Александр Заграничный
Плацдарм Аулы. Интернет-расследование одной армейской операции

Сокращения

А Армия

АД Артиллерийская дивизия

АИБ Армейский инженерный батальон

АП Артиллерийский полк

БД Боевое донесение

БО Боевое охранение

БТ Патрон бронебойный трассирующий

ВТС Военно-технический склад

ГАБр Гаубичная артиллерийская бригада

ГАП Гаубичный артиллерийский полк

ГСД Гвардейская стрелковая дивизия

ГСК Гвардейский стрелковый корпус

ГСС Герой Советского Союза

ДЗОТ Деревоземляная огневая точка

ДСЛ Десантные складные лодки

КП Командный пункт

МП Минометный полк

н. п. Населенный пункт

НП Наблюдательный пункт

ОАП Отдельный артиллерийский полк

ОИ Оперативная информация

оиптр Отдельная истребительная противотанковая рота

оисб Отдельный инженерный-саперный батальон

ОМПМБ Отдельный мосто-понтонный моторизованный батальон

орр Отдельная разведывательная рота

осб Отдельный саперный батальон

ОТ Огневая точка

ошр Отдельная штрафная рота

ПАБр Пушечная артиллерийская бригада

ПВО Противовоздушная оборона

ПД Пехотная дивизия (нем.)

ПМБр Понтонная моторизированная бригада

ПНШ Помощник начальника штаба

ПО Передовой отряд

ПП Пехотный полк (нем.)

ПТМ Противотанковая мина

ПТР Противотанковое ружье

РГ Ручная граната

РГТ Ручная граната противотанковая

РГК Резерв главного командования

сб Стрелковый батальон

СД Стрелковая дивизия

СДЛ Саперные деревянные лодки

СК Стрелковый корпус

СП Стрелковый полк

ср Стрелковая рота

ТД Танковая дивизия (нем.)

шр Штрафная рота

ШТАРМ Штаб армии

ЮЗФ Юго-западный фронт

Предисловие к книге

Основным побудительным мотивом для этого интернет расследования стали письменные и устные воспоминания моего отца, участника финской и Великой отечественной войн, полковника артиллерии в отставке Заграничного Василия Ивановича. Отец умер в 2003 году.

Мне уже почти 70 лет. Настало время подводить некоторые итоги. Подумал, что надо оставить для детей и внуков упорядоченные сведения о наших предках и своей жизни. Пересмотрел семейные бумаги, документы, перечитал внимательно записки отца. Он оставил мне два небольших воспоминания о нашем роде и своей жизни. Первое было сделано в записной книжке перед серьезной операцией, после которой отец мог и не выжить. Второе было передано мне в запечатанном конверте как завещание, когда в 1988 году я надолго уезжал из страны. Этот конверт я должен быть вскрыть после его смерти. Период войны занимает в них совсем небольшую часть, а о форсировании Днепра осенью 1943 года, и того меньше. Ну что я знал о тех событиях? Общее представление из учебников истории, из документальных и художественных фильмов. Фильм про форсирование Днепра и создание ложного плацдарма «Батальоны просят огня» и «Горячий снег», по мнению отца, были близки к реалиям той войны. Как обыватель я начал поиск уточняющей информации в Интернете. Каждый новый факт требовал дополнительных поисков и уточнений, интерпретаций и выводов. Изученные документы все сильнее втягивали меня в водоворот событий тех дней, привели к философскому взгляду на войну, пониманию условности правды, ее субъективности. Правда – у каждого своя, у участника событий и наблюдателя, у командира и бойца. Я понял, что события, участником которых был мой отец и которые вошли в меня, наполнив подробностями жестокой войны, могут быть интересны людям. Не все могут найти время и мотив для прочтения боевых документов, а в книге я постарался донести главное их содержание и свой анализ событий на плацдарме Аулы. Все мы существа разумные и у всех складывается своя модель мира. У читателя книги наверняка появится свой взгляд на описываемые события.

В книге изложено упорядоченное интернет-расследование, а на его основе представлена собственная версия событий по форсированию Днепра у поселков Сошиновка и Аулы осенью 1943 года. Вся информация, кроме воспоминаний отца, взята из открытых источников. Эта книга не про моего отца, а о героях, погибших и выживших той осенью 1943 года. Описанные события происходили с 21 сентября по 23 октября 1943 года. За содержание боевых документов подразделений и частей Советской Армии, наградных листов я не могу нести даже моральную ответственность. Заранее приношу извинения тем, кого ненароком обидят мои выводы. Я не историк, но старался быть максимально объективным и, думаю, мой отец тоже меня простит. За что? Прочитаете книгу и поймете.

Ни в одном воспоминании или исторической книге подробного описания этих событий я не нашел. Расходятся даже мнения о том, был ли это настоящий или ложный плацдарм, успешная операция или нет. Конечно, переправа у поселка Аулы имела важное стратегическое значение, поскольку на всем протяжении Днепра у немцев, как отмечал Э. Манштейн [1], было всего пять переправ, по которым надо было перебросить на правый берег и развернуть там 8 армий. И переправа у населенных пунктов Сошиновка и Аулы, хотя и не была основной из-за отсутствия дорог с твердым покрытием и железных дорог на левом берегу, имела их на правом, и облегчала немцам организованный отход на оборонительные позиции на правом берегу.

Сведения об авторе: родился в городе Уфа в 1953 году, кандидат технических наук, пенсионер, zavzav60@gmail.com.

Фронт после Курской битвы

Основным военным событием летней кампании 1943 года явилась битва под Курском. Эта битва, продолжавшаяся с 5 июля по 23 августа, завершилась поражением основной ударной группировки гитлеровской армии. После разгрома врага под Курском немецко-фашистское командование уже не думало о возобновлении наступления против Советской Армии.

Контрнаступление советских войск под Курском переросло в августе 1943 года в общее наступление на огромном фронте от Великих Лук до Черного моря. Советское Верховное командование в сентябре-октябре приступило к осуществлению крупных наступательных операций с целью нанести поражение немецко-фашистским войскам, действовавшим на западном и юго-западном стратегических направлениях. Глубина задач, стоявших перед советскими войсками в этом грандиозном наступлении, составляла 250–300 км при ширине общего фронта боевых действий 1 000-1200 км.

Немецкое командование пыталось упорной обороной остановить дальнейшее наступление Советской Армии на рубеже Велиж, Дорогобуж, Брянск, Сумы, реки Северный Донец и Миус. Одновременно противник вел оборонительные работы по западным берегам рек Десна, Сож, Днепр, Молочная, рассчитывая использовать их для обороны в случае прорыва Советских войск. Эти рубежи имели крупное оперативное значение, так как они перехватывали пути наступления Советской Армии на запад. Особенно большое значение фашистское командование придавало рубежу Днепра. Широкий многоводный Днепр был труден для форсирования, его высокий правый обрывистый берег господствовал над пологим левым, неудобным для подхода и сосредоточения войск, наступающих с востока.

После неудачного для гитлеровцев исхода сражений под Орлом, Белгородом и Харьковом немецкое командование считала укрепления на Днепре неприступным рубежом, получившим название «Восточный вал». Битва за Днепр состояла из ряда операций фронтов и групп фронтов, объединенных общим замыслом Верховного Главнокомандования.

Вот что писал в своих воспоминаниях маршал Конев И.С. [2]:

«Я потребовал от командармов 5-й гвардейской, 53-й, 69-й, 7-й гвардейской, 57-й и 46-й армий энергично развивать преследование отступающего противника и к 24–25 сентября 1943 г. овладеть переправами на Днепре и обеспечить его форсирование. При этом я требовал проводить операции по выходу и форсированию Днепра со всей настойчивостью, энергией и решительностью. Особо обращал внимание на смелое, дерзкое использование подвижных отрядов и захват войсками на плечах противника переправ через Днепр.»

Днепр на участке большой излучины на своем правом берегу являлся выгодным оборонительным рубежом и представлял большие трудности для наступающей стороны. Германское командование, именно так расценивая оперативно-тактическое значение Днепра, имело твердое намерение задержаться на днепровском рубеже. Известен приказ Гитлера от 21 сентября 1943 г., который запрещал немецким войскам оставлять рубеж Днепра и предлагал им закрепиться на правом берегу, организовав прочную зимнюю оборону.

О намерении немцев зазимовать на правобережье говорит также исключительная ожесточенность огня и контратак, которыми они пытались уничтожить захваченный Советской Армией плацдарм в районе.

Маршал Конев И.С. вспоминал [2]:

«Форсирование Днепра было намечено на фронте 130 км. Этим же приказом были определены задачи войск на захват плацдармов за Днепром. …46-я армия развивала наступление в общем направлении на Днепродзержинск, Софиевку и Чаплинку. Ей предстояло 23 сентября овладеть переправами в районе населенного пункта Аулы, Днепродзержинска и захватить плацдарм на участке Мироновка, Благовещенка».

Форсированию Днепра 46 А и посвящено мое интернет- исследование. В Оперативной директиве командующего Степным фронтом от 20 сентября 1943 года значится 6-м пунктом – Командарму 46 армии энергично развивать наступление в общем направлении Починно-Софиевка, Чаплинка выйти на фронт: 21.9.43 – Александровка, Николаевка; 22.9.43 – Хуторское, Горяновские; 23.9.43 – овладеть переправами на р. Днепр в районе Аулы, Днепродзержинск, Тритузная; 24.9.43 – форсировать р. Днепр и захватить плацдарм на участке Мироновка, Благовещенка [3].

Почему операция по захвату плацдарма Аулы подробно не отражена в воспоминаниях командующего Степного фронта Конева И.С. и командующего Юго-Западным фронтом Малиновского Р.Я.?

Одна из причин я думаю в том, что 46 А была передана Степному фронту Конева И.С. из Юго-Западного фронта Малиновского Р.Я. для усиления на время форсирования Днепра и в начале октября 1943 года отдана обратно. Даже наградные листы на Героев Советского Союза за форсирования Днепра 46 А в составе Степного фронта подписаны Малиновским Р.А. Кому из них писать в воспоминаниях о форсировании? Еще, наверное, потому, что масштаб не тот, таких плацдармов было много, в том числе, несколько в полосе Степного и Юго-Западного фронтов, часть из которых в октябре были объединены в Пятихатский плацдарм.

У меня сложилось мнение, что захват и удержание плацдарма Аулы была частично успешной военной операцией, получившей развитие только в конце октября после сосредоточения сил Степного фронта на плацдармах в районе Дериевки и Куцеволовки и захвата 19.10.43 г. узловой станции Пятихатка. Дальнейший успех Степного фронта на Криворожском направление создавал для всей группировки войск противника, оставшихся в излучине Днепра, реальную угрозу окружения. Это позволило Юго-Западному фронту под командованием Малиновского Р.Я. на плацдарме Аулы сосредоточить силы 46 А, прорвать оборону противника и освободить Днепродзержинск и Днепропетровск.

История, рассказанная отцом

А теперь сама история. Эту историю отец описал в своих воспоминаниях, по праздникам, выпив рюмку-другую, рассказывал своим друзьям. Эту историю, среди многих других, он рассказывал и мне. Эту историю я рассказал своим детям, и она со временем стала одной из семейных легенд.

Когда я решил уточнить некоторые эпизоды по архивным документам, то понял, что одно и то же событие имеет разную интерпретацию, часто противоположную, даже в документах. Поэтому дальше изложу события с разных точек зрения.

Воспоминания отца в моем вольном изложении выглядят следующим образом:

После лечения от очередного ранения старший лейтенант артиллерии Заграничный Василий Иванович был назначен заместителем командира второго дивизиона 32 артиллерийского полка (командир – майор Репин), 31 стрелковой дивизии (командир – генерал-майор Богданович П.К.) 46 А (командир – генерал-лейтенант Глаголев В.В.), Степного фронта (командующий – Конев И.С.)

* * *

Примечание автора: Тут отец путает даты и должности. Майор Репин прибыл на должность начальника штаба полка 27.10.43 и только 2.12.43 г. назначен командиром полка. Нашел эту информацию в журнале боевых действий 32 АП [5].

* * *

Прибыл отец в дивизион после взятия Полтавы на марше к Днепру (т. е. после 23 сентября, но до 27 сентября 1943 г.). Скорее всего, 24 сентября, поскольку до ранения 28 января 1944 года отец насчитал 4 месяца и 2 дня нахождения на фронте. Как я понял, 46 А не принимала участие в освобождении Полтавы, а обошла ее с юга.

Был приказ немецкого командования от 15 сентября об отступлении на правый берег Днепра. К 24 сентября отдельные части 46 А вышли к левому берегу Днепра. Никакими плавсредствами для форсирования Днепра части не располагали.

Командиром первого стрелкового батальона 818-го стрелкового полка 31 стрелковой дивизии 46-й армии был капитан Казарян Амаяк Левонович. Его батальон ночью шел колонной по дороге, догнал впереди идущую колонну, пристроился к ней. За батальоном капитана Казаряна А.Л. таким же образом пристроился обоз с кухней и связью второго дивизиона 32 артиллерийского полка моего отца. Можно предположить, что было темно, бойцы были измотаны маршем и все спали на ходу. Проснулись только после перехода по надводному мосту на правый берег Днепра. Тогда поняли, что впереди идущая колонна немецкая. В результате, батальон капитана Казаряна А.Л. без единого выстрела ночью 26 сентября перешел через Днепр.

Капитан Казарян А.Л. принял решение окопаться и закрепиться на правом берегу. Связи у батальона не было. Однако в обозе второго артиллерийского дивизиона моего отца, который тоже оказался на правом берегу Днепра, находился старшина Подтутаревский и у него связь была. К утру, немцы решили любой ценой скинуть батальон в Днепр. Понятно, что без огневой поддержки, батальон долго продержаться не смог бы. Вот тут и помогла связь. Сначала огневую поддержку оказал второй дивизион под командованием отца, потом артиллерия всего 32 полка, корректировали огонь по связи через старшину. Как вспоминает отец, никакого особого геройства он не проявил, оказывал огневую поддержку частям на правом берегу, получал и ответ от немцев.

Плацдарм отстояли и расширили. Батальон Казаряна А.К. понес тяжелые потери.

5 октября в бою за расширение плацдарма батальон Казаряна А.Л. занял разъезд Воскобойня (южнее поселка Аулы), перерезав тем самым железную дорогу на Днепродзержинск.

Позже, плацдарм Аулы и плацдармы южнее Кременчуга объединились в Пятихатский плацдарм (сама станция Пятихатка расположен в 35 км от Днепра на Запад).

Как известно, 9 сентября была выпущена директива Верховного Главнокомандующего, определявшая, что за успешное форсирование крупных водных преград, в том числе Днепра, офицеры и генералы, проявившие героизм, удостаиваются звания Героя Советского Союза. Звание Героя Советского Союза по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 1 ноября 1943 года [d1] получили 33 участника форсирования Днепра 46 А, в том числе, командующий генерал-лейтенант Глаголев В.В. и командир 236 СД полковник Фесин И.И.

Отец вспоминал, что из батальона Казаряна А.Л. за форсирование Днепра к званию Героя было представлено 18 человек. Если посмотреть на Указ Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1944 года [d2], то в нем фигурирует 139 фамилий, среди которых можно найти несколько бойцов 31 стрелковой дивизии, в том числе и Казаряна Амаяка Левоновича. Мой отец считал, что к Герою Казарян А.Л. был представлен именно за форсирования Днепра и удержание плацдарма у населенного пункта Аулы.

* * *

Примечание автора: в действительности капитан Казарян А.Л. был представлен к Герою за взятие Аулы и разъезда Воскобойня, что позволило перерезать железнодорожное сообщение противника. Поэтому и наградной лист в Указе Верховного Совета СССР о присвоении звания Героя Советского Союза не от 1.11 1943 г., а от 22 февраля 1944 года.

* * *

Отец по нескольким причинам командиром полка Репиным к Герою представлен не был, получил только орден «Красной Звезды», а вот старшина Подтутаревский, по воспоминаниям отца, к Герою представлен был, и отец до своей смерти был уверен, что он его получил. В списке Героев Советского Союза старшину я не нашел, выходит, что и ему звание Героя не присвоили.

Вот собственно и вся история, ставшая семейной легендой. Много в ней необычного.

Насколько она вообще правдоподобна? Переправы, тем более мостовые, как правило, усиленно охраняются, в том числе, средствами противовоздушной обороны, как можно было перейти по ней на правый берег? Спросить отца уже не могу. Непосредственные участники боев погибли на войне или не дожили до дней, когда их воспоминания стали бы интересны стране.

28 января 1944 года отец был тяжело ранен, полгода лежал в гипсе по грудь, на войну уже не вернулся и о судьбе Подтутаревского и Казаряна ничего не знал. Я так думаю, отец и не должен был получить Героя, т. к. поддерживал стрелковый полк с левого берега и не входил в число бойцов, подпадающих под Указ.

Капитан Казарян А.Л. 6 февраля 1944 года в кровопролитных боях за село Юрчиха Каменского района Черкасской области был тяжело ранен, а на следующий день 7 февраля скончался от полученных ран. Похоронен в братской могиле близ села. В 70-х годах ему в селе Юрчиха поставлен памятник.

Командир 32 АП майор Репин был убит 18 января 1944 года, командир 31 СД генерал-майор Богданович П.К. был тяжело ранен и умер от ран в 1955 году, командующий 46 А генерал-лейтенант Глаголев В.В. погиб в 1947 году на учениях. И они воспоминаний не оставили.

Командир 236 СД, бойцы которой по официальной историографии первыми форсировали Днепр в районе Аулы, дважды Герой Советского Союза генерал Фесин И.И. умер в 1981 году. Его мемуаров, которые, я думаю, разъяснили бы многие вопросы, я не нашел, наверное, их нет.

Командующий Степным фронтом маршал Конев И.С. воспоминания оставил, но Аульский плацдарм для его уровня был просто эпизодом.

Из-за отсутствия упорядоченной достоверной информации мне и пришлось искать дополнительную информацию о тех событиях.

Все поиски ограничились открытой информацией из интернет- ресурсов. Но и этого оказалось достаточно, чтобы прийти к собственной версии тех событий. Очень помогли выложенные боевые документы на сайте «Память народа» [4].

Хочу отметить, что согласно официальной историографии, воспоминаниям и документам первыми форсировали Днепр в районе н.п. Сошиновка и Аулы в ночь с 25 на 26.09 бойцы 236 СД. Но это из подразделений 46 А Глаголева В.В.

Справа от них форсировали Днепр на узком участке фронта у н.п. Сошиновка, Червонное, Новое Александровское бойцы 41, 36 и 303 СД из 57 А, и они с полным основанием считают первыми себя.

Сошиновка вообще не входила в полосу ответственности 46 А. Первыми Сошиновку и высоту 134,4 взяли подразделения 57 А, а все лавры достались разведчикам 236 СД 46 А.

Рис. 1 Карта боевых действий 57 А на 22–29.09.43 г.

Героями Советского Союза за форсирование Днепра стали 66 бойцов 57А и 33 бойца 46 А. Но об этой правде 57 А я попробую рассказать потом, у меня пока другая цель – провести расследование о форсировании Днепра и захвате Аульского плацдарма 46 армией.

Для общего понимания дислокации и линии разграничения ответственности прилагаю карту (рис. 1) [4].

Это карта 57 А на 22.09–29.09.43 года. На ней линия разграничения ответственности обозначена по границе между Сошиновкой и Аулы.

На некоторых более подробных картах линия разграничения проходит по дороге Калиновка- Сошиновка, которая проходит у высоты 185.3 и огибает Сошиновку слева. Ее можно найти слева от Аулы. Высота 185.3 с двумя рощицами имеет важное значение для изложения событий. Эта высота с курганами была местом захоронения вождей скифов, а позже капищем у славянских племен.

Обозначение 57 А и 46 А вставлено мной для лучшего понимания обстановки. На карте можно найти положение 303 СД на острове Мурсин, 36 СД в Паньковке, 41 СД в лесу на юг от Паньковки.303 СД форсирует Днепр у Ново-Александровки и Червонное, 36 СД переправляется в направлении север Сошиновки, а 41 СД в центральной части Сошиновки

* * *

Примечание автора: 41 и 36 дивизии были гвардейскими, но для удобства обозначение ГСД в книге сокращено до СД).

На картах наши всегда «красные», противник – «синие».

* * *

236 СД 46 А форсировала Днепр напротив восточной окраины Сошиновки (ориентир Церковь рассмотреть можно с трудом, обозначение церкви крестом можно найти на других картах далее, поэтому обозначения добавлены мной). На одной из аналогичных карт 46 А (к сожалению, плохого качества) линия разграничения проходит через юго-восточную окраину Сошиновки, ориентир «Церковь». Есть документы подтверждающие это. Дополнительную путаницу вносит форсирование Днепра 46 А в полосе 41 СД 57 А напротив Сошиновки.

Для того, чтобы понять в деталях события на плацдарме Аулы и возможность перехода батальона Казаряна на правый берег по мосту, я обозначил, для начала расследования, следующие основные вопросы:

Подразделения и части, принимавшие участие в форсировании Днепра в районе н.п. Сошиновка и Аулы, их командиры;

Немецкие переправы у Сошиновки, в том числе, мостовая или понтонная;

Документальные подтверждения перехода 1-го батальона 818 СП на правый берег по мосту;

Участие 32 АП в захвате плацдарма и поддержке 818 СП;

Кто первым из 46 А переправился, захватил и удерживал плацдарм Аулы?

Кто они, герои переправы?

Участие в захвате и удержании плацдарма Аулы 57 А.

Ответы на основные вопросы

Подразделения и части

Для начала уточним состав подразделений, частей, их командиров.

Обратимся к информации с сайтов «Память народа» https://pamyat-naroda.ru/ и

«Герои войны» https://warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=2020.

Командующий 46 А – генерал-лейтенант Глаголев В.В., в подчинении у него 236 СД (командир полковник Фесин И.И, https://warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=1187) и 31 СД, (командир генерал-майор Богданович П.К. он же начальник штаба 46 А) (https://warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=6530).

В подчинении у Богдановича П.К. был 818 СП (командир – майор Головченко), командир 1-го батальона капитан Казарян А.Л. (https://warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=18150) и 2-го батальона капитан Лукин В.П. (https://warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=8515).

В этом описании могут быть неточности. Подразделения и части постоянно передавались от одного фронта другому, из одной армии в другую, артиллерию могли прикрепить к полку или батальону для поддержки какой-то операции.

Вот, например, подчиненность 46 А, которая нас в основном интересует в промежутке лето-осень 1943 года:

Вот такие «пироги». 46 А форсировала Днепр под командованием Конева И.С., а представление к Героям за форсирование Днепра подписывал Малиновский Р.Я.

Отец воевал в 32 АП, 31 СД, 46 А. Я думаю, младшие офицеры могли и не знать о подчиненности своих подразделений. И если 32 АП был в постоянном подчинении с 14.01.1941 по 11.05.1945 года 31 СД, то сама дивизия постоянно переподчинялась от одного стрелкового корпуса другому:

Совсем интересна подчиненность 818 СП, где командиром 1-го батальона и был капитан Казарян А.Л., а командиром 2-го батальона Лукин В.П., получивший так же звание Героя.

С 04.12.41 по 09.05.45 в подчинении 236 СД Фесина И.И., а с 30.09.42 по 11.05.45 в подчинении 31СД Богдановича П.К… Как это может быть? Кто отдавал приказ о форсировании Днепра? Кто командовал полком при захвате плацдарма? Причем на сайте «Память народа» открытие страниц 31 СД, 236 СД и 818 СП дают один и тот же результат. Я думаю, что-то напутали на сайте. На нем очень много неточностей, присутствует документы, не относящиеся к упомянутым частям. По журналу боевых действий 818 СП относился все же к 31 СД.

Как бы там ни было, основные действующие герои и подразделения, которыми они командовали, установлены и соответствуют воспоминаниям отца.

* * *

Вывод: Все части и герои не вымышленные и совпадают с воспоминаниями отца.

* * *

Перейдем ко второму вопросу.

Немецкие переправы у Сошиновки, в том числе мостовая или понтонная

Изучение боевых документов (все документы взяты с ресурса «Память народа») подразделений 57 и 46 А подтвердило наличие переправ.

Вот некоторые документы:

В Боевом донесении 36 СД от 25.09.43 г. [d3] отмечается:

Переправа у противника в полосе 36 СД была, но пока не понятно, какая – мост, понтон или просто место.

В документе «Отчет по инженерному обеспечению наступления 46 Армии с форсированием Днепра с 25.09 по 25.10 43 г.» [6]:

Отметим – была паромная переправа.

Подтверждает это и боевое донесение № 079 штаба 31 СД от 25.09 [d4]:

В Журнале боевых действий 248 СП от 24.09. и 27.09. 43 г. [7] находим:

Были у немцев в районе Сошиновки понтонные переправы, которые они разобрали.

В Журнале боевых действий 31 СД [8] за 27.09 написано:

Подтверждается наличие нескольких понтонных переправ. Фраза «к этому времени» может трактоваться, что сначала 236 СД переправилась, а потом немцы разобрали переправы или что к ночи 26–27.09, когда 31 СД была возвращена к Днепру, понтонные переправы были разобраны.

В Журнале боевых действий 126 СП 41 СД [9] находим:

В Боевом донесении штаба 57 А 25.09.43 г. на 10–00 [d5] отмечается, что переправу в районе Сошиновки противник взорвал 25.09

Переправы у немцев были, но их разобрали или взорвали. Скорее всего, взорвали деревянный мост между Паньковкой и Сошиновкой.

* * *

Выводы: У противника напротив «Церковь» Сошиновки была паромная переправа, севернее в 400 м напротив Сошиновки были понтонные и мостовая переправы.

Документальные подтверждения перехода 1-го батальона 818 СП на правый берег по мосту

Прямых подтверждений перехода 1-го батальона 818 СП на правый берег по мосту нет.

Начнем с боевого распоряжения № 13, которое нам доступно из журнала боевых действий 31 СД [8]. 31 СД вышла к левому берегу Днепра в районе Паньковки и по распоряжению штаба 46 А должна была сдать позиции 41 СД 57 А и передислоцироваться в район Грабский для отдыха и пополнения личного состава.

Дивизия выполнила приказ и стала перемещаться в Елизаветовку [8]:

Можно предположить, что во время ночного перехода 1-й батальон 818 СП мог заблудиться и перейти по мосту на правый берег или случайно попасть в зону переправы наших войск и переправиться вне графика. А потом это выдали за случайный переход по мосту?

В найденных мной документах отмечается, что 26.09 положение батальона неизвестно, а в ночь с 26.09 на 27.09 батальон оказывается на правом берегу Днепра на окраине Аулы. Как он там оказался, документов нет. Вот Вам тайна № 1.

31 СД должна была переправляться по плану с 26 на 27.09, вслед за 236 СД. Но 236 СД в ночь с 25 на 26.09 не смогла полностью переправиться по причинам, представленным мной в книге ниже.

Как показывают документы 46 А [12], 236 СД удалось закончить переправу только к 24–00 27.09.

А что касается 31 СД, то из текста не понятно, когда она переправила два полка на правый берег. Можно предположить, что вечером 27.09 с наступлением темноты или 28.09 после 00–00.

Положение дивизий армии приведено в Оперативной информации (ОИ) ШТАРМа 46 А к 6-00 27.09 [d6]:

31 СД находится на левом берегу в лесу у Паньковки в готовности форсировать Днепр. И хотя форсирование было возможно только вечером 27.09, в ОИ штаба 46 А на 11–00 [d7], того же числа два полка 31 СД уже на правом берегу.

С 6-00 до 11–00 в светлое время 31 СД переправляться не могла. Таким образом, делаем однозначный вывод, что 31 СД силами двух полков начала переправу после 00–00 27.09.

Это прямо противоречит журналу боевых действий 46 А [12], если только 31 СД не начала переправу одновременно с основными частями 236 СД, которые с 25 на 26.09 полностью переправиться не смогли.

Как 1-й батальон 818 СП оказался в ночь с 26 на 27.09 на правом берегу, не понятно. Может командир был не в курсе и подошел к месту переправы в утвержденное ранее планом форсирования время?

Вот и в донесении № 081 штаба 31 СД на 6-00 27.09 [d8] отмечается, что:

Таким образом, только батальону Казаряна из 818 СП удалось переправиться в ночь с 26 на 27.09.

Из донесения штаба 31 СД на 15–00 27.09 [d9]:

В нем отмечается, что батальон Казаряна на правом берегу, но неизвестно где, т. е. с 6-00 до 15–00 батальон бился на правом берегу, а остальные подразделения 818 СП только в готовности к переправе на левом берегу:

Вот такие косвенные свидетельства о переправе батальона Казаряна на правый берег с 26 на 27.09.

Но даже эти предположения пошли прахом, когда я прочитал журнал боевых действий 31 СД [8]. Оказывается, сразу после 236 СД с 00–00 27.09 31 СД начала переправу на правый берег силами 248 СП и 75 СП, а из 818 СП переправилась только первый батальон Казаряна. Опять это противоречит [12], но что делать. Другой информации нет.

Подробно об этом написано в разделе, где приводятся результаты расследования действия 46 А. Куда переправился батальон и почему не могли определить его местоположение на небольшом кусочке захваченного плацдарма до 15–00 27.07 не совсем ясно.

Таким образом, никаких прямых доказательств переправы батальона Казаряна на правый берег по мосту я не нашел. Понтонные переправы немцами были разобраны, мостовая сожжена или взорвана еще 25.09, так что ближе к реальности переправа батальона Казаряна в суматохе вне графика и появления солдатской байки о переходе по мосту.

Я уже решил закрыть тему батальона Казаряна и перейти к изучению форсирования Днепра передовым отрядом 236 СД, как мне случайно попался на глаза любопытный документ [10].

То есть у немцев в районе Сошиновки был секретный подводный мост неизвестной конструкции и достаточно мощный для переправы тяжелой техники, в том числе танков. К 11.10.43 г. наши только узнали о его существовании, но еще не нашли. Сразу всплыл в памяти фильм «Секретный фарватер». Немцы-то были те еще затейники, особенно, в технических новшествах.

Тем не менее, это свидетельство тоже следует рассматривать как косвенное.

К сожалению, никаких других документов я по этому сюжету не нашел, но подумал, а вдруг? На документе есть резолюция «исполнено» без даты. Не понятно – нашли мост или нет. Но эту тайну № 2 о секретном немецком мосте я оставляю расследовать молодым историкам, дерзайте!

Участие 32 АП в захвате плацдарма и поддержке 818 СП

32 АП оказывал огневую поддержку не только 31 СД, но и 236 СД. Из Журнала боевых действий 32 АП [5] следует:

27.09

28.09

29.09

03.10

* * *

Выводы: 32 АП оказывал боевую поддержку подразделениям 31 и 236 СД, переправившимся на правый берег Днепра, а с 28.09 сначала 7 дивизион, а затем 4 дивизион вели бои на правом берегу Днепра. 03.10 32 АП участвовал в захвате Аулы и разъезда Воскобойня, а их брали 1-й и 2-й батальоны 818 СП.

Кто первым переправился, захватил и удерживал плацдарм Аулы

По изученным документам первым из подразделений 46 А форсировал Днепр 26.09.43 г. в 3-30 утра передовой отряд 236 СД. Этот факт собственно и является предметом моего интернет расследования, изложенного ниже.

Кто они, герои переправы?

Из 33 Героев Советского Союза (ГСС) 46 А за форсирование Днепра 18 – разведчики 496 отдельной разведывательной роты (орр) 236 СД и, безусловно, они главные официальные герои переправы. Вот Вам очередная неточность в воспоминаниях моего отца. Считал, что 18 ГСС были из батальона Казаряна 818 СП, а оказалось, что они разведчики 496 орр 236 СД. Еще было много безымянных героев, 2000 бойцов 46 А получили государственные награды за форсирование Днепра. Некоторые из них стали героями моего расследования.

Участие в захвате и удержании плацдарма Аулы 57 А

Участие 57 А в форсировании Днепра у Сошиновки и захвате плацдарма не являлось предметом моего интернет-исследования и упоминается как факт, поясняющий взаимодействие 57 и 46 Армий.

36 СД 57 А начала переправляться в 24–00 25.09 и первой захватила Сошиновку, а 236 СД 46 А переправлялась в полосе 57 А напротив церкви Сошиновки в 400 метрах ниже по течению после 3-30 26.09.

Привожу оперсводку 36 СД 57 А на 3-00 [d10]:

и вырезку из боевого журнала 41 СД [11] от 26.09, доказывающую это:

Время переправы передового отряда 41 СД совпадает с переправой 509 СП 236 СД.

Можно предположить, что время переправы 236 СД 46А и 41 СД 57 А были согласованы, т. к. места сосредоточения были рядом. А 36 СД форсировала Днепр в 400 м вверх по течению 25.09 в 24–00 и с ней время не согласовывалось.

Общее резюме

Никаких прямых доказательств переправы батальона Казаряна на правый берег по мосту я не нашел. Понтонные переправы немцами были разобраны, мостовая сожжена еще 25.09.

Вот так семейная легенда о форсировании Днепра, рассказанная отцом, к моему глубокому сожалению, превратилась в солдатскую байку.

В чем я уверен, что историю с переходом батальона Казаряна по мосту отец выдумать не мог. Она уже ходила в войсках. Приукрасить свое участие в событиях – вероятно да. Другого объяснения у меня пока нет.

Если даже отец не был участником этих событий, то где-то он услышал эту историю и, поскольку оказывал артиллерийскую поддержку 818 СП, со временем, стал считать себя ее участником.

Еще одно совпадение – среди разведчиков 236 СД, представленных к Герою Советского Союза за форсирование Днепра, а их было 18, присутствует Хазарьян, а капитан Казарян А. Л. по некоторым документам фигурирует как Хазарян и Газарян, так что можно было и перепутать.

Отец писал свои воспоминания в пожилом возрасте, когда с окончания войны прошло много лет, аберрация событий и дат могла быть неизбежной, особенно после ранения.

Могу допустить, что отец хотел остаться в памяти детей и внуков большим героем, чем был, что-то приукрасил. Да и что мог знать старший лейтенант дивизиона 76 мм гаубиц, ведя огонь из леса на левом берегу по указанным командиром целям.

Вот так бывает порой. Форсирование Днепра у поселка Аулы событие реальное и историческое, участники – реальные герои, а эпизод – солдатская байка. Изучив военные документы, касающиеся плацдарма Аулы, я нашел еще не один пример мифотворчества о тех событиях.

На этом я закрываю расследование событий по воспоминаниям отца и перехожу к другим легендам, других авторов.

Литературная версия событий

Очерки и воспоминания из интернет-ресурсов

Разные версии событий о форсировании Днепра 46 А я нашел в интернете. Сначала воспоминания участников и журналистика.

Все просто. Набрал в поисковой строке «Аульский плацдарм» и прочитал все, что там было, потом выбрал наиболее интересное.

Ресурс 1 Днепродзержинск в годы Великой Отечественной войны

http://www.dcpprkba.dp.ua/nwes/file/2016_10_25_vizvolennya.html

24 сентября 1943 г. 236-я стрелковая дивизия Героя Советского Союза И.И. Фесина первой вышла к Днепру в названном районе. Используя фактор внезапности, И.И. Фесин принял решение с ходу форсировать Днепр и захватить плацдарм. В ночь с 25 на 26 сентября 1943 г. взвод добровольцев 496-й отдельной разведроты под командованием лейтенанта С.П. Шпаковского на двух рыбацких лодках первым переправился на правый берег Днепра в районе с. Аулы. В течение суток разведчики мужественно отражали атаки врага на небольшом клочке земли, обеспечивая подход основных частей. Почти все они были ранены, часть бойцов погибла. За проявленные мужество и героизм весь взвод разведчиков Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 ноября 1943 года удостоен звания Героев Советского Союза.

Вслед за разведчиками стали переправляться батальоны 509-го стрелкового полка подполковника И.М. Орлова, которые в ожесточенном бою расширили плацдарм для дальнейшей переправы других соединений. Чтобы расширить фронт плацдарма, генерал В.В. Глаголев принимает решение форсировать Днепр на новых участках. 27 сентября в районе с. Сошиновка переправляются подразделения 31-й Сталинградской стрелковой дивизии генерал-майора П.Д. Богдановича.

* * *

Примечание автора: На первый взгляд, все достаточно правдиво. Запоминаем ключевые моменты:

В ночь с 25 на 26 сентября 1943 г. взвод добровольцев 496-й отдельной разведроты под командованием лейтенанта С.П. Шпаковского (пока неизвестна численность и состав взвода) на двух рыбацких лодках первым переправился на правый берег Днепра в районе с. Аулы.

В течение суток разведчики мужественно отражали атаки врага на небольшом клочке земли, обеспечивая подход основных частей.

Что смущает:

Первое – на двух лодках может уместиться ну 20 человек вместе с гребцами;

Второе – а как 20 бойцов с автоматами и ручными пулеметами могут отражать атаки врага в течение суток? Как с боеприпасами? Все взяли в лодку?

Пока фиксируем факт и ищем дальше.

Ресурс 2 Сошиновка, Аулы

https://vesti.dp.ua/segodnya-dnepr-otmechaet-ocherednuyu-godovshhinu-osvobozhdeniya-ot-nemetsko-fashistskih-zahvatchikov/

СОШИНОВКА, АУЛЫ…

В ночь на 25 октября (конечно сентября, явная опечатка) началось форсирование Днепра сразу на нескольких участках. К реке вышли войска правого крыла Юго-Западного фронта. В районе села Сошиновка группе из 19 разведчиков-добровольцев, возглавляемой лейтенантом Сергеем Шпаковским, удалось незаметно переправиться на правый берег и затаиться в кустарнике.

Следом за ними на лодках начали переправлять пушки, минометы, станковые пулеметы и боеприпасы. С окраины Сошиновки и небольшой высотки немцы открыли по лодкам огонь, но были атакованы разведчиками. Малыми силами удалось уничтожить боевое охранение врага и ворваться в Сошиновку.

Тем временем на завоеванный плацдарм продолжало поступать вооружение и новые группы бойцов из подразделений 236-й стрелковой дивизии, которой командовал полковник Иван Фесин. В результате боевых действий, кроме Сошиновки, были освобождены села Аулы и Червоное.

* * *

Примечание автора:

Не правого крыла Юго-Западного фронта, а левого крыла Степного,

Бойцов – разведчиков было 19 (почти угадал);

Следом переправили пушки, минометы, станковые пулеметы и боеприпасы (пушки на чем переправляли? на рыбацких лодках? У разведчиков появилось чем обороняться? а кто стрелял из пушек и минометов?);

Пока разведчики громили врага в Сошиновке, переправились группы бойцов 236 СД (сколько и каких подразделений? Наверное, артиллеристы и минометчики? Ну хоть не 19 разведчиков сдерживали атаки противника и удерживали плацдарм сутки);

В результате боев (в ночь с 25 на 26.09) освободили Сошиновку и Червоное? Тут явные фантазии автора. Тем более, что Червонное и Сошиновка вообще были в полосе наступления 57 А.

Снова фиксируем факты и идем дальше.

Ресурс 3 Аульский плацдарм

https://www.shukach.com/ru/node/1608

Ау́льский плацдарм – плацдарм на правом берегу реки Днепр, захваченный войсками Степного и Юго-Западного фронта в сентябре 1943 года.

В ночь с 25 на 26 сентября 1943 года передовые части 46-й армии скрытно переправились через Днепр и захватили плацдарм до 1 километра по фронту и глубиной до 700 метров.

В течение ночи с 26 на 27 сентября на плацдарм были переброшены основные силы 236 стрелковой дивизии, которые с ходу перешли в атаку, выбили противника из Сошиновки и к 5 часам утра 27 сентября овладели Церковью, расширив плацдарм до 2 км вправо до Церкви, влево до северной окраины, и углубив его до 1,5 км за н.п. Сошиновка. В течение дня дивизия вела ожесточённые бои за расширение плацдарма, отразила шесть контратак и к исходу дня оставалась на достигнутом рубеже.

В ночь с 27 на 28 сентября через Днепр переброшена 31-я стрелковая дивизия, которая начала наступать на Аулы. Это значительно облегчило положение 236 стрелковой дивизии и прикрыло её левый фланг.

28 и 29 сентября на плацдарме развернулись решающие бои. Отразив многочисленные контратаки противника к исходу 29 сентября советские войска перешли в наступление и значительно улучшили свои позиции. Однако продвижение в глубину было небольшим – около 0,5 км.

1 и 2 октября стороны особой активности не проявляли, на отдельных направлениях, велись бои за расширение плацдарма. Вся артиллерия дивизии была переправлена на правый берег Днепра. Плацдарм, завоёванный 236 стрелковой дивизией, по глубине достигал около 4 км, что давало возможность в районе н.п. Сошиновка строить армейскую переправу (понтонный мост).

С 3 октября по 6 октября наши войска пытались развить наступление, но особого успеха не имели и к исходу 6 октября перешли к обороне. Площадь Аульского плацдарма составила 35 км².

В результате наступления с Аульского плацдарма 22 октября 1943 года был освобождён город Верхнеднепровск, а 25 октября Днепродзержинск.

* * *

Примечание автора: пока ничего нового, кроме факта, что 31 СД переправлялась с 27 на 28.09 и за месяц боев 46 и 57 А захвачен плацдарм размером всего 35 кв. км.

Читаем дальше.

* * *

…Взвод разведчиков получил задание форсировать реку, закрепиться на правобережной полосе и удерживать ее до подхода своих частей. От этой операции зависели дальнейшее наступление наших войск, освобождение Днепропетровска, Днепродзержинска, Кривого Рога, Новомосковска.

Двадцать бойцов на плотах старались незаметно и как можно быстрее преодолеть водную преграду. Тихо плескалась вода под веслами гребцов, все ближе цель, вот желанный берег. Командир взвода Шпаковский со своими бойцами занял позицию, начали окапываться. Вокруг было тихо, ни выстрела. Противник обнаружил десант на рассвете и открыл огонь.

Под прикрытием горстки смельчаков стали переправляться на плотах и лодках пехотинцы, артиллеристы. Несколько раз немцы пытались сбросить десантников в днепровские воды, но, встреченные шквальным огнем, откатывались назад.

Примечание автора:

Разведчиков было 20? Так я угадал?

Разведчики окопались на занятой позиции (задачи разведки у разведчиков не было?);

Было тихо, ни выстрела. Десант обнаружили на рассвете (разведчиков или плоты и лодки с передовым отрядом?);

Разведчики прикрывали, немцы атаковали, пехотинцы и артиллеристы переправлялись через Днепр (а во сколько разведчики переправились? И почему войска 236 СД не переправлялись до рассвета?).

Надеюсь, еще что-то найду.

Ресурс 4 Герои легендарного взвода

https://petrovka-38.com/arkhiv/item/geroi-legendarnogo-vzvoda

(Примечание автора: статья о Герое Советского Союза Петре Грошенкове, одном из разведчиков взвода Шпаковского С.)

Форсирование Днепра

После сокрушительного разгрома фашистов под Сталинградом, дивизия, в которой воевал Пётр, гнала немцев на Запад. Впереди была Украина. В историческом формуляре 236-й Днепродзержинской стрелковой дивизии отмечено, что она вышла на берег Днепра утром 24 сентября в районе Паньковки.

По воспоминаниям ветерана, «к вечеру в расположение 496-й отдельной разведывательной роты прибыл командир дивизии Иван Фесин. Он сообщил о приказе сформировать отряд добровольцев, которому в течение предстоящей ночи надо провести разведку системы огня обороны противника на участке правого берега Днепра, противостоящем дивизии». Тогда же командиром группы был назначен старший лейтенант Сергей Шпаковский – командир взвода разведроты.

В 3.30, когда бойцы уже садились в лодки, их догнал приказ – на правом берегу постараться захватить плацдарм. Вместо разведки системы обороны противника пришлось принимать бой.

Первый бой на Аульском плацдарме

Двум лодкам группы разведчиков удалось незамеченными причалить к берегу. Старший лейтенант Шпаковский тут же отправил их обратно. Как только заняли круговую оборону в прибрежном лесочке, появились немцы. Они прошли рядом, буквально в двух шагах, освещая фонариками песок. Двое из них остались на берегу, как раз в месте высадки. Хорошо, что там уже не было лодок.

* * *

Примечание автора:

Задача разведчикам: «надо провести разведку системы огня обороны противника на участке правого берега Днепра»;

В 3-30 посадка в лодки разведчиков (почему так поздно перед самым рассветом?);

догнал приказ о захвате плацдарма (силами разведгруппы из 19 человек?);

причалили две лодки и были отправлены обратно;

разведчики заняли круговую оборону в лесочке.

Продолжаем читать.

* * *

А с левого берега в пронзительной тишине доносились команды – это готовились к переправе стрелки роты лейтенанта Сазоева. Но едва форсирующее подразделение достигло середины Днепра, как взлетели осветительные ракеты и тут же открыли огонь крупнокалиберные немецкие пулемёты. Надо было выручать своих.

Шпаковский поднял бойцов: «Огонь вправо! В атаку влево! За мной! Ура!». Как из-под земли появившиеся десантники забросали пулемётные точки гранатами. Немцы, даже не успев ответить прицельным огнём, в панике разбегались по берегу. А тут и рота Сазоева высадилась и захватила полоску берега. Вслед за ними высаживались новые группы и, на плацдарме, было уже 80 человек. Их тут же повели в атаку командиры.

* * *

Примечание автора:

Стрелки так шумели на левом берегу при подготовке к переправе, что ее было слышно на правом? Не удивительно, что немцы открыли огонь. Ширина реки 700 м. (Просто бред автора очерка);

С криком «ура» бросились в атаку после 3-30;

К переправе готовились стрелки роты Сазоева (появился командир роты передового отряда);

Высадились группы бойцов в количестве 80 человек.

* * *

В первые часы боя Шпаковский решил не идти в лобовую на врага, а взять курс левее. Но там оказались немецкие артиллеристы. Командир дал команду открыть сплошной огонь, гитлеровцы не поняли, в чём дело, а наши воины в стремительной атаке бросились на батарею.

Личный состав батареи был уничтожен, орудия захватили, развернули и из них же начали расстреливать немцев. С правого фланга гитлеровцы продолжали оказывать сопротивление, наши подразделения били их с тыла. Петру Грошенкову удалось подползти ближе и метким броском гранаты уничтожить станковый пулемёт врага.

Тогда, в первые часы, разведчики «гоняли немцев» от Сошиновки до Аулы, как зайцев. Но, как узнали они от местных жителей, в Аулах стоял гарнизон из 800 человек. Придя в себя, гитлеровцы под утро сумели организовать оборону.

Среди десантников уже имелись потери. Были ранены старший лейтенант Шпаковский и четверо бойцов его группы. Ещё удалось вырваться из окружения нескольким солдатам, высадившимся у Сошиновки вслед за разведчиками. Этими небольшими силами до подхода своих предстояло удержать плацдарм или погибнуть. А всего он был 300 метров по фронту и 120–150 метров в глубину с учётом занятой дубовым леском прибрежной полосы.

* * *

Примечание автора:

Половина разведчиков и несколько вырвавшихся из окружения пехотинцев держали плацдарм 300х150 м до вечера 26.09? (ну что опять за фантазии?).

* * *

25 сентября: десять яростных атак врага.

Утро 25 (конечно ошибка – на самом деле 26) сентября 1943 года, как вспоминали фронтовики было ясным и солнечным. В небе кружили немецкие самолёты. Но атаковать с воздуха было очень сложно из-за специфического рельефа местности. По этой же причине неэффективным был артминомётный обстрел, который пробовали вести немцы. Защитники плацдарма готовились к обороне, ожидая атак.

Гитлеровцы начали наступление после 10 утра. Атаки волнами шли одна за другой. Чтобы сэкономить боеприпасы, разведчики стреляли на поражение из автоматов не очередями, а одиночными выстрелами. Но к средине дня уже остро ощущался недостаток боеприпасов.

А тут ещё закончились запасы воды, бойцы изнемогали от жажды. За спиной – Днепр, но добраться к нему невозможно – ведут прицельный огонь немецкие снайперы. Никому так и не удалось пробраться к реке и принести хотя бы котелок воды.

Из 20 разведчиков в строю оставалось не больше семи, да и те тоже были ранены. Все понимали, что отражение следующей атаки фашистов может стать для них последним боем.

Разведчик Виктор Бойченко позднее вспоминал: «Десятая атака, хотя и не была такой дружной, как предыдущие, и особенно первые, но мы отбили её уже с известным напряжением: увидели, что некоторые немцы из атакующих были сражены уже почти у самого бруствера-обваловки позиций нашей обороны, то есть они уже были в шаге-двух от наших окопов. А дальше немцы в 11-ю атаку не пошли. Для нас стало ясно, что у них тоже не осталось, кому идти в атаку…».

В тот день фашисты потеряли 600 человек.

* * *

Примечание автора:

Из 20 разведчиков в строю осталось 7 раненых. Остальные убиты?

Семь раненных разведчиков и несколько вырвавшихся из окружения стрелков держали плацдарм 300х150 м до вечера 26.09 и уничтожили 600 немцев? (фантазии продолжаются?).

* * *

Батальон под командованием капитана Ивана Гришина из 509-го полка смог переправиться на правый берег у Сошиновки только в ночь на 26 сентября. На следующий день прибыло подкрепление из других подразделений, и наши войска с новыми силами начали борьбу с врагом. Немцы яростно наседали, но их атаки были отбиты. Вечером наступление на запад продолжилось.

* * *

Примечание автора:

Опять противоречие, Так в ночь с 25 на 26.09 переправилась рота Сазоева или еще и батальон капитана Ивана Гришина из 509-го полка? И почему «только 26 сентября»? Рота Сазоева и была из батальона Гришина в передовом отряде и форсировала Днепр сразу за разведчиками).

* * *

В этом страшном бою Пётр Грошенков получил тяжёлое проникающее ранение черепа, пуля повредила перегородки носа, естественно, была и контузия головного мозга. Впереди у него были долгие месяцы лечения в госпиталях.

Ресурс 5 На Днепровском плацдарме

http://gazetavk.ru/?d=2015-02-05&r=30&s=16108

На снимке, сделанном в мае 1944 года в городе Тирасполе, запечатлены друзья-однополчане, воины 68-го отдельного инженерно-саперного батальона 46-й армии. Несколько минут назад они получили высокие награды Родины из рук командующего 46-й армией генерал-полковника В.В. Глаголева. Слева на снимке мой отец красноармеец Иван Филиппович Рулёв.

Он родился 5 мая 1924 года в станице Новолабинской Усть-Лабинского района. На фронте Великой Отечественной войны с 15 февраля 1943 года. (к сожалению, фотографии на интернет- ресурсе нет).

Отличился в ночь с 25 на 26 сентября 1943 года у села Сошиновка Верхнеднепровского района северо-западнее Днепродзержинска. В первых рядах принял участие в форсировании Днепра. Первым рейсом с командиром отделения сержантом Александром Давыдовичем Головатюком на двух саперных лодках они переправили первую группу десанта разведчиков под командованием лейтенанта С.П. Шпаковского в количестве 20 человек (18 из них получили звание Героя Советского Союза, в том числе три бойца из Краснодарского края: Даниил Пантелеевич Лях, Виктор Кузьмич Бойченко, Константин Федорович Зайцев.

Всего в течение ночи девятнадцатилетний Иван Рулёв на десантной лодке сделал 5 рейсов. Переправил на правый берег 70 бойцов, которые вступили в бой за плацдарм. Обратно вывез 25 раненых бойцов. На рассвете 26 сентября, во время очередного рейса, был ранен, но продолжал боевую работу.

Старший лейтенант Евгений Андреевич Цыплёнков (на снимке рядом с моим отцом) родился 16 февраля 1920 года в Петрограде. Отличился при форсировании Днепра 26 сентября в районе селе Сошиновка Верхнеднепровского района. На пароме переправил через Днепр 10 орудий с расчетами и боеприпасами.

* * *

Примечание автора: Здесь что-то не бьется. Для переправы орудий нужны паромы или плоты, а где они их взяли? Переправить 10 орудий означает сделать 10 рейсов.

* * *

Сержант Александр Давыдович Головатюк (на снимке справа) родился 16 июня 1921 года в Хмельницкой области на Украине. Отличился при форсировании Днепра в районе села Сошиновка. В ночь с 25 на 26 сентября 1943 года совместно с И.Ф. Рулёвым на двух десантных лодках первым рейсом высадил на правый берег десант разведчиков. Всего за пять часов сделал восемь рейсов и высадил десант в количестве 75 человек на правый берег Днепра. Обратными рейсами вывез в медсанбат восемь тяжелораненых бойцов.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1944 года за мужество и героизм, проявленные при форсировании Днепра, красноармейцу Рулёву Ивану Филипповичу, старшему лейтенанту Цыплёнкову Евгению Андреевичу и сержанту Головатюку Александру Давыдовичу было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». Три Героя получили высокую награду Родины за форсирование Днепра на Сошиновском плацдарме.

Я нашел фотографии трех героев сапер 68-го отдельного инженерно-саперного батальона (https://warheroes.ru/hero/):

* * *

Примечание автора:

На двух десантных лодках саперы 68-го отдельного инженерно-саперного батальона Рулев и Головатюк переправили 20 разведчиков Шпаковского (лодки десантные, а не рыбацкие, гребли саперы, уже что-то).

Сапер Рулев за 5 часов сделал 5 рейсов и перевез 70 бойцов (если лодки было две, то саперы переправили 140 человек. Если переправа началась в 3-30, то 5 часов она длиться не могла, т. к. с рассветом в 5-00 переправу прекратили. Здесь придется еще уточнять.)

Возникает вопрос, а что у всей 46 А было только 2 лодки? А если было 10, то переправили бы 700? С таким количеством десанта уже можно говорить о захвате плацдарма).

Ресурс 6 Аульский плацдарм (С. Семенов)

https://w.histrf.ru/articles/article/show/aulskii_platsdarm

Плацдарм в районе села Аулы Криничанского района Днепропетровской области Украинской ССР, захваченный в ходе битвы за Днепр и использованный для дальнейшего наступления.

Ход боевых действий

Переправа передовых частей 46-й армии (командующий – генерал-майор В.В. Глаголев) была начата по приказу командования Юго-Западного фронта (командующий – генерал армии Р. Я. Малиновский) в ночь с 25 на 26 сентября 1943 года. Используя преимущества тёмного времени суток и внезапности, они выбили противника из передовых траншей, а затем, закрепив первоначальный успех, расширили плацдарм до 1 километра по фронту и до 0,7 километра в глубину.

Следующей ночью на плацдарм была переправлена практически вся 236-й стрелковой дивизии (командир – полковник И. И. Фесин). Перейдя в атаку, советские части освободили близлежащие населённые пункты Сошиновка и Церковь. Враг предпринял 6 ожесточённых контратак, которые успеха не имели, но заставили подразделения Фесина перейти к обороне и остановить наступление.

В ночь с 27 на 28 сентября 1943 года на Аульский плацдарм была переправлена 31-я стрелковая дивизия (командир – генерал-майор П. К. Богданович). На неё было возложено наступление на село Аулы с одновременным прикрытием левого фланга 236-й стрелковой дивизии.

Кульминацией боёв на плацдарме стали дни 28 и 29 сентября 1943 года, когда враг непрерывно предпринимал контратаки, пытаясь оттеснить советские части и сбросить их обратно в Днепр. Лишь к исходу второго дня боёв противника удалось несколько оттеснить. 1–2 октября 1943 года отмечалось некоторое затишье, лишь на отдельных участках имелись локальные схватки. За эти дни были переправлены артиллерийские подразделения.

* * *

Примечание автора: Новой информации никакой, опять перепутали ЮЗФ со Степным, и появился термин передовых частей 46 А, а не только разведчиков Шпаковского.

* * *

Итоги боевых действий

В результате боевых действий на Аульском плацдарме погибли или были ранены несколько тысяч советских бойцов и командиров, немецкие войска также понесли значительные потери. 32 военнослужащих, в том числе И. И. Фесин, были удостоены звания Героя Советского Союза.

Ресурс 7 Лейтенант Сергей Шпаковский поле боя не покидал

https://topwar.ru/66381-leytenant-sergey-shpakovskiy-pole-boya-ne-pokidal.html

Практически каждый разведчик из взвода лейтенанта Сергея Шпаковского получил звание Героя Советского Союза. Пожалуй, это единственный случай массового награждения высшей наградой страны во время Великой Отечественной войны за одну операцию. Прошло время, и подвиги разведчиков стали трактоваться совершенно по-другому: одним приписывались несуществующие заслуги, а других намеренно забывали

Захват плацдармов в районе реки Днепр проводился советским командованием по нескольким направлениям. Но бой в селе Сошиновка стал одним из самых сложных и драматичных.

О неприступности Восточного вала, который отступающие фашисты создали по всему течению Днепра, бойцы узнавали не только из разбросанных фашистскими самолетами листовок, но и от пленных. Один из них, взятый разведчиками в плен, рассказал только о приказе Гитлера, который им зачитали перед строем: немецким солдатам приказали сражаться во что бы то ни стало. Никаких ценных сведений от пленного получить не удалось.

А штабу нужно было узнать, какими силами располагает на том берегу противник, где расположены огневые точки, сколько их. Войска Юго-Западного и Степного фронтов были на подходе. Части армии Степного фронта уже окапывались в пойме реки Днепр: солдаты с ненавистью смотрели на противоположный берег.

Правый берег на протяжение двух месяцев немцы превратили в большой укреплённый район. Немцам помогала сама природа: правый берег по отношению к левому был намного выше.

Вечером командир дивизии Иван Иванович Фесин вызвал к себе всех разведчиков и поставил боевую задачу: провести разведку неприятельских войск, расположенных на противоположном берегу. Командир приказал выйти из строя тем, кто хочет пойти добровольцем. Вперед вышел командир третьего взвода 496-ой отдельной разведроты лейтенант Сергей Петрович Шпаковский:

– Разрешите нашему взводу выполнить боевую задачу!

Как только опустились густые сумерки, 25 сентября 1943 года разведчики выехали на двух полковых повозках в сторону реки.

Командующий Степным фронтом генерал армии Иван Степанович Конев понимал, что враг измотан боями, ему нельзя дать шанс по укреплению позиций. Поэтому уже в пути разведчиков «догнал» приказ: захватить и удержать небольшой плацдарм в районе села Сошиновка.

* * *

Примечание автора:

Задача захвата плацдарма поставлена не при посадке в лодки, а на повозках при перемещении к берегу. Я не военный, но мне представляется, что снаряжение разведчиков при разведке и при захвате плацдарма должна отличаться?

* * *

Разведчикам повезло с самого начала: они тихо переправились, увидели овраг и побежали туда. Притаились. Вдоль берега, сверху по обрыву шли немецкие патрули: была слышна их гавкающая речь. Они прошли мимо.

Рядовой Константин Федорович Зайцев знал немецкий язык и сумел по обрывкам разговора понять, о чем говорили немцы:

– Батарея у них тут рядом, – перевел он. – Часовой звал другого зайти в караулку и погреться шнапсом.

Разведчикам повезло еще один раз. Фашисты выдали расположение своего расчета: неожиданно, у самой кромки леса, начал стрелять немецкий пулемет. Командир взвода Шпаковский послал отделение Стасюка в обход, а сам, крикнув: "Ребята, вперед!", побежал в сторону стреляющего пулемета, прижимаясь к оврагу. В несколько рывков разведчики достигли бруствера, за которым виднелись крытая бревнами землянка, накат амбразуры, вырисовывались силуэты орудий. Разведчики в считанные минуты уничтожили немецкий расчет.

В полутора километрах на взгорке виднелись контуры крыш села Сошиновка. Сейчас на месте этого села находится водохранилище. Немцы, услышав выстрелы на берегу, открыли огонь. К селу разведчики пробирались короткими перебежками, прижимаясь к земле. Над головами свистели пули.

Никто из разведчиков не знал, какими силами располагал противник в селе.

Бойцы отделения Василия Дмитриевича Стасюка ворвались на околицу села. "Товарищ Стасюк огнем и гранатой в рукопашной схватке уничтожил 9 немцев, – говорится в наградном листе. – Отделение товарища Стасюка в ожесточенном умело проведенном бою рассеяло и частью уничтожило до 50 солдат и офицеров противника. Товарищ Стасюк в период боя все время был впереди бойцов своего отделения и личным примером воодушевлял их на подвиги. Действуя внезапно и решительно, товарищ Стасюк не давал врагу опомниться, уничтожал его и, продвигаясь вперед, завоевал плацдарм для высадки авангарда дивизии".

Так описывается подвиг героев в наградных документах. Но в 1985 году в издательстве «Донбасс» выходит книга "Подвиги, ставшие легендой". Если описывать кратко, то в ней рассказывается примерно следующее.

С чердака крайнего дома неожиданно полоснула пулеметная очередь. Василий увидел, как упали шестеро его пулеметчиков. Стасюк бросил гранату, потом вторую – немецкий пулемет замолчал. Но между изб, из завесы пыли и дыма уже вырастали цепи немецких автоматчиков. Под прикрытием пулеметов и орудийных батарей гитлеровцы поднимались в атаку все решительнее.

– Не взять нам Сошиновку самим, – сказал лейтенант Сергей Шпаковский. – Надо отступать назад к батарее и держать там оборону. Раненых не оставлять.

* * *

Примечание автора:

Была поставлена задача захвата небольшого плацдарма для переправки передового отряда, с какой стати Шпаковский решил взять Сошиновку, которая находилась в 1,5 км от места высадки силами 19 бойцов, если еще ничего не разведал и ничего не знал о противнике?

* * *

Разведчики отступали. "Лейтенанта ранило!" – услышал Стасюк чей-то крик. И тогда Василий принял командование на себя:

– Взвод, слушай мою команду!

Короткими перебежками, от дерева к окопу, вдоль оврага повел солдат в укрытие недавно занятой батареи. По пути спешно подбирали раненых. Среди них был и лейтенант Сергей Шпаковский.

– Держись, старшина, до последнего патрона, – сказал он на прощание. И бойцы понесли его на плащ-палатке вниз к реке.

На этом мы поставим точку. И не будем разыскивать тех, кому понадобилось в книге излагать совершенно другую версию событий. Обратимся к официальным архивам. Как выяснилось, в наградных документах говорится совершенно противоположное. Во-первых, лейтенант Сергей Шпаковский поля боя не покидал. Во-вторых, Сошиновку разведчики все же взяли.

"Лейтенант Шпаковский со взводом разведроты 26 сентября 1943 года в 2.00 первым форсировал Днепр в направлении села Сошиновка. На северной окраине села Сошиновка взводом был завязан бой с береговыми постами противника.

Боевое охранение в этом бою было уничтожено. Своими смелыми действиями взвод под командованием лейтенанта Шпаковского произвел панику среди противника, и обеспечил переправу для подразделений 509-ого стрелкового полка. Переправившаяся группа разведчиков в течение трех часов вела бой.

В этом бою лейтенант Шпаковский был ранен в левую руку, но продолжал командовать взводом", – указал в наградном листе командир 236-ой стрелковой дивизии Иван Иванович Фесин. Самое тяжелое началось на следующий день.

В наградном листе Василия Дмитриевича Стасюка рассказывается, что "днем 26.09.43 года противник крупными силами неоднократно атаковал разведчиков. Тов. Стасюк умело организовал огонь своего отделения, нанес противнику большие потери, отразил все его атаки, отстояв завоёванный рубеж. В последующих боях тов. Стасюк неоднократно выполнял самые сложные задачи командования. С честью из выполнял и доставлял ценные данные. За проявленный героизм, мужество и бесстрашие, за умелые талантливо проведенные разведывательные операции в боях за захват и удержание плацдарма на правом берегу Днепра достоин присвоения звания Героя Советского Союза".

Почему исследователи подвига разведчиков до конца не выяснили и опубликовали в своей книге данные, не соответствующие действительности, – большой вопрос. Ведь о том, что Стасюк принял командование на себя, в наградных документах ничего не сказано.

* * *

Примечание автора:

Вся публикация является выяснением – после ранения Шпаковский покинул бой или нет (как будто, было куда его можно покинуть. Стасюк принял командование или нет? Соревнуются блогеры наградными листами. А весь спор малороссов из-за того, что один из Луганска, а другой – из Полтавы.

А так информации никакой, кроме описания подвигов разведчиков из наградных листов.

* * *

В наградном листе одного из разведчиков подробно описано, как они сражались за плацдарм: "Товарищ Гитьман Лев Александрович (Гитман Лев Абрамович) – участник форсирования реки Днепр в районе Сошиновка в ночь с 25 на 26 сентября 1943 года. Вместе с группой разведчиков в количестве 19 человек товарищ Гитьман первым ворвался на правый берег Днепра. В течение всей ночи вел ожесточенный бой с батальоном пехоты противника. Своими героическими действиями во многом способствовал успеху действия всей группы. Товарищ Гитьман первым ворвался на батарею противника, огнем и гранатами рассеял и уничтожил ее расчеты и захватил пулемет противника, из которого открыл огонь по бегущим немцам. В ночном бою товарищ Гитьман уничтожил восемь немцев. В одной из жестоких схваток на улицах села Сошиновка товарищ Гитьман был ранен".

Кстати, некоторые исследователи подвига разведчиков сегодня вычеркивают фамилию Гитьмана из списка награжденных и публикуют список из 32 фамилий. Тогда как высокую награду получили 33 человека. В числе награжденных – практически весь разведывательный взвод под командованием Сергея Шпаковского.

Мужественные действия разведчиков позволили батальону 509-го стрелкового полка под командованием капитана Ивана Григорьевича Гришина успешно переправиться и воевать уже на своей, хоть и небольшой территории. Так был создан Аульский плацдарм (назван в честь села Аулы, расположенного рядом с селом Сошиновка). За полторы недели части Степного фронта увеличили площадь Аульского плацдарма с одного до 35 километров.

Ресурс 8 Бои за освобождение нашего города были жестокими

http://www.azot.com.ua/ru/jubilee-rubric/456/

Из документов, сохранившихся в городском историческом музее, известно, что 24 сентября 1943 г. 236-я стрелковая дивизия под командованием Героя Советского Союза И.И. Фесина первой вышла к Днепру в районе сел Аулы и Сошиновка. Используя фактор внезапности, И.И. Фесин решил с ходу форсировать Днепр и захватить плацдарм на правобережье. В ночь с 25 на 26 сентября 1943 г. взвод добровольцев 496-й отдельной разведроты под командованием лейтенанта С.П. Шпаковского первым переправился на правый берег Днепра в районе Аулов. В течение суток разведчики отражали атаки врага на небольшом клочке земли, обеспечивая подход основных частей. За проявленные мужество и героизм весь взвод был удостоен звания Героев Советского Союза.

Вслед за разведчиками стали переправляться батальоны 509-го стрелкового полка подполковника И.М.Орлова, которые в ожесточенном бою расширили плацдарм для дальнейшей переправы других соединений. Чтобы расширить фронт плацдарма, генерал В.В.Глаголев принял решение форсировать Днепр на новых участках. 27 сентября в районе Сошиновки переправились подразделения 31-й Сталинградской стрелковой дивизии под командованием генерал-майора П.Д.Богдановича. Первым форсировал Днепр на этом участке батальон 248-го стрелкового полка капитана С.А.Долженкова. Закрепившись на правом берегу, батальон перешел в наступление, 3 октября овладел разъездом Воскобойня, перерезав железную дорогу между Днепропетровском и станцией Верховцево – важную коммуникацию противника.

В ночь со 2 на 3 октября Днепр форсировали части 353-й стрелковой дивизии. Сосредоточившись в районе сел Сошиновка и Аулы, дивизия сменила части 236-й и 31-й стрелковых дивизий и заняла оборону по рубежу Воскобойня – Аулы – Романково. 22 октября дивизия перешла в наступление с юго-запада, тем самым, обеспечив успех другим воинским частям.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.