоскою птицы

Кружатся. Мы друг другу не звоним —

Всё занятость. Я улыбаюсь редко.

Унылый мир иллюзий, а над ним —

Сплошных дождей распластанная сетка.

Невыносимо хочется рыдать,

Но удержусь от этого соблазна.

Ты ищешь постоянства всякий раз, но

Едва ль его тебе могла бы дать.

И мой удел – держаться в стороне.

Не по себе от внешней позолоты.

Дитя внутри молчит и блекнет, не-

дополучая Ласки и заботы…

(5.03.2015, 4:55, г. Волгоград)

«Эта кружка прекрасна, поскольку редка…»

Эта кружка прекрасна, поскольку редка:

Ты коснёшься губами её ободка,

Теплоту её стен ощущает рука.

Очищаюсь от чувства вины и

Продолжаю, чтоб сделаться наверняка

Героиней забытого черновика.

Помню ласковость глаз, рыжину завитка,

Эти пальцы твои ледяные,

Характерную полуулыбку и речь,

Мягкий свитер, знакомые контуры плеч.

Я могла бы увлечь, но решила сберечь.

Не найти подходящего слова.

Потому-то и кажется проще стереть,

Чтобы не обнаруживать более впредь.

Золотистый песок иссякает на треть.

Ободок, всё такой же лиловый,

Приникает с бесстыдством к ладоням твоим.

Получаса едва ли хватает двоим.

Мы из воспоминаний и снов состоим —

Вдохновению трудно пробиться.

Небеса застилает клубящийся дым.

Мимолётность весны, нескончаемость зим.

Про себя мы друг с другом всегда говорим.

И глядим в зеркала, а не в лица.

Мне казалось, что ссадина, что заживёт,

Что достаточно выпить расплавленный мёд

Или выпросить жёлто-коричневый йод —

Обработать от центра до края.

Солнце льёт, день пройдёт над журналами мод,

Подсознание всё адекватно поймёт.

Око видит, но зуб, как обычно, неймёт,

На натянутых нервах играя.

Рана так и дымится, водица горька.

И лекарство томится на дне пузырька.

Хлеб придирчиво делят два серых зверька.

Я потом в дневнике наберу, что

Ты совсем не стареешь, не нужно венка

Из ромашек и маков, а нить всё тонка.

Но меня согревает теперь на века

Эта бледно-лиловая кружка…

(6.03.2015, 4:47, г. Волгоград)

«Ты трижды мне снишься на этой неделе…»

Ты трижды мне снишься на этой неделе,

И я просыпаюсь уже не пустой.

Теперь нас никто никогда не разделит,

И я не уйду – выбор верный, простой.

Я мучаюсь этим «решительным шагом» —

Трусливым (и с ним примирения нет).

Не стоит теперь обращаться к бумагам,

Чтоб обогатиться на этот предмет.

На ветках унылые капли висят – им

Неважно, что лист застревает в трубе.

К тому ж, я почти не писала в десятом.

Потом и писала, да не о тебе —

Тебя я себе запрещала, из зала

Тянулся по комнатам сумрак густой.

Даль, слабо мелькнув в зеркалах, ускользала,

А я обречённо шептала: постой,

Хотя бы о будущем предупреди. Но

Напрасно мелькали поля и столбы.

Мы были раздельны, а стали едины.

В кармической связи две наших судьбы.

Дожди заплетают дороги, как косы.

Душа изливает обиды в тетрадь.

А ум устаёт задаваться вопросом.

Есть Бог – вот и станем Ему доверять,

И Он все устроит. Еще не спала, не

Ложилась (остаточность древней совы).

Стихи исполняют осколки желаний,

Которым иначе не сбыться, увы;

Являют до боли знакомые лица.

От жаркой волны ускоряется пульс.

Пусть ты далеко, я хочу тебе сниться,

Хоть знаю, что вряд ли, наверное, снюсь.

Ну что ж – я ни в чём тебя не упрекаю,

Из чаши спокойно питья пригубя.

Ты мне говоришь, что мечта не такая,

А я промолчу, очищая себя.

Овраги черны от горчащего дыма.

Монета из меди стоит на ребре.

Я думаю, так и приходят к любимым,

Как я возвратилась к тебе в сентябре.

Рассыпаны хлебные крошки. Рубины

Осенних цветов хороши до поры.

На пасмурном фоне краснеют рябины,

Их тёмно-зелёные листья остры.

Колеблются астры. Мы встретимся, где бы

Сейчас ни разбросаны наши пути.

Одно это серо-лиловое небо.

Тебе пятьдесят, мне уже к тридцати —

Я помню. История и не нова, но

Значительна для обречённых сердец,

Уставших от холода, неузнаваний,

Тяжёлых камней или ржавых колец.

Легенды… Но чувствам подвержены все мы.

Глаза твои стали чисты и ясны.

В горшке прорастает горчичное семя,

И я приближаюсь к тебе через сны…

(6.03.2015, 8:04, г. Волгоград)

«Прости меня, пожалуйста, Душа…»

Прости меня, пожалуйста, Душа.

Залечены эмоции и вены.

Стихи текут себе с карандаша,

И жизнь идёт вполне обыкновенно.

Мечтать, бродить, размеренно дыша.

И жаль, что грёза слишком хороша.

А если ты не снишься мне, то я

Уже почти могу о том не думать

И объяснять, глубинное тая,

Что крысы собирают вещи в трюмах,

И бьётся обречённая струя,

И не тревожит искренность твоя.

И мне вполне достаточно того,

Что улыбнулась встречная звезда мне,

Что я живу причудливой совой

В твоём глубоком древнем Подсознанье

И сохраняю чётким образ свой,

Пусть и не различимый головой.

Мои симптомы, впрочем, не новы.

Виновна ль я, что родилась такой? Но

Когда ты вдруг являешься, увы,

Я даже не пытаюсь быть спокойной.

Мои слова серьёзны и трезвы.

А наяву мы, кажется, на «Вы».

Точнее, я – а ты со мной на «ты».

Мой странный выбор, может быть, нелеп – но

Твои глаза коньячные чисты,

И капли солнца в них великолепны.

Дни без тебя бессмысленно пусты.

Я заливаю строчками листы.

И повторяю это в сотый раз,

Но легче лишь какую-то минуту.

Мучительна кармическая связь,

Урок не удаётся почему-то.

Достав платок, ощупываю бязь.

По уголкам – затейливая вязь.

Мелки стежки весёлых пёстрых дней.

Уходит в небо лестница витая.

С вершины духа будущность видней.

Всё есть, и всё ж чего-то не хватает.

У переправ не путают коней.

За окнами всё глуше и темней.

Я возвратилась много лет спустя.

Мы главных слов порой не произносим.

«Прости меня, пожалуйста, Дитя.

Благодарю. Люблю"*, – взамен вопросов.

Стекает с пальцев горький жёлтый мёд.

Ромашка пьёт. Кто знает – тот поймёт.

Закатный блик играет на стене.

Вдали перекликаются гобои.

А это чувство длится всё ж во мне,

Я очищаю честно нас обоих.

Без ожиданий, без частицы «не».

И ты скучаешь, грезится, по мне…

* Инструменты Хо'опонопоно.

(6.03.2015, 8:42, г. Волгоград)

«Уже два месяца прошло…»

Уже два месяца прошло

С последней нашей встречи.

Мне было очень тяжело,

Теперь немного легче.

Как не себя – кого спасать?

И мучаюсь строкой – ведь

Я обещала не писать,

Боясь обеспокоить.

Не пробивается трава.

Прохладен сумрак комнат.

Но ты мне скажешь, что слова

Не сможешь не запомнить.

По вечерам стираю грим,

Ложусь под одеяло.

Вообще, мы, люди, говорим

Друг с другом слишком мало.

Всё ищем выгодных путей

(Птенцы – нужны дома им),

А наших Внутренних Детей

Почти не понимаем.

От пустоты бежим к чужим —

Как будто лучше с кем-то.

Зачем нажим? Что значит жить

Присутствием момента?

К чему скопление теней?

Где Мастер с Маргаритой?

Когда я вижу нас во сне,

То что за этим скрыто?

Вопросов много. А крыло

Никак не зарастает.

Уже два месяца прошло,

И скоро снег растает.

И нужно, чтобы каждый сам,

Чтоб дни пусты и гулки,

Чтоб Бог расставил по местам

Картонные фигурки…

(6.03.2015, 9:07, г. Волгоград)

«Я снова попытаюсь быть как все…»

Я снова попытаюсь быть как все.

Есть что-то сокровенное в пурге, но

Устала белкой биться в колесе.

Всё дым, как говорил Иван Тургенев.

Я вижу зеркала и образ свой.

Вот жизнь – её мне не переупрямить.

А ты на палимпсесте только слой.

Есть проблеск вдохновения – и память,

Глухая неосознанная тьма.

Пытаюсь очищаться целый день я,

Лицом вовнутрь – к тому, что я сама

Считала так ещё недавно тенью.

Рябиновым раскладом сентябри.

Сухой листвой забросана петля, всё

Уже вдали. Оставь, уйди, сотри.

Ну разожми же пальцы, не цепляйся —

Но отпусти. Ведь там не мой двойник,

И мы чужды друг другу – мне не жаль нас.

И нужно просто жить, какой бы лик

Случайно ни явила нам реальность.

Прими её, и всё благослови,

И будь, как предначертано, поэтом.

А с рыжей кошкой встретиться – к любви,

По жизнеутверждающим приметам.

Не ожидай и сердцем выбирай,

Снимай со свеч нагар, со стёкол копоть.

Не всякому завещан дивный рай,

Но каждому даётся некий опыт.

Желанья под туникой погребя,

Терпи тоску, грызущую лисицей.

Бог через Время познает Себя.

И нам отсюда некуда проситься…

(8.03.2015, 20:22, г. Волгоград)

«Поцеловать привядший лепесток…»

Поцеловать привядший лепесток

Наивного тюльпана. Боже правый,

Мир оказался всё-таки жесток:

Одни мои сердечные забавы

Красноречивы, кажется, вполне.

В страстях и муках – жалости ни грамма.

Так много лет тоска звучит во мне,

Когда воспроизводится программа.

Я поняла: нас часто тянет к тем,

Кто болен прежним, не осознавая.

Потом, когда не станет общих тем,

Повиснет вновь завеса дымовая.

Но подожди теряться, не спеши.

Я такова, что сходств не перечислить.

Порывы есть звучание Души —

Но лишь в определённом, узком смысле…

Я ощущаю ярче в сентябри,

Острее – в марте. Разве разберёшь нас?

Тебя пугает запертость двери —

Вполне ясна людская осторожность.

О Боже мой, мир сумрачен и стар.

Чернил вскипевших в чашке на столе – вал.

Сотри момент, как неудачный кадр, —

Ты можешь отделить зерно от плевел.

Я доверяю – пусть всё будет так,

Как Ты считаешь нужным. Только сжалься.

Что мне в увядших нежных лепестках?

Я разжимаю дрогнувшие пальцы.

Я даже не прошу тебя: не снись,

Не проступай в желтеющей листве, не

Являй десятки или сотни лиц

Под масками бессвязных откровений.

Смех пробежит по блёкнущим губам,

Всё неподвижней станешь ты и тише.

Так в тусклой банке старится тюльпан,

И ударяют жёлуди по крыше…

(8.03.2015, 3:46, г. Волгоград)

«Твоя картинка – приторный лубок…»

Твоя картинка – приторный лубок.

А я опять беру клубок и спицы,

Ведь омут вдохновения глубок,

Вода чиста, и страннику напиться —

Возможно, научившись жить в «сейчас».

Как часто говорим себе «нельзя» мы.

Бог познаёт Себя и через нас —

Он часто смотрит нашими глазами.

А мы с тобой лежим на берегу,

Вбираем лучезарное тепло, не

Пытаемся забыться на бегу,

Чтоб море перестало быть солёным.

А чайки зависают над волной.

Мы, кажется, песчинки во Вселенной.

Я счастлива, ведь ты теперь со мной.

Вполне земной, усталой, бренной, тленной —

Я вовсе не стыжусь своей любви,

Хотя она далась Душе непросто.

Мир не объемлешь, сколько ни живи.

Мне было нелегко с собой бороться,

Томиться облетающей листвой.

Ничто на свете не сближает нас, как

Заботы, быт, содружество, родство —

Сомнительна кармическая связка.

Проблемы в голове, пугает клеть.

Приди в себя; почувствуй, что ты жив, -ка.

Я даже не боюсь тобой болеть,

Поскольку прежде сделана прививка.

И я тебя уже перенесла,

Перетерпела в самой лёгкой форме.

Слоям на палимпсесте нет числа,

Но наши Души всё-таки упорней.

И небеса просторней. Это честь —

Остаться здесь, принять себя, не мучась.

А впрочем, стоит всё-таки учесть,

Что часто это просто наша участь.

И нет везучих – есть привычный труд.

Не каждый призван очищать – ещё бы:

Не всех и на работу-то берут,

Пусть и по завершении учёбы.

Но это не о том. Часы тихи,

А голос утомительный живуч их.

Разгрузка Подсознания – стихи

С затейливым акцентом на созвучьях.

А между тем, мы рядом – ты и я.

Неутолима искренность моя.

Твоя ладонь мне к сердцу приникает —

Так подорожник к ране привыкает.

Ты опьяняешь всё-таки слегка.

Мы выбирали как-то это сами.

Я не хочу пока сойти с листка,

Оставив чувства беглыми штрихами…

(8.03.2015, 14:32, г. Волгоград)

«Устав читать чужие дневники…»

Устав читать чужие дневники,

Я выставляю будничные рамы.

Мои друзья – отнюдь не двойники,

Они всего лишь следствие программы.

Она воспроизводится во мне

Из года в год. Но всё-таки пора бы

Её стереть. В осенней тишине

Мертвы цветы и высушены крабы.

Все те, в кого влюблялась, не храня

Сюжета (ощущать ветра упруго),

Невольно отсылают вглубь меня

И вовсе не касаются друг друга.

И ты, привычно тáя от тепла,

Наверное, сумел бы мне помочь, но

Всё кажется, что явь уже была —

По крайней мере, в отрочестве точно.

И тело – оболочка для мечты.

А наши души, видимо, созвучны.

Хотелось бы сказать тебе: прочти,

И будь со мной, и более не мучь, – но

Ты-человек, пожалуй, не причём.

Кому-то нужно, чтобы жили, ради

Него? Весна, и пахнет калачом —

Как в детстве, в Костроме, в калашном ряде.

Свежо, тепло, и неба синь ясна

И высока, и дышится так сладко.

Пока ты – образ, сотканный из сна,

Моя неразрешимая загадка.

Но очищаюсь и иду вперёд.

Ты говоришь, я вовсе не такая.

А бренный ум всего не разберёт,

И потому – спокойно отпускаю.

Прекрасно, пальцы тонкие разжав,

Почувствовать безмерную свободу.

По телефону этот голос ржав,

Как пятачок, легко упавший в воду

«На счастье», пролежавший до весны

На дне фонтана. Постарели лица.

Мы девять долгих лет спустя, честны,

Верны себе, решили возвратиться.

Изящна ли теперь моя рука,

Бросавшая несчастную монету

С моста? Листать страницы дневника

И вспоминать себя такой – воспетой,

Преображённой зрением любви.

Меня пленишь случайно до сих пор ты.

Тетради сохрани ли, изорви —

Болезненные мысли будут стёрты.

Не знаю я, останешься ли ты.

Пусть будет так, как то угодно Богу,

Придумавшему синие листы

И лунную влекущую дорогу…

(11.03.2015, 15:18, г. Волгоград)

«Момент пересечения дорог…»

Момент пересечения дорог.

Едва ли я добра, но и не злая.

И выпекаю ягодный пирог,

А ты совсем не то, что все, – я знаю.

Мне нравится смотреть в твоё лицо.

Жизнь не глупа, и мир отнюдь не мéлок.

Остановить тугое колесо.

Прижать к груди намучившихся бéлок.

Коснуться губ раскрывшихся твоих.

Я не хочу с тобой в себе бороться.

Теперь я очищаюсь за двоих

И доверяю Высшему как солнцу.

Мы будем рядом после, а пока

Судьба строга, рука бросает кости,

Течёт строка. Я жду в тиши звонка,

На тот пирог уже приходят гости.

А впрочем, бросьте. День не без забот.

Я отпущу, и мне перезвонишь ты.

Прости, но я – твой личный «Идиот»,

Смешной, неприспособленный, как Мышкин.

Дождь за окном, похожий на пунктир.

Остаться мне с тобой с тех самых пор бы,

Забрать тебя в свой вымышленный мир,

С которым я порой ношусь, как с торбой,

Берестяной и писаной. Связать

Нас было просто – общая программа.

Ну что теперь ты хочешь мне сказать?

Произноси как чувствуется, прямо.

Поцеловать бы мне тебя в висок,

Найти резон, который был бы весок.

Храм самоосознания высок;

Лучи, лазурь и разноцветность фресок

Прекрасны в нём. Приятно быть такой.

Причастность к человеческой культуре.

На сердце воцаряется покой,

И после эмоциональной бури

Я наливаю в кружки кипяток.

Густых волос небрежный завиток

Просвечивает предзакатным бликом.

Мы вместе растворяемся в великом…

(14.03.2015, 17:05, г. Волгоград)

«Вы так и бьётесь, сдавленно дыша…»

Вы так и бьётесь, сдавленно дыша.

Глаза, увы, – темны, не просияли,

Хотя у Вас прекрасная Душа

(Я чувствую её в потенциале).

Я, наконец, нащупываю путь.

Вношу в тетрадь наброски к разговорам.

Песок же в склянке, кажется, отнюдь

Не замедляя бег, струится скоро.

Передо мной – раскрытая тетрадь.

На тонких нитках корчатся паяцы.

Лазурь чиста. Чего уже терять,

О чём жалеть, чего теперь бояться?

Мы оба стали взрослыми. Листы

Стесняются эмалевых тарелок.

Мне как-то было холодно, и ты…

Тетрадь стихов случайно обогрела.

А я совсем не ведала добра,

Но никогда не думала об этом.

О, я была безудержно щедра

В своей любви, родившейся ответом.

Да за одну лишь капельку тепла

В пустынный день, который сер и горек,

Я всё бы, не жалея, отдала,

Накрыла морем. Средь конфетных горок

Есть золочёный редкостный орех.

На синем небе тонкий месяц бел, как

Заветный Нуль. Я, втайне ото всех,

Спешу развлечь скучающую белку,

Усталого пугливого зверька

В пушистой рыжей шубке. Почему-то

Мне хочется тянуться к Вам. Строка

Пульсирует спокойно, как минута.

Мне нравится писать стихи, хотя

В цветные сны приходит чувство края.

Живи, Душа, ты Богово Дитя.

Расти себе, картинками играя.

Узор из ягод, россыпи халвы

И чай. Весна… я чувствую её всё.

Мы наяву по-прежнему на «Вы»,

А сердце задыхается и бьётся…

(14.03.2015, 17:39, г. Волгоград)

«Я тронута участием твоим…»

Я тронута участием твоим,

Присутствующим с самого начала.

Давай ещё чуть-чуть поговорим,

Я по тебе действительно скучала.

Разложим землянику на пирог,

Заварим чаю. Лунная дорога

Влечёт обоих. Чтобы сесть у ног,

Не хочется выдумывать предлога.

Прошу, оставь условности. Они —

Как липкий мёд на белых стенках блюдец.

А мы одни. Прошли пустые дни.

Я просто человек, который любит.

Условности теперь важны не столь.

Коснусь твоих волос и тонкой кожи,

Любуясь, ощущая ту же боль

И разделяя мысли (мы похожи).

Зажечь бы свечи – только нет огня.

Подходит дождь, и ветер треплет крону.

Ты как-то опасаешься меня,

Но если я теперь тебя и трону,

То только предложением помочь.

Перелистаю старые страницы.

Я понимаю, что бежала прочь,

Но даже не пытаюсь отстраниться,

Когда ты обнимаешь. Блик тепла

И ласкового света – очень много.

Жизнь их дала. Я вновь тебя нашла.

И вновь благодарю за это Бога…

(14.03.2015, 18:03, г. Волгоград)

«Ты дышишь страстью так же, как и я…»

Ты дышишь страстью так же, как и я.

Я ощущаю в горле тяжесть кома

И горечь слёз. Порывистость твоя,

Боюсь, мне слишком хорошо знакома.

Пойдём гулять по лесополосе.

Давай, за неимением иного.

Ты, кажется, стремишься быть как все.

Нам тесно дома. Счастье – просто слово.

В осенних парках бродим не спеша.

Я точно понимаю эту боль, как

Свою. Твоя печальная Душа

Прекрасна и уже сильна, вот только

Подавлена, закрыта от Отца.

Ты трудно просыпаешься наутро,

А с крыльев осыпается пыльца —

Прозрачная, как сахарная пудра.

Я чувствую пульсацию и жар

Внутри, на сердце. Продолжаю спать и

Смотреть на сад, который пуст и стар,

Не помнить мягкость сдержанных симпатий,

Тянуться к слабой призрачной луне.

Но у меня навечно тот апрель есть.

Мечта светила – может быть, не мне,

Но ведь и я тогда немножко грелась.

Я не любитель пыльных кинолент.

Зачем опять мелькают мысли, лица?

Я донор, слышишь, – не реципиент,

И я пришла не требовать – делиться.

Я так хочу, пока имею, чем.

А от тебя мне многого не надо —

Лишь принимай. Расслабься на плече.

Ну отломи мне дольку шоколада.

Чудесно знать, что кем-нибудь любим,

Что кто-нибудь тебе наивно верит.

Я возрождаюсь из морских глубин

И выбираюсь на песчаный берег,

Залитый солнцем. Ты глядишь, смеясь,

Ко мне уже немножко привыкая.

У нас с тобой кармическая связь,

И я почти совсем, как ты, такая…

(15.03.2015, 20:58, г. Волгоград)

«Не знаю, что друг другу мы даём…»

Не знаю, что друг другу мы даём,

Что происходит с нашими часами.

Хочу опять сидеть с тобой вдвоём,

Опять играть твоими волосами.

Прекрасно быть песком у милых ног,

Ласкаться к ним лазурным тёплым морем.

Нас Бог берёг через биенье строк,

Цветные сны, по узким коридорам

Нечастость встреч, сокрытость чувств. Но пусть.

Моя весна прекрасна и свежа. Я

Касаюсь сердца, усмиряю пульс,

Густую кровь спокойно разжижаю,

Сбавляю бег, спасаюсь от палат.

Надень халат. Ты мечешься, устав, а в

Мечтах тепло, и больше не болят

Ни голова, ни – в области суставов —

Немые пальцы, ломки и тонки.

Прижмись ко мне. Не каждый огрубел, как

Шершавый ствол. Дотронусь до щеки,

Волос твоих. Ослабленная белка

Не знает жизни вне колёс и спиц,

Не понимает, что такое счастье.

Как быть с тобой? Ты только помнись, снись —

Я постараюсь больше очищаться.

Мы все странны. Но нас не разлучат.

Дорóги мимо. Чувствуют они, но

Над морем чайки резкие кричат,

И льются звуки с клавиш пианино.

На золотом песчаном берегу

Томлюсь мечтами с привкусом повтора.

Всего открыть хотя и не могу,

Сказала много. Прячется за шторой

Ряд традесканций в глиняных горшках.

А ты пока испытываешь страх,

Не до конца доверившись ещё, но

Уже мне улыбаешься смущённо.

И светозарность солнечных лучей,

Вплетаясь в россыпь локонов волнистых,

Мне так идёт. Любовь была ничьей,

И я ничьей. Теперь-то вместе мы здесь.

Мне хорошо, спокойно и легко.

Что до людей… Мы, право, не чета им.

Всё это мир стихов и дневников,

Но мы вдвоём его перечитаем —

Когда-нибудь, потом, в конце концов.

И я себе цитатой приведу, что

Хочу всегда смотреть в твоё лицо —

И постепенно вглядываться в Душу…

(16.03.2015, 13:57, г. Волгоград)

«Давай решимся сделать этот шаг…»

Давай решимся сделать этот шаг.

Давай сотрём пыльцу и позолоту.

Давай посмотрим друг на друга так,

Как если бы смотрели не на фото,

А прямо в Души. Видишь, я живу.

Доверься Богу – значит, так и надо.

Поговори со мной по существу.

Бледна моя прозрачная помада.

А пальцы слишком ломки и тонки.

Глаза темны. Пройдёмся по аллее.

Зачем читать стихи и дневники,

Чтоб осознать, как я тебя жалею?

Довольно взгляда беглого. Владей,

Смущайся, смейся, двигайся по краю.

Я не совсем похожа на людей,

Но я, по меньшей мере, не играю.

Я откровенна, кажется, насквозь —

Прости, тебя пугаю то и дело.

Но половина снов уже сбылось,

А остального я и не хотела.

Пойдём гулять по высохшей листве —

Она желта, как лунная дорога.

Тоска ещё вскипает в голове,

Но там её уже совсем немного.

На влажной вате меж оконных рам —

Рябины гроздья. Мысли кверху решкой,

Орлом вовнутрь. И я вхожу во храм,

Свою любовь не признавая грешной, —

Грех не любить и мучить. А согреть

Того, кто был ослаблен и покинут,

Я не боюсь. И ставлю свечи, ведь

Бог всё читает в наших Душах. И над

Асфальтом серым, ржавым кирпичом —

Такая высь, что проступают слёзы.

И мы с тобой (другие не причём)

Течём, как время. Скоро будет поздно.

Мы жаждем пить – и всё-таки не пьём.

Роса чиста, в траве божья коровка

Ползёт, а дом – как тесная коробка.

Прошу, давай останемся вдвоём,

Решимся быть – смущённо, тихо, робко…

(17.03.2015, 13:38, г. Волгоград)

«Остановись, давай поговорим…»

Остановись, давай поговорим,

Всего лишь раз хоть что-нибудь нарушим,

Сотрём свои иллюзии и грим

И приглядимся лучше к нашим Душам.

Довольно биться белкой в колесе,

Скрывать тоску в оборванность строки и

Пытаться стать такой же, как и все.

Пора понять: мы просто не такие.

И остальных не хуже. Дни легки.

И мир у ног: живой, подвластный – вот он.

Давай не будем клеить ярлыки

На чемоданы перед перелётом.

Беспечный март на улице. В лице —

Нервозность: жизнь подбрасывает штуки.

Мы всё поймём когда-нибудь, в конце.

Пока – смеюсь, чтоб спрятаться от муки,

Забыть о боли (острый коготок

Цепляет сердце). В мире полумер ведь

Уже почти не чувствуешь, как ток

Перебирает чувства, мысли, нервы.

И в горле ком, и сгустком кровь, устав.

А интеллект работает, как миксер.

Мы прибавляем шум, смещая микшер.

И стать бы лёгким бликом на устах.

Зачем с тобой друг другу мы нужны,

Зачем нас расстоянья не разделят?

Мы слишком глубоко погружены.

Но ты звони, пусть только раз в неделю.

О, я эгоистична, может быть.

Не выношу, чтоб время монотонно

Текло, чтоб Парки тихо пряли нить —

В шарфы из шерсти, шёлка и шифона.

Беспочвенны сомнения. Печать

Всевышнего над каждым. Выпьем чаю.

Я просто не могу уже молчать —

Мне нужно говорить, не прекращая,

Не отвлекаясь, не смыкая век.

Слова пусты и коротки, как пар, но

Ты слышишь их. Ты редкий человек,

И я тебе за это благодарна…

(23.03.2015, 14:00, г. Волгоград)

«Тоскливый день. Давай играть в лото…»

Тоскливый день. Давай играть в лото.

Пусть чай подобен омуту без брода.

Господь прочтёт в любой Душе и то,

Что не найдёт словесного исхода.

От манной каши скользко. А скворцы

Сидят на ветках сонно и лениво.

Им не нужны воздушные дворцы,

Когда черна распаханная нива.

А мы с тобой… Едва заметный пар

Над блинной грудой с мёдом и сметаной.

Тепло, уютно, чисто. Ты как дар.

Я в этом мире, может, и «не та», но

Мне хорошо вдвоём по выходным

В квартире, где герани и алоэ,

Где по часам дешёвым, заводным

Привыкли мы размеривать былое.

Для птицы счастья – зёрнышки в горсти.

Она у нас довольно пожила ведь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.