Семён Курбатов
Путешествие на Запад

I.

– Ты опять тут, Энрик. – Воскликнула Клаудиа, застав брата сидящим на деревянном полу над книгой. – Ты целыми днями здесь торчишь!

– Тебе то какое дело?. – Ответил ей невысокий парень лет шестнадцати с короткими грязноватыми тёмными волосами.

В последнее время он и вправду проводил в доме старосты всё время. Как и у отца здесь он был в безопасности от банды Дьюла.

В последние две недели дороги размякли из-за постоянных дождей и растаявшего снега, леса покрылись лужами, а северное болото разрослось так, что теперь почти окружало деревню полукольцом. Даже Большой Тракт размяк и расползся. Из-за этого большая часть ребят сидели по домам и притворялись примерными сыновьями.

– И много начитал? – Сестра заглянула через его плечо в книгу.

Энрику хотелось пересказать ей всё. Сдерживало лишь её ироничная улыбка и ощущение, что он сам не был уверен, что правильно понял прочитанное.

Среди книг в доме старосты были учебники по фехтованию, истории Теократии, Республики и Королевства, учебник по алхимии, а также книга по теории и основам магии.

Последнюю Энрик читал много раз, пытался делать жесты, использовать алхимические смеси, как указано в учебнике. Но для этого нужно было собирать травы, металлы и прочие вещи. Сейчас же под рукой была только зола, пепел и угли из камина. Они позволяли создавать огонь на несколько секунд, но не более того.

– Научить волшебству могут только другие волшебники. Книжки – это для обмана и заработка. Никто ещё не научился колдовать по книжкам. – Говорил староста.

А учёба требовала денег. К тому же отец Энрика и слышать не мог об этом.

– На магов учатся только господа и торговцы. – Презрительно заявлял он.

И сегодня Энрик был готов с ним согласиться. Движения и слова, которые он повторял много раз уже казались ему лишёнными всякого смысла, пустыми ритуалами, за которыми ничего не стояло.

Клау устало вздохнула. – Хватит сидеть. Папка зовёт.

– Ну и пусть зовёт! Чего шуметь то? – рявкнул из соседней комнаты староста.

Старик много спал и мало ел. Как и все в деревне. Ждали окончания дождей и начала посевного сезона.

– Простите, дядя Биро. Энрик!

Парень спешно дочитал абзац и положил книгу на стол, оставив в ней веточку вместо закладки.

– Клау, я учусь.

– Лучше б ты сапоги шить учился. Книжки не защитят тебя от Дьюла и еды не дадут.

– А сапоги защитят?

– Папенька считает, что защитят. Мог бы ещё мечом махать. Всё равно лучше, чем и бездельничать.

– У меня получалось вызывать огонь из золы и углей.

– Папка говорит, что это фокусы. Настоящие маги целые деревни сжигают, мёртвых из могил поднимают и головы всем дурят. Ты тоже хочешь всем головы дурить?

– Тебе и дурить нечего.

– Сам ты дурак. Вили, друг Дьюлы, между прочим, мне предложение сделал. Теперь я за тебя словечко могу замолвить.

– Папа знает?

– Конечно. Он только рад благословить нас, когда подсохнет и можно будет нас обвенчать.

Они вышли наружу. Сапоги из плотной кожи захлюпали по грязи, погружаясь в вязкую жижу почти наполовину.

Они быстро шли по дорожкам между домами, иногда здороваясь с соседями.

Дом их семьи стоял почти на противоположном конце деревни, у заводи, которая теперь так же разлилась, затопив в том числе и луг, где деревенские пасли скотину.

Чтобы пройти к дому, теперь надо было выйти на тракт, пройтись немного на запад и, свернув затем на север, обойти ряд домов. На дороге им навстречу проехала карета, украшенная символами церкви Великого Пламени и сопровождаемая храмовой стражей в огненно-красных доспехах. Пара поклонилась карете и громко прокричала восхваление Великому Пламени, как положено было делать и перед жрецами и господами. Прошедшей осенью сын старосты забыл поклониться карете какого то жреца и был за это бит десятью плетями. А деревенский кузнец был едва не забит насмерть каким то господином, за то, что опоздал с заказом на десяток минут. Стража вынуждена была только стоять и смотреть, как тот бил уважаемого в деревне человека ногой в лицо.

После этого староста всех предупредил, чтобы были вежливы с любыми господами и прихоти их старались, по возможности, выполнять.

Сходя с тракта, они настолько увлеклись разговором, что не заметили, как их догнала троица ребят, старше Энрика лет на пять. Самый здоровый из них – почти вдвое больше Энрик, хищно улыбнулся.

– Ну здравствуй, Энрик. Многоуважаемая госпожа Клаудиа. – Вилли картинно поклонился, сохраняя издевательскую улыбку.

– Нам надо идти. – Не успел Энрик сделать и пару шагов, как его окружили ребята. У двоих из них сверкнули кинжалы. – Папка убьёт того, кто задержит мой приход.

– И долго ты будешь за папкину спину прятаться?

– А ты долго будешь меня преследовать?

Вилли усмехнулся. – Преследовать? Я не преследую тебя. Я передаю тебе послание от Дьюла. Он очень, очень недоволен тем, что ты не пришёл по его просьбе.

– А кто он такой, чтобы я к нему являлся? Великий понтифик?

– Для тебя он важнее. Он наш вождь. И если он о чём то просит, то отказываться неразумно. Он видит, что прошлого раза тебе не хватило.

Клаудиа положила руки ему на плечо. – Вилли, милый, нам не до того.

– Клау, будь душенькой, пойди к папочке и скажи, что братик задержится.

Один из дружков Вилли подошёл сзади и сильно ткнул Энрика кулаком в плечо. Не так давно в это место уже прилетал камень и теперь оно вновь ноюще заболело.

– Вилли, если ты не хочешь, чтобы папа расторг нашу помолвку, прекрати это.

– Милая, я лишь – посланник Дьюла. Он злиться на Энра и делает это за не просто так.

Он указал на парня и второй товарищ попытался схватить его за руку, угрожая кинжалом. Энрик не зря читал книгу по фехтованию. Он резко ударил рукой по логтю нападавшего. Тот от неожиданности выпустил кинжал и тот упал в мягкую землю.

Второй тут же со всей силы ударил его по лицу. У Энрика что-то хрустнуло и он почувствовал резкую боль, уже когда упал в грязь.

– Я сказала – уйдите! – Крикнула Клаудиа, но Вилли быстро схватил её за талию, и тут же получил девичьим кулачком в глаз.

Энрик, лежа в грязи увидел перед собой воткнувшийся в землю кинжал. Едва он схватил его, как в его пах влетела нога. И ещё одна. Его избивали пару раз. Но никогда это не происходило так унизительно и так близко от дома.

Почти потеряв ориентацию от скручивающей боли в животе, он принялся остервенело размахивать кинжалом и на третий взмах тот воткнулся в ногу одному из врагов. Тот крикнул и схватился за неё. Его товарищ отступил на пару шагов. Энр резко выдернул кинжал и воткнул его ещё раз. Не отпуская, потянул на себя, разрезая ногу и вырвав у врага отчаянный вопль. Сейчас ему было не важно, что происходит вокруг. Лишь бы выжить и отбиться. Вскочив на колени, он навалился всем телом на также упавшего на колено обидчика и проткнув тому бок, повалил его.

Опешивший Вилли отпустил Клаудию, но прежде, чем они вдвоём смогли оттащить Энра, тот ещё несколько раз ударил кинжалом врага.

– Эни, ты сдурел? – Заорала сестра.

– Придурок! – Крикнул Вилли. – Ты ответишь за это. – Видя, как на вопль сбегаются жители, он с товарищем бросился наутёк.

Через пару минут сбежались жители. Прибежали родители Энра и Клаудии, а также их брат Алмос.

Раненный лежал и тихо стонал. Кровь стремительно наполняла рубашку.

Увидев произошедшее, люди закричали, зовя лекаря. Он вскоре прибежал и принёс припарки, но пока их накладывали, парень уже затих.

Клаудия бросилась к родителям и рассказала им о произошедшем.

Энрик смотрел на погибшего и руки у него похолодели. Он мечтал однажды победить и убить какого-нибудь врага. Но он не думал, что этим первым убитым будет его земляк, пусть и такой ублюдок.

Вокруг люди переговаривались и причитали.

– Что же делать? А говорили, Великая Тьма прошла и теперь благодарные времена настают! Да как же настают то, если такое твориться! Как же у тебя рука то поднялась, негодный? Довели мальчишку! Сам виноват! Ой, кровушки теперь прольётся! Это ж так просто никто не оставит!

– Зовите старика! И жреца! – Приказал отец Энрика. Схватив сына за шею, он поволок его домой. Втолкнул его внутрь, он пнул его ногой так, что тот упал на пол.

– Ты, выродок, что учудил?

– Ай, папка! Папка, прошу!

– Ты понимаешь, что теперь с нами будет? Из-за тебя теперь крови нашей требовать будут! Твоей крови, демонский ты выкидыш! Как же я теперь в глаза то буду людям смотреть? Мой сын – убийца!

– Папка, прости! Я сделаю, что хочешь!

– Что хочешь? – Он пнул его ещё раз и более-менее успокоился. Теперь его голос стал похож на отцовский. – Нам всем теперь Дьюл этот, пожри его Бездна, мстить будет!

– Папка, я не хотел! Они сами ко мне с кинжалами подошли! Я честь свою защитить хотел! – Он попытался подняться, кряхтя от скручивающей живот боли. – Я твою честь защитить хотел! Как бы на тебя смотрели, если бы все знали, что твоего сына можно вот так взять и избивать рядом с твоим домом?

– И что, защитил честь? Доволен? Мы все теперь расплачиваться будем за твою честь! – Он вышел к двери, куда уже подошла толпа во главе со старостой.

Оттуда доносились проклятия в адрес Энрика и его отца, прерывавшиеся причитаниями.

– Выходи, подлец! Всё равно достанем!

Послышался голос командира деревенской стражи Магнуса.

– Так, все, кто не участвует в этом – разойтись по домам! Я сказал, разойтись! Пусть люди сами меж собой решают!

Энр слышал это и у него душа уходила в пятки. Он тренировался махать мечом, но не то, чтобы достиг в этом больших успехов. Любой из прихвостней Дьюла победил бы его в честном бою, не говоря уже про самого Дьюла. Тот был известным отморозком и драться учился едва ли не с пелёнок.

Пока он приходил в себя, гул за окном постепенно стих и вошли родители.

– Завтра вечером ты будешь биться, сынок.

– С кем? – С ужасом спросила Клаудия.

– С Дьюлом. Он убедил родителей парня выйти за честь их семьи. Пожри его бездна. Будь готов, сынок. – Отец положил тяжёлую руку ему на плеч. – Это будет бой до смерти. Меч твой у тебя?

Энрик кивнул.

– Отец – выступил Алмос. – Позволь мне сразиться вместо него.

Алмос был старше и гораздо крепче брата, да и оружию прежде обучался.

– Нет, Алмос. Энрик совершил преступление и ему же искупать содеянное. -Принеси его меч.

У Энрика слегка дрожали руки.

– Не бойся, братец. Ты справишься. – Сказала Клаудиа.

– Ты сама то веришь в это?

Клаудиа посмотрела ему в глаза. – Нет. Но я надеюсь, что Пламя поможет тебе. Я за тебя помолюсь Великому Пламени. И попрошу отца Диодора благословить тебя.

– Любой из этой шайки меня голыми руками порвёт.

– Ты тоже мог бы так делать. Если бы не сидел за книжками.

– Клау! – Он едва не сплюнул на пол от досады и злости.

– Прости. – Она примирительно улыбнулась и оставила одного.

Вскоре вбежал Алмос. – Папа, вот меч Энра. И у нас скоро будут гости.

– Дьюл пожаловал? – Отец бросил взгляд на топор в углу.

– Нет, пап. Когда я прибежал к старосте, с ним были два гостя. Одеты как господа, держатся статно. Но странные какие-то. Лошадей при них нет, экипажа нет, стражников нет. И болтают, вроде, по-нашему, но чудно как то. А ещё один из них в маской лицо скрывает. Они спрашивали про ночлег и про сапожника.

– Принесла нелёгкая. Энрик, тебе надо тренироваться. Алмос, останься и помогли с заказами. Господа обычно хорошо платят.

Энрик взял меч и начал им махать. Но его движения были неуклюжи. Он очень хотел отдохнуть, но в тоже время чувствовал, что должен сейчас тренироваться, как никогда раньше и любой ценой.

Вскоре в дверь постучали. Отец ушёл наружу и какие то время разговаривал с кем то на крыльце. Затем повёл гостей на задний двор, где была мастерская.

Окна комнаты выходили туда и Энрик смог разглядеть пришельцев.

Оба они были немного выше отца. Ближе к окну остановился слегка смуглый мужчина в буром плаще. Его уши были немного длиннее и острее, чем у человека. Энрик слышал о лесных духах, называемых эльфами. И слухи про них ходили только дурные. Лицо незнакомца скрывала серая маска, но даже по ней было понятно, что он имел лицо худое и угловатое. Тёмные волосы были собраны на затылке в короткий хвост. Чуть за ним разговаривала с мастером женщина в синем плаще. Пышные каштановые волосы были скреплены верёвкой и уходили под плащ. На поясе висел большой меч, который Эрник бы удержал только обеими руками.

Окно было закрыто и парень не слышал их разговоров. В какой то момент человек в маске быстро осмотрелся и остановил взгляд своих рыжих ярких глаз на Энрике. Он слегка прищурился и парню показалось, что в его глазах заиграл злобный огонёк. Казалось, он прожжёт окно и расплавит всякого, на кого посмотрит.

Парень немедленно скрылся из его виду, на всякий случай ушёл в комнату родителей, где продолжил тренироваться. Вскоре отец вернулся.

– Что ж, господа, располагайтесь. У нас как раз есть свободная комната.

Не успел Энрик даже открыть рот, как вновь столкнулся с этим испепеляющим взглядом и постарался отвернуться.

Эльф в маске сел на скамью и снял с себя промокший насквозь сапог, подошва которого почти отвалилась.

Вслед за ним прошла женщина. Мягкое лицо с плотными щеками и светлой чуть розоватой кожей позволяло бы назвать её девушкой, если бы не внимательный суровый взгляд. Перехватив взгляд Энрика, она учтиво кивнула – Прошу прощения, если мы помешали вам.

– Энри, иди наружу. Там тренируйся. Господа остановятся у нас на ночь.

Он поклонился женщине – Госпожа. – И поспешил выйти, не смотря при этом на человека в маске.

Снаружи он тут же почувствовал, как на него были направлены взгляды со всех сторон. Вся деревня уже знала, что скоро будет и это внимание сковывало его.

Он проиграет. Он проиграет и умрёт. Как слабак и ничтожество. Умрёт, как ему и положено. Но он не хочет умирать. Он не думал, что ему придётся так умереть.

Отец с сапогом пошёл в мастерскую.

Вслед за ним вышла женщина и двинулась туда, где произошла драка.

Женщина вскоре вернулась и тоже зашла в мастерскую. – У вас кого то убили?

– Это… – отец подумал. – … это наши мелкие проблемы, госпожа. Мы решаем их меж собой. Не серчайте. – Он почтительно поклонился.

Она кивнула. – Понимаю.

Подходя к крыльцу, она остановилась и тренирующий удар Энрик почувствовал на себе её взгляд. И застыл.

– Направляй не руку, а клинок. – Он осторожно обернулся.

Женщина смотрела на него синеватыми глазами. – Ты как будто бьёшь кулаками. Надо бить клинком. Смотри за тем, куда направляется он. Руки – это ось вращения. – Она показала своими руками, сделав соответствующее движение, показавшееся Энрику воплощением грации и ободряюще кивнув, ушла в дом.

Энрик попытался следовать её советам, насколько их понял. А понял он далеко не всё. Ему показалось, что меч из-за этого начал немного выскакивать у него из рук.

Спустя некоторое время отец закончил подшивать сапог, но не мог вставить металлические заклёпки, так как для этого нужно было разогреть кузню, а сухих дров почти не было.

Некоторое время он простоял в раздумьях, потом пошёл в дом. Энр подошёл поближе и услышал разговор.

– Простите, господин. Но сейчас я не могу сделать вам заклёпки. Дрова отсырели, топить нечем.

Ему ответил негромкий, равнодушный голос, явно принадлежащий типу в маске. – Это можно исправить.

– Если это не составит вам труда. – Глава семейства старался держаться с достоинством, но было слышно, что незнакомцы произвели на него впечатление.

Человек в маске вышел, бросил горящий внимательный взгляд на Энрика и сразу же пошёл к кузнице, рядом с которой лежали дрова. На одной его ноге был целый сапог, на другой – плотный лапоть. Сапожник пошёл за ним, взял несколько расколотых полен и положил в кузницу. После этого незнакомец щёлкнул пальцами. На кончике указательного возник огонь, который тут растёкся по всей руке. Он направил руку на кузню. Дрова внутри вспыхнули и угли начали быстро раскаляться.

Незнакомец опустил руку и огонь в ней растворился в воздухе.

– Проблема решена?

Отец пораженно взглянул на разгоревшуюся кузню и боязливо поклонился. – Да, конечно. Спасибо, господин. Да осветит вам путь Великое Пламя.

Он кивнул. – Я сам себе освещу. Того, что заплатила моя спутница, достаточно?

– Более чем. Моя жена скоро сделает для вас еду.

Незнакомец выставил руку в сдержанном жесте. – В этом нет необходимости. Мы не голодны.

– Как пожелаете. Но только скажите, если что потребуется.

Незнакомец кивнул и, захожа руки за спину, вернулся в дом, по дороге вновь бросив на Энрика пристальный горящий взгляд, от которого парню захотелось скрыться, хоть бы даже под землю.

Он пытался продолжать тренироваться, но ощущение, что он занимается бесполезным делом, усиливалось. Вскоре он прекратил это занятие и вернулся в дом.

Оба незнакомца сидели у печки и о чём то расспрашивали мать Энра.

Увидев вошедшего сына, она помахала ему, прося выйти.

Он вышел, но руки уже ныли от длительного махания мечом и он просто сел на лавку.

Вскоре женщина вышла наружу и осмотрелась.

В этот момент Энрик собрался с силами и обратился к ней: Госпожа.

Она внимательно взглянула на него.

– Господин с маской – он кто? Он волшебник?

Она немного подумала. – Вроде того.

Энрик замялся. – А можно научиться этому?

Женщина улыбнулась – Этому могут научить в Ордене Истребителей.

Энрик чуть не подпрыгнул от счастья. – Вы из Ордена?

Женщина кивнула. Орден Истребителей, чей главный собор находился в столице Республике, городе Кифалоре, далеко на востоке, с давних пор истреблял монстров, беря, как говорят, за это умеренную плату. Энрик несколько раз представлял себя в рядах этих благородных защитников людей, которые спасают их от смертельной опасности, а благодарные жители кормят и поят их.

– Жаль, что я не могу в Орден. Но я хочу научиться магии.

Она улыбнулась. – Похвально. Для этого есть книжки.

– У меня есть книга по магии. Но у меня не получается делать то, что в ней написано. Я могу только заставлять золу и пепел вновь гореть. Но господин в маске вызывает огонь прямо из ниоткуда. Как нужно учиться, чтобы так уметь?

– Её лицо стало слегка задумчивым. – У него хороший учитель. Но в городах есть учителя ничуть не хуже.

– Они берут огромные деньги.

– Никакая сила не приходит даром. Ты либо что-то теряешь, либо приобретаешь то, чего приобретать не хотел. – Она улыбнулась. – Ты хочешь владеть сразу и мечом и магией?

– Может и хочу. – Она старался не сталкиваться с ней взглядом. – Но папка не разрешит.

Она кивнула. – Просто делай, что считаешь нужным. Представь себе, какую ценность имело б умение, которым можно овладеть за какие-то пару лет? Вот поэтому многие люди участся владеть мечом всю жизнь. И то, не всегда достигают мастерства.

Она осмотрелась. – Скотину вы не пасёте. Неудивительно. Погода ужасная.– И вернулась в дом.

После того, как от них съехал дед и Лукас ушёл на войну дома стало просторнее. Только теперь одну комнату отвели гостям и все трое детей спали в одной комнате рядом с печкой.

Как не пытался Энр заснуть, у него не получалось. Его все время трясло. Нужно было что-то делать. Не может же всё так закончиться! Всё чаще к нему приходила святотатственная мысль и он беспокойно поднимал голову к окну.

Перевернувшись на другой бок, он услышал тихий скрип двери и едва слышные шаги. По комнате прошла тень в плаще и вышла из дома.

Похоже, одному из господ тоже не спалось.

Энрик закрыл глаза, но вскоре за первой тенью последовала и вторая.

– Куда это они, на ночь глядя?

Он вспомнил, как женщина интересовалась убийством.

Он аккуратно слез с печки и подошёл ко входу, попутно выглядывая окна. Оба гостя сейчас сидели на лавочке и смотрели в небо. Подкравшись к двери, он услышал их разговоры. Они говорили не шёпотом, но и не громко.

– А вдруг, каждая из этих точек – это какой то план? – Задумчиво произнесла женщина.

– Мы никогда этого не узнаем. – Равнодушно ответил её спутник. – К тому же вспомни наш опыт. Там очень странные небеса.

– Но где то он должен находиться? Не под землёй же?

– Может и под землёй. Почему тебя это волнует?

– Я просто смотрю на эти точки. Ансельмо говорил, что они – такие же земли, как и наша. Там тоже есть демоны и ангелы. – Она сделала паузу. – И такие же, как мы.

Последовала пауза – Ты слишком много думаешь.

– Сейчас я просто мечтаю. Разве это плохо?

– Это пустое дело. У нас есть цели. И для нас они важнее, чем то, что там на небе.

В этих словах Энр услышал собственных родных. Будто сам отец говорил это.

– Ты прав. Просто я подумала… – Она резко замолчала.

У Энрика по телу пробежали мурашки. Ему захотелось опять провалиться сквозь землю.

– Выходи. – Сурово потребовала она. – Я знаю, что ты подслушиваешь за дверью.

Энрик задрожал. Несколько секунд он даже подумал, что на самом деле не заметили. Но через несколько мгновений она вновь потребовала: Выходи. Не трусь!

– Бить не будем. – Пообещал её спутник. Его равнодушный ледяной тон пугал ещё больше.

Энр сделал несколько шагов и вышел на крыльцо, виновато глядя на людей.

Женщина поманила его пальцем. Парень подошёл, стараясь не сталкиваться с горящим взглядом из под маски.

– Ты всегда такой любопытный? – Она требовательно смотрела на него и он не знал, куда уже деться.

– Н-нет, г-госпожа! Простите, простите, ради Пламени! Мне не спалось.

– Зато за другими следилось. – Добавил мужчина. – Ты знаешь, кто так делает?

– Н-нет, господин!

– Шпионы. – Это было сказано я нескрываемой насмешкой.

Энрик в панике подбежал и упал на колени, так что женщина посмотрела на него удивлённо. – Господин, прошу! Я здесь живу всю жизнь! Здесь все скажут, что я свой!

Он помнил, что господа очень легко злятся и если видишь их неудовольствие, нужно сразу же извиняться.

– Молчи. – Приказал мужчина. Соратница положила руку ему на плечо.

– Чего ты хочешь от нас?

– Ничего, госпожа! Честно, ничего! Спасибо, что остановились у нас!

– Прекрати уже. – Грубо прервала она. – Встань! Не позорься.

Энрик быстро поднялся. – Ты хочешь отправиться с нами?

Он немного помолчал, собираясь с духом.– Да, госпожа. П-позвольте быть вашим учеником.

– Мы их не берём.

– Я могу быть оруженосцем.

Женщина покачала головой.

– Позвольте тогда пройтись с вами завтра до соседней деревни, что на западе. У меня там дядя живёт. Я попрошу, чтобы он вас устроил, как друзей.

Рыцарь прищурился. – Что это ты так стремишься с нами пойти? Что ты здесь натворил?

– Ничего, господин. Я просто хочу погулять.

Он поднялся. Его глаза стали чуть ярче.

– Всё? Ты разве не знаешь, что по местных лесам упыри ходят? Рассвет отпугнул их, но не прогнал.

В его руке на мгновение сверкнул огонёк.

Энрик знал об проклятых тварях, что живут в округе наравне с диким зверями. Раньше они даже приходили на окраину деревни и местные пару раз вызывали Орден Истребителей, чтобы его рыцари поубивали их. Когда полгода назад Вечная тьма внезапно прошла и день с ночью сравнялись, твари приутихли, но до сих пор между деревнями жители ходили только большими группами.

Энрик пожалел, что вообще согласился на разговор.

– Н-ничего, господин! Просто папенька меня не отпустит. Я поэтому сейчас вас умоляю.

– Исключено. – Безапелляционно заявил волшебник. – Не хватало ещё, чтобы нас обвинили в похищении.

– Честное слово, господин! Если что-то случиться, я скажу всю правду – что это я с вами напросился!

– Нет. – рыцарь сел. – И не зли меня, парень.

– Давай мы поговорим завтра с твои отцом. – Спокойно заговорила женщина.

У Энра от такого предложения сердце ушло в пятки. – Я знаю папеньку, госпожа! Он ни за что меня не отпустит.

– Тогда поговори с ним сам.

Он поёжился. – Я… не могу, госпожа! Он меня в подпол запрёт! Я просто уйду с вами и исчезну отсюда. Честное слово, исчезну с концами и меня тут больше не увидят.

– Ты хочешь обречь родителей на вечное незнание? -Эльф прищурился. – Чем они тебе так не милы?

– Нет, нет. Я люблю маменьку с папенькой! Но у них есть брат мой и сестра моя. Я здесь лишний. Если я уйду, им будет только лучше! Прошу вас, добрые господа! Я не буду задерживать вас.

Женщина внимательно поглядела на него. На пару секунд они встретились взглядами.

– Только до деревни. – Сказала она. – И ботинки нормальные одень. Идти далеко. В лаптях ноги в кровь сотрёшь.

Она обменялась взглядами со спутником. Тот явно был недоволен. Энрик описал им полянку неподалёку от деревни и они согласились подождать его там.

Утром они ушли, распрощавшись с их отцом, после чего тот тут же пошёл к старосте. Энрик собрал свой меч, мешочек с десятком сухарей и тридцатью медными монетами.

На рассвете он вместе с сестрой ходил доить коров в маленький хлев, затем принёс в дом воды, осматривая по дороге дом, возможно в последний раз.

Прохожие внимательно следили за ним. По дороге домой он встретился с одним из ребят Дьюла. Тот ухмыльнулся и провёл пальцем по шее. Воспользовавшись моментом, когда брат с сестрой ушли разогревать кузню, он взял меч и мешочек, надел сапоги для засевки и кожаный бурый плащ, вылез через окно и, убедившись, что его никто не видит, побежал через подтопленную полянку в лес. Там, на Красной Полянке, которую он красочно описал своим спасителям, они должны были встретиться.

Больше всего он боялся, что господа его бросят и просто пойдут своей дорогой. В конце концов, они же – господа. У господ своя честь и своя правота.

Полянка превратилась в небольшое болотце.

Выйдя на неё, он увидел под кроной деревьев обоих рыцарей. Они стояли на небольшом пригорке. Трава на нём была выжжена, земля – на удивлением сухая.

Увидев Энрик, женщина вышла вперёд: Ты взял меч, еду и… – увидела сапоги – да, вижу. Пойдём.

Едва они вышли на дорогу, как вдалеке, на соседнем пригорке, показалась группа ребят. Шли они уверенно и возглавлял их крупный детина, вокруг которого и сгрудилась остальная группа.

Энрик сразу же узнал Дьюла и юркнул в кусты.

– Ты чего?

– Спрячьте меня, госпожа, прошу.

– Значит всё-таки скрываешься. – Сделал вывод мужчина.

– Госпожа, прошу! – Энрик схоронился в кустах.

Женщина многозначительно посмотрела на мужчину. Тот сощурился на неё и подошёл к парню. – Сейчас ты пойдёшь за мной.

– Госпо…

– Пойдёшь за мной. Делай что говорю и тебя не увидят. – Он сделал несколько быстрых жестов рукой, прошептал что-то н непонятном языке, показавшимся Энру зловещим и прикоснулся пальцем к его лбу. – Иди за мной и молчи. Не отходи ни на шаг. Они вышли на дорогу.

Они пошли навстречу банде. Энрик шёл сразу за спиной господина. Банда, подойдя к рыцарям, уступила им дорогу. Дьюл почтительно и боязливо поклонился. За ним это проделали все его прихвостни.

– Простите, уважаемые господа. – Произнёс Дьюл громким басом. – Это не вы ли остановились нынче у нашего многоуважаемого сапожника?

Они так резко остановились, что Энрик врезался в спину спасителя.

– Да, вы правы. – Сказал рыцарь, глядя на них с гордо поднятой головой.

– Не подскажете ли тогда, был ли дома его младший сынок?

– А мы откуда знаем, кто ему младший а кто старший? Кто сын, а кто дочь? – Спросила женщина неожиданно бесцеремонно.

Дьюл старательно делал вид, что этот тон его не задел. – Он невысокого роста, вот такого. – Он показал как раз рост Энра, примерно на голову ниже господина в маске. – Волосы русые растрёпанные. Глаза карие и такие… бегающие трусливые, предательские. Понимаете ли, он друга нашего убил и мы боимся, что он убежит от правосудия.

– Мы не охотники за головами. – Немедленно ответил господин в маске. – И до проблем ваших нам дела нет. Это всё?

Его важный и сильный голос оставил Дьюла в нерешительности. Если бы такое ему сказал любой из знакомых, он непременно заколол бы его на месте и приказал бы выбросить труп в центр деревни, в назидание другим.

– Да. – Он вновь поклонился. – Прошу простить. Удачи вам, господа.

Он кивнул своим и вся группа быстро и уверенно зашагала в сторону деревни.

Рыцари как ни в чём не бывало пошли дальше. Парень, ни жив ни мёртв, продолжал тенью следовать за рыцарем.

Вскоре открытые холмы закончились и тракт пошёл вдоль леса. Здесь оба резко остановились и мужчина обернулся к спасённому. – Всё.

Он отошёл на шаг. – Спасибо! Спасибо вам!

Ему на плечи легли две руки.

– А теперь объясни, зачем тебя ищут.

– И почему ты бежишь от правосудия? – Рука женщины схватила его за плечо так крепко, что у Энра даже не возникло мысли пытаться вырваться.

Он принялся рассказывать им всё, что было. Рыцари слушали с удивительным равнодушием. Разве что взгляд женщины стал ещё более строгим.

– Итак – подвёл итог человек в маске. – Ты у нас мечтатель, слабак, убийца, трус и лжец. – Он посмотрел на спутницу – Твой человек.

– Где мне смеяться? – Ответила она с заметным раздражением.

– А я и не шучу. Его надо вернуть.

– Умоляю, господин!

– Молчать. – Хором приказали оба.

Человек в маске равнодушно продолжил. – Ты нарушил закон, убил соседа. А теперь хочешь избежать справедливого возмездия.

– Но меня же убьют!

– Сам виноват. А ещё ты подставил свою семью. Им придётся расплачиваться за твою трусость.

Энр опустил голову. – Да. Простите! Я просто очень боюсь! Я знаю, что не смогу ничего сделать! Меня просто убьют. А так за меня выступит мой братик.

– Значит ты ещё братом прикрываешься. Вдвойне молодец. – Рука человека в маске резко вспыхнула и обожгла ему плечо. Энрик вскрикнул, но вырваться не попытался. Обе руки держали крепко. – Холька, помнишь историю в Кёнигляйхе?

– Ну ты сравнил.

– Принцип тот же. Человек совершает абсолютную мерзость, оправдывая это наилучшими мотивами. Но ни действия, ни их последствия от этого лучше не становятся.

– Думаю, здесь другой случай.

– Сердечко дрогнуло? – Безэмоциональный до этого голос человека в маске окрасился лёгкой иронией.

– Прекрати.

– Хорошо. Что ты предлагаешь?

Холька посмотрела в глаза Энру.

– Если то, что ты сказал – правда, то возвращаться тебе точно нельзя. А я по твоим глазам вижу, что ты не врёшь.

– И где были твои глаза ночью? – Съехидничал мужчина.

Она проигнорировала его тон. – В любом случае, раз в соседней деревне у тебя живёт твой родственник. Так?

Энрик еле кивнул. – Дядя.

– Дядя. Значит ты отведёшь нас к нему и мы передадим ему тебя лично в руки. После этого делай, что хочешь. Это уже твоё дело.

– Но может, я смогу стать вашим слугой. Пожалуйста! Мне надо уйти отсюда, а один я не знаю, куда.

– Мы идём на запад, в Старые Королевства. Там другая страна, где говорят на другом языке. И ты там будешь нам только мешать.

– Но я мог бы у вас научиться!

– Не припомню, чтобы мы нанимались учителями. – Заметил мужчина.

Энрик вновь опустил голову.

Женщина потрепала его по плечу. – Ладно, пошли. Идти будем быстро. Так что, не отставай. Как тебя?

– Энрик.

– Не отставай, Энрик. И не ной.

– Да госпожа.

– Холька. Зови меня Холькой.

– Да, госпожа Холька.

Человек в маске кивнул, будто самому себе. – Люциус.

– Да, господин Люциус.

Когда они взошли на холм, Энрик оглянулся, в последний раз оглянулся на знакомые места. Он больше сюда не вернётся. По крайней мере, не в ближайшее время. Где бы он ни находился, он должен посмотреть мир и сделать хоть что-то, с чем он бы смог вернуться в родную деревню и искупить все, что натворил. Или отомстить врагам.

– Простите, папка и мамка. Прости Клау. Прости братец Алмос. Защити папку и сестрёнку.

II.

Они шли без остановки. Энрик не привык к этому. Весной обычно многие бездельничают. Благо ботинки были сшиты добротно и не стаптывались. Лапти действительно стёрлись бы в течении дня такой утомительной ходьбы.

Раз в пару часов Холька делала серию жестов и на секунду будто бы пропадала из виду. В первые пару раз Энрик решил, что ему показалось. Но на четвёртый раз он увидел это абсолютно точно.

Значит, она тоже волшебница. Неужели в Орден берут только волшебников? Или их уже там обучают всему необходимому?

Ко второй половине дня ноги начали болеть и он начал слегка отставать. Видя это рыцари сделали небольшой привал.

– И кто же твой дядя? – Спросил Люциус.

– Он кузнец. Его очень уважают в деревне.

– Сложно не уважать того, от кого зависит ваша жизнь. – Заметила Холька.

Поначалу Энрик не понял её слов. Но немного задумавшись, сделал для себя открытие, лежавшее на поверхности. Он всегда воспринимал уважение к кузнецам как очередную традицию. Предки уважали и мы должны уважать. Иначе Великое Пламя накажет. Но ведь и вправду. Без кузнецов не будет плугов, кос и топоров. Как тогда люди будут пахать, косить и рубить? Этот неожиданный факт заставил его задуматься. Но долго сидеть ему не позволили.

– Твой дядя знает о произошедшем?

– Нет. Отец к нему никого не отправлял.

– Это очень хорошо. Эти пареньки наверняка решать броситься в погоню, когда поймут, что ты сбежал.

– Но они же не знают, что я с вами. Так ведь?

– Этот факт нельзя исключать. – Заявил Люциус.

По меньшей мере два слова Энрик не понял, но общую мысль уловил.

– Именно поэтому… – Добавила Холька – … мы ночуем у твоего дядюшки и утром уходим. А ты останешься у него.

Ближе к вечеру они добрались наконец до Сводина. Даже издали было заметно, что эта деревня гораздо больше Шурани. На подходе их встретили деревенские ополченцы. Энрик назвал имя своего дяди и мужички в кожаных доспехах уважительно закивали и показали, в сторону дома.

Тот был хороший, двухэтажный, с небольшим балкончиком. Дверь была не деревянная, как во всех прочих домах, а железная, на массивных огромных петлях, которые сразу бросались в глаза. У калитки их встретила молодая женщина и, узнав к кому они, сразу же позвала мужа.

Высокий широкоплечий мужчина в плотных больших перчатках и чёрным от сажи переднике к ним вышел из просторного деревянного сарая. Увидав парня он удивлённо поднял брови. – Энри! Тебя отец послал? А это кто с тобой?

Энрик старался подавить смущение и ему потребовалось несколько секунд помолчать, прежде чем он взял себя в руки.

– Дядя Альфред, я просто захотел тебя навестить. Эти добрые рыцари помогли мне добраться в целости. Можно они переночуют у вас?

Альфред осмотрел смущённого парня, затем его сопровождающих.

– Что ж господа. Раз уж такое дело, то проходите. – Он обернулся к жене. – Устрой господ рыцарей наверху и разогрей овощи. Энри проходи на кухню.

Женщина показала рыцарям второй этаж, довольно просторный. Там стояли несколько тумбочек и пара стареньких кроватей.

После они все вместе спустились вниз и дождались хозяина, который ещё почти час работал у себя в кузне. Пока они ели, Люциус мимоходом запустил руку куда то под стол, достал откуда то оттуда щепотку какого то порошка или растёртых сухих листочков, насыпал их в глиняную кружку, принюхался ней и выпил. Энрик ощутил лёгкий свежий аромат. Плечи Люциуса, до этого всё время бывшие напряжёнными, слегка опустились. Он закрыл глаза и сидел так некоторое время. Энрику даже показалось, что рыцарь уснул.

Когда вернулся Альфред, гости уже почти доели. Однако, он быстро наверстал отставание. После этого он некоторое время расспрашивать Энрика о жизни в Шурани. Тот рассказывал всё, что угодно: что сестра выходит замуж, что брата забрали в рекруты, что старик староста спит большую часть времени, но только не о последних событиях. Рыцари в основном молчали и вежливо слушали.

Только Люциус то и дело бросал подозрительные взгляды на всё вокруг и щурился, будто пытался кого то разглядеть.

К тем временем за окном уже порядком стемнело.

Альфред улыбнулся и по отцовски лопнул племянника по плечу. – Ладно, Энри. Давай, иди спать. Завтра я тебе чего-нибудь дам для отца и для семьи.

Тот невесело кивнул, пожелал всем спокойно ночи и ушёл в сопровождении жены кузнеца.

Как только за ними закрылась дверь, Альфред встал и из-за стола и провозгласил. – Пойдёмте ка, господа рыцари, покурим. Есть у меня тут одно хорошее курево!

Женщина показала ему кровать и перед уходом сказала: пока поспи здесь, а завтра я тебе дом покажу.

Энрик знал эту комнату. С последнего посещения она не изменилась. Здесь он почувствовал себя в безопасности. Он подумал, что было бы вежливо попрощаться рыцарями, спасшими ему жизнь, но быть может, он ещё успеет сделать это утром.

Утром, однако, он проснулся от того, что его толкнула Холька. – Поднимайся. Мы уходим.

– Что? Куда? – Он вскочил и огляделся. Рыцари стояли наготове в полутемной комнате. У окна сидел Альфред.

– Я знаю, что вчера произошло, Энрик. И потому тебе здесь оставаться нельзя. Рыцари сопроводят тебя до города. Там тебя отведут к моему старому знакомому. Он устроит тебя к себе. Будешь там работать, глядишь, заработаешь, найдёшь новых знакомых.

Энрик совсем растерялся. – Что? Дядя, я думал просто пожить у тебя немного. Почему ты не можешь просто спрятать меня?

Он поднял ладонь. – Потому что сюда рано или поздно придут люди Дьюла. И тогда я тебя вряд ли защищу. Здесь ты не будешь в безопасности. Для этого тебе надо уйти из знакомых мест. Туда, где тебя никто не знает. Хотя бы на время. Рыцари благородно согласились сопроводить тебя.

Холька кивнула.

Энрик растерянно посмотрела в пол. – Мы уходим сейчас? Но, дядя Альфред! Мы же только пришли!

– Немедленно. – Потребовал Люциус. – Они могут прийти в любой момент. Если ты не хочешь подставить дядю, то ты должен отсюда уйти.

– Зачем вы ему сказали? – Вскрикнул он.

– Время. – Перебил Люциус.

Энрик поднял глаза. – Да, господин. Простите. – Он поискал глазами свои пожитки. Альфред указал на мешок. – Я собрал тебе побольше всего. Пешком вы будете идти несколько дней. Давай, Энри. Не волнуйся. Когда всё устоится, я буду рад снова тебя видеть. Приходи хоть на целый сезон.

Когда они покинули гостеприимный дом, уже почти рассвело.

Энрик всё ещё был мрачен. Время от времени он мечтал о том, как покинет отцовский дом и отправится в дальние края на поиски славы и богатств. Но он никогда не предполагал, что этот уход произойдёт так быстро и тогда, когда он будет к нему совершенно не готов.

Дорога шла по просторным лугам, прерываемым иногда лесными островками. Вдали на юге была едва заметна береговая линия. Это было Море Фос, как его все называли.

Энрик пару раз ездил с отцом на берег в порт. Из самого запоминающегося он вспомнил теперь обгоревших людей из каких-то Южных стран и странные фрукты, за которые те требовали баснословных денег. Про это море рассказывали, что оно меньше, чем кажется, но через него можно попасть почти во все страны мира, исключая разве что Север, где в горах жили в своих огромных крепостях дварфы.

Рыцари лишь изредка обсуждали что-то. Большую часть их разговоров Энрик не понимал. Он улавливал что-то про Планы, драконов в горах, демонов и проклятья. Все эти слова он читал в книжке, но вот всё, что про них говорили господа, было ему незнакомо. Он даже не мог понять, говорят ли они про собственные приключения или же лишь вспоминают и обдумывают между собой старые легенды.

– А почему вы не воюете? – Спросил он во время привала. Он вспомнил, что Орден, будучи союзником Республики и Теократии, помогает ей в нынешней войне против северного Королевства Кайл. В их деревню пару раз заходили папские служащие, которые набирали добровольцев в ополчение. Но война шла на северо-востоке. А они сейчас шли на запад.

– У нас своя миссия. – Ответила Холька.

– Что такое – миссия?

– Задача. Нам дали цель.

– А что за цель?

– Для того, кто напросился к нам ты задаёшь слишком много вопросов. – Напомнил Люциус.

Холька кивнула. Энрик счёл за лучшее замолчать.

Время от времени Холька брала Люциуса за руку. Он немного напрягался от этого, но отвечал тем же.

До обеда он вновь заметил раз, как Холька сделала жесты руками и что-то шепнула. И вновь она на мгновение стала будто полупрозрачной, а у неё за спиной возник непонятный широкий силуэт. Энрик моргнул и все исчезло, но теперь он был точно уверен, что ему не почудилось. Или, по крайней мере, почудилось далеко не всё.

В книгах по религии Великого Пламени он читал про демонов, что могут принимать человеческий облик. Их описывали, как ужасных чудовищ с большими перепончатыми крыльями, либо как очень искажённых людей, либо как сгустки мяса, будто бы случайно налепленные друг на друга. Увидев, как Холька в очередной раз сделала эти жесты, он вспомнил об этом. Это пугало его и убеждало присматриваться к своим благодетелям.

Иногда Люциус начинал беспокойно оглядываться. В такие моменты его взгляд становился сосредоточенным, плечи и без того напряжённые, поднимались ещё выше и начинали слегка подрагивать. Если это случалось во время привала, то Люциус просто замирал на какое то время, глядя в одну точку. Холька явно замечала это, гладила его по плечу или ласково брала за руку и приобнимала.

Каждый раз, когда они разводили костёр или кипятили воду на привалах, Люциус добавлял в котелок или маленькую кружку несколько щепоток этого порошка или растения. Он каждый раз делал это так быстро, что Энрик не успевал заметить, откуда он его доставал.

– Эти рыцари слишком добрые, но в книжке написано, что демоны умеют казаться такими. Может, стоит посмотреть их вещи? Вдруг там человеческие останки?

Эти мысли не давали парню расслабиться и отдохнуть.

Тяжёлый рюкзак постепенно всё сильнее давил на спину. Энрику было не впервой таскать тяжести, но одно дело носить дрова или косить несколько часов и совсем другое – идти без остановки весь день с грузом за спиной.

Когда солнце было в зените, они наконец остановились в небольшой роще и Энрик плюхнулся на землю.

Холька подошла к нему. – Покажи меч.

Он неуверенно подал ей оружие. Она осмотрела его и сделала несколько плавных сильных движений.

– Заточка – так себе. Даже кожаный доспех не разрежет.

– Зачем мне хороший меч, если я не умею им пользоваться?

Она улыбнулась. – Справедливо. Ну, что же, вставай. Научишься.

Пока Холька учила Энрика держать меч и управлять им, Люциус чуть поодаль что-то записывал в небольшую книжечку.

– А почему господин Люциус носит маску? – Вдруг спросил парень.

– Лицо у него покалечено.

– Я слышал, что рыцари любят хвалиться шрамами.

– Это не те шрамы, которыми стоит гордиться.

Она показала ему тонкую молодую берёзку.

– Руби его так, как я показала. Только руби правильно. Мечом, а не руками.

В деревне Эрника было поверье, что в молодых берёзках живут духи леса. Если срубить такие деревья, то духи будут вечно преследовать срубившего.

Он сказал это Хольке.

– Нет там духов. Мы бы их заметили.

– Но… дед и отец мне говорили. И староста тоже.

Холька нашла глазами другое дерево и указала ему. Он сделал несколько замахов. Срубил две ветви, повредил ствол. То ли заточка у меча и впрямь никуда не годилась, то ли он бил слабо, но следы от его ударов получались неглубокими.

– Надо тебе научиться силу прикладывать. Мы ещё этим займёмся.

Вторую половину дня они шли медленнее.

На ночь сошли с дороги и устроились среди кустом. Холька разожгла костёр с помощью палок. Люциус, разогрев воду, достал из одного из маленьких мешочков на поясе пару щепоток засушенных листьев и цветов, растёр их пальцами и бросил в небольшую кружку. Затем вдохнул несколько раз и выпил воду.

Энрик заметил, что его плечи вновь расслабились. Он закрыл глаза и начал спокойно и равномерно дышать. Холька едва обратила на это внимания.

После этого она показала Энрику ещё пару приёмов, но тот не сумел их повторить в точности.

– С первого раза ничего не получается. – Поощрила женщина. – Пробуй раз десять.

Он тренировался, пока совсем не стемнело. Они легли по обе стороны от костра. Холька встала у костра на страже. Энрик лёг, смотря на её спину. У него возникла мысль подождать, пока они уснут, а потом заглянуть в их рюкзаки.

Он закрыл глаза и ждал. Когда ему показалось, что всё затихло, он открыл глаза. Огонёк костра всё ещё догорал, освещая лёгким светом небольшое пространство. На месте, на котором сидела Холька теперь была огромная тень. Огонь освещал огромные золотистые кожистые крылья. Из под них были виден широкий, покрытый золотой чешуёй хвост.

От фигуры доносился громкое грубое дыхание, какое Энрик слышал только от дикого кабана.

Парень в ужасе застыл, стараясь не дышать и ничем не выдавать своего присутствия. Он закрыл глаза и попытался заснуть, чтобы ничем себя не выдать.

Но его дыхание сбилось и он вдохнул очень глубоко.

Существо шевельнулось. Крылья опустились и сложились. На землю рядом легла крупная чешуйчатая пятерня с длинными острыми когтями. Голова повернулась и Энрик увидел слегка вытянутую морду ящерицы. Яркие змеиные глаза были хищно прищурены. Их грозный взгляд был направлен на обомлевшего Энрика.

Тот зажмурился и перестал дышать.

Дыхание резко стихло. Какое то время вокруг стояла тишина.

– Энрик. – Наконец услышал он в одном шаге голос Хольки и медленно открыл глаза.

– Что с тобой? – Она стояла над ним, слегка нахмуренная.

– Простите, госпожа. – Прошептал он. – Дурной сон.

Он села на корточки и осмотрела его. – Спи. – Прошептала она вернулась к костру.

Там она приняла прежнюю позу. Энрик заметил, как она подняла с земли небольшую книжечку, как у Люциуса, взяла карандаш и, глядя на светящиеся точки на ночном небе, начала что-то зарисовывать туда.

Энрик закрыл глаза, но это чудище всё ещё стояло перед его воображением.

От мысли просмотреть рюкзаки не осталось и следа. Теперь он приложил все усилия, чтобы просто уснуть.

Следующие два дня они шли в более спокойном темпе. Никто их не преследовал. Никто не останавливал. Пару раз в разных направлениях проскакали люди в плащах с символами Теократии. Иногда проходили ополченцы.

Оба вечера Холька обучала Энрика владению мечом. В последний вечер у него получились нужные движения, хотя он чуть не задел клинком собственную голову.

Холька наблюдала за ним со снисходительной улыбкой. – Для начала сойдёт.

Он пытался поймать моменты, когда она щёлкала пальцами, но она будто специально делала это тогда, когда она не на что-то отвлекался.

Тучи разошлись и последний день светило солнце. Земля и грязь немного подсыхала, но один из сапог начал промокать.

Наконец, где то в середине дня они достигли Ловаса.

Энрик с интересом и восхищением рассматривал огромные крепостные стены. Он не представлял себе, как же на них кто-то может залезть. Да и зачем кто-то будет даже пытаться захватывать такую громадину?

Не меньшее впечатление на него произвели многочисленные каменные дома. Некоторые из них были покрашены в различные цвета, на некоторых стенах висели стяги с гербами. Кое-где гербы были нарисованы прямо на стене. Энрик был этим так заворожён, что Хольке пришлось тащить его за руку.

– Ещё насмотришься.

В городе было не то, чтобы людно, но на улицах шла бойкая торговля. Особенно этот город сразу же выделялся большим количеством лавок, торгующих рыбой.

Люциус достал из кармана и развернул письмо. Они какое то время они петляли по мощённым улицам.

Вскоре они остановились у трёхэтажного дома из тёмно-синего камня.

– Здесь. – Кивнул Люциус, сверяясь с листком.

Дверь им открыл пожилой мужчина в сером плаще.

– Господин Корбек принимает гостей только по записи.

– У нас срочное дело.

– Ничем не могу помочь. Приказано не впускать без записи.

Холька демонстративно положила руку на меч. – Придётся сделать исключение. У нас нет времени стоять в очереди. Обещаю, что мы не займём твоего господина надолго.

Видя её решимость, сторож слегка побледнел. – Не велено пускать, госпожа. Простите.

– Твой хозяин будет рад нас принять. – Сказал Люциус. – Мы от его друга. Может и за тебя словечко замолвим.

Сторож боязливо оглядел их. Ещё раз посмотрел на меч. – Хорошо, хорошо.

Когда они вошли, Люциус шепнул подруге: – Посдержаннее. Не хватало ещё охраны на нашу голову.

Корбек – высокий полноватый мужчина с небольшой лысиной и лёгкой сединой встретил ввалившихся к нему троих людей с крайним возмущением.

Но, осмотрев пришельцев, он как будто бы подобрел и, сделав заметное усилие, заговорил сразу уважительно. – Надеюсь, у вас есть достаточно важная причина завалиться ко мне столь нагло.

Люциус подал ему письмо. Читая его, торговец становился всё более озадаченным.

Закончив, он внимательно осмотрел всех троих.

– Необычное дело. Что-ж, на деревенских этих мне плевать. Не могу же я отказать дорогому Альфреду. – Он посмотрел на Энрика. – Пока, парень, поживёшь у меня. По крайней мере, пока ко мне не заявится кто-то, кто будет тебя искать. Я человек открытый, проблем с законом пока что не имею и не хочу иметь. Попрошу вас это учесть. А что касается вас двоих: у меня через три дня уйдёт караван как раз в Старые Королевства в город Солу. Вы можете присоединиться. Но есть пара проблем. Решение которые зависит от вас.

Люциус кивнул. – Слушаем.

– Старые Королевства не пускают через свою границу кого попало. Для того, чтобы вас пропустили с моим караваном, вы обязаны быть его частью, то есть находиться на моей службе. И потому я предлагаю вас заключить со мной договор. Я найму вас, как охрану, так сказать, в одну сторону. Там, в Соле, действие этого контракта досрочно закончиться и вы сможете идти, куда глаза глядят.

– Если помимо этого мы больше ничем не будем вам обязаны, то это хорошее предложение.

– Не совсем. Вы будете кормиться из казны каравана, а по окончанию контракта, то есть там, вы выплатите мне пятьдесят монет, чтобы я мог на эти деньги нанять охрану на обратную дорогу. Так сказать, неустойка.

– А что мешает вам просто заранее взять с собой нужную сумму?

– А вот тут, опять же, в дело вступает та тщательность, с которой Королевства досматривают и контролируют всех входящих на их территорию. Чтобы пройти, мы заранее должны указать, сколько мы везём товаров, какую сумму планируем за неё получить и на что планируем потратить в пределах Королевства. В такой ситуации мы должны заранее всё продумать и записать. Но никто не застраховывает нас от различных неучтённых обстоятельств. Например, от того, что я решу досрочно завершить наш контракт, по причинам, о которых предпочту умолчать, скажем, в рамках коммерческой тайны. Естественно, за это я обязан будут затребовать с вас компенсацию за то, что мне придётся срочно искать вам замену.

Холька с Люциусом переглянулись. – Мы согласны. – Заключил Люциус.

– А куда вы устроите Энрика? – Поинтересовалась Холька.

Тот пожал плечами. – Да мне везде пригодятся носильщики. – Тут он привстал. – Впрочем, если вы хотите. – Посмотрел на Энрика – Я даже могу устроить его в ваш караван. Заодно хоть раз в жизни посмотрит чужую страну.

Холька поглядела на Энрика. Тот благодарно поклонился Корбеку. – Спасибо, господин.

Купец махнул рукой. – На эти дни вас разместят у меня. В соседнем доме. Подходите вечером. Я подготовлю контракты и мы их заполним. А эту бумажку – он показал письмо. – Я уничтожу.

Люциус протянул к нему руку. – Позвольте. На пару секунд.

Он отдал рыцарю письмо. Тот свернул его несколько раз, потом резка сжал в кулаке. На секунду его глаза стали чуть светлее. Внутри кулака словно вспыхнуло пламя. И тут же погасло. Он разжал кулак и на пол упала небольшая горстка пепла.

Удивлённый Корбек кивнул. – Что ж, и на том спасибо. Бумажки – самое важное. Их надо уничтожать в первую очередь. Вот вам совет от опытного купца.

– Как бывший писарь, не могу не согласиться. – Ответил Люциус.

– Холька пожала плечами. – Ну, нас в Орден принимали без всяких бумажек.

– В какой ещё Орден? – Насторожился Корбек.

Люциус слегка отодвинул подругу. – Мы члены Ордена Истребителей, что базируется в Кифалоре. Известная организация, вы должны были о неё слышать. Он достал маленький значок и показал его. – Но в данный момент мы действуем не как его представители. У нас в Старых Королевствах свои дела.

Корбек посмотрел на обоих с большим сомнением. – Что ж. Надеюсь, это правда, иначе я вынужден буду потом рассказывать, что вы угрозами заставили меня взять вас с собой. Сами понимаете, для торговца честь – превыше всего.

– Мне казалось, для вас то она как раз на втором месте. – Сказала Холька.

Корбек гордо приподнял голову. – Вам показалось.

Пока стражник провожал их в комнаты, Энрик услышал, как Люциус сказал Хольке. – Когда ж ты научишься молчать?

– Прошу, не командуй.

– Я сколько раз просил тебя быть сдержаннее.

– Много. Но я не могу иначе.

– Поэтому ты и дура. – Сказал он неожиданно нежно.

После того, как они расположились, Холька позвала Энрика на рынок. – Пошли, найдём тебе меч получше.

– У вас с дядей был уговор? – Спросил Энрик, когда они пошли по улицам.

– Мы с ним договорились, что мы сопроводим тебя до этого города и доставим в руки этому человеку, а твой дядя попросит его помочь нам пробраться в Старые Королевства.

– Шило на мыло?

– Вроде того.

По дороге, пользуясь наличием времени, Энрик рассматривал дома, постоянно снующих туда-сюда людей. В деревне все друг друга знали, но как можно было запомнить всех здесь, Энрик не представлял.

И ещё этот постоянный гомон. В деревне иногда бывали сборы, советы, на которых жители спорили так, что слышно было на всю округу. Но здесь, особенно в центре города этот шум, казалось, не утихает никогда. Как же здесь люди живут?

Он обратил внимание на деревянный помост на площади. На нём стояли две большие жаровни, в которых горело пламя.

– Это для казней? – Догадался он.

Холька молча кивнула.

Он остановился, немного представив себе, как по праздникам здесь собираются люди и под радостные вопли прохожих людей сжигают, отрубают конечности.

Он сам этого не видел, но наслышался о городских развлечениях от проезжающих или деревенских, которые были в городах.

Бродя по центру города, они нашли кузницу, на витрине которой лежало, судя по всему, недавно сделанное оружие.

Они зашли и Холька тут же заговорила с кузнецом, показывая ему меч Энрика и указывая на один из продаваемых, который был с этим мечом примерно одного размера.

Парень рассматривал оружие, удивляясь столь обширному выбору орудий убийств. О назначении некоторых из них он мог только догадываться.

Наконец Холька договорилась. Обменяв меч Энрика на новый, она отсыпала торговцу гость монет.

Когда они вышли, она вручила ему новый красивый короткий меч в ножнах из плотной кожи.

– Держи. С ним тебе будет сподручнее упражняться. И сражаться, если на то придётся.

Он вытащил его. Осмотрел. С восхищением рассмотрел себя в отражении клинка. Меч был очень прост, но так аккуратен, что казался ему произведением искусства.

– Госпожа, как мне вас отблагодарить?

Она усмехнулась. – Научись им пользоваться. Тогда мне не придётся беспокоиться о тебе, а тебе – просить других о защите.

– Да, госпожа. Вы покажите мне ещё приёмы?

– Конечно. – Она аккуратно положила руку ему на плечо. – Пока у нас есть свободные дни, я научу тебя, чему успею. Но помни, применять эти знания тебе. И только от тебя зависит, научишься ли ты это делать.

– Я справлюсь. – Уверенно ответил Энрик.

На следующий день Энрику показали склад и объяснили, что и куда нужно перетаскивать. Он занимался этим почти весь день. В обед им выдали молоко, кусок варенного мяса и немного грибной похлёбки. По сравнению с сухарями и водой всё это показалось парню вкуснейшей едой на свете. Работавшие с ним мужички удивились тому, с каким аппетитом он поедает не самое свежее мясо, не говоря уж о похлёбке, которая местным уже осточертела.

– Видать, у вас в деревне, совсем жрать нечего. – Сделал вывод один из носильщиков.

От рассказов Энрика о жизни в деревне они только головами покачали.

– Похоже, нам ещё надо радоваться, что мы тут можем хоть это есть. – Сделал вывод один из них.

Вопреки опасениям Энрика к нему отнеслись дружелюбно. Компания оказалась дружная, хоть, как быстро выяснилось, они все тут работали недавно. Корбек платит мало, а требует много. Потому люди тут обычно не задерживаются.

На вопрос Энрика: безопасно ли тут гулять по ночам, если тут везде, стража и, следовательно, монстров нет, люди рассмеялись.

– Ох, парень. Тут монстры пострашнее ваших деревенских водятся. Я вот знаю одного. Он как набухается, так лучше б к водяным пошёл, честное слово.

С водяными Энрик не встречался, но много слышал. И сравнение его впечатлило.

Вечером Холька подкараулила его и отвела его в небольшой дворик, где до самого заката учила его парировать удары и держать для этого меч. Люциуса за весь день Энрик так и не увидел. По словам Хольки, у него были дела в местной библиотеке.

Она следила за его движениями, не давая передохнуть ни секунды. Когда он от усталость попытался закончить движение на середине, она толкнула его локтем так, что парень упал на мостовую.

– За что, госпожа?

– За жизнь. – Сказала она неожиданно резко. – Ты учишься не соревноваться. Ты учишься биться насмерть. И твоё желание отдохнуть не поможет тебе в бою. Каждый бой – это испытание. Провалив любое из них, ты умрёшь.

В этот момент Энрик захотел, чтобы они ушли и оставили его как можно быстрее. Но тут же он раскаялся в этом. Всё-таки она хочет ему помочь.

В комнату Энрик вернулся вымотанными, как никогда ранее. Руки были ватными, в голове гудело.

Большая часть второго дня прошла примерно так же. Ему даже пришла в голову мысль, что если это и есть жизнь в городе, то это не так страшно, как он думал.

Вечером они вновь тренировались с Холькой. В этот раз Люциус сидел неподалёку. Он что-то черкал в книжечке и время от времени поглядывал поверх неё за тренировкой.

В разгар отработки приёма во двор вбежал взволнованный слуга Корбека.

– Господин Корбек требует тебя к себе. – Сообщил он Энрику.

Тот кивнул, но Холька остановила его. – Только его?

– Про вас ничего не говорил.

Холька убрала меч в ножны и положила на него руку. Люциус быстро убрал книжку и готовый подошёл к ним.

– Пошли. – Холька решительно двинулась вперёд. Остальные пошли следом.

– Холька. – Догнал её Люциус. – Если что, будь спокойней.

Холька никак не отреагировала, а продолжила целеустремлённо идти.

У дома стояла толпа. Пяток стражников и столько же простых людей с оружием.

Слуга, увидев их, предпочёл спрятаться за поворот.

Увидев троицу, один из людей с топором вышел вперёд и указал на них. – Вот он! А это – те самые бандиты, которые помогли ему сбежать.

Энрик тут же узнал в этом одного из друзей Дьюла, который жил рядом со старостой.

Один из стражников отодвинул его рукой. – Господа рыцари, я вынужден попросить вас и этого парня пройти с нами в казематы. Ваш подопечный обвиняется в убийстве, а вы – в его укрывательстве.

– Этот парень под нашей охраной. – Заявила Холька. – Скажите, сколько будет штраф и мы за него заплатим.

Люциус за её спиной шёпотом ругнулся.

– Не нужны нам ваши сраные деньги. – Крикнул друг Дьюла. – Этот ублюдок зарезал братана нашего и мы хотим решить это, как заведено. Папка твой согласился на это. Хватит за господ прятаться, подлец!

– Господа рыцари – Ответил начальник стражи. – не тратьте наше время и своё.

– Если он пойдёт с вами, то под нашей защитой. – Решительно объявила Холька.

Энрик сделал пару шагов назад, но Люциус тут же крепко схватил его за руку.

– Так не пойдёт. Мы сами вернём его в деревню. Нам приказано доставить его на суд, а не убивать. Ну, а там уж. – Мужичок с топором злобно ухмыльнулся. – Как получится.

– А вы, господа стражники, уверены, что эти люди вас не обманывают? – Обратился к ним Люциус.

Тот покачал головой. – Никаких сомнений. У них есть письмо с печатью старосты с требованием арестовать и вернуть этого человека – Он указал на Энрика – в деревню. Дана его внешность. А ещё ваша внешность, господа. Так и быть, я готов отпустить вас двоих. Нам проблемы не нужны. Но паренёк идёт с нами.

– Ты немного поучила его, Холька. Пусть сам разбирается. – Люциус положил руку ей на плечо.

От этих слов Энрику захотелось вырваться и бежать без оглядки, но тонкая рука держала его мёртвой хваткой.

– Они же бьют меня! – Крикнул он. – Убьют, даже если смогу победить Дьюла! Вы их не знаете, госпожа Холька!

– Это не наши проблемы. – Сурово сказал Люциус.

Холька быстро перевела взгляд с Энрика на стражников, на людей Дьюла.

В следующий миг она выхватила свой большой меч, взмахнула им так, будто бы он ничего не весил и, расставив ноги, встала в грациозную боевую позу, став будто бы на голову выше. – Он пойдёт с нами. – Грозно объявила она.

Все разом отшатнулись. Люциус отпустил Энрика. В его руках вспыхнули огни.

– Мы об этом пожалеем. – Услышал Энрик его шёпот.

Не совсем понимая, что ему делать, он тоже обнажил меч.

Друг Дьюла толкнул командира стражи. – Ты что, хочешь их отпустить, чтобы тебя потом каждый бандит на слабо брал? Чтобы тебя потом никто не уважал и за стража не держал?

– Заткнись! – Рявкнул на него командир и тот и вправду резко замолк. – Я вынужден вас задержать, господа. Силой оружия, если потребуется. – Он смотрел на Хольку с опаской.

– Плохая идея. – Предупредил Люциус.

– Узнаем. Держите их.

Первый, кинувшийся на Хольку, лишился руки и упал перед ней. Второму она проломила мощный ударом щит и рассекла голову. Он упал, закрыл лицо руками и заорал.

Остальные трое встали перед разозлённой женщиной, опасливо направляя на неё мечи.

Люди Дьюла попытались обойти их. В этот миг Люциус сложил перед собой руки, направил их ладонями к людям, сжал в кулаки, и, прошептав какие то слова, резко разжал выставляя руки вперёд. Из открывшихся ладоней вылетела волна огня, которая прошла сквозь группу, обожгла всех и подожгла одежду. Они попадали на мостовую и принялись кататься по ней, вопя и пытаясь потушиться. Люциус оставил их в покое и повернулся к Хольке.

Тем временем женщина сама перешла в наступление, выбила у одного из рук меч и сильно толкнула его. В тот же миг совершила резкий разворот, отбила направленный в себя удар и тем же ударом рассекла грудь вместе с доспехом, заставив человека упасть. Последний попытался закрыться от неё щитом и из под него нанести удар, но Холька отскочила в сторону и точным ударом плашмя заставила его упасть без чувств.

– Пошли нахрен отсюда! – Донёсся из верхнего окна голос Корбека. – Чтоб я вас тут больше не видел, ублюдки. Нет у меня с вами никакого контракта и не было!

– Стража! Стража! – послышалось на ближайшей улице.

Люциус подошёл к Хольке. – Вот поэтому, Холька ты дура. – Спокойно констатировал он.

– Люциус, я знаю! Лучше придумай что-нибудь.

– У меня есть план на этот случай. – Оба посмотрели на него. – Но для этого надо выйти из города.

– Сначала зайдём за нашими вещами и потом пойдём теми переулками. – Холька указала на переулки между складами. – Они должны привести нас к юго-западными воротам. Если повезёт, нас пропустят без проблем. Энрик.

Энрик смотрел на произошедшее с настоящим ужасом. В первый раз он видел столько человеческой крови и слушал такие истошные вопли. Вид того, во что превратились подожжённые Люциусом люди – мечущиеся визжащие факелы, оставил его испуганно застыть.

Что же он может сделать с ним?

Холька подбежала к Энрику, но тот с ужасом направил на неё меч.

– Энрик, бежим!

– Стой! – Крикнул он. – Не подходи!

– Энрик, я всё тебе объясню. Обещаю. Но сейчас нам нужно уходить. Она сделала шаг вперёд и он почти достал клинком до её груди. Он чувствовал, что на него надвигается сила, которой ничего на стоит смести его. Его руки заметно дрожали. Но он не опускал оружие, потому что чувствовал, что это его последний шанс выжить.

В следующий миг это чувство развеялось. Резким ударом она выбила у него оружие. Оно отлетело и звякнуло об камни.

Не спуская глаз с парня, они подошла, аккуратно подобрала меч за клинок и протянула его рукоятью удивлённому Энрику. – Бери. – Приказала она.

Он неуверенно протянул руку она буквально вложила ему оружие. – Следуй за мной, если не хочешь сдохнуть.

Он едва кивнул. – Да, госпожа! – Его голос прозвучал неровно, будто его знобило. Сейчас от Хольки исходило такое ощущение силы и власти, что если бы она сейчас приказал Энрику вскрыть себе горло, он без сомнения бы это сделал.

Прибежал Люциус с мешком Энрика и двумя походными рюкзаками. – Быстрее отсюда.

И они вбежали в улочку между двух двухэтажных каменных домов и начали петлять между ними. Пока что погони не было. Но они замечали, как их преследовали какие то местные жители. Однако солнце уже заходило и наступающая тьма внушала надежду на спасение.

III.

Петляя по переулкам, они вскоре поняли, что оторвались от преследователей. Энрик готов был бежать куда угодно и только рука Хольки тянула его в одном направление. Выйдя на широкую улицу, ведущую к юго-западным воротам, они замедлились и, стараясь смешаться с прохожими. Охрана не проявляла никакого беспокойства и герои, никем не задерживаемые, вышли за стены, в пригороды. К этому времени уже почти полностью стемнело.

– Куда мы идём? – Тихо спросил Энрик.

– Замолчи! – Голос Люциуса заставил его сжаться на ходу. – После того, что мы устроили, нам нужной уйти подальше от города. Переночуем в лесу. Боишься темноты?

– Нет, господин. Мы с друзьями по ночам любили бродить.

В его словах была лишь часть правды. Он боялся, но не темноты, а тех, кто в ней скрывается. Раньше это были упыри и другие твари. Сейчас же он боялся своих защитников. Но отойти от них сейчас было бы ещё глупее, чем оставаться.

Дома остались позади и исчезли во тьме. Пройдя через рощу, они вышли на маленькую полянку.

Она была на возвышении, так что земля тут была относительно сухая.

Здесь Холька отпустила Энрика и Люциус тут положил ей руку на плечо.

– Объяснись, Холька. Что это было?

Она обернулась и решительно посмотрела на него.

– Предлагаешь отдать его им?

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

– Да. – Ответил Люциус. – Это не наше дело.

– Теперь наше

– После того, как ты напала – да. – Он секунду помолчал, после чего его ровный голос стал немного беспокойным. – Холька, ты рехнулась? Ты помнишь, куда и зачем мы идём?

– Помню. Но он же ребёнок. Я не могла его просто оставить. Он нуждается в нашей помощи.

– Ты теперь будешь каждого дурака спасать? Мы так никуда не уйдём.

Она замолчала и посмотрела на него возмущенно. – И что ты предлагаешь? Бросить его?

– Это было бы идеально. Но зная тебя, я на это не рассчитываю.

Его суровый тон вызвал у Энрика скорее обиду, чем страх. – Я не хочу быть обузой. Госпожа Холька, можно я продолжу пока у вас учиться? Научите меня. Я буду вам полезен.

Люциус нахмурился.

– Не смотри так. – Ответила Холька. – Лучше расскажи. Свой план.

– Завтра.

Когда Энрик проснулся, уже начинало светать. За ночь ему стало холодно.

Холька спала, укутавшись в плащ. Она выглядела несколько больше себя, будто бы свернулась калачиком. Помня последние дни, Энрик решил не подходить к ней. А вот Люциуса рядом не было.

Он тихонько встал. Огонёк совсем затух. Вспомнив о своих занятиях в деревне, Энрик нашей палку, сгрёб пепел в кучку, положил вокруг полусгоревшие ветки. Тихо пройдясь вокруг, стараясь на разбудить Хольку, он собрал кучку более-менее сухих веток и сложил их в костёр. Сев перед ним на колени, он начал водить рукой по горсти, шепча заученные слова. Почувствовав, как под его ладонью что-то нагревается, он одёрнул её. В тот же миг на месте, где она была, на секунду вспыхнул огонь и от него загорелось несколько веток. Они обдали парня волной тепла, слегка согрев руки и лицо.

Он попытался поддержать пламя, но ветки быстро потухли. Он тут же попробовал ещё раз. Теперь он решил не одёргивать руку сразу, а подождать, пока огонь разгорится. На его удивление, от огня чувствовался жар, но он не обжигал Энрика, хотя ветки загорелись. Когда огонь разгорелся, он убрал руку и пламя продолжало гореть сам по себе. Теперь Энрик уселся почти вплотную к нему и погрел руки.

Вокруг медленно светало. Небо из чёрного становилось тёмно-синим. Где-то наверху угукал филин.

– Сам научился?

Энрик резко обернулся.

Почти за его спиной стоял Люциус. Из полумрака выделялись только его яркие глаза.

– Да, господин.

Он прижал палец к губам и кивнул на Хольку. – Не буди зверя. – Подошёл и сел рядом.

– Вы так владеете пламенем. Пожалуйста, научите меня. Я тоже так хочу.

– Я тоже много чего хочу в этой жизни. И твоё счастье, что не все мои желания сбываются.

Он щёлкнул пальцем и рядом с Энриком загорелась земля. Он резко сжал кулак и огонь потух.

Энрик вздрогнул. – Не жгите!

– Тихо. – Люциус сел перед ним и помолчал, спокойно ожидая, пока парень придёт в себя. – Научился этому по книжкам?

Он едва кивнул. – Да, господин. Вы тоже?

Его взгляд стал насмешливым. – А ты много ли выучил по ним?

Энрик смущённо поглядел в землю – Я научился этому.

– Кое что. Но чтобы выучиться по-настоящему сильной магии, нужно иметь предрасположенность. Такими фокусами может развлекаться каждый. Так что забудь про свои книги, если хочешь чему то научиться.

Парень посмотрел на огонь. – Вы хотите сказать, что магами рождаются?

– Не совсем. Этому можно научиться. Но настоящей силой может овладеть только тот, кому это дано с рождения. Как я. Если ты будешь стараться, то кое что из тебя получится, но будь готов к тому, что настоящего могущества ты не достигнешь. – На несколько мгновений его глаза загорелись злобным светом. В руке разгорелся яркий огонь.

Энрик испуганно отскочил. Огонь в руке потух, как и глаза. Волшебник медленно встал. – Вот этого ты не достигнешь никогда. – Он неожиданно заговорил снисходительнее. – Но раз уж понравился ты моей Хольке, то будь нам полезен. А для этого можем немного поучиться.

Парень кивнул. – Я могу вам сапоги подшить.

– Можно. Но пока мы не об этом. Сейчас я дам тебе первый урок. – Он сел рядом с костерком. Жестом пригласил его сесть. – Не бойся магии. Ты не должен бояться того, чем управляешь. Ты не жертва. Ты – господин. Если будешь считать себя жертвой, то ты и будешь жертвой. А теперь вызови пламя ещё раз.

Энрик посмотрел на руку, повернул её к земле. Он сжал ладонь, пытаясь вызвать у себя те же ощущения какие испытывал в момент, когда разжигал огонь. Он напряг руку, но ничего не происходило.

Люциус устало произнёс. – Вот поэтому тебе нужны ингридиенты. Ты не можешь менять этот мир просто так, потому что внутренней магии, необходимой для этого, в тебе нет. Потому… – Он поднял ладонь над костерком, резко сжал её в кулак. Огонь исчез, погрузив их обоих в полутьму. – скоро он остынет и ты соберёшь в карман пепел. Позже я тебе покажу, что и как надо с ним делать. Понял?

Пока просыпалась Холька, они поели походную еду – хлебцы и сложенные в толстые плитки высушенные фрукты, уже почти рассвело.

– Рассказывай про свой план, Люциус.

Волшебник достал из кармана сложенный лист бумаги и развернул его. Это была карта Теократии, на которой от города до границы Старых Королевств пролегали жёлтые линии.

– Смотри. Это – дороги, по которым в Старые Королевства идут торговые караваны. Корбек заключил с нами контракт.

– Он его разорвал. – напомнила Холька.

– Тем не менее я подсмотрел маршрут, по которому будет идти этот караван. Следовательно, мы сможем к нему присоединиться и попробовать убедить их нанять нас в качестве охраны.

– А если они не согласятся?

Он посмотрел на неё недоверчиво. – Тогда мы можем им напомнить, кто мы и что мы устроили вчера в городе. И они нас возьмут.

– Но мы же поступим, как бандиты! – Возмутился Энрик. – А вы рыцари.

– Тебе кто-то давал право голоса? – Спросил Люциус. Энрик и так понял, что сболтнул лишнего.

– Это выглядит слишком опасно, Люциус. Может нам другие идеи поискать.

– Хорошо. – Люциус убрал карту в карман. – Я слушаю.

– Я не против твоей мысли. Но мы должны придумать, как не нажить себе ещё больше врагов.

От последней фразы Люциус слегка сощурился. – Я слушаю.

Холька задумалась. – Может попросить кого-нибудь инсценировать нападение на караван, а мы выступим в роли неожиданной подмоги? – Увидев удивлённый взгляд Люциуса, она быстро исправилась. – Нет, нет. Слишком сложно. Или, может, сказать им, что мы из Ордена и идём по важному заданию в Старые Королевства.

– Они пошлют нас в посольство Королевств.

– А может…

– Холька. – Он положил ей руку на плечо. – Давай пока выйдем на ту дорогу. А там посмотрим. Может ты что-то придумаешь. Караван должен выйти из города завтра. Если после нас у Корбека начнутся проблемы, то, может, задержится. Но на пару дней, не более.

– Давай тогда уйдём подальше от города. Чтобы нас случайно не заметили, и чтобы стражу быстро не позвали.

Примерно до середины дня они шли вдоль дороги.

В обеденно время остановились в небольшой дубраве, их которой открывался вид на широкий тракт, по которому время от времени кто-то проходил или проезжал.

– Доставай пепел. – Приказал Люциус. Он нашёл небольшой участок земли, свободный от травы и указал на него пальцем. – Высыпь его сюда. Половину.

Энрик высыпал и сел на колени, ожидая указаний.

Люциус начал медленно обходить его по кругу. – Смотри на пепел. Не на меня.

Энрик подчинился.

– Сделай то, что ты делал раньше, чтобы вызвать огонь.

– Но у меня же нет веток. Он потухнет.

– Ты хочешь научиться? – Голос Люциуса не допускал неповиновения. – Тогда делай, как я скажу.

Недалеко хрустнули несколько веток. Холька тренировалась с мечом, срубая их одну за другой.

Энрик поводил пальцем по кучке пепла, взял её часть, развеял над основной кучкой, произнеся нужные слова. Кучка вспыхнула у него в руках.

– Держи. – Приказал Люциус. – Не бросай.

Парень дрожащей рукой держал в руке пепел, горящий буквально сам по себе. На удивление огонь вновь не обжигал.

– Возьми в другую руку.

Энрику хотелось его откинуть. Упаси Пламя, оно начнёт жечь. Только стоящий позади рыцарь пугал его больше. Он осторожно поднёс вторую руку и соединил их. Огонь медленно переполз на обе.

– Что дальше? – Испуганно спросил он.

– Опусти его на землю. На пепел.

Оказавшись на земле, огонь перекинулся на нетронутый пепел, но почти сразу же потух.

Парень вытер рукой вспотевший от напряжения лоб.

– Теперь повтори это. Только без пепла.

Парень повторил те же движения и слова, только без пепла. Ничего не происходило. Он нервно обернулся к Люциусу.

Тот равнодушно кивнул. Попробуй ещё раз.

Энрик из-за всех сил постарался повторить всё, что он делал с пеплом. На секунду ему даже показалось, что в его руках что-то потеплело. Но ему лишь показалось.

– Как ты думаешь, почему у тебя сейчас не получилось?

– Потому что пепла не было!

– А почему без пепла не выходит?

Мальчик обиженно посмотрел на него. – Потому что я не волшебник.

Люциус отрицательно качнул головой. – Это я тебе сказал. Но у этого есть причина. Почему без пепла тебе не удаётся зажечь огонь? Думай собственной головой.

Энрик впал в ступор.

– Что загорается: твоя рука или пепел?

– Пепел, конечно.

– Что это значит?

– Что без пепла нельзя колдовать.

Люциус сочувственно покачал головой. – Нет. Откуда берётся твоя магия?

– Из пепла. – Он поглядел на Люциуса. Тот хмурился. Его глаза ярко светились. Тут же Энрик додумал мысль. – То есть из всего, что вокруг.

– То есть?

– То есть из природы.

– Правильно. – Голос Люциуса стал удовлетворённым. – Второй урок – источник магии – весь мир и каждый предмет в нём. Каждый предмет отвечает за какую-то силу. Какое то действие. Пепел, например, за огонь. С помощью разноцветного песка можно наколдовать пыль, которая будет ослеплять и усыплять твоих врагов. Из ракушек можно вызвать морскую волну в любом месте. Нужно лишь знать слова и действия.

Следовательно, что ты должен делать в первую очередь, когда хочешь применить магию?

Энрик опять растерялся. – Искать вещи, которые её вызывают.

– Правильно. Именно потому, что все силы, которые ты используешь, находятся в них. Ты эти можешь лишь пробудить эти силы и направить их.

– А я смогу стать, как вы? Ну, то есть, смогу колдовать, как вы?

– Как я – нет. Природная магия всегда сильнее. Но если ты действительно хочешь этого, я могу указать людей, которые помогут тебе стать сильнее.

– Это другие рыцари?

– Нет. – Люциус многозначительно помолчал – Есть в этом мире общество, группа людей, которые знают об огне больше других. Они могут научить тебя, дать тебе то, чего ты не достигнешь сам – подлинное могущество, силу, с помощью которой ты сможешь вершить судьбы других. – Его глаза стали ярче.

Энрика от этого пронзила дрожь. – Я не хочу ничего «вершить». – Он не понимал последнего слова. Оно казалось ему чужим. – Я хочу, чтобы моя семья и я жили хорошо.

– А кто этому мешает? Эти бандиты? Думаешь, они поведутся на твои просьбы о хорошей жизни? – От его пристального взгляда Энрику вновь захотелось исчезнуть. – Не поведутся. Ты сам это знаешь. Такие, как они, мешают тебе жить так, как ты хочешь. И только сила даст тебе возможность жить спокойно, делать этот мир лучше, спасать добряков и карать злодеев. Только сила. И есть люди, которые дадут тебе её. Потому что они такие же, как ты – слабые, но полные желания сделать для этого мира хоть что-то. Они примут тебя с распростёртыми объятьями. Если ты решишься.

– Я… я не знаю.

Люциус смотрел на него так, будто требовал ответа немедленно.

– А это добрые люди?

– Очень. К тем, кто разделит их идеи, они будут очень добры.

– Добрее вас?

– Добрее меня. И умнее Хольки. Они научат тебя большему и дадут тебе идеал, цель, к которой стоит стремиться.

– Я бы хотел научиться у них. – Сказал Энрик после некоторой паузы.

– Сейчас ты не готов. – Поучительно ответил Люциус. – Со временем, когда ты наберёшься знаний и опыта, я познакомлю тебя с ними.

Он всё ещё пугал Энрика. На мысль, что он может познакомить его с могучими волшебниками, даже лучше, чем он сам, немного вдохновила парня.

Тем не менее в эту ночь он плохо спал. Случившееся вчера так и не давало ему покоя. В первый раз его настигло сомнение: а может он зря сбежал? Он представил, как отец сейчас проклинает его, а мать плачет. А брат вынужден отвечать перед Дьюлом и его прихвостнями вместо него.

Энрик пришёл к выводу, что всё-таки он сволочь. Но единственный вариант, который лез ему в голову, был попробовать обучиться магии и бою у этих рыцарей. А потом, если судьба поможет, вернуться в деревню. Сейчас он мало что сможет сделать.

И эти рыцари. Он не думал, что они окажутся такими жестокими. Особенно Холька. Может, они не рыцари, а только притворяются?

Холька защищает его. Но зачем? Она кажется доброй, но она так жестоко напала на стражу. Она ведь может так же напасть на Энрика, если что-то взбредёт ей в голову. А может, у её есть другие причины? Господа часто бывают с причудами.

У него появилось желание сбежать от них, но в этой ситуации это была бы вершина глупости.

С этими мыслями он незаметно для себя заснул. Но вскоре проснулся от того, что рядом с ним шептался Люциус. Он явно отвечал кому то, но этого кого то слышно не было.

– Ты уверен? Это потребует определённого времени. И как я, по твоему должен это сделать? Без неё мне будет… затруднительно проделать это. Пока дело не сделано, она нам пригодится. -Тут он процедил сквозь зубы. – Нет, я не размяк! Я сам решу, что с ней делать. Она моя! Ясно?

Энрик даже приблизительно не понимал, с кем он разговаривает. В деревню иногда заходили юродивые, которые утверждали, будто разговаривали с духами природы. Может, Люциус тоже говорит с каким то духом? Духом огня?

Волшебник замолчал. Некоторое время он сидел молча, затем поднялся и принялся почти бесшумно бродить вокруг.

Энрик некоторое время слушал его шаги, но затем успокоился и вновь уснул.

На рассвете его разбудила Холька.

– Костёр не зажигаем. Караваны обычно выходят утром, так что до обеда лучше сидеть тихо. – Предупредил Люциус.

Энрик всё-таки попытался вновь зажечь огонь в руках. В этот раз он убедил себя держать огонь в руках столько, сколько возможно. Он продержал его несколько минут и теперь этот огонь стал казаться ему не более опасным, чем лежащие рядом листья. Этот успех обрадовал его. Значит, он делает всё правильно.

Когда солнце уже порядочно поднялось, по тракту прошёл караван из примерно дюжины повозок. Его сопровождали вооружённые люди, в разнообразном снаряжении и куча слуг. Люди, похожие на караванщика и его главных помощников ехали на лошадях.

Люциус хотел выйти к ним, но Холька его остановила. – Лучше выйти к ним на привале, когда они будут больше расположены разговаривать с незнакомцами.

– Справедливо.

Они тихо пошли параллельно каравану. Те громко общались и, похоже, даже охрана не особо смотрела в окружающее редколесье.

Через час караван зашёл в лесной массив.

В какой то момент Люциус остановил Хольку и указал вперёд. Там, в сторону каравана крались несколько фигурок в серых плащах. У двоих из них Энрик разглядел в руках большие луки. У ещё одного в руках вспыхнул огонёк. Прямо, как у Люциуса.

Рыцари переглянулись. Холька жестом велела Энрику оставаться на месте.

Люди в плащах подходили поближе. Со стороны каравана послышался треск. Одно из крупных деревьев упало на дорогу. Послышалось конское ржание.

Тут же с другой стороны тракта упало второе дерево, перекрыв каравану обратный путь.

Лучники натянули тетивы, выстрелили, и подбежали поближе. Человек с огоньком пошёл позади. Дальше Энрик заметил ещё несколько людей в плащах.

У каравана начался переполох. Кто-то громко раздавал команды.

– Вперёд. – Скомандовала Холька.

Энрик хотел было броситься за ними, но Холька схватила его за плечи. – Энрик, стой, не лезь.

– Я помогу.

– Ты бесполезен в бою. – Резко добавил Люциус. – Стой здесь.

Не дожидаясь ответа, они побежали к каравану.

Энрик поглядел им вслед. В этот момент ему стало обидно за услышанное.

– Они жалеют меня, помогают мне, а я буду стоять тут, как какая то вещь? Я не беспомощен! Я им докажу!

Обнажив меч, он побежал за рыцарями.

Те быстро расправились в первой троицей и выбежали на дорогу.

Там шёл ожесточённый бой. Защитники попытались спешно выстроить повозки в круг, но нападавшие не позволили им этого сделать. Сейчас вокруг каждый повозки дрались люди в серых плащах и сопровождающие караван. Несколько человек с обеих сторон уже лежали убитыми.

– Ко мне, ублюдки! – Крикнула Холька. Она бросила в самую гущу боя.

Люциус притормозил. Один из нападавших бросился на него, но получив небольшим сгустком огня в лицо, упал и с воплем принялся кататься по земле.

Энрик увидел, как впереди два защитника отбивались от трёх нападавших. Оба защитника были уже прижаты к повозкам. Ещё чуть-чуть и их зарубят. Они все были увлечены сражением и не замечали парня. Выбрав того, кто стоял прямо к нему спиной, Энрик, бросился на него, замахнувшись, как учила его Холька.

– Если выбираешь, куда бить, всегда бей по руке. Без рук враг беспомощен. – Говорила она.

Он метил в руку, замахнувшуюся мечом.

Вложившись в замах всем своим весом, Энрик легко отсёк её. Из-за разбега он не мог быстро остановиться. Меч воткнулся в телегу и сам Энрик едва не налетел на свой же клинок, в последний момент уклонившись и приложившись плечом о большое деревянное колесо.

Лишившийся руки враг заорал, но его тут же проткнул и повалил один из защитников. Товарищ убитого замахнулся на Энрика но его удар перехватил один из защитников.

Второй сражался с оппонентом в паре метров перед Энриком. Выдернув меч, он секунду прикинул, как лучше ударить. Холька не учила его протыкать врагов, но замахиваться он боялся. Потому, выставив меч перед собой и крепко схватив его, он ринулся на врага. Тот не заметил парня и Энрик влетел в него, напоровшись на рукоять. Человек вскрикнул, истерично махнул мечом. Плечо будто обожгли и парень от этого ещё сильнее вцепился в меч. Враг попытался оттолкнул его, но тут же караванщик проткнул ему грудь и человек. Энрик вместе с ним.

Тут же чья то сильная рука резко подняла его на ноги. – Держись парень! – Крикнул на ухо суровый мужской голос.

От напряжения Энрик смог только едва кивнуть.

– Назад! – прокричал кто-то. И нападавшие бросились врассыпную. В одного из них Люциус запустил сгусток огня. Когда тот загорелся, упал на землю и к нему бросились два стражника.

– Ура! Молодцы, мужики! – Крикнул кто-то спереди каравана.

– Ура! – Ответили ему десяток голосов.

– И девки! – шутливо добавил кто-то.

Держась за остро болящее плечо, Энрик поплёлся во главу каравана, откуда ему навстречу шла Холька. Её меч был омыт кровью, глаза блестели и на лице застыла азартная улыбка. Увидев парня, она резко стала серьёзной.

– Энрик, ты дурак? – Она подбежала к нему. – Тебе же сказали – быть в стороне!

– Не волнуйтесь, госпожа. – Подошёл к ней стражник. – Парень ваш отчаянный. Двоих завалил. Ему, конечно, учиться и учиться, но храбрости хоть отбавляй.

Энрик тихонько дрожал. Не от раны, а от осознания того, что сейчас он мог умереть в любую секунду. В короткий момент боя ему это не приходило в голову, а теперь, когда всё резко стало спокойно, он задумался об этом. Его так било дрожь только, когда он пару лет назад заболел на новый год. Тогда его еле отпоили травами, но неделю он лежал в горячке.

– Я их убил! – Едва проговорил он и положил меч на траву.

– Убил, убил, дурак. Рану нужно залечить. Стой спокойно. – Холька убрала меч в ножны и достала из рюкзака небольшой флакон. Она поднесла его к ране и вылила туда пару капель бесцветной жидкости. Рана быстро перестала болеть и жар от её резко сменился прохладой, будто огонь накрыли плотной мокрой холодной тканью.

К ним подошёл плотный человек в богатом костюме и с разрубленной почти надвое шляпой.

– Вы, господа, кто такие? – Требовательно спросил он.

– Мы рыцари ордена Истребителей. – Холька достала из кармана под плащом значок. – Нам надо пройти в Старые Королевства.

– И нам надо. – Кивнул караванщик. – А что вы в лесах делали? Небось сами нас ограбить хотели?

В этот момент и подошёл Люциус.

– Мы как раз вас и искали. Слышали, что просто так в Старые Королевства не пускают и потому решили наняться к вам.

Мужчина нахмурился. – А с чего вы взяли, что мы вас возьмём?

– С того, что без нас вам было бы тяжко.

– Да что вы говорите?

– Он прав. – Ответил ему один из охранников. – Один паренёк чего стоит.

– Без них мы бы хрен отбились. – Прибавили с другой стороны.

– Там, в лесу, ещё трое лежат. – Люциус указал рукой туда, откуда они пришли. – Как думаете, что было бы с вами, если бы и они к вам присоединились.

– Вы двое. – Караванщик указал пальцем на слуг. – Идите туда и проверьте.

Люди в бурых туниках, подвязанных толстыми ремнями, побежали в лес.

– А вы. – Он указал на троицу. – Впервые за пару месяцев на столь большой караван совершается нападение и вы вдруг оказываетесь рядом и заявляете, что искали как раз нас? – Он обратился ко всем. – Не кажется ли вам всем это подозрительным.

Люди вокруг задумались. – Ну, подозрительно, не подозрительно, а без них мы бы хрен отбились. Это правда.

Один из помощников вдруг подошёл к караванщику, что-то зашептал ему и кивнул на Люциуса.

– Ох. А ведь правда. – Караванщик посмотрел на мага с откровенной враждебностью. – Ещё и преступники.

– Что ещё интересного скажешь? Может, ещё и каиловцами нас обзовёшь?

– Не увиливай. Это вы трое позавчера покрошили людей у дома господин Корбека. Тебя, эльф, по маске легко узнать. Мог бы хоть сменить.

К нему подошёл мужик в кирасе. – Ты хочешь тут устроить ещё один бой?

Караванщик посмотрел на него с гневом и недоумением. – Я не хочу, чтобы в моём караване были преступники!

– Да плевать мне на преступников! Мы сейчас еле живы остались. А с такими крепышами путешествовать спокойнее.

– Тебе будет спокойнее, если они тебя ночью зарежут?

– Мы этим не занимаемся. – Успокоил его Люциус. – То было досадным недоразумением. Нам нужно только попасть в Королевства. И потому мы согласны охранять ваш караван до ближайшего города по ту сторону границы в обмен на то, что вы запишите нас, как часть охраны.

– Может тебе ещё и королевскую дочь в жёны?

– Если она владеет магией, было бы неплохо. – При этих словах Холька взглянула на него с улыбкой. – Сколько у вас людей погибло?

Караванщик хотел сказать что-то гневное, но его опередил мужчина в панцире. – Пятеро.

Люциус кивнул. – Мы временно займём места троих из них. Можете даже не платить, мы в этом не нуждаемся.

Караванщик возмущался такому нарушению закона, но командир стражи наотрез отказывался сражаться и требовал принять путников.

Наконец караванщик гневно осмотрел всех. Его взгляд остановился на Люциусе. – Бездна с вами! Забирайтесь, но только подумайте что-нибудь выкинуть!

Он хотел уйти, но но его остановил паренёк, протянувший ему какой то знак на цепочке. – Это было у бандитов. У нескольких.

Энрик присмотрелся. По форме эта вещь напоминала большую монетку. На чёрном фоне был нарисован зелёный разорванный круг и зелёная точка внутри него.

– Тёмный Ковен. – Сказала Холька.

– А говорили, что их всех перебили на Ставросе. – Заметил командир стражи.

– На Ставросе было их главное логово, но многие продолжают действовать и вне его. – Пояснил Люциус.

Верен понятливо кивнул.

Караванщик обернулся к ним. – И что с того?

Люциус склонился над ближайшим убитым и вытащил у него из под плаща такой же символ. – Ковен никогда не занимался простым грабежом. Составить план по захвату мира – это на них похоже, но заниматься разбоем ради добычи – не в их стиле.

– И? – Караванщика уже порядком утомил этот разговор.

Люциус поднялся и подошёл к нему. – Что вы везёте?

– Не твоё бесовское дело!

– Ты слышал его? – Холька встала рядом с товарищем. – Ковен не нападёт просто так. Раз они напали на ваш караван, значит вы везёте что-то, а чем они охотятся. Почти наверняка это что-то магическое. Мы уже давно боремся с Ковеном и раз им нужна от вас какая то вещь, то они не оставят вас в покое. И вам же лучше будет рассказать всё.

Его лицо стало неожиданно сосредоточенным и деловым. – Какие же вы надоедливые! Есть одна вещь. Меня господин Корбек попросил доставить своему знакомому в город Сола в одном из Старых Королевств. И он строжайше запретил кому-либо вскрывать доставку по дороге.

– Мы можем встретиться потом с этим знакомым? – Поинтересовался Люциус.

Караванщик пожал плечами. – Если хотите. Мне приказано доставить её по определённому адресу. Если вам это так надо, вы сможете пройти со мной. Если вас пропустят через границу. – Его взгляд снова стал подозрительным. – И не арестует Инквизиция.

Люциус помог сжечь трупы. Перед этим большую часть снаряжения погибших с обеих сторон запихали в одну из телег. На неё же уселся Энрик. Люциус и Холька пошли рядом. Деревья с дороги убрали. Примерно через час караван продолжил путь.

Энрик слышал, как Холька обратилась к Люциусу. – Ты и это всё распланировал?

Он посмотрел на неё. – Конечно. – В его голосе послышала ирония.

– Я так и думала. – Она вновь улыбнулась.

– С твоими связями ты могла бы и сама это организовать.

От холькиной улыбки не осталось и следа. – Ты не умеешь шутить.

– С юмором у нас всегда было плохо.

– Не похоже, чтобы это нам мешало. – Она взяла его за руку.

Его напряжённые после боя плечи вновь опустились. – Да. – После некоторой паузы он добавил. – Я знаю.

IV

Оставшийся день они шли спокойно, без остановок.

Те, кто не пострадал в прошедшем бою, были навеселе. Открыли небольшой бочонок пива и многие смогла попробовать его. Потом, радостные, начали напевать дружным хором какую-то песню, Энрику раньше неизвестную.

Пели про Великую стену, про людей, что воздвигли её из страха, чтобы защититься от мира. И теперь трясутся от ужаса, сидя за ней.

Энрик слышал о Великой стене. Говорят, за ней находится куча Королевств, которые все подчиняются императору, который то ли великий волшебник, то ли какой то посланник ангела, то ли вообще не человек.

Построили стену лет пятьсот назад, чтобы защититься от постоянных войн с Теократией и Королевством Кайл. Отец Диолор и жрецы Пламени говорили, что люди там бесам поклоняются, живут в домах с нелюдями и погрязли в разврате.

Никто их не трогал. Когда начало смеркаться, караван остановился на открытой местности, выстроив повозки в круг.

Рыцари вместе со стражей принялись допрашивать взятого культиста.

Тот изрядно обругал их, после чего Люциус начал жечь его огнём. Тот кричал так, что вокруг него собрался весь караван и начали предлагать свои варианты истязания. Люциус делал вид, будто не слышит их.

Холька смотрела на это мрачно, но отодвигала тех, кто подходил слишком близко.

Когда руки человека стали почти полностью чёрными, а он сам сорвал голос,

Рыцари стали допрашивать его. Тот говорил тихо и Холька пару раз поила его из фляжки и била по щекам, чтобы тот не потерял сознание.

Энрик мало что понимал из его слов, кроме того, что командира этого отряда Ковена звали Бальдр и он находится сейчас в Старых Королевствах и ждёт, пока туда доставят какую то вещь, которую везут в этом караване. Так же Энрик понял, что эти члены Ковена ненавидя нынешнюю главу Ковена Ксеробеллу, за то, что она предала Ковен и сделала его вассалом Республики.

Как только допрос закончился, Люциус выпустил в лицо пленнику комок огня и тот упал мёртвым.

Холька схватила руку Люциуса и сильно её сжала.

– Успокойся. – Сказал он.

– Мы должны были доставить его властям, Люциус. Мы – рыцари.

– И мы убили очередную мразь. К тому же мне не охота сдавать себя властям ради одного ублюдка.

– Правильно сказал. Сразу видно – толковый мужик. – начальник стражи одобрительно похлопал Люциус по плечу от чего тот посмотрел на него огненным взглядам.

Охранник смиренно показал открытые ладони и отошёл.

А если он наврал? – Поинтересовался караванщик.

– Не наврал. – Уверенно ответила Холька. – Это было хорошо видно.

Люциус подтвердил её слова кивком. – Он ничего особого и не мог знать. Теперь нам точно надо будет взглянуть на эту вещь, когда прибудем в Королевство. И поболтать с адресатом.

Лагерь стал постепенно засыпать. Холька сидела чуть в стороне, куда не доходил свет от огня и вновь наблюдала за небом. Сейчас по нему активно ходили тучи, но по сравнению с тем, что было полгода назад, когда ещё была Эпоха Тьмы, и небо было затянуто тучами всегда, нынешнюю погоду можно было назвать ясной.

Энрик осторожно подошёл.

– Чего не спишь? – Она будто почуяла его за своей спиной.

Лёгкий холодок опять пробежал по его телу. Но сейчас её голос звучал очень спокойно, почти как у Люциуса, и Энрик не стал отходить. – Простите. Можно вас спросить?

– Отчего же нельзя? Садись.

Он осторожно сел и тоже посмотрел на небо. Как только вечные тучи исчезли староста, например, часто в ясные ночи гулял под открытым небом.

– Простите если это глупый вопрос. Почему вы меня спасаете?

– Ты мне не веришь?

– Вы так легко убиваете людей. Как можно вам верить?

Она улыбнулась. – И правда. Но мы – воины. А воины должны убивать. Это не делает нас самих злодеями, мы просто делаем то, что должны делать.

– Но вы убивали и стражу.

– Я сделала так, как велит мне моё сердце. Надеюсь, что никто из них не умер. Но они слишком хотели причинить вред слабому. И я не желаю этого терпеть.

Он смущённо отвернулся. – Я это не заслужил.

– Возможно. Но я так не считаю. И потому действую, как мне виднее. Если я чувствую, что кого-то нужно защитить, я делаю это. И пусть другие меня осудят.

– Но… – заговор он неуверенно – …вы же рыцари. У вас есть правила. Разве нет?

– А зачем эти правила? – Она внимательно посмотрела на него. – Ответь мне.

– Ну. – Он смутился, потому что не понимал, чего она хочет услышать. – Потому что так правильно.

– А почему правильно?

Он задумался. – Потому что так всем лучше.

Она улыбнулась. – А кто решил, что так будет лучше? Кто пишет законы?

– Великое Пламя, конечно. В нём жрецы увидели первые законы и переписали их для людей. – Он в точности пересказал то, что говорил ему Отец Диодор.

Она вновь улыбнулась. – Если эти законы придуманы Пламенем, то могут ли они быть плохими?

– Нет, конечно. – Этот вопрос удивил его. Зачем она спрашивает такие очевидные вещи?

– Но ведь есть несправедливые законы.

– Отец Диодор говорил, что господа искажают волю Пламени, чтобы получить богатство власть.

– Именно поэтому ради блага других иногда законы можно и нужно нарушать.

– А вдруг Пламя вас покарает?

Она вновь улыбнулась. – Может быть однажды это случится. Но я уже ошибалась и знаю, как горько осознавать ошибку. И всё же думаю, что это лучше, чем делать только то, что говорят тебе другие.

Он смотрел на Хольку совсем удивлённо. – Даже если они мудрее?

– Даже если они мудрее.

Энрик печально посмотрел в землю.

– Ты тоже поступил, как считал лучше, Энрик. Ты хотел, как лучше.

– Но я подставил семью. Сбежал не потому, что хотел лучше, а потому что – я трус.

– И ты хочешь стать лучше. И я тебе помогу. Если ты не будешь меня бояться.

– А Люциус?

– Не волнуйся. Он не причинит тебе вреда.

Они немного посидели, после чего Энрик лёг рядом, у повозки. Едва он закрыл глаза, как услышал тихую красивую музыку. Открыв глаза, он увидел как Холька сидела на том же месте, поднеся ко рту тонкую трубку. Оттуда доносилась красивая тихая мелодия. Пальцы женщина поочерёдно опускались на трубку и поднимались и по мере этих движений музыка менялась.

Эта мелодия ещё больше клонила Энрика в сон. Он вновь лёг и заснул под умиротворяющую музыку и лёгкий шум гуляющего в поле ветра.

Следующие два дня караван спокойно шёл вперёд. Во время остановок Холька вновь продолжила учить Энрика сражаться на мечах. – Если ты протыкаешь – наваливайся всем телом. Держи меч обеими руками, упирайся в него боком. Как только меч войдёт во врага, тут же упрись в него ногой и оттолкнись. Вон дерево. Попробуй, воткни клинок в него и вытащи.

Энрик с разбегу воткнул меч в ствол, но вытащить не сумел.

Он оглянулся на Хольку, но так не торопилась помогать ему.

– Теперь вытаскивай. – Сказала она с лёгкой насмешкой.

Он потянул меч вверх-вниз, несколько раз потянул на себя и наконец вытащил.

– Ничего страшного. – Поощрила его Холька. – Дерево крепче человека. Из настоящего врага ты его легко вытащил бы.

Энрик нашёл в телега несколько маленьких мешочков и по дороге собрал в них попавшийся песок, кору дерева и пару растений. Они могли пригодится, как ингридиенты для заклинаний.

На третий день караван вышел на широкую степную полосу и далеко впереди показалась высокая стена из жёлтого кирпича. То и дело её прерывали высокие жёлтые башни с черепичными куполообразными крышами. Перед огромными металлическими воротами расположился целый палаточный лагерь, в котором было много повозок и знамён. Въехав в него, рыцари заметили среди людей немало смуглых и даже несколько чернокожих.

– Их не пускают внутрь? – Спросила Холька караванщика.

– Наоборот. Они специально сидят на нашей стороне, чтобы дороже продавать товары. В Королевствах строго следят за ценами, а у нас тут можно какие угодно набивать, лишь бы покупали.

Караван остановился недалеко от ворот прямо на дороге, а караванщик в сопровождении слуги, начальник стражи и троицы пошёл вперёд.

Перед воротами стояла шеренга закованных в серые латы стражников. Их куполообразные шлемы венчали красные плюмажи. За ними ходил и поглядывал на всех высокий человек в разноцветном парадном плаще с меховым воротником.

Завидев приближающуюся группу, он вышел вперёд с двумя солдатами.

Подняв открытую ладонь, он громко произнёс: Иоахим Калават, Главный надзиратель Ворот Золотого Когтя. Ваше разрешение на въезд.

Караванщик снял с плеча кожаную сумку, вынул оттуда скрученную в свиток плотную бумагу с прикреплённым ярлыком и поднял её Надзирателю.

Тот взял бумагу, раскрыл, прочёл и вернул караванщику. – Дайте мне список сопровождающих.

Тот протянул ему сложенный лист бумаги, на котором была заметна красная печать.

– Список товаров. – Тот протянул ещё одну бумагу.

Надзиратель за линию солдат к стоящему в нети стены столу, взял лежавшую на нём печать, приложил её к обоим листам и вернул их караванщику. – Теперь мои люди пересчитают вас и ваши повозки. – если всё в будет соответствовать. – пропустим.

– На нас бандиты по дороге напали. – Осторожно отметил караванщик. – Убили двоих охранников.

Калават кивнул. – Учтём.

Несколько слуг с символом золотого когтя на плащах принялись осматривать караван.

Один из них остановился перед Энриком и спросил у него. – Ты тоже охранник?

Тот поклонился – Да, господин.

Тот хмуро оглядел его, но ничего больше не сказав, прошёл дальше.

Через час эта проверка закончилась. Ворота медленно раскрылись, охрана отступила и караван медленно прошёл через них.

Далеко впереди степь заканчивалась лесом. Дорога теперь была вымощена камнем и не страдала от слякоти. Вдоль неё через каждые несколько километров стояли небольшие дозорные вышки, с вершины которых оглядывали прохожих и проезжающих один или два стражника.

Вечером Холька обратилась к Верену. – Есть в Соле магазины, где можно найти словарь королевского языка на нашем, на южном?

Тот пожал плечами. – Книжных лавок там полно. Город большой. Спросите там, на месте. Надеюсь, вы знаете королевский?

Холька кивнула – У нас было время его выучить.

– Тогда проблем не будет. А если в лавках нет, можете поискать в городской библиотеке.

На следующий день подъехали к окружённому высокими стенами городу. Первое, что бросилось в глаза, это треугольные черепичные крыши, которых, что в Республике, что в Теократии было очень мало и они считались иноземной роскошью. Здесь же, даже в пригородах ими был покрыт каждый второй дом. И дома все были каменные. Вообще не было простых деревянных, которых было много в Теократии.

– Богатая страна. – Констатировал Люциус.

– Даже удивительно. – Ответил Верен. – Что такая замкнутая страна так процветает.

– Королевства велики и населения у них много. – Пояснил караванщик. – И торгуют они с южными странами. А оттуда тоже всякий ценные диковинки привозят. И техника у них развитая. Видишь этот камень обточенный? – Он показал на идеально гладкую стену одного из домов. – Я слышал, у них здесь есть какие то штуки механические, которые обтёсывают камень лучше самого умелого мастера. Представляете, какие-нибудь гномьи мастера веками учатся вытёсывать идеальные формы, наши передают эти умения через многие поколения, а здесь умники просто сделали машины, которые делают то же самое.

– Надеюсь с магией здесь всё столь же хорошо. – Отметил Люциус.

Они въехали через ворота и по широкой центральной улице прошли да большой площади, которая была заполнена торговыми рядами и палатками.

Вокруг ходили люди в разноцветных богатых плащах. Немало было смуглых людей из-за моря.

Яркое солнце нагревало камень и от этого воздух в городе был немного теплее.

– Ну что, теперь вы наконец нас покидаете? – спросил караванщик.

Люциус кивнул. – Во-первых – да. Во-вторых – нам надо встретиться с тем, кому вы должны доставить ту посылку от Корбека.

– Это частное дело! – Заявил караванщик.

– Учитывая, что за этой вещью охотится Ковен, уже нет.

– Зачем бы ковенцы не хотели получить её, это точно не приведёт ни к чему хорошему. Мы просто хотим убедиться, что этот предмет не опасен и не попадёт в плохие руки. – Добавила Холька.

Этот аргумент караванщика удовлетворил.

– Хорошо. Я как раз собираюсь послать к графу слугу с этой доставкой. Заодно послужите ему охраной. Кстати о ней. Поскольку вы, по сути, как стражники, разрываете контракт раньше времени, то я требую с вас компенсации. Двадцать пять золотых монет с каждого.

– По пятнадцать, не больше. – Ответил Люциус.

– Я не торгуюсь. У меня есть смета и я обязан ей следовать.

– Я заплачу за вас. – Кивнул начальник охраны. – Вы нам очень помогли. Считайте это моей благодарностью.

Люциус благодарно кивнул, но Холька резко вышла вперёд. – Ещё чего? Мы сами за себя заплатим! Нечего брать на себя чужие долги!

Люциус сделал шаг и прошипел ей почти на ухо. – Холька, у нас не так много денег.

– Если понадобится, я заработаю.

От её слов стражник нахмурил брови. – Госпожа, не поймите меня неправильно. Эта помощь – это знак моей признательности, а вовсе не попытка принизить ваше достоинство.

– И тем не менее мне будет спокойней, если за нас не будут расплачиваться другие. Долги надо отдавать. – Она достала из рюкзака кошель с монетами, отсчитала нужную сумму и обернулась к Люциусу. – Нужно ещё семнадцать золотых.

Эльф стоял спокойно, но его горящие глаза впились в женщину. – Холька.

– Люциус. Прошу тебя.

Он молча вытащил из кармана свой кошель, отсчитал оттуда нужную сумму и протянул подруге. Та отдала её караванщику. – Мы в расчёте?

Тот быстро подсчитал. – Да. Весьма благодарен.

Она обратилась к стражнику. – Простите, если я вас обидела. Но мы сами к вам напросились и было бы неправильно, если бы вы ещё и заплатили за нас.

– Я не обижаюсь, хотя и считаю, что от чужой доброй воли отмахиваться не следует. Но смотрю, у вас есть своя честь. По вам видно, что вы люди достойные. Пусть Великое Пламя всегда светит вам.

Она послала мужчине благодарную улыбку.

Караванщик позвал слугу, вручил ему небольшую скромную деревянную коробку. Замка на ней не было. Энрик заметил, как оба рыцаря буквально впились в неё взглядами.

– Адрес вот. – караванщик отдал слуге и бумажку. – Иди. Эти трое будут тебя сопровождать. У них дела к адресату. Как доставишь, возвращайся сюда. Их не жди.

Паренёк, на вид немного старше Энрика кивнул и жестом пригласил рыцарей следовать за ним.

Когда они отошли Люциус заявил неожиданно спокойным даже для него тоном:

– Холька, ты дура.

– Я знаю.

– Я серьёзно. Ты подумала, на что мы будет жить? У нас осталось меньше полусотни монет.

– Уверена, здесь всегда найдётся работа для нас.

– Вот ты и будешь тратить на это время, пока я буду искать то, зачем мы приехали.

– Не обижайся. – Она ласково погладила его по плечу.

– Если бы я на тебя обижался… – Он посмотрел на неё немигающим взглядом.

Она от этого почему то улыбнулась. – Я добуду нам деньги. Если даже придётся пойти на крайние меры. – И хитро подмигнула.

– Сомневаюсь, что тебя возьмут в бордель. Если только вышибалой.

– А я их нежно попрошу.

– Я бы на это посмотрел. Издалека.

– Мне как-нибудь станцевать для тебя? Вокруг дерева.

Взгляд Люциуса на секунду стал заинтересованным. Энрик готовы был поклясться, что под маской эльф улыбнулся.

– Я как-нибудь проживу без этого зрелища.

Парень не мог понять, говорят они об это всерьёз или весь этот разговор – одна большая шутка, смысл которой до него не доходил.

Они пошли по чистой каменной плитке. Людей было много. Со всех сторон Энрик слышал слова на непонятном языке, но почему то среди них время от времени проскальзывали и его знакомые, будто вокруг говорил на некой смеси привычного ему южного языка и иноземных.

Где-то в стороне послышался громкий звон часов, но его источника рыцари не видели.

Они прошли через площадь, на которой стояла смесь из множества вкусных травянистых запахов, прошли по широкой улице, свернули на улицу поменьше. Затем вообще в узкий переулок. Вышли на ещё одну крупную улицу и, вновь свернув уйдя с неё, остановились перед богатым двухэтажным домом с большими окнами, который в тот момент были задёрнуты белыми шторами.

На стук им открыл человек в белых одеяниях, напоминавших жреческие.

Он что-то сказал на непонятном языке.

Посыльный и Холька почти разом ответили ему.

– Прошу прощения. Так вы с Востока? Ох, я должен был догадаться по вашей одежде.

Узнав о посылке, он тотчас поклонился. – Господин Варела предупрежден о посылке. Он велел меня принять её.

К нему вновь обратилась Холька. – Мы хотим поговорить с господином Варелой. Как раз о ней.

– Увы, на этот счёт указаний у меня не было. Но господин сейчас здесь. Если позволите, я осведомлюсь у него. – Он закрыл дверь и за ней послышались спешные шаги.

Через минут пять они послышались вновь и тот же слуга открыл дверь – Господин готов принять вас. Входите.

Посыльный убежал, а троица вошла в богатую прихожу.

Слуга провёл их через большую гостиную с длинным столом и ввёл в просторный кабинет. Там, на широком диване сидел, раскинув руки черноволосый мужчина в плотном шелковом халате. На зелёном фоне светились вышитые бирюзой непонятные узоры.

Энрик от такой красоты раскрыл рот. Хозяин неторопливо поднялся и приветливо улыбнулся. Его зелёные глаза рассматривали гостей и вежливым интересом.– Энрике Варела, граф Лессонский. Рад приветствовать вас в моем жилище. – Он плавным движением позвал их. – Проходите, друзья. Наконец дорогой Корбек доставил мою ценность. И вдвойне приятно, что он доставил её под охраной столь необычных личностей. – Его взгляд на мгновение остановился на Люциусе. Он пододвинул к себе принесённый ящик.

Он говорил на чистом южном языке, хотя Энрик услышал в нём то же неправильное произношение звуков, какими страдали, на его взгляд, рыцари.

Его умный взгляд перебегал с Хольки на Люциуса и обратно.

Он сделал лёгкий жест и слуга, откланявшись, вышел, закрыв за собою дверь.

– И так, господа милейшие, чем могу быть полезен? Прошу сразу к делу. Не то, чтобы я был занят, но, вы, судя по виду, люди очень занятые. – Он поставил коробку на стол и жестом пригласил гостей сесть на стулья рядом.

Энрик несколько секунд думал, куда ему деться и в итоге пристроился рядом с Холькой.

– По дороге сюда на нас напали члены Тёмного Ковена. – Начала Холька. – Один из них, которому повезло выжить, сказал, что они охотились за вещью, которую господин Корбек попросил доставить вам.

Он улыбнулся, посмотрел вверх и пригладил зачёсанные назад волосы. – Что ж Действительно, Корбек должен был привезти мне одну важную вещь. Но позвольте осведомиться. – Он наклонился за стол и достал оттуда небольшую шкатулку, в которой лежали сладости разного цвета. – Какое же отношение это имеет к вам?

– Мы давно боремся с Ковеном и знаем, что его члены никогда не пытаются забрать что-то просто так. Если они охотятся за какой то вещью, значит в ней есть какая то необычная сила.

Он кивнул и пододвинул шкатулку к ним. – Пробуйте. Доставили мне из самой столицы.

Холька вежливо улыбнулась, но слегка качнула головой. Энрику очень хотелось попробовать эти красивые штуки, но посмотрев на Хольку, он тоже сдержался.

– Что ж. Ковен и впрямь знает толк в красивых вещах. Хотел бы и я знать, что они нашли в этой вещи. Но одно могу сказать одно – магия в ней действительно есть. Только вот какая, я не знаю. Впрочем, у аристократов в столице и не такие вещички бывают. – Он взял двумя пальцами сладость, направил её в рот и медленно аппетитно прожевал.

После этого он сделал пальцем круг в воздухе, что-то проговорил, похоже на том же языке, что и говорили Холька с Люциусом, когда колдовали и полонил руку на ящик. От ящика отлетели белые вспышки, которые, упав на диван, тут же пропали. Варела осторожно открыл ящик и достал оттуда предмет, похожий на четверть круга. А чёрном фоне тонкие белые полоски шли слегка по спирали в сторону предполагаемого центра.

– Видите ли, друзья мои, эта вещь когда то принадлежала моим предкам. Очень далёким предкам. Но один из них по каким то своим причинам решил разрезать его на четыре части и запрятать там, куда луч света никогда не заглядывал. И поклялся, что этот предмет можно будет собрать лишь тогда, когда закончиться Эпоха тьмы. Как и мы все, он был уверен, что этого никогда не случиться. Но жизнь, похоже, всегда может обмануть наши ожидания. Ароматизированную воду будете?

– Нет, благодарю. – Ответил Люциус. Варела в ответ лишь пожал плечами, взял со стола полупрозрачный зелёный стакан и отпил оттуда ароматной воды. – Такие предметы не разрезаются просто так. Раз в нём есть какая то магия, то скорее всего она опасная.

Он кивнул и подмигнул волшебнику. – Возможно, вы правы. Но для меня эта вещь – не более чем безделушка.

Он поднялся, подошёл к шкафчику, достал из него квадратную коробочку. Внутри был круглое гнездо, в котором лежала ещё одна четверть. Он положил к ней найденную часть и они идеально сошлись, образовав вместе уже половину круга.

– Тогда почему она так важна для вас, что вы заказали её из другой страны?

Он положил коробочку обратно и, важно заведя руку за спину, второй отпил из кружки. – Считайте это интересом. Всегда занятно искать то, что хорошо запрятано. Что до магии в ней – даже если она важная, мне нет до неё дела. Если, конечно, речь не идёт о существовании мира, катастрофе и тому подобных вещах. Но, чувствуется мне, если бы это было так, вместо вас тут появилась бы уже королевская гвардия или кто похуже.

– Может и так. Мы слышали, Ковен тоже действует в эти землях. – Сказал Люциус. – Они не попадались вам?

Варела азартно улыбнулся. – Увы, о них я только слышал. Но никогда не сталкивался лично. К сожалению. Было бы занятно побеседовать с настоящими адептами тёмной магии. – Тут он задумался. Какое то время они сидели в тишине. – К слову, я тут вспомнил. Неделю назад сюда кто-то пытался пробраться. Моя стража спугнула этих воров, но в тот момент они уже открывали дверь в эту самую комнату. Я не придал этому значения. Богатых кто только не пытается ограбить. Но вот после ваших слов я подумал: а что если это тоже был Ковен?

– В любом случае, то, что Ковен проявил интерес к этому артефакту, значит, что это точно какая то важная вещь. С учётом того, что из себя представляет Ковен, я думаю, мы не хотим, чтобы она попала в их руки.

Варела покачал головой с заметным сожалением. – Признаться, дорогие господа, у меня никогда не было желания искать Ковен. Но раз уж эти интересные люди решили позариться на мою ценность, то придётся принимать меры. – Он азартно улыбнулся и поднялся. – Вот что, друзья мои. Надолго ли вы собираетесь оставаться в нашем прекрасном городе?

Ответила Холька. – Мы приехали сюда по делам. И пока не сделаем их на уйдём.

Он учтиво кивнул. – Очень хорошо. Просто прекрасно, извольте сказать. И позвольте попросить вас об услуге. Я не настолько усидчив, чтобы копаться в книгах. Увы, родители не обучали меня сидеть в библиотеке. Однако, если вы раздобудете информацию об этом артефакте и разузнаете, для чего он может понадобиться, то можете рассчитывать на мою признательность.

– Нам как раз нужно попасть в библиотеку. – Сказал Люциус. – Если повезёт, я бы ещё заглянул в магические гримуары. Но думаю, в библиотеке их нет.

Улыбка Варелы стала хитрой. – Вы очень проницательны. Такие книги не хранят в обычной библиотеке. Впрочем, даже в обычную не пускают иноземцев. Однако, если вы всерьёз примите моё предложение, то я с лёгкостью обеспечу вам доступ в Главную Городскую Королевскую библиотеку. Впрочем, если понадобиться что-нибудь совсем экзотическое, можете обратиться в отделение Научного Корпуса Магии. Но, увы, туда не пускают даже меня.

Холька с Люциусом переглянулись.

– Это будет очень мило с вашей стороны. – учтиво ответила женщина.

Он поклонился. – В таком случае, уважаемый господа, можете зайти ко мне завтра. Я подготовлю для вас бумаги. К слову, можно ваши имена? Вы ведь мне так и не представились.

Рыцари назвались. Холька представила Энрика.

Варела внимательно осмотрел его и рыцарей. – Ваш сын?

– Нет. – Моментально ответил Люциус.

– Сын, но не наш.

– Вот и я смотрю – не похож. Предупреждаю – Тут он заговорил наставительно. Энрику вновь показалось, что это всё какая то своеобразная шутка, но поручиться за это он не мог. – Работорговля здесь запрещена. Особенно – детьми.

Сама эта фраза возмутила Энрика – Я не раб! Добрые господа взяли меня в ученики.

Холька снисходительно улыбнулась. – Они учат меня мечу и магии.

– Благородное занятие. Уверен, ты научишься от них многому.

– Да. Они – прекрасные учителя.

Взгляд Люциуса вновь стал спокойным.

– Тогда желаю тебе удачи. А к вам, господа, у меня ещё один вопрос. Что вы сами ищете в библиотеке?

Холька с Люциусом опять переглянулись. Варела внимательно наблюдал за ними.

– Мы ищем магию. – Ответил Люциус. – Но немного другую. Не ту, что нужна вам. Это всё, что мы можем сказать.

– Шпионите для Теократии? – Он хитро подмигнул.

Взгляд Люциуса остался равнодушен. – Увы, нет. Говорят, за это могут неплохо платить.

Варела развалился на диване. – Жаль. А я уж надеялся, что меня посветят в очередную политическую интригу. Да ещё и с магией! Но, учитывая, какие известия вы мне принесли, думаю, вскоре мне может стать не до интриг.

– Вы знаете, где достать ещё две части? – Спросила его Холька.

– Лишь примерно. Но если вы изъявите желание поучаствовать и, то я конечно же воспользуюсь вашими услугами.

Холька с Люциусом переглянулись и кивнули

Варела развёл руками. – Прелестно. Если это всё, господа, то не смею вас больше задерживать. Надеюсь, вы уже нашли, где разместиться.

– Пока нет. Есть ли здесь какие то гостиницы?

– О, так вы ещё и нигде не живёте. – Он торжествующе оглядел их. – В таком случае я могу вам помочь. Но сначала ответьте мне на один личный вопрос. Полагаю, я имею на него право, раз уж вы первые залезли в мою жизнь. – Он обернулся к Люциусу – Что вы, могучий рыцарь – Эта фраза звучала иронично. – скрываете под маской?

Несколько мгновений все смотрели на него. – Тяжёлые травмы, полученные в глубоком детстве. – В его ответе Энрику показалась насмешка.

Он посмотрел на Варелу и заметил, что взгляд того ещё пару секунд оставался пристальным и лишь затем лицо разгладилось и вновь приняло беззаботное выражение. – Чувствую, за этим скрывается очень трагическая история. Я бы с интересом выслушал её за бокалом хорошего вина. Но вижу, вам сейчас не до подобных разговоров. Благодарю за ответ. И прошу за мной. Если не возражаете, я могу устроить вас у себя. Прямо в этом доме. Не возьму с вас ни гроша. Лишь с тем условием, что вы поможете мне с этим артефактом.

– Это будет очень мило. – Холька вежливо улыбнулась.

Слуга проводил их наверх в комнату с тремя кроватями. И оставил их наедине.

– Он нам что-то недоговаривает.

– Как и все аристократы. – Равнодушно ответил Люциус. – После Кенигляйха ты ещё чему то удивляешься?

– Я имею ввиду, что он что-то не договорил нам про этот круг. Ему точно что-то известно.

– Этот круг, стремящийся в середину. Похож на воронку.

– На символ Бездны. – Сообразила Холька.

– Бездны? – Удивился Энрик. – То есть он – тёмный маг?

Люциус качнул головой. – Не обязательно. Скорее даже нет. Безусловно, он не рассказал нам всего. Но не думаю, что сам всё понимает.

– Как и мы. Завтра и приступим к поискам.

– А что ищете вы сами? – Поинтересовался Энрик.

Холька с Люциусом остановились, переглянулись и посмотрели на него.

– Это наше дело. – Спокойный и одновременно угрожающий тон Люциуса заставил Энрика пожалеть, что он задал этот вопрос.

– Но ты завтра пойдёшь с нами. – Пообещала женщина. – Найду тебе книжку по магии. Будешь читать.

– Сначала пусть языку королевскому научится.

V.

Расположившись, они пересчитали деньги. У них осталось около сорока золотых и почти столько же медных.

Холька решила на следующий день пойти и поискать работу.

– Наверняка здесь тоже есть проблемы. Может, на чудищ нужно поохотиться или поохранять кого то.

– А могу я пойти с вами? – Попросил Энрик.

Холька смерила его снисходительным взглядом. – Сиди, учись, Энрик.

Парня это задело, но потом он подумал, что это справедливо.

Когда утром Энрик проснулся, Хольки уже не было.

– Наверное, ушла искать работу. – Решил парень.

Слуга принёс им небольшой завтрак из хлеба, фруктов и молока и записку с объяснением, где находится библиотека.

Вскоре они вышли на большую торговую площадь. В центре неё возвышалась над домами статуя человека в доспехах и мантии. Он держал поднятый вверх меч, а вторую руку держал в благословляющем жесте.

– Господин Люциус, кто это? – Указал на статую парень.

– Император. Культ у них такой. Они почитают своих правителей.

Поначалу Энрику показалось, что он ослышался. Почитать живых людей? Но они же не всесильны. Они смертны. Они рождаются и умирают. Но они не давать людям благодать, посылать удачу, хороший урожай и защищать от болезней. Как же можно им тогда поклоняться?

Но задавать эти вопросы Люциусу он не стал. Здесь странная страна. И люди здесь странная.

– Вы уже были здесь?

– С чего ты взял?

– Вы же знаете тутошний язык.

– Во-первых, не тутошний, а здешний. Или местный, раз уж на то пошло. Во-вторых – чтобы узнать чужой язык, не обязательно быть в нужной стране. Достаточно найти учителя или книгу.

– Но вы же сами говорили, что книги не нужны. По ним ничему не выучишься.

– Ты меня не слушал. Вернее, услышал только то, что хотел услышать. Я говорил, что по книгам не выучишься магии. И это так. Но книги сами по себе – лучшее, что придумал человек. Потому что люди смертны. Кто-то живёт дольше, кто-то меньше, но смертны все.

– Даже эльфы?

Люциус немного помолчал, видимо, собираясь с мыслями. Им на встречу выехала большая позолоченная карета, запряжённая восемью лошадьми.

Народ расступался перед ней. Часть прохожих почтительно кланялись.

Люциус резко завернул влево, входя с её пути. Энрик рванул за ним, едва не попал под лошадей. Кучер недовольно крикнул ему вслед. Карета проследовала дальше.

– Даже эльфы. – Продолжил Люциус. – А знания, записанные в книгах сохраняются. Если бы не они, каждое новое поколение лишь глупо повторяло бы то же, что делало предыдущее, не в силах двинуться дальше. Книги позволяют нам быстро овладеть знаниями предков, чтобы на их основе создавать что-то своё, новое.

– Чтобы потом записать это и передать своим детям. – Он представил, как каждую книгу, которую он читал в доме старосты писал всю жизнь какой то человек. Получается, много людей записывали свои знания только для того, чтобы кто-то спустя много лет тоже их узнал. Это казалось Энрику неправильным, странным. Отец никогда не учил сапожному делу никого, кроме членов семьи. И деревенский кузнец не подпускал к кузнице никого, кроме собственных детей.

– Если каждый в этом мире… – говорил Энрику отец – научиться сам себе делать и чинить обувь, мы с тобой пойдём по миру. Чем меньше людей умеет это, тем нам с вами спокойней живётся.

И тем страннее теперь казались слова Люциуса. Получается те, кто писали книги по магии, по фехтованию и выращиванию овощей настолько хотели передать свои знания окружающим, что их не пугало то, что их дети могли остаться без работы, если все в мире научатся драться на мечах или колдовать.

– Тогда зачем другие люди пишут о магии?

Люциус немного помолчал. – Потому что они дураки. – Совершенно равнодушно, как факт, сказал он. – Кто-то из них надеется сделать мир лучше, кто-то просто хочет прославиться. Но ни один из этих мотивов не делает их работу более осмысленной и более полезной.

Энрик перестал задавать вопросы, обдумывая услышанное.

Королевская библиотека находилась в большом высоком. Высокая колоннада, позолота и украшения на стенах делали её похожем на замок. Синие стены с белыми звёздочками напоминали ему холькин плащ.

В первом же помещении их встретил высокий смуглый мужчина в чёрном плаще с белой вышивкой.

Люциус вручил ему две бумажки, что-то сказал, указал на себя и на Энрика.

Тот кивнул и провёл их в огромное помещение с высочайшими, идущими до самого потолка стеллажами. Они шли далеко вперёд, через весь зал. Над ними виднелся второй этаж, где так же можно было заметить стеллажи.

Здесь было тихо, но каждый шаг отзывался гулким эхом.

Они прошли к столу в углу, где их встретил ещё один человек в такой же одежде.

Люциус о чём то говорил с ними и пару раз указывал на Энрика.

Через несколько минут эльф позвал его и они пошли за работником мимо стеллажей. Каждая дорожка, пролегающая между ними оканчивалась широким столом. Сейчас почти все они были свободны. На четвёртой дорожке они остановились и Люциус указал Энрику на стол. – Садись туда. Сейчас тебе выдадут книгу по местному языку. Сиди и учи. Я заберу тебя через пару часов.

Энрик пошёл по красной дорожке и сел на резной стул. На столе уже стояли несколько стопок толстых книг.

Стол был покрыт плотной зеленоватой тканью.

Парень обернулся, поднял голову и засмотрелся на огромные шкафы со многими тысячами книг. По его прикидке все книжки старосты поместились бы на половину одной полки. А здесь одних только полок не сосчитать.

– Сколько же людей писали потратили своё время, вложили свои знания в эти книги?

Его восхищения прервал очередной служитель, который молча положил перед ним фолиант, что-то вежливо сказал на своём языке и удалился.

На обложке было написано «Книга об учении иноземного языка, известного в землях Теократии и Республики как королевский, обладателями которого являются люди и существа, проживающие в землях, именуемых Старыми Королевствами, что лежат на западе за Великой стеной».

Энрик открыл книгу. По оглавлению он быстро понял, в какой части объясняются самые азы и начал пытаться что-то понять. Там приводились сравнения произношений букв в южном языке и в королевском. За ними следовали правила произношения сочетаний букв и даже отдельные слова в качестве примера. Энрик начал с того, что стал пытаться произносить их. Видимо, он делал это слишком громко, так как вскоре к нему подошёл служитель и негромко, но требовательно что-то произнёс. Парень не понял ни слова, но кивнул и постарался говорить потише.

Он сам не заметил, как прошло порядочно времени и наконец к нему подошёл Люциус. Его глаза задумчиво смотрели будто сквозь парня.

– Идём.

На подходе к дому Варелы Люциус вдруг спросил парня. – Книга оказалась полезной?

– Да, господин. Но я не успел много выучить.

– Так учись. И говори тише в библиотеке. А лучше, вообще молчи.

– Прошу прощения.

– Если Холька добудет нам денег, мы купим тебе что-то подобное, чтобы ты сидел и учился в доме, а не мешался под ногами.

– Я постараюсь быть тихим.

– Мне не нужны твои обещания. Я занимаюсь слишком важным делом, чтобы попутно присматривать за тобой. – С каждым словом Люциуса Энрик всё больше хотел, чтобы вернулась Холька. Его не покидало ощущение, что Люциус хочет убить его за каждое сказанное слово.

– Я мог бы вам помочь. Если вы продолжите учить меня магии.

– Книгу по ней также поищем. А что касается тебя, то Холька мне голову оторвёт, если в её отсутствие с тобой что-то случиться. Так что завтра ты тоже сидишь у Варелы.

Тут Люциус резко поднял голову. Его глаза стали на секунду ярче.

– А пока потренируйся мечом махать. От этого будет больше толку.

По вечер вернулась Холька. Её плащ был порван в нескольких местах. А лице был длинный порез от когтей. Она принесла около сорока золотых. – Один богатей просил убить родственников, которые у него в загородном доме обратились в вурдалаков.

Последующие дни Энрик сидел в одиночку и продолжал учить язык. Первые дни он учил только отдельные слова, лишь постепенно соединяя их в короткие предложения.

Поначалу он оттачивал новые умения, задавала вопросы слуге, но уже в первый же день его учением заинтересовался Варела и стар с ним периодически общаться.

Вообще в поместье было тихо. Варела любил сидеть в тишине в своей кабинете, либо же прогуливаться по дому или по городу. Трое слуг и пара постоянно убирающих комнаты девушек ходили туда-сюда, негромко переговариваясь между собой. Как Энрик услышал от них, они по ночам запирались в комнатах для слуг, где играли в карты. Варела знал об этом, но позволял. Вообще по немногим разговорам было ясно, что хозяина здесь любят. К нему относились почтительно, как полагается к господам. А он же никогда не повышал на них голоса и всегда говорил вежливо, иногда позволяя себе сальные шутки в адрес служанок, отчего те немного краснели.

Холька с Люциусом целыми днями пропадали в библиотеке, уходя утром и возвращаясь лишь под вечер.

Варела же постоянно приглашал его к себе в кабинет, где расспрашивал его о жизни в Теократии. Часто он старался перевести разговор на рыцарей. Здесь его интересовали даже малейшие подробности. Он не упускал ни одно сказанного Энриком слова. Попутно он угощал парня сладостями, сам иногда рассказывал истории о здешней жизни. Большая их часть была посвящена тому, как кто-то кого то обманул и выставил дураком или же как он, Варела, нашёл какую то очередную непонятную редкую вещь и с ним из-за этого случилась забавная история. Энрик слушал и завидовал графу. Он очень хотел, чтобы его проблемы тоже ограничивались тем, что его бы просто выставили дураком и какая то неведомая вещь куда то испарила бы всю его одежду, после чего ему пришлось бы спешно одеваться в то, что под рукой окажется.

Основную же часть дня Энрик посвящал тренировка с мечом. С магией он обращался редко и очень осторожно. Варела дал ему книгу по магии из своей библиотеки. Они оказалась на южном языке и Энрик постепенно учился по ней.

Иногда, после тренировки он прогуливался до рынка. Там ему удалось раздобыть несколько порошком и сделать из них смесь, которая, по книге, должна была помочь стать невидимым.

Люциус и Холька возвращались уставшими. Люциус после этого уходил на некоторое время в кабинет Варелы, а когда возвращался, они оба быстро засыпали. Сам же Энрик спал чутко. Из-за этого он несколько раз просыпался посреди ночи от того, что Люциус в углу комнаты, сидя на полу о чём то шёпотом с кем то спорил. Энрик мог разобрать лишь отдельные слова, которые казались ему бессвязными.

Голос рыцаря всегда был напряжённым и быстрым, будто вместо него говорил что-то другой. Время от времени он срывался на яростный шёпот: Заткнитесь! Дайте подумать!

При этом он всё время что-то делал с руками, то вертя ими рядом с головой, то теребя одной рукой другую. Это было похоже на какой то ритуал, но никаких видимых последствий не наступало. Через какое то время Люциус замолкал и какое-то время сидел неподвижно. Затем он подходил к столу, наливал из графина воду, подогревал её огнём из собственно руки, после чего добавлял туда высушенных листьев и выпивал, после чего успокаивался и ложился спать.

Энрик думал рассказать об этом Хольке, но решил, что она и так должна это знать. А вдруг он узнал что-то, чего ему знать не следовало?

И потому он молчал.

Ел он в несколько больше, чем в деревне. Благо такого обилия еды он ещё не видел. Варела был невероятно богат для него. Несмотря на это, он редко надевал что-то по настоящему дорогое, предпочитая носить плащи чёрного или белого цвета с разноцветной вышивкой, чего Энрик в своей деревне видел редко, но знал, что по меркам господа это считается простой одеждой.

Один раз Холька вернулась позже, под самый закат и вновь принесла мешок монет.

Успехи в языке и мече вселяли в него некоторую уверенность, но каждодневные воспоминания о доме не давали покоя. Он ждал того дня, когда рыцари наконец скажут, что их цель достигнута и можно возвращаться.

Так прошла пара недель.

В один из дней он вновь прогуливался по рынку. Палящее солнце было высоко. Вокруг стоял запах навоза, перемешанный с ароматом специй и приправ. Энрик старался держаться по центру, где ничто не мешало ему греться, но проезжающие повозки и собственный страх привлечь чьё то внимание заставляли его всё время смещаться к стене.

На рынке было послеполуденное затишье.

Проходя мимо лавок, Энрик с удовлетворением отмечал, что уже понимает с ходу некоторые слышимые с разных сторон фразы.

Выйдя на привычное место, он в очередной раз взглянул на дом Варелы.

Когда он возвращался к дому, то заметил, как к нему подошли три человека. Это были фигуры, почти полностью закрытые в чёрные плащи. Такими описывала членов Тёмного Ковена Холька.

Головы у них были открыты, но ничего особенного в их внешности Энрик не заметил. На дороге принял бы их за обычных путников.

Они постучали. Им открыл тот же слуга, что обслуживал гостей, и после нескольких фраз пустил их внутрь.

Какое то время Энрик боролся с желанием остаться и попробовать проследить за ними. Останавливало его то, что сейчас рядом не было ни Хольки, ни Люциуса. Если он влезет в неприятности, а он нутром чуял, что здесь они его ждут, то спрятаться будет не за кого. В итоге любопытство взяло верх. В конце концов, если он хотя бы проследить за этими типами до их дома, ему будет, что сообщить рыцарям. Может он сможет так им помочь.

Выбрав относительно удобную позицию у входа в один из переулков, он опёрся на стену и стал внимательно следить за входом.

Мимо прошёл отряд городской стражи, которые болтали о каких то бандитах.

Наконец, спустя может, полчаса, может час, троица в чёрных плащах вышла из дома и неспешно направилась через площадь. Энрик последовал за ними, держась на почтительно расстоянии, стараясь прятаться за торговыми лавками, но всегда держать незнакомцев в поле зрения.

Они вышли на одну из крупных улиц и некоторое время шли по ней, затем свернули на лицу поменьше. Энрик заметил, что уже несколько вышел за привычный ему район. Ему уже начало казаться, что он попусту тратит время, но в этот момент люди свернули в переулок. Энрик всё ещё держался на расстоянии, благо переулки здесь были длинными, прямыми, а незнакомцы продолжали идти не торопясь.

После недолгих петляний они зашли в тупик между двумя длинными домами. Третий дом перегораживал улицу.

Троица повернулась к деревянной двери справа и один из них постучал. В двери открылась задвижка. Троица достала какие то медальоны на верёвках и показала их смотрящему. Задвижка тут же закрылась и дверь открыл ещё один человек в чёрном плаще. Они обменялись несколькими фразами и люди вошли. Тот, что открыл им огляделся. Энрик почувствовал, что надо бы спрятаться, но боялся, что если он на секунду выпустит его из виду, то произойдёт что-то важно, а он этого не увидит.

Человек бегло огляделся и его взгляд остановился на Энрике. Пару секунд они смотрели друг на друга. На бородатом лице отразилось презрение. Он сделал несколько жестов рукой и в этот миг на Энрика внезапно нашла дремота. Ноги подкосились и он упал на колени.

– Почему я хочу спать? Я же только что не хотел. – Пронеслось у него в голове. Ощущение неестественности происходящего с ним помогло скинуть морок. – Я не хочу спать. Это колдовство!

Вскочить сразу на ноги он не мог, на секунду их будто свело, а человек уже бежал к нему. Те, что только что вошли, выбежали и припустились за ним.

Энрик развернулся и рванул обратно, сначала на четвереньках, но ноги быстро пришли в себя и он, преодолев за секунду путь, который его предки проходили за тысячу лет, ринулся прочь со всех ног.

– Стой! Остановись,…! – орали ему сзади на королевском.

Выбежав на улицу, он ринулся на площадь. Преследователи слегка отставали, но на прямой улице стали нагонять.

Он пытался петлять между людьми и редкими телегами. Это помогало. Выбежав на рынок, Энрик побежал сначала в сторону библиотеки, прямо через центр площади, оббегая лавки, перепрыгивая через мешки, вызывая на себя гневные и удивлённые оклики. Добежав до противоположного конца, он свернул в одну из улочек, которую уже знал. По дороге он несколько раз оборачивался, но преследователей не было видно. В панике он оббежал дом Варелы и некоторое время петлял по переулкам. Когда он убедился, что за ним никто не бежим, то осторожно вернулся в дом, старательно делая вид, что ничего не случилось.

Там он заперся в комнате и ждал вечера. Всё это время он постоянно прислушивался к происходящему снаружи. Но ничего волнующего он не слышал.

К вечеру, когда пришли Холька с Люциусом, он окончательно успокоился. Холька вновь положила на небольшую тумбочку большую фляжку с водой и несколько крупных пирожков.

– Что случилось, Энрик? – Она встала перед ним.

– В какие проблемы мы ввязались из-за тебя на этот раз? – Люциус встал рядом с Холькой.

Энрик рассказал всё то немногое, что смог увидеть и пережить.

Пока он рассказывал суровое лицо Хольки разглаживалось, а глаза Люциуса начинали светиться всё ярче. Когда он закончил, рыцари обменялись взглядами.

– Надо было оставить его в Теократии. – Заключил эльф.

– Энрик нашёл нам Ковен. Если Варела помогает Ковену, то это большая удача, что мы поселились здесь. Надо его допросить.

– А вот это мне кажется странными. Зачем Ковену сначала пытаться не допустить к нему части артефакта, а затем приходить к нему, как в гости?

– Может, они пытались выкупить его?

– Ковен? Выкупить? Это не их стиль. Мы знаем, что, скорее всего, эта вещь открывает портал в Бездну. – Люциус начал неспешно тереть рукой острый подбородок. – Мы знаем, что этот человек хочет собрать части этого артефакта воедино. Утверждая при этом, что не знает ничего по его магии. Но при этом он довольно спокойно отреагировал на новость о том, что за этой вещью охотится Тёмный Ковен. Он нам врёт – это очевидно. Есть Ковен, который, с одной стороны, пытался не позволить ему получить все части этого круга, но при этом его члены спокойно захаживают к нему домой и, судя по всему, мило с ним беседуют.

Холька села на кровать, напротив него. – И что ты предлагаешь?

Он немного подумал. – Лучшее, что мы сейчас можем сделать, это уехать из этого города в столицу этого королевства. Там мы, может быть, сможем попасть в главную библиотеку, где наверняка найдём гораздо больше информации и тогда уже подумаем, что делать.

Холька напряглась. – Люциус, так не пойдёт. Нам нужно понять, что здесь твориться. И сейчас благодаря Энрику мы узнали, где находится их логово.

Люциус жестом прервал её. – Откуда мы знаем, что это их логово? Маловероятно, что оно будет располагаться в обычном доме. Оно наверняка где-то за городом, а там – просто пара комнат, которые они использовали, как укрытие и перевалочный пункт.

– Так надо это проверить. Мы знаем, где они находятся, а они про нас не знают. Надо напасть на них, пока они нас не нашли. И чем быстрее мы это сделаем, тем больше шансов, что мы застанем их врасплох и найдём там что-нибудь.

– Если под «чем-нибудь» ты имеешь ввиду пару золотых и кучу проблем с законом, то ты права. Послушай, Холька. Мы не знаем, сколько их. Мы не знаем, что там внутри. Мы не знаем, какие у них отношения с Варелой и что они вообще здесь делают, то есть зачем им нужен этот круг. Мы не знаем ничего, а ты предлагаешь просто ломиться туда в надежде, что всё пойдёт так, как ты себе вообразила.

– Как ты планируешь мешать Ковену, если мы сами будем от него скрываться?

Глаза Люциуса стали яркими. На мгновение в открытой руке вспыхнуло пламя. Он с заметным усилием сжал руку в кулак и огонь потух. Холька аккуратно взяла его руку в свою и Люциус успокоился.

– Холька… – Твёрдо и угрожающе заявил он – … наша цель – не победить Ковен. Забудь об этом! Наша задача – разобраться наконец с нашими… делами. Этот круг, конечно, имеет к этому определённое отношение, но если мы будем всё время рубить людей направо и налево, то так и будем шнырять по лесам и никогда ничего в этом не поймём. Нам надо быть осторожнее. Намного осторожнее от того, что мы не на своей земле. Здесь некому за нас заступиться. Мы здесь – чужие и за каждое нарушение с нас спросят по полной.

– Но это же работает и против Ковена. Они тоже не у себя дома.

– Это вряд ли. Чуть севернее – на границе между тремя королевствами есть небольшая территория, подобная ставросской. Там давно ютятся местные ковенцы. А это значит, что здесь у них имеется и своя агентура и свои связи. И потому этот балласт… – он указал на Энрика – …только что заставил нас покинуть этот город. Вскоре нас найдут и даже если они не нападут в открытую, то будут за ним следить и ждать, когда мы потеряем бдительность. Они схватят Энрика и используют его, как заложника, чтобы либо заставить нас уехать, либо вынудить тебя – дуру, прийти к ним. А вслед за тобой и меня.

– Люциус. – Она громко его перебила. Некоторое время они смотрели друг другу в глаза. Энрик чувствовал борьбу, происходящую между ними.

Глаза Люциуса темнели, а лицо Хольки разглаживалось.

– Люциус. – повторила она тише. – Вот поэтому мы не должны бежать. У нас есть шанс нанести удар прямо сейчас, пока они ещё ничего не поняли. Наше бегство будет подозрительным. Если Варела работает на Ковен, что он, скорее всего, знает и про нас и точно догадается, что мы всё знаем. А так у нас есть шанс.

– Простите. – Прошептал Энрик. Оба повернулись к нему несколько удивлённо, будто забыли о его существовании. – Они не знают, кто я. Я не говорил ни слова, они могли принять меня за простого парня. За местного.

– Я бы не принял. – Сурово оборвал его Люциус.

Холька погладила его руку. – Не все такие умные, как ты.

– Я смотрю жизнь тебя ничему не учит. Врага нельзя недооценивать.

– Это не тот случай, поверь мне. Подумай, кто заподозрит, что впервые за свою историю Орден решил вдруг взять и послать своих людей в Старые Королевства?

– Если мы сейчас нападём на них, они точно поймут, что мы здесь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.