Раиса Богомолова
Святитель Иоанн, Шанхайский и Сан-Францисский чудотворец. Жизнь и чудеса

Издательским советом Русской Православной Церкви ИС Р21-023-0610

© Богомолова Р. Т., текст, 2021

© Издательство Сибирская Благозвонница, 2021

Введение

Все книги мира не могут вместить бесчисленных чудес, сотворенных нашим Господом Иисусом Христом. Об этом нам свидетельствует святой апостол Иоанн Богослов (см. Ин. 21, 25). Господь обещал Своим ученикам, что они, преисполненные чудотворной благодатью Божией, могут сотворить и больше (см. Ин. 14, 12). Тысячи живших в разное время святых, обладавших даром великих чудотворений, самой своей жизнью исполнили это обещание Господа.

Есть среди них и современный русский святой, который сегодня на своей Родине известен гораздо меньше, чем в Китае, в США, на Филиппинах, в Канаде, в Западной Европе и других странах. Он объехал и благословил почти все континенты земного шара. Речь идет о святителе Иоанне (Максимовиче), архиепископе Шанхайском и Сан-Францисском. Святителя Иоанна по праву считают современным апостолом, вселенским святым, русским чудотворцем. Святителя Иоанна можно рассматривать как образец духовной «подлинности» – он был послан как дар святости людям в эпоху, когда истинный дух Христовой веры оказался столь сокрыт, что большинство забыли и о самом его существовании.

В наше время мирового хаоса и кризисов Господь явил нам именно святителя Иоанна Чудотворца как мерило, по которому мы можем судить, что в нашей жизни является реальностью, чтобы мы не отчаялись и не потеряли надежду. И, глядя на жизнь, которую прожил святитель, мы понимаем, что единица измерения здесь – чистая христианская любовь. Горячий, стремительный, неожиданный, владыка Иоанн многих спасал от беды. По его молитвам исцелялось бесчисленное количество людей. И это происходило не только для того, чтобы умножились радости земной жизни этих людей, но через веру святитель открывал им дверь в жизнь вечную.

Сотворив по молитвам святого чудо, Господь как будто говорит человеку: «Я здесь!» Для Бога чудо – естественный акт, но близко подойти к Нему могут только святые. Как написал своей духовной дочери старец Варсонофий Оптинский: «Ты живешь в Петербурге и думаешь, что я не вижу тебя. Когда я захочу, я увижу все, что ты делаешь и думаешь». Так и святитель Иоанн часто отвечал на неозвученные вопросы. Он слышал просьбы, обращенные к нему со всех концов земли, и обращал их к Богу.

Те, кому посчастливилось ближе узнать святителя Иоанна, свидетельствуют, что его забота о людях была поистине материнской. Исцеление неизлечимых болезней, изгнание бесов, избавление от пьянства, наркомании, помощь в семейных нуждах, ходатайство перед власть имущими, покровительство путешествующим и находящимся в экстремальных условиях, чудесное хранение в зоне боевых действий – все это получали люди, прибегая к молитвенному предстательству служителя Божия святителя Иоанна. Сегодня из блаженной вечности святитель Иоанн горячо молится о нас, о чем неопровержимо свидетельствуют приведенные ниже рассказы.

Олег из Германии пишет, что святитель Иоанн «вносит успокоение, мир, покой. Отгоняет негативные мысли, гнев, злобу, уныние, дает надежду. Перед исповедью я попросил батюшку Иоанна настроить мою душу на покаяние и чтобы я почувствовал Господне присутствие в храме, что чудным образом и произошло. Помощь святителя невозможно до конца передать словами. Это действительно великое чудо, посылаемое от Господа через великого угодника Божия Иоанна Чудотворца».

Марина из Греции удивляется: «Иногда я прошу такие мелочи, и Господь устрояет по моему сердцу, и мне так радостно, просто не передать, а окружающие говорят: “Ну и что? Это такие мелочи, это не столь важно”. Нет, мои дорогие, для меня это важно! Я все больше и больше уверяюсь в том, что Господь даже такие мелочи устраивает. Так и вера моя возрастает, и я уверяюсь, что Господь следит за каждым моим шагом. Слава Тебе, Господи, за все! И святому владыке Иоанну спасибо, что слышит нас». Другая женщина добавляет: «Иногда даже стыдно обращаться с мелочами, а святитель и на них откликается».

Матушка Ольга из города Волжский Волгоградской области испытала, насколько скорой бывает помощь Иоанна Чудотворца. «На своем небольшом опыте я заметила, – говорит она, – что ни одну, даже маленькую просьбу не оставляет святой наш владыка без отклика. Если за невоцерковленных людей просить хотя бы в крошечной молитовке “Господи, помоги, вразуми, утверди, направь на путь спасения раба Божия (имя) молитвами святого нашего Иоанна Чудотворца”, человек придет в Церковь».

Неверующие могут назвать такие вещи совпадением. Но святые люди знают, что такие «совпадения» сразу же прекращаются, как только люди перестают молиться. Если же человек, прося святых о помощи, не кается, не борется с грехом и не старается исправиться, ему становится трудно достучаться до Бога.

Святителя Иоанна очень почитают и любят православные люди за рубежом, ведь сердце народное – чуткое, знает, кого можно принять в свою глубину. И хотя в последнее время появилось достаточно много литературы о святом Иоанне Шанхайском, все же, к сожалению, во многих приходах России о святителе не знают не только прихожане, но и священники. В 2012 году в поселке Литвинки под Тверью освятили первый в России храм-часовню в честь святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского, но прихожан в церкви почти не было. Люди не понимали, зачем им китайский святой, если у нас русских много. И лишь потом, из проповедей священников и при встрече в Литвинках с протоиереем Петром Перекрестовым, который тридцать лет служит в сан-францисском храме, где покоятся мощи святителя Иоанна, прихожане узнали, кто такой Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский. И полюбили его.

Крайне мало знают его и в других регионах России. Так, раба Божия Татьяна из Воронежа, увидев книгу о святителе Иоанне и прочитав в заглавии «Шанхайский и Сан-Францисский», подумала: «Зачем мне знать каких-то шанхайских святых? Нужно читать о наших, русских» – и прошла мимо. Из Волгоградской области женщина сетует: «Вот плохо, что о владыке Иоанне мало литературы, а икон совсем нет. Проехала Саратов, Самару, Ульяновск, Казань и только смогла купить одну иконку».

«Искала иконы и книги в четырех городах Владимирской области и не нашла», – с сожалением пишет раба Божия Наталья в Фонд Иоанна Чудотворца. Мария из Красноярского края сообщает: «Услышав об Иоанне Чудотворце, я писала в несколько книжных издательств письма и в книжные лавки (что в храмах и монастырях в Москве), просила прислать книги об этом святом, акафист и иконочку. Но безуспешно».

Мне, автору предлагаемой книги, Господь в 2002 году поручил строительство храма в честь иконы Божией Матери «Отрада и Утешение» в поселке Эммаус под Тверью. Церковь строилась хозяйственным способом – без подрядчика, без единого попечителя и даже без священника. Первый батюшка (и то на время командированный) появился лишь на освящении церкви. Но нам, как великое чудо, Господь послал благотворителя из США – Владимира Леонидовича М., духовного сына святителя Иоанна Чудотворца, когда мы об этом святом тоже ничего еще не знали. Откуда он вообще узнал о нас? Хотя большая дерзость думать так, но нам хочется верить, что газету «Русь Державная», в которой была опубликована моя статья «Сквозь тернии – к храму», в церкви городка Вест-Сакраменто в США невидимо вручил Владимиру Леонидовичу сам святитель Иоанн. Святой проникся нашими хождениями по мукам, услышал нашу боль – и помог!

Как будет описано ниже, духовный сын святителя Иоанна прилетал на освящение храма «Отрада и Утешение» и привез большую красочную икону Иоанна Чудотворца. Этой радостью я поделилась в книге «Не печальтесь, не падайте духом, я с вами», выпущенной в 2011 году Фондом Иоанна Чудотворца. В книге были фотографии нашей церкви и привезенной из США иконы святителя Иоанна.

Вскоре после освящения храма из Москвы к нам приехала женщина с вопросом: «Это правда, что у вас есть икона святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского?» Мы подвели ее к нашей иконе. «Хочу помолиться перед ней, поплакаться перед батюшкой», – объяснила эта женщина. Через неделю она опять приезжала к нам на службу.

Все это подвигло меня к написанию книги, которую вы держите в руках. Основанная на многочисленных фактах помощи святителя Иоанна людям самых разных стран и народов, она имеет своей целью раскрыть неповторимый образ нашего русского святого. Тем более что он и сам желал, чтобы о нем знали больше. Об этом рассказывает ближайший друг и ученик святителя, архимандрит Митрофан: «Я решился самым серьезным образом заняться собиранием материала о владыке Иоанне и почувствовал настоятельную необходимость в этом. Той же ночью я, после принятия этого решения, ясно и близко увидел архиепископа Иоанна. Он был очень радостен и благословил меня. Хвала Господу во святых Его! Это угодно Богу, потому что Божии святые совершают чудеса не собственной, но Его Божественной силой».

«Хочется крикнуть на всю Россию: люди, просите святителя Иоанна Чудотворца обо всем, что хотите получить во славу Божию! Святитель во всем помогает, всех любит, даже совсем закосневших в грехах!» – призывает нас раба Божия Галина из Красноярского края, опытно познавшая любовь святителя Иоанна и видевшая действие его молитв на своем ближайшем окружении.

Очень хочется присоединиться к ее призыву. Но ведь нужно знать, к кому обращаешься. Этой цели и служит книга, которую вы сейчас держите в руках.

От Михаила Максимовича до святителя Иоанна Чудотворца

Детство и юность

Будущий святитель Шанхайский и Сан-Францисский Иоанн (Максимович) родился на юге Российской империи, в селе Адамовка Харьковской губернии (в окрестностях нынешнего Славянска) 4 июня 1896 года. Отец его был предводителем дворянства в уездном городе Изюм. В его роду уже был святой, которого тоже звали Иоанн (Максимович) и который также прославлен в чине святителей. Митрополит Тобольский и всея Сибири Иоанн (1651–1715) после назначения на митрополичью кафедру в Сибири занимался миссионерской деятельностью среди местного населения, а также, как это ни удивительно, участвовал в учреждении Российской духовной миссии в Китае, которую через два с лишним века блестяще продолжил в Шанхае блаженный архиепископ Иоанн (Максимович).

Будущий святитель Иоанн Чудотворец в Крещении был наречен Михаилом. По воспоминаниям сестры, рос он необыкновенно послушным ребенком. Всегда считался с мнением родителей. Очень любил иконы, которые покупал в большом количестве. Когда в доме уже не осталось места, куда их ставить, отец попросил Мишу больше не приносить икон. Сын не прекословил, но попросил разрешения купить еще одну. Получив разрешение, принес в дом икону всех святых, в земле Российской просиявших. Со временем, уже в другой стране, святитель Иоанн в честь всех русских святых построит храм.

С юности Миша был горячим русским патриотом, внушая и другим почтение к России и к ее истории. С уважением и любовью он относился к другим славянским православным народам. Когда в 1912 году сербы были преданы болгарами, он в негодовании изъял фотографии болгарского царя из альбомов младших братьев и запечатал семейную граммофонную пластинку с болгарским гимном, чтобы ее нельзя было проигрывать. Праведная жизнь этого ребенка оказала неизгладимое влияние на французскую гувернантку-католичку. Она, приняв Крещение, перешла в Православие. Миша помог ей подготовиться к Крещению и учил молиться.

Школой благочестия для юного Михаила был Святогорский монастырь, расположенный в восьми верстах от родительского имения. Принимал он участие и в местной церковной жизни.

Среднее образование Михаил получил в Петровском Полтавском кадетском корпусе, где учился с 1907 по 1914 год. О пребывании Михаила в кадетском корпусе сохранился такой факт. В 1909 году, по случаю двухсотлетнего юбилея русской победы в Полтавской битве, кадеты проводили церемониальный марш в город Полтаву. Когда кадетский строй проходил мимо храма, Миша снял фуражку и перекрестился. Другие кадеты стали над ним смеяться.

Сын великого князя Константина Константиновича, учившийся вместе с ними, а на ночь уходивший домой, рассказал об этом своему отцу. Наутро, когда кадеты были в строю, великий князь сказал им, что случай, который произошел с кадетом Михаилом Максимовичем, хотя и противоречит кадетскому уставу (поскольку в строю не полагается делать что-либо без команды), но показывает глубокое религиозное чувство, и это заслуживает не укоров, а похвалы. Так Михаил из объекта насмешек превратился в героя.

Казалось бы, незначительный эпизод в истории кадетского корпуса. Но он не забылся. Спустя почти век, в январе 2015 года, первоиерарх Русской Православной Церкви за границей митрополит Восточно-Американский и Нью-Йоркский Иларион, в ответ на прошение Президиума Объединений кадет российских кадетских корпусов за рубежом и на решение годового собрания Нью-Йоркского объединения зарубежных кадет от 24 октября 2014 года, благословил провозглашение святителя Иоанна небесным покровителем русских зарубежных кадет.

В 1914 году Михаил Максимович окончил кадетский корпус в чине фельдфебеля и пожелал поступить в Киевскую духовную академию. Но родители настояли, чтобы он учился на юриста. И Михаил по послушанию окончил в 1918 году Харьковский Императорский университет и поступил на службу в окружной суд города Харькова. Но служить ему пришлось недолго. Все планы изменила великая русская смута.

Живым примером духовной жизни для Михаила в этот период стал Харьковский архиепископ Антоний (Храповицкий), находившийся в общении с семьей Максимовичей. Позже святитель Иоанн напишет о нем: «Близок митрополиту Антонию был каждый православный, какой бы он ни был народности, из какого бы ни был края. К каждому приходившему к нему за духовным советом он относился как к своему духовному сроднику; телесное родство перестало для него существовать после принятия им монашества. Отдавал он нередко последнее, что имел, а сам испытывал подчас лишения».

После эмиграции из России в Югославию митрополит Антоний был назначен предстоятелем Русской Зарубежной Церкви. В эту же страну в 1921 году эмигрировала и семья Максимовичей. Так за границей Михаил снова оказался рядом с владыкой Антонием.

Максимовичи в Сербии

В то время Сербия входила в состав Югославии. В Белграде Михаил исполнил свое заветное желание – получил университетское богословское образование. Будучи студентом, он зарабатывал на жизнь продажей газет. Святитель Николай (Велимирович) запомнил его таким: «Слабый телом, со светлыми очами и улыбающимся лицом, бывший продавец белградских газет, он каждое утро приходил к зданию Патриархии, кричал: “Газеты, газеты!” Мы покупали у него газеты, но никто из нас не подозревал, что он окончил высшее учебное заведение в России».

Учился Михаил отлично. Не любил только два предмета – гимнастику и танцы. За год до окончания университета митрополит Антоний посвятил его в чтецы.

Свершившееся крушение государственной мощи любимого Отечества окончательно убедило Михаила в непрочности всего земного и в слабости человеческих сил. Он решил отречься от сует земного мира и посвятить себя служению единому Богу. После окончания университета, в 1926 году, в Мильковском монастыре Михаил Максимович был пострижен в монахи с именем Иоанн в честь своего сродника – святителя Иоанна Тобольского.

Так в Мильковском монастыре появился первый русский монах. За ним пришли еще трое русских, отличавшихся высокой образованностью и духовностью. Со временем монастырь стал сербско-русским и, находящийся до этого в упадке, начал оживать.

В тот же год монаха Иоанна (Максимовича) рукоположили сначала в иеродиакона, а затем в иеромонаха. С тех пор он стал вести строгую подвижническую жизнь, ни в чем не давая себе послаблений. В частности, не спал на кровати, позволяя себе лишь краткий отдых в кресле или на стуле. Иногда он засыпал на коленях во время ночной молитвы. Строгая монашеская жизнь помогла ему исцелиться от заикания, которым он страдал с детства.

Однако монастырской тишиной отец Иоанн наслаждался недолго. Сначала его назначили законоучителем в государственную гимназию, а в 1927 году – преподавателем духовной семинарии в Битоле. В те годы Битольская епархия находилась под управлением ныне прославленного во святых епископа Охридского Николая (Велимировича; † 1956). Он очень любил иеромонаха Иоанна и часто повторял: «Если вы хотите увидеть живого святого, поезжайте в Битолу, к отцу Иоанну».

Одной девочке, которая спрашивала, почему в наши времена нет святых, владыка Николай ответил: «Да нет же, есть, моя девочка! Сегодня имя отца Иоанна произносится в Битоле, как имя Ангела Господня». Епископ Николай часто посещал Битольскую семинарию, беседовал с учителями и студентами. Однажды перед уходом он сказал студентам: «Дети, внимайте отцу Иоанну: он – Ангел Божий в человеческом обличье». Удивительно то, что в то время, когда будущий святитель Иоанн удостоился о себе такого высокого мнения, ему был всего 31 год.

Преподаватель духовной семинарии

Священник Урош Максимович, учившийся в Битольской семинарии, вспоминает: «Справедливо было бы сказать, что отец Иоанн больше принадлежал небу, нежели земле. Его кротость и смирение напоминают те, что увековечены в житиях величайших аскетов и пустынников. Пищу он принимал в количестве, необходимом лишь для поддержания телесных сил. Одежда его была простой, а в постели он вообще не нуждался. Комната его была в полуподвальном помещении с одним незанавешенным окном, выходящим во внутренний двор. В комнате стоял простой стол со стулом да кровать, на которую он никогда не ложился. На столе всегда лежало Святое Евангелие, а на полке стояли богослужебные книги. И больше ничего! В любое время ночи его можно было застать читающим Библию.

Те переживания, которые он испытывал во время церковных служб или молитв, не передать словами. Необычайной была и его подготовка к Божественной литургии: уже в четверг он ел меньше, в пятницу и субботу едва притрагивался к пище, пока в воскресенье не совершит литургию. В первую седмицу Великого поста он не вкушал ничего, но каждый день служил, как и в течение Страстной седмицы. Когда наступала Великая Суббота, его тело было совершенно истощено. Но в самый день Христова Воскресения он как бы возрождался. После Божественной литургии силы возвращались к нему, а ангельская радость озаряла его лицо. Таким образом, перед нашими глазами протекала его подвижническая жизнь.

Отец Иоанн был редким молитвенником. Он так погружался в тексты молитв, что создавалось впечатление, будто он говорит с Богом, Пресвятой Богородицей, Ангелами и святыми, которые предстояли его духовным очам. Может быть, для нашей пользы он говорил вслух, чтобы научить нас молиться. Каждая его молитва была потрясающей; произносил он их наизусть с исключительной выразительностью. Неизвестно, сколько сот молитв он знал наизусть. Это для него не было чудом, потому что он имел великий дар от Бога – необыкновенную память. Об этом знали все студенты и преподаватели. Евангельские события были известны ему так, как будто происходили на его глазах. Он мог указать и главу, где что найти, и даже при необходимости процитировать нужные стихи.

Отец Иоанн любил нас, и мы его. В наших глазах он был воплощением всех добродетелей: мирный, спокойный, кроткий. Мы не находили в нем недостатков и быстро привыкли к его манере говорить. Он стал настолько близок, что мы относились к нему как к старшему брату, любимому и уважаемому. Не было конфликта, личного или общественного, который он не мог бы разрешить. Не было вопроса, на который у него не нашлось бы ответа. Ответ его был всегда информативно насыщенным, ясным, полным и компетентным, потому что исходил от человека высокообразованного, имеющего два университетских диплома. Каждую ночь он, как Ангел Хранитель, оберегал нас: одному поправлял подушку, другому одеяло. Всегда, входя в комнату или выходя из нее, он осенял нас крестным знамением.

Преподавал он по специальной методике. Был одновременно и теоретиком, и практиком. Он имел расписание, по которому студенты читали на клиросе. Одна группа из четырех студентов и другая (всего восемь человек) должны были приходить в определенное время в комнату отца Иоанна, где можно было найти все богослужебные книги. Первая четверка студентов должна была найти все, что следовало читать или петь в тот день недели или на праздник, а другие четверо слушали. В это время объяснялась теория богослужения и прочее. Так практиковалось весь год.

В классе акцент делался на теории. Отец Иоанн хотел научить студентов уделять особое внимание Святому Евангелию как источнику всякого богословского знания. Поэтому в начале урока спрашивал, что читалось в тот день из Святого Евангелия или Апостола. Потом давал краткие толкования. Но какие он давал толкования, когда читал пасторское богословие и историю Церкви! Некоторые свои лекции по пастырскому богословию он записывал для нас в специальные тетрадки. В них он выразил себя в полной мере.

Когда мы в 1931 году держали экзамен на получение диплома об окончании семинарии, профессор, представитель министерства, был поражен превосходными ответами студентов. Полагаю, более половины отвечали на “отлично”, а остальные – на “хорошо”. Учителя объяснили представителю министерства, что отец Иоанн неразлучен со своими учениками и в течение года дает им детальное знание предмета. Так каждый студент, осознавая исключительность личности отца Иоанна, всей душой был предан ему. Он был среди нас как посланник Божий, призванный возделывать Его обширную ниву. И он честно исполнил среди нас предназначенное служение».

Другой бывший гимназист, деревенский мальчик, вспоминал, как он представлял жилище преподавателя чем-то особенным и даже неприступным. Но увидел длинный стол с книгами и кровать с иконами и книгами над ней. У изголовья кровати стояла открытая коробка. Вошедшие к отцу Иоанну другие гимназисты сели на край кровати и без спросу взяли то, что лежало в коробке. «Они угощались, а я удивлялся их свободе в отношении преподавателя».

«На беседах, – продолжает он, – мы читали творения святых и обсуждали их. Высказывали свою точку зрения, которая была присуща нам, детям до 15 лет, иногда мы с особым пылом защищали свою точку зрения и мысли. В эти моменты наш отец проявлял редкое терпение и выслушивал каждого до конца. Затем он согласовывал наши точки зрения, и все хорошо заканчивалось».

Семинарист Влад Малески происходил из бедной семьи. Форма на нем сидела плохо, так как не было денег, чтобы пойти к портному, и семинаристы над ним смеялись. В порыве гнева он бросил камень в своих обидчиков и попал в окно отца Иоанна. «Я в первый раз увидел его, – вспоминал впоследствии Влад, – низенького, правая нога короче левой, с каштановой свободно растущей бородой, с выбивающимися из-под камилавки волосами, спадающими на плечи, когда он промолвил: “Ну?”

Между мною, полным смущения, и им, исполненным милосердия, внезапно возник отец Пантелеймон. “Без обеда и ужина!” – промычал он своим мощным баритоном. Записал мое имя и пронесся дальше. Когда отец Пантелеймон исчез, отец Иоанн мягко сказал: “Ничего, ничего. Я заплачу. Господь прощает грехи, которые не повторяются”. Я возненавидел отца Пантелеймона.

Быть наказанным лишением обеда и ужина не означало только запрещения обедать и ужинать. Надо было и присутствовать во время приема пищи, когда в огромной столовой насыщаются и учащиеся младших классов, и богословы из старших. По приказанию воспитателя отца Пантелеймона я стоял на коленях. Был голодным и уставшим.

Ночью все вокруг меня спали. Я же глаз не мог сомкнуть. Лежал и смотрел в потолок. Заскрипела дверь. Я поднял голову и увидел тень человека. Тень хромала между рядами кроватей, останавливаясь, чтобы укрыть разметавшихся во сне, и снова хромала прямо ко мне, пока, наконец, не нагнулась над моей кроватью. Отец Иоанн сказал: “Не спишь”. Он не спрашивал, только промолвил то, в чем был уверен. Я оперся на локоть: “Не сплю, отче Иоанне”. Сунул мне в руку кусок хлеба и завернутые в бумагу маслины (был постный день). Я хотел что-то сказать (“спасибо”, может быть), но он меня остановил. “Господь прощает грех, который не повторяется”, – сказал он и захромал к дверям».

Как преподаватель и воспитатель отец Иоанн не говорил семинаристам ничего особенного о вере, но своим личным примером приводил к ней, обучая молитве. Он говорил, что она самое верное средство почувствовать безграничную любовь Божию ко всем людям. В моменты беспокойства и уныния он советовал читать 118-й псалом. «Тяжелые моменты всегда были и будут, – говорил он, – но мы должны быть оптимистами. Единственный оправданный оптимизм в земной жизни – религиозный. Он основывается на надежде на Бога».

Ученики отца Иоанна вспоминали, что у него была такая молитвенная жизнь, которой у других не было. Через молитву он приобретал все другие дарования. Однажды перед началом Великого пасхального поста отец Иоанн пришел в класс с толстой книгой под мышкой – Постной Триодью. Поднялся на трибуну весь озаренный и сияющий и вдруг – «бум» книгой по столу. «Бум» и еще раз «бум»! И сказал: «Кто-то стучится». Ученики спросили: «Кто стучится, отец Иоанн?» – «Пост, пост, пост идет! А пост – баня для души».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.