Евгений Решетов
Император из провинции 3

Глава 1

После того как на меня было совершенно ночное нападение я, разумеется, проспал едва ли два часа, потому что по горячим следам не мог заснуть и обдумывал всё то, что произошло в последние дни. В моей голове носились тысячи мыслей, а свет в комнате горел до наступления рассвета – когда в разбитое окно проникли первые солнечные лучи. И только в этот момент я сумел-таки заснуть, практически убедив себя в том, что знаю, кто такие пришлые. Моя догадка была столь дикой, что я даже нервно расхохотался, но упрямые факты говорили о том, что мне действительно удалось понять, кем же они являются. Но я пока явно не буду делиться своей догадкой с Козловым. Тот точно посчитает, что у меня не всё в порядке с головой. Я лучше подожду подходящего момента.

Ну а пока короткий сон унёс меня в мир сновидений. Измученный разум смог немного отдохнуть, а потом прозвучал сигнал будильника, и я проснулся. Мой взгляд тут же метнулся к мечу. Тот лежал возле кровати и таинственно поблескивал серебром. Я похлопал ладонью по рукояти, а затем встал и отправился на кухню, где принялся насыщаться.

Во время этого вкусного процесса мой мозг был занят тем, что вспоминал, какие в городе есть гостиницы. И существуют ли среди них хорошие. Мне надо срочно свалить из этой квартиры, ведь золотые знают, что я здесь живу и могут повторить нападение. Сегодня мне повезло, но повезёт ли в следующий раз? Я как-то переоценил свои боевые возможности, уповая на силу. А золотые ведь не пальцем деланные. Похоже, что мне придётся где-то перекрыться, пока я не решу с ними вопрос. Тут больше оставаться нельзя. Буду приходить сюда лишь в светлое время суток, чтобы не вылететь из «Императора Галактики». Хотя… и такой финт ушами весьма опасен, если золотые наймут какого-нибудь обычного человека, чтобы тот как-то воздействовал на меня, дабы я с наступлением ночи передал им свою силу. Возможен такой вариант? Вполне. Но это должен быть реальный профессионал, а не какой-нибудь районный гопник.  Он ведь ничего мне не сумеет противопоставить. Я тупо загипнотизирую его. Конечно, золотые могут проинструктировать подобного персонажа о моих способностях, и он даже может поверить в них, но всё равно останется обычным человеком. И если смотреть на вопрос с этой стороны, то для пришлых подобный налёт лишь трата времени на подготовку. Вот если бы они хотели просто убить меня, то тогда такой вариант имел бы право на существование, но им-то нужна моя сила, а она, по-видимому, в случае моей смерти погибнет вместе со мной. Короче, возможно, я себя накручиваю, и опасность мне угрожает только от пришлых и только в ночное время суток. Так что, в принципе, я могу заглядывать сюда днём, а потом, когда наберусь сил или придумаю хороший план, то устрою им тут ловушку. Ну, наверное, так и поступлю. Только вот ещё пару дней здесь поживу, потому что золотые вряд ли придут за мной в ближайшее время. Им ведь тоже надо восстановиться. Сегодня ночью одноглазому не хило так перепало на орехи. Авось он вообще сдох, но на это надёжи мало. Так что через пару-тройку дней съеду в какой-нибудь местный клоповник, который будет называться минимум Гранд Хотел Грязьгород и там, возможно, даже будет горячая вода и тапочки. Кстати, надо бы с Козловым поговорить по этому поводу. Он ведь местный и посоветует что-нибудь.

Ну а между тем я прикончил чай и бросил горький взгляд на кошачью миску, которую по привычке наполнил кормом. Мда, мне будет не хватать Флинта. Так грустно на душе. Конечно, кот оказался пришлым, но я как-то привык к нему и даже не стеснялся при нём ковыряться в носу и в пупке. Мы же с ним столько дней прожили душа в душу… Я ведь ещё когда подобрал его. Вот только почему он, будучи пришлым, мог вполне себе неплохо ходить под солнцем? Я тут же дал ответ на этот вопрос. У него ведь почти не было силы, о чём прямым текстом сказал Лёха, да и сам Флинт умолял меня вернуть ему её. Из этого логично следует, что именно наличие силы не даёт пришлым перемещаться под солнечными лучами, а если силы нет, то добро пожаловать в мир света.

А вот я могу не бояться солнца либо потому что родился в этом мире и оно мне не может навредить, либо же моя сила пока не настолько могуча, чтобы светило сожгло меня. Но первый вариант звучит гораздо убедительнее, так как я не слышал о том, чтобы кто-то из моих предков по материнской линии боялся выйти из дома в светлое время суток. Поэтому мне, наверное, не стоит опасаться того, что я вдруг стану бояться звёзды по имени Солнце. Хотя и полностью исключать этого не стоит. Вдруг просто никто из моих предков так мощно не увеличивал силу, что она начинала мешать резвиться под солнечными лучами? Вряд ли, конечно, но в жизни всякое бывает…

Тем временем пока я рассуждал на животрепещущие темы, неожиданно раздался звук дверного звонка. Я мигом напрягся, а потом на цыпочках двинулся к выходу из квартиры. Быстро добравшись до двери, заглянул в глазок. На лестничной клетке стоял зевающий сосед в полосатом халате. Он сонно пялился в дверь, иногда нажимая на кнопку звонка. Какого хрена ему так рано надо? Соли? Чего это он? Такое поведение не похоже на моих соседей, поэтому я накинул цепочку на косяк, чтобы никто не сумел широко распахнуть дверь, а потом слегка приоткрыл её и недружелюбно проронил:

– Чего?

И только я вымолвил это коротенькое слово, как в щель между дверью и косяком проскочило что-то пушистое и метнулось на кухню, задрав хвост. Я едва не завизжал, отпрыгнув на метр и приняв какую-то странную боевую стойку, которую обычно показывают пьяные мастера из-за гаражей.

А с лестничной клетки раздался приветливый голос соседа:

– Доброе утро. А я вот гляжу, кот твой под дверью сидит. Ну, думаю, случайно выпустил. Раньше же он тут не околачивался. Да и бабки его возле подъезда вчера видели. Вдруг он потерялся?

– Спасибо! – взволнованно крикнул я и захлопнул дверь, после чего рванул на кухню, где застал Флинта жующим корм.

Тот, как обычно, поглядел на меня своим единственным нахальным глазом. А я, учащённо дыша, попытался понять, кто это: простой кот или человек-кот, который каким-то образом возродился? Я даже меч из комнаты приволок и потыкал им Флинта. Тот недовольно покосился на меня, не прекращая жрать. Ну, вроде бы тот самый Флинт, которого я подобрал возле мусорных баков: одноглазый, голодный и вполне мирный.

Я на всякий случай осторожно погладил его, а затем, немного успокоившись, пробормотал:

– Это что же получается? Тот пришлый просто скопировал твою внешность, а тебя выкинул во двор? Выходит, что так. Хорошо хоть не убил. Интересно, а когда это произошло? – на этом месте я задумался на несколько секунд, а потом выдал, отстранившись от довольного кота, блаженно замурчавшего: – Наверное, когда ты меня поцарапал, то это уже был пришлый. Ведь ты меня никогда не трогал, даже когда я измывался над тобой, пытаясь пробудить свою силу. Вот так фокус провернул этот пришлый. Я впечатлён. Да что там говорить – я охренел больше, чем когда впервые увидел прожиточный минимум. Мне потом ещё кошмары неделю снились. Не дай бог мне когда-нибудь жить на эти деньги.

Я истово перекрестился, а затем поплевал через левое плечо. Не надо мне такого счастья. Кот согласно посмотрел на меня, словно ощутив мой страх. Я улыбнулся ему в ответ, после чего решил позвонить Козлову, чтобы рассказать о ночном нападении. Тот довольно быстро взял трубку и выслушал меня, иногда взволнованно перебивая. Подытожил же я тем, что поведал ему о своём желании на время съехать из этой квартиры. Козлов немедленно предложил мне заселиться к нему, но я отказался от этой идеи, сославшись на то, что моё присутствие в его доме может привести к большой беде. Золотые ведь могут нагрянуть и к нему, а там его семья. Тогда он посоветовал мне крошечную придорожную кафешку, где на втором этаже сдавали комнаты. Там иногда селились дальнобойщики. Я согласился с предложением сержанта, после чего попросил  его подыскать мне мастера, который бы вставил новые окна в моей квартире.  Дядя Коля мигом заверил меня, что всё сделает, и даже сам прибудет ко мне вместе с этим мастером. Я поблагодарил его, и мы условились, что они приедут  через полчаса после того, как моя тушка покинут вирт-капсулу.

На этом наш разговор прекратился, и я погрузился во вселенную «Десяти Планет». Та встретила меня серыми небесами и радиоактивным дождём. Мутные капли  скользили по визору, затрудняя обзор. Я с трудом видел дальше пяти метров. Даже не сразу заметил Леголаса, который только что поднялся с размокшей земли и теперь озирался вокруг.

Я с отвращением произнес, слыша громкий плеск разбушевавшегося моря:

– Ну и погодка.

– Ага, – поддакнул элиец, тряхнув головой в шлеме. – Хуже чем в тот день, когда родился козёл Билгар. Кстати, ты видел выпуск шоу, где мы ему эпично наковыряли?

– Естественно, – хмыкнул я, двинувшись в сторону атомной станции, которую не было видно за стеной дождя и если бы не точка на карте, то нам бы пришлось поискать её.

– Всё же круто мы этого урода завалили, да? – радостно произнёс парень, с усилием двигая ногами, которые глубоко погружались в грязь.

– Леголас, ты зациклился на нём, – проронил я, топая вперёд. – Ты скоро начнёшь рисовать его рожу на обоях и втыкать в неё иголки. Успокойся. Мы отомстили.

– Ты так думаешь? – забеспокоился он.

– Уверен, – бросил я, увидев забор из крупной сетки, большая часть которой была повалена и скрыта землёй.

– Тогда надо найти нового врага. Какую-нибудь мерзкую, жуткую тварь… Хм… моя бывшая подходит и Мара, – тихонько засмеялся элиец, наступив на помятый предупреждающий знак.

– Ты больной, – резюмировал я, покосившись на спутника.

– С чего бы это? Без врагов скучно жить, да и не выгодно. Вражда с Билгаром сделала меня известным игроком.

– Если постоянно будешь садиться на подобного конька, то людям это приестся, – уверенно проговорил я, остановившись перед громадой станции. – Надо развиваться.

– Развиваться? – повторил он, а потом весело добавил, хрюкая от еле сдерживаемого смеха: – Вот сразу в голову пришла шутка, что на моей родине развивается только коррупция.

Я внимательно посмотрел на него, а потом перевёл взор на приоткрытую  дверь в здание из массивных серых блоков. Карта вела меня туда, а Леголас начал отклоняться чуть правее. Похоже, что наши тропки расходятся.

Я прямо спросил у него:

– Тебе куда?

– Вон туда, – махнул он рукой в сторону почти скрытой дождём вышки. – К той херне похожей на космическую ракету. Эх, я, кстати, в детстве хотел стать космонавтом.

– Но у тебя не получилось, потому что туда больше не берут собак? – пошутил я, тихонько захохотав.

Леголас недружелюбно посмотрел на меня и нарочито недовольно процедил:

– Ты совсем испортился. Раньше таким хорошим ламповым чуваком был, а сейчас…

– Времена меняются.

– Ага, – подтвердил тот и глянул на свой браслет, после чего задумчиво добавил: –  Сегодня круглое число с того дня как мы познакомились. Можно сказать, годовщина. Как отметим?

– Минутой молчания, – хохотнул я, а потом бросил: – Ладно, давай прощаться. Мне вот сюда. Так что, до свидания.

Он кивнул и протянул мне руку. Я пожал её и заскочил в коридор. Тот оказался по щиколотку в воде и охренеть тёмным. Мне пришлось включить «ночное видение» и я увидел горы всякого хлама: какие-то ржавые трубы, огрызки кабелей, битый кафель… С потолка, покрытого трещинами, свисали провода и капала мутная жидкость. Я как будто попал в районную поликлинику. Вот если сюда нельзя без бахил, то сравнение будет почти стопроцентным. Правда, в наших поликлиниках пока ещё нет такого мощного радиационного фона. Мой костюм едва не плавился. Наверное, мне не удастся бродить по станции там, где заблагорассудится. Похоже, что придётся искать оптимальный маршрут, который выдержит моя броня. Она вон уже работает на пределе своих сил. Поэтому я с оглядкой на радиационный фон потопал вперёд, стараясь производить как можно меньше шума. Ведь где-то тут бродят злые мутанты.

Я прислушивался после каждых трёх-четырёх шагов, но пока ничего не слышал, кроме звуков капающей воды, а потом попал на перекрёсток двух коридоров.  Здесь я проверил карту. Точка на ней была правее от меня. Но стоило мне потопать в том направлении, как в шлеме взвыл предупреждающий сигнал. Я аж вздрогнул от неожиданности, едва не выронив автомат. Мои нервы уже были ни к чёрту. Пришлось возвращаться чуть назад, так как в этом коридоре радиация могла убить меня. Вот так мои опасения подтвердились… здесь, действительно, придётся искать оптимальный маршрут.

Я снова потопал вперёд, удаляясь от прямого пути к чертежам, являющимся целью этого задания. А ведь точного места нахождения чертежей у меня нет. Инцарец не дал мне ничего подобного. Я вижу лишь точку, но не знаю на каком она уровне здания. Но мне кажется, что такие вещи вряд ли хранятся в подвале. Да и если их оставить на первом этаже, то будет как-то слишком просто – не по законам игрового мира. Ведь большинство игроков станет планомерно исследовать каждый этаж: сначала первый, потом второй и так далее. И вот исходя из этой логики, я сразу двинулся на второй, ступая по грязным ступеням из бетона. Надеюсь, мне повезёт и всё получится. Но это ведь игра и тут без трудностей никуда. Я только успел пройти один виток лестницы, как до моих ушей донёсся приглушённый расстоянием рык. Он прилетел из дверного проёма, ведущего на второй этаж. Похоже, что это первые представители местного этноса. Не хотелось бы с ними встречаться, но мне явно надо исследовать этот этаж.

Я включил невидимость и осторожно потопал вперёд, поводя стволом автомата в разные стороны. Вот мне удалось преодолеть  дверной проём – и я попал в холл, где пахло тухлятиной и испражнениями. Пол оказался покрыт кучками дерьма, а на стенах красовались глубокие царапины, будто здесь точил когти огромный кот. Несколько стульев, два дивана и стол были разломаны в щепки, словно здесь порезвились ребята, которые кричат «мордой в пол!» Даже вон решётки на окнах выломаны и лежат возле подоконников. Двери тоже – все оказались сорваны, а их тут было четыре штуки. Мне следовало пройти вон в ту дальнюю. Благо, что рык прилетел с противоположной стороны. Возможно, мне удастся пройти это задания в стиле стелс. Я тут же вспомнил, как меня загоняли сектанты. Тогда еле ушёл от них.  Вот тут бы не повторились те бега.

Тем временем я чуть сгорбился и посеменил в сторону дверного проёма, преодолел холл, а потом прошёл по короткому коридору с выдранными из потолка вентиляторами, после чего оказался в прямоугольной комнате, где воняло немытыми телами и всё тем же дерьмом. Что, впрочем, неудивительно. Ведь весь пол был покрыт им, а прямо на нём лежали спящие мутанты, одетые во всякое рваньё.

Здесь расположилось такое разнообразие изуродованных радиацией трёхглазых, что у меня аж глаза стали разбегаться. Вон храпит почти такой же урод, как те, что гнались за мной в Старом Городе. А рядом с ним лежит худой, будто жердь, мужик с тремя ногами; при том что третья росла прямо из копчика. Чуть в стороне от него – женщина с кожей, покрытой огромными волдырями, наполненными гноем. Ещё немного дальше – парочка парней с непропорционально короткими ногами. Ну, короче, я насчитал три десятка разнообразных мутантов. Благо, что все они спали, прижавшись друг к другу. Такое, своеобразное минное поле, которое не взорвётся, если наступить на него, но так заголосит, что разбудит остальных – и тогда мне каюк. Вот поэтому я не рискнул идти этим путём и вернулся в холл, где проник в тот коридорчик, который находилась параллельно этому. Он привёл меня в небольшую глухую комнату, где я увидел десятки, если не сотни костей: людских и звериных. Вот отсюда и исходил смрад тухлятины. Я, как только понял, что дальше этим путём не пройти, так рванул обратно с удесятерённой скоростью, выметнувшись в холл. Тут по сравнению с той комнатой пахло почти что фиалками.

Я, наверное, целую минуту простоял возле окна, за которым уже прекратился дождь, и только потом принял решение идти через «минное поле». Похоже, что его никак не миновать. Конечно, существуют ещё две двери, ведущие в другое крыло здания, но вряд ли там есть нужный мне путь. Кто так строит? В нашем мире – никто. Да и уж очень лёжка мутантов напоминала обязательное игровое препятствие. Разработчики ведь не просто так заморачивались, устраивая её. Вот я и двинулся туда, напряжённо ловя каждый звук. Надеюсь, они ещё не проснулись.

Глава 2

Я остановился в дверном проёме, глядя на мутантов. Они всё так же спали, издавая во сне всякие звуки и порой не только ртом. Мне крайне не хотелось изображать из себя балерину, но всё же пришлось – я стал на цыпочках переступать тела мутантов, слыша, как бухает сердце в груди. У меня от напряжения даже пот выступил на лбу. А эти цифровые существа ещё и давай позы менять во сне, словно только меня и ждали. Я так едва не наступил на руку  хвостатой дородной женщине с чешуёй на лице. Ей вздумалось вытащить ладонь из-под головы и вытянуть конечность вдоль тела.  Мне повезло, что я поставил ногу буквально на пару сантиментов левее. У меня в этот миг дыхание перехватило, а сам я замер над женщиной. Но та преспокойно дрыхла, пуская слюни изо рта. Я ещё пару секунд постоял над ней, а потом двинулся дальше, отчаянно молясь не угодить в тупик. Вот это был бы поворот! Наверное, если бы разработчики создали такой опасный путь, упирающийся в тупик, то им бы тут же позвонили из Ада и пригласили к себе в качестве консультантов.

Но всё обошлось – я преодолел комнату и попал в другую, из которой было два выхода. Правда, кое-что всё же случилось. Когда я с облегчением миновал последнего мутанта, то на пару секунд обернулся, проверяя все ли спят, а затем удовлетворённо хотел двинуться дальше, но тут увидел прямо перед собой невысокого хрупкого детёныша, заросшего бородой по самые глаза и со смешным мясистым носом. Ему бы лапти и он был бы чистым трёхглазым домовым. И вот этот самый домовой, который, видимо, отлучался по зову природы, двинулся прямо на меня, находящегося под воздействием невидимости. Он врезался мне в живот и упал на пол, чавкнув грязью. Все его глаза изумлённо распахнулись, а рот открылся для возможного крика. Я не дал ему заорать, полоснув ядовитым ножом по шее, ожидая, что жертва умрёт молча – как во всех боевиках. Но мутант их явно не смотрел. Он громко захрипел, пытаясь зажать рану пальцами, между которыми сочилась кровь. И хрипел парень так громко, что спящие мутанты начали издавать какие-то звуки, явно просыпаясь. Тут уж я не стал дожидаться их полного пробуждения и рванул по комнате, свернув к точке, мигающей на карте.  Лишь бы я не ошибся, выбрав это направление. Иначе меня ждёт серьёзная заварушка. Но пока ничто не предвещало того, что я побежал не туда: коридор не был перекрыт каким-нибудь хламом, а радиационный фон не превышал тот, что мог бы повредить броню. Правда, за мной нарастал дикий ор, состоящий из визга, писка  и криков. Ну, будто подралась свинья с гусем. Они же не товарищи. И я подумал, что жизнь всё-таки циклична. Вот очередной её виток. Я ведь совсем недавно уже был в роли преследуемого объекта, о чём вспоминал буквально минуту назад. Только теперь мне приходилось мчаться по узкому коридору, чавкая грязью под ногами и перепрыгивая перевёрнутые стулья, выломанные двери и прочий хлам. А потом я выскочил из коридора, оказавшись в небольшой приёмной, где в углу стоял массивный стол, а на нём до сих пор были телефонные аппараты, припорошённые пылью. Даже дверь с какой-то табличкой оказалась на месте. Я подёргал ручку, но та не поддалась, и тогда мне пришлось плечом высадить дверь. Она влетела внутрь кабинета, словно в неё врезался танк. Ого, каким сильным я стал! Но всех мутантов мне всё равно не одолеть, а значит надо поторапливаться.

Я быстро сверился с картой и увидел, что точка мигает прямо на месте кресла, обтянутого потрескавшейся коричневой кожей. Нет, чертежи точно не здесь, а на третьем этаже или на четвёртом. Вот прямо над этим местом. Жаль, что я не могу расхреначить бетонный потолок. Да и времени на это у меня нет. Вон уже мутанты показались. Я присел на колено и  встретил их шквальным огнём автомата, обратив внимание, что пули стали ложиться гораздо кучнее.

Мои маленькие свинцовые подарки впивались в незащищённые тела мутантов, обильно разукрашивая их кровью, принявшейся литься из ранений. Враги громко зарычали от боли, сотрясая пространство и заставляя дрожать уцелевшие в апокалипсисе стекла. Но умирать они не спешили. Их живучести могли бы позавидовать тараканы. Конечно, несколько мутантов рухнули на пол, где скрючились и затихли после предсмертных судорог, но остальные не прекратили свой бег. Поэтому мне пришлось выбить ногами решётку вместе с оконной рамой, а потом зацепиться руками за карниз третьего этажа и подтянуться, грозя рухнуть вниз из-за скользкого после дождя железа. Да ещё и кто-то умудрился схватить меня за ботинок, наплевав на то, что я невидим. Похоже, что этот ловкач ориентировался на запах или ещё на что-то данное ему природой или радиацией. Короче, он как-то сумел схватить меня, а я тут же лягнул его свободной ногой, даже не имея возможность глянуть, куда бью. Лупил чисто по ощущениям, надеясь, что голова этого мутанта растёт не из жопы. И мне повезло – я куда-то сильно попал, услышав стон и смачный хруст. Мутант ослабил хватку, прежде чем успел дёрнуть меня за ногу, что позволило мне подтянуться и забраться на карниз. Я вцепился руками в решётку, не веря своей удачи. А вот мутанты разъярённо орали внизу, высовывая рожи из окна.

Вот особенно смелый индивидуум попытался последовать за мной. Я выстрелил в него несколько раз, держа автомат одной рукой, а второй – намертво сжав прутья решётки.  Пули попали в его перекошенную физиономию с коростой сукровицы. Они прошили череп, расколов затылок, –  и так на жирную землю попали ошмётки его мозгов.  Но пример этого мутанта ничему не научил других. Вот ещё один решил последовать за мной. И его постигла та же участь, что предыдущего смельчака. Теперь уже два тела лежали на подоконнике, свисая наружу.  Из них обильно струилась кровь, смешиваясь с дождевой водой.  Но пока вроде бы больше никто не торопился показывать свою рожу. И я, воспользовавшись этим затишьем, быстро отодрал одну сторону решётки от стены, а потом выбил оконную раму и залез внутрь.

Здесь оказалась большая комната, где стояли диваны, стулья и несколько столов. Два из них были для игры в настольный теннис. Ещё тут были телевизоры и целый шкаф со всякими настольными играми. Всё это было покрыто толстым слоем пыли и побелки, осыпавшейся с потолка. Ну а в том месте, где могли бы лежать чертежи, ничего не было кроме пола. Опять не туда попал. Похоже, мне так и придётся лезть на последний, четвёртый этаж.

Между тем на карнизе показался особо упёртый мутант. Я развернулся и выпустил в него из автомата короткую очередь. Тот болезненно взвизгнул и отправится в недолгий полёт, закончившийся приглушённым чавком. Вот ничему их жизнь не учит.

Я усмехнулся, а потом вздрогнул, когда дверь комнаты затряслась под чьими-то могучими ударами. С той стороны раздался разъярённый рёв. Похоже, что это местные обитатели отреагировали на моё появление. Кажись, я пошёл против логики разработчиков, став карабкаться по стенам, а не планомерно проходить каждый этаж, как честный игрок, и сражаться с местными мобами. Наверное, и часть лута с прочими плюшками я не найду, но зато избегу ненужных боёв и быстрее закончу задания. Тут остался-то всего один этаж. Надо вон только сперва завалить ещё одного мутанта, который замаячил за окном.

Я привычно срезал врага пулями, а сам вылез из комнаты, слыша рёв за почти выбитой дверью, после чего схватился руками за карниз, подтянулся и оказался на нём. Дальше мне удалось довольно быстро выломать из бетона часть решётки, и проникнуть в большой кабинет, где был стол в форме буквы «П», компьютер, шкафы с документами, и самое главное – небольшая тумбочка, на которой стоял пустой цветочный горшок.  Вот  к ней-то меня и вело задание. Чертежи явно внутри, если отбросить безумный вариант, что они в подвале.

Я спрыгнул с подоконника и двинулся к тумбочке, уже предвкушая, как отправлюсь в городок. Но тут за моей спиной раздался знакомый яростный рёв, вслед за которым что-то сильно толкнуло меня. Я полетел вперёд, будто оказался на пути «Сапсана». Батарея потеряла сразу несколько процентом заряда. А я кубарем прокатился по полу, врезался в стену, после чего слегка оглушённый, вскочил на ноги и увидел трёхметровую хреновину на фоне окна. Она была слеплена по лучшим канонам фильмов ужасов… Это существо имело вытянутую голову с огромной пастью, унизанной кривыми зубами. Глаз у неё не было, зато имелся ещё один рот, только поменьше. Он располагался на лбу, там, где раньше был третий глаз, ведь это мускулистое чудовище когда-то было обычным местным жителем. А вот теперь помимо уже упомянутых черт, бедолага обзавёлся когтями на руках и на ногах. И ещё у него имелся длинный ловкий хвост. А само тело было покрыто зелёной склизкой кожей. И что самое печальное – я ему точно не понравился. Монстр заревел, брызжа слюной, а потом рванул на меня, используя и передние конечности и задние, а хвост задрал на манер скорпионьего.

Мне удалось сделать несколько выстрелов, а затем пришлось прыгать в сторону, чтобы не попасться в лапы мутанта. Тот пронёсся мимо меня буквально в метре и даже чуть не задел лапой. Она пролетела в считаных сантиметрах от моего визора. Я снова открыл огонь, отключив бесполезную невидимость и семеня к тумбочке. Пули с грохотом вырывались из дула автомата, ввинчиваясь в тело монстра. А тот лишь яростно ревел, не обращая внимания на десятки ран, из которых нехотя сочилась густая бледно-красная кровь.

Но вот враг ловко развернулся и прыгнул… Да так мощно он сиганул, что сбил меня с ног, оказавшись сверху. Благо, что я вывернулся из-под него, параллельно полоснув по животу ножом, покрытым ядом. Мутант опять взревел, запрокинув уродливую башку к потолку, а затем огрел меня хвостом, уже в третий раз сбив с ног. Я кувыркнулся через диван, попав под стол, где потряс головой. Мне прилетел уже знакомый дебафф, который заставлял кружиться кабинет. Он не так сильно затруднял бой, но всё же был чертовски неприятен. А тут ещё стол взлетел надо мной и отправился в стену, брошенный могучими руками мутанта. Раздался громкий треск, после которого во все стороны брызнули щепки от развалившейся мебели.

И теперь монстр решил снова заняться мной. На него почему-то не подействовал яд с клинка. Я не стал ждать, когда он вонзит в меня когти, поэтому нырнул за диван и, не глядя, выпустил ещё одну очередь, а потом быстро перезарядил автомат.

К этому времени я уже понял, что мне не справиться с противником. Уж больно он хорош. Его будто делали под меня. Ну, посудите сами, он не восприимчив к яду и ему нипочём моя невидимость. Похоже, что этого босса сгенерировали так, чтобы я прочувствовал всю сложность Императора Галактики.

Кажись, что я тут и сложу косточки, если продолжу с ним сражаться. Наверное, надо валить отсюда, наплевав на все возможные плюшки. Так, где там тумбочка? Ага, вон она. Я вскочил на ноги и рванул к ней, следя краем глаза за монстром. Тот только что перевернул диван, за которым я прятался, а теперь помчался за мной, пятная кровью пол. Он явно был быстрее меня. Я выпустил в него очередную очередь, прочертившую косую полосу из пулевых ранений на его груди. А тот лишь немного снизил скорость. Тут мне в голову пришла шальная мысль… Я сильно пнул ногой стул и он угодил в его переднюю конечность. Мутант споткнулся и совсем не грациозно растянулся во весь свой рост. Это позволило мне перенести тумбочку в инвентарь, после чего я подбежал к окну и выпрыгнул.  Монстр без раздумий последовал за мной.

Я пролетел три этажа и упал точно на одного из тех мутантов, что подставились под мои пули, пока мне приходилось скакать по карнизам. От веса моего тела изо рта трупа брызнула кровь, ещё больше запачкав мою броню. Потом я вскочил и бросился бежать, косясь на монстра. Тот поднялся на ноги и попрыгал за мной на трёх конечностях, бережно прижимая к груди руку.  Его скорость и ловкость заметно упали. И вот тут-то я понял, что есть хороший шанс добить монстра и получить его дорогостоящий труп. Но из здания начали выскакивать рядовые мутанты, и их становилось всё больше. Понятное дело, что грохот выстрелов и рёв монстра слышали, наверное, все окрестные твари. Вот они и набежали сюда. Короче, так и придётся мне линять в город, не получив такой замечательный хвостатый трофей. Я ещё немного отбежал от мутантов, а потом активировал перенос. И когда он сработал, то разъярённые местные уже были в пяти метрах от меня. Можно сказать, что я ускользнул прямо из-под их носа.

Ну а спустя миг темноты я уже был в будке. Потом вышел из неё, вытащил тумбочку из инвентаря и открыл её. Внутри была ещё одна дверца. Только на сей раз стальная и с кодовым замком. Я разочарованно выдохнул, но точка на карте точно указывала на сейф, значит, чертежи внутри. Осталось вытащить их оттуда. Я сам не сумею этого сделать, так что пусть мучается инцарец. Авось он и так закроет задания. Поэтому я вихрем помчался к квест-стартеру.  У меня было не так много времени, чтобы успеть сегодня закончить задание, ведь сейчас уже царила глубокая ночь. Главное – чтобы Ишим не спал, хотя его можно и разбудить ради такого дела. Впрочем, мне даже будить его не пришлось, ведь когда я добежал до него, то он в свете уличного фонаря ковырялся в бензиновом генераторе, стоя возле стен электростанции.

Я тихонько подошёл к зданию и за пару метров до инцарца крикнул:

– Доброй ночи!

Тот вздрогнул от неожиданности и выронил гаечный ключ. Он упал в грязь, вызвав горестный вздох Ишима, который укоризненно глянул на меня кошачьими глазами и проговорил:

– Доброй ночи. Справился с заданием?

– Ага. Только есть небольшая загвоздка… – протянул я, вытащив из инвентаря тумбочку и указав на неё рукой. – Чертежи внутри сейфа. Открывай. Мне подобное волшебство пока ещё не дано.

– Хм, – хмыкнул тот, глядя на стальную дверцу, а потом кивнул своим мыслям и скрылся в станции.

Отсутствовал он недолго, а когда вернулся, то в его руках был плазменный резак. Инцарец сразу пустил его в дело, аккуратно вырезав замок. Я в это время стоял за его щуплой спиной и молился богу, чтобы чертежи не загорелись. Кто-то наверху услышал меня и всё обошлось. Ишим благополучно отворил дверцу и вытащил изнутри папку. Потом открыл её и удовлетворённо кивнул, радостно проговорив:

– Молодец! Ты справился с последним заданием. Теперь тебя больше ничто не держит в нашем городе. Вот тебе награда…

Он перевёл мне очки и дал что-то весьма похожее на золотой жетон. Похоже, что это и есть ключ от портала. Я торопливо схватил его двумя пальцами, попрощался, обняв тощего инцарца,  а затем рванул на круглосуточный базар, где купил боеприпасы. После этого у меня оставалось ещё какое-то время, чтобы успеть к порталу. Я ломанулся к нему со всей силы, бесцеремонно снося страдающих бессонницей  жителей города. Их было не так много, но всё же они шастали по улицам. И двое из них оказались в грязи, повстречавшись со мной.

Такой грубый стиль передвижения позволил мне прискакать к трёхметровому цилиндру, стенки которого оказались из прозрачного материала. А пол и потолок изобиловали кабелями и проводами. Я подошёл к нему и почти  сразу увидел, куда совать жетон. Это была обычная приёмная щель, вмонтированная в стенку портала. Моя рука отправила в неё жетон, и следом передо мной отворилась прозрачная изогнутая дверь. Я вошёл внутрь, снедаемый нетерпением, после чего дверка закрылась, а портал загудел, задрожал и замигал огоньками. Дальше меня накрыла темнота, а когда я открыл глаза, то вокруг меня был уже другой населённый пункт и даже другой климат. Жаль, что мне не удалось осмотреться, так как я выпал из цилиндра и уснул прямо на влажной листве, глядя в тёмное небо, усыпанное мириадами звёзд.

Глава 3

Я вылез из вирт-капсулы весьма довольный собой и обнаружил в телефоне пропущенный вызов от сестры. Надо бы ей перезвонить. Давненько мы с ней уже не болтали. Я нажал на зелёную кнопку и потопал на кухню, приложив гаджет к уху.

– Привет! – вылетел из мобильника радостный голос сестры на фоне завывающего ветра. – Попробуй догадаться, где я!

– Ну, судя по звукам, ты летишь в маленьком домике в Волшебную страну, – иронично сказал я, присев на стул и закинув ногу на ногу.

– Нет! Я на скале Этрета! – счастливо провизжала она.

– И что ты там делаешь? Ждёшь Гэндальфа на орлах? – опять вспомнил я книжный сюжет, только теперь другой.

– Вот ты язва конечно! – недовольно крикнула сестра, перекрывая шум ветра и отдалённый грохот волн. – Тут потрясающе красиво!

– Я за тебя рад. Значит, у тебя всё хорошо?

– Ага. Мамой клянусь!

– Вот теперь забеспокоился, учитывая твои отношения с нашей родительницей.

– Честно, всё отлично. Вот тебе звонила, чтобы поделиться новостями, – проговорила Софи. – А у тебя как дела? Скоро во Францию?

– Ну-у-у-у, – задумчиво протянул я, погладив колючий подбородок. – Пока точно не знаю, но как-нибудь приеду.

– Ты давай поторапливайся. Император уже скоро закончится. Вас там осталось-то с гулькин хрен.

– Верно подмечено, – ухмыльнулся я, вытащив из микроволновки несколько бутербродов с сыром и колбасой.

– Так что давай поднажми. Ты реально можешь выиграть. И это будет второй раз за всю твою жизнь! Я ведь думала, что все твои победы закончились после того, как ты оказался самым быстрым сперматозоидом! – ехидно проворковала сестра. – А тут гляди-ка – опять можешь выиграть!

– Спасибо за горячую поддержку, – промычал я, вцепившись зубами в бутер.

– Ты чего там так жадно трескаешь? Чёрную икру?

– Ага. Как же. Я за последний год вкус икры только в чипсах ощущал.

– Вот бедолага, – вполне искренне посочувствовала Софи, после чего торопливо добавила: – Ладно, Роб, пока. Если будет желание, то звони. Не факт, что я возьму трубку, но звонить можешь.

– Пока, ехидна, – попрощался я с ней и нажал на красную кнопку, вспомнив о коте.

Мне вдруг захотелось ещё раз удостовериться, что царь настоящий, то есть Флинт тот самый кот, а не какое-то иное существо. И я решил найти его. Но кот не отозвался на звук своего имени и даже на «кис-кис». Тогда я пошёл вполне проверенным способом и открыл холодильник, который издал тихий звук. Тут же в кухню пулей влетел Флинт и застыл возле моих ног, жадно глядя в холодильник. Здесь уж я окончательно убедился, что он тот самый кот, которого мне довелось забрать с помойки.

Я облегчённо наложил ему еды, а потом и сам доел бутерброды, запив их чаем. Аккурат к этому времени ко мне пожаловал Козлов и высокий, худой мужчина в синем комбинезоне. Я поздоровался с ними, после чего запустил в квартиру, где показал мастеру оба разбитых окна. Тот почесал плешивую голову, обрамленную редкими седыми волосами, и с интересом спросил у меня:

– Это как же так вышло?

– А-м-м-м, – растерялся я на долю мгновения, а затем нашёлся: – Ворона.

– Ворона? – удивлённо переспросил мужик, достав рулетку и став делать замеры. – Оба окна?

– Ага. Ну ей же надо было вылететь,  – поддержал меня сержант и следом недовольно проворчал, нахмурив брови: – Иваныч, ты давай делом занимайся, а не лясы точи. А ты, Роб, иди за мной. Покалякать надо.

Я послушно потопал за ним на кухню, где мы расположились на стульях и Козлов стал по второму разу тихим шёпотом уточнять подробности ночного нападения. Мне опять пришлось отвечать на все его вопросы, а под конец допроса полицейский уточнил, прищурив глаза:

– А в котором часу всё это произошло?

– Ну, это было где-то в районе трёх часов ночи. Ты разве не заметил, что в это время даже мир стал каким-то серым и недружелюбным? – с натянутой улыбкой произнёс я, пытаясь разрядить обстановку, а то уж очень она отдавала похоронами.

– Роб, будь серьёзней, – строго попросил Козлов, внимательно глянув на кота. – Ты уверен, что это не тот же самый пришлый?

– Ага, – кивнул я.  – Тот погиб. Растворился в воздухе.

– Он больше ничего не сказал? Только клянчил твою силу?

– Угу, – не блеснул я красноречием, решив до конца всё не рассказывать сержанту. Там уже были дела семейные. Мне почему-то захотелось прикрыть Андрея, отнявшего силу у человека-кота.

В этот миг в кухню зашёл мастер и сообщил, что он снял все мерки, и завтра снова приедет, чтобы завершить процесс ремонта окон. Я искренне поблагодарил его и проводил до порога.

Как только он ушёл, Козлов проговорил, поправив форменную рубашку с разводами в районе подмышек и шеи:

– Ну что? Поехали к пепелищу? Или у тебя есть какие-то планы на остаток дня?

– Ага, есть. И не только на остаток дня. Хотелось бы не сдохнуть, – заявил я, криво усмехаясь. – А для этого надо как-то разобраться с пришлыми.

– Тогда поехали, – проронил сержант, засунув ноги в пыльные ботинки. – Жду тебя в машине. И меч прихвати. А то мало ли что.

Я согласно кивнул, после чего потопал в спальню за клинком, где обернул его простыней и последовал за полицейским. Тот уже успел завести «бобик» и открыть все окна в машине. Жара на улице стояла неимоверная. Я только вышел из подъезда и едва не сгорел. И даже на миг подумал, что всё-таки солнце стало вредить мне из-за силы рода. Но, глядя на потную физиономию сержанта, тут же отказался от этой мысли и сел в машину. Она тронулась с места и покатила по разогретому асфальту, над которым дрожало жаркое марево. Ветерок стал приятно обдувать разгорячённое лицо, а в нос ударил резкий запах бензина и пыли. Но мне он особо не мешал, так как я не обращал на него внимания, погрузившись в размышления, навеянные недавней мыслью о родовой силе, которая, к слову, изначально принадлежала пришлому. Из этого следует, что раз мне для её использования требуется энергия, то и пришлым для своих фокусов она тоже нужна. И вот где они её черпают? Хороший вопрос. Им так же, как и мне, нужны человеческие эмоции или что-то другое? Я стал мысленно перебирать то, что знаю о деятельности пришлых. Итак, начну с отшельницы. Она заключает договора с наивными дурочками, которые потом мрут как мухи. Я пока не знаю, все ли они померли, но некоторые точно погибли. Значит ли это, что старухе нужна энергия, которая поступает от людей в момент заключения договора или ей требуются те эманации, следующие за смертью или во время оной? Хрен его знает, но я могу биться об заклад, что без таких договоров сила бабки сойдёт на нет.

Так, с этой пришлой вроде бы всё ясно, а вот теперь порассуждаю над природой той энергии, которая нужна Снежане. Она помогает старикам и открыто никого не убивает, но ведь был тот померший дед из моего подъезда. Он пользовался её услугами, но это не доказывает, что старик умер от действий девочки. Он ведь мог склеить ласты и по совершенно банальным причинам. Например, тупо от старости. И что же тогда выходит? Снежану надо отнести к потенциально неопасным пришлым? Ну, похоже на то. И, кстати, она только защищалась, когда я и Козлов решили потолковать с ней по душам – что тоже говорит в её пользу. А вот энергия, которая подкармливает силу девочки, явно как-то связана с помощью старикам. Плохо ли это? Ну, если она их не убивает, то даже хорошо, а вот ежели тот дед умер по её вине, то Снежану тоже придётся как-то выводить из игры…

Ладно, пока хватит о ней. Теперь на очереди Лёха и Чёрный Ворон. Вот эти твари явно опасны для людей. Первый работал на заводе, где с его появлением стали с завидным постоянством происходить несчастные случаи, а второй – вообще почти в открытую нападал на всяких выпивох и их тела до сих пор никто не нашёл. Из этого следует, что Лёха черпает свою силу, скорее всего, из несчастных случаев, которые сам и устраивает. Это очень вяжется с тем, что я уже успел нафантазировать о нём, выведя теорию о его настоящем имени и сущности. А вот Чёрный Ворон по такому же принципу берёт силу из убийства пьяных людей. Я всё-таки решил, что он их именно убивает, так как ни один из пропавших не вернулся в свой дом. Вряд ли Чёрный Ворон просто пользует их, а те потом вдруг решают, что Грязьгород не достоин их присутствия в нём и не возвращаются домой.

Кстати, есть же ещё чертёнок и те две страшилы из больницы, но я совсем мало знаю об этой троице. Откуда они черпают свою силу? Да вот хрен их знает. Пока даже предположить не могу. Надо побольше разузнать о них, а уж потом думать о природе питающей их силу энергии.

Итак, что же мне в целом удалось  выяснить об энергии пришлых? Ну, во-первых, у них у всех один источник – людские эмоции. А во-вторых, у всех пришлых разные поля деятельности. Они вроде бы не пересекаются. И это очень плохо, потому что было бы просто великолепно, если бы пришлые дрались между собой. Но чего нет – того нет. Лишь отец Леонтий когда-то проявил определённую враждебность к своему коллеге, когда отогнал от меня Чёрного Ворона. Но он так поступил из-за того, что мой дед в прошлом оказал ему услугу. Кстати, отец Леонтий. Он точно пришлый. Но вот каков его источник энергии? Зачем он строит храм? Он черпает свою силу в вере? Леонтий создаёт какую-то свою секту? Очень похоже на это. А умирают ли из-за него люди? Да вот хрен его знает. Пока он только защищает их от волков. Мда, очень странный персонаж. Я бы с удовольствием поговорил с ним, но он же неуловим как американские шпионы, ссущие в наших подъездах и портящие нам всё, что только можно.

Ну а между тем, пока я размышлял, мы уже подъехали к пепелищу, и мне пришлось вынырнуть из пучины мыслей и увидеть цель нашей поездки. Я уставился на высокий, покосившийся дощатый забор, который уже давненько не красили, а потом перевёл свой взор на то, что скрывалось за ним. Там стояли обгорелые останки бревенчатого дома. Он выгорел почти до основания. Осталась всего одна стена, хотя изначально дом-то был не маленький. Такой так просто не сжечь. Казалось, что его долго пропитывали бензином, а только затем подожгли.

В связи с такими разрушениями, я пораженно проговорил, выбираясь из машины и чувствуя до сих пор витающий в воздухе запах гари:

– Вот тут полыхало. Хорошо хоть дом этого бирюка на отшибе, а то бы и соседские постройки могли загореться. Вон даже сарай его сгорел.

– Ага. Жара страшная стоит, – поддержал меня сержант, поправив фуражку. – Наверное, дом загорелся как спичка.

– Да и бензинчика туда точно добавили, – проронил я, глянув в сторону леса, который лежал всего в километре от двора почившего Дмитрия.

Полицейский тем временем открыл калитку и проник на пепелище, окружённое погоревшими плодовыми деревьями. Я потопал за ним, окинув взглядом погибший от жары огород, где растения уже много дней не знали полива. Хотя колодец – вон он. Но местный хозяин уже давно помер, а тут ещё и поджог случился.

Вдруг я заметил на рыхлой земле отпечатки множества ног. Наверное, соседи пытались тушить горящий дом или пожарная бригада. И вот что здесь можно найти? Кажись, тут сгорело всё, что только можно. Вон лишь железо почти не пострадало: ведра, панцирная кровать, котёл… А бумага, пластик и прочие горючие материалы превратились в пепел или оплавленные комки. Нет, мы тут точно ничего не отыщем, если только…

Я обернулся к Козлову, который незамедлительно напомнил мне курицу тем, что он ходил по пепелищу и ногами разбрасывал верхний слой, пытаясь что-то найти, а потом задумчиво произнёс, чихнув из-за пепла, попавшего в нос:

– Апчхи… Дядь Коль, а у этого бирюка был подвал? Если что-то уцелело, то только в нём.

– Точно! – воскликнул тот, звонко шлёпнув себя мясистой ладонью по лбу. – Как я мог не подумать об этом. Совсем мозги спеклись к старости. Давай искать подвал.

– Не простая это задача, – промычал я, поворошив ногой толстый слой золы, в котором лежали осколки стекла, какие-то банки и прочий мусор.

– Слыхал там в своей столице, что инициатива… эм… совокупляет инициатора? – весело заметил сержант, стряхнув со лба капли пота.

– Что-то такое слышал, но не принял к сведению, – мрачно проговорил я и взялся за дело.

Мы стали осматривать пол бывшего дома, выискивая там люк, который ведёт в подвал. То, что последний существует, я вообще не сомневался. Ну в каком сельском доме его нет? Вот и здесь он должен быть. Но нас там может ждать совсем не то на что мы рассчитываем. Вдруг в подвале только закрутки и картоха, а источников тайных знаний нет? Вот тогда все наши труды окажутся пустой тратой сил и времени. А поиски подвала, оказались делом весьма грязным и муторным. Я весь перепачкался и вспотел так, что майку и шорты можно было выжимать. А Козлов вон вообще хрипит, как сломанный динамик. И ещё от него за версту пахнет потом. Благо, что вскоре солнце начало опускаться за горизонт, даря немного прохлады.  Нам стало чуть полегче, а затем полицейский издал победный хрип:

– Нашёл! Роб, иди сюда!

Я торопливо выпрямил спину, услышав, как она хрустнула, а потом побрёл к полицейскому. А тот уже вцепился руками в железную дужку, поднатужился и потянул её на себя. Люк нехотя поддался, обнажив чёрный зёв. Я заглянул внутрь и увидел, что и там всё выгорело. Меня это деморализовало даже больше, чем, если бы оттуда выскочила моя бывшая столичная девушка со своим новым парнем и заявила, что у них всё хорошо. Козлов тоже издал горестный вздох и принялся витиевато сквернословить. Я даже заслушался, столько было души в его словах.

Но вскоре он выдохся и устало проронил:

– Вот суки, всё спалили. Явно чтобы скрыть какие-то знания.

– Угу, – поддакнул я, облизав пересохшие губы, а потом нехотя добавил: – Мне не очень хочется это говорить, но ведь и в сарае мог быть подвал…

– Да иди ты со своими подвалами! – беззлобно вскинулся сержант, схватившись за спину. – Мне уже не по возрасту так пахать. И если они в этом подвале всё сожгли, то и тот не пропустили. Пришлые основательно подошли к этому делу.

Боль в моей спине тоже прошептала, что мы там ничего не найдём, поэтому я махнул рукой на поиски второго подвала. Похоже, так и придётся возвращаться домой не солоно хлебавши. Судя по грустной физиономии Козлова, он тоже так думал.

В этот миг мы обменялись понимающими взглядами, после чего потопали к машине. А та раскалилась до состояния солнечного ядра, хотя и стояла в тени раскидистой вишни. Мне совсем не хотелось лезть в эту парилку, но всё-таки пришлось. Я открыл дверь, ощутив волну жара, а затем вдруг увидел мужика, застывшего возле крайнего дома. Мне не очень хорошо было его видно из-за того, что вокруг царили сумерки, да и смотрел я на него сквозь мутноватое стекло «бобика». Но всё же мне удалось разглядеть его глаза.  Они слабо мерцали в темноте. Казалось, что это могут быть блики уличных фонарей, но те стояли слишком далеко. У меня возникли нехорошие подозрения, что этот мужик не совсем мужик, и стоит он там далеко не случайно.

Я залез в машину и тихонько бросил Козлову, пока тот заводил мотор:

– Дядь Коль, ты только головой не крути, а как-нибудь незаметно глянь вон на того мужика, который стоит возле забора из красного железа. У него глаза как-то странно сверкают. Уж не новый ли это пришлый?

– Хм… – хмыкнул полицейский и украдкой посмотрел на человека, после чего проронил: – Сейчас мимо него проедем и глянем поближе.

 Я согласно кивнул, а сержант стал широко разворачивать автомобиль. Заскрипели колёса, задребезжали двери, а мужик всё так же стоял на своём месте, будто хотел убедиться, что мы покидаем пепелище. И вот когда манёвр был закончен, то «бобик» оказался всего в паре метров от таинственного наблюдателя. Я сумел рассмотреть его. Он был одет в спортивное трико и просторную майку, а на ногах у него были синие сланцы. Короче, с виду обычный седой мужик с узким вытянутым лицом, но вот его глаза… Я узнал их, потому что однажды уже видел – и это были страшные воспоминания.  И как только я понял, где встречал эти глаза, то мой взгляд тут же метнулся на его руки, узрев на пальце с серым длинным ногтем бронзовое кольцо. Всё стало окончательно ясно…

Глава 4

Я метнул лихорадочный взгляд на напряжённого Козлова и прошептал, двигая одними лишь губами:

– Это пришлый.

Тот легонько кивнул, не став останавливать автомобиль, а поехал дальше, пояснив свои действия:

– Мы сейчас с той улицы заедем. «Бобик»  там бросим, а сами проследим за этой тварью, выйдя ей в тыл. Авось чего нового узнаем или вообще найдём их логово.

– Кутузов, – оценил я план полицейского, чувствуя, как от волнения начинают подрагивать пальцы.

– А какой это пришлый? – поинтересовался сержант, привычным движением потрогав кобуру с пистолетом. – Как ты узнал его?

– У него бронзовое кольцо на пальце. По моей градации кланов, он из Бронзового, – объяснил я, взяв с заднего сиденья клинок. – Ну и ещё его глаза… Я видел их в тот день, когда отец Леонтий отогнал волка.

– Это батюшка так изменился?! – искренне охренел сержант, загнав брови к лысине. – Вот что Грязьгород с неподготовленными людьми делает.

– Да нет это не Леонтий, а волк… – выдал я, став незамедлительно убеждать дядю Колю в своей правоте: – Оборотень он. Как тот кот, что спас меня от Лёхи. Я тогда глаза волка на всю жизнь запомнил. Да и рожу ты его видел? Она такая вытянутая, будто волчья морда. Тот кот-оборотень, когда в человека превратился, тоже чертами лица напоминал себя в зверином обличье. Вот ещё бы его обнюхать, чтобы до конца убедиться… Если он не пахнет, то явно наш клиент.

– Мда, – протянул Козлов вроде бы поверив. – И как же мы его назовём? Волк?

– Ну или Серый Волк, – не просто так предложил я, а затем протянул: – Кажись, он-то и совершил все те убийства, которые люди приписывали обычным волкам.

– Здравая мысль, – похвалил полицейский. – Тогда многое встаёт на свои места. Хотя бы очень странное поведение волков, которые нападали чуть ли не в центре города… А это, оказывается, пришлый шалил. Ну сейчас мы ему устроим…

– Мы же всего лишь проследить хотели, – занервничав, напомнил я, опасаясь, что в драке с Серым Волком сила будет не на нашей стороне.

– Проследим, а потом решим по ситуации, – твёрдо проронил полицейский, остановив автомобиль возле последнего дома. Дальше было только поле и лес.

Мы торопливо вылезли из машины, а затем выглянули из-за угла забора. Пришлого на месте не оказалось, но он обнаружился на пепелище. Волк бродил там и посматривал под ноги.

Козлов уверенно прохрипел мне в ухо:

– По нашим следам сволочь ходит.

– А он нас не учует? – забеспокоился я.

– Нет. Ветерок с его стороны, – успокоил меня дядя Коля. – Я кое-чего в охоте на волков смыслю.

– Это радует, – буркнул я и заметил как пришлый, заглянув в подвал, решительно направился в сторону калитки.

– Уходит, – прокомментировал полицейский. – Роб, приготовься, сейчас за ним двинемся. И меч не разматывай, а то блеснуть может – и этот чёрт нас заметит.

– Хорошо, – кивнул я, напряжённо следя за Волком.

Тот покинул пепелище и двинулся не в лес, а в город. Мы ломанулись через кусты вдоль забора, который скрыл от нас пришлого. И когда наш дуэт преодолел все препятствия и выглянул уже из-за другого угла, то Серый Волк маячил метрах в ста пятидесяти впереди. Я вопросительно посмотрел на дядю Колю. Тот ответил решительным кивком и вышел из укрытия, двинувшись по улице скучающей походкой. Я потопал чуть в отдалении от него и по другой стороне улицы. Ну а что нам ещё оставалось? По-другому  мы не могли преследовать пришлого. Не по кустам же нам всё время скакать. Конечно, он так рано или поздно обратит на нас внимание, но другого варианта не было. Вот поэтому мы и стали следить за ним таким образом. А тот знай себе идёт по улицам, сворачивая то туда, то сюда, словно искал кого-то. У меня закрались нехорошие подозрения, что он вышел на охоту и ищет людей. Но нам пока никто не встретился на пути. А потом вдруг Волк застыл на месте и обернулся. Я успел шмыгнуть за тополь, а вот Козлов с его габаритами продолжил неторопливо топать вперёд, всем своим видом показывая, что Волк его не интересует. Дядя Коля даже опустил голову, сгорбил спину и засунул руки в карманы. Ну чисто уставший полицейский возвращается после трудного дня домой. И если бы на нём не красовалась форма, то, наверное, он был бы идеальной жертвой для пришлого. А так – рискнёт ли Серый Волк напасть на полицейского? И в курсе ли он того, что именно этот человек, является моим другом? Да и вообще – какая у Волка есть информация обо мне? Нужна ли ему моя сила? И почему в тот раз отец Леонтий сражался с ним? Ведь он бился с ним из-за каких-то своих соображений. Меня тогда батюшка точно не спасал.  Короче, вопросов тьма, а ответов примерно столько же, сколько амбиций  вон у того камня.

 Тем временем Волк плавно скользнул в тень, отбрасываемую кирпичным забором, а через пару секунд оттуда выскочил уже знакомый мне зверь. Точно оборотень! Последние сомнения пропали из моей головы! Он та самая тварь, которую я уже видел два раза. И сейчас пришлый явно вознамерился напасть на Козлова. А тот вскинул голову, увидел волка и бросился бежать прочь от него. Он даже вполне натурально заорал от страха. Но я-то видел, что сержант несётся так, чтобы пробежать мимо того дерева, которое скрывает меня от Волка. Благо, что ветерок дул со стороны пришлого, а то ведь мог и учуять раньше времени. Пока же он азартно помчался за сержантом, ярко сверкая глазами, словно фарами. А бедный полицейский, задыхаясь, бежал от него, растрясая накопившийся жирок. Его живот ходил ходуном, а подбородки прыгали выше головы. Но дядя Коля продолжал упорно мчаться, громко пыхтя. Конечно, Серый Волк нагонял его громадными прыжками и вскоре уже должен был настигнуть. И я почти физически почувствовал дикое желание животного вонзить клыки в пухлый бок Козлова.

И вот настал момент, когда их разделяла всего пара метров. Вдруг полицейский вскрикнул раненой птахой и шлёпнулся на землю, проскочив мимо меня, но оказавшись всего в сотне сантиметров от тополя. Тут же Серый Волк победно взревел и прыгнул на дядю Колю, который выставил перед собой руки, даже не думая применять пистолет. И в этот момент я со всей силы опустил меч на взмывшее в воздух тело животного. Клинок попал прямиков в шею оборотня. Да ещё так удачно попал, что перерубил её. Я почувствовал, как непонятное серебро с трудом прошло сквозь тушу зверя, а потом инерция движущегося тела вырвала меч из моих рук. Он упал в пыль, чуть дальше лысины Козлова, едва не угодив ему в лоб, а отрубленная башка Волка ещё в полёте приняла форму человеческой головы. Тело же зверя рухнуло на дядю Колю, а затем быстро трансформировалось в мужское. Козлов торопливо спихнул его с себя, после чего вскочил на ноги, оглушительно дыша. Бег от пришлого дался ему очень нелегко.

Между тем тело оборотня и его голова побледнели и пропали, ровно так же, как труп кота. Я внимательно следил за этим процессом, ещё до конца не веря в то, что мы завалили пришлого. И, надо отметить, вполне легко лишили его жизни. Всего одним ударом и забегом на пятьдесят метров. Но когда его труп окончательно пропал, я со всей ясностью осознал то, что мы совершили, и победно заорал от избытка чувств.

Козлов присоединился к моему празднованию, довольно пропыхтев и похлопав меня по плечу:

– Вот это удар. Теперь я точно верю, что ты ходил на фехтования.

– Да мне повезло, – честно ответил я, широко улыбаясь. – Это вот вы молодец. Так быстро сориентироваться… Придумать такой план!

– Какой план? – спросил он, вопросительно изогнув бровь.

– Ну как же… Вы же специально побежали от волка ко мне, заметив, что я спрятался за тополем, а потом и сознательно упали возле меня, чтобы дать мне возможность огреть Волка мечом, – протараторил я, задыхаясь от волнения.

– Мда? – вполне натурально изумился Козлов, а потом, видя, как вытянулась моя физиономия, расхохотался. – Да, да. Специально, а то сейчас подумаешь, что я струсил, и мы случайно убили его. План, конечно, был так себе, основанный лишь на том, что ты нанесёшь Волку первый удар, а уж потом мы вместе как-нибудь завалим его. Но всё получилось намного лучше, чем я рассчитывал. Сегодня нам явно повезло. Наверное, кто-то воздал нашему упёртому дуэту за то, что мы потерпели фиаско с подвалом.

– Я каждый день готов под палящим солнцем рыться в пепле, лишь бы нам так всегда везло, – серьёзно заявил я, подобрав меч.

– Аналогично, – выдохнул сержант и поковылял к машине, держась за бок. – Фух, запарился что-то я бегать. Так и помру раньше времени.

– Я не суеверный, но лучше не делать такие заявления.

– А, чему быть – того не миновать, – беспечно отмахнулся дядя Коля. – Ты вон мне лучше скажи… Чёрный Ворон тоже оборотень?

– Скорее всего, – изрёк я, обходя стороной неглубокую яму.

– Интересно, – задумчиво сказал полицейский, нахмурив лоб. – А ты его узнать сможешь в человеческом обличии?

– Нет. Ты, дядь Коль, слишком много от меня хочешь, – сразу же твёрдо ответил я, покачав головой, а затем попробовал объяснить: – Если мне Ворон попадётся на глаза вот так, как сегодня Волк, то, возможно, есть шанс спалить его по кольцу и отсутствию запаха.  Ну а если он будет среди людей, где-нибудь в центре города или я увижу его лишь мельком, то тут уже хренушки.

– Ясно, – разочарованно проронил Козлов, почесав грязным ногтем блестевший от пота нос.

В этот миг у меня в кармане заиграла мелодия мобильника. Я удивлённо вытащил его из штанов и увидел номер Петра. Нехорошее предчувствие мигом закралось в мою душу. Даже эйфория от победы над Серым Волком куда-то улетучилась.

Я нажал на зелёную кнопку и поднёс гаджет к уху, заметив, что физиономия Козлов приобрела настороженное выражение:

– Слушаю.

– Роб, – взволнованно произнёс друг и чуть ли не плача. – С Лидой какая-то херня творится…

– Она жива?! – перебил я его, облизав губы.

– Да. Но если дальше так пойдёт, то… то… – промычал парень, едва не разревевшись.

– Петя, успокойся. Скажи членораздельно, что происходит? – спросил я, поймав встревоженный взгляд полицейского.

– Она едва не упала с лестницы. Я успел подхватить её, – стал рассказывать тот срывающимся голосом. – А потом Лиду током ударило от розетки, но я вмешался и спас её. Она лишь испугалась – и всё. И ещё… ещё… её чуть автобус не сбил. Повезло, что я быстро среагировал и дёрнуть её на себя! И всё это в один день! Роб, что происходит?! Это же ненормально!

– Так, Петя, успокойся. Я что-нибудь придумаю. Пока не отходи от Лиды и жди моего звонка. Оба сидите дома в самой безопасной комнате и не подходите к потенциально опасным предметам. Даже чайник не включайте. И пробки выключите. Воду перекройте и газ, – советовал я, быстро подходя к «бобику», на дверце которого появилась надпись свежей белой краской «менты – козлы».

– Роб, ты поможешь? Это ведь всё из-за той чертовщины, что в городе завелась? – прозорливо пропищал парень.

– Ага, – буркнул я и сбросил вызов, после чего посмотрел на Козлова, который недовольно взирал на надпись.

– Вот суки, – процедил он, а потом глянул на меня и спросил: – Что будем делать?

– Закрасим?

– Я не о том. Как Лидку выручать станем? Что с ней уже успело стрястись?

Я торопливо поведал ему ту часть диалога, которую он не слышал, и следом задумчиво произнёс, опираясь на то, что успел выяснить об отшельнице:

– У меня есть кое-какая идея, но она может отправить вас раньше времени в Рай для полицейских. Правда, там можно будет безнаказанно брать взятки, бить людей дубинками и ездить пьяным за рулём, так что для вас, наверное, ничего не изменится.

– Ближе к делу, – перебил меня насупившийся сержант, начав испытывать ко мне не самые приятные эмоции, чем добавил моей силе энергии.

– Короче, мы можем попробовать подпалить хату отшельницы. У меня есть основания думать, что бабка станет защищать её от уничтожения. Вот тут-то мы на неё и набросимся, – выложил я свою идею, поигрывая мечом. – Наверное, только смерть этой мерзкой старухи спасёт Лидку и ещё бог весть сколько людей. Конечно, я не уверен, что мы потянем бой с ней, но Волка-то нам удалось завалить.

– А твоя сила нам поможет? – уточнил Козлов, залезая в автомобиль.

– Я бы на неё сильно не рассчитывал. Золотые точно знают, как она действует и поэтому отшельницу сложно будет загипнотизировать. Да я и не уверен, что смогу проделать подобный трюк. Эта старуха очень сильна.

– Жаль, – мрачно сказал полицейский, заводя мотор. – Придётся справляться собственными силами без всяких фокусов. Тогда сейчас заедем на заправку и нальём пару канистр бензина, а уж потом поедем в деревню староверов.

– И ещё бы нам в круглосуточный магазин заскочить, – проговорил я, пожевав губы.

– Зачем это?

– Жвачку хочу купить. Если мы помрём, то чтобы  от нас хотя бы пахло ледяной свежестью.

Козлов недовольно покосился на меня, но смолчал, нажал на педаль газа и «бобик» поскакал по кочкам, красуясь новой надписью на борту.

Пока мы ехали к АЗС, то успели обсудить детали предстоящей операции, получивший название «Раскольников». Ну а достигнув заправки, мы наполнили бензином две канистры, косясь на парня с девушкой, которые фотографировали надпись «менты – козлы», после чего заехали в магазин, где я нарочно переругался почти со всеми, кто там был.

Подобное времяпровождения сильно зарядило меня энергий. Теперь если удастся встретиться взглядом со старухой, то у меня будет, чем питать силу. И, кстати, я не стал объяснять оставшемуся в машине Козлову, что делал в магазине, так как, возможно, мне когда-нибудь потребуется зарядиться от него. А если он будет знать, что «кушает» моя сила, то вряд ли сможет искренне разозлиться на меня, если того потребуют обстоятельства. А так – я смогу как-нибудь спровоцировать его и получу энергию.

Вот такое я принял мудрое решение, прежде чем мы поехали к деревне староверов. А когда автомобиль стартовал с парковки возле магазина, то на меня напала нервная дрожь. Мне было откровенно страшно провоцировать отшельницу на бой. Мы вроде бы составили план, но он был таким примитивным, что даже стыдно немного. С другой стороны – ничего лучше за это время всё равно не придумали. Вот если бы сейчас был день, то тогда мы могли бы подготовиться, а так придётся сильно рисковать. Вот отсюда и мой страх. Да ещё и наступающая ночь обещала быть безоблачной и какой-то мистической. Звёзды ярко сверкали на небосклоне, а луна словно стала больше и презрительно глядела на нас. Даже ветер затих и не трепал листву. Вот всё было как будто против нас, а мы ведь рассчитывали на то, что отшельница не пронюхает о нашем появлении на её территории до самого последнего момента. И вот как пробираться по лесу, когда такая тишина? Ну, надеюсь, когда мы прибудем в лес, то хоть что-нибудь изменится.

Но моим надеждам не суждено было сбыться. Ветер так и не поднялся, а ночь, по-моему, стала только светлее, когда «бобик» остановился на знакомой поляне возле поваленного дерева.

Козлов вылез из автомобиля и решительно двинулся по тропинке. Я потопал за ним, держа в руках замотанный в простыню меч. Он придавал мне определённую уверенность, но я всё-таки нервно прошептал, цепляясь ногами за высокую траву:

– Дядь Коль, может, подождём пока стемнеет или хотя бы ветерок какой-нибудь занюханный налетит? Старуха ведь нас заметит.

– А если не стемнеет? Или пока мы будем ждать –  на Лидку потолок рухнет? Ты об этом подумал? – грозно проговорил полицейский, сдвинув брови и поправив форменную фуражку.

– Да, тут ты прав, – нехотя согласился я, виновато опустив голову. – Значит, придётся рисковать.

– Роб, ты можешь остаться. Дай только мне меч, и я сам всё сделаю, – мягко произнёс Козлов, точно слон, ступая по земле.

– Хренушки, – процедил я. – Мне сегодня уже удалось завалить одного пришлого, авось отправлю на тот свет и его коллегу.

– Вот такой настрой мне больше нравится, –  похвалил меня сержант и двинулся дальше, а я посеменил за ним.

Глава 5

Я осторожно крался за Козловым, который, сгорбившись, пробирался через кусты держа в каждой руке по канистре с бензином. Мне казалось, что нас могут заметить в любую секунду. Но пока всё шло хорошо. Ночные птички спокойно пели в густых кронах деревьев, а мелкое зверьё шастало в отдалении от нас. Правда, порой мы оба вздрагивали от особенно громких звуков, издаваемых природой. Так нас напугал филин, который ухнул где-то над нашими головами. Я едва меч не выронил, а полицейский аж присел, после чего сквозь зубы обматерил птицу.

Ну а вскоре наш дуэт добрался до знакомой поляны, где раскинулась деревня староверов. Я сразу прикипел взглядом к хате отшельницы. Там за окнами горело мягкое пламя свечей.

Дядя Коля удовлетворённо произнёс, выглядывая из-за дуба:

– Бабка на месте.

– Ага. И лишь бы у неё никого из обычных людей не было, – заметил я. – А то ведь спалим ненароком.

– Ну, машин на поляне не было, – хмыкнул сержант, дёрнув щекой. – Так что будем надеяться, что пешком сюда никто не пришёл.

– Надо бы в окошко заглянуть, чтобы удостовериться, – проговорил я, чувствуя, как от напряжения взмокли ладошки.

– А если заметит? – покосился на меня Козлов.

– Не заметит. Хотя, отшельница, конечно, глазастая. В последний раз, когда мы тут были, она нас срисовала и даже успела навести иллюзию на свою хату.

– Я помню, что тогда произошло, – проронил полицейский, мигом погрустнев. Похоже, своего почившего коллегу вспомнил.

– Ну что, погнали? – предложил я, пока последние остатки решимости не разбежались по кустам.

– Пошли, – кивнул дядя Коля, после чего мы почти ползком двинулись к хате отшельницы.

До неё было совсем недалеко, но этот путь мы проделали за гораздо большее время, чем он отнял бы у нас в нормальных условиях. А так – нам пришлось прятаться за деревьями, за стенами домов и даже нырнуть за ту русскую печку, которая стояла под открытым небом одна-одинёшенька. Но всё же мы благополучно добрались до жилплощади бабки и прильнули к покрытым мхом брёвнам. Нам нужна была небольшая передышка. Козлов вон покраснел и покрылся потом. А я просто весь испачкался в растительных соках и земле.

Ну а пока дядя Коля переводил дух, я приподнялся с земли и заглянул в мутное окошко. В комнате обнаружилась отшельница. Она сидела за столом всё в том же грязном халате и в драной шали на плечах. Её пальцы, унизанные золотыми кольцами, постукивали по поверхности стола.

 Напротив отшельницы сидел упитанный, мордатый мужик в хорошем костюме и в очках в золотой оправе. И вообще – на нём оказалось столько золота, будто это глава клана Золотых. Он несколько взволнованно глядел на старуху, словно ему была очень важна её реакция. А та вдруг пристально взглянула на него, криво усмехнулась, а затем протянула жёлтый от времени листок и баночку с чернилами, из которой торчало гусиное перо.

Я торопливо прошептал:

– Дядь Коль, глянь в окно. У бабки кто-то есть.

Тот поднялся с земли и присоединился ко мне. Он пару секунд наблюдал за процессом заполнения договора, а затем удивлённо выдохнул:

– Так это же один из мэрских помощников.

– Вместе с ним сожжём хату? – азартно предложил я, покосившись на сержанта.

– Потом проблем не оберёшься. Пущай бежит отсюда, – нехотя проворчал Козлов, поджав серые губы. – Мне вот интересно… ему-то чего в жизни не хватает?

– Мэрского кресла? – предположил я, заметив, что от моего дыхания на поверхности стекла остался запотевший кружочек.

– Возможно, – пожал плечами сержант, а затем опустился на землю и решительно проговорил: – Так, дом будем поджигать с той стороны, чтобы выход был свободен, а то ведь сгорит там помощничек мэрский. Бабку-то мы точно таким макаром не отправим на тот свет. Она вон и в окно выскочит. А этот жлоб – может растеряться и погибнуть. Кстати, где его машина? С другой стороны подъехал?

– Ну он же не дурак бросать свою тачку, которую явно знают в городе, там, где паркуются все клиенты отшельницы, – уверенно проговорил я, присев на корточки рядом с полицейским. – Ему такая слава явно не нужна.

– Да, ты прав, – нахмурился тот, кивнув головой.

И вдруг чья-то тень закрыла окно. Благо, что я заметил её и мигом прижался к стене дома. Козлов тоже оказался настороже. Он повторил мой манёвр, и даже пузо втянул, предварительно сдёрнув с лысины фуражку.

Я тревожно взглянул в окно и сумел увидеть лишь седую макушку. Значит, и бабка вряд ли видит нас. Но она, кажись, что-то почуяла или у неё просто такая привычка – иногда выглядывать в окно? Кстати, из этого окна была видна та тропка, которой мы пришли сюда. Наверное, так она и срисовала нас в тот раз, когда погиб друг Козлова, хотя мы тоже прятались, но, видимо, недостаточно тщательно.

Пока я размышлял, отшельница отлипла от стекла и вернулась вглубь комнаты. Я расслабленно выдохнул, а Козлов выпустил пузо, но вдруг старуха снова  показалась в окне. Мне пришлось состряпать страшную физиономию, чтобы полицейский понял – опасность не миновала. Он опять втянул пузо и затих. А хитрая отшельница пару секунд простояла возле окна, а затем снова скрылась.

На сей раз мы не торопились расслабляться. Просидели возле стены дома ещё секунд тридцать, а только потом дядя Коля подхватил канистры и потопал  к той стороне хаты. Я двинулся за ним, сгорбившись в три погибели. А вот помощник мэра не торопился никуда идти. Похоже, что он изучал договор или обсуждал условия. Ну, значит, ему сейчас придётся испытать несколько неприятных минут. Вон Козлов уже вылил на брёвна целую канистру бензина и сейчас взялся за вторую. Я же спрятался в кустах совсем недалеко от очага скорого пожара и принялся ждать, обнажив меч.

Вот дядя Коля закинул в бурьян пустые канистры, а затем чиркнул спичкой и швырнул её в пятно бензина. Тот ярко вспыхнул, мигом поглотив часть дома старухи, а Козлов стремительно бросил в кусты чуть в стороне от меня.

Спустя пару секунд мы оба принялись смотреть на пламя, жадно пожирающее деревянную постройку. Огонь уже достиг крыши и захватил где-то треть от этой стены хаты. В воздухе появился запах гари, древесина стала потрескивать от жара, а к звёздному небу устремился шлейф дыма.

Вскоре из дома послышались крики отшельницы, а потом в окне показалась её страшная физиономия. Она что-то закричала, потрясая кулаками, а затем метнулась прочь от окна. Я же в эту секунду понадеялся, что у неё нет каких-нибудь способностей, связанных с возможностью видеть в темноте, иначе наш план может пойти псу под хвост. Тут вон и так светло как днём. Пламя пожара освещало всю поляну. В его свете я отчётливо увидел толстяка, который громадными шагами побежал в сторону леса. Он даже не подумал помочь бабке с тушением пожара. А сама отшельница только что показалась возле избы с ведром воды в руках. Мне даже на миг стало жаль её. Она отчаянно пыталась спасти свою хату. Раза три бегала за водой, а затем вдруг зло бросила ведро в траву, вытянула руку в сторону хаты и что-то выкрикнула. Я на пару мгновений почувствовал знакомые болотные ощущения. Наверняка, это отшельница воспользовалась своей силой. Но хата не перестала гореть, хотя с ней произошли определённые изменения, да такие, которые заставили меня открыть рот и даже перекреститься. Ведь по избе вдруг прошла дрожь, словно рядом грянул взрыв, с крыши посыпался мусор, брёвна заскрипели, а затем хата приподнялась над землёй и мы увидели, что под ней самые настоящие куриные лапы. Я так охренел, что не мог поверить своим глазам, хотя уже навидался всякого. А дальше и вовсе – горящая хата встряхнулась, будто мокрый пёс, а затем рванула в сторону леса. Она пронеслась мимо меня, обдав жаром, а за ней помчалась отшельница, высоко задирая ноги в валенках. Благо, что я всё-таки не настолько ошалел от ситуации, чтобы не воспользоваться выпавшим шансом. Ведь старая карга бежала почти прямо на меня. Я сумел взмахнуть мечом, целясь в живот, но попал в ногу и даже не перерубил её, а всего лишь сильно разрезал. И в следующий момент старуха налетела на меня. Я упал на спину, а она оказалась на мне. Меч же улетел куда-то в сторону.

– Ты! – яростно взвизгнула отшельница, оседлав меня.

– Не я.

Она явно не поверила мне, так как немедленно принялась царапать моё лицо крепкими серыми ногтями, и при этом ещё хохотала, как безумная, кривя усатую физиономию.  Я попытался перехватить её конечности, которые оказались неожиданно очень сильными, и взглянуть в глаза. Но та постоянно отводила взор. Она явно была в курсе того, что я пробудил свою силу. Ну, впрочем, для меня её осведомлённость не стала сюрпризом. Я и не надеялся, что она вдруг ничего не знает.  А вот то, что отшельница оказалась охренеть сильной – вот это, конечно, шок. Её руки спокойно преодолевали защиту моих, словно она была взрослым мужиком, а я десятилетним ребёнком. Мне приходилось беспорядочно отбиваться от неё, хрипя от боли и натуги. Она мне уже всё лицо расцарапала, пытаясь задеть глаза. Из-за этого кровь заливала глазные впадины и мешала нормально видеть. Но я всё равно не сдавался и отчаянно боролся за свою жизнь, – вертелся под бабкой, пытаясь сбросить её с бёдер, и кусал  за покрытые пигментными пятнами кисти. А та знай себе хохочет и орудует крепкими, как сталь, ногтями, больше похожими на звериные когти.

И тут вдруг я отчётливо понял, что у меня есть только один шанс избавиться от пришлой. Поэтому я истошно заорал, чувствуя кровь на губах:

– Полиция! Полиция! Полици…

– Тебе никто не поможет! – завизжала отшельница, разметав по плечам седые волосы и оскалив желтозубый рот.

Она была похожа на исчадие Ада. На персонаж из книг Стивена Кинга. Её глаза горели безумным огнём, седые усы топорщились,  а изо рта тянулась серая ниточка слюны. Да и лунный свет, словно специально светил в её затылок, награждая призрачным серебристым ореолом.

Признаюсь, мне было писец, как страшно, и если бы не вмешался Козлов, то я бы мог обделаться от ужаса. Но помощь полицейского оказалась как нельзя кстати. Правда, он немного сплоховал. Надо было рубить бабке голову, а сержант всего лишь воткнул ей меч в спину. Его кончик вышел между её отвисших грудей, заставив старуху поперхнуться визгливым смехом и на пару мгновений растеряться. Я воспользовался ситуацией и сбросил с себя отшельницу, а потом вскочил на ноги и злорадно заорал, испепеляя её гневным взглядом:

– Ага! Вот теперь-то я тебя отделаю хуже, чем пенсионная реформа!

– Проклятое семя Андрея-стрельца, – прорычала та, вставая на ноги.

– Меч, – произнёс я краем рта и требовательно протянул руку в сторону полицейского, который охренел от всего происходящего и неустанно шептал молитвы.

Тот потряс головой, будто отгонял наваждение, а затем вложил рукоять клинка в мою ладонь.

Тут бабка пакостно усмехнулась, мигом встревожив меня, после чего засунула окровавленные пальцы в рот и оглушительно свистнула. Почти в тот же миг что-то ударило Козлова в спину, и он кубарем покатился по траве, а над ним пронеслась самая настоящая деревянная ступа. Вот её-то я и видел за своим окном, когда ко мне в квартиру высадился Лёха. Благо, что хоть его здесь нет, а то нам бы пришлось совсем туго.  Тут вон и так ситуация стала разворачиваться в сторону отшельницы, к которой на выручку прилетела ступа. Повезло ещё, что сержант не сильно пострадал после её удара. Он уже успел подняться на ноги, а затем вытащил «макар» и стал палить в ступу. Пули принялись выбивать из неё щепки, а сам летающий объект ринулся на полицейского. Ну а бабка яростно завизжала и понеслась на меня, широко расставив руки, будто борец сумо. Я выставил перед собой меч и снова попытался поймать её взгляд. Но она склонила голову, точно собиралась боднуть меня, и мне не удалось воздействовать на неё своей силой. Тогда я попытался насадить её на меч, но она отбила клинок в сторону. Зато мою пятку, летящую в живот, ей уже нечем было крыть. Бабка на миг согнулась – и я тут же рубанул её мечом.  Жаль, что она умудрилась отвести голову, и клинок вместо того, чтобы раскроить ей череп, лишь перерубил ключицу и глубоко вошёл в тело. Кровь, как это обычно бывает у пришлых, не брызнула в разные стороны. А вот тело старухи частично росполовинилось, что, впрочем, не мешало ей двигаться, хотя я прекрасно видел бьющееся сердце и перерубленные артерии. И она даже умудрилась нанести мне особо сильный удар кулаком. Костяшки больно саданули по моей скуле, одарив снопом искр, посыпавшихся из глаз. А затем я рухнул в траву, успев заметить, что запыхавшийся Козлов, петляя, как заяц, бегает от ступы.  Он уже выдохся до такой степени, что даже не потел, а просто покрылся коркой грязи и соли. Кажись, ему недолго осталось. Надо срочно завалить старуху и тогда, авось, ступа отстанет от него. Но как это сделать? И тут ещё в лесу раздался скрип ветвей, и на поляну выбралась избушка. Она слабо дымилась, а по её обгорелым стенам стекала вода. Вот действительно система умный дом. Хата сама нашла воду и потушила пожар. И к тому же явно решила защитить свою хозяйку, быстро направившись ко мне. Если она наступит на меня, то в местной почве прибавится хорошего органического удобрения.

В этот миг мне всё стало окончательно ясно, и я заорал, вскакивая с земли:

– Дядь Коль! Отступаем!

Тот услышал меня и молча побежал по той тропинке, которая вела к машине. Я поскакал следом за ним, едва различая путь, из-за заливающей глаза крови. А вот бабка сперва подозвала к себе ступу, потом по-молодецки запрыгнула в неё и только после этого они полетели за нами, немного опережая избушку.

Подобная подготовка отшельницы дала нам небольшую фору, но потом та стала быстро сокращаться. Ведь ступа оказалась минимум гоночной. Она ловко петляла между деревьями и ветками, стремительно покрывая расстояние. А избушка пёрла напролом, будто танк.

Вот я в очередной раз бросил взгляд за спину и увидел, что ступа с бабкой уже рядом. Тогда я закричал, прыгая в сторону:

– Дядь Коль, воздушная опасность!

Он понял всё правильно – и скакнул за дерево. Ступа пронеслась мимо, а старуха попыталась задеть меня ногтями, но не дотянулась. После этого она сделала разворот и, визгливо рассмеявшись, полетела навстречу. Тут уж Козлов рухнул плашмя, пропуская ступу над головой, а я вдруг поддался какому-то наитию и рубанул мечом тонкую ветку, висящую параллельно земле. Клинок перерубил её, и она застряла между двух деревьев, на уровне человеческой головы. Отшельница со всей скорости врезалась в неё грудью и вылетела из ступы. А та, видимо, была в ручном управлении, так как после потери водителя втемяшилась в могучий дуб и раскололась на две половинки. И больше она признаков «жизни» не подавала. А вот бабка, хоть и находилась в несколько оглушённом состоянии, помирать не собиралась. Мне пришлось всё взять  в свои руки, пока сюда не добежала громко топающая избушка. Я скакнул к старухе, лежащей в траве, и одним ударом перерубил её дряблую шею. Голова отделилась от тела, злобно уставилась мне в глаза, а рот произнёс, наплевав на отсутствие лёгких:

– Надо было сразу давить тебя…

– Так чего не давила, карга? – устало выдохнул я, косясь в сторону избы.

– Сила не дала бы… – прохрипела башка, начав исчезать. – Мы ещё встретимся… Это не конец…

– Конец, – бросил я, когда тело и голова исчезли.

– Неужели, мы это сделали? – просипел Козлов, после чего снова побежал по тропинке.

А я поскакал следом за ним, слыша за спиной треск деревьев. Избушка со смертью отшельницы не потеряла желание нас умертвить. Похоже, что она тоже из пришлых или из того мира. И нам надо как-то завалить её. Не оставлять же в этом лесу такое чудище?

Глава 6

Козлов с трудом перелез поваленное дерево и прохрипел, сделав остановку на пару секунд, чтобы малость отдохнуть после сумасшедшего бега:

– Что будем делать с избушкой? Тут гранаты нужны, а у меня даже патроны кончились. Я их все в ступу выпустил, пока ты с Бабой Ягой бился.

– Как же бредово всё это звучит, – заметил я, слыша тяжёлый бег хаты отшельницы и задумчиво поглядывая на «бобик».

– Согласен, – кивнул полицейский, который, согнувшись, упёр руки в колени.

– Дядь Коль, есть тут у меня одна идейка, – протянул я, смахнув со лба кровь, которая уже стала засыхать. – Ты свою казённую машину очень любишь?

– Нет, но мне за неё отвечать.

– Придётся пустить её в дело, – решительно проговорил я, метнувшись к «бобику».

– Да и хер с ним, – твёрдо просипел сержант, после чего выпрямился и прыгнул за баранку. – Что надо делать?

– Сдай назад, а потом тарань хату.

Тот кивнул, завёл мотор и задним ходом выбрался с полянки на дорогу.   Теперь фары автомобиля смотрели точно на поваленное дерево, перекрывающее тропинку, ведущую от деревни староверов. Я предусмотрительно накинул ремень безопасности. А тут и избушка показалась. Она была вся облеплена листьями и сломанными ветвями. Козлов взглянул на неё, решительно сжал губы и нажал на педаль газа. «Бобик» взревел точно раненный зверь и сорвался с места, набирая скорость. Избушка понеслась нам навстречу, хлопая ставнями и входной дверью.

Я заорал Козлову, вцепившись руками в сиденье:

– В ногу! В ногу!

Сержант немного вывернул руль – и автомобиль помчался прямо в жёлтую куриную лапу. Через секунду машину накрыла тень от избушки, а потом «бобик» левым крылом влетел в конечность хаты. Меня швырнуло на сержанта, а автомобиль закрутило на листве. Перед глазами пронёсся калейдоскоп лесных пейзажей, после чего «бобик» врезался правой задней дверью в дерево и застыл.

Я едва не блеванул, почувствовав головокружение. Но кое-как справился с собой и быстро осмотрел собственное тело. На нём не появилось новых повреждений.  Дядя Коля тоже оказался в порядке, если не считать посечённого стеклом локтя. Боковое стекло в какой-то момент разбилось, наградив полицейского несколькими порезами. Благо, что все они были неглубокими и не помешали сержанту вывалиться из машины. Я тоже вылез из «бобика», чуть не упав из-за лёгкой потери координации. Дальше мы оба принялись внимательно разглядывать избушку, которая пыталась подняться, но у неё ничего не выходило из-за того, что правая лапа оказалась сломана. Я видел торчащую из неё кость.

Дядя Коля радостно выдохнул, держась за локоть:

– Получилось!

– Почти получилось, – поправил я. – Надо добить её. Бензин остался?

– Ну есть где-то треть канистры, – произнёс он и вытащил ёмкость из пострадавшего автомобиля. – Опять хочешь поджечь?

– Ага, – кивнул я, с сомнением глядя на канистру. – Только этого вряд ли хватит. Давай сольём немного из бака? У тебя там много?

– Кое-чего должно было остаться. Сейчас нацедим, и на обратную дорогу хватит, – торопливо проговорил Козлов, азартно взявшись за дело.

Он достал шланг, сунул один конец в бак, после чего приложил другой конец к губам, мощно втянул, а затем вставил его в канистру.  По шлангу побежал бензин.

Я глянул на избушку. Та всё ещё пыталась подняться. Мне стало немного жаль её. Она ведь всего лишь защищала свою хозяйку, будто верный пёс. Но ничего не поделаешь. Мы не могли оставить ей «жизнь». Пришлось опять аккуратно поливать её бензином, а потом поджигать. Пламя вспыхнуло не так охотно, как в прошлый раз, ведь сейчас хата была довольно влажной. Но всё же огонь стал пожирать её деревянное тело. Языки пламени взмыли высоко к небу, грозя поджечь ветки деревьев. Я наблюдал за ними, чувствуя, как от усталости подрагивают ноги. Зато энергии у меня теперь было море. Бабка под самую завязку накачала меня ею. Она даже не пыталась контролировать негативные эмоции, которые я вызывал у неё. Вот только, как я уже упоминал ранее, обычная усталость буквально валила меня с ног. Поэтому я не стал строить из себя героя и со вздохом сел на пятую точку.

Козлов присоединился ко мне, тоже оказавшись на земле. Он мрачно оглядел свою изорванную форму, провёл рукой по лысине и проворчал:

– Фуражку где-то потерял.

– Новую купишь, – криво усмехнулся я, глядя как в его глазах отражается пламя. – Ты, дядь Коль, заслужил. Столько сегодня чертовщины положил.

– Ага, только никто не поверит, – мрачно проронил тот, сплюнув на землю. – Да я бы и сам не поверил, даже несколько дней назад, когда уже знал о пришлых. Эта отшельница – она ведь Баба-яга?

– Наверное, – согласился я, гораздо раньше полицейского догадавшись о том, кто она такая.

– И чего же это выходит? Все эти пришлые – сказочные персонажи, которые пришли к нам из своего… эм… Тридевятого царства? – проговорил Козлов, хмуря брови. Он будто сам не верил в то, что произнёс.

– Вероятнее всего – так и есть, – выдохнул я и хотел рассказать ему о своих наблюдениях, так как момент был самым подходящим из всех возможных, но тут что-то стрельнуло в огне, объявшем избушку, а затем из пламени вылетел осколок мутного стекла. Он, будто выпущенный снайпером, поразил меня  в живот, глубоко увязнув во внутренностях. Я рефлекторно схватился руками за страшную рану, с ужасом глядя на то, как из моего тела выплёскивается горячая кровь. В этот миг я познал настоящий страх, как домашний кот, впервые увидевший шланг. И мне хватило всего пары секунд для того, чтобы упасть в обморок.

 Дальше моё сознание принялось блуждать во тьме. Мне не являлись никакие видения или что-то подобное. Вокруг был просто мрак. И он просуществовал ровно один миг. Ну, знаете, порой закрываешься глаза, отправляясь в сон, а потом вроде бы через секунду открываешь их, а уже прошло пять часов и пора на нелюбимую работу. Вот и тут примерно так же. Только я очнулся не в своей кроватке, а в больничной палате, где на стенах поблескивала голубенькая кафельная плитка.  Часть плиток отсутствовала на своих местах, о чём говорили характерные пятна цемента. Кажись, они отвалились от старости. Мой пока ещё расфокусированный взгляд бездумно скользил по ним, пока остатки хмари покидали разум.

А когда я полностью пришёл в себя, то вспомнил, что произошло, и мигом заглянул под простынку, которой был прикрыт. Там обнаружилось моё тело в трусах, а на животе появился уродливый шов, из которого торчали нитки. Он выглядел так, будто мне наложили его минимум неделю назад. Края раны отлично срослись. Хотя, кажется, прошла всего лишь ночь, ведь за окном царило погожее утро. В палату проникали ласковые солнечные лучи. А на карнизе чирикал воробей. Сейчас ночные приключения казались бредом сумасшедшего, но вот он шрам и вон в том углу на старом кресле похрапывает осунувшийся Козлов в грязной форме. Сержант как будто постарел лет на десять. Хорошо хоть он нашёл в себе силы помыться и дать медсестре обработать свои раны. На его локте красовались пятна зелёнки, а сам полицейский, хоть и получил медицинскую помощь, выглядел паршиво.

А вот я чувствовал себя относительно хорошо, хотя рана в животе, наверное, была смертельной. Но как же я выжил? Тут явно не обошлось без моей силы. Только она могла меня спасти и так заживить организм. Там ведь и внутренние органы были повреждены. Фух, всё-таки мне дико повезло, что я не погиб.

Я испытал ни с чем не сравнимое облегчение и впредь дал себе зарок быть более осторожным. Но как можно было предугадать, что в меня попадёт стекло, вылетевшее из пламени? Ладно, если бы мне такую рану нанесла отшельница, но нет – всё произошло случайно… или нет? А что, если это избушка постаралась? Кстати, очень похоже на правду. Наверное, всё так и было.

Вот ведь чёртова хата. Чуть не убила меня. Правильно, что мы её сожгли. И мне ещё повезло, что у меня сегодня выходной, а то куда я в таком состоянии? Вирт-капсула вряд ли бы приняла меня – и тогда прощай «Император Галактики». А вот к завтрашнему утру, я, наверное, уже восстановлюсь.

Всё-таки здорово, что во мне проснулась сила рода. Ведь обычный человек непременно бы помер, а я вполне себе живой. Сила дарит мне ощущение всемогущества. Вот только бы слишком сильно не уверовать в неё, а то многие уже так погорели.

Я ещё раз посмотрел на шрам, а затем глянул на прикроватную тумбочку, на которой лежал мой телефон. Он даже не разрядился, хотя обзавёлся трещиной, пересекающей экран. У него тоже была не самая простая ночка. Я взял его, увидел несколько пропущенных звонков от Машки, а затем открыл поисковик и ввёл «Андрей-стрелец». Перед моими глазами появилась довольно известная сказка, где главный герой служил царю, а тот хотел извести его, отправляя на весьма сложные задания. Одним из таких заданий была поимка Кота Баюна. Андрей справился с этим нелёгким делом и привёл кота к царю. Ну, так в сказке было написано, а как всё обстояло на самом деле – вряд ли кому-то сейчас ведомо, кроме пришлых. Я могу лишь предположить, что сказка была написана на основе каких-то приключений моего предка. Возможно, он кому-то что-то рассказал – и понеслось… Но одно мне известно точно – Андрей как-то умудрился отобрать силу у пришлого, а так как она передаётся только добровольно, то пращур, скорее всего, завладел ею хитростью или обманом. И ещё мне вдруг вспомнился предсмертный лепет старухи. Она сказала, что сила не дала бы сразу удавить меня… Что это значит? И чья сила? Моя, её или кого-то третьего? Мда, пока мне ничего неясно с этими вопросами. Может, стоит почитать ещё какие-нибудь сказки? Авось это как-то поможет.

Приняв такое мудрое решение, я стал искать в интернете требуемые тексты и быстро пробегал их глазами. Но нигде ничего не было сказано о силе, не дающей убить человека. Зато я отыскал всех пришлых, что лишний раз подтверждало мою догадку об их истинных именах.

Я бы и дальше продолжил читать, но тут заворочался Козлов, а потом он разлепил припухшие веки и сразу же уставился на меня.

– Живой?

– Нет, призрак, – весело проронил я, убирая мобильник.

– Ну и напугал же ты меня, – протараторил тот, покачав головой. – Я думал, что ты уже нежилец. Там столько крови было. Я тебя в машину запихал, а затем сюда привёз. А когда вытаскивать из «бобика» начал, глядь – а рана-то уже поджила. Немного, но всё же. Ну а дальше тобой уже врачи занялись. Они зашили тебя, после чего всё больше удивлялись, проверяя твоё состояние. Рана затягивалась прямо на глазах. Мне пришлось им сказать, что я вколол тебе особое секретное лекарство, которое разработали в лабораториях ФСБ.

– И они поверили? – скептически спросил я, приподняв брови.

– А что им оставалось делать?

– Ну да. Я бы на их месте тоже поверил.

– Вот-вот. Теперь все думают, что ты из органов, – произнёс дядя Коля, позволив себе вымученную улыбку.

– А что с Лидой? Мы её спасли? – жарко выдохнул я, вспомнив о несчастной девушке.

– Не знаю, – смущаясь, сказал сержант, немного покраснев. – Я  хотел ей позвонить, да уснул.

– Мы сделали всё, что могли, – серьёзно заявил я, поиграв желваками. – А то, что ты уснул… я вообще удивлён, как ты так долго на ногах пробыл. Ведь не мальчик уже.

– Спасибо, что напомнил о моём возрасте, – проворчал тот, после чего вдруг бледно улыбнулся и добавил: – К тебе пытались попасть Машка и Вера. Они так неудачно приехали, что встретились в коридоре и… подрались. Их медсёстры растаскивали.

– Охренеть, – поразился я, сделав круглые глаза. – А как же они узнали, что я в больнице?

– Ну, Машка не дозвонилась до тебя и позвонила мне. А я ей и рассказал, что ты тут. Эх и обматерила она меня, кляня на чём свет стоит.

– Узнаю Машку, – заметил я, широко улыбнувшись. – А Верка, как пронюхала, что я тут?

– Да я домой жене звонил. Похоже, что она Верке и рассказала, что тебе немного досталось. Они ведь сдружились, пока Верка у меня жила, – пояснил Козлов, почесав грудь.

– А-а-а, теперь всё ясно. Ну «с немного досталось» ты явно преуменьшил, если бы не моя сила, то я бы там и помер.

– Да, так и есть, – помрачнел Козлов, поджав потрескавшиеся губы.

– Ну ничего… впредь будем осторожнее. У нас ещё есть клиенты из пришлых. Мы завалили лишь Бабу-ягу и Серого Волка, а Кота Баюна Лёха отправил на тот свет.

– А Лёха – он кто? Какой сказочный персонаж? – спросил сержант, сощурив глаза.

Я ответил на его вопрос и также рассказал о других пришлых. Полицейский выслушал меня, молча кивая, а потом прочувственно выдохнул:

– Вот ведь как бредово звучит.

– Полностью согласен, – с ухмылкой поддержал я Козлова, после чего набрал номер Петра.

Тот ответил далеко не сразу, но всё же из динамика вылетел его чем-то озабоченный голос:

– Привет, Роб.

– Доброе утро. Как там Лида? С ней всё нормально? Больше никакой чертовщины не происходило? – протараторил я, сжав в кулак пальцы левой руки.

– Да вроде бы отпустило, – протянул друг. – Вот люстра ночью упала, а потом как отрезало. Это ты спас Лиду?

– Не только я. Потом расскажу подробности. А ты чего такой невесёлый?

– Блин, Роб, знаешь… – проговорил Петя и понизил голос до свистящего шёпота: – Что-то я поторопился с этой свадьбой. Ведь мне ещё рано. Нет, Лидка баба хорошая, но как-то быстро всё закрутилось.

– Вот теперь действительно всё нормально, – непроизвольно пробормотал я, кивнув головой Козлову. Тот сразу же расплылся в довольной улыбке.

– Чего? – не понял парень, попавший в непростую ситуацию.

– Чего-чего… Теперь тебе либо жениться на Лидке, либо получать от неё по самое не балуй за то, что решил отказаться от свадьбы. И она тебя непременно бросит. Так что решай, что тебе важнее: свобода или Лида.

– Ох, тяжело мне, – печально выдохнул друг.

– А кому сейчас легко? – философски заметил я, после чего попрощался с ним, сбросил вызов и вопросительно глянул на сержанта.

– И-и-и? – протянул тот, не переставая улыбаться.

– Везите меня домой, – потребовал я, решительно откидывая простынку. – Хватит здесь уже валяться. Я ведь совсем немножко крови потерял. Литров пять. Пора за дело браться. А ты, дядь Коль, сидишь и ничего не делаешь, словно адвокат, назначенный государством.

– Эвоно ты разошёлся, – удивлённо произнёс Козлов, вставая с  кресла. – Пойду тогда договариваться с врачами, чтобы они отпустили смертельно раненного, спустя несколько часов после операции. Наверное, это будет впервые в их практике.

– А ты им напомни о чудо-препарате. Кстати, откуда он у меня?

– Так я сказал, что его дают всем жителям столицы, – смеясь, проговорил дядя Коля и вышел из палаты.

Я же принялся облачаться в свои грязные вещи, так как других всё равно под рукой не оказалось. Потом я заправил кровать, немного полазал в интернете, а уже после этого вернулся дядя Коля. И с ним был высокий старичок в белом халате. Он осмотрел мой шрам, потрясённо качая головой, а затем отпустил восвояси, немного завистливо глядя мне вслед.

Покинув палату, мы прошли по пустынной больнице, вышли через главные двери и очутились перед «бобиком». Тот выглядел так жалко, что я едва сдержал скупую слезу. Помимо того, что была помята дверь и крыло, а также красовалась надпись «менты – козлы», куда-то делось лобовое стекло, пропали оба боковых, заднее, и оказалась разбита левая передняя фара.

Я с сомнением поглядел на автомобиль и скептически произнёс:

– Он хоть заведётся, а то ведь и в лучшие времена не часто проделывал это?

– Сейчас проверим, – бодро сказал полицейский, сел за руль и почти сразу же завёл мотор, чем изрядно изумил меня.

Я после этого проник на переднее пассажирское сиденье и обратил внимание, что в салоне полно осколков стекла и вся задняя часть перепачкана подсохшей кровью. Можно было не гадать, кому она принадлежит. Тут всё было предельно ясно. Это я здесь оставил свой след.

Глава 7

Вскоре мы приехали к моему подъезду, поднялись на этаж и проникли в квартиру, где нас встретила злая Машка в домашнем халате. Я тут же обратил внимание, что под её левым глазом наливается синяк. Девушка попыталась замазать его тоналкой, но он всё равно был заметен. Козлов тоже углядел его, но воспитанно промолчал, а потом и вовсе ретировался, видимо, испугавшись того, как яростно Машка на него смотрела. Он скомкано попрощался и запрыгнул в лифт.

Так я остался один на один с разъярённым чудовищем, то есть с Машкой. Она тут же закрыла входную дверь, отрезая мне путь к бегству, после чего прошипела:

– Больше чтобы я тебя не видела с этим мусором! Посмотри, до чего он тебя довёл! На тебе живого места нет! А врачи мне сказали, что ты вообще был ранен в живот! Ну-ка покажи, что там!

Я отложил клинок в сторону, молча снял футболку – и девушка ахнула, побледнела и в ужасе прижала ладони к лицу.

– Всего лишь царапина, – успокоил я её, двинувшись в ванную комнату. – Чтобы меня убить, надо что-то посерьёзней, чем рана в живот. Например, нужна ещё одна пенсионная реформа. А так – худо-бедно проживу.

– Роб! – воскликнула она, топнув ножкой. – Это не шутки!

– А ты видишь, чтобы я смеялся? Я как вспомню, что мне до шестидесяти пяти работать надо, так плакать хочется. В Грязьгороде, наверное, вообще никто до такого возраста не доживает, кроме общественного транспорта.

– Лучше заткнись, – процедила блондинка, играя крыльями носа. – И какого хрена ты начал таскать с собой меч? Ты себя кем возомнил? Дунканом МакЛаудом?

Я ухмыльнулся и исчез за дверью, где стал принимать душ. Но девушку не остановило то, что я пропал из поля её зрения, и она стала разговаривать со мной через дверь, прислонившись к ней боком:

– Роб, я требую, чтобы ты перестал общаться с Верой! Она на голову больная истеричка! Да ещё и волосы у неё секутся! И… и одевается она в секонд-хенде! Ты уже знаешь, что эта ненормальная набросилась на меня в больнице, когда я приехала тебя проведать, бросив все свои очень важные дела?!

– Что-то такое слышал! – проорал я, перекрывая шум воды. – Козлов сказал, что вы там подрались! Верка хоть жива осталась?!

– Она первая начала! – мигом заявила Машка, громко запыхтев. – Но я не сплоховала и все усы ей выдрала! А чего это ты переживаешь за неё? Жива она или нет?

– Так о тебе забочусь. Не хочу в тюрьму передачки носить.

– Жива она, – пробурчала девица с сожалением в голосе.

– Ага, ясно. А что-нибудь ещё случилось в моё отсутствие? Мастер не приходил? Мне тут окна должны были привезти в божеский вид.

– Приходил, – ответила Машка. – Всё сделал. Но он пьяный, похоже, был.  Я у него спрашиваю: а что со старыми окнами случилось. А он мне: так их ворона разбила. Прикинь?

– Да, вот ведь фантазёр, – проговорил я, широко улыбаясь, а затем, предвосхищая следующий вопрос девушки, объяснил: – Пластик потрескался из-за перепадов температуры, вот я и решил вызвать мастера, чтобы он всё заменил.

– Молодец, – похвалила меня девушка.

– Ты от двери-то отойди, – попросил я её, взявшись за ручку.

Та послушно отошла – и я смог покинуть ванную комнату, представ перед ней в гораздо лучшем виде, чем завалился в квартиру. Машка тотчас пригладила мои мокрые волосы и просюсюкала, состроив жалобное выражение лица:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.