Катерина Николаева
Сумеречные души

Глава 1

– Послушай, хватит метаться по комнате. От твоих неврозов никому легче не станет, – лениво произнесла я, удобно устроившись на подоконнике.

Меряющий небольшую комнату шагами мужчина даже не обратил на мои слова внимания. Что же, этого следовало ожидать. Вот уже несколько дней я разговариваю сама с собой. Насколько понимаю, сейчас я – то ли дух, то ли призрак. И дело совсем не в моей смерти – я очень даже жива и относительно здорова, разве что душа отделилась от тела. Последнее, кстати, весьма мирно лежит на кровати, совсем не реагируя на все происходящее.

Надо сказать, странное ощущение. Вроде не мертв, но и не жив. А самое печальное во всем это то, что я совсем не могу контактировать с другими, даже с тем же Райаном, который понятия не имеет, что со мной приключилось.

Впрочем, это еще как-то объяснимо. Пару дней назад мы с ним попали в небольшую заварушку – наткнулись на банду лесных разбойников, грабящих караваны. Для нас защита груза является способом прокормиться и подзаработать, так что работа была привычная и не сложная, особенно учитывая слабость противников. Все-таки каким-то бандитам не по зубам имперские военные в отставке. Так мы думали до тех пор, пока среди них не показался маг. Он был весьма искусным в своем деле, признаю, но это не спасло его от уничтожающего колдовства Райана. Белому магу, который, скорее всего, является самоучкой, не сравниться в силе с некромантом, входящим в пятерку сильнейших Черных Соколов империи. Пал он быстро, но успел отыграться на мне.

Привыкнув к тому, что Райан сам разбирается с себе подобными противниками, встречающимися довольно редко, я не особо беспокоилась о своей магической защите, которая, к слову сказать, и так у меня весьма слаба. Все-таки природа дает тебе что-то одно: либо способность к прекрасному волшебству и сильной магии, либо талант к владению оружием, скорость и мощь. Меня она наградила последним, решив, что раз я овладела техникой ближнего боя на клинках, то магическая защита уже ни к чему. Заставить ее передумать мне не удалось, но склонить к компромиссу все же вышло. Результатом долгих, изнуряющих и мучительных тренировок стала возможность ставить магический блок по своему желанию. Впрочем, как я уже сказала ранее, он мне не помог. Увлеченная боем я не успела среагировать и сполна хлебнула белой магии, которая не такая безобидная, как ее любят описывать в легендах. Радует одно: большую часть врагов я вырезала и в живых оставалось, не считая мага, человека три, уже не представляющих особой опасности для Райана.

Кажется, я даже боли не почувствовала – просто обмякла и рухнула лицом в землю, чудом не напоровшись на свои же клинки. Мое сознание моментально отключилось, но перед этим я успела заметить, как перекосило лицо Райана, наблюдающего за моим неграциозным падением.

– Ах ты…! Да как ты…! – Долетели до меня отрывки его слов, а потом наступила темнота.

– Эй, Мадена, очнись. Давай, открывай глаза.

Кажется, меня хлопали по щекам, но было странным то, что я абсолютно ничего не чувствовала. А когда, наконец, открыла глаза, все было именно так, как ожидалось: с врагами некромант покончил, особенно изощрившись над белым магом – от него остался только кружок выжженной травы и только, а я весьма мирно почивала на его руках под пристальным взором десятка взволнованных торговцев.

– Эй, ты слышишь меня? Ты слишком жива для той, кто прикидывается мертвой.

– Господин некромант, может не стоит так грубо? – неуверенно подал голос один из торгашей, тот самый, который нанимал нас. Главный, наверное. – Она же девушка…

– Эта девушка вырезала десятерых, особо не напрягаясь. Нечего с ней церемониться, – отчеканил в ответ Райан, снова хлопая меня по щекам. – И не в такую передрягу попадали, так что я сам разберусь. Готовьтесь выдвигаться дальше.

– Как скажете, – покорно склонив голову, произнёс собеседник и отправился проверять обоз на наличие повреждений.

– Грубый ты, господин некромант. Мог бы и нежнее, – недовольно фыркнула я, нехотя поднимаясь на ноги и потягиваясь.

В теле была такая приятная легкость, какой не ощущалось уже очень давно.

– Где мои клинки, не видел? – Обернулась я к нему, но так и застыла, забыв до конца закрыть рот.

– Неужели придется тебя на себе тащить? – тем временем продолжал разговаривать мужчина с телом на его руках.

Моим телом.

Он тихо вздохнул и, перехватив его поудобнее, поднялся на ноги.

– Эй, Райан! Что за грохт?! – шокировано прошептала я, глядя на то, как он направляется ко мне. – Почему я… – конец фразы застрял в горле после того, как некромант, не сбавляя шага, прошел меня насквозь.

– Так, все готовы? – громко спросил Райан у усевшихся в седла и повозки торговцев.

Получив положительный ответ, мужчина забрался в седло и поспешно забрал мое безвольное тело из рук услужливо помогающего ему торговца. От предложения поместить свою спутницу в повозку он категорически отказался.

Так мы и двинулись дальше в путь. Дорога до конечного пункта – столицы – заняла еще два дня, за которые ничего интересного не произошло. А я… я так и не проснулась.

И вот, сейчас мы находимся в столице нашей Элларской империи – Церере, которая вполне закономерно является самым богатым городом, а также торговым и финансовым центром страны. Выполнив заказ и довезя груз до города, мы расстались с торговцами, которые с нами, естественно, расплатились. Хорошие люди в этот раз попались. Они действительно переживали за меня всю дорогу и даже подкинули пару золотых монет поверх уговоренной цены на лечение «бедной девочки».

Однако нужно ли было мне лечение? Вот в чем был вопрос, который на данный момент и пытался решить Райан. Сняв небольшую комнату в недорогой, но уютной таверне, он подался в раздумья и вот последние три часа наматывает круги, мозоля мне глаза. Впрочем, он об этом не знает.

Все дни, что были в дороге, я настойчиво пыталась достучаться до кого-нибудь, но меня упрямо игнорировали даже лошади. Не слышали, не видели, не ощущали, словно я была пустотой. Сквозь меня проходили, на меня садились, меня обсуждали, даже не зная, что я прекрасно все слышу. В отличие от метаний моего эфирного тела, физическое никаких признаков жизни не подавало, за исключением еле ощутимого пульса и слабенького дыхания.

Я пару раз пыталась обратно «влезть», но оно меня усиленно отвергало. Потрогать вроде могу, а внутрь забраться – никак. Естественно такое положение дел мне не нравилось, впрочем, как и Райану, который становился все мрачнее и мрачнее с каждым днем. Видимо, думал над тем, что следовало сначала вызнать у того белого мага секрет заклятья, а потом уже убивать его. Но что сделано, то сделано.

В общем, дела у меня идут не очень. Остается только надеяться на Райана и его умную некромантскую голову.

– Да сядь ты уже, – недовольно буркнула я, наблюдая за погруженным в размышления спутником и мотая свисающей к полу ногой. – Скоро дыру протопчешь.

Как это ни странно, он действительно сел, словно услышав мои слова. Его взгляд безучастно пробежал по обстановке комнаты и окну, на котором я сидела, и остановился на лежащем в кровати теле.

– И что мне с тобой делать, Мадена? Почему не просыпаешься? – устало прошептал он, вытягивая ноги. – К магу обратиться? Но я ведь и сам маг.

– Ага, только темный. Больно ты разбираешься в светлой магии, некромант, – усмехнулась я. – Белых же не вызывают, когда мертвецы из могил вылезать начинают.

– Я ведь не чувствую магической энергии на тебе, хоть и поразил он тебя именно магией. И воскресить тебя не могу, раз ты не мертва.

– Ну спасибо, услужил. Не прельщает меня быть твоим слугой, – снова подала голос я.

Мне было максимально скучно в этом непонятном и подвешенном состоянии, поэтому единственным моим развлечением было разговаривать с тем, кто меня в упор не замечает.

– Лучше уж в земле гнить, чем жить под руководством некроманта. Да и жизнь ли это?

Райан тихо вздохнул и закрыл глаза, расслабляясь в кресле. Если он собрался спать, то я завидую. В отличие от него, мне такое удовольствие в данный момент недоступно. Впрочем, как и все остальные потребности живого организма меня не беспокоят. Ну да ладно, пускай спит. Не зря ведь говорят, что утро вечера мудренее.

– Райан, а куда мы идем? – все же не вытерпела я и подала голос.

Конечно, я помнила, что ответ вряд ли получу, но не молчать же теперь постоянно? В данный момент мой напарник твердой решительной походкой направлялся в центральную часть города, а я тенью следовала за ним.

Церера, в отличие от других городов Элларской империи, имеющих форму круга – в центре более богатые районы, а на окраинах более бедные, – представляла собой квадрат. Его основными точками являлись императорский дворец, Башня Древних Писаний, главная торговая площадь и тюрьма. Все эти сооружения, как между собой, так и с четырьмя воротами, соединялись широкой главной мощеной дорогой. В центре расположились дома наиболее богатых представителей населения города, за его границами – наиболее бедные соответственно. Помимо этого, Церера, как и любой крупный город, имела внешние границы, ограждающие кварталы бедных от внешнего мира в виде толстой каменной стены, в прочности которой усомниться за последние триста лет пока никому не удавалось.

Свернув за угол очередной раз, мы остановились перед дверью одного из зданий. Дом как дом. Таких в бедном районе куча и все как один похожи друг на друга. Так что, если не знаешь точного адреса, то сюда лучше не соваться – заплутаешь, как в лабиринте, и сгинешь. Наплевав на ранний час, некромант постучал и стал ждать отклика, но не получив его, досадливо цыкнул и снова забарабанил в дверь.

– Ну не ломись ты так, люди спят вообще-то, – скептически заметила я, прислонившись плечом к стене.

Конечно, такое рвение мне помочь было приятно – а то, что мы пришли за помощью, я не сомневалась, – но будить людей до рассвета казалось свинством. Впрочем, Райан никогда не церемонился и приступами совестливости не болел. На то он и некромант. А вообще, все знакомые мне темные маги отличались циничностью и эгоизмом. Удивительно, что окружающие их до сих пор терпят.

Наконец, после длительного ожидания внутри послышался шум и дверь со скрипом открылась. Я удивленно присвистнула.

– Видимо, мое спасение затянется на неопределенный срок, да, Райан? – обиженно пробубнила я, с восхищением глядя на сонную даму перед собой.

Зябко кутаясь в пеньюар, на нас смотрела грудастая блондинка с ангельским лицом. Из наспех собранного хвоста, выглядывали светлые прядки, обрамляя кукольное личико с голубыми глазами и сжатыми в тонкую линию губами, явно выражающими недовольство. Таких запоминающихся по своей природе женщин я встречала за всю свою жизнь пару раз и, чаще всего, где-нибудь далеко за границами нашей страны. Они всегда притягивали взгляды и выглядели выигрышно на фоне кого бы то ни было.

«Этой красотке бы нежиться в покоях императора, а не здесь», – подумалось мне, а потом девица открыла рот:

– Чего надо? – неприветливо буркнула хозяйка дома, запахивая одежку на груди сильнее. Вся очаровательность вокруг нее тут же рухнула из-за банального отсутствия манер и вежливости. – Приперся тут, ни свет ни заря.

– Арестей здесь? – под стать ей спросил Райан, глядя на собеседницу, как на пустое место. – Мне он срочно нужен.

И прежде, чем дама успела ответить, мой приятель, бесцеремонно ее отодвинув, двинулся на второй этаж.

– Эй! Какого грохта! – возмутилась женщина, следуя за ним. – Как ты смеешь заваливаться в чужой дом?!

– Мне нужен Арестей. Он же у тебя в последнее время пропадает. – Райан на секунду остановился перед дверью предполагаемой спальни, прежде чем резко ее открыть. – Арестей!

Я заглянула через плечо некроманта в комнату и начала хохотать. Как оказалось, искомого лица мы там не нашли, но вот на подпрыгнувшего в кровати мужчину произвели неизгладимое впечатление. Он со страхом выпучил глаза и натянул выше одеяло, затравленно глядя на застывшего в дверях Райана и не зная, сигать ли в окно или еще рано. Не знаю, что бедняга подумал, но, кажется, одним ухажером у хозяйки дома стало меньше.

– Что за грохт? Где он? – невозмутимо развернувшись к покрасневшей от стыда даме, обратился напарник.

– Я почем знаю? – злобно сверкая глазами, произнесла она. – Убирайся!

Райану второй раз повторять не пришлось. Не найдя у женщины цели своего визита, некромант молча развернулся и покинул не такой уж и приветливый дом. В течение следующих часов мы посетили еще несколько адресов, просто разивших своим контрастом: то мы уходили на самые окраины города к каким-то хибарам, то стучались в двери едва ли не вторых по роскошности после дворца зданий. Но меня удивляло даже не это, а скорее то, что Райан знал и помнил все адреса, как оказалось, любовниц нашего общего белого мага. Что Арестей тот еще ловелас, ни для кого не было секретом, но я даже не предполагала, что некромант может знать всех его подружек. Впрочем, даже это нам особо не помогло.

Мало того, что мы просто впустую потратили почти весь день на бесполезную беготню, так еще и не смогли найти нашего приятеля. Заглянули даже непосредственно к нему в особняк и потревожили магов в Башне Древних Писаний, являвшейся их оплотом, но Арестей словно сквозь землю провалился. И каково же было удивление, когда, вернувшись ни с чем в снимаемую нами комнатушку, застали его там.

– Ну наконец-то! – воскликнул он, едва за Райаном закрылась дверь.

Мужчина бодро вскочил из кресла, в котором сидел.

– Я уже устал тебя ждать!

– Как ты сюда попал? – не особо церемонясь, поинтересовался некромант, грозно хмурясь.

Могу поклясться, он был готов Арестея в этот момент просто придушить.

– Да запросто, – хмыкнул собеседник, кивая в сторону окна. – Лучше скажи, где ты прохлаждался целый день? Я специально пришел раньше, чтобы сделать вам сюрприз, а вместо этого ты куда-то удрал, а Мади целый день спит без задних ног. С таким сном небо с землей местами поменяются, а она даже не заметит.

Услышав свое имя, я вздрогнула, и невольно взгляд снова вернулся к моей физической оболочке. Арестей был опытным и сильным магом и, проведя целый день «со мной» в комнате, он не мог не заметить странности в моем энергетическом поле.

– Тебя искал, – резко бросил в ответ некромант и рухнул в освобожденное кресло, устало вытягивая ноги.

Он стянул с себя куртку и, небрежно бросив ее на свою кровать, поднял глаза на друга. Тот хотел что-то сказать, но странное выражение синих глаз напротив заставило его замолчать и лишь скромно присесть на краешек одной из коек.

Райан вздохнул и после небольшой паузы подал голос.

– Мадена не спит. Ты ведь уже заметил, что ее «поле» изменилось? – дождавшись кивка приятеля, мужчина продолжил: – Пару дней назад мы встряли в передрягу. Откуда-то взялся маг-самоучка и прежде, чем я успел среагировать, он поразил Мадену каким-то заклинанием. С тех пор она еще ни разу не очнулась.

– А тот маг?

– Убит, – нехотя ответил Райан, прекрасно понимая свою ошибку. – Может быть, ты чем-то поможешь? Я не разбираюсь в светлой магии.

– Попробую, – кивнул Арестей, нависая над моим телом.

Хотелось верить, что он сможет мне помочь и я скоро вернусь в норму.

К сожалению, надеждам не суждено было сбыться. Маг несколько часов что-то колдовал надо мной, но в итоге лишь расстроенно опустился снова на соседнюю кровать и виновато вздохнул.

– Я бессилен.

– Эй, да что не так? – не выдержала я, сжимая от досады кулаки. – Ты ведь один из сильнейших магов! Какого грохта даже ты не можешь мне помочь?!

– Ты можешь сказать, что с ней? – подал голос Райан.

Все это время он молчал, наблюдая за действиями друга. За окном уже давно стемнело, но на улице было по-прежнему шумно – многие гости и жители города расслаблялись в тавернах.

– Она – кукла, – задумчиво произнес собеседник, глядя на лежащее рядом тело. – Пустышка.

– И как это понимать? – Райан дернул бровью, явно ощущая раздражение от сложившейся ситуации.

Два мага разной направленности не могут выяснить, что случилось с человеком по вине мага-самоучки. Ну смешно же.

– Так и понимать. Ты сейчас видишь просто оболочку.

– Но она же дышит. И пульс есть, – нахмурился некромант. – Я бы мог еще понять, будь она трупом…

– Вот привык работать с отработанным материалом, так и ее приравниваешь к ним! – почему-то взвился Арестей. – Она не труп, а кукла. Оболочка без души.

– Ну прям все встало на свои места, – нервно ухмыльнулась я, наблюдая за разговором друзей. – А труп тогда, по-твоему, что?

Видимо, этот вопрос возник и у некроманта, но озвучить его он не успел. В синих глазах появилось недоумение, и Арестей поспешил разъяснить:

– Ты работаешь с оболочками, души которых покинули мир самостоятельно. Несчастный случай, убийство или еще чего, но душа после смерти покинула тело. У тебя осталась лишь обертка, так?

– Так, – Райан согласился, но сути пока не улавливал, поэтому собеседник продолжил:

– Ты к телу привязываешь душу насильно, если я не ошибаюсь, когда создаешь разумных марионеток, или используешь вовсе только тело, если нужны обычные. В случае с Маденой все сложнее. Куклы от твоих созданий отличаются тем, что души насильно выброшены из тела. Они не уходят в иной мир. Они не умирают.

– И что дальше?

– Ничего. – Арестей дернул плечом. – Она не мертва, поэтому тут твоя магия бессильна, но и не жива, поэтому бесполезна уже моя.

– И ты помочь тоже не можешь? – Ответ напрашивался сам, но некромант решил все же спросить.

– Верно. Я проверил вдоль и поперек и могу сказать лишь то, что она в пограничном состоянии. Она как… как котел.

– Ну и сравнение, – недовольно отозвалась я, не упустив возможности вставить свое замечание.

На сердце было тяжело от мысли, что и светлая, и темная магия в сложившейся ситуации бессильны.

– Он будет горячим до тех пор, пока его греет огонь, – тем временем продолжал маг, – но если огонь исчезнет, то…

– Котел со временем остынет, – подвел итог Райан, мрачнея. – Нам нужно вернуть ее душу в тело до того, как связь между ними пропадет, иначе мы ее потеряем.

– Разве в таком случае ты не сможешь привязать ее душу к телу, если она умрет? – осторожно поинтересовался Арестей.

– Нет гарантии. Тело мне подвластно будет, но душа, увы… – Некромант запнулся на пару секунд, а потом перевел взгляд на ночное небо, виднеющееся в окне. – Моя магия работает только на мертвых, а раз она к ним не относится… И умрет ли она, если мы не успеем ей помочь? Может, Мадена просто окажется запертой здесь. В любом случае я даже сейчас ее душу не вижу.

– Ну а души живых разве видишь?

– Чувствую. А Мадены… Мадены словно нет. Если души остаются по каким-то причинам в нашем мире, то они чаще всего превращаются либо в нечисть разного толка, либо, избежав осквернения, становятся огоньками. Их энергия слаба и со временем они просто растворяются в пространстве, смешиваясь с магическими потоками, которыми пользуетесь вы, светлые маги. Чистые души я чувствую не очень хорошо, да и мало таких, оставшихся в нашем мире. Практически все сразу после смерти попадают в загробный, где для меня они едва ли не осязаемы.

– Я души в целом не вижу, – вздохнул маг, потерев переносицу. – Но если мы душу ее не найдем, то со временем она превратится в тот огонек?

– Или нечисть.

– Не «или», – рыкнула я. – Решили подождать, пока я сдохну, а там видно будет?!

– Если Мади станет последним… – Арестей неуверенно подал голос, но Райан его перебил:

– Я ее уничтожу. Нечисть опасна для людей. – Синие глаза некроманта мрачно блеснули. – Только такой исход мало вероятен. Скорее всего, она может стать огоньком, а потом превратится в подпитку твоих сил, без надежды на перерождение. Чтобы стать нечистью, ей нужно иметь слишком большую обиду на кого-нибудь из живых.

– Например, на нас?

– Да. Если мы ее не вытащим из этой ситуации.

Арестей шумно сглотнул. Перспектива получить из подруги обезличенную энергию для собственной магии его мало забавляла.

– Я целый день пытаюсь найти ее душу, но ничего. Словно и не существовало никогда. Даже намека нет, – тем временем продолжил собеседник, – а раз я ее не чувствую, значит, здесь не все так просто.

– И все же…

– И все же у нас есть несколько вариантов. Самый основной – мы ищем, как ей помочь. – Голос Райана звучал в этот момент жестко и властно.

Арестей кивнул.

– Остальные пока не будем рассматривать.

Следующие несколько дней после нашего возвращения в столицу прошли довольно сумбурно. Арестей решил не тянуть и сразу запросил помощи у своих коллег из Башни Древних Писаний. Он и сам был опытным и уважаемым магом, несмотря на довольно молодой возраст для этого, но все же нередко прибегал к помощи других магов – мудрых старцев, видевших и знающих то, о чем мы даже не догадываемся.

Впрочем, эти «мудрые старцы» чаще всего представляли собой довольно скверных людей, не желающих в принципе идти на контакт с кем бы то ни было. Они целыми днями проводили в залах библиотек, переписывая или расшифровывая древние свитки и, что важно, ведя летопись нынешних дней. Немногие из них, кто остался в живых после Великой войны императоров, решили поделиться своим опытом и стали преподавать в военной академии.

Многие нам помогать в итоге отказались, но были и исключения. Они, к сожалению, тоже лишь развели руками после изучения моего бренного тела и посоветовали Арестею и Райану просто смириться. Последний, на такие слова, едва не устроил прямо на месте бойню.

Тем временем с момента потери мною тела прошла неделя. Этих долгих семи дней хватило, чтобы осознать невыносимость и безысходность моего положения. Полная изоляция и отсутствие нужды в базовых потребностях очень омрачали жизнь. В ожидании утра проводя каждую ночь, я поняла, насколько огромным счастьем является сон. А что уж говорить про еду? Пускай я сейчас не чувствовала запахов и вкуса, но одного взгляда на витрину со свежей выпечкой хватало, чтобы начать тосковать по привычной жизни.

И вроде бы это так примитивно. Но когда тебе ничего не нужно, когда ты никому не нужен… Это страшно. Временами мне кажется, что я стала понимать откуда берется нечисть. Тут любой перестанет быть собой, что уж говорить про тех, кто застрял между мирами?..

Об этом всем я думала, безвольной тенью везде следуя за своими друзьями. Я знала, что в таком положении они меня не бросят и сделают все возможное, чтобы помочь. Слишком много раз мы доверяли друг другу жизни, чтобы засомневаться в их помощи теперь. Такая надежда согревала и не давала окончательно отчаяться. Потом, когда проблема решится, я обязательно расскажу им свои ощущения от призрачной жизни, и мы вместе посмеемся над этой ситуацией.

– Вы правда думаете, что нам нужно теперь обойти каждого мага в городе, да? – Я, даже не пытаясь лавировать между людьми, упрямо следовала за своими спутниками.

Сейчас мы пробирались сквозь толпу на переполненной в полдень рыночной площади. Чутье Райана на пустые улочки в этот раз не сработало, и мы влетели в этот людской поток без возможности сдать назад.

– Светлые хотя бы кучкуются в одном месте, а некромантов по отдельности выискивать надо. Это же не смешно!

– Почему нам нужно поговорить с Соколами? Разве твоих некромантских знаний недостаточно? – задал приятелю вопрос Арестей, стараясь не отставать от него. – Или сомневаешься в своих силах?

– Я не ты, Ар, – лишь хмыкнул Райан, упрямо следуя по намеченному курсу. – Мне нужно получить у них доступ к библиотеке.

– У тебя его нет?

– Только часть. – Мы, наконец, свернули в менее людный переулок и замедлились. – У светлых есть целый дворец с литературой и у всех равные права. Вы же все правильные такие. Но, если вспомнишь историю, то был у нас уже прецедент, когда в давние года один некромант решил стать императором. Чтобы такого не повторилось, книги и свитки было решено поделить между Черными Соколами.

– Допустим. А где твоя часть? – Арестей явно раньше не задавался подобными вопросами, поэтому эта информация была для него интересной. – Ты же вечно с Мади по стране кочуешь.

– Я поражаюсь, что ты не знаешь таких вещей. – Некромант вздохнул и двинулся дальше по улице, попутно продолжая рассказ. – Библиотека общая есть, но она не такая большая, как ваша. Темная магия, как отдельный вид, относительно молодая. Да и литературы не так много, сохранившейся со времен войны. Она просто поделена на залы и у каждого есть доступ только в свой.

– Ну и замудрили с охранной системой, конечно… – я издевательски хмыкнула. – Мы так до Святой Ночи не закончим.

– Хочу поговорить и получить на время доступ к остальным отсекам. Вдруг в темных книжках что-нибудь найдем, как противодействие на то заклинание, – тем временем продолжал Райан.

– Если у каждого свой зал с отдельными видами знаний, то можно сказать про наличие в некромантской среде специализации?

– Не совсем. Это сложно объяснить, если честно. – Мне показалось, что Райану было просто лень вдаваться в подробности, но испытующий и полный интереса взгляд приятеля все же заставил себя перебороть. – У нас нет специализации внутри школы магии, скажем так. Но в целом, если представлять структуру библиотеки, то она состоит из шести залов. Самый дальний с опасной литературой закрыт печатями, и никто из нас туда просто так попасть не может. Не говоря уже о вновь явленных некромантах. О его нахождении знают тем более только Соколы. А каждый из оставшихся залов находится под опекой кого-нибудь из нас. И внутри залов книги и свитки также делятся на общедоступную и по отдельному требованию.

– Как у вас все сложно, однако… – задумчиво протянул Арестей. – Это разделение появилось по итогам последней войны?

– Да. Светлая магия не нуждается в таких охранных мерах, как считает правящий император.

– А ты как считаешь? – Райан в ответ лишь пожал плечами.

Пусть четкую позицию он и не озвучил, но проведя столько лет рядом с ним, я могу сказать, что данную систему он скорее одобряет. Ему, как некроманту, лучше остальных известны «подводные камни» собственной магии.

Довольно скоро мы оказались в зажиточном районе города. Здесь преимущественно располагались дома торговцев, каких-нибудь чиновников и тех, кто был в милости у императорской четы. Маги и военные в большинстве своем жили тоже здесь.

Оказавшись перед нужными дверями, я почему-то сразу поняла, кто является хозяином дома. Слишком прямолинейно о роде деятельности владельца говорили различные узоры и лепнина на фасаде дома – косточки, черепушки и что-то отдаленно напоминающее кладбище.

– Не хотела бы я себе таких соседей, – вырвалось у меня при взгляде на все внешнее убранство. Уж больно негостеприимно и максимально безвкусно.

Райан тем временем постучал в двери и стал ждать. Довольно быстро перед нами возник дворецкий, который, узнав цель визита, пригласил войти. Внутреннее убранство оказалось еще хуже – никаких черепов, но чрезвычайно много позолоты, бархата и мрамора.

– Точно бы не хотела, – снова подтвердила свою уверенность про соседей я. – Неужели, не уйди Райан со службы, тоже бы прикупил себе такой домик?

Нас провели в просторную гостиную, где предложили чаю и сообщили, что хозяин сейчас подойдет. Так оно и случилось. Не прошло и пяти минут, как двери громко распахнулись и на пороге появился владелец дома.

– Райан, какими судьбами? Рад тебя видеть! – Едва успевшего привстать из кресла некроманта сгребли в крепкие объятия, от которых он явно был не в восторге. – Ты в столице последний раз пару лет назад был!

– Вольфам, – учтиво обратился к нему наш приятель, отстраняясь. – Прости, что без приглашения.

– Ну что ты, – собеседник лишь отмахнулся, – Соколам я всегда рад.

Вольфамом оказался довольно крупный и высокий мужчина среднего возраста с коротко стриженной бородой. Он кутался в изящно расшитый домашний халат, который, впрочем, не скрывал хорошего телосложения. На висках виднелась густая седина, а взгляд проницательных глаз говорил о том, что некромант ничуть не потерял профессиональной хватки даже сейчас.

– Я смотрю, ты не один. – Вольфам подобно хищной птице вперился взглядом в Арестея, который, если и напрягся, то виду не подал.

– Да. Это мой друг – Арестей. – Маг кивнул в знак приветствия. – А вообще мы к тебе по делу.

– Очень интересно.

– Мне нужен доступ к библиотеке. – Райан решил, видимо, сразу ошарашить, но заметив удивление на лице некроманта, добавил: – У нас возникла проблема, ответ на которую хочу поискать в книгах.

– Даже если у вас проблема, с чего бы мне давать тебе доступ? Печать разделения была создана не просто так.

– Знаю. – Казалось, что я практически ощущаю то раздражение, которое испытывал в этот момент Райан, вынужденный просить кого-то об одолжении. – Мы обращались к светлым магам, но они не смогли ничем помочь. Я надеюсь, что можно будет найти что-нибудь в книгах по некромантии.

– Что у вас случилось? – Вольфам откинулся на спинку своего кресла и сцепил руки в замок.

– Мади помочь нужно, – подал голос Арестей, привлекая внимание.

– Мади?

– Подруга наша и моя спутница. – Райан снова вступил в разговор.

– А, та девица с мечами, – усмехнулся мужчина. – Понял. И что с ней?

– Попала под заклинание, которое странно сработало. Тело есть, а души нет. При этом она жива. Так что оживить не получится.

– Это как вы так вляпались? – В голосе Вольфама проскользнула заинтересованность.

– Долгая история. – В этот раз отмахнулся уже Райан. – Мы поищем еще в белой литературе, но хотелось бы и в нашей. Боюсь, что время у нас ограничено.

– Не проще ли убить мага, чтобы заклинание сошло на нет? – Вольфам задумчиво потер подбородок.

– Это сработает с некромантами, но не со светлыми. Противник был из белых, – Арестей тихо вздохнул. – Либо он сам создал это заклинание, либо где-то допустил ошибку в его активации. Из известных светлых заклинаний ничего похожего я не видел. Да и всякие марионетки и управление ими, скорее, некромантская стезя.

– Неужели подобных случаев не происходило?

– По крайней мере, нам об этом не известно. Я попросил знакомых поискать упоминание подобных случаев, но это довольно сомнительная затея.

– Тогда на чем основано ваше ограничение по времени? – Мужчина явно не собирался удовлетвориться сухими фактами и жаждал более подробного рассказа. Спокойная и размеренная жизнь быстро надоедает.

– Потому что Мади стала куклой, а у них есть лимит времени. Чем дольше лясы точим, тем слабее связь души и тела. – Райан максимально старался скрыть свое раздражение.

– Слушай, я все понимаю, – широко ухмыльнулся Вольфам, – хочется поиграть в доброго рыцаря да спасти принцессу от заклятия…. Только я с этого что поимею?

– А просто так помочь – обеднеешь, да? – уныло вздохнула я.

Использовать чье-то несчастье для личной выгоды максимально бесчеловечно. Но, если помнить с кем имеешь дело, то вопросы отпадают сами собой. Райан тоже не был исключением, хоть и проявлялась подобная мерзкая черта куда реже.

– Ничего. – Некроманты встретились глазами. – Мне нечего тебе предложить кроме услуги за услугу. Но не уверен, что это может тебя заинтересовать.

Их мысленная борьба длилась несколько минут, прежде чем Вольфам первым отвел взгляд. Он долго молчал перед тем, как принять решение. Работая много лет с Райаном в одной команде, я была лучше осведомлена о системе охраны библиотеки с темной литературой. Думаю, это и является главным камнем преткновения и незримого раздора между Соколами. Все подозревают друг друга во всем за спиной, улыбаясь при этом в лицо. Такое положение вещей было удобно, как и для самой императорской династии, так и для последователей светлой магии – вечных соперников некромантов.

Стоит отметить, что нашего проникновения в запретный зал можно было бы опасаться только в одном случае – если бы Райан собрал все печати. Он, собственно, планирует это сделать, но с небольшой оговоркой: для доступа к запрещенной литературе носители печати должны быть мертвы. Для пользования остальными отсеками достаточно лишь разрешения от носителя печати. Поэтому рвение Райана и Арестея почитать книги соседа максимально безобидны по своей природе.

– Я поделюсь печатью, но при одном условии. – Мужчина, наконец, нарушил тишину комнаты.

– Каком? – плечи Арестея невольно напряглись.

– В обмен на информацию. Мне интересно, как вы ситуацию разрешите. Если подобных случаев не было, значит вам придется создать что-то новое.

– Ты хочешь увидеть само заклинание и его противодействие? – Райан вскинул бровь. – И все?

– Ну и девицу под венец, как расколдуете. Как раз надумал жениться.

Повисшая тишина в комнате меня ошарашила больше всех. Наверное, я бы задохнулась от возмущения, если бы могла. Договариваться о какой-то там женитьбе не со мной, потенциальной невестой, а моими друзьями, верх свинства! Но бесил даже не этот факт, а молчание со стороны моих защитников. Сейчас бы им как раз встать и оскорбленно…

– Исключено. – Жесткий и сухой голос Райана вывел меня из раздумий, заставив вздрогнуть. Лицо его выражало максимальную благосклонность, чего не скажешь о голосе.

– Почему же? – Кажется, глаза Вольфама хитро блеснули.

– Если надумал жениться, то как минимум об этом нужно говорить с ней.

– Ну, если проблема только в этом… – мужчина сцепил пальцы в замок. – В таком случае, буду ждать ее возвращения.

– Сделку можно считать заключенной?

– Да.

Некроманты обменялись долгим рукопожатием. Вольфам активировал печать на ладони, оставляя менее яркую копию на руке Райана, которая тут же погасла, словно погрузившись куда-то под кожу.

– Пропадет примерно через месяц. Может и раньше, поэтому советую не тянуть с поисками.

– Учтем.

– Слушай, это нормально так оставлять? – едва мы отошли от дома Вольфама, спросил Арестей.

– Что именно? – Райан, не сбавляя темпа, шагал к следующему пункту назначения. Планировалось за сегодня посетить всех Соколов и собрать печати.

– Ну как это… – Он казался таким растерянным, что мне его захотелось даже пожалеть. – Я про женитьбу.

– Я понял. Что тебя смущает?

– Сама ситуация.

– Ты много думаешь, – Райан весело ухмыльнулся. – Вольфам шутит.

– Ты так в этом уверен? – Арестей с сомнением посмотрел на приятеля. – Он казался вполне серьезным.

– Ну сам посуди, Мадену он видел сколько лет назад? Я вообще не уверен, что он помнит, как она выглядит. Если уж и собрался действительно искать себе жену, то это не наша Мади. Слышала бы его слова, явно бы оскорбилась. Она себя слишком ценит.

В этот момент я, следующая за ними незримой тенью, даже как-то возгордилась. Райан, оказалось, знал меня очень хорошо и в своих предположениях был прав. В иных условиях в той гостиной я бы не промолчала. Впрочем, знать, что друзья тебя действительно понимают, очень приятно.

– Но рано или поздно и она захочет семью, какой бы свободолюбивой Мади не была.

– Ну тогда об этом и подумаем. Это же ее выбор. Воительницы в этом плане имеют больше прав, чем остальные женщины. – Некромант пожал плечами, сворачивая с основной улицы. – Хотя твое умение устраивать сюрпризы и удивлять никто из нас двоих уже не переплюнет.

– К чему ты это? – Арестей едва поспевал за спутником.

– Ну ты же у нас максимально непредсказуемый: то появишься из ниоткуда, то женишься стремительно, то заставишь голову сломать в поисках тебя…

– Ты преувеличиваешь! – Мага явно развеселила подобная характеристика. – Между прочим, о браке я еще ни разу не пожалел, хоть и прошло уже столько лет. А тянул бы, как ты, то, может, и упустил бы.

– Упустить можно рыбу с крючка, а не женщину. – Райан скривился и махнул рукой. – Короче, мы пришли.

В тот день мы обошли почти всех Соколов. Последний заход оказался неудачным – некроманта не оказалось в городе, но управляющий поместьем заверил, что он должен вернуться через пару дней. С остальными повезло больше. Мы смогли получить пропускные печати, а значит, и доступ практически ко всей темной литературе. Если Арестей не особо надеялся на положительный исход поисков среди светлой литературы, то Райан, наоборот, возлагал на темные знания большие надежды. На это в первую очередь влияла природа самого заклинания. Светлая магия была по своей сути более обширная – с ее помощью можно было не только вылечить, но и покалечить, едва ли не сдвинуть горы и разрушить целый город. Темная же была более узко направленная – касалась, в первую очередь, соотношения тела и души. А раз меня выбило из собственного тела, то и магия больше похожа на темную.

Но в таком случае вставал очень серьезный вопрос: как светлый маг смог использовать темное заклинание? Различны не только типы магии, но и источники их энергии. С чем же мы тогда столкнулись? И до чего же был смешон парадокс: у меня есть столько времени на размышления, но я мало что понимаю в магии, а у моих друзей так мало времени, хоть и достаточно знаний.

Глава 2

Жизнь призрака оказалась максимально скучной. Целыми днями я тенью следовала за своими друзьями, не имея возможности быть услышанной. Конечно, с любым порядком вещей ты свыкаешься, но становилось невыносимо тоскливо от отсутствия общения. Не хватало вечных веселых словесных перепалок с Райаном, а с Арестеем я вообще не виделась больше года. Хотелось просто закрыть глаза и забыться, а потом понять, что все это лишь плохой сон. Только не спалось.

Вечерами, когда ребята расходились после насыщенного дня, я оставалась с Райаном. За время путешествий вошло в привычку ради экономии средств снимать одну комнату на двоих, но с двумя разными кроватями. Довольно быстро мы научились уживаться друг с другом, не нарушая чужой комфорт. Поэтому и сейчас мы по-прежнему снимали небольшую комнатку в одной из городских таверн. Мой спутник почему-то отказывался от предложения Арестея погостить у него, ссылаясь на привычку ночевать в съемных комнатах. В этом мне было его не понять, но возразить, увы, я не могла. Было все еще непривычно видеть собственное тело, мирно покоящееся среди белых простыней, а Райану, как мне казалось, была дискомфортна тишина. Очень часто он задерживался в библиотеке допоздна, просматривая одну книгу за другой, или шел в какое-нибудь шумное место – таверну, паб, городскую площадь, чтобы просто не находиться наедине с самим собой. Но случалось и так, что до самой ночи он проводил время в кресле напротив моей кровати, уходя мыслями глубоко в себя и пытаясь найти там решение проблемы. В такие моменты Райан казался очень одиноким, хотя, скорее всего, это лишь мое видение.

Но, в конце концов, он засыпал, и я оставалась в одиночестве. Из обычного любопытства пыталась опробовать на себе различные возможности моего состояния: пройти сквозь стены, взлететь, попробовать поднять или хотя бы сдвинуть предмет. Последнее, к сожалению, никак не получалось, а вот остальное стало приятным открытием. Новым стало ощущение полета и преодоление гравитации. Где вы еще сможете не только, допустим, подпрыгнуть, но и зависнуть на высоте без последующего падения? Это казалось необычным и по началу даже забавляло, но довольно быстро приелось.

Дни тянулись медленно и безуспешно. Количество просмотренных книг увеличивалось раз за разом, но ничего подходящего не попадалось на глаза. В исписанных корявыми почерками древних фолиантах, свитках и талмудах я не разбиралась совсем, поэтому просто разглядывала бумажные богатства библиотек, пытаясь отыскать хоть что-нибудь интересное для себя на будущее. На глаза попадались даже какие-то интересные книжонки, но сначала запомнить, а потом их снова отыскать не получилось. Мои товарищи перерывали обе библиотеки так усердно, что найти в этом хаосе переплетов и бумаги хоть что-нибудь повторно вообще казалось мне сомнительным. Впрочем, решая не терять свои временные способности прохождения сквозь стены зря, я решила рискнуть и пробраться в тот самый последний запечатанный отсек с запретной литературой. Подействует ли на меня барьер или нет, я не знала, но терять, в общем-то, особо тоже было нечего.

Поэтому, пока мои приятели усиленно поглощали знания внешних залов, я большую часть времени проводила в поисках тайной комнаты. Имей я физическую оболочку, сделать подобное оказалось бы сложнее, но раз у меня было преимущество, то я просто насквозь вдоль и поперек прошла все здание, начиная с крыши и заканчивая подземными ходами. В последних искомое и обнаружилось. Непонятно было зачем некромантам в запечатанном зале, который никто не посещает, освещение, но, если учесть, что подпитываемые магией огни горят всегда и везде в стенах библиотеки, то и идея освещения подземных этажей не кажется такой уж нелогичной. В любом случае это сыграло мне на руку. Не представляю, что бы пришлось делать в полной тьме.

Большой разницы между книгами в открытых и закрытом залах я не заметила. Все такие же непонятные мне названия, чаще всего на древнеэрвудском языке, который я знала от силы на уровне трехлетнего ребенка, огромное количество свитков и парочка непонятных предметов. Может, для некромантов они что-то и значили, но для меня это был всего лишь мусор. Магический мусор. Впечатлило меня совершенно другое: тайный зал оказался не только двухэтажным, но и настолько обширным, что на полный его обход понадобилось несколько часов. Количество литературы, спрятанной за пятью печатями, оказалось в несколько раз больше той, которая доступна к прочтению.

Некроманты по своей силе ничуть не уступали опытным и старейшим светлым магам. Если для достойного противостояния соперникам достаточно лишь находящейся в открытом доступе ограниченной литературы, то каковы же на самом деле возможности темной магии, если ее изучить полностью? Это поражало воображение. Даже брать тех же Райана и Арестея, то в целом их магии примерно равны по силе. Однако столько лет проведя бок о бок с некромантом, могу с уверенностью сказать, что он умеет и знает больше, чем показывает. Возможно, это связано с тем, что светлая магия является более древней и от того изученной. Темная же появилась относительно недавно и еще в процессе создания. Тот же Райан сам во времена Великой императорской войны принимал участие в разработке возможных боевых заклинаний. И даже если позднее эти наработки оказались скрыты от чужих глаз, создатель не может забыть свое дитя.

Конечно, я уверена, что подобные «секреты» есть и белых магов. Однако, видя подобные тайны воочию, начинаешь понимать, зачем была создана столь сложная охранная система. Даже от простых названий заклинаний, попадающихся мне на глаза, порой становилось дурно. Совершенно не хотелось испытывать их действие.

Обидно было лишь то, что поделиться своими наблюдениями я, к сожалению, не могла. Уверена, что Райану было бы интересно заглянуть в эти книжечки хоть глазком. Он у меня, знаете ли, любит совать свой любопытный нос куда не следует.

В целом, каждый день был похож на предыдущий. Казалось, что я попала в какую-то временную петлю и теперь вечно буду наблюдать за тем, как мои товарищи с утра до ночи едва ли не в полной тишине проводят над разного рода книженциями. И не то, чтобы это отличалось от обычного их занятия – за редким исключением, например, как наше последнее путешествие с Райаном, – но хотелось уже определенности или хотя бы действий.

Нынешнее положение вещей настолько было мне непривычным и дискомфортным, что я уже начала себя накручивать почем зря: стала чувствовать на себе пристальные взгляды со стороны, но как бы не пыталась найти источник, это все не получалось сделать. А становиться сумасшедшей я не планировала. Хотя да, мысли об этом в столь нелепой ситуации, в какой оказалась я, комичны.

Сегодняшний день тоже не отличился чем-нибудь примечательным. До позднего вечера друзья перебрали еще с пару десятков книг, не найдя ничего стоящего, а потом Арестей все же уговорил Райана зайти куда-нибудь и выпить хотя бы по кружечке эля.

– Ар, сейчас не время расслабляться. – Некромант явно был не в восторге от данной затеи, но позволял тащить себя в сторону заветного заведения, пусть и нехотя.

– Да брось. Нам надо хоть немного расслабиться. Я уверен, что ты вообще почти не спишь. Чем ты вообще занимаешься ночами? Бдишь небось над Мади без устали. Боишься, что у нее пропадет дыхание? – Арестей явно попытался пошутить, но сказанные слова прозвучали явно несмешно. Райан оставил его реплику без ответа.

Мне же оставалось лишь вздохнуть, ведь пару раз я действительно замечала, что мой спутник периодически просыпается посреди ночи, дабы убедиться в наличии признаков жизни у тела. Это выглядело со стороны немного нездорово и попахивало паранойей, но будь я на месте Райана, делала бы, скорее всего, так же. Думаю, Арестей хотел нашего общего приятеля хоть немного взбодрить и отвлечь, да и себя заодно. Он тоже в последнее время выглядел потерянным и нервным.

– Смотри, там как раз есть столик. – Маг махнул на свободные места в дальнем углу у камина. – Давай сядем туда.

Едва они опустились на лавки, рядом возник юный парнишка с подносом в руках.

– Что заказывать будете?

– А что есть?

– Ребра в меду, рагу с кроликом, рыба речная запеченная… – Им принялись перечислять все меню таверны, но на шестом блюде Арестей нетерпеливо собеседника перебил:

– Постой. Мы уже определились. Принеси-ка нам две порции кролика, картошки с укропом и эля. Две кружки. – Маг взглянул на Райана, молчаливо разглядывающего на противоположной стене окно, и добавил: – Нет, давай четыре.

Едва паренек скрылся за стойкой, где маячил хозяин заведения, наступила тишина. Где-то на фоне за соседними столиками работяги после тяжелого трудового дня шумной компанией праздновали его окончание. Среди голосов слышались едва уловимые звуки лютни, а воздух насквозь пропитался запахом масла, жаренного мяса и хмеля. Райан все также безучастно смотрел в окно, а Арестей разглядывал липкие следы на столешнице от кружек прошлых посетителей.

– Ну у нас словно мои похороны, – не выдержала я. – Может, хоть обсудите что-нибудь, я не знаю? Что прочитали, за что зацепились? Не поверю, что совсем ничего не нашли в той куче книг, которую вы неделю перебирали.

– Слушай, Райан. – Арестей поднял на некроманта глаза. – Как думаешь, сколько у нас времени?

– Понятия не имею. – Мой сосед по лавке даже не соизволил на собеседника посмотреть. – Мало. Надо ускорить поиски.

– Мне Лаус и Фок помогают в Башне, но говорят, что пока глухо. Я, знаешь, о чем подумал? Может, стоит еще лекарскую литературу глянуть?

– Зачем? – Райан, наконец, перевел взгляд на приятеля.

– Глубокий сон. Думаю, ты знаком с этим.

– «Сон разума»? Такое довольно редко встречается и обычно заканчивается смертью.

– Это понятно. Главное, что такие случаи есть и описаны в лекарской литературе, которую можно посмотреть. – Арестей подождал, пока подошедший паренек выставит перед ними тарелки, а потом продолжил: – Что в этом случае делают некроманты? Раз вы общаетесь с душами, то это ваша сфера работы, не так ли?

– По-хорошему – да, но как часто к нам обращаются? – Райан хмыкнул. – Люди очень боятся нас и негативно относятся после войны, видя в каждом некроманте треклятого Таросса. Им проще позвать лекарей, чтобы те поохали рядом и несчастного поскорее приговорили к погребению живьем. А вот когда эти несчастные умирают действительно, то и появляется нечисть. Догадайся, как говорится, чем они на этот мир обижены.

– Да уж. – Маг раздавил ложкой картофелину в тарелке. – А из-за чего, с точки зрения некромантии, люди сталкиваются со «сном разума»?

– Довольно сложный вопрос, если честно. Причины «сна» могут быть разными. Ближе к нашей сфере, так это случаи проклятий, колдовства и особенно нестабильности магических сил, если брать новичков или самоучек. Если способности к магии проявляться начинают рано, то большинство детей не умеют с ними справляться, вот и получаем либо много детских смертей, либо страдания окружающих. – Некромант сделал несколько больших жадных глотков из кружки и поморщился. – Фу. Ну и пойло.

– Плохое? Я вроде бы здесь часто бываю. Никогда не плошали.

– Я уже отвык, что в столице эль разводят до состояния мочи. – Райан снова поморщился, но упрямо выпил кружку до конца, прежде чем отставить ее пустой в сторону. – В Варравии он куда вкусней.

– Интересны ваши впечатления о поездке. – Арестей тут же на мгновение оживился, но потом резко поник и добавил: – Жаль, что сейчас не до этого. Уверен, у Мади накопилось много смешных историй.

– Расскажет, как очнется.

Я с теплотой посмотрела на своего спутника. Он так искренне верил, что сможет вытащить меня из этой передряги, что я тоже не могла думать иначе.

Вообще, мы большую часть времени в году проводили за пределами столицы, в отличие от Арестея. Он не только состоял на службе, но и занимался обучением подрастающего поколения магов, поэтому покинуть пределы города пока не мог. Я и Райан же два года назад вместе подали в отставку, решив попутешествовать по стране и соседним государствам. Учитывая положение Райана, как одного из пяти Черных Соколов империи, добиться его отставки было довольно сложно. Однако нам позволили это сделать, но с двумя условиями: явиться ко двору по первому требованию и стать ушами и глазами императора во время своих странствий. Мы должны были не только собирать информацию, но и периодически примерять на себя роли дипломатов, особенно на территории соседей, когда это было необходимо.

На самом деле идея уйти со службы была моей. После Великой войны императоров власть нуждалась в большой и сильной армии, чтобы защитить свои границы и укрепиться внутри страны. Тогда для военных действительно было много работы и о спокойствии приходилось лишь мечтать. Шли годы, и со временем служба в имперской армии превратилась в пустое просиживание штанов – соседи вели себя слишком тихо, а внутренние неурядицы можно было уладить местными силами. Я же относилась к почетной имперской сотне, которую императорская семья держала лично для себя, но пустая трата времени была мне чужда. Эти избранные – Золотая сотня – были отобраны лично тогда еще юным императором Бросканом I и его матерью-регентшей Эллаей, среди всех тех, кто участвовал в войне на стороне нынешней правящей династии Нуварров. Почему выбор пал в том числе и на меня, до сих пор остается загадкой. Не стану отрицать, что я действительно этого хотела, но не считаю, что мой послужной список в то время стоит такого почетного статуса. Возможно, на это повлияла непосредственная защита маленького Броскана I при осаде дворца, но не уверена. В то время на кону стояла не столько жизнь династии, сколько государства. Если бы Таросс победил…

– Вторым типом причин «сна» могут быть как раз лекарские, – возвращаясь к теме разговора, продолжил Райан. – Тут уже все настолько разнообразно, что все и не упомнить. Но в большинстве своем это различные заболевания или травмы. По крайней мере, как говорят лекари.

– А ты чувствуешь разницу между первым и вторым типом? – Арестей, наконец, доел свою порцию и потянулся за элем. Реакция на него была чуть более положительной, но и его лицо слегка перекосило от напитка.

– Конечно. Думаю, что и ты почувствуешь подобное. Если кто-то использовал магию, разве не чувствуешь след?

– Чую, но мне все еще сложно определять тип. Так скажем, нюх слабоват. А уж говорить про определение по следу носителя магии вообще не стоит. Мне до подобных «псов» еще далеко.

– Только не говори, что ты рвешься в их ряды, – Райан скептически хмыкнул. – Сам ведь на дух их не переносишь.

– Не переношу, но заслуги признаю. В конце концов, среди преступников тоже много самоучек и неучей, а «псы» как раз хорошо их ловят благодаря своим навыкам.

– Ну, это верно. В любом случае не приходится сомневаться по какой причине Мадена стала куклой. Магия. Заклинание. Но это совсем не облегчает работу.

– Почему? Ведь если есть случаи наступления «сна разума» от магии, то есть и само заклинание.

– А вот тут ты ошибаешься, – некромант подпер голову рукой и вздохнул. – Во-первых, «сон» чаще всего это побочное действие какого-нибудь магического воздействия. Ну знаешь, захотел убрать своего недруга и нашептал условно «хочу, чтобы он исчез» или «сгинул». А у этого слова ой какое широкое толкование. Короче, причиной будет не слишком точная формулировка запроса. Или, допустим, идут к какой-нибудь условной бабке, магия у которой столь слаба, что хватает исключительно на кур да скот деревенский. Ну она и состряпает тебе за монетку все, что пожелаешь. Только силы не хватит, чтобы человека действительно убить, вот «сон» и будет результатом.

– То есть «сон разума» довольно сильное заклинание?

– И да, и нет. Он средненький, но проблема в том, что его неправильно используют. Это, знаешь, как с готовкой. Из муки, яиц и молока с маслом можно приготовить много блюд, если знать, что делать, а можно продукты просто перевести. Вот «сон» как раз второе. Но с Маденой все не так, – Райан запнулся, а потом все же добавил: – Наверное.

– То ты уверен, то нет. В чем проблема? – Арестей задумчиво поковырял вмятину на столе.

– Я не знаток в светлой магии. Точно могу сказать, что поразили ее заклинанием, причем белым, но результат как у темного. Проблема в том, что все варианты, когда побочкой становится «сон» – это сфера темных сил. Я видел людей под воздействием «сна», и это не наш случай.

– Все очень запутанно, – маг подвел итог, оставляя в сторону кружку. – Знаешь, я все же поищу и в лекарской литературе. Вдруг что-то поможет.

– Хорошо, – Райан в знак согласия кивнул.

Они еще посидели какое-то время, раздумывая над вариантами, где можно тоже поискать подсказки, а потом разошлись. Мой вечный спутник решил остаться в таверне, не желая возвращаться в мрачную съемную комнату, которая нагнетала уныние не только на меня, но и на него, как мне казалось. Арестей же отправился домой, заранее запланировав утреннее посещение Башни Древних Писаний с новым запросом. Тенью провожать его я не стала, а с Райаном сидеть было бессмысленно – залезть в голову к нему не могла, а буравить взглядом несчастного было совестно. Поэтому, выйдя на улицу из дверей вслед за какой-то компанией, я отправилась бродить по улицам города.

– Как ты это делаешь?

Я не сразу поняла, что обращаются непосредственно ко мне.

На улице было уже довольно темно и поздно, но народ по-прежнему все куда-то спешил и шумел. Мимо то и дело проходили громкие мужские компании, раскрасневшиеся от столь явного внимания дамы в сопровождении своих ухажеров, иногда пробегали стайки детей. Последних с минуты на минуту уже должны загнать матери по домам, поэтому они ловили последние моменты общего веселья. Лавочки постепенно начинали закрываться, рыночные торговцы собирали свои товары в телеги на ночь, чтобы следующим утром снова возобновить свою деятельность.

Небо постепенно чернело. Загорались первые звезды. Город жил своей привычной жизнью, и маленькие трагедии отдельных людей совершенно его не трогали. Далеко на Востоке, если приглядеться сквозь небольшой зазор между домами, можно быть увидеть шпили императорского дворца, который в это время начинал сказочно светиться огнями. И именно в эти вечерние часы чувствовалась такая чудовищная разница между верхами и низами общества. Мне много лет подряд претила мысль о столь несправедливом неравенстве в нашем государстве, но, побывав за последние два года в соседних странах, я вдруг осознала, что так везде. А порой бывает еще хуже.

Императрица-мать, пока была регентом при малолетнем наследнике, сделала много для того, чтобы улучшить положение простых людей. Сначала, после войны, конечно, было непросто. Возникали бунты, приходилось использовать силу для усмирения. А потом, когда более-менее была восстановлена финансовая система и пополнена казна, Ее Величество приняла ряд законов, чтобы снизить нагрузку на простых жителей – немного уменьшила налоги, расширила систему образовательных учреждений, позволила женщинам наравне с мужчинами получать образование и нести службу, увеличила количество лекарских храмов. За закон об упрощении ритуалов королевского двора и сокращение расходов на его содержание большая часть знати ее проклинала, не желая лишаться комфортной жизни. Впрочем, им все же пришлось смириться. Королева Эллая нечасто покидала пределы столицы, но в праздники все же появлялась на публике и проявляла тем самым благосклонность к народу. А позже подобное поведение перенял и сам император, когда полноправно взошел на престол. В некоторых вопросах он сохранял мягкость подобно матери, но в некоторых был чрезвычайно строг и даже жесток – сказались те ужасы войны, которые он пережил в детстве. И если в годы моей службы все было относительно спокойно среди знати, то о наличии тайных заговоров сейчас стоял большой вопрос. Политика Броскана I была слишком неоднозначной, чтобы понять отношение всего населения к ней.

Было бы, наверное, удобно использовать свое нынешнее состояние, чтобы раскрыть какой-нибудь заговор против власти или что-нибудь подобное. Только вот стоит ли оно того? Раскрыть, без возможности рассказать. Звучит совсем уныло.

– Эй, так все-таки, как ты это делаешь?

Я дернулась, возвращаясь мыслями в реальность и отрывая взгляд от горящих вдалеке огней. Рядом стоял мальчишка лет тринадцати, который смотрел прямо на меня.

– Что делаю? – не сумев придумать более умного ответа от растерянности, переспросила я.

– Ну как это… у тебя же тени нет! – И он, словно в доказательство, пальцем показал себе под ноги.

А там действительно присутствует тень от мальчишки и бочки, расположенной прямо под уличным фонарем. А вот меня, облюбовавшей эту бочку, там не было.

– А ты меня видишь? – задала еще более глупый вопрос я.

Паренек на мгновение засомневался, видимо, стоит ли со мной вообще разговаривать и не сумасшедшая ли я, но все же ответил:

– Вижу.

– Это… магия. – Меня вдруг накрыла детская радость от возможности просто перекинуться парой ничего не значащих слов хоть с кем-нибудь, что я едва удержала себя на месте. Захотелось этого пацана сгрести в объятия и то ли расхохотаться, то ли расплакаться.

– Врешь. Все маги, которых я видел, ходят в плащах и тоже отбрасывают тени! – собеседник недовольно нахмурился.

– Ну это правда так. Просто это особенная магия. – Я осторожно сползла с бочки, чтобы подойти поближе. – Слушай, а как твое имя?

Несмотря на бурю эмоций, что меня охватила, мыслила я трезво. Совершенно не хотелось спугнуть мальчишку, потерять его из виду, ведь, возможно, это мой единственный шанс связаться с остальными.

– Зачем тебе? – Прищурил собеседник свои большие глаза. – Я слышал, что ведьмы узнают имена и потом похищают детей, чтобы съесть.

– В таком случае, если считаешь меня ведьмой, то зачем первым заговорил? – Судя по реакции паренька и закушенной от досады губе, об этом он не подумал.

Я же присела перед ним и максимально, насколько умела, ласково улыбнулась:

– Не бойся. Я не ведьма и никого есть не буду. Меня зовут Мадена, но друзья зовут Мади. И ты тоже можешь. Если не веришь, то не называй свое имя. Но я хочу попросить тебя о помощи.

– В чем? – Малец недоверчиво посмотрел на меня сверху вниз. – Другие тебе разве не могут помочь?

– Абсолютно, – качнула головой, но глаз не отвела. – Видишь ли, другие меня не видят. Похоже, ты единственный, кто это может.

– Врешь. – Подросток насупился пуще прежнего и сделал шаг назад. – Не бывает такого.

– А если докажу? – Не дождавшись никакого ответа, я выпрямилась и махнула рукой, зовя за собой. – Пойдем.

– Куда это? – Он, естественно, насторожился и моментально напрягся.

– Да вот хотя бы туда, – я махнула в сторону ближайшей таверны. – Можешь не заходить, а только наблюдать в окошко. Просто посмотри, ладно? Но не убегай, прошу тебя.

Заходя в заполненное перегаром помещение, я чувствовала, как у меня дрожат руки. За уйму времени найти того, кто тебя видит, и по глупости упустить, было бы катастрофично. Церера была настолько большим городом, что при всем желании найти среди людей нужного ребенка будет почти невозможным.

Оказавшись среди уже изрядно напившихся людей, которые то ли горланили песни, то ли ругались друг с другом, я решила осмотреться. Мои действия должны быть настолько показательными, что сомнения исчезли бы сами по себе. Сначала я побродила среди столов, бесцеремонно махая руками перед лицами ничего не подозревающих пьянчуг, а потом, уловив краем зрения, что мальчишка все еще смотрит, забралась прямо на одну из столешниц, находившуюся ближе всего к окну. Прошлась по тарелкам и стоявшей посуде, пару раз подпрыгнула, а потом и вовсе уселась перед одним из наиболее горланящих мужиков. Как и предполагалось – ноль внимания.

– Они и правда тебя не видят! – с каким-то плохо скрываемым восхищением выпалил мой юный собеседник, едва я покинула стены таверны. – А ты ведь прямо по столу ходила!

– А ты не верил. – Я его восторга не разделяла.

Паренек скользнул по мне внимательным взглядом, словно решаясь на что-то, а потом как-то уж совсем тяжко вздохнул:

– Меня мама дома ждет. Я и так получу по шее, что задержался.

– Давай я тебя провожу. – Предложение оказалось спонтанным, но не беспочвенным. – Так будет спокойнее.

– Хорошо, – малец выдержал задумчивую паузу, прежде чем ответить. Он снова как-то странно взглянул на меня, а потом двинулся в сторону дома, увлекая за собой. – Почему ты хочешь, чтобы я тебе помог?

– Потому что только ты меня видишь. – Я шла рядом, разглядывая мостовую под ногами. – Мои друзья каждый день пытаются найти способ, но даже с ними я не могу поговорить по той же причине.

– А что ты от меня хочешь?

– Чтобы ты поговорил с ними от моего имени. Передал мои слова хотя бы.

– А кто твои друзья?

– Маги. Один черный, другой – белый, – я улыбнулась, – как два гуся из сказки.

– О, знаю ее. А ты, получается, серый гусь? – мальчишка поднял на меня искренние глаза, и я вдруг рассмеялась от этого глупого предположения. А, может, и не совсем глупого.

– Наверное. Но они оба сильные. Очень, очень сильные.

– Такие же, как маги из Башни или Соколы? – глаза парнишки заблестели, а я удовлетворенно кивнула.

В нем проснулась заинтересованность, это радует.

– Мои друзья – одни из них. Ты с ними можешь познакомиться вживую.

– Вау, – собеседник с восхищением выдохнул, – маги и Соколы такие сильные! Мама рассказывала, что они спасли императора от смерти и победили всех врагов.

Я лишь кивнула. Отчасти это действительно было так, но события последней войны за прошедшее с ее окончания время довольно быстро обросли слухами, особенно среди простого населения. Многие вещи им были не понятны, поэтому проще было поделить всех участников на своих и чужих, добрых и плохих. А уж детям история преподносилась в еще более укороченном варианте.

– Мурро, – неожиданно произнес мальчишка, останавливаясь перед дверями одного из домов.

Мы как-то незаметно дошли до бедного квартала, где по всей видимости, жил мой новый приятель.

– А?

– Зовут меня Мурро. – Он опустил глаза в землю и тише добавил: – Только не смейся.

– Почему я должна смеяться? – пришлось снова присесть, чтобы иметь возможность заглянуть парнишке в лицо.

– Все смеются, когда узнают мое имя.

– Почему?

– Оно странное.

– Не странное, а особенное, – я, подбадривая, улыбнулась. – Прямо как котик.

– Мама назвала меня так, потому что нашла в коробке с котятами. – Мурро, наконец, поднял на меня глаза.

– Очень необычное. И ты ни в коем случае не должен стесняться его. Имя многое говорит о человеке. Носи его с гордостью. Представь, что однажды станешь великим человеком и твое имя будут произносить с восхищением.

– Великим, как маги? – Паренек заинтересованно вытянул шею, с охотой впитывая мои слова.

– Или как могучие императорские воины. Станешь одним из Золотой сотни, например. Или будешь отменным сыщиком и твоего имени будут бояться преступники города, – я чуть изменила голос, пародируя: – «О нет! Этим занялся сыщик Мурро! Он такой же хитрый и ловкий как кот!». Только представь.

Мой приятель расхохотался, а я осталась довольна его реакцией. Унылые нотки и мысли пропали из столь юной головы.

– А кто ты такая? – успокоившись, спросил внезапно Мурро. – Если у тебя в друзьях такие сильные маги….

– Я расскажу тебе завтра, идет? – ушла от ответа я, выпрямляясь. – Сейчас уже поздно, а моя история очень длинная. Но если ты мне завтра поможешь, я отвечу на твои вопросы.

– Хорошо. – Мальчишка не сумел подавить одолевшую его зевоту, а потом и вовсе потер по-детски глаза рукой. – А где?

– Давай на том же месте, где ты заговорил со мной сегодня, в полдень. А потом я отведу тебя к моим друзьям.

Тут дверь позади нас неожиданно распахнулась, и на пороге возникла тучная женщина в фартуке и полотенцем в руках.

– Мурро, негодный мальчишка! Опять шлялся не пойми где допоздна! – Она ухватила паренька за рубаху и втянула в дом.

Он даже не сопротивлялся, а лишь жалобно взглянул на меня. Меня, которую никто, кроме него самого, больше не видел.

– До завтра, – в знак прощания помахала я ему рукой, прежде чем дверь перед моим носом закрылась.

Что же, этот день был долгим, но дарующим надежду. Встреча с Мурро оказалась подарком судьбы, который я никак не могла упустить. Если моя задумка осуществится, то, возможно, не все еще потеряно, и я вскоре смогу вернуться в собственное тело.

В условленный час, в полдень, Мурро на место встречи не явился. Я оправдывала его тем, что ребенок может просто плохо ориентироваться во времени, но даже спустя несколько часов, заветную фигуру в толпе не увидела. Хотелось волком выть от того, что мои ожидания были так бесчувственно растоптаны. Я испытала калейдоскоп эмоций – от отрицания и гнева, до полного принятия безысходности ситуации. Конечно, вечером можно сходить к нему домой напрямик и просто высказать этому мелкому поганцу все в лицо, но был ли в этом смысл?

– Похоже, мне так и суждено умереть незамужней девой, хоть и молодой, но в полном одиночестве, – произнесла я в пустоту, разглядывая, как собака на противоположной стороне улицы деловито грызет кость. – И даже не на поле боя. Какая жалость.

Вдруг, псина, не обращающая внимания до этого ни на что вокруг, подняла голову и прислушалась. Она стала пристально вглядываться в толпу на ближайшем к ней конце улицы, пока среди разномастных человеческих фигур не появился детский силуэт. Мальчишка несся на всех парах по неровной дороге, явно не глядя себе под ноги. Я какое-то время щурилась, пытаясь его разглядеть, пока не поняла, что это был Мурро.

Паренек остановился рядом с бочкой, на которой я все это время сидела. Он все порывался что-то сказать, но сбившееся дыхание и дикий пульс просто не давали этого сделать. Несчастного от бега даже скрючило пополам и, если бы не стена позади него, Мурро распластался бы прямо на земле.

– Отдышись, – посоветовала ему я, даже не колыхнувшись, – а то еще задохнешься тут.

– Мади, прости, – после длительной восстановительной паузы, наконец, произнес он, виновато взглянув на меня. – Мать потащила меня на базар, чтобы я помог ей с сумками. Я ей говорил, а она не слушала. Еще и побила меня полотенцем. Как не торопил ее, быстрее не получилось. Думал, что ты уже ушла.

– Мне некуда идти, – хмыкнула я, безучастно наблюдая за тем, как лучи вечернего солнца скользят бликами по окнам домов. – Главное, что ты пришел. Даже прибежал.

– Ну я же пообещал, что помогу. – Мурро как-то неловко переступил с ноги на ногу. – Еще ведь не поздно?

– Вроде бы. – Я поднесла на свет собственную руку, чтобы проверить насколько мое эфирное тело прозрачно. Честно сказать, не знала, можно ли будет подобным образом отслеживать изменения или нет, но это казалось в данной ситуации наиболее логичным. Спрыгнув на землю, я позвала парнишку за собой.

– Мои друзья очень недоверчивые, поэтому будут подозревать тебя во всем. Ты не бойся, главное.

– Они могут мне не поверить? – Мурро казался озадаченным.

– Могут, но мы их убедим.

– А как?

– Скорее всего, начнут задавать вопросы, ответы на которые знаю только я. А вообще, сориентируемся на месте. – Я свернула с широкой и людной улицы в тихий переулок и повела мальчишку за собой к дверям библиотеки. Поймать обоих мужчин сразу можно было исключительно там. – Белого мага зовут Арестей, а некроманта – Райан.

– А как я узнаю кто есть кто?

– Поверь, увидишь, и вопрос исчезнет сам собой.

Мы пришли совсем незадолго до того, как двери библиотеки отворились и на глаза показались оба моих приятеля. Арестей, чья копна ярко-рыжих волос огнем вспыхнула в лучах солнца, недовольно поморщился от ударившего в лицо света. Его белые одежды сильно контрастировали на фоне мрачного облика Райана, который был недоволен резкой сменой обстановки ничуть не меньше. Свет и мрак стояли рядом, нелепо щурясь от слепящих глаза лучей.

– Видишь разницу? – спросила я у Мурро. Тот молча кивнул. – Пошли, поздороваемся.

Пока мои друзья привыкали утопающему в лучах солнца городскому пейзажу, мы не спеша подошли к ним. Оба мага молча уставились на мальчишку, остановившегося напротив явно неслучайно.

– Давай, как планировали. – Я вперила в друзей внимательный взгляд, боясь упустить из поля зрения хоть малейшие изменения в лицах.

– Здравствуйте, – Мурро на пару мгновений чуть склонил голову в знак почтения. Он явно волновался, но все равно старался держаться достойно. – Меня зовут Мурро. И у меня сообщение от Мадены.

Мужчины молча переглянулись.

Глава 3

– Значит, ты утверждаешь, что видишь Мадену? – В голосе Райана было столько недоверия и скептицизма, что мне захотелось ему треснуть.

– Вижу, – кивнул Мурро, стараясь не показывать своего страха.

Я, в общем-то, понимала почему несчастный мальчишка сдерживает желание сбежать. Некромант совершенно не выглядел дружелюбным, а весь его облик и род деятельности говорили о том, что может случиться со лжецами. В народе ходили байки о злобе, вредности и кровожадности темных магов, но не стоит забывать также и о возрасте моего юного посредника, верящему едва ли не всему, о чем говорят.

Арестей выглядел куда доброжелательнее, хоть и подозрительно молчал. Я почему-то думала, что именно он первым вызовется проводить допрос с пристрастием.

– Они специально стараются казаться страшными, – шепнула я на ухо ребенку. – Мы с тобой в людном месте, никто тебя и пальцем не тронет.

Не знаю, помогло ли это Мурро почувствовать себя в безопасности, но это действительно было так. Отойдя от первого удивления, мои товарищи предложили перебраться в более удобное и тихое место для разговора. Сразу гнать паренька они не стали, но и доверия тоже не проявили. В итоге Мурро привели в какой-то ближайший от места встречи трактир. Место оказалось действительно тихим, по крайней мере, днем.

– Чем докажешь? – Некромант откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

– Она сказала, что вы будете мне вопросы задавать. – Малец неуверенно переводил взгляд с одного на другого.

– И какие же?

– Любые.

– Опиши ее, – Арестей неожиданно подал голос.

Его желание было странным и немного нелогичным. Мурро же повиновался, переведя глаза на сидящую рядом с ним меня. Представляю, как это выглядит со стороны: двое мужчин и ребенок, разговаривающий с пустотой рядом с собой.

– Красивая, – изучая меня, начал парнишка.

Я решила ему помочь, жестами указывая на что следует обратить внимание.

– Высокая. У нее светлые волосы и коса на плече. Одета во что-то… в штанах и рубахе. Говорит, что это ее походная одежда. – Он снова взглянул на собеседников и ткнул пальцем себе рядом со внешним краешком левого глаза. – И еще вот здесь три родинки.

– Что им только это даст, интересно, – задумчиво прокомментировала я, наблюдая за реакцией друзей.

Мужчины в лице не изменились, но Арестей наклонился чуть вперед.

– Откуда ты ее знаешь?

– Вчера встретил на улице.

– Вот прям все так просто? – маг вскинул бровь.

– Да. Она тень не отбрасывала, вот я и… – Мурро как-то замялся и замолчал.

– А ты со всеми сомнительными личностями разговариваешь?

– Ну началось, – уныло вздохнула я, украдкой взглянув на моего посредника. – Включил режим папочки. Крепись.

– Не со всеми.

– Но с женщиной, которая тень не отбрасывает, можно, да? Настолько бесстрашный?

– Мадена не страшная!

– А сказки ты читал? – деловито поинтересовался Арестей, на что Мурро еще больше вжал голову в плечи и потупил взгляд.

– Мама читала…

– Значит, должен знать, что все обманчиво. Злые колдуньи и ведьмы тоже представляются красавицами или милыми старушками.

– Ар, прекращай.

Арестей хотел было что-то еще сказать, но Райан слегка пихнул его локтем, останавливая. Мужчина вздохнул, немного помолчал, и лишь потом вернулся к теме разговора.

– Допустим, так все и было. Только все равно звучит не очень правдиво. Точно также можно было подслушать наши разговоры.

– Ну ты и умник, конечно, – вздохнула я.

Хоть маг и был прав, но для подобных действий нужен мотив. А какой мотив у ребенка не только подслушать, но потом еще и сидеть безбожно врать двум сильным магам?

– Про вопросы напомни им.

– Может, спросите еще что-нибудь? – робко спросил Мурро. – Мадена говорит, что можно что-нибудь посложнее, что знает только она.

– Вот как, – Райан вновь включился в диалог. – Тогда ответь: в каких странах мы с ней побывали за последнее время?

– Ой, да легко, – фыркнула я. – Мурро, перечисляй…

–… Варравию, Юманскую империю, королевство Цай, Хаон, Туво и острова Лунного моря.

– Пока не подам знак, повторяй за мной сейчас, ладно? – обратилась я к замолчавшему под тяжелым взглядом Райана мальчишке.

Он неуверенно кивнул, а я стала с паузами надиктовывать текст.

– А вообще, из всех мест, где мы побывали, тебе, Райан, очень понравились Варравия и Хаон. В Варравии вкусный эль. А еще там очень много миндальных деревьев, которые высаживали в честь погибших воинов, и вообще, миндаль – их гордость. Они добавляют его практически в каждое блюдо, но, оказалось, у тебя на него аллергия, и на приеме у базилевса ты едва не помер. В Хаоне же очень красивые места, много моря и фруктов. Ты даже захотел остаться там навсегда, если бы не одно «но», – Мурро послушно дублировал мои слова, с опаской поглядывая на притихшего некроманта.

Едва я замолчала, малец сразу добавил от себя:

– Мадена попросила передать.

– Какое «но»? – Арестей аж неосознанно вытянул шею от охватившего его интереса.

– Достаточно. Верю, – Райан вскинул руку, в попытке прервать рассказ, но я все же закончила, ощутив капельку злорадства:

– Он попытался продать дохлую мышь и яйцо, утверждая, что они волшебные, – паренек без дополнительной просьбы озвучил концовку рассказа и хихикнул.

– Серьезно? – Маг, не веря своим ушам, уставился на приятеля. – Это правда?

– Было дело. – Судя по недовольно поджатым губам некроманта, вспоминать он это не желал. Зато какой достоверный рассказ получился!

– Поверить не могу, – Арестей расхохотался. – Как ты вообще до этого додумался?

– Забудь, – собеседник снова отмахнулся, отгоняя не очень хорошие воспоминания, а потом переключился на притихшего Мурро. – Что в тебе такого, что ее видишь только ты?

– Я не знаю. Мадена говорит, что она много раз пыталась привлечь внимание, но ничего не вышло, – парнишка поерзал немного на месте. – А еще сказала, что все время была рядом и видела все ваши действия.

– Значит в курсе событий, – подвел итог Арестей.

С одной стороны, это облегчало нашу работу, а с другой, основная проблема меньше не становилась.

Он задумчиво посмотрел на Мурро:

– А почему ты вообще решил помочь?

– Мадена попросила. Сказала, что никто не сможет, кроме меня.

– Это, видимо, так, но… – мужчина замялся на мгновение, – понимаешь, Мурро, раз ты ее видишь, то должен быть всегда рядом с нами. Хоть мы и пытаемся найти способ помочь ей, общение будет происходить только через тебя. Это очень важно.

– Если буду задерживаться, мама будет ругаться, – парнишка занервничал. – Я не могу.

– Не переживай, достаточно будет только дня, – я мягко улыбнулась. – Ночью ничего страшного не произойдет. Главное, что ты вообще согласился помочь.

– Правда ничего страшного, если я буду приходить только днем? – Мурро с опаской глянул на сидящих перед ним мужчин, а те, смекнув, что такой вариант предложила я, кивнули.

– Пока подойдет и это. – Райан через окно взглянул на небо и вновь нахмурился. – Давайте переберемся в другое место, где можно обсудить все более подробно. У нас есть пару часов, прежде чем стемнеет окончательно.

Местом нашей следующей дислокации стала съемная и за столько времени едва ли не родная комната в таверне. Мурро впервые смог увидеть меня в живую, вновь убедившись, что я не плод воображения и не сумасшедшая, а всего лишь призрак. Тело на кровати по-прежнему не подавало особых признаков жизни, поэтому противиться столь пристальному разглядыванию со стороны мальчишки не стало. Он бесцеремонно потыкал меня пальцем, потрогал волосы, зачем-то в знак приветствия пожал руку.

– Где сейчас Мадена? – спросил Райан, остановившись посреди комнаты и наблюдая за пареньком.

– На окне. Господин маг как раз сел на нее. – Мурро молча пронаблюдал, как Арестей дернулся от его слов и поспешно слез с подоконника. – Сказала: «Спасибо». Говорит, что уже привыкла, что на нее вечно садятся.

– Ужасно, – многозначительно изрек маг, пристраиваясь на кровать рядом с парнишкой. – Я даже понятия не имею, что нам в этой ситуации делать.

– Для начала, пусть опишет свое состояние. – Райан занял кресло, всем своим видом показывая, что готов услышать рассказ.

Мурро прокашлялся и снова стал дублировать мои слова, осознавая всю серьезность ситуации и собственную ответственную роль. Было видно, что он мало что понимал из моих слов, но все равно очень старался. Я была за это ему благодарна. Пусть и с такими сложностями, но у меня хотя бы есть возможность общаться с другими. Не хотелось в наши проблемы втягивать ребенка, но другого выхода не было.

– Когда заклинание подействовало, то ничего не почувствовала. Просто отключилась. А когда пришла в себя, там, в поле, тело уже было само по себе. Пыталась хоть с кем-нибудь поговорить, сдвинуть предметы или привлечь внимание, но не сработало. Не хочется есть, пить или спать. В собственное тело забраться не получается, а через чужие прохожу насквозь. Сколько осталось мне, не знаю. Но эфирное тело вроде, – я привычным жестом поднесла руку на свет, – пока не прозрачное.

– Что же, занятно, – задумчиво протянул некромант и замолчал.

– Занятно, это помереть в расцвете лет! – недовольно отозвалась я.

– Это тоже озвучить? – услужливо поинтересовался Мурро, но я отрицательно качнула головой:

– Не нужно.

– Мади, мы и так во всю стараемся. Сама же видишь, если рядом, – примирительно произнес Арестей. – Но пока все глухо.

– Слушай, Мурро, а давай с тобой договоримся? – неожиданно обратилась я к мальчишке, подзывая к себе. Он устроился рядышком. – Когда я буду ладонь показывать, ты будешь озвучивать мои слова, тоже поднимая руку. Это будет нашим условным сигналом. Так всем окружающим будет понятно, что происходит.

– Хорошо. – Паренек пояснил правила игры всем остальным в комнате и показал тот самый жест, давая мне возможность высказаться, чем я и воспользовалась.

– Вы две недели роетесь в книгах, но путного так ничего и не нашли. Мне, знаете ли, как минимум неудобно, что я даже помочь не могу, не говоря про все остальное.

– Все было бы проще, знай мы, где искать. Заклинание, под которое ты попала, нетипично для обеих школ, понимаешь? Это и вызывает вопросы.

– А если обратиться к «псам»? Вдруг они смогут отыскать след того мага и откуда он вообще явился. Выйдем на логово и снесем все там к грохтам.

– Слишком поздно, – Райан качнул головой, разрушая мои надежды. Он внимательно разглядывал то место, где находилась я, но по-прежнему ничего не видел, кроме пустоты. – Это нужно было делать сразу. После суток, максимум двух, магический след рассеивается и потом ничего не найдешь. А мы с тобой еще несколько дней только до столицы ехали.

В комнате повисла удручающая тишина. С улицы доносились приглушенные звуки постепенно засыпающего города, в то время как внутри было слышно лишь наше дыхание.

– Просто невероятно! – в конце концов, не выдержала я. – Два здоровенных магических лба не могут решить магическую загадку. Легко размышлять и перебирать, не спеша грохтовы книжонки, когда твоя жизнь не висит на волоске!

– Это надо… – начал был Мурро, но я лишь злобно гаркнула:

– Нет!

– Что она говорит? – устало поинтересовался Райан, поднимая глаза на паренька. Тот лишь виновато поджал губы.

– Ругается на вас.

– Следовало ожидать, – некромант даже не удивился.

Снова повисла тишина. Было понятно, что мы зашли в тупик, из которого было не понятно как выбраться. Мурро устало зевнул. Райан лениво подпер голову рукой, разглядывая виднеющийся кусочек вечернего неба в окне. Арестей молчал, то ли задумчиво, то ли понуро разглядывая собственные руки. Время шло.

– Эй, малец, магии боишься? – неожиданно подал голос он, привлекая к себе внимание.

– Н-немного, – мой посредник даже заикаться начал. – А что?

– Есть одна идея, как можно сделать так, чтобы Мади слышали мы все. Но нужно твое согласие и доверие.

– Что ты задумал? – Райан невольно напрягся в кресле.

– Долго объяснять, – Арестей лишь отмахнулся. – Давай так. Сейчас уже поздно, поэтому я тебя провожу до дома. А завтра попробуем осуществить мою задумку.

– Хорошо, – Мурро как-то неуверенно согласился, растерянно глядя то на меня, то на мага.

– Вечно он своими кривыми объяснениями пугает людей, – улыбнулась я.

Забывшись на мгновение, коснулась плеча паренька рукой. Вместо привычного прохождения насквозь, пальцы почувствовали легкое покалывание и упругость, но отвлеченная на другое, я не сразу это осознала.

– Не бойся. Это совсем не страшно и не больно. Арестей очень добрый и мухи не обидит. И если передумаешь к утру, никто насильно заставлять не будет. Но просто попроси, чтобы он объяснил тебе получше.

– А ты можешь пойти со мной?

– Конечно. Может, тогда и Райан согласится пойти? А по дороге как раз господин маг нам расскажет, в чем заключается его великий план.

Как в последствии выяснилось, Арестей решил распространить способность Мурро меня слышать на себя и некроманта. Подобного он в своей практике и литературе не встречал, но все же захотел рискнуть и попытаться создать новое заклинание, которое в случае удачи избавило бы мальчишку от необходимости постоянно повторять мои слова.

– К сожалению, с возможностью видеть Мади я ничего сделать не могу, – сразу предупредил маг, когда мы вновь все собрались на прежнем месте следующим утром. – Со слухом попроще. Не уверен, что вообще получится.

– Это не навредит ему? – Райан кивнул на притихшего в кресле ребенка.

– Не должно, – Арестей улыбнулся, но вот уверенности в его голосе я совершенно не услышала.

Маг, кажется, вообще не спал ночью, пытаясь придумать нужное заклинание, поэтому выглядел сейчас очень уставшим и помятым.

– Как оно будет работать? Мадена спрашивает, – Мурро засуетился, поднимая руку в уговоренном жесте.

– Твое присутствие, чтобы мы слышали, будет обязательным. Хочу из различного потока звуков, поступающих в твою голову, выделить голос Мадены и продублировать нам с Райаном. Стало понятнее? – Арестей прошелся вдоль окна, отстраненно скользя взглядом по крышам домов напротив.

– Нет, – Мальчишка почесал затылок. – А такому можно научиться?

– Если есть способности к этому.

– А у меня есть?

Маг повернулся лицом к собеседнику и выдержал неприлично долгую паузу, с прищуром разглядывая паренька перед собой. Даже я, не особо сведущая в магии, понимала, что без магических задатков Мурро бы не смог меня заметить в тот день на улице. Пусть он этого и не осознавал, но его способности, кажется, даже на уровне ребенка были велики. Если уж мои друзья, являющиеся далеко не слабаками в магическом обществе, не смогли меня заметить… В общем, если мальчишку вовремя взять под свою опеку и правильно развить его силы, он может оказаться довольно сильным и способным магом.

– Ты хотел бы стать одним из нас? – Арестей изучающе скользнул взглядом по мальцу.

– Не знаю, – Мурро беззаботно заболтал ногами, – но маги сильные. Мама часто мне рассказывает о дедушке, который погиб, когда она была маленькой. Он был магом. И мама называет его героем. А еще часто говорит о магах из Башни.

– И что же она говорит? – Райан вскинул вопросительно бровь.

Его всегда раздражало превознесение конкурентов и занижение роли некромантов в победе в Великой войне. Мы, как участники, знали больше и понимали, что жертвы были с обеих школ. Но люди слишком часто мыслят стереотипами.

– Что они сильные и победили в войне.

– Только они?

– Кое-кого опять зацепило за живое, – хмыкнула я. – Пора бы уже привыкнуть к этому, господин уязвленная гордость.

– Ну и люди воевали. И еще темные маги.

– Вот как, – некромант многозначительно замолчал, явно не желая дальше разговаривать на эту тему.

– Магия – очень сложная вещь. Ей учатся многие годы, поступают в академию. – Арестей как-то незаметно оказался рядом с Мурро и положил руки ему на плечи.

– У нас нет на это денег. Сестрица недавно вышла замуж, а старший брат умер полгода назад, – мальчишка вздохнул и снова заболтал ногами в воздухе. – Да и в академии учатся только богатые. Меня туда не пустят. И вообще, кому сдалась эта академия? Я лучше с друзьями поиграю.

– А где они, кстати? – задала насущный вопрос я, наблюдая за тем, как начинают светиться ладони приятеля на плечах отвлеченного разговором Мурро.

Наверное, Арестей решил попробовать заклинание в процессе разговора, чтобы избежать ненужного страха со стороны ребенка.

– Дени и Райт уехали в соседний город на неделю, кажется. Кузина родила, вот их позвали на крестины.

– Смотри, как удачно сложилось. Ты не остался один и пока проведешь время с нами. Как раз хотел увидеть поближе магов, да? – Мурро удовлетворенно кивнул, бросив робкий взгляд на наблюдающего за ним Райаном, а я продолжила: – Зато потом будет, чем похвастаться.

– Они мне не поверят. Скажут, что я соврал и маги с обычными детьми не разговаривают.

– Зато разговаривают призраки, – хихикнула я.

Мальчишка весело улыбнулся, а потом, словно опомнился и оглянулся на мужчину за его спиной.

– А когда Вы будете колдовать?

– Уже, – коротко ответил Арестей, опуская взгляд на свои светящиеся руки. Мурро тут же напрягся, но голос позади поспешил успокоить. – Расслабься, ничего не происходит. Просто продолжай говорить с Маденой.

Подействовали его слова, конечно, с точностью до наоборот. Паренек не только занервничал и затравленно начал озираться по сторонам, но и упрямо замолчал.

Я многозначительно вздохнула, слезла с подоконника и подошла ближе:

– Слушай, а ты умеешь читать?

– Чуть-чуть. —Малец опустил глаза в пол, словно стесняясь этого. – Старший брат учил… пока не умер.

– Тогда давай я тебе помогу? – Я уселась на пол прямо перед ним. – В Хаоне я купила книгу с местными легендами и сказками. Книга очень старинная. Уверена, что там собраны самые древние сказки.

– Но я же не умею…

– А мы будем на ней учиться. Местами что-то я буду тебе читать, местами ты. Неужели сказки не интересны?

– Нет, – поспешил заверить в обратном Мурро, мотнув головой, – я люблю сказки. Мама раньше часто мне их перед сном рассказывала, но теперь говорит, что я большой для этого.

– Тогда, если ты попросишь Райана достать из моей походной сумки книгу и выберешь любую, то я тебе ее прочту.

Парнишка, немедля, попросил Райана выполнить просьбу. Мужчина молча повиновался, вытащив увесистый многостраничный том с затертым до нечитаемости переплетом. Книга действительно выглядела жалко. Старые желтые страницы говорили о многовековой истории, а твердая кожаная, местами поцарапанная обложка – о нелегкой судьбе. Однако было видно, что книга делалась на совесть.

– Где ты вообще это откопала? – Райан скептично осмотрел находку и передал ее Мурро. Тот принялся сразу же листать книгу, останавливаясь на редких иллюстрациях в начале каждой отдельной истории.

– В антикварной лавке. Отдали за копейки, лишь бы сбыть. Видимо, никто не хотел это чудо покупать, – хоть я и понимала, что некромант не услышит мой ответ, промолчать не смогла.

Вообще я планировала подарить ее дочке Арестея, ведь она просила у меня что-нибудь необычное привезти из поездки. Мурро был старше нее на пару лет, но глядя на парнишку перед собой, было понятно, что Арестей очень ответственно подходит к обучению собственного ребенка. Только вот я вдруг осознала, что совершенно не помню ее имени. Как зовут и как выглядит – не могу вспомнить, как бы не пыталась. Словно никогда не знала этой информации.

– Вспомню потом, когда уже не нужно будет, – успокоила я сама себя, наблюдая за тем, как Мурро увлеченно рассматривает картинки в книге.

– Ты что-то сказала? – поднял он на меня глаза, но я лишь отрицательно покачала головой.

– Ничего.

– Хочу вот эту, – мальчишка повернул раскрытую на нужной странице книгу текстом ко мне.

– Про мальчика, спасшего лисьего короля?

– Да.

– А почему именно ее?

– Рисунок понравился. И лисий король выглядит забавно, – Мурро ткнул пальцем в нарисованного персонажа.

– Интересно, – многозначительно изрек Райан за моей спиной, без проблем рассматривающий разворот книги сквозь меня.

– Хм… – я кашлянула, прочищая горло. – Но переворачивать страницы нужно будет тебе самостоятельно.

– Хорошо.

– В царстве ином, за песками бездонными, родился однажды на свет мальчик. Имя дали ему Леуш. Рос он ребенком кротким и добрым. Словом злым никого не обидит, лишь на помощь всегда приходит. Любила матушка его сильно-сильно, души в нем не чаяла. Только завидовала ей соседка, у которой тоже в тот год сын родился. Отличался он характером строптивым, непокорным и мстительным. О других никогда не думал, лишь беды приносил. Хотелось соседке, чтобы и ее сынок в деревне родной молву добрую имел. И стала подлости всякие устраивать – то кур ночью выпустит в чьём-то доме, то сломает что-нибудь, пока никто не видит. А как только люд к Леушу собирался, отправляла своего сынка на помощь, да строго наказывала, чтобы он дело делал, да и молчал, – я сделала паузу, пока Мурро переворачивал страницу. – Леуша же вздумала злая соседка оговорить. Начала она слухи распускать, мол видела, кто стоит за всеми бедами. Но не везло ей – не верили ей люди. Сынок, помогая, делал все так плохо, что становилось лишь хуже. Только Леуш, чьи руки в народе прослыли золотыми, мог с любой проблемой справиться. Озлобилась тогда соседка, решив сжить ненавистного мальчишку со свету. Попросила она Леуша помочь ей грибы собрать в лесу. Не знал он, что там его погибель. Согласился. Повела его злодейка глубоко-глубоко в лес, путь свой все больше и больше путая, чтобы точно Леуш дорогу домой не отыскал. Много времени прошло, солнце в зените. Только лучи сквозь густые кроны деревьев земли не достают. Сослалась соседка на усталость, да предложила привал сделать. «Долго мы с тобой по лесу бродим, Леуш», – сказала злодейка, предлагая мальчику пирожки. Заурчало у него в животе от запахов приятных, надкусил он пирожок первый, затем второй… Так и съел все, что дали. «Давай отдохнем немного и дальше пойдем», – вновь предложила соседка спутнику. А Леуша уже и в сон клонить начало. Согласился он, решив на пару минут глаза закрыть…

Сказку я читала не очень долго, но текстом умудрилась увлечься сама. Знакомые сказки родной Элларской империи уже не были такими интересными, а вот читать народный эпос и фольклор других стран оказалось довольно увлекательным. Мурро слушал не перебивая. В один момент мне показалось, что он даже начал забывать дышать.

–… с тех пор жил Леуш да лесным героем назывался. Был он всегда гостем желанным в лесу, а лисий король иногда и сам в его избу наведывался, да подарочки приносил, – дочитав до конца историю, произнесла я.

– Ух ты, – только и нашелся, что ответить, Мурро.

– И правда, – тут же отозвался Арестей, незаметно для меня переместившийся на подоконник. – Давно я сказок в твоем исполнении не слышал, Мади.

Я резко повернулась в его сторону. Не веря услышанному, взглянула сначала на одного мага, затем на другого.

– Вы слышали сказку? – Кажется, голос дрогнул.

– Слышали, – Райан довольно кивнул. – Почти с самого начала. Хороший из тебя рассказчик получился.

Я неловко прикрыла лицо ладонями, скрывая глупую, но счастливую улыбку на губах. Внутри бурлила такая радость, что я даже не знала, как с ней справиться. Всего лишь обычный разговор, но как он ценен, когда долгое время единственным твоим собеседником была ты сама.

– Чего замолчала, Мади? – Арестей чуть склонил голову на бок и зевнул, прикрывая рот ладонью. Было видно, что он очень горд успехом собственноручно придуманного заклинания.

– Радуюсь, – выдавила я. – Спасибо.

– Хорошо, что все получилось, – философски подметил Мурро, закрывая книгу и кладя ее на колени.

– Ты больше боялся, – хмыкнул маг, на что тут же получил комментарий от Райана.

– Потому что ты пугаешь. Нельзя ребенка подвергать заклинанию, не предупредив. А если бы это повлияло на его ход?

– Ну не повлияло же, – отмахнулся мужчина, решив переключиться на более насущные дела. – Раз мы теперь друг друга слышим, хотелось бы узнать от тебя что-нибудь стоящее.

– О, могу рассказать все в мельчайших подробностях, – усмехнулась я. – Начнем с того момента, как Райан до полусмерти напугал ухажера одной из твоих подружек?

– Это опустим, – кашлянул некромант под вопросительно-возмущенным взглядом друга. – Что ты думаешь о заклинании? Что со своей стороны выяснила?

– Не очень-то и много. Никак не ощущается наличие связи с телом. Даже не могу отследить собственное состояние. Но теперь могу проходить сквозь стены и зависать в пространстве. Я даже была в вашей так называемой запретной библиотеке, Райан. Но, к сожалению, все равно ничего не понимаю.

– То есть никаких изменений не произошло за это время?

– Вроде нет. Но мне кажется, что я схожу с ума. Мне вечно мерещится чей-то пристальный взгляд.

– М-да… вопросов меньше не стало, – задумчиво изрек Арестей. – По крайней мере, теперь мы можем ускорить поиски, используя дуэт Мурро и Мадены.

– Вы уверены, что мы там найдем ответ?

– Нет, но другие зацепки тоже отсутствуют.

Я лишь многозначительно вздохнула. Солнце уже было практически в зените, а мы еще даже не посмотрели ни одной книги в библиотеке. Такими темпами будем искать решение вечность.

Удачно использованное заклинание слуха хоть и позволило нам свободнее общаться между собой, но по-прежнему имело ограничения. Мурро должен был находиться в непосредственной близости от меня и компании, чтобы слышать мою речь. Днем мы пользовались этим правилом, таская несчастного мальчишку в библиотеку некромантов, а на ночь возвращали его в родительский дом. Утром все начиналось заново.

Я также присоединилась с Мурро к поискам. Он попутно открывал книги, не особо вдаваясь в текст, а я вскользь читала их, ориентируясь на ключевые слова, данные магами. Иногда делали перерывы, чтобы я могла поучить паренька чтению. Сначала Мурро очень стеснялся и тратил на это много времени, но постепенно привык и стал раз за разом наращивать темп. Вечерами же, прежде чем отправить его домой, как в знак некой благодарности за помощь, я читала Мурро сказки. Каждый раз он слушал с поразительным вниманием, едва ли не замирая на месте.

Эти сказки казались местами странными, но в целом были очень похожи на наши родные. Где-то отличались персонажи, но главная идея истории была привычной – добро победит, долг важнее желаний, упорство и хитрость помогут преодолеть любую проблему. Главными героями сказок были либо звери, либо какие-нибудь духи. Реже появлялись люди. Вперемешку со сказками, в книге также содержались и различные мифы, в которых объяснялась история появления местных богов и тех же духов, иногда являющихся героями сказок.

–… так и осталась с тех пор Руру духом первого снега. Ходят с тех времен предания, что если увидишь поздней осенью босоногую светловолосую девчушку в белой шубе не по размеру, то, значит, снега жди, – заканчивая чтение и поднимая глаза на Мурро, произнесла я.

– И почему все же маленькая девочка? – в очередной раз задал он вопрос мне.

Мы сидели все в той же библиотеке, ожидая, когда же мои товарищи, наконец, устанут и засобираются домой. День постепенно подходил к концу, за окном давно стемнело.

– Думаю, это связано с тем, что первый снег очень чистый и хрупкий, как маленькое дитё. Но чаще всего он пушистый, вот и шуба на ней белая, да не по размеру. Словно она утопает в ней, – пожала плечами я. – Другого объяснения не вижу. Не всегда можно понять логику в таких вещах.

– А можешь еще одну прочитать?

– Она почитает тебе завтра, Мурро, – обратился к нам подошедший Райан. – Сейчас зайдем поесть где-нибудь, а потом мы отведем тебя домой.

– А, забыл сказать, – паренек неожиданно встрепенулся. – Мама приглашает вас в гости на ужин.

– На ужин? – Арестей оторвался от чтения очередной книги и поднял на нас глаза. – С чего это?

– Она видела, как вы меня провожаете. Хочет познакомиться поближе.

– Значит, проверка, – подвела итог я и хмыкнула. – А я говорила, что два высоких лба, каждый вечер сопровождающие ребенка до дома, вызовут подозрение. Удивительно, что она еще к «псам» не обратилась, чтобы вас отвадить.

– Ты слишком утрируешь, – Райан скептически вскинул бровь.

– Ничуть. Только представь картину: двое мужчин с чего-то вдруг стали каждый день сопровождать парнишку.

– Я сказал маме, что я помогаю вам.

– Что конкретно ты сказал?

– Что встретил Мади и что она попросила помочь, а вы ее друзья.

– Ты рассказал матери, что встретил девушку, которую видишь только ты, и поэтому с тобой ходят два взрослых мужика?

– Да, – Мурро смотрел поочередно то на магов, то на меня, явно не улавливая сути.

– Что же… думаю, стоит наведаться, чтобы избежать недопонимания, – сделал вывод Арестей, захлопывая книгу. – Идем.

– Так значит, Мурро якобы помогает вам? – задал вопрос сидящий напротив моих приятелей мужчина, сверля обоих гостей тяжелым взглядом.

– Все верно. Его помощь неоценима, – доброжелательно улыбнулся Арестей, отламывая добрый ломоть от хлебной булки, лежащей в корзине по центру стола.

Расположившийся рядом Райан стоически молчал.

Когда мы в очередной раз компанией проводили паренька до дверей его дома, на пороге нас встретил его отец. По нему было сразу видно, что он самый простой работяга со сложной судьбой и потерянной верой в светлое будущее. Мужчина, которого звали Фредо, всем своим видом показывал настороженность и готовность в любой момент схватиться за нож. Мать мальчика, Уна, проявила больше дружелюбия, но скрыть волнения в движениях и позе не смогла. Было видно по обоим, что им эта ситуация не понятна, но обращаться к «псам» они не спешили, интуитивно понимая, что новые приятели сына непростые люди.

Отделаться простым разговором не получилось, и нас добровольно-принудительно усадили за стол. Было видно, что еда хоть и максимально простая, но по-домашнему вкусная. Нас ждали.

– И чем же он помогает? – Глаза Фредо с подозрением сузились, но это не произвело должного эффекта на магов.

Даже не представляю, что мог подумать отец в этой неоднозначной ситуации. Дети нередко становились разменной монетой в играх взрослых – их продавали как товар, втягивали в различные преступления в качестве исполнителя, а бывало, что и просто убивали.

– Пап, ну я же рассказывал… – начал было малец, но отец несильно хлопнул ладонью по макушке, заставляя замолчать.

– Не с тобой говорю.

– У нашей подруги есть некоторые проблемы, – уклончиво начал Арестей, деловито перекладывая в свою тарелку вареные картофелины. – Мурро единственный, кто может с ней разговаривать. Поэтому через него мы общаемся с ней, он же выполняет роль посредника.

– Втягиваете моего сына в какие-то мутные дела, уважаемые? Проблем с законом захотелось? – Хозяин дома словно бы показательно всадил в кусок тушеного мяса вилку.

Я присвистнула:

– Так вот, какое впечатление вы производите.

– Давайте кое-что проясним, – наконец подал голос Райан. Его лицо не отражало ни одной эмоции, но я знала, что он внутри ужасно бесится. – Наша деятельность более, чем законна. И я, и он, – некромант показал на Арестея, – не проходимцы с улицы, а маги на службе государства.

В доказательство своих слов, мужчина сначала пыхнул из ладони сгустком темного тумана, а затем немного отодвинул край рубахи, показывая запястье. У каждого мага, официально состоящего на службе при императоре, имелась особая метка. У Соколов это был черный силуэт птицы, заключенный в треугольник, а у светлых, как Арестей, – сплетенный из лент круг, в центре которого находился свиток. Остальные люди, владеющие магическими способностями, подобного не имели. Они занимались различной деятельностью, не всегда несущей положительные последствия, и нередко были замешаны в разного рода преступлениях.

– Ваш сын помогает Элларии, – добавил Арестей, вслед за другом показывая свою метку родителям мальчишки.

– Врет и не краснеет, – хмыкнула я, разглядывая убранство дома.

На самом деле, сейчас маги пользовались служебным положением, ведь проблема, в которую я вляпалась, никак не относится к государству. Вообще не уверена, что император в курсе нашего возвращения.

– Мое имя Арестей, а его зовут Райан, – продолжил тем временем мужчина, возвращаясь к трапезе.

– Вот те на… – многозначительно произнёс Фредо, переглянувшись с женой. – Неужто ни Соколы, ни маги не могут помочь вашей пострадавшей?

– Если бы могли, то и в помощи Мурро не было необходимости, – процедил сквозь зубы Райан, озлобленно накалывая на вилку маленький соленый огурчик.

– Эта ситуация сама по себе удивительна, – Арестей сделал большой глоток из кружки с горячим чаем, – но не в этом суть. Мурро ее видит, и это главное. А еще важно то, что у него есть способности к магии, причем неплохие. Не думали отдать его в академию?

– А с каких пор туда есть доступ таким, как мы? – Отец паренька мрачно сверкнул глазами. – Денег у нас нет, а платное обучение не потянуть. Сами же видите.

– В таком случае, что Вы скажете на предложение сделать его моим учеником?

– Правда?! – Мурро так резко вскочил с места, что стул под ним с грохотом упал на пол.

Арестей лишь кивнул, а Райан молчаливо побарабанил пальцами по столу.

– Ты что задумал? – Я нависла над магом, но он делал вид, что совершенно меня не слышит.

– Зачем Вам это, господин маг? – впервые за вечер подала голос Уна. Она взволнованно теребила полотенце в своих руках. – Зачем?

– Хочу развить его способности. Раз академия не по зубам, предлагаю стать его личным наставником. Пару лет поучится у меня, а потом я помогу поступить ему в академию. – Арестей отправил в рот еще один кусочек картофеля. – У Мурро есть отличные способности. В столь юном возрасте он может то, что не по силам некоторым взрослым.

– Даже пацан вас обставил, – ухмыльнулась я, присаживаясь на свободный край стола. – Тоже мне маги.

– Мальчишка будет на полном моем содержании и под моей опекой. В любое время сможете с ним видеться, но жить будет в моем доме. Обучу его основам и, если дальше захочет, отправится учиться дальше.

Судя по наступившей тишине, решение давалось трудно. Уна растерянно опустила глаза в пол, досадливо поджимая губы. Она явно не хотела отпускать сына из родного дома так рано, но возможность лучшей жизни для него была очень привлекательна. Фредо же, думаю, видел в Мурро своего наследника и продолжателя семейного дела, но в то же время прекрасно понимал, что способности есть не у каждого и нельзя упускать такой шанс. К тому же перспектива дальнейшего обучения и имперской службы значительно перевешивали. Ну и, в конце концов, сам малец был бы рад стать учеником сильного мага. Вон, как глаза заблестели.

– Скажи о его безопасности, Арестей, – обратилась я с советом к другу, наклонившись к его уху. – Родителям важно об этом знать, учитывая недавнюю потерю старшего сына.

– Мурро будет под моей защитой. Я отвечаю за него жизнью, – прислушался ко мне мужчина, сказав еще несколько слов для убедительности.

– Можно… он сегодня дома переночует? – Уна тихо вздохнула и подняла глаза на гостей.

Оба утвердительно кивнули, и женщина немного расслабилась.

– Если вы даете добро, то в таком случае не будем больше пользоваться вашим гостеприимством. – Райан поспешно встал, подав пример приятелю.

Родители Мурро проводили нас до двери, пожелав спокойной дороги. Паренек весь светился от счастья, чем сильно выделялся на фоне своих растерянных родителей.

– Я побуду с ним еще немного, так что идите без меня, – шепнула я друзьям, ставя тех в известность.

Все равно, без присутствия мальчишки мы не сможем пообщаться, поэтому можно считать имеющиеся дела выполненными на сегодня.

Было некрасиво бы подслушивать чужие разговоры, поэтому, когда Мурро отправили в его комнату, я последовала за ним. Родители паренька остались наедине с полученной информацией и столь скоро меняющейся жизнью.

Мальчишка сразу забрался на постель с ногами, небрежно скинув обувку, и похлопал рядом с собой, приглашая.

– Мади, садись рядом. – А как только я исполнила его просьбу, он сразу же восторженно затараторил: – Господин маг правда возьмет меня в ученики?

– Раз он об этом сообщил твоим родителям, значит, да.

– Но я же ничего не умею.

– Научишься. То, что ты видишь меня, уже поразительно, – я улыбнулась. – Не замечал за собой никаких странностей раньше? Предметы двигал силой мыслей случайно или свершалось то, чего хотел?

Мурро ненадолго задумался, а потом отрицательно покачал головой. Я вздохнула. То, что ребенок имеет некий потенциал, было понятно, но как планировал его раскрыть Арестей, я не знала. Может быть, есть у него различные магические штучки, быстро решающие проблему.

– Но знаешь… – Он немного поерзал на месте, а потом притянул к себе колени, словно бы желая спрятаться ото всех. – Иногда происходило то, что мне снилось.

– Например?

– Однажды мне приснилось, как мама плачет над могилой брата. Это было давно, и я даже забыл об этом. А потом Арун умер. – Мурро стал говорить тише. Его карие глаза внимательно смотрели на меня. – И мама действительно плакала, как в том сне.

– И часто так происходит? – От этого взгляда стало как-то не по себе.

– Не особо. Я редко помню, что мне снилось, – Мурро замолчал.

Было видно, что он хочет что-то сказать, но не решается. Я выжидала. Встала, неспешно прошлась по комнате, разглядывая скудное убранство – кровать, грубо сколоченный шкаф, пару стульев да занавески из самой дешевой ткани. На полу под окном лежало несколько книг, а рядом с десяток деревянных фигурок солдатиков. По стилю обработки было понятно, что мальчишка выпиливал их сам – неумело, грубо, но с диким рвением и интересом.

– Недавно мне снилась ты, – вновь нарушил тишину малец, подав голос.

Я заинтересованно к нему обернулась, в ожидании более подробного комментария, но собеседник снова замолчал. Пришлось вернуться на прежнее место рядом с Мурро.

– И что же ты там видел? – я коснулась руки паренька.

Легкое покалывание на кончиках пальцев стало полной неожиданностью, и я удивленно уставилась на место соприкосновения. В прошлый раз я убедила себя, что мне подобное просто померещилось, но, видимо, это не так.

– Смерть, – едва слышно произнес Мурро, но я, отвлеченная другим ощущением, не сразу поняла.

– Что?

– Ты там умерла, – он с такой грустью это сказал, что мне стало неспокойно.

– Не переживай. Этого не случится, – улыбнулась я. – Райан и Арестей найдут способ. Да и мы теперь помогаем им. Все будет хорошо.

– Угу, – мои слова не произвели должного впечатления. Мальчишка безучастно поковырял ранку на разбитой где-то коленке, а потом поднял на меня глаза. – Обещаешь?

– Обещаю. – Сказать это оказалось сложно.

Я сама не была уверена, что выберусь из сложившейся ситуации без проблем. Слова мальца лишь усилили и без того растущую внутри тревогу. Нет, связи между его снами и событиями я не видела. Бывает всякое, и, возможно, это была случайность. Да и часто бывает так, что мы ощущаем чувство дежавю. А вот отсутствие веры в счастливый конец даже у ребенка, честно сказать, сильно тревожило.

– Как только вернусь в тело, научу тебя драться на мечах. Будешь и в магии силен, и с оружием научишься обращаться.

– А ты умеешь? – глаза Мурро вновь заинтересованно засветились.

– Конечно. Я, между прочим, одна из Золотой сотни. – Я поймала себя на том, что позорно хвастаюсь перед ребенком. Дожили. Но его реакция была приятна.

Он удивленно ойкнул и его брови резко взлетели вверх.

– Правда?! – Мальчишка вскочил с кровати. – Вау! А ты… ты виделась с императором? А правда, что Золотая сотня лично его охраняет? Они ведь тоже живут в императорском дворце? – Паренек начал заваливать меня вопросами, от переизбытка эмоций аж подпрыгивая на месте.

Пришлось немного ему рассказать об устройстве быта особых имперских воинов. Хоть Золотая сотня и приближена максимально к императорской семье, не только она брала на себя ее защиту. Сотня была поделена между членами семьи и относилась к личной охране каждой отдельной персоны. Каждый из воинов сотни, назначенный в личную охрану, присягал на верность исключительно тому, кого обязался защищать. Даже в случае внутрисемейной борьбы за власть каждый воин защищал своего подопечного. Сотня составляла внутренний круг защиты императорской семьи. Внешний состоял из обычной дворцовой гвардии с постоянным составом. И если во внешний круг через службу можно было еще попасть за личные заслуги, то войти в сотню было практически невозможно. Император ни разу за годы своего правления не увеличивал количество состоящих в ней воинов, а значит, возможность попасть в сотню появлялась только тогда, когда кто-то из ее состава либо умирал, либо уходил в отставку.

Так, например, после моего ухода со службы, должны были найти замену. Сделали это или нет, увы, я не знаю, так как за прошедшие пару лет в столице я оказалась впервые. Да и до выяснения подобной информации не время. Впрочем, особым статусом и после отставки обладали уже бывшие воины сотни. Все, конечно, зависело от привилегий, которыми их наделяли бывшие подопечные. Моя служба до недавнего времени состояла в охране младшей сестры императора – принцессы Хтои. Сейчас ей около семнадцати лет. Нежная, юная, но безумно упрямая и справедливая. Она многим сочувствует, но не дает эмоциям взять верх и всегда мыслит максимально рационально. Не раз ее советы помогали молодому императору принять верное решение. Мы, ее личная охрана, даже иногда про себя называли принцессу «совестью империи».

Мое прошение об отставке опечалило ее, но все же принцесса Хтоя удовлетворила его. Она дала мне возможность увидеть мир и заняться собственной жизнью, попросив иногда навещать. За много лет жизни бок о бок мы привыкли друг к другу. Хтоя росла у меня на глазах. И планируя свое возвращение в столицу, я не забыла про нее. Одним из первых дел в списке стоял как раз визит к принцессе…но, как уже известно, все пошло не по плану.

– Я тоже хочу увидеть императора и всех остальных! Они такие красивые и великие, – с завистью произнес Мурро, развалившись на кровати.

Было видно, что слушал он с интересом, но поздний час постепенно одерживал верх – мальчишка говорил все медленнее, чаще закрывал глаза.

– Обязательно увидишь. Арестей тебя научит всему, и у тебя будет шанс увидеть императорскую семью.

– Мади… а твоя семья какая? – Малец широко зевнул и потер глаза. Он едва ли не клевал носом, но прерывать разговор не хотел. – Мою ты вот видела. Мать, отец… брат был, и сестрица недавно вышла замуж. А вот я про тебя не знаю ничего.

Его вопрос выбил почву у меня из-под ног. Я было открыла рот, чтобы с уверенностью рассказать про собственное детство, мать и отца, но вдруг поняла, что не помню. Не знаю, есть ли у меня эти отец и мать? Были и есть ли у меня братья и сестры? Где я жила, как росла – никакой подобной информации в голове просто нет. Я четко помнила, какими были изнуряющими тренировки в академии, как познакомилась с моими друзьями, как началась и закончилась война… Я смутно, но помню первый учебный день, где сразу стали проверять наши физические способности. Мне тогда было лет шестнадцать. Но что с остальным?

Если у меня была семья, то почему я ее не помню? Если я была сиротой, то хотя бы воспоминания о жизни в приюте должны были сохраниться. Но я, с усердием копаясь в собственных мыслях, так и не нашла никакой информации. Это оказалось так… пугающе. Неприятно.

Мурро, не дождавшись ответа, сладко заснул, прямо в одежде. Он так сильно уставал от нашей компании, что раз за разом засыпал едва ли не сразу, как голова касалась подушки. Я иногда тайком наблюдала за мальчишкой, поэтому знаю это. И в то же время его распирало от интереса и ощущения приключений. О, этот детский авантюризм.

Я коснулась его волос легким движением, вновь почувствовав легкое покалывание в пальцах, а потом встала. Сегодня здесь больше нечего делать. Пора возвращаться к Райану.

Ночь была холодна. Погрузившийся в крепкий сон город молчал. Изредка на улице появлялись одинокие прохожие. Они плотнее кутались в свою одежду, закрывали лицо от пронзающего холодного осеннего ветра. В укромные места попрятались даже бродячие животные, не рискуя совать нос наружу.

Со всеми этими поисками чудесного спасения моей заблудшей души, я и не заметила, как пришел мороз. В наших краях межсезонье было коротким и стремительным. Еще неделю назад было довольно тепло, сухую землю грело солнышко, а люди ходили в тонких рубахах. Теперь же погода резко испортилась. Я, коль тела не имела, не чувствовала холода, но, судя по облачкам пара, которые выпускали люди, температура на улице была довольно низкой. Еще виднелась местами зеленая, но очень унылая трава, а деревья стремительно старались сбросить с себя лишнюю листву.

Город спал. Во всех окнах, за исключением увеселительных заведений, погашен свет. Было довольно тихо, лишь в подворотнях угрюмо завывал ветер. Я медленно прогуливалась по косым крышам домов, перепрыгивая без особых усилий с одной на другую.

– Лети, перо, куда-то вдаль,

Где ты найдешь покой.

И пусть твой путь, такой витой,

Не остановит боль.

И как бы не был сложен путь,

Не забывай одно:

Я рядом, я всегда с тобой,

Лети, мое перо, – я напевала строчки какой-то колыбельной, слова которой всплывали в голове.

Не получалось вспомнить откуда я ее знаю, но от звучания этой незамысловатой песенки на душе становилось теплее. Она казалась такой родной. Моей. Хотелось бы в будущем эту теплую колыбельную спеть собственным детям, если я ее, конечно, не забуду.

Перепрыгнув на очередную крышу соседнего дома, я вдруг резко замерла. Прищурилась. На противоположном краю крыши кто-то стоял. Этой ночью оказалась пасмурной, и разглядеть человека было сложно. Но вот, словно бы услышав мою немую просьбу, из-за пелены облаков выглянула яркая луна.

Это был молодой мужчина, едва ли не юноша. Изящный. Непривычно длинные волосы, связанные лентой, жидким серебром стекали с плеча, цеплялись за одежду и робко касались лица. Черная шелковая рубаха контрастировала с ними, подчеркивала аристократическую бледность кожи. Он улыбался. Улыбался и смотрел прямо на меня. В этих янтарных глазах читалось что-то нечеловеческое, от чего стало резко не по себе.

Незнакомец же протянул ко мне руки ладонями вверх и произнес:

– Наконец-то, я нашел тебя.

Глава 4

Не знаю, какой реакции этот тип ожидал, но я не только не кинулась к нему в сомнительные объятия, но и предусмотрительно сделала шаг назад. Он это заметил и расстроено опустил руки.

– Я тебя напугал? – В его голосе звучала беспредельная грусть.

– Нет, – я внимательно следила за каждым его движением, – но всякий, кто ночью шастает по крышам, вызывает справедливое опасение.

– А ты сама?

– В себе я хотя бы уверена. Кто ты такой и что тебе надо?

– О, это очень интересный вопрос. – Мужчина очаровательно улыбнулся и, скрестив руки за спиной подобно какому-нибудь учителю во время наставлений, медленно двинулся ко мне. – Отвечу я тебе на него позже, но ты можешь звать меня Зульфагаром.

– Зульфагар? – я с сомнением вскинула бровь. – Ты что, подражаешь мифическому герою или какому-нибудь божку?

Собеседник вновь улыбнулся, но оставил колкость без ответа. Дойдя до середины крыши, он вдруг остановился, а потом и вовсе уселся на грязные и кривые черепицы.

– Какая разница, как меня зовут, Мадена. Ведь любое имя не принадлежит исключительно тебе от рождения.

– Откуда ты…

– Я многое о тебе знаю. – Зульфагар устремил взгляд куда-то вдаль, но я чувствовала, что он видит каждое мое движение. – Кто ты такая, чем живешь, кто тебя окружает. Знаю, что с тобой приключилось и что произойдет в дальнейшем.

– И что же?

– Все просто, – мужчина хмыкнул. – Ты умрешь, как и многие до тебя.

– Кто ты?

– Я тот, кто видел десятки подобных тебе: потерянные души, не способные вернуться в собственное тело. Одинокие, всеми преданные и забытые. Появляются и исчезают навсегда. В борьбе со временем они каждый раз проигрывают, но, может, оно и к лучшему. Как считаешь?

– Считаю, что ты стал еще подозрительнее после подобных слов. – Уверив себя в том, что в нынешнем состоянии убить меня сложно, я осторожно подошла к собеседнику.

Он дружелюбно похлопал рядом с собой, приглашая сесть. После некоторой заминки, я все же так и поступила.

– И все же тебе интересно. Я могу ответить на некоторые твои вопросы, если хочешь.

– Ты все еще не ответил на самый первый.

– Ах это, – Зульфагар тихо рассмеялся. – Давненько я не рассказывал о себе. Когда-то давно я был обычным магом. Но, как и ты однажды попал в это, так скажем, Междумирье. И уже долгое время нахожусь здесь.

– Насколько долго?

– Столько не живут. – Он выдержал паузу, глядя мне в глаза, а потом снова отвернулся. – Поэтому и говорю, что ты не первая. Хотя, стоит признать, подобные встречи случаются редко.

– Почему ты не умер? Пророчишь мне смерть, но сам живее всех живых.

– Как знать, – мужчина пожал плечами. – Может быть потому, что я бывший маг?

– Разве другие маги сюда не попадали?

– Бывало и такое. Но, как оказалось, они были слабы.

– Ты не пробовал выбраться?

– Пытался, и не раз. Но, как видишь, я здесь, – Зульфагар поднял руку вверх, чтобы ладонь оказалась на фоне лунного диска. – Как и ты, я боюсь однажды раствориться. Пока удача на моей стороне.

И действительно, его тело не имело даже намека на прозрачность. Я задумчиво повторила его жест, проверяя свое собственное состояние. В последнее время я начала чувствовать какие-то изменения, но верить в них упорно не хотела. Пусть моя ладонь и не пропускала свет подобно паутине, но ощущение того, что что-то меняется в эфирном теле, не отпускало.

Он молча проследил за моими действиями, а потом, как бы невзначай, негромко произнес:

– А вот тебе этого не избежать.

– Я не исчезну, – отозвалась я резче, чем хотелось бы, попутно пряча руку в рукавах. – Меня вытащат.

– Сколько прошло с того времени, как ты сюда попала? Месяц? – Мужчина загадочно сверкнул глазами. – Далеко ли твои приятели продвинулись в поисках, Мадена?

– Нет, но… – начала было я, но меня снова перебили.

– Чем дольше твоя душа отделена от тела, тем слабее связь. Однажды ты просто не сможешь вернуться в него. Сейчас ты уязвима как никогда. Все эти коллективные чтения не помогут. Они бесполезны. Еще никто не покидал этого места, избежав смерти. Даже то, что тебе повезло найти того мальчишку, не поможет. Конец у этой истории один.

– Зачем ты все это мне говоришь?

– Даю совет, – Зульфагар вновь улыбнулся, но глаза его были предельно серьезны. Стало резко тревожно и дискомфортно находиться под этим взглядом. – Смирись, Мадена.

– Если ты многое знаешь обо мне, то не станет секретом и то, что я просто так не сдаюсь. Особенно, пока есть надежда.

Мужчина задумчиво хмыкнул и почему-то замолчал, вновь засмотревшись на яркие огни вдали. Он неосознанно прокручивал неприметное колечко на указательном пальце и, словно бы, не планировал продолжать разговор. Но потом вдруг подал голос снова.

– Тот мальчишка… очень интересен. Я ни разу не встречал кого-то, способного видеть нас.

– Тебя он тоже видит?

– Не проверял.

– Хочешь, я познакомлю вас?

– Позже. – Зульфагар снова на какое-то время замолчал, но потом опять возобновил диалог. – Давно я вот так просто с кем-нибудь не говорил. Обычно попадающие сюда исчезают примерно за месяц. Твоя душа очень сильна, хоть ты и не магичка. Я успевал находить подобных тебе до их смерти, но знакомство было недолгим. Со временем они начинали забывать свою жизнь. Из памяти стирались имена, события, люди. Порой даже не замечали того, что чего-то лишились. А перед исчезновением помнили только последний месяц, проведенный в Междумирье.

От его слов сдавило грудь и стало тяжело дышать. Я сразу поняла, что он не врет, ведь со мной уже начало происходить что-то подобное. Буквально пару часов назад я не могла вспомнить свое детство. И ведь правда, что это протекает незаметно, быстро и, кажется, бесповоротно. Теряешь частичку себя, но что остается после?..

– Знаешь, тебе еще повезло, Мадена.

– От чего же?.. – я с трудом озвучила вопрос из-за вставшего в горле кома тревоги.

– Ты умрешь в кругу друзей. Они, судя по всему, довольно неплохие маги, если смогли определить твое состояние. Многих до тебя просто приписывали к мертвым и заживо хоронили. А если нет тела, то и душе некуда будет вернуться.

– А ты?

– Мое тело? – Зульфагар грустно улыбнулся. – От него ничего не осталось. Тело – пристанище души, а у меня такого нет.

В этот раз мы замолчали оба.

Была середина ночи. Холодно, темно и одиноко. В это время суток наружу лезет все то, что днем прячется глубоко внутри. В голову начинают лезть непрошенные мысли, сложные и неоднозначные вопросы, а кому-то приходят гениальные идеи. Темнота срывает оковы собственного контроля, дает дорогу откровенности в разговоре с кем-то или самим собой.

Ночь – время преступлений и полной свободы. Социальной. Физической. Душевной. Ночь – опасное время.

– Думаю, мы с тобой еще встретимся, Мадена, – неожиданно произнес мужчина, легко поднимаясь на ноги. – Твоя надежда вводит тебя в заблуждение, дает веру в какой-то иной исход, но я слишком многих видел. Не трать свои силы зря. Просто смирись с тем, что смерть скоро придет за тобой. Этот процесс необратим. Ты – не исключение.

Он провел рукой по волосам, убирая непослушные светлые пряди назад, а потом слегка поклонился прощаясь.

– Доброй ночи.

– Куда ты?

Мой вопрос остался без ответа. Зульфагар, дойдя до края крыши, спрыгнул вниз и просто исчез, оставив меня одну. А я так и продолжила сидеть на том же самом месте до тех пор, пока на востоке не показались первые отблески рассвета. Начинался новый день.

Утром я рассказала друзьям про ночное знакомство, но очень кратко. Не стала вдаваться в подробности разговора, передав лишь суть. Сначала они очень удивились, но потом посоветовали поговорить с Зульфарагом еще раз. Если мой случай не единственный, а он является свидетелем подобных, то знаний о причинах случившегося у него как минимум больше.

– Даже если исход Зульфагар видел всегда один, следует сначала разобраться, почему это произошло. Если докопаемся до сути, то и остальное появится шанс изменить, – сказал Арестей, выслушав мой рассказ.

– И побольше бы узнать о нем самом. Не ограничивается все тем, что он когда-то был магом, – задумчиво добавил Райан. – Если этот Зульфагар настолько сильный маг, что смог длительное время продержаться в таком подвешенном состоянии, да еще и без тела…

– Можно сделать еще один запрос в Башню Древних Писаний, но в отдел хроник. Война, конечно, многое уничтожила, но вдруг повезет.

– Я не знаю, сколько прошло времени с его попадания в Междумирье. А когда спрашиваешь в лоб, то всячески увиливает или говорит размыто. – Я рассеяно наблюдала за тем, как Мурро разглядывает различные безделушки, привезенные мною из путешествий.

– Есть, что скрывать?

– Понятия не имею, но возможно. Хотя бы радует тот факт, что это оказалась не паранойя и за мной действительно наблюдали. Думала, что начала сходить с ума.

– А больше ничего странного не замечаешь за собой?

– Нет, – я почему-то солгала раньше, чем успела подумать над ответом.

Не хотелось говорить им и признаваться самой себе в том, что воспоминания из памяти постепенно стираются. Казалось самым простым решением – игнорировать проблему, словно она потом исчезнет. А по факту было страшно думать про это, заострять внимание. Конечно, я скажу им, но не сегодня.

– Попытайся с ним поговорить снова. Найди его и достань еще информации, которая сможет помочь. – Некромант стал выстраивать план дальнейших действий. – Арестей сделает запрос в Башню. Пусть ускоряются, насколько возможно. Раз срок в месяц, о котором говорил Зульфагар, прошел, мы не знаем, что дальше и как пойдет.

– Есть ли смысл продолжать искать в литературе? – То ли новый знакомый так повлиял, то ли безрезультатность поисков, но сомнение в рациональности их продолжения начала расти.

– Пока не будем бросать. У нас лишь расширилось поле исследований. Причину твоего состояния, то самое заклинание мы так и не нашли.

– А существует ли оно вообще? – я лишь тихо вздохнула, но моего комментария никто не услышал.

Пусть мы решили, как будем действовать дальше, все шло не совсем гладко. Противные маги отдела хронистики задергали Арестея с различными вопросами и отписками – они принципиально не хотели даже вникать в суть проблемы, отмахиваясь от его просьб со словами: «По положению не положено». Давать доступ к архивам ему самому тоже не желали, считая подозрительным столь рьяный интерес к столетним пыльным трактатам того, кто отдел хронистики до этого не посещал вообще. Из-за того, что Башня Древних Писаний, как оплот белых магов, была огромной и содержала в себе несколько департаментов, считалось нормальным явлением полное отсутствие связей между ее различными отделами. Лишь на уровне высших рангов происходило взаимодействие, в то время как средние обыватели порой даже не знали, как добраться до того или иного подразделения. Арестей, в силу своей общительности, имел связи практически везде. Пришлось прибегать к ним и в этот раз, чтобы ускорить процесс получения желаемого.

В итоге маги-хронисты, спустя несколько длинных дней, предоставили около пяти сотен книг, где хоть как-то упоминалось имя «Зульфагар». Они охватывали огромный временной отрезок – начиная с последних пятнадцати лет и заканчивая тысячелетней историей. Имя оказалось не таким уж странным и мифическим. Да и магов с таким именем за предлагаемый к изучению период было не меньше сотни.

Для того чтобы хоть как-то сократить поиски, нужно было получить больше информации о новом знакомом. Только вот за следующую неделю я его ни разу не встретила. Даже надежда, что он придет на мой зов, с треском разрушилась. Зульфагар исчез так же неожиданно, как и появился. Внес смуту в размеренный и выверенный план моего спасения… и испарился.

– Вы только послушайте: Зульфагар фон Тейт, который жил примерно 150 лет назад, прославился тем, что больше пятидесяти лет выдавал себя не только за графа, но и за мага.

– Это как вообще возможно?

– Здесь написано, что он обманывал целую, пусть и небольшую, но провинцию. Явно не дурак. Использовал различные третьесортные амулеты и безделушки, которые покупал в столице у настоящих магов и шарлатанов. Сами знаете, как последние любят дурить народ. – Я перелистывала страницы очередного тома хроник в поисках чего-нибудь полезного.

– Напусти на себя грозный вид да пару раз с помощью зелья и ловкости рук создай вокруг себя туман и свечение, народ сразу клюнет, – некромант лишь пожал плечами. – За время наших скитаний видели много необразованных людей.

– Но военная академия имеет сотни учреждений по всей стране, – Арестей с сомнением вскинул бровь. – Да и император вроде как развивает систему образования.

– Не каждый может позволить себе обучение. А пока система государственного образования наладится, уйма лет пройдет. Идея создания школ слишком трудно выполнима, да и глухих деревенек немало.

– Этот Зульфагар в итоге просто сыграл на глупости людей. Наплел людям, что он изгнанник соседнего государства, и в нашем ему дали убежище да землю в придачу. Вместе с этими людьми. Где-то припугнул, чтобы не сомневались, а потом и вовсе предоставил липовый указ императора, – я продолжила кратко пересказывать то, что успевала вычитывать в книге. – Так понимаю, что читать никто не умел, поэтому поверили.

– И что произошло, когда обман раскрылся?

– Если верить тому, что написано, то на эти земли пришли реальные хозяева. У владельца земель помимо этой провинции были и другие, поэтому он не сразу заметил отсутствие в получаемых налогах. Слишком незначительной была потеря. А когда заметил, то времени на разборки тоже не нашлось, так как глава рода умер и среди потомков началась дележка наследства. И лишь когда все утихло, руки дошли до Зульфагара фон Тейта. – Я попросила Мурро, который был в этот момент моими руками, перевернуть потрепанную страничку. – Лжеца, недолго думая, отправили под суд, а потом и вовсе казнили.

– Какое-то довольно жесткое наказание, по-моему. – Арестей отложил в сторону очередной проверенный том по темной магии и взялся за следующий. – Смерть полагается в основном за что-то, связанное с честью государства и его защитой.

– Зульфагара судили не столько за незаконное использование земли, сколько за очернение имени императора. Он ведь выдавал себя за беглеца из соседней страны, так еще и использовал саму императорскую семью, приписав им то, что изначально было неправдой.

– Что-то подобное статье о клевете?

– Скорее всего. Видимо, потом такую статью убрали из свода законов. Она мне не знакома.

– Да, тоже впервые слышу. – Маг откинулся на спинку стула и потянулся. – Интересные все-таки эти Зульфагары. Про какого по счету ты нам рассказываешь?

– Восьмой где-то. Это еще наиболее яркие.

– Да, многих мы просто пропускаем, – подтвердил мои слова мальчишка, перелистывая очередную страницу.

После того, как нам предоставили хроники, время зря упускать было нельзя. Нам с Мурро было поручено изучать историю в попытках найти что-нибудь важное про моего нового знакомого. Арестей же с Райаном продолжили изучать магическую литературу. Иногда маг пропадал в Башне, собирая информацию от наших помощников – их задачей было изучить лекарскую литературу, посвященную «сну разума».

Дни вновь пошли своим чередом, не принося за собой никаких глобальных подвижек. Днем пропадали в библиотеке, а вечерами, прежде чем разойтись, проводили время в съемной комнате. Я продолжала учить Мурро чтению на материале иностранных сказок. У него, кстати, стало куда лучше получаться. Мальчишка меньше сбивался при чтении, и скорость процесса значительно возросла. Проблемой было то, что он не всегда понимал смысл прочитанного, все внимание уделяя правильному произношению. Но в любом случае, прогресс был, и это радовало.

После наших уроков Арестей забирал Мурро с собой в свой особняк. Не знаю, учил ли он его магии, но внешне никаких изменений я не заметила. Разве что пополневшие щечки мальца – мужчина своего новоявленного ученика не думал морить голодом, а лишь усиленно откармливал.

Только ставшая уже привычной рутинная жизнь после встречи с Зульфагаром спокойствия не приносила. Раз за разом я прокручивала в голове наш диалог, жирным пятном из которого выделялись его слова: «Смирись, Мадена». Тревога внутри росла. А потом оказалось, что неспроста.

– Слушайте, ну это же невозможно все изучить. Почему мы не можем попросить помощи у еще кого-нибудь? – пролистав, кажется, тридцать седьмой том хроник, я взвыла.

– Кого, например? – Райан скептически выгнул бровь, умудряясь при этом разминать шею.

– Да тех же твоих Соколов! Им все равно нечем заняться. Уверена, что Вольфам бы не отказал. По нему же видно, что скука извела.

– Если бы пришлось в бой идти, он бы ринулся первым. Но копаться монотонно в книгах – не про него.

– Ну а у Арестея? Столько знакомых. Неужели некому? Будь у нас хотя бы человек десять, управились бы за неделю.

– Без специального приказа и пальцем не пошевелят, – уныло отозвался маг, вздыхая. – Масштабных событий не происходило давно, а личные проблемы мало кого волнуют.

– Мади, – Мурро неожиданно позвал меня, привлекая внимание всех. – А почему ты мигаешь?

– Что? – Я машинально вскинула руки, чтобы хоть как-то видеть себя.

– Мадена? – произнес мое имя Райан, моментально напрягаясь.

Я не ответила. Мурро был прав. Даже мои ладони, подобно свечи на ветру, дрожали, становясь то почти полностью прозрачными, то наоборот. Я панически начала ощупывать себя, словно бы это помогло определить сохранность остального тела. А потом в груди так резко стало больно. Острая, мгновенная боль, как если бы тебя пронзил клинок. Удивительно, что души тоже могут подобное чувствовать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.