Святые Алексии
Сост. Л. А. Чуткова

Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви

ИС Р21-119-0464

ИС Р22-208-0179

ИС Р22-208-0180

© Издательство Сибирская Благозвонница, состав, текст, оформление, 2023

* * *

Предисловие

Имя Алексей – греческого происхождения в переводе означает «защищать», «отражать», «предотвращать». В церковном именослове (святцах) существует другая форма этого онима. Аналоги в других языках: Алексис (англ.), Алежо (исп.), Алессио (ит.), Аликэсай (кит.), Алекс (польск., нем.), Аляксей (белор.), Олексий (укр.). Русское имя Алексей (Алёша, Лёша) образовано от греческого имени Алексиос и в русском варианте до 1708 года имело единственную форму – Алексий. В современных святцах оно встречается 20, 25 и 28 февраля, 8, 22 и 30 марта. Современный вариант – Алексей – в церковном месяцеслове указан в такие даты: 17 февраля, 7 мая, 2 и 23 июня, 22 августа, 11 и 18 октября, 6 декабря.

Русская Православная Церковь просияла подвигами святителей, преподобных, праведных Алексиев и почитает память святых с именем Алексий в такие дни:

25 февраля и 2 июня. Отмечается память святителя и чудотворца Алексия, митрополита Московского, Киевского и всея Руси (XIV в.). Кроме этих дат святой почитается 6 июля, 12 августа, 12 и 23 сентября, 18 октября в Соборе Владимирских, Самарских, Нижегородских, Липецких святых и в Соборе Московских святителей.

7 мая и 11 октября вспоминается преподобный Алексий Печерский (XIII в.), затворник Киево-Печерского монастыря.

24 марта – день памяти иеромонаха, преподобного Алексия Голосеевского (1840–1917).

30 марта отмечается память одного из самых известных святых – Алексия, человека Божия (IV в.).

22 августа в Соборе Соловецких святых почитается память преподобного Алексия Соловецкого (XVII в.).

Немало и новомучеников и исповедников Российских с именем Алексий. Терпя великие скорби, они сохранили в сердце мир Христов, став светильниками веры. Все испытания святые Алексии переживали со смирением, как и подобает каждому подвижнику и делателю на ниве Христовой.

«Они были служителями животворящего Духа, явившими духовную силу Церкви в испытаниях недавнего прошлого, и мы не можем предать забвению их подвиг веры, ибо они во всём явили себя как служители Божии, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах, в чистоте, в благоразумии, в великодушии, в благости, в Духе Святом, в нелицемерной любви, в слове истины, в силе Божией, с оружием правды в правой и левой руке, в чести и бесчестии, при порицаниях и похвалах (2 Кор. 6, 4–8)», – говорится в документе «Деяние Юбилейного Архиерейского Собора о соборном прославлении новомучеников и исповедников Российских XX века»[1].

Этот документ, подписанный Алексием II, Святейшим Патриархом Московским и всея Руси, и членами Освященного Архиерейского Собора, содержит перечень многих имен и фамилий людей, которые предпочли смерть, но не отреклись от Христа.

Предстательством и молитвами сонма новомучеников и исповедников Российских (Алексиях), предстоящих пред Престолом Божиим и молящихся за наш многострадальный народ, за Русскую Церковь и нашу возлюбленную Отчизну, да укрепит Господь веру православных христиан и ниспошлет нам Свое благословение. Аминь.

От составителя

Алексий,
человек Божий

Житие преподобного Алексия,
человека Божия[2]

В Риме, в царствование Аркадия и Гонория, жил благочестивый человек по имени Евфимиан: он был весьма знатный и богатый вельможа, так что даже слуги его, число которых доходило до трех тысяч, носили шелковые одежды, но при всём этом он не был вполне счастлив, так как по причине неплодства жены своей не имел детей. Евфимиан строго соблюдал заповеди Божии и отличался добротою: ежедневно в доме своем он устраивал три трапезы для вдов, сирот, нищих, странных и больных, сам же принимал пищу лишь по истечении девятого часа, разделяя ее со странствующими иноками, а до этого времени всегда постился. Если случалось, что в иной день к нему собиралось мало нищих и поэтому приходилось раздавать милостыни менее обыкновенного, то Евфимиан падал тогда в горе на землю и говорил:

– Я недостоин жить на земле Бога моего.

Супруга его, Аглаида, была женщина богобоязненная, любящая своего мужа и щедрая на милостыню. Сокрушаясь о своем бесплодии, она часто обращалась к Богу с такою молитвою:

– Господи, вспомни о мне, недостойной рабе Твоей, и избавь меня от неплодства моего, чтобы мне быть матерью. Дай нам сына, который был бы и радостью в жизни, и опорою в нашей старости.

Господь по милосердию Своему услышал молитву ее: к великой радости мужа своего, она родила сына, при Святом Крещении названного Алексием.

С шести лет святой Алексий начал учиться и, скоро усвоив обычные для того времени светские науки, особенно хорошо изучил Священное Писание и церковные книги. Из отрока образовался разумный и благочестивый юноша; постигнув суетность скоропреходящих мирских благ, он решил отречься от них для получения благ вечных, поэтому он даже начал носить острую власяницу для умерщвления своей плоти. Когда же Алексий достиг совершеннолетия, Евфимиан сказал жене своей:

– Женим нашего сына.

Слова эти очень обрадовали Аглаиду, и она, припав к ногам мужа, сказала:

– Пусть Бог благословит намерение твое, чтобы мне видеть супружество сына моего и детей его; эта великая радость побудит меня быть еще более щедрой к убогим и неимущим.

После этого они обручили Алексия с девицею из царского рода, а затем над ними было совершено таинство Бракосочетания в церкви св. Вонифатия, и весь день тот до ночи прошел в веселии и ликованиях. По окончании торжества святой Алексий вошел, с благословения отца своего, в комнату невесты и нашел ее сидящей в кресле. Взяв свой золотой перстень, он завернул его вместе с драгоценным поясом в порфирную ткань и отдал невесте со словами:

– Сохрани это, и пусть Господь находится над нами, содействуя Своею благодатью возникновению в нас новой, истинно христианской жизни.

Сказав это, он удалился в свою комнату; здесь святой Алексий заменил богатые одежды бедными и вышел тайно из дома и города, захватив с собою из своего собственного имущества немного золота и драгоценных камней. Придя к морю, он нашел корабль, отправлявшийся в Лаодикию[3], на который и сел, отдав предварительно положенную плату. Во время пути святой Алексий так молился Богу:

– Боже, спасающий меня со дня моего рождения, спаси меня и теперь от суетной мирской жизни и удостой меня на Страшном Суде Твоем стояния на десной стороне со всеми благоугодившими Тебе.

По прибытии корабля на место святой Алексий вышел на берег, где встретил путников, направлявшихся в Месопотамию[4]. Он присоединился к ним и пошел вместе с ними в Эдессу[5], в которой хранился Нерукотворенный образ Господа Иисуса Христа, посланный Им во время земной жизни Своей князю эдесскому Авгарю. При виде образа Христова святой Алексий весьма обрадовался и, продав все взятые из дома драгоценности и полученные от продажи деньги, раздал нищим, а сам оделся в рубище и стал жить подаянием. Местом пребывания святого была паперть церкви Пресвятой Богородицы, а жизнь его была строго подвижническая: он постоянно постился, лишь немного съедая хлеба. И даже воду пил в чрезвычайно умеренном количестве; каждый воскресный день святой Алексий приобщался Пречистых Христовых Таин и всю свою милостыню всегда раздавал престарелым нищим. Ходил он с постоянно опущенной вниз головою, возносясь умом к Богу, непрестанно размышляя о Нем. От такой суровой жизни иссохло всё тело святого, увяла красота лица, глаза впали и зрение ослабело.

На рассвете, когда святой Алексий уже ушел из дома, пришли родители в комнату невесты и, к удивлению, нашли ее одну, сидящую в скорби с печальным лицом. Они начали всюду искать своего сына и, не нашедши нигде, горько плакали – так радость их обратилась в горе. Мать святого, вошедши в комнату свою, затворила окна, постлала вретище и, посыпав его пеплом, с рыданиями бросилась на него, причем молилась и говорила:

– Я не встану и не выйду из затвора своего до тех пор, пока не узнаю, что случилось с моим единственным сыном, почему и куда он ушел.

Невеста, стоя около нее, тоже говорила со слезами:

– И я не уйду от тебя, но, как пустыннолюбивая и верная голубица, с печальным пением ищущая по горам и долинам потерянного мужа, буду терпеливо ждать известия о муже своем – где он и какой образ жизни избрал себе.

Отец также был весьма опечален; он повсюду разослал слуг своих на поиски сына. Некоторые из них пришли и в Эдессу; увидев святого Алексия, они не признали его, но приняли за нищего и подали ему милостыню. Святой же Алексий узнал их и поблагодарил Бога, давшего возможность принять милостыню от слуг своих. Последние, возвратясь, сказали господину своему, что не нашли сына его, хотя и искали везде.

Святой Алексий прожил в Эдессе при церкви Пресвятой Богородицы семнадцать лет и своим житием снискал себе любовь Божию. В это время было о нем откровение пономарю церкви Пресвятой Богородицы: он увидел святую икону Ее, говорящую к нему:

– Введи в Мою церковь человека Божия, достойного Царства Небесного; молитва его восходит к Богу, как кадило благовонное, и Дух Святой почивает на нем, подобно венцу на главе царской.

После видения пономарь искал человека такой праведной жизни и, не находя, обратился с молитвою к Пресвятой Богородице, прося Ее помощи для исполнения данного ему повеления. И опять в видении он услышал голос от иконы Пресвятой Богородицы, что человек Божий есть тот нищий, который сидит у ворот церковной паперти. Пономарь, найдя святого Алексия, ввел его для пребывания в церковь, и многие, узнав о праведной жизни человека Божия, стали почитать его. Он же, избегая славы человеческой, тайно ушел из города. Придя на морскую пристань, он сел на корабль, плывущий в Киликию[6], думая про себя: «Пойду в Киликию, где меня никто не знает, и буду жить при храме святого апостола Павла». Во время плавания внезапно, по соизволению Божию, началась на море буря, и корабль, много дней носимый волнами, неожиданно прибыл в Рим. Сойдя с корабля, святой Алексий сказал себе:

«Жив Господь Бог Мой! Не буду никому в тягость, но пойду, как чужой, в дом отца моего».

На пути к нему он встретил отца своего, возвращавшегося домой из дворца в сопровождении многих слуг. Поклонившись ему до земли, святой Алексий сказал:

– Раб Божий, помилуй меня, нищего и бедного: дозволь мне поселиться в каком-либо углу двора твоего и питаться крупицами, падающими с твоего стола; Господь же благословит дни твои и дарует тебе Царство Небесное, а если ты имеешь кого-либо из родных твоих, находящегося где-либо в странствовании, то Он возвратит тебе его здоровым.

При словах нищего о странствовании Евфимиан тотчас вспомнил возлюбленного сына своего, Алексия, прослезился и милостиво исполнил его просьбу, дозволив жить во дворе своего дома. Он сказал рабам своим:

– Кто из вас хочет послужить этому нищему? Если он угодит ему, то клянусь – получит полную свободу и награду от меня. Устройте ему небольшое помещение при дверях дома, чтобы я мог чаще видеть его; пища пусть подается ему с моего стола, и никто из вас не должен оскорблять его.

После этого начал святой Алексий жить при дверях дома отца своего. Евфимиан каждый день посылал ему со своего стола пищу, но он раздавал ее нищим, а сам ел лишь хлеб и пил только воду, да и то в таком количестве, чтобы не умереть от голода или жажды; все ночи он проводил, бодрствуя на молитве, и всякий воскресный день приобщался в храме Святых Христовых Таин. И удивительно было терпение человека Божия! Много неприятностей и огорчений, особенно поздним вечером, приходилось ему испытывать от рабов отца своего, из которых иные таскали его за волоса, другие за уши, третьи выливали на голову помои и вообще издевались над ним самым жестоким образом. Он же переносил всё молча, зная, что они так обращаются с ним по наущению диавола, и молитвою вооружался против его козней, побеждая их терпением. Было и другое обстоятельство, побуждавшее его к великому терпению: против его помещения находилось окно комнаты его невесты. Она, подобно Руфи[7], не захотела идти в дом своего отца, но сидела, горюя со своею свекровью, и часто слышал святой рыдание и жалобы матери и невесты своей: одной – об утрате сына, а другой – мужа. Их слезы переполняли его сердце жалостью, но любовью к Богу он побеждал плотскую любовь к невесте и родителям; это терпение почти невыносимых скорбей ради Бога даже утешало его.

Так прожил святой Алексий в доме родителей своих семнадцать лет, и никто не узнал его, но все почитали его за нищего, не имеющего приюта; над тем, кто был господином дома, сыном и наследником, рабы издевались, как над пришельцем и чужим. Когда же Господь восхотел призвать его из этой временной жизни, в которой он испытал столько нищеты и лишений, в жизнь вечную, то открыл ему день и час кончины его. Святой Алексий тогда спросил у служащего ему раба чернил, хартию и трость, описал всё житие свое и для убеждения родителей в том, что он действительно их сын, упомянул о некоторых обстоятельствах своей жизни, известных только им одним, написал и о том, что́ говорил невесте своей в ночь ухода из дома, – как отдал ей перстень и пояс. Письмо свое он окончил следующими словами:

«Молю вас, любезные мои родители и честная невеста моя, не обижайтесь на меня, что я, покинув вас, причинил вам столь великую скорбь; я и сам скорбел сердцем о печали вашей; многократно молил я Господа, чтобы Он даровал вам терпение и сподобил вас Царства Небесного. Надеюсь, Он по благоутробию Своему исполнит молитву мою, ибо я из любви к Нему избрал столь многотрудное житие, не изменяя его ради ваших слёз, так как для каждого христианина лучше более повиноваться Творцу и Создателю своему, чем родителям своим. Верую, что насколько великую скорбь причинял вам, настолько большую радость получите вы в Царствии Небесном».

Написав это, он молился до самой кончины своей.

Однажды, когда папа[8] совершал в соборной церкви святых апостолов Божественную литургию, при окончании ее во всеуслышание из алтаря раздался чудесный голос:

– Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас[9]. Присутствовавшие в храме в великом ужасе пали на землю, взывая:

– Господи, помилуй!

Затем вторично послышался голос:

– Поищите человека Божия, уже отходящего в другую жизнь; пусть он помолится о городе: молитва его для вас будет весьма благодетельна.

По всему Риму искали такого человека и не знали, что делать, так как не находили его. Поэтому, снова собравшись вместе с папою и царем с вечера четверга на пятницу в соборную церковь, совершили в ней всенощное бдение, моля Христа указать им угодника Своего. Утром же в пяток святой Алексий отошел ко Господу. Между тем в церкви, подобно тому как и в первый раз, опять раздался во время богослужения голос из алтаря:

– Ищите человека Божия в доме Евфимиана.

После этого царь[10], обратившись к последнему, сказал:

– Почему ты, имея в доме своем такое сокровище, не сообщил нам об этом?

Евфимиан отвечал:

– Господь свидетель, что я ничего не знаю.

И, подозвав главного слугу, спросил его:

– Не знаешь ли из сотоварищей своих человека добродетельного и угождающего Богу?

– Не знаю, – сказал тот, – нет ни одного добродетельного; все живут небогоугодно.

Царь и папа решили сами идти в дом Евфимиана искать человека Божия. Евфимиан, пойдя вперед, приготовился к принятию папы и царя с вельможами и устроил им торжественную встречу. Сетующая супруга Евфимиана, услышав из комнаты своей смятение и говор на дворе и в доме, спросила:

– Что это значит?

И очень удивилась, когда узнала о пришествии царя с папой и о причине их посещения. Невеста также недоумевала, видя из комнаты своей царя и папу, идущих со множеством народа, и старалась объяснить себе это зрелище.

Когда папа, царь и вельможи сели и наступила тишина, то раб, служивший святому Алексию, сказал Евфимиану:

– Господин мой, нищий, которого ты поручил мне, не есть ли человек Божий? Я свидетель великих и дивных дел его: он постоянно постится, лишь по истечении дня принимая немного хлеба и воды; все ночи проводит на молитве и каждый день воскресный приобщается Святых Христовых Таин; он кротко и с радостью переносит побои и оскорбления, наносимые ему некоторыми рабами.

Услышав это, Евфимиан тотчас поспешил к жилищу нищего и, позвав его трижды чрез окошко, не получил ответа. Тогда он вошел в жилище, где нашел человека Божия лежащего мертвым с покрытою головою и согнутой хартией в правой руке. Евфимиан открыл лицо его и увидел, что оно сияет, как лицо Ангела; когда же он хотел взять хартию и прочесть, то не мог этого сделать, потому что рука не выпускала ее. Быстро возвратившись к царю и папе, он сказал:

– Нашли уже мертвого того, кого искали; он держит в руке хартию и не отдает нам.

Царь и патриарх, приказав приготовить драгоценный одр, покрыть его богатыми тканями, вынесли честное тело человека Божия и благоговейно положили его на том одре. Преклонив потом колена, они, лобызая священные останки, говорили к нему, как живому:

– Умоляем тебя, раб Христов, дай нам сию хартию, чтобы по начертанному в ней мы могли узнать, кто ты.

После этого папа и царь беспрепятственно взяли хартию из руки святого и передали ее хартуларию великой церкви[11] Аетию для прочтения; при великом молчании окружающих он начал читать ее. Когда же он дошел до места, где было написано о родителях и невесте, о перстне и поясе, переданных ей, тогда узнал Евфимиан в почившем сына своего, Алексия. Он упал ему на грудь и, обнимая и целуя его, говорил с плачем:

– О горе мне, возлюбленный сын мой! Что ты сделал с нами? Зачем такую скорбь причинил нам? Увы мне, сын мой! Столько лет пребывая с нами и слыша плач родителей твоих, ты не открыл себя, не утешил нас, несмотря на старость нашу, в великой печали, вызванной тобою. О горе мне! Сын мой, любовь моя, утешение души моей, я не знаю, что мне теперь делать – оплакивать ли смерть твою или радоваться обретению твоему.

Так безутешно рыдал Евфимиан, терзая седины свои.

Аглаида, слыша рыдание мужа и узнав, что умерший нищий есть ее сын, открыла двери своего затвора; в разодранной одежде, устремив полные слёз глаза к небу и вырывая распущенные волосы, она шла среди толпы теснившегося народа, говоря:

– Дайте мне дорогу, чтобы я могла видеть надежду мою – обнять возлюбленного моего сына.

Подойдя к одру, она склонилась над телом сына своего, обнимала его и целовала со словами:

– Увы мне, господин мой! Чадо мое сладкое, что ты сделал? Зачем доставил нам столь великую скорбь? Увы мне, свет очей моих! Как ты не открылся, столько лет живя с нами? Как не сжалился над нами, постоянно слыша наши горькие о тебе рыдания?

Невеста, тридцать четыре года прожившая без жениха и носившая в знак печали черные одежды, также пала на честное тело; омочая его ручьями слез и с любовью лобызая, она горько и неутешно рыдала, говоря:

– Увы мне, горе мне!

Ее рыдание и скорбные жалобы возбудили в присутствовавших слезы, и плакали все вместе с невестою и матерью.

Царь и папа повелели нести одр с честным телом человека Божия и поставить его среди города, чтобы все могли видеть его и прикоснуться к нему, и, когда это было исполнено, сказали народу:

– Вот мы нашли того, кого искала вера ваша.

И собрался весь Рим; все прикасались к святому, лобызая его. Все недужные исцелялись: слепые получали зрение, прокаженные очищались, бесы покидали одержимых ими, словом, какая бы ни была у кого болезнь, каждый получал совершенное исцеление от мощей угодника Божия. Видя такие чудеса, царь и патриарх пожелали сами нести одр в церковь, чтобы приять благодать от прикосновения к телу святого. Родители и невеста с плачем сопровождали их; народа же, стремившегося прикоснуться к честному телу, собралось такое множество, что от тесноты невозможно было нести одр. Чтобы заставить народ отступить и дать дорогу к церкви, царь велел бросать в толпу серебро и золото, но никто не обращал на это внимания, все усиленно желали лишь видеть человека Божия и прикоснуться к нему. Тогда папа обратился с увещанием к народу, прося его отступить и обещая не предавать погребению честное тело до тех пор, пока все не облобызают его и не приимут благодати чрез прикосновения к нему. С трудом убежденный народ немного отступил и дал возможность принести святое тело в соборную церковь, где оно стояло целую неделю, так что каждый желающий мог ему поклониться; всю ту неделю при одре святого Алексия находились плачущие родители и невеста. Царь же приказал сделать гробницу из мрамора, украсить ее золотом и изумрудами, в которую и положили человека Божия; тотчас же от святого тела истекло благовонное миро, наполнившее раку; все помазывались тем миром во исцеление всяких болезней и погребли с честью честные останки[12] святого Алексия, славя Бога.

Святой Алексий преставился в 17-й день марта месяца в год от сотворения мира 5919-й, от воплощения же Бога Слова 411-й, когда в Риме царствовал при папе Иннокентии Гонорий, а в Константинополе Феодосий Младший, и над всеми ними царствовал всегда владычествующий со Отцом и Святым Духом Господь наш Иисус Христос, Ему же слава вовеки. Аминь.

Почитание святого Алексия,
человека Божия

На Руси житие святого Алексия исстари было одним из самых любимых на Руси нашими благочестивыми предками. Таковой идеал полного самоотречения в стремлении ко Всевышнему был примером, которого жаждала Святая Русь. И пусть не многие в народе находили в себе силы для подобных подвигов, но в каждом жила память о высоком пути святого, пробуждая ревностность в благочестии, вдохновляя на добрые дела, призывая падших к покаянию.

По слову архиепископа Владимира, «среди духовного оцепенения недавних десятилетий, в смутах нынешнего времени мы утратили способность видеть истинно высокое, истинно прекрасное. Даже желая для себя чистого и благородного пути, мы часто продолжаем блуждать в потемках, обольщаемся ложными кумирами. Так да возродится в наших сердцах идеал святорусский – стремление к высочайшему, любовь ко Всевышнему.

Человек Божий Алексий всего себя посвятил своему Создателю и Спасителю. А мы, неразумные и неблагодарные, так часто отодвигаем память о Вселюбящем Боге на задворки своего сознания. Пусть не многие из людей способны служить Всевышнему в таком совершенстве, как угодник Его Алексий. Но каждый из нас среди земных радостей и забот может сохранить память о главном, непреходящем, о том, что придает вечную цену здешней жизни.

Каждому по силам нести легкое бремя и благое иго Господа Спасителя – выполнять святые заповеди Его, быть послушным Святой Церкви Его, обращаться к Нему с молитвой и благодарением. Тогда Милосердный Господь снизойдет и к нам, немощным, и по великой благости Своей сотворит и из нас людей Своих, людей Божиих.

Вот истинная слава и честь, вот истинное счастье, перед которым ничтожны все блага земной жизни. Пройдет этот мир, исчезнут все дела его, но воссияют в вечности Божии люди. Страшно тогда будет нам, если мы не окажемся в их числе, но пойдем в нескончаемый мрак и страдания. Будем же стараться угодить Всевышнему, да причислит Он нас к блаженному сонму человеков Своих в грозный час, когда малые и великие встанут пред Богом и судим будет каждый по делам своим (см. Откр. 20, 12). Аминь».

Считается, что царь Михаил Фёдорович по молитвам преподобного получил наследника, Алексея Михайловича. Особое почитание святой приобрел в царствование Алексея Михайловича, небесным покровителем которого он являлся; тогда в 1671–1674 годах была составлена служба святому Алексию, человеку Божию. Святому Алексию посвящена кантата Римского-Корсакова. В «Путешествии из Петербурга в Москву» (1790 г.) Александра Радищева история Алексия приводится в песне слепого солдата, который просит милостыню в городе Клин недалеко от Москвы.

В храме Тихвинской иконы Божией Матери в Москве преподобному посвящен отдельный крайний правый придел (в 1824 г. построенную в 1642 г. обветшавшую Алексеевскую церковь разобрали, а престол перенесли в храм).

В царской России был широко известен Московский Алексеевский девичий монастырь, воздвигнутый в 1358 году святителем Алексием, митрополитом Московским, на Остожье (ныне территория московского Зачатьевского монастыря). Это был первый женский монастырь в Первопрестольной. В 1924 году святая обитель была закрыта и поругана.

16 июля 2013 года на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви было принято решение о возрождении в Москве, в Красном Селе, Алексеевского женского монастыря по новому адресу: 2-й Красносельский переулок, дом 3. И хотя за время своего существования монастырь три раза менял место (первое – Остоженка, второе – место Храма Христа Спасителя, третье – с 1837 г. Красное Село), расположение и название, но неизменно носил имя Алексеевского – в честь преподобного Алексия, человека Божия, святого покровителя основателя монастыря. В древнем Успенском соборе Московского Кремля сохранилась фреска конца XV века с изображением преподобного. В 2006 году из Италии в Иоанно-Предтеченский монастырь Москвы была передана частица мощей святого Алексия.

Молитвы преподобному Алексию, человеку Божию

Тропарь, глас 4

Возвы́сився на доброде́тель и ум очи́стив,/ к жела́нному и кра́йнему дости́гл еси́,/ безстра́стием же украси́в житие́ твое́/ и поще́ние изря́дное восприи́м со́вестию чи́стою,/ в моли́твах, я́ко безпло́тен, пребыва́я,/ возсия́л еси́, я́ко со́лнце, в ми́ре,// преблаже́нне Алекси́е.

Кондак, глас 2

Дом роди́телей твои́х я́ко чужд име́в,/ водвори́лся еси́ в нем нищеобра́зно/ и, по преставле́нии вене́ц прие́м сла́вы,/ ди́вен на земли́ яви́лся еси́, Алекси́е, челове́че Бо́жий,// А́нгелом и челове́ком ра́дование.

Молитва 1-я

О, вели́кий Христо́в уго́дниче, святый челове́че Бо́жий Алекси́е, душе́ю на Небеси́ Престо́лу Госпо́дню предстоя́й, на земли́ же да́нною ти свы́ше благода́тию разли́чная соверша́яй чудеса́! При́зри ми́лостиво на предстоя́щия святе́й ико́не твое́й лю́ди, умиле́нно моля́щияся и прося́щия от Тебе́ по́мощи и заступле́ния. Простри́ моли́твенно ко Го́споду Бо́гу честни́и ру́це твои́ и испроси́ нам от Него́ оставле́ние согреше́ний на́ших во́льных и нево́льных, в неду́зех стра́ждущим исцеле́ние, напа́ствуемым заступле́ние, скорбя́щим утеше́ние, бе́дствующим ско́рую по́мощь, всем же, чту́щим тя, ми́рную и христиа́нскую живота́ кончи́ну и до́брый отве́т на стра́шнем Суде́ Христо́ве. Ей, уго́дниче Бо́жий, не посрами́ упова́ния на́шего, е́же на тя по Бо́зе и Богоро́дице возлага́ем, но бу́ди нам помо́щник и покрови́тель во спасе́ние, да, твои́ми моли́твами получи́вше благода́ть и ми́лость от Го́спода, просла́вим Человеколю́бие Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, в Тро́ице сла́вимаго и покланя́емаго Бо́га, и твое́ свято́е заступле́ние, ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Молитва 2-я

О, Христо́в уго́дниче, святы́й челове́че Бо́жий Алекси́е! При́зри ми́лостивно на нас, раб Бо́жиих (имена), и простри́ моли́твенно ко Го́споду Бо́гу честни́и ру́це твои́, и испроси́ нам от Него́ оставле́ние согреше́ний на́ших во́льных и нево́льных, ми́рную и христиа́нскую жития́ кончи́ну и до́брый отве́т на Стра́шнем суде́ Христо́ве. Ей, уго́дниче Бо́жий, не посрами́ упова́ния на́шего, е́же на тя, по Бо́зе и Богоро́дице, возлага́ем; но бу́ди нам помо́щник и покрови́тель во спасе́ние; да твои́-ми моли́твами получи́вше благода́ть и ми́лость от Го́спода, просла́вим человеколю́бие Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха и твое́ свято́е заступле́ние, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Ами́нь.

Память Алексия, человека Божия, совершается 17/30 марта

СВЯТЫЙ ПРЕПОДОБНЕ

АЛЕКСИЕ, ЧЕЛОВЕК БОЖИЙ,

МОЛИ БОГА О НАС!

Источники:

http: //www.k-istine.ru/sants/our_sants_alexiy_bogiy-04.htm

http://azbyka.ru/days/2014–03–30

http://vichuga-voskr.cerkov.ru/2014/03/28/prepodobnyj-aleksij/

http:/ /tihvinskiy.ru/prepodobnyiy-aleksiy-chelovek-bozhiy/

© Copyright: Галина Николаевна Николаева, 2015

Святой Алексий —
всея России чудотворец

Святитель Алексий, митрополит Московский и всея России чудотворец[13]

Святитель Алексий, митрополит Московский и всея России чудотворец (в миру Елевферий), родился в 1292 году (по другим данным, в 1304-м) в Москве в семье боярина Феодора Бяконта, выходца из Черниговского княжества.

Господь рано открыл будущему святителю его высокое предназначение. На двенадцатом году жизни Елевферий раскинул сети для ловли птиц, незаметно для самого себя задремал и вдруг явственно услышал голос: «Алексий! Что напрасно трудишься? Ты будешь ловить людей». С этого дня отрок стал уединяться, часто посещать церковь и в пятнадцать лет решился стать иноком. В 1320 году он вступил в Московский Богоявленский монастырь, где провел более двадцати лет в строгих иноческих подвигах. Руководителями его и друзьями были замечательные подвижники этой обители – старец Геронтий и Стефан, брат преподобного Сергия Радонежского. Затем митрополит Феогност повелел будущему святителю оставить монастырь и заведовать судебными делами Церкви. Эту должность святой исполнял 12 лет со званием митрополичьего наместника. В конце 1350 года владыка Феогност посвятил Алексия во епископа Владимирского, а по смерти митрополита он стал его преемником в 1354 году. В то время Русская Церковь была раздираема великими нестроениями и распрями, в частности из-за претензий митрополита Литвы и Волыни Романа. В 1356 году, чтобы положить конец смутам и тревогам, святитель отправился в Константинополь к Вселенскому Патриарху. Патриарх Каллист дал Алексию право считаться архиепископом Киева и великой России с титулом «всечестнаго митрополита и экзарха». На обратном пути во время бури на море кораблю грозила гибель. Алексий молился и дал обет построить храм святому того дня, в который корабль пристанет к берегу. Буря утихла, корабль пристал 16 августа. Восторженно встретила святителя Москва.

Несмотря на все смуты, святитель Алексий всячески заботился о своей пастве – ставил епископов, устраивал общежительные монастыри (по образцу Троицкого, основанного преподобным Сергием), налаживал отношения с ордынскими ханами. Не раз святому и самому приходилось путешествовать в Золотую Орду. В 1357 году хан потребовал у великого князя, чтобы святитель прибыл к нему и исцелил слепую Тайдулу – его супругу. «Прошение и дело превышают меру сил моих, – сказал святой Алексий, – но я верю Тому, Который дал прозреть слепому, – не презрит Он молитвы веры». И действительно, по его молитве окропленная святой водой супруга хана исцелилась.

Когда скончался великий князь Иоанн, святитель взял под свою опеку малолетнего его сына Димитрия (будущего Донского). Много пришлось святому владыке потрудиться, дабы примирять и смирять строптивых князей, не желавших признавать власть Москвы. Вместе с тем не оставлял митрополит и трудов по устройству новых обителей. Им основаны в 1361 году Спаса Нерукотворенного Образа монастырь на Яузе в Москве (Андроников, по имени ученика преподобного Сергия, первого игумена монастыря) по обету, который он дал, когда корабль во время его поездки в Константинополь терпел бедствие; Чудов – в Московском Кремле, восстановлены и две древние обители – Благовещенская в Нижнем Новгороде и Константино-Еленинская во Владимире. В 1361 году также была построена женская общежительная обитель его имени (Алексеевская).

Святитель Алексий достиг глубокой старости – 78 лет, пробыв на митрополичьей кафедре 24 года. Почил он 12 февраля 1378 года и погребен по завещанию в Чудовом монастыре. Мощи его были обретены через 50 лет чудесным образом, после чего стали чтить память великого святителя и молитвенника за Русскую землю.

Память его совершается 12/25 февраля, 20 мая / 2 июня (Обретение мощей), 5/18 октября (Московских святых)

Святые Алексии
Нового времени

Алексий Голосеевский,
старец и подвижник Киево-Печерской Лавры[14]

Житие это было составлено неизвестным автором и издано в Киеве в 1920 году, в разгар революционного хаоса. Последние главы дополнены иноками Алексием и Вячеславом. Печатается почти без сокращений.

Православное монашество терпит в наши дни со всех сторон нападения. Нападают на монашество не только люди неверующие, но даже свои же братья – православные христиане. Обвиняют монашество главным образом в том, что оно якобы отжило свой век, что современное монашество не имеет в себе духа христианского, заражено духом антихристианским. Но все нападки на монашество рушатся при одном воспоминании о благодатных подвижниках современного иночества. Одним из таких подвижников является многим известный старец – духовник Киево-Печерской Лавры иеромонах Алексий (Шепелев). Кто видел светлое ласковое лицо о. Алексия, кто слушал его вдохновенные беседы, тот не скажет, что монашество отжило свой век, что современные его представители не имеют в себе христианского духа. Кто же не был лично знаком с о. Алексием и потому не мог на себе испытать духовное влияние этого замечательного инока современных дней, того мы постараемся познакомить с ним в предлагаемом очерке.

1. Благочестивая юность

Преподобный Алексий, в миру Владимир Шепелев, происходил из дворянской семьи города Киева. Отец его, Иоанн Иоаннович Шепелев, в чине капитана служил в Киевском арсенале. По условиям того времени дети дворян обязаны были получать образование в военных школах и после этого проходить службу в офицерском звании. Но Господь Своего избранника чудесным образом отклонил от светской офицерской жизни и направил в монастырь.

Мать о. Алексия, Мария Кузьминична Шепелева, будучи благочестивой женщиной, присутствовала 7 августа 1832 года при открытии мощей святителя Воронежского Митрофана. Архипастырем Воронежской Церкви был тогда архиепископ Антоний (Смирницкий), хорошо знавший по Киеву Марию Кузьминичну Шепелеву. (Архиепископ Антоний был наместником Киево-Печерской Лавры с 1825 г.) Когда Мария Кузьминична представлялась владыке Антонию, то он во время разговора с нею, между прочим, сказал ей: «У тебя родится сын-калека, но не скорби об этом: он будет Божиим слугою». Мария Кузьминична недоумевала. Предсказание, однако, святителя Божия сбылось. Через семь с лишним лет после разговора Марии Кузьминичны с архиепископом Антонием, 14 апреля 1840 года, в первый день Святой Пасхи, у Иоанна Иоанновича и Марии Кузьминичны родился мальчик, которого при крещении назвали Владимиром – в честь благоверного князя Владимира Киевского. (Таинство Крещения над Владимиром было совершено в киевском Николаевском военном соборе 20 апреля того же года священником Илиею Мандровским с диаконом Иоакимом Бринзиным и псаломщиком Стефаном Машкевичем. Восприемниками были киевский комендант генерал-лейтенант А. Л. Пенхеровский и дочь статского советника Е. Ф. Лопухина.) Новорожденный Владимир действительно оказался калекой: он был совершенно немой.

Немота Владимира наводила печаль на семью Шепелевых, и родные его тяготились недостатком ребенка. Одна мать чувствовала в немоте сына особое действие Промысла Божия. (Отец Владимира умер, когда мальчику было всего три года.) Она подолгу молилась и старалась воспитать в своем дитяти христианские чувства. Особенно она старалась научить сына милосердию. Мария Кузьминична водила своего Володю даже по тюрьмам и здесь раздавала милостыню заключенным.

Посещала она с ним и Китаевскую пустынь Киево-Печерской Лавры, где в то время подвизался Христа ради юродивый старец иеросхимонах Феофил. Отец Феофил любил приходивших к нему за благословением и молитвами сына и мать Шепелевых. Однажды, увидев их на дворе пустыни и указывая глазами на маленького Владимира, он скороговоркой произнес: «Ага… монашонок идет, монашонок…» Другой раз о. Феофил призвал мальчика к себе в келью и, давая груду пряников, говорил: «Держи руки… ешь пряники! – Дитя с удовольствием принялось кушать лакомство, а старец только подбадривал его: – Ешь, ешь, вырастешь – не пряники, а Христа принимать будешь». После таких встреч с о. Феофилом Мария Кузьминична стала понимать, что Господь сына ее ведет к священству в монашеском чине.

Между тем подходило время учения. Владимир должен был поступить в одну из школ военного ведомства. Весной 1852 года, когда Владимиру сравнялось 12 лет, его матери прислана была из Петербурга бумага, которой ей вменялось в обязанность привезти своего сына для воспитания в Петербургский Пажеский корпус. Вместе с бумагой были присланы и деньги на проезд. Мария Кузьминична не знала, что делать.

В это время митрополитом Киевским был Высокопреосвященнейший Филарет, святитель святой жизни. Он хорошо знал и немого Володю, и его мать, которая нередко заходила к почитаемому всем Киевом владыке за благословением и советами. Поспешила она и в этом случае к владыке митрополиту за советом. Высокопреосвященнейший Филарет сказал Марии Кузьминичне, чтобы она своего сына не отправляла в корпус, а написала туда, что она своего сына Владимира не может привезти для учения вследствие его немоты. В Петербурге таким ответом удовлетворились и больше Марию Кузьминичну не беспокоили. Так Промыслом Божиим о. Алексий был отстранен от светской офицерской жизни…

Но так же должны были на нем исполниться предсказания архиепископа Воронежского и иеросхимонаха Феофила о том, что он будет «Божиим слугою», что он будет «монахом», «принимающим Христа». Ведь эти слова двух прозорливцев нужно было понимать в том смысле, что Владимир будет не только монахом, но еще и священнослужителем, совершающим таинство Тела и Крови. Но он же был немой!

2. Исцеление от немоты

После освобождения отрока Владимира от необходимости ехать учиться в Петербург Мария Кузьминична стала чаще заходить к митрополиту Филарету с просьбами о молитве за своего немого сына. Владыка митрополит советовал скорбящей матери усилить свою молитву и увеличить милостыню.

«Успокойтесь, – говаривал святитель Марии Кузьминичне, – Господь милостив и всемогущ. Он поможет вашему сыну». Между тем подходила Пасха 1853 года. Владыка велел Марии Кузьминичне прийти к нему на первый день праздника вместе с сыном. Вот и Пасха наступила. На первый день вечерню владыка Филарет служил в своей домовой церкви, сооруженной в честь святителя Митрофана Воронежского, куда допускались только избранные лица. Сюда-то и пошла со своим сыном Владимиром Мария Кузьминична, чтобы там после вечерни поздравить святителя с великим праздником Воскресения Христова.

После окончания службы все молящиеся стали подходить ко кресту, который держал владыка. После всех подошла и Мария Кузьминична с сыном. С сердечным трепетом подходила Мария Кузьминична к великому архиерею: ее сердце предвещало, что сейчас должно свершиться что-то особенное. Святитель дал поцеловать крест и, как обычно, милостиво их обоих благословил. Затем, неожиданно обратившись к отроку Владимиру, он велел ему поцеловать свою палицу. Когда Владимир с благоговением поцеловал висящую на святителе палицу, владыка Филарет громко сказал ему: «Христос Воскресе!» Но мальчик не ответил. Владыка повторил свое приветствие, но ответа не было. Тогда святитель в третий раз сказал: «Христос Воскресе!» И о чудо! Мальчик восторженно ответил: «Воистину Воскресе!»

Возблагодаривши Господа, владыка ушел в алтарь разоблачаться, а Мария Кузьминична с исцеленным сыном осталась наедине. Она не знала, что делать: ее сердце было полно благодарности и к Милосердному Господу; она готова была упасть и к ногам чудотворца владыки; ей хотелось расцеловать и исцеленного дорогого сына…

3. Киево-Печерская Лавра

После исцеления отрока от немоты вопрос о его воспитании был решен легко Марией Кузьминичной. «Если владыка Филарет исцелил моего Володю от немоты, то пусть укажет он мне, как ему дать и дальнейшее воспитание» – так она рассуждала. А владыка Филарет сказал Марии Кузьминичне, чтобы своего сына Владимира отдала на дальнейшее воспитание в Лавру. И вот 2 июля 1853 года Владимир Шепелев, имея 13 лет от роду, напутствуемый благословением матери, поступает в Киево-Печерскую Лавру, сначала в качестве послушника митрополита Филарета.

Владыка Филарет принял очень близкое участие в судьбе своего нового юного послушника. (Тем более естественно было митрополиту Филарету заботиться об отроке Владимире, что мать последнего скончалась через четыре дня после его поступления в Лавру – 6 июля 1853 года.) Он весьма был близок к Киевской духовной академии и к Киевскому университету. Профессора того и другого учебного заведения часто заходили к владыке. Некоторые из них по просьбе митрополита занимались науками с отроком Владимиром. Следы этих занятий были заметны в преподобном Алексии даже в последние годы его жизни. Батюшка о. Алексий знаком был с русской литературой, хорошо знал русскую церковную и гражданскую историю, сведущ был в медицине; нечего уж говорить о Священном Писании, житиях святых и святоотеческой литературе, которые он читал до последних дней своей жизни. Есть основания думать, что он был знаком, а может быть, и хорошо знал латинский язык. Но, заботясь об умственном образовании послушника Владимира, владыка Филарет не забывал и о нравственном его воспитании. Особенно учил его делу милосердия. Митрополит Филарет имел обыкновение перед большими праздниками лично раздавать милостыню бедным жителям Киева.

Зиму Владимир обычно жил в Лавре, а летом с владыкой митрополитом и старцем Парфением уезжал в Голосеевскую пустынь. Но вот старец Парфений отошел к Господу. Это случилось 25 марта 1855 года. Стал и владыка Филарет готовиться к отшествию в иной мир. Болезни его тела говорили ему, что и его день смерти недалек. (Митрополит Филарет скончался в 1857 году.) Нужно было поэтому владыке Филарету подумать об устройстве подросшего уже Владимира в Лавре, вне своих покоев, чтобы он мог и после его смерти жить в святой обители, сделавшейся для него вторым отеческим домом. Побуждаемый такими размышлениями, митрополит Филарет благословил Владимира подать прошение в Духовный Собор Лавры о зачислении его в число послушников Киево-Печерской обители. Резолюцией Духовного Собора от 25 февраля / 6 марта 1856 года просителю дозволено было трудиться в числе временных послушников Лавры при типографии. Благочестивейший Архипастырь, прочитав молитву пред надеванием подрясника, своими руками облачил Владимира в подрясник. Послушник Владимир теперь оставил покои митрополита и поселился в братских кельях. С этого времени для Владимира Шепелева наступает новый период его жизни. Тогда ему шел семнадцатый год.

4. Послушничество в Лавре

15 апреля 1857 года Владимир Шепелев был зачислен Духовным Собором в число действительных послушников Лавры с оставлением его на прежнем послушании – при типографии. При типографии послушание Владимира шло прекрасно. Он аккуратно исполнял все обязанности и все возлагаемые на него поручения, посещал церковные службы и занимался чтением полезных книг. Но всякому подвижнику диавол старается ставить на пути спасения преграды. Пришлось и послушнику Владимиру испытать от врага человеческого спасения искушение.

Во время послушничества Владимира Шепелева часто появлялся среди лаврских богомольцев Христа ради юродивый странник Иван Григорьевич, по прозванию Босый, по фамилии – Ковалевский. Это был человек прозорливый. И вот встречает однажды этот странник послушника Владимира на монастырском дворе и говорит ему: «Берегись, прекрасный Иосиф, женского пола, как огня берегись… не то они тебя скоро погубят». – «Да я и так никогда не смотрю на них», – стыдливо ответил молодой послушник. «А теперь и подавно от них отвернись: скоро они по твою душеньку в Лавру приедут». Как сказал Христа ради юродивый, так и случилось. Через месяц после указанного разговора приезжает в Лавру знакомая семье Шепелевых помещица и начинает употреблять всевозможные усилия, чтобы вытянуть молодого человека из монастыря с целью выйти за него замуж. И хотя послушник Владимир не выражал никакого желания оставить Лавру, светские его родственники, не понимавшие высоты монашеского служения, настаивали на этом. И только авторитетное вмешательство в это дело наместника Лавры, которым тогда был архимандрит Варлаам, облагоразумило родственников послушника Владимира и остудило пыл себялюбивой помещицы. Владимир по-прежнему пребывал в Лавре, оставаясь послушником до 1872 года, когда ему дали монашество. Пред своим пострижением в монашество послушник Владимир съездил в Воронеж поклониться святителю Митрофану, во время открытия мощей которого архиепископ Антоний предсказал его рождение. Отслужил тогда в Воронеже он панихиду и над могилой архиепископа Антония.

Архимандрит Варлаам, наместник Лавры, знал любовь послушника Владимира Шепелева к его благодетелю, приснопамятному митрополиту Филарету и потому, намереваясь постричь Владимира в монашество, на бумаге предназначил ему имя в монашестве – Филарет. Но вот наступил и день пострижения – Великий Четверг Страстной седмицы 1872 года, 13 апреля. Пострижение совершал сам архиепископ Варлаам в Антониевой церкви Ближних пещер. Когда в чине пострижения подошло время назвать Владимира новым именем, архимандрит Варлаам забыл то имя, которым решил назвать Владимира в монашестве, а какой-то тайный голос подсказал ему другое имя: Алексий. Так он после минутной борьбы с собой и назвал Владимира Алексием в честь Алексия, человека Божия, празднуемого 17 марта.

После пострижения о. Алексия в монашество его скоро, 12 сентября того же года, из типографии перевели на послушание записчика в больничный Николаевский монастырь – так называется один из храмов Киево-Печерской Лавры, имеющий своего особого настоятеля, подчиняющегося непосредственно Духовному Собору Лавры. Здесь о. Алексий получил в год своего пострижения в монашество, в день памяти святителя Митрофания Воронежского, 23 ноября, посвящение в сан иеродиакона. Святой Митрофан Воронежский был как бы Ангелом преподобного Алексия: в день открытия мощей святителя Митрофана мать о. Алексия получила предсказание о его рождении, исцеление о. Алексия от немоты произошло в Митрофаниевской церкви, и посвящение в сан иеродиакона о. Алексия совершилось опять в день памяти святителя Митрофания Воронежского.

Записчиком при Николаевском монастыре о. Алексий был до 23 декабря 1874 года, когда он был назначен ризничим того же монастыря. От времени служения о. Алексия иеродиаконом при Николаевском монастыре осталось одно вещественное доказательство его духовного настроения в тот период его жизни. Еще до сих пор сохраняется в алтаре Николаевской церкви подаренный туда преподобным Алексием серебряный стаканчик для запивки после Святого Причастия с надписью: «За упокой иерод. Алексия (Шепелева)». Этот стаканчик говорит о том, что преподобный Алексий уже тогда думал о смерти и старался молитвою и добрыми делами приготовлять себя к достойной ее встрече.

5. Лаврский иеромонах

6 декабря 1875 года о. Алексий был возведен митрополитом Арсением в сан иеромонаха. Это рукоположение состоялось неожиданно как для самого о. Алексия, так и для окружающих его. 6 декабря, день святителя Николая, был престольным праздником в Николаевском монастыре. В 1875 году в этот день здесь выразил желание служить митрополит Арсений. К этому торжественному дню по указанию лаврского начальства готовились к рукоположению: один монах – в сан иеродиакона и один иеродиакон – в сан иеромонаха. Но вот за несколько дней наместник Лавры, архимандрит Варлаам, видит сон. Ему является святитель Николай и приказывает представить к рукоположению в иеромонахи иеродиакона Алексия. Архимандрит Варлаам рассказывает сон митрополиту Арсению. Митрополит, выслушавши рассказ, распорядился намеченного к рукоположению на 6 декабря иеродиакона оставить до другого праздника, а вместо него подвести иеродиакона Алексия. Так неожиданно и чудно состоялось рукоположение в сан иеромонаха. На него возложили новое послушание, которое он потом нес при разных храмах Лавры до конца своих дней, – это духовничество.

20 августа 1879 года о. Алексий Духовным Собором был переведен с должности ризничего Николаевского монастыря на такое же послушание на Ближние пещеры. Должность ризничего на пещерах для о. Алексия была одним из приятных послушаний. Открывать по утрам раки преподобных, смотреть за чистотою покрывал и гробов, в которых почивали святые мощи, – это для о. Алексия не составляло никакого труда, а доставляло одно духовное утешение. Там, в пещерах, у мощей святых угодников и молитва лилась свободнее из его сердца; там он забывал всё мирское и, всегда видя перед собою нетленно почивающих угодников, невольно стремился к подражанию им.

Насколько о. Алексий был хорошим ризничим, видно из слов начальника Дальних пещер того времени. Когда начальнику Дальних пещер нужен был новый ризничий, он пришел к наместнику Лавры и говорит: «Дайте мне такого ризничего, как вот ризничий Ближних пещер – о. Алексий». Для богомольцев, посещавших во множестве пещеры, о. Алексий всегда был ласков и приветлив. Никто не мог так ласково провести по пещерам и толково рассказать о печерских подвижниках, как это умел делать о. Алексий. Высокопреосвященный Платон, который тогда был митрополитом Киевским, знал об этом и поэтому часто поручал о. Алексию сопровождать по пещерам почетных гостей.

6. Тайны духовного мира

В это время начал Господь посещать о. Алексия Своими дивными знамениями. Служил о. Алексий литургию в Ближних пещерах во Введенской церкви. Во время выноса Святых Даров к народу подходит причащаться Христа ради юродивый старец Паисий. Отец Алексий, когда увидал о. Паисия, даже отступил с Дарами в алтарь от страха: лицо о. Паисия сияло неземным светом!

Другой раз Господь открыл преподобному Алексию день смерти государя Александра II. 1 марта 1881 года о. Алексий совершал Божественную литургию в сослужении иеродиакона Тихона в пещерной церкви Преподобного Антония. По совершении проскомидии перед покрытием дискоса и чаши покровцами взор о. Алексия остановился на частице, вынутой в честь государя Александра II: частица показалась ему не белой, какими были все прочие частицы, а светло-коричневой, как бы облитой вином. Тогда о. Алексий подзывает иеродиакона Тихона и, не говоря ничего о замеченном изменении частицы, спрашивает его, не облил ли он нечаянно при влитии вина в чашу частиц. Иеродиакон заявил, что он вина при влитии его в чашу не проливал. Когда же о. Алексий указал ему на частицу государя и сказал, что она пропитана вином, иеродиакон, посмотревши на частицу, также сказал, что она в вине. Отец Алексий замолчал. Здесь же, в алтаре, случился в это время бывший тогда в Лавре на покое игумен Мелхиседек (раньше – московский протоиерей Михаил, кандидат Московской духовной академии).

Отец Алексий обращает и его внимание на частицу, но она ему показалась вполне белой, как и прочие частицы, а потому он заявил о. Алексию: «Это просто у вас в глазах что-то неладно, а частица ничем не отличается от других». К литургии пришел иеросхимонах Исихий, духовный отец о. Алексия. Тогда о. Алексий подозвал к жертвеннику о. Исихия и показал ему частицу государя, не говоря ничего о том, что́ сказали по поводу частицы иеродиакон Тихон и игумен Мелхиседек. Иеросхимонаху Исихию частица показалась не белой, а такой же, как и о. Алексию казалась, – светло-коричневой. Он даже взял ее в руки, чтобы лучше рассмотреть. После осмотра частицы он заявил: «Это ее иеродиакон облил вином». В великом смущении и скорби о. Алексий начал божественную службу. Теперь он не сомневался, что частица не была облита вином, а это великое Божие чудо, предзнаменующее какое-либо событие в жизни государя Александра II. Этим событием оказалась смерть Александра II, который в этот именно день был убит в Петербурге.

Вместе со знамениями Божией милости к преподобному Алексию здесь же, при пещерах, начинаются для него и великие скорби. В пещерах ежегодно в июле месяце переоблачаются преподобные. Для этого их по порядку выносят из пещер наверх в особую залу. При переоблачении всегда присутствует и ризничий пещер. В один из годов служения о. Алексия при пещерах в день переоблачения преподобного Исаакия о. Алексий после пере-облачения указанного угодника остался в зале, а остальные старцы, участвовавшие в переоблачении, вышли. Они должны были прийти к 3 часам дня в ту же залу, чтобы там совершить, по обычаю, акафист Божией Матери перед облаченными мощами угодников. Когда о. Алексий дожидался прихода старцев, в зале вдруг стало темнеть. Темнота в комнате в то время была совершенно неожиданной и неестественной, так как на дворе было совершенно светло и солнце своими светлыми лучами смотрело прямо в окна залы. Отцу Алексию стало страшно, но бежать он не мог. Позабыл он перекреститься и прочитать Иисусову молитву. И вот появляется перед о. Алексием сам диавол… Позади его ад… Очертания его тела были неопределенны, но голова его всё время менялась: то она напоминала собою голову человека, то обезьяны, то собаки, то какого-то иного животного, а изо рта так и пышет. Отец Алексий стоял еле живой, он не мог двинуть ни одним своим членом. Диавол, обращаясь к нему, говорит: «Ты меня своим смирением побеждаешь… Но я тебе покажу, я тебе наделаю делов…» Видение на этом окончилось. И действительно, впоследствии, скоро после описанного видения, о. Алексию пришлось перенести большое испытание.

На пещерах о. Алексий был ризничим более шести лет. Здесь он получил в награду за труды по послушанию наперсный крест от Священного Синода. 7 октября 1885 года о. Алексий был перемещен с должности ризничего Ближних пещер на то же послушание к Великой церкви.

7. Искушение

Переход на послушание из пещер в Великую церковь Лавры, в «Дом Богородицы», для о. Алексия был весьма приятен. Если в пещерах к нему были близки преподобные печерские, то в Великой церкви особенно близка была для всех Пречистая Богородица. К тому же и богослужение Великой церкви по его красоте и величию никак не могло быть сравниваемо с богослужением не только пещер, но и других храмов Лавры. Но не долго пришлось о. Алексию наслаждаться богослужением Великой церкви. Здесь-то и начал мстить о. Алексию враг рода человеческого – диавол – за его смирение. В это время весьма часто посещали Лавру две сестры-девицы по фамилии Степановы. Они, как видно, были бедны, а по внешнему виду – благочестивы. Они и сами усердно молились, и у монашествующих просили молитв. Отец Алексий, веруя в то, что милостыня очищает (см. Сир. 3, 30), часто помогал этим бедным сестрам деньгами и вещами. И вот эти на вид кажущиеся благочестивыми, но в действительности злые и неблагодарные женщины решили оскорбить своего благодетеля. Предполагая, что о. Алексий обладает большими денежными средствами, они однажды явились к нему и потребовали от него пять тысяч рублей денег, которые о. Алексий якобы взял у них на хранение. Отец Алексий никогда у этих женщин никаких денег не брал и сам не обладал такими большими средствами, а потому он решительно отказал им в этих деньгах. Сестры подали тогда на него жалобу сначала наместнику Лавры архимандриту Иувеналию, а потом и самому митрополиту Платону. Как наместник, так и митрополит после разговора с о. Алексием убедились в его невиновности и отпустили с миром, но не так-то легко было отделаться от злых женщин.

Не достигнувши своей цели через наместника и владыку митрополита, они стали писать частые письма непосредственному начальнику о. Алексия, экклесиарху Лавры архимандриту Валентину, выливая на о. Алексия в своих письмах всякую грязь. Архимандрит Валентин не любил о. Алексия, и поэтому письма злых женщин нашли для себя благоприятную почву. Под влиянием этих писем архимандрит Валентин потребовал в Духовном Соборе Лавры, чтобы о. Алексий был лишен должности ризничего Великой церкви. Старцы соборные не стали спорить с экклесиархом, и 21 сентября 1887 года о. Алексий был уволен от должности ризничего Великой церкви, но сестры Степановы не оставили о. Алексия и после этого. Они теперь стали лично преследовать о. Алексия. Идет ли о. Алексий по Лаврскому двору – они догоняют его и начинают называть его вором, обидчиком бедных беззащитных женщин; появляется ли о. Алексий в храме для исповеди богомольцев – сестры и здесь производят шум, крича на весь храм: не подходите, православные, исповедоваться к этому монаху; он такой-то и такой, при этом они называли о. Алексия разными нехорошими именами; совершает ли он богослужение в храме – они и здесь дерзают нарушать молитвенную тишину своим криком в адрес о. Алексия… Отец Алексий с терпением переносил попущенное для него Богом искушение. Но Лаврское начальство, видя, какой соблазн производили дерзкие женщины вокруг о. Алексия, решило избавить его от этого испытания, а поэтому 30 апреля 1891 года Духовным Собором о. Алексий был переведен из Лавры на очередное богослужение в лаврскую Спасо-Преображенскую пустынь. Как ни тяжело было о. Алексию переносить оскорбления от сестер Степановых, но когда он узнал, что из Лавры его переводят в Спасо-Преображенскую пустынь, для него это оказалось еще тяжелее. Проведя в Лавре 38 лет, о. Алексий к ней привык – Лавра сделалась для него вторым отеческим домом. Дорога́ для него была Великая, «небес подобная» церковь; не хотелось ему расставаться с громогласным лаврским пением и гармоничным колокольным звоном на большой лаврской колокольне; жаль ему было и пещер со святыми мощами преподобных… Но всего обиднее для о. Алексия было то, что его отправляли в ссылку безо всякой со стороны его вины…

Грустный, унылый шел о. Алексий по лаврскому двору после того, как получил весть о своем переводе. Вдруг навстречу ему идет блаженный старец Паисий и ласково говорит: «Чего грустишь, душечко?.. Вспомни Христа Спасителя… Как Его безжалостно били, как заушали, плевали в Него. И не Он ли претерпел позорную крестную смерть? А всё ради кого? Ради нас, душечко…» Отцу Алексию стало легче после такого наставления. «Значит, такова воля Божия», – подумал он и, уже спокойный, стал собираться к переезду в Преображенскую пустынь.

В Преображенской пустыни о. Алексий прожил четыре с половиной года. Здесь ему жилось спокойно. Сестры Степановы сюда не являлись. Вспоминая в конце жизни о проведенном в Преображенской пустыни времени, о. Алексий говорил: «Это было самое лучшее время в моей жизни. Я там всегда помнил о смерти». Отцу Алексию напоминали о смерти находящееся в Преображенской пустыни братское кладбище и часто погребаемые там умершие. 15 ноября 1895 года постановлением Духовного Собора Лавры о. Алексий из Преображенской пустыни переведен в Голосеевскую пустынь на должность ризничего. В этой должности, будучи вместе с тем духовником – старцем лаврской братии и приходящих богомольцев, преподобный Алексий и окончил свои дни.

8. Голосеевская пустынь

В Голосеевской пустыни преподобный Алексий прожил 21 год 3 месяца и 24 дня. Главными его обязанностями здесь были очередное богослужение, наблюдение за ризницей и духовничество. Духовничество и наблюдение за ризницей о. Алексий не оставил до конца своих дней, а от очередного богослужения он освободился ввиду болезненного состояния всего за год до смерти. Первые годы пребывания в Голосеевской пустыни о. Алексий проводил обычно, как и все прочие иеромонахи: совершал богослужения, смотрел за порядком в церкви и исповедовал приходящий народ. Одним разве он отличался от других – это воодушевленным чтением поучений после запричастного стиха. Но с течением времени мудрыми советами, вовремя сделанными предупреждениями он стал обращать на себя внимание православных людей: сначала прилегающих к пустыни селений, затем Киева и, наконец, всей необъятной России. О преподобном Алексии знали и в Петрограде, и в Москве, и на Кавказе, и в Сибири, и на Дону. Он был известен и в городах, и в селах, и в монастырях. Такую широкую известность о. Алексия нетрудно объяснить: посещавшие во множестве Киево-Печерскую Лавру богомольцы знакомились здесь с о. Алексием и, обласканные, успокоенные им, разносили весть о нем по всем уголкам нашего обширного отечества. В последние годы жизни преподобного Алексия у дверей его кельи ежедневно можно было видеть несколько посетителей, приходивших к нему за советами, за облегчением своего горя, с просьбами за живых и умерших. Ничто не удерживало посетителей о. Алексия: ни холод, ни жар, ни дождь, ни снег; к преподобному Алексию шли и летом, и зимой, и ранней весной, и поздней осенью, но более всего старец был обременяем посетителями летом, когда ничто не препятствовало путешествию в Голосеевскую пустынь.

У кельи преподобного Алексия можно было встретить и священников, и монахов, и мирян. К о. Алексию приходили и богатые и бедные, и знатные и незнатные, ученые и необразованные, заботящиеся о своем спасении и забывшие о том, как нужно угождать Богу… Но больше всего у кельи преподобного толпилась беднота, которую питал он не одним словом Божиим, но и хлебом насущным. Отец Алексий всех одинаково принимал, всех старался обласкать, каждому чем-либо помочь. И действительно, он помогал страждущим людям. В келью его люди входили расстроенные, с мрачными лицами, взволнованные, а выходили спокойными, умиротворёнными, со слезами радости на глазах.

У старца Алексия искали умиротворения своей совести не одни паломники и монахи, но и архипастыри, и даже Киевские митрополиты. Так, Черниговский архиепископ Антоний вызвал о. Алексия к себе в Чернигов в апреле 1911 года для предсмертной духовной беседы и на его руках предал дух свой Богу. Голосеевская пустынь есть не что иное, как дача Киевских митрополитов, где они летом отдыхают от своих архипастырских трудов. В течение пребывания о. Алексия в Голосеевской пустыни на Киевской митрополичьей кафедре сменилось четыре архипастыря: Высокопреосвященные Иоанникий Руднев (1891–1900 гг.), Феогност Лебедев (1900–1903 гг.), Флавиан Городецкий (1903–1915 гг.) и Владимир Богоявленский (1915–1918 гг.). Двое из них, особенно продолжительно пребывавшие на Киевской кафедре, – митрополит Иоанникий и митрополит Флавиан имели о. Алексия своим духовником, а митрополит Владимир несколько раз просил молитв у о. Алексия.

9. Святитель Феодосий Черниговский

В 1896 году вся Россия трепетно и радостно ожидала открытия мощей великого угодника Божия, более 200 лет нетленно почивавшего в Чернигове, святителя Феодосия. Задолго до этого события начали собираться со всех концов православные люди в скромный доселе город Чернигов, а ко дню самого открытия святых мощей – 9 сентября – город принял вид волнующегося человеческого моря. Прибыл в числе почетных гостей и митрополит Киевский Иоанникий. Его сопровождал о. Алексий. В то время слава о его подвижнической жизни, даре прозорливости и удивительном смирении разнеслась далеко за пределы его родного города Киева.

Отцу Алексию как одному из самых уважаемых и почётных гостей было поручено переоблачить святые мощи. С великим благоговением совершив их переоблачение в пещере, где почивали они, старец погрузился в молитву – и тут ему, как бы в тонком сне, предстало дивное видение. В великой славе предстал ему сам угодник Божий и сказал: «Спасибо тебе за то, что потрудился для меня. Поминай на проскомидии моих родителей – иерея Никиту и Марию». – «Святитель Божий, – отвечал пораженный старец, – как же я, грешный, дерзну молиться о них, когда сам ты пребываешь в такой славе у Господа?» – «Поминай их при принесении Бескровной Жертвы, – снова повторил святитель, – ибо это выше моих молитв». Видение закончилось. Не чувствуя себя достойным подобного откровения и не доверяя себе, старец, несмотря на поздний час, поспешил к владыке митрополиту и, павши ему в ноги, поведал о бывшем с ним.

Внимательно выслушал мудрый архипастырь взволнованного старца и успокоил его, говоря: «Верю, что Господь устами святителя Феодосия поистине открыл тебе великую тайну безмерной Своей милости, даруемой Им людям через нас, недостойных пастырей, при совершении Божественной литургии и принесении Бескровной Жертвы. До времени умолчи о бывшем тебе видении, молись, как заповедал тебе угодник Божий, а там Сам Господь имиже весть судьбами поможет тебе утвердиться в виденном».

Нужно же сказать, что ни память народная, ни история не сохранили имен родителей святителя Феодосия. Слова владыки оказались пророческими. Прошло несколько лет, и в одном из самых древних киевских монастырей – Выдубицком – был найден Синодик из рода Углицких и в нем собственноручная запись святителя Феодосия, бывшего в том монастыре игуменом, имен его родителей: иерея Никиты и Марии.

10. Скромность старца

Когда мы переходим к частной жизни о. Алексия, то здесь мы оказываемся пред большим затруднением: подвиги преподобного Алексия были сокрыты от посторонних глаз, и для нас была открыта только внешняя сторона его жизни.

Келья о. Алексия в Голосеевской пустыни была скромна. Она состояла из трех маленьких комнаток. Обстановка этих комнаток бедна. Несколько икон, из которых он почитал особенно одну. Это икона Божией Матери, которой благословила его мать; диванчик, на котором принимал почетных гостей, перед диванчиком ничем не покрытый столик, на нем постоянно лежало Евангелие на славянском языке больших размеров; этажерка для книг, стол для трапезы, кровать с постоянно поднятым матрацем, на которой о. Алексий, кажется, никогда не спал; медный умывальник с металлическим тазиком и несколько простых тумбочек – вот всё, что составляло обстановку кельи о. Алексия.

Келейника у него не было. Старец сам себе во всём служил: сам носил дрова, сам топил печь и ставил самовар, сам подметал комнаты, только к концу жизни, когда о. Алексия начали оставлять силы и он стал болеть, ему прислуживал сначала живший в пустыни монах Азария, а потом наемный мальчик из соседнего села. Пища о. Алексия была скудна: он питался только тем, что ему приносили из трапезы, а в конце жизни и того не ел. Однажды митрополит Флавиан, гуляя с о. Алексием по двору Голосеевской пустыни, спросил его: «Что вы кушаете?» Старец ответил: «То, что Божия Матерь дает». А последние годы он питался только трапезным борщом с хлебом и теплым чаем без сахара и хлеба.

Приведем повествование воина Первой мировой войны, посетившего старца в 1916-м, за год до его блаженной кончины. Из него явствует духовная высота старца, а вместе с этим его прозрения о судьбах России. Его описания рисуют нам домашнюю обстановку старца, в которой хранился избранник Божий.

«Мы шли по длинному коридору, по сторонам которого были равноудаленные двери. Пред одной из них мы остановились. “Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, помилуй нас!” – проговорил послушник. “Аминь!” – раздался приглушенный ответ. Послушник отворил дверь, и я вошел в сени кельи, а затем и в самую келью. Не скрою: я волновался, сердце усиленно билось, и я с трудом справился с дыханием. Келья – маленькая комната, просто обставленная. Через деревянный пол шла полотняная дорожка до киота. На окнах глухие занавески. Пахнет кипарисом, воском, чабрецом (ароматная степная трава), лампадным маслом… Сладостная тишина вошла мне в душу…

“Идите, идите, раб Божий! Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа”, – благословил меня старец. Я очнулся и с усердием поцеловал руку старца. Сняв руку с моей головы, старец подошел к окну и благословил мою семью, что меня очень обрадовало. Затем он пригласил меня в соседнюю комнату. С благословения старца мы сели на скамейку. То была комнатушка с изношенным деревянным полом и обветшалыми стенами. Слепая занавеска на единственном окне. В углу небольшой иконостас со старинными иконами, перед ними – лампада. Аналой, на нем – Евангелие, крест, епитрахиль. Вплотную к стене топчан, покрытый старым одеялом, из-под которого виднелась солома, – ложе старца. Я был пуст: ни одной мысли, ни одного вопроса. Я сидел и умиленно смотрел на старца, перекладывая фуражку из руки в руку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Документ принят на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2000 года (дан в сокращении в Приложении).

Вернуться

2

Печатается по: Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней святого Димитрия Ростовского: В 12 кн. Март. М.: Сибирская Благозвонница, 2011.

Вернуться

3

Лаодикия – древний город в Малоазийской области Фригии на соединении рек Лика и Галифа, был основан Антиохом II (261–246 гг. до Р. Х.) в честь своей супруги Лаодики. Во времена Христа была чуть ли не первым городом Малой Азии, так как лежала на торговом пути, соединявшем Восток и Запад. Начало христианства здесь, вероятно, положено не самим апостолом Павлом (см. Кол. 2, 1), а учителем Колосской церкви Епафрасом (см. Кол. 1, 7). Церкви Лаодикийской апостол Павел написал особое послание; она упоминается и в Апокалипсисе в числе замечательнейших Малоазийских церквей (см. Откр. 3, 14–22). В 360 г. в Лаодикии был поместный Собор, правила которого (60) касательно порядка богослужения, поведения клира и мирян вошли в церковный канон. В 1255 г. город был взят турками, а в 1402 г. разрушен Тамерланом. Теперь лишь одни развалины на невысоком холме близ опустошенного селения Эски-Гиссара говорят о когда-то бывшем здесь древнем городе.

Вернуться

4

Месопотамия, т. е. Междуречье, – древняя Сеннаар (см. Быт. 10, 10), место рождения и жительства Авраама до выхода в землю Харран (см. Быт. 11, 28; Деян. 7, 2); так называется пространство, лежащее между реками Тигр и Евфрат, ограниченное на юге Персидским заливом, на севере горами Армении. В более тесном смысле Месопотамией называется северная часть этой области, т. н. Эль-Джезир, тогда как южная часть области известна под именем Вавилонии, нынешняя Ирак-Араби, т. е. Древняя Вавилония. В эпоху римлян страна разделялась на две части: Озроена на западе, перешедшая к Риму в 217 г. по Рождестве Христовом с главным городом Эдессой, и Мигдония на востоке с главным городом Низибидой, завоеванной в 115 г. римским императором Траяном. Начало христианства в Месопотамии положено спутником ап. Ермы Иудою, или Фаддеем, – по преданию, одним из семидесяти учеников Господа Иисуса Христа; Иуда основал в Эдессе церковь. В окрестностях Низибиды родился св. Ефрем Сирин (III–IV вв.); епископ Низибийский Фома Варсума был ревностным поборником несторианской ереси, учившей, что превечно рожденное от Отца Слово Божие только обитало в человеке Иисусе, пребывая с Ним в особом, нравственном соединении. В XI столетии, при нападении сельджуков и турок, Месопотамия склонилась к упадку и теперь принадлежит Турции; жители – турки, курды, арабы, армяне, сирийцы. Месопотамия имела весьма важное историческое значение при ассирийском и вавилонском владычестве.

Вернуться

5

Эдесса, нынешняя Урфа, – город на севере Месопотамии на реке Евфрат, с 137 г. до Р.Х. главный город вновь образованного Озроенского, или Эдесского, государства; в 217 г. по Р.Х. превращена римлянами в восточную колонию. В Эдессе рано распространилось христианство; в IV в. св. Ефремом Сирином здесь была основана богословская школа, в V в. склонившаяся к несторианству, в пользу которого особенно много действовал учитель эдесской школы, пресвитер Ива. В 641 г. Эдесса была покорена арабскими калифами; в 1098 г. ею овладел граф Балдуин, сделавший ее главным городом княжества Эдесского; в 1144 г. она покорена была турками и с этого времени переходила из рук в руки, пока в 1637 г. окончательно не подпала под власть Турции.

Вернуться

6

Киликия, Малоазийская область, лежащая на юго-востоке, сначала подпала под власть Македонии, затем принадлежала Парфянскому и Армянскому царствам; в 68 г. до Рождества Христова лучшая, восточная часть ее сделалась римской провинцией; окончательно она покорена при Веспасиане (69–79 гг.). Апостол Павел был родом из киликийского главного города Тарса (см. Деян. 9, 11), сюда он удалился по своем обращении (см. Деян. 9, 30) и, конечно, проповедовал здесь Евангелие; во второе путешествие апостол проходил Киликией, утверждая верующих (см. Деян. 15, 41). Теперь Киликия принадлежит Турции.

Вернуться

7

Руфь, родом моавитянка, удостоившаяся войти в родословную Давида как праматерь его (см. Руфь. 4, 17) и поэтому в родословную Самого Иисуса Христа (см. Мф. 1, 5); история ее содержится в святой Книге, носящей ее имя.

Вернуться

8

Это был папа Иннокентий I (402–417 гг.). Он боролся с расколом донатистов, убедив императора Гонория издать против них строгий закон, подтвердил соборное определение (416 г.) против еретиков пелагиан, отрицавших необходимость благодати для спасения; он первым стал основывать учение о первенстве папы, ссылаясь на то, что они являются преемниками апостола Петра.

Вернуться

9

Мф. 11, 28.

Вернуться

10

Здесь разумеется Аркадий, восточноримский император, сын Феодосия Великого, по смерти отца (395 г.) получил т. н. Восточную империю, тогда как брат его, Гонорий, получил Западную; родился в 377 г., умер в 408-м, во всё время его царствования государством управляли люди, умевшие подчинить своему влиянию слабохарактерного императора. Так, в начале его царствования государством управлял Руфин, увеличивший и без того огромную тяжесть налогов, умноживший число денежных штрафов и тем наведший ужас на империю. По смерти Руфина место его занял евнух Евтропий, убедивший с целью собственного обогащения императора издать строгий закон (397 г.), каравший смертной казнью и отнятием имущества за всякий злой умысел не только против императора, но и высших лиц. Наконец императрица Евдокия добилась казни Евтропия (399 г.), и Аркадий подчинился всецело своей супруге, известной враждебным отношением к святому Иоанну Златоусту, бывшему тогда Константинопольским патриархом. По ее настоянию император утвердил решение «собора под дубом» (403 г.) о низложении Иоанна Златоуста и отправил его в ссылку, но потом возвратил, испугавшись народного возмущения. В 404 г. приказал опять отправить в заточение, сделав это, как и в первый раз, под влиянием Евдокии, оскорбившейся на Иоанна Златоуста за его проповеди, обличавшие роскошную и безнравственную жизнь двора. При Аркадии миссионеры, снабженные его грамотами, проповедовали христианство по провинциям тем язычникам, которые еще не обратились ко Христу. Гонорий, западноримский император, – брат императора Аркадия. В начале его царствования во главе управления стоял умный политик и знаменитый полководец Стилнхон, не раз отражавший нападения на империю вестготов, вандалов, свевов, бургундов. После его падения и казни дела империи пошли к худшему. В 408 г. предводитель вестготов Аларих осадил Рим и заставил заплатить тяжелую дань, а в 410-м он овладел городом и отдал его на разграбление войскам. По смерти Алариха шурин его, Атаульф, заключил с Гонорием мир, после которого вестготы удалились за Альпы. При Гонории был в 411 г. собор против раскольников донатистов, отделившихся от Церкви за то, что она принимала покаявшихся отступников во время гонений, потому что, по их мнению, Церковь перестает быть святою, если среди ее членов находятся грешники. По приказанию Гонория были разрушены все оставшиеся языческие храмы, а сами язычники удалены от государственных должностей.

Вернуться

11

Хартулариями назывались управляющие канцелярией, находящейся при патриархе.

Вернуться

12

Тело его было погребено в церкви мч. Вонифатия в 1216 г., и над ним построена великолепная церковь. Честная глава преподобного Алексия, человека Божия, с XIV в. хранится в Греции, на полуострове Пелопоннес, в мужском монастыре Агиа Лавра (Святая Лавра) в Калаврите.

Вернуться

13

Печатается по: https://days.pravoslavie.ru/Life/life434. htm

Вернуться

14

Азбука веры. Православная библиотека Жития святых. Житие иже во святых Преподобного и Богоносного отца нашего Алексия Голосеевского старца и подвижника Киево-Печерской Лавры. Источник: Русский Паломник: Журнал Валаамского общества Америки. 1993, № 8.

Вернуться