Василий Колесников
Они сражались за Родину! Комдивы 1941 года

От автора

Здравствуйте, мой уважаемый читатель! В этой книге, основываясь на архивных данных, расскажу о том, как геройски сражались с гитлеровцами дивизии РККА в первый год Великой Отечественной войны. Умышленно выделил командиров дивизий и их воинов, ведь много написано о командующих фронтами, армиями, корпусами, а дивизионный уровень мало отображен в литературе. В книге будем говорить именно о 1941 годе, без хронологической последовательности, выделяя бои того или иного соединения. Будет три главы – отдельно о стрелковых, кавалерийских и танковых дивизиях Красной Армии. Никто не забыт! Ни что не забыто! Приятного прочтения.

Колесников Василий Григорьевич ©.

Стрелковые дивизии Красной Армии и их командиры

125-я стрелковая дивизия генерал-майора Богайчука

125-я стрелковая дивизия была сформирована на Урале в 1939 году. 22 июня 1941 года находилась в Прибалтике, входила в состав 11-го стрелкового корпуса, 8-ой армии Прибалтийского особого военного округа. На первый день войны в 125-ю стрелковую дивизию входили: три стрелковых (466-й, 657-й, 149-й), артиллерийский (414-й), гаубичный (459-й) полки. Комплектность 125-й стрелковой дивизии, по меркам 1941 года была отличной. На 21 июня она насчитывала 10 522 человека. В дивизии было много СВТ (самозарядных винтовок Токарева) – в соединении имелось 8 190 обычных винтовок и 3 630 самозарядных. Помимо этого дивизия располагала 813 пистолетами-пулеметами. Разница в количестве единиц стрелкового оружия и численности личного состава дивизии, очевидно, объясняется наличием запаса для вооружения призываемых по мобилизации. Артиллерией соединение было укомплектовано практически по штату. Одним словом, 125-я стрелковая дивизия генерал-майора П. П. Богайчука была крепкой боевой единицей даже с учетом ее неотмобилизованности.

Дивизия приняла бой на оборудованных оборонительных позициях. Однако фронт превышал уставную норму почти в 4 раза (по Полевому уставу 39-го года стрелковая дивизия может успешно оборонять полосу шириной по фронту 8-12 км и в глубину 4-6 км). Фактически же полки получили полосу обороны, полагавшуюся по уставу для всей дивизии. Соперник при этом был очень серьезный, это 56-й моторизованный корпус Вермахта. 1-я и 6-я танковые дивизии Вермахта к 3 часам утра 22 июня подошли к границе. 1-й танковой дивизии была придана группа диверсантов обер-фельдфебеля Вернера из 8-й роты 800-го полка "Бранденбург". Численность группы составляла 3 унтер-офицера и 46 солдат, плюс 3 литовца агенты и переводчики. Им была поставлена задача – взорвать шоссейный мост. Задача выполнена не была, благодаря бдительности командиров и бойцов 657-го стрелкового полка.

Бой начался с мощного артобстрела и авианалета. До этого ночью были атакованы наши аэродромы: Таллин, Митава, Платонэ, Шауляй, Утена. Далее непосредственно по шоссе на Шауляй наступала 1-а\я танковая дивизия Вермахта, состоявшая из двух групп. Первая, так называемая боевая группа Вестховена, была "мотопехотной". Она строилась вокруг мотопехотного полка, и ей была придана всего одна смешанная рота танков. Соответственно, вторая группа была "танковой". Она называлась боевая группа Крюгера и объединяла танковый и мотопехотный полки. Лидером каждой боевой группы была "бронегруппа" из танков и батальона на БТР. Только в одном случае это была рота (18 машин), а в другом – почти два батальона танков.

Несмотря на такой мощный удар, 125-я дивизия стойко сражалась, держа врага в предполье (заминированном) более двух часов. 1-я и 6-я танковые дивизии имели в своем составе преимущественно Pz.III и Pz.IV последних модификаций, которые были практически неуязвимы для наших 45-мм пушек (которые в основном были в дивизии). 76-мм пушки были только в расположении 466-го полка. Отмечу важнейшую деталь, генерал Богайчук подымал людей в контратаку и именно на участке 125-й стрелковой дивизии состоялся первый подтвержденный факт перехода нашими войсками государственной границы.

К 11 часа утра немцы подтягивают тяжелые артиллерию. Положение становится критическим. Удар с трех сторон и противодействие советской артиллерии качеством и количеством (задавливание массой, проще говоря) привели к отходу сначала артиллерийских батарей, а затем и стрелковых частей. Советская артиллерия это сильно сказано: к тому моменту осталось три гаубицы. В следующее наступление генерал Рейнгардт направил дополнительно еще два пехотных полка.

Чудес не бывает, держаться против пятикратно превосходящего тебя соперника на фронте превышающий уставной примерно в 4 раза невозможно. 125-я же дивизия генерала Богайчука вела бой более шести часов. После чего по приказу генерала Шумилова (командир 11-го стрелкового корпуса) начали отход. В полках оставалось 250-300 бойцов. Но отошли организовано, даже имели с собой пять 45-мм орудий. Спасительным стал заслон 202-й моторизованной дивизии. Вот что пишет немецкий генерал Рейнгардт:

"Движущийся в авангарде батальон у Ивангисная вновь сталкивается с сопротивлением артиллерии и ПТО противника, вынуждены остановиться".

Как итог оборона 125-й дивизии была прорвана, наши бойцы отошли. Сильная, хорошо укомплектованная дивизия РККА была разгромлена в первый день войны. Это сухой остаток. Но на деле дивизия сражалась профессионально и мужественно против сильно превосходящего в силе противника, находясь на главном направлении его удара. Дивизия вела оборонительный бой против пехоты и танков противника (своих танков не было) на фронте превышающий уставной в 4 раза. Не забудем и про господство авиации немцев в воздухе. При этом отошли только по приказу. Что же было с дивизией и ее командиром дальше? 125-я стрелковая дивизия будет доукомплектована и продолжит свою войну, которую окончит 7 мая 1945 года под Прагой. Будет награждена Орденом Красного Знамени и Орденом Кутузова II степени, получит почетное наименование "Красносельской". Командир дивизии генерал-майор Богайчук Павел Петрович погибнет в бою под Ленинградом в декабре 1941 года.

41-я стрелковая дивизия генерал-майора Микушева

41-ю стрелковую дивизию, "железной" прозвал противник, что делает честь соединению и ее командиру. Георгий Николаевич – ветеран Первой мировой войны, которую закончил в чине подпоручика. С августа 1918 года Микушев в Красной армии, воевал на Восточном и Южном фронтах гражданской войны. В межвоенный период окончил Военную академию имени Фрунзе, занимал различные командные и штабные должности. С августа 1939 года Георгий Николаевич командует 41-ой стрелковой дивизией, с 1940 года в звании генерал-майора. В этом статусе и встретит Великую Отечественную войну.

22 июня 1941 года 41-ая стрелковая дивизия находилась в районе города Рава-Русская, на северо-западе Львовского выступа. В соединение входили: 102-й, 139-й, 244-й стрелковые, 132-й артиллерийский, 249-й гаубичный полки, 41-й конный эскадрон. В дивизии было: 9 912 чел. личного состава, 8 867 винтовок, 4 128 автоматических винтовок, 420 автоматов, 138 минометов, 464 ручных и 292 станковых пулеметов, 54 45-мм орудий, 34 76-мм орудий, 27 122-мм орудий, 12 152-мм орудий, 222 автомашины и 17 тракторов. В целом крепкое соединение РККА, которое должно было опираться на опорные пункты Рава-Русского укрепрайона (частично наши свежие доты на новой границе, частично еще польские бетонные укрепления).

Генерал-майор Микушев еще 19 июня 1941 года вернул все подчиненные ему части со сборов. 21 июня 1941 года под видом военного соревнования, дивизия фактически была приведена в полную боевую готовность. Полоса обороны дивизии составляла более 43 километров. Напомню, по Полевому уставу Красной армии 1939-го года, стрелковая дивизия может успешно оборонять полосу шириной по фронту 8-12 км и в глубину 4-6 км. То есть норматив превышен примерно в 4 раза. В два часа ночи 22 июня 1941 года командир пограничного отряда сообщил в штаб 41-й СД о концентрации пехоты немцев у границы и о гуле моторов техники. Он же в 3 часа 50 минут сообщил о том, что немцы перешли государственную границу СССР, заставы ведут бой. В 4 часа утра генерал Микушев поднял дивизию по тревоге. Замечу, что комдив своей волей вскрывает склады наркомата обороны.

Первый день боев складывался вполне успешно. Дивизия, удерживая свои позиции, отразила все атаки противника. Кроме того было взято много пленных. Утром 23 июня 102-й и 244-й стрелковые полки своей контратакой выбили врага с территории СССР и даже углубились за границу до 3 километров. С наступлением темноты, наши части вернулись на свои оборонительные рубежи. 24 июня 1941 года велись ожесточенные бои. Был тяжело ранен командир 139-го стрелкового полка майор Коркин. Против нашей дивизии действовали: 262-я, 24-я, 295-я, 71-я и 296-я пехотные дивизии Вермахта, усиленные боевой техникой и поддержанные значительной группой авиации (по показаниям пленных).

25 июня 1941 года немцы намеревались продолжить наступление, но генерал Микушев их упредил. На рассвете после артподготовки, контратаковали 139-й полк и батальон из 244-го стрелкового полка. Было уничтожено более 3 батальонов пехоты противника, захвачено 8 противотанковых орудий. Нестандартный ход комдива принес свой результат. Однако к концу дня была потеряна связь со штабом армии. Что самое плохое, соседняя 97-я стрелковая дивизия потерпела поражение и разрозненно отходила на Восток. Положение становилось критическим, несмотря на грамотную и героическую оборону (активную) воинов 41-й стрелковой дивизии.

26 июня 1941 года дивизия продолжала вести оборонительные бои совместно с пограничниками. Но обстановка была критической, помимо большого фронта теперь еще были открыты и фланги. Окружение становилось практически неизбежным. Заместитель командира дивизии полковник Шалимов был отправлен на поиски штаба армии (6-я генерал-лейтенанта Музыченко). 27 июня начали отход. Далее с боями шли на Восток. Лишь 2 июля удалось оторваться от противника и занять оборонительные рубежи.

Генерал-майор Микушев со своим соединением вечером 12 июля 1941 года подошел к Белой Церкви. 41-я стрелковая дивизия несмотря тяжелейшие бои и выход из окружения, сохранила боеспособность. В соединении около 3 тысяч человек, более 20 орудий различных калибров, автотранспорт. Примерно треть от того что было 22 июня 1941 года.

16 июля 1941 года противник своими моторизованными и танковыми частями нанес мощный удар на Белую Церковь. 17 и 18 числа идут тяжелейшие бои, город три раза переходил из руки в руки. Дивизия получала пополнение, маршевые роты прибывали, это правда. Но, из ее состава был выведен 102-й стрелковый полк. 19 июля 1941 года дивизия переходит на оборонительный рубеж в район Ржищева. Здесь ведут трехдневные тяжелые бои на берегу Днепра. Далее дивизия используется для контрудара под Киевом, где выбивают с плацдарма уже переправившихся немцев.

24 июля 1941 года атакуют Белую Церковь, но после контратаки противника, отступают. С 26 июля обороняются на рубеже Кантемировка – Гороховатка – Ставы. Со 2 августа отходят к Днепру, после чего 14 августа отводятся в резерв. Но передышка была недолгой. Обстановка в районе Киева была критической. На базе войск находящихся в указанном районе, создается 37-я армия (генерал-майор Власов). Остатки 41-й дивизии были также включены в новое соединение. Автотранспортом Микушев со своими бойцами перебрасывается на 120 километров севернее Киева. В районе Козельца дивизия держала оборону против наступающих немцев.

До 9 сентября 1941 года идут тяжелейшие бои с превосходящими силами противника. А в этот день на 139-й и 244-й стрелковые полки обрушился мощный удар. 10 сентября противник переправился через реку Остер и захватил плацдарм. Генерал Микушев лично повел в контратаку 1-й батальон 224-го стрелкового полка. Противник был выбит с плацдарма, но на мосту отважный комдив был сражен автоматной очередью (смертельные ранения в грудь и шею). Так закончил свой жизненный путь настоящий генерал, храбрый советский воин. Враг не прошел, но контратака нашего батальона захлебнулась. Ночью разведчики вынесли с моста через реку Остер тело своего комдива. Генерал-майор Микушев Георгий Николаевич был похоронен в киевском ботаническом саду со всеми воинскими почестями (перезахоронен в 1960-ые).

Судьба защитников Киева печальна, ее разделили и бойцы 41-ой "железной" дивизии. Из котла под командованием полкового комиссара Антонова вышло около тысячи человек. Что в тех реалиях очень неплохо, было сохранено знамя дивизии. Соединение было отправлено на переформирование в Приволжский военный округ.

129-я стрелковая дивизия генерал-майора Городнянского

Авксентий Михайлович Городнянский – ветеран Первой мировой войны, за которую дослужился до старшего унтер-офицера. После отпуска по ранению в 1917 году, в свою часть уже не вернулся. В апреле 1918 года Городнянский добровольно вступил в Красную Армию, воевал в Гражданскую (максимальная должность – командир батальона). Далее Авксентий Михайлович продолжил службу в РККА, окончил курсы «Выстрел». Горднянский прошел ступень за ступень все командные должности до командира стрелкового полка (292-го) в 1937 году. С сентября 1938 года Авксентий Михайлович командует 101-й стрелковой дивизией, а с октября 1940 года 129-й стрелковой дивизии. В этом статусе генерал-майор Городнянский встретил Великую Отечественную войну.

На 22 июня 1941 года в 129-ю стрелковую дивизию входили: три стрелковых (438-й, 457-й, 518-й), артиллерийский (664-й) полки, истребительно-противотанковый (37-й) и зенитно-артиллерийский (210-й) дивизионы. Соединение входило в 34-й стрелковый корпус генерал-лейтенанта Хмельницкого и дислоцировалось в районе Черкассы – Белая Церковь. В связи с ситуацией на фронте, 129-я СД была переброшена в район Витебска. Первый эшелон выгрузился 9 июля 1941 года.

Немцы к тому времени захватили плацдарм на Западной Двине, с которого развивали наступление силами 7-й и 12-й танковых дивизий Вермахта. 129-я стрелковая дивизия должна была в числе других, остановить наступление Вермахта на Смоленск. Соединение прикрывало Смоленск с севера. Уже 14 июля после ожесточенных боев, дивизия попала в окружение, так как танковым частям Вермахта удалось прорвать фронт, обороняемый соседними дивизиями РККА. Большая часть дивизии из окружения вышла успешно вместе со своим командиром генералом Городнянским.

Весь 34-й СК отходил в район Смоленска, южная часть города уже была захвачена врагом. Здесь соединение было переподчинено командующему 16-й армией генерал-лейтенанту Лукину.16 июля 1941 года 129-я стрелковая дивизия представляла собой сборную солянку, помимо 457-го сп, в ней был 343-й сп (из 38-й СД), батальоны из 46-й и 162-й СД. Именно этот сборный отряд стал именоваться в штабных сводках 129-й стрелковой дивизией. 518-й стрелковый полк остался севернее Смоленска и вошел в состав 46-й СД.

17 июля 1941 года 129-я стрелковая дивизия принимала участие в штурме Смоленска. Атака наших войск имела короткий успех, но в итоге была отбита. При этом наши войска окончательно были выбиты из северной части города. 18 июля 1941 года 129-я стрелковая дивизия совместно с 158-й и 152-й СД повторила свою атаку. В итоге ожесточенных кровопролитных боев противника удалось оттеснить в южном направлении и выйти к аэродрому.

Отмечу, что наши войска в районе Смоленска испытывали острый недостаток в боеприпасах. Дело в том, что 16 июля 1941 года 7-я танковая дивизия Вермахта прорвалась в район Ярцево и перерезала железнодорожную магистраль и шоссе Москва – Минск. Снабжение 16-й и 20-й армий осуществлялось исключительно по переправам через Днепр в районе Ратчино и Соловьево. Люфтваффе неоднократно уничтожала наведенные понтонные мосты, но наши героические саперы восстанавливали переправы. Естественно снабжение только автотранспортом без железнодорожных перевозок не покрывало нужд войск. С продовольствием дело обстояло еще хуже.

К исходу 22 июля 1941 года войскам под руководством генерала Городнянского удалось выйти к северным и северо-восточным окраинам Смоленска, где они были остановлены. До 27 июля 129-ая СД вела кровопролитные бои с переменным успехом. К этому времени боевые возможности 16-й армии практически иссякли. Закончились боеприпасы к 76-мм, 122-мм, 152 мм орудиям. Немцы же подтянули новые силы. 28 июля 1941 года Вермахт прорвал оборону 20-й армии. Вследствие этого в ночь на 29 июля 16-я армия покинула Смоленск. Отход прикрывала 129-я стрелковая дивизия генерала Городнянского.

С 1 августа 1941 года 16-я армия отходила к переправам в район Соловьево. К 4 августа по переправам и вплавь отошли на восточный берег Днепра. Здесь части 46-й СД вошли в состав 129-й стрелковой дивизии под общей командой генерал-майора Городнянского. Соединение выдвинулось в район Боброво.

25 августа 1941 года пути генерал-майора Городнянского и 129-й стрелковой дивизии расходятся. Новым командиром 129-й СД стал майор Яблоков. Соединение входило в состав 20-й армии генерал-лейтенанта Ершакова. После того как гитлеровцы 7 октября 1941 года прорвались к Вязьме, в окружение попали войска 19-й, 20-й, 24-й, 32-ой армий. 129-я стрелковая дивизия находилась юго-западнее города, откуда и начала свои атаки совместно с другими соединениями 20-й армии с целью прорыва кольца окружения. Генерал Ершаков наметил основной удар нанести на 19:00 10 октября 1941 года силами 73-й, 108-й, 112-й, 129-й, 144-й, 229-й стрелковых дивизий. К сожалению, эта хорошо подготовленная атака была отражена немцами. Прорыв не состоялся.

Последняя организованная попытка выхода из окружения состоялась на следующий день 11 октября в районе Быково. Успех также достигнут не был. Погиб майор Яблоков, новым комдивом стал полковник Гладков. Из окружения удалось выйти только отдельным частям 129-й стрелковой дивизии (также пробились бойцы из 108-й и 144-й СД). После этого остатки соединения были распределены по другим соединениям РККА.

Вернемся к генералу Городнянскому. 31 августа 1941 года он получил повышение – Авксентий Михайлович стал командующим 13-й армией Брянского фронта. Во время наступления немцев на Москву, армия была окружена, Городнянский сумел сохранить управление войсками, и вывел свое соединение, сохранив боеспособность. Сразу же 23 октября 13-я армия заняла новый оборонительный рубеж. В декабре 1941 года генерал Городнянский успешно руководил войсками во время Елецкой наступательной операции. 13-я армия прорвала гитлеровскую оборону и с боями прошла более 100 километров.

После этого успеха генерал Городнянский назначен командующим 6-й армией Юго-Западного фронта. Войска Авксентия Михайловича хорошо себя проявили во время Бавренково-Лазовской операции зимой 1942 года. В мае 1942 года во время Харьковской наступательной операции 6-я армия действовала на главном направлении, продвинулась в глубину обороны противника более чем на 50 километров. Как известно, операция закончилась полной катастрофой. Не по своей вине генерал-лейтенант Городнянский со своей армией оказался в окружении. Прорваться не удалось. Во избежание плена Авскентий Михайлович застрелился. Захоронен немцами с воинскими почестями на хуторе Орлиноярск Петровского района. После освобождения Харьковской области захоронен на Пушкинской площади города Харьков.

75-я стрелковая дивизия генерал-майора Недвигина

Семен Иванович Недвигин – ветеран Первой мировой войны, в которую командовал ротой в чине подпоручика. С радостью принял Октябрьскую революцию и добровольно вступил в Красную Армию в 1918 году. После Гражданской войны Недвигин остался в армии, окончил высшие офицерские курсы «Выстрел», бронетанковые курсы и высшую военную академию имени Ворошилова. В качестве командира 75-й стрелковой дивизии Недвигин участвует в Советско-финской войне. В мае 1941 года соединение генерал-майора Недвигина выдвинуто к Западной границе, где вошло в состав 4-й армии (генерал Коробков).

22 июня 1941 года в 75-ю стрелковую дивизию входили: три стрелковых (28-й, 34-й, 115-й), артиллерийский (68-й), гаубичный (235-й) полки, истребительно-противотанковый (82-й) и зенитный артиллерийский (282-й) дивизионы. Всего в соединении было 12 342 человек. Дивизия дислоцировалась южнее Брестского укрепленного района со штабом в Малорите. Обращу Ваше внимание на тот факт, что всеми тремя стрелковыми полками командовали люди в звании майора. 28-й стрелковый полк – майор Бондаренко; 34-й стрелковый полк – майор Бардеев; 115-й стрелковый полк – майор Лобанов.

В 4 часа утра 22 июня 1941 года 75-я стрелковая дивизия была поднята по тревоге. За 20 минут до этого немцы захватили все шесть мостов через Буг на участке 4-ой армии (два железнодорожных и четыре автомобильных). Сразу после этого начался массированный авиационный и артиллерийский налет. Немецким войскам удалось захватить Брест и большие плацдармы на восточном берегу Буга. Контратаками 6-й, 42-й, 75ой стрелковых дивизий и 14-го механизированного корпуса остановить противника не удалось.

Благодаря героическим усилиям бойцов 75-й стрелковой дивизии удалось остановить части Вермахта в районе Малориты. Против соединения генерала Недвигина действовали к исходу дня 22 июня 1941 года: 4-я танковая, 255-я пехотная и 1-ая кавалерийская дивизии противника. При этом 28-й и 34-й стрелковые полки сражались в окружении, 115-й стрелковый полк успешно удержал свои позиции.

Отмечу, что связи со штабом 4-й армии и штабом Западного фронта генерал-майор Недвигин не имел с первого часа Великой Отечественной войны. При этом дивизия оказывала организованное сопротивление и наносила большой ущерб наступающему врагу. Вот, что записал в своем дневнике 24 июня 1941 года начальник штаба сухопутных войск немцев генерал Гальдер:

«.. вечером я узнал о тяжелых боях на нашем правом фланге, где с 23 июня 53АК, вынуждено, отбивал атаки русских…».

Речь идет именно о действиях 75-й стрелковой дивизии. 25 июня 1941 года соединение генерала Недвигина вновь контратакует врага. Отмечу, что к тому времени дивизия находилась в глубоком тылу (фронт был уже в районе Слуцка), но генерал Недвигин об этом не знал. В ночь с 26 на 27 июня 1941 года 75-я СД была полностью окружена, при этом практически полностью закончились боеприпасы (спасибо генералу Коробкову, приказавшему взорвать склады в Пинске).

Генерал-майор Недвигин принял самостоятельное решение о прорыве на соединение с частями 4-й армии. Сам комдив с одной группой прорывался через Мокраны, вторая группа под командой майора Лобанова в центре и с юга группа начальника штаба Мартыненко. После тяжелых боев все три группы успешно прорвались через Ковельскую дорогу в районе озеро Луково. Здесь, уже совместно предприняли попытку прорыва из окружения в направлении Кобрина, к сожалению, встретив упорное сопротивление врага, отошли к Пинску.

29 июня 1941 года немцы начали преследовать дивизию Недвигина. Боеприпасов практически не было, раненых несли на руках, горючего для техники уже не было. Отходили в направлении на Сарны. В этот момент к соединению генерала Недвигина присоединились группы из 6-й, 42-й стрелковых дивизий, группы танкистов и летчиков. 2 июля 1941 года успешно вышли к Сарнам. Откуда направились в Пинск, где и заняли оборону.

К 4 июля 1941 года 28-й стрелковый полк занимал оборону в районе аэродрома, 115-й стрелковый полк в районе Днепро-Бугского канала, 34-й стрелковый полк генерал Недвигин оставил в резерве. Успешно отбивали наступление врага вплоть до 9 июля 1941 года, однако из-за глубокого обхода по флангам, были вынуждены отступить. На рубеже реки Случь сдерживали наступление частей Вермахта до 10 июля 1941 года. В этот момент дивизию передали в состав 21-ой армии. Генерал-майор Недвигин был отозван, после командовал 232-й стрелковой дивизией. В сентябре 1941 года Семен Иванович получил тяжелые травмы в автомобильной катастрофе, после чего командных должностей не занимал. Генерал Недвигин с 1942 по 1949 годы был заместителем начальника Высших курсов «Выстрел». Скончался в Саратове в 1962 году, похоронен с воинскими почестями.

Командовать 75-й стрелковой дивизией был назначен полковник Пиров. Соединение геройски проявило себя в ходе Смоленского сражения, но, к сожалению, позже было практически полностью уничтожено при выходе из окружения из Киевского котла. Тяжелораненого комдива Пирова, бойцы вынесли на руках.

124-я стрелковая дивизия генерал-майора Сущего

К 1941 году Филипп Григорьевич окончил Военную академию имени Фрунзе и командовал дивизией с момента ее формирования в 1939 году. Соединение входило в состав 27-го стрелкового корпуса 5-ой армии (генерал-майор Потапов) Киевского Особого военного округа. 124-я стрелковая дивизия дислоцировалась севернее Крыстынополя и прикрывала участок границы в 30 км (что примерно втрое превышало уставной для стрелковых дивизий). В состав соединения входили: 406-й, 622-й, 781-й стрелковые, 341-й гаубичный и 469-й артиллерийский полки.

Дивизия была хорошо укомплектована, в ее составе на 22 июня 1941 года было 9 471человек. Имелось 7 788 винтовок, 162 станковых и 481 ручных пулемета, 54 единицы 45-мм орудий, 34 единицы 76-мм орудий, 141 миномет, 12 152-мм орудий, 248 автомашины и 64 трактора.

На участке генерала Сущего развернулись 57-я, 75-я, 111-я, 297-я пехотные дивизии Вермахта. Для развития прорыва к границе подходил 48-ой моторизованный корпус. Силы, как вы понимаете, совершенно не равные. Ранним утром 22 июня 1941 года после мощного артиллерийского налета, противник захватил мосты, после чего для уничтожения гарнизонов ДОТов Владимир-Волынского укрепрайона, были выброшены штурмовые отряды (пехотные роты, подрывники, огнеметчики, самоходные орудии Stug-III). Сходу овладеть оборонительными сооружениями врагу не удалось. Бои приняли кровопролитный затяжной характер.

В 6 часов утра 22 июня 1941 года 124-я стрелковая дивизия начала выдвижение к государственной границе. Марш был сильно затруднен действиями вражеской авиации. Первым в бой вступил 622-й стрелковый полк майора Кирцхая, произошло это около 9 часов утра. 781-й стрелковый полк полковника Савельева решительной атакой отбросил к западу на 2-3 км передовые части 57-й пехотной дивизии, однако, успех был временным и уже к полудню наш полк перешел к обороне. 406-й стрелковый полк полковника Новикова завязал бой с частями 75-й пехотной дивизии противника, также отбросил их в западном направлении, но также временно. К полудню уже вся дивизия вела тяжелые оборонительные бои с превосходящим по численности противником.

После 13 часов 22 июня 1941 года противник ввел в бой 11-ю танковую дивизию, которая пробивала путь 57-й и 297-й пехотным дивизиям Вермахта. К исходу дня дивизия Сущего героическими усилиями, но, все, же удерживала оборонительные позиции. Положение осложнялось тем, что авиация противника уничтожила тыловые части 622-го и 781-го стрелковых полков со всеми их запасами. Ситуация требовала немедленного отхода. Однако генерал Сущий принял решение продолжать упорную оборону и стянуть на себя как можно больше сил противника, объяснялось это тем, что комдив уже знал, что на 23 июня 1941 года командующий армии генерал Потапов запланировал контрнаступление.

Полки дивизии и не захваченные гарнизоны ДОТов 23 июня 1941 года продолжали упорную оборону. Генерал Сущий даже предпринимал контратаки, однако, успеха они не имели. Да и не могли иметь против столь превосходящего противника. Немцы планомерно, медленно, но верно теснили 124-ю стрелковую дивизию. Контрудара 23 июня так и не последовало (в силу объективных причин), а связи со штабом корпуса и армии уже не было. Генерал Сущий решил продолжить оборону, при этом приказал в ночь на 24 июня 1941 года вывезти в войска запасы с дивизионного склада в Горохове в расположение дивизии, а что не удастся – уничтожить на месте.

24-25 июня 1941 года 124-я стрелковая дивизия продолжает вести упорные бои, но уже в полном окружении в районе Кунева. Отдельные подразделения прорвались к окруженным ДОТам, где совместно с гарнизонами приняли в итоге свой последний бой. К вечеру 25 июня 1941 года были практически полностью израсходованы боеприпасы. В 469-м артполку капитана Боброва сохранилось три орудия, на каждое имелось по 5 снарядов. На совещании штаба генерал Сущий принял решение отходить на Восток для соединения с основными силами 5-й армии, пока дивизия еще не потеряла свою боеспособность.

До 4 июля 1941 года дивизия шла по тылам противника, прорывая заслон за заслоном, где вышли к городу Козин. Здесь у немцев был мощный заслон. Генерал Сущий решил обойти город с севера и юга. С севера шел 406-й полк Новикова, с юга 622-й стрелковый полк майора Карцхия. Последнему не удалось во время поддержать соседа, так как были связаны боем с другой немецкой частью. Против Новикова немцы сосредоточили все силы и ударили артиллерией. Здесь и пригодились сохраненные пушки капитана Боброва. Артиллерию противника подавили, но и свои снаряды израсходовали все. Как раз теперь подошел 622-й стрелковый полк. Здесь при прорыве смертью храбрых в бою погиб генерал-майор Сущий и майор Карцхия, захоронены там же.

24 июля 1941 года из окружения 124-ю стрелковую дивизию в составе 1 600 человек в районе Белокоровичей вывел полковник Николаев. Дивизия сражалась храбро и умело. Сумели на несколько дней задержать превосходящего противника. Сохранив боеспособность, пробивались из окружения. За что честь им и хвала. Дивизия была хорошо подготовлена, что и продемонстрировала в ходе боев. Генерал-майор Сущий посмертно за бои лета 1941 года награжден орденом Отечественной войны I степени.

87-я стрелковая дивизия генерал-майора Алябушева

Филипп Федорович Алябушев участник аж пяти войн. Свой боевой путь он начал в 1915 году. Воевал в 318-м полку. Во время Брусиловского прорыва, будучи раненым, попал в плен. Из которого благополучно сбежал. С мая 1919 года Алябушев в Красной Армии. Во время гражданской войны, Филипп Федорович командует взводом, а затем ротой. В межвоенный период занимает различные штабные и командные должности. В июле 1937 года Алябушев – начальник штаба 24-й дивизии, которая дислоцировалась в Киевском особом военном округе. В этом статусе и встретит свою третью войну.

В январе 1938 года Алябушев отправляется в Китай в качестве старшего военного советника. Китайские части были плохо подготовлены к войне, советники передавали им свой опыт по обучению войск и организации современного боя. Полковнику Алябушеву инспектировал китайские части, ездил по фронтам и штабам, доказывал необходимость проведения тех или иных мероприятий. Вскоре наш герой принимает участие в битве за Ухань. В общей сложности в Китае Алябушев провел полтора года. За эту командировку Филипп Федорович награжден Орденом Красной Звезды.

После возвращения полковник Алябушев назначается командиром 123-й стрелковой дивизии. Вместе, с которой будет воевать в своей уже четвертой войне (финской). Во второй половине декабря 1939 года дивизия Алябушева подошла к линии Маннергейма. Готовились к штурму тщательно. Утром 11 февраля 123-я стрелковая дивизия перешла в наступление, и уже 13 февраля прорвала главную оборонительную полосу на всю ее глубину (6-7 км), расширив прорыв до 6 км, обойдясь при этом минимальными потерями. 15 февраля дивизия впервые применила танко-десантные операции. К 17 февраля, пройдя за 2 дня 12 километров дивизия Ф. Ф. Алябушева первой подошла к второй линии обороны финнов и до 21 февраля овладели ею. За прорыв линии Маннергейма 123-я стрелковая дивизия и ее командир были награждены орденами Ленина.

После победы над Финляндией, Алябушев оканчивает курсы усовершенствования высшего начальствующего состава при Академии Генштаба РККА и уже, будучи генерал-майором, назначается командиром 87 стрелковой дивизии (в пятой армии генерала Потапова). В этом статусе в Киевском военном округе Филипп Федорович встретит свою пятую и последнюю войну.

87-я стрелковая дивизия с начала Великой Отечественной войны вела бои в основном с 298-й пехотной дивизией Вермахта у Владимир-Волынского. К концу дня 22 июня 1941 года дивизия Алябушева отбросила фашистские войска на 6-10 км на запад от Владимира-Волынского и деблокировала гарнизоны дотов Владимира-Волынского УРа, которые к тому времени уже были в тылу противника. Однако частям 44-й и 299-й пехотных дивизий Вермахта удалось прорваться в разрыве между 124-й и 87-й стрелковыми дивизиями, который образовался южнее Владимир-Волынского, и захватить город. Основные силы дивизии оказались в окружении, боеприпасы заканчивались, связь была прервана. Ф. Ф. Алябушев приказал в ночь на 25 июня 1941 года начать отвод дивизии на соединение с войсками 5-й армии.

В ночь с 24 на 25 июня 1941 года генерал-майор Алябушев вместе с группой офицеров выехал на рекогносцировку. Неожиданно наткнулись на немецкую пехотную роту. Завязался неравный бой. В ходе перестрелки Филипп Федорович и другие офицеры его штаба были убиты. Позже местные жители захоронили наших воинов.

174-я стрелковая дивизия комбрига Зыгина

Алексей Иванович Зыгин ветеран – Первой мировой войны, которую закончил в должности командира роты. Октябрьскую Революцию встретил с радостью и уже в декабре 1917 года вступил в Красную Гвардию. В Гражданскую войну воевал на различных командных и штабных должностях. Закончил на должности заместителя начальника штаба второй конной армии Миронова. За гражданскую войну был дважды ранен и раз контужен, награжден Орденом Красного Знамени. Далее окончил Военную Академию имени Фрунзе. Занимал различные командные должности в РККА. Репрессии не прошли мимо Алексея Ивановича, он был арестован и уволен из армии в июле 1938 года. Комбриг Зыгин, был освобожден в самом конце 1939 года, восстановлен в армии и назначен командиром 174-й стрелковой дивизией. Именно в этом статусе и встретит Великую Отечественную войну.

Дивизия входила в 22-ю армию генерал-лейтенанта Ершакова. В соединение комбрига (аттестацию пройти не успел) входило: три стрелковых (494-й, 508-й, 628-й), гаубичный (730-й), артиллерийский (598-й) полки. Первый бой приняли в районе Полоцка 29 июня 1941 года. И здесь вели ожесточенные бои до 17 июля. Отмечу, что к этому дню против одной единственной дивизии Зыгина было 7 дивизий Вермахта. Герман Гот (командир 3-ей танковой группой) 13 июля доложил Гитлеру:

«Русские, видимо, не могут еще организовать твердое управление своими войсками. Лишь в Полоцке находится энергичный способный руководитель».

Уже не имея соседей на флангах, 174-я дивизия начала отход на Невель. Где, к сожалению, попала в окружение. Комбриг Зыгин с большей частью дивизии пробивается из окружения. Здесь он узнает, что часть его войск выйти к своим не смогла. И здесь Алексей Иванович с отрядом добровольцев пробивается уже в обратном направлении. В итоге удается прорваться из окружения и вторично, но уже практически всей дивизией, с артиллерией и автотранспортом. За этот подвиг комбриг Зыгин награжден орденом Ленина и получил звание генерал-майора 7 августа 1941 года.

Далее Зыгин воюет уже на Калининском фронте, где поочередно командует 186-й и 158-й стрелковыми дивизиями. Всегда был на главных участках боевых действий (контрнаступление под Москвой, Калининска, Ржевско-Вяземская, Ржевско-Сычевская операции). В июне 1942 генерал Зыгин назначается командующим 58-й армией (в августе на ее основе сформирована 39-я армия).

Дожить до победы Алексею Ивановичу было не суждено. 27 сентября 1943 года генерал-лейтенант Зыгин, будучи командующим 4-й гвардейской армии на Воронежском фронте, поехал в район деревни Кирьяковка, где наметил себе наблюдательный пункт. Машина Алексея Ивановича съехала с основной дороги и поехала по полю, где подорвалась на немецкой мине. Командарм погиб на месте.

50-я стрелковая дивизия генерал-майора Евдокимова

Командир с типичной биографией, воевал в Первую мировую, в 1918 году добровольно вступил в Красную Армию. После гражданской войны остался на службе в РККА. Постепенно к августу 1940 года дослужился до должности командира стрелковой дивизии. Состав дивизии на 22 июня 1941 года был типичным: три стрелковых (2-й, 49-й, 359-й), гаубичный (257-й), артиллерийский (202-й) полки.

Соединение дислоцировалось в Витебской области, и по плану прикрытия должна была выдвинуться в район Гродно, где составить второй эшелон 3-й армии. Примечательно, что 50-я стрелковая дивизия находилась в прямом подчинении штаба Западного Особого военного округа. 15 июня 1941 года генерал-майор Евдокимов получил приказ выступить маршевым порядком в район Сморгони 18 июня. Собственно 22 июня 1941 года дивизия встретила на марше. 23 июня 1941 года соединение Евдокимова было подчинено командованию 13-й армии (генерал-лейтенант Филатов).

24 июня 50-ая стрелковая дивизия совместно с Виленским пехотным училищем, 84-ым полком НКВД и подразделениями 5-й танковой дивизии прикрывали Молодечно с севера-запада. Соединение Евдокимова вело ожесточенные бои на рубеже реки Вилия. К 27 июня 1941 года 50-я стрелковая дивизия была отрезана от главных сил армии. Собственно 13-я армия к тому времени была расчленена на части и поэтапно уничтожалась противником.

Утром 30 июня по личному приказу генерала Евдокимова дивизия начала отход в направлении на Борисов. При этом на марше комдив переподчинил себе остатки 64-й стрелковой дивизии и сильно потрепанный 331-й стрелковый полк. Далее 50-я стрелковая дивизия держала оборону на широком фронте на правом фланге Минского укрепрайона против 39-го моторизованного корпуса противника.

Начиная со 2 июля 1941 года соединение Евдокимова обороняется в районе Борисова, где успешно сдерживают 20-ю моторизованную дивизию Вермахта. Начиная с 5 июля отступают в Витебск через Сенно. Мера вынужденная, так как дивизия за прошедшие дни постоянно вела кровопролитные бои и понесла большие потери в личном составе. С 9 июля 1941 года соединение находится в районе Духовщины, где получает пополнение личным составом и боеприпасами.

Отдых был недолгим, уже 17 июля 1941 года были атакованы моторизованными частями противника, после чего отступили в район Ярцево, где заняли упорную оборону. Но это было уже без генерал-майора Евдокимова. То как погиб генерал доподлинно неизвестно до сих пор. Известно, что в плен к немцам Василий Павлович не попал. Полковник Павлыго вспоминал:

«Ввиду огромного нервного напряжения, генерал Евдокимов потерял душевное равновесие и постепенно начал терять логику в разговоре и отдаваемых приказах и распоряжениях, перешёл в буйное умопомешательство и был оставлен в больнице в деревне между городами Толочино и Сенно Витебской области по причине того, что поведение его становилось невыносимым. Это было между 15–18 июля 1941 года».

Но, есть и слова капитана Яковлева из штаба 50-ой стрелковой дивизии, по словам которого:

«После авианалета генерал Евдокимов получил тяжелые ранения в живот и ногу, после чего застрелился».

Правду историки не знают и по сей день. Ясно одно – соединение Евдокимова сражалось хорошо и отважно. 50-я стрелковая дивизия впоследствии также воевала хорошо, и получило почетные наименования «Запорожской» и «Кировоградской», награждена орденами Красного Знамени, Суворова и Кутузова II степени.

44-я горнострелковая дивизия генерал-майора Ткаченко

Семен Акимович – ветеран Первой мировой войны. И вот примечательный факт – в июле 1919 года Ткаченко был мобилизован в армию адмирала Колчака, но уже в августе благополучно дезертировал, а уже в сентябре того же года вступил в Красную Армию. И воевал здорово на Восточном и Юго-Западном фронтах, будучи командиром роты, штурмовал Турецкий вал на Перекопе в Крыму. За Гражданскую войну Семен Акимович был награжден двумя Орденами Красного Знамени. Далее Ткаченко оканчивает Киевскую высшую объединенную школу командиров РККА, а затем и Военную Академию имени Фрунзе. В 1937 году Семена Акимовича снимают с должности командира полка по ложному доносу. Вскоре был возвращен на командные должности. В январе 1940 года полковник Ткаченко назначен командиром 44-й Киевской Краснознаменной стрелковой дивизии им. Н. А. Щорса, с которой собственно он будет участвовать в финской войне. В июне того же года Семен Акимович получит звание генерал-майора, в этом статусе и встретит Великую Отечественную войну.

На 22 июня 1941 года, 44-я горнострелковая дивизия прикрывала советско-венгерскую границу, конкретно возможное наступление противника через Карпатские перевалы (в составе 13-го стрелкового корпуса 12-й армии генерала Понеделина). В соединение входили: четыре горнострелковых (25-й, 146-й, 305-й, 319-й), 122-й артиллерийский, 179-й гаубичные полки. В дивизии было 9 159 человек, 32 орудия 76-мм и 24 гаубицы 122мм, 166 станковых и 453 ручных пулемета, 359 автоматов, 3 750 самозарядных винтовок (СВТ), 190 автомашин и 30 тракторов. Вполне себе укомплектованное соединение РККА.

Ранним утром 22 июня 1941 года дивизия была поднята по тревоге. Несколько дней активности от противника не было, однако из-за угрозы окружения 44-я дивизия была вынуждена отступить. Отходили, прикрываясь заслонами вплоть до 4 июля. Здесь в районе Жовтень 146-й полк принял жесткий бой, после которого понес большие потери и лишился всей артиллерии. Далее, как и вся 12-я армия, 44-я горно-стрелковая дивизия находилась в Летичевском укрепленном районе. Соединение Ткаченко обороняло Винницу с 17 по 20 июля 1941 года. Далее дивизия должна была принять участие в контрударе, однако приказ был изменен, и соединение держало оборону в районе Липовца, тем самым прикрывая контрудар по 16-й танковой дивизии Вермахта. Бойцы генерала Ткаченко успешно отразили удар моторизованной бригады противника (в данном случае словаки), да так, что они были выведены в тыл на переформирование. Липовец удерживали вплоть до 24 июля 1941 года. За эти бои, кстати, генерал Ткаченко был представлен к Ордену Ленина, что показательно для лета 1941 года.

28 июля 1941 года 44-я горно-стрелковая дивизия была переброшена в район Краснополка и совместно с 99-й стрелковой дивизией нанесла удар по 125-й пехотной дивизии Вермахта, в итоге противнику было нанесено, хоть локальное, но поражение. Немцы были отброшены от Краснополка. До 30 июля Ткаченко со своим соединением успешно удерживал позиции. Далее перешли в район Умани. Противник уже замыкал окружение в районе Новоархангельска, и 44-я горно-стрелковая дивизия была брошена в контрудар. В итоге Новоархангельск был освобожден. Но успех вновь был локальным. 2 августа 1941 года немцы окончательно окружили 6-ю и 12-ю армии (Уманский котел). Вплоть до 4 августа генерал Ткаченко вел бои за Новоархангельск, но боеприпасы были на исходе и наши отошли, готовясь к прорыву из кольца. Попытка выхода из окружения была предпринята 7 августа 1941 года. В ходе прорыва Семен Акимович получил ранение в голову и руку и был взят в плен. Но это еще не все.

При пленении Ткаченко скрыл, что является генералом и командиром дивизии. Его как раненного украинца отпустили домой. Пешком Семен Акимович дошел до Узина, где его задержали полицаи. Далее Ткаченко содержался в Житомирском и Владимир-Волынском лагерях. Только в октябре был доставлен в Хаммельбург (лагерь для высшего комсостава). За попытку побега в октябре 1942 года генерала Ткаченко переводят в Нюрнбергскую тюрьму. Далее переводится в лагерь Флессенбург, откуда он вновь предпринял попытку побега летом 1943 года, но вновь безуспешно.

В ночь со 2 на 3 февраля 1945 года в лагере Заксенхаузен за подпольную работу и подготовку побега, немцы вели на кремирование 200 наших пленных воинов. Старшим из них был генерал Ткаченко, по его команде люди бросились на гитлеровцев. В неравной схватке все были убиты. По показаниям освобожденного военнопленного, перед смертью Ткаченко успел напоследок задушить одного фашиста.

96-я горнострелковая дивизия полковника Шепетова

Иван Михайлович Шепетов в РККА с мая 1918 года (на тот момент ему не было и 16 лет). Активно участвовал в гражданской войне, где сражался с войсками генералов Краснова и Деникина, отрядов Нестора Махно. После окончания кавалерийской школы, отправлен на Туркестанский фронт, сражаться с басмачами. Здесь дослужился до командира эскадрона и был ранен. Веселая молодость ничего не скажешь. После излечения продолжает учиться. В 1927 году Шепетов окончил военно-политические курсы, а в 1934 году Военную Академию имени Фрунзе. Далее занимает различные командные и штабные должности в РККА, занимается преподавательской работой. С марта 1941 года полковник Шепетов командир 96-ой горнострелковой дивизии в составе Киевского Особого военного округа. В этом статусе он и встретит Великую Отечественную войну.

На 22 июня 1941 года в 96-ю горнострелковую дивизию входили четыре горнострелковых, гаубичный и артиллерийский полки. Дивизия участвует в приграничных боях, при этом воюют очень хорошо. Так 24 июня благодаря умелой контратаке, соединение Шепетова отбросило противника за государственную границу СССР. С 25 июня 96-я ГСД в подчинении командующего 18-й армией генерала Смирнова. Далее дивизия ведет оборонительные бои против частей Вермахта в основном на рубеже Днестра, предпринимая контратаки.

В конце июля дивизия попадает в окружение. Но благодаря умелым действиям полковника Шепетова, удается пробить брешь в немецких заслонах. 96-я горнострелковая дивизия не только сама вышла из кольца, но и обеспечила выход другим соединением 18-й армии. В октябре 1941 года полковнику Шепетову присвоено звание "генерал-майор", а в ноябре того же года Указом Президиума Верховного Совета СССР Ивану Михайловичу присвоено звание Героя Советского Союза. Сослуживцы отмечали высокое тактическое мастерство Шепетова и его личные мужество и храбрость. Дивизия же нашего героя стала 14-й гвардейской.

Далее Иван Михайлович со своим соединением участвует в ряде военных операций (Тираспольско-Мелитопольская, Ростовская, Барвенково-Лазовская), к сожалению Харьковская станет последней. Наши войска под руководством маршала Тимошенко будут разгромлены, а дивизия Шепетова попадет в окружение. При попытке прорыва в районе города Изюм 25 мая 1942 года, Иван Михайлович получит ранение и попадет в плен.

На сотрудничество с немцами советский генерал не пойдет. Будет содержаться в Хаммельбурге вместе с другими высокопоставленными пленными советскими командирами. За антинацистскую деятельность Шепетова переведут в Нюрнбергскую тюрьму, далее в лагерь Флоссенбюрг. Из этого лагеря Иван Михайлович попытается сбежать, но, к сожалению неудачно. За попытку побега храбрый советский воин будет расстрелян 21 мая 1943 года.

Отмечу, что при подготовке немецкой разведкой покушения на Сталина в 1944 году, диверсант (непосредственный исполнитель) будет снабжен Золотой Звездой и Орденом Ленина гвардии генерал-майора Шепетова. Петр Таврин (настоящая фамилия Шило) будет обезврежен. Награды Шепетова будут переданы в секретариат Президиума Верховного Совета СССР.

141-я стрелковая дивизия генерал-майора Тонконогова

Тонконогов Яков Иванович – ветеран Первой мировой войны. Но, что интереснее, он воевал в армии Деникина против Красной Армии. Однако уже в сентябре этого же 1918 года перешел на другую сторону и добровольно вступил в Красную Армию. После Гражданской войны, остался в армии. Ступенька за ступенькой поднимался по служебной лестнице, окончил (экстерном) пехотную школу командиров в Киеве, курсы "Выстрел". Тонконогов участвовал в войне в Испании, за которую награжден орденом Красного Знамени и медалью "За Отвагу". После, в августе 1939 года полковник Тонконогов назначен командиром 141-й стрелковой дивизии, собственно Яков Иванович сам ее и формирует. Со своей дивизией участвует в походе в Западную Украину и Бессарабию.

22 июня 1941 года генерал-майор Тонконогов по-прежнему командует 141-й стрелковой дивизией, которая состояла из: трех стрелковых (687-й, 745-й, 796-й), артиллерийского (348-й), гаубичного (253-й) полков. Дивизия входила в состав 6-й армии генерала Музыченко и дислоцировалась в Западной Украине.

22 и 23 июня 1941 года дивизия находится на марше, после которого сосредотачивается в районе Збаража. 24 июня два батальона 745-го полка совместно с пограничниками и кавалеристами (14-я кавдивизия), отбивают атаки противника. 26 июня во второй половине дня 141-я стрелковая дивизия успешно отразили атаку 150-200 танков противника на Нв. Почаев. 27-28 июня 1941 года дивизия Тонконогова успешно отражает атаки немецких пехотных частей. Кризис был неизбежен, и он наступил на следующий день. 29 июня пехотные дивизии вермахта нанесли мощный удар по соединениям 37-го стрелкового корпуса (в который и входила 141-я СД) в направлении Тернополя, угрожая полным окружением войскам 6-й армии, ведущим бои в районе Львова. 141-я дивизия начала отступать, части противника заняли Подкамень. Южнее Бродов обойдена подвижными соединениями вермахта, понесла большие потери и поставлена на грань окружения.

30 июня и 1 июля 1941 года 141-я стрелковая дивизия ведет тяжелые бои, прикрывая отступление наших частей из района Львова. Генерал Тонконогов остановил, отходивший в резерв 73-й танковый полк. Танкисты нанесли удар по противнику, тем самым не позволив окружить 141-ю стрелковую дивизию. Далее с боями, дивизия отходит на восток. К 15 июля 1941 года в дивизии осталось менее 1000 человек. При этом не осталось артиллерии и транспорта. При этом 141-я дивизия участвует в контрударе на Оратов.

Бились, что называется до последнего. К концу дня 24 июля 1941 года дивизия была окружена и рассечена противником, понесла большие потери, однако, продолжала сражаться во вражеском кольце. Генерал Тонконогов получил приказ о прорыве из окружения. Его группа была близка к цели, но почти у линии фронта блокирована противником и рассеяна. Яков Иванович был взят в плен (это случилось 8 августа 1941 года). На этом его война была закончена.

До февраля 1943 года Яков Иванович содержится в лагерях военнопленных в Замостье и Хаммельбурге, затем Нюрнбергской тюрьме. После, советский генерал был переправлен в концлагерь Флессенбург и работал в каменоломнях. В июне 1944 года переведен в концлагерь Дахау, где 1 мая 1945 года был освобожден американскими войсками. К чести Якова Ивановича, на предложения вступить в РОА он отвечал категорическим отказом. На сотрудничество с немцами также не шел.

С 10 мая по 31 декабря 1945 года Тонконогов проходил проверку НКВД, после чего был восстановлен в Красной Армии. С января по март 1946 года находился на лечении на курорте, после чего сначала проходил учебу в Академии имени Фрунзе, а затем и сам занимался преподавательской работой. В 1949 году Яков Иванович ушел в запас (по состоянию здоровья). Скончался генерал-майор Тонконогов в Киеве в 1985 году, похоронен с воинскими почестями. За время службы награжден: тремя Орденами Красного Знамени, Орденом Ленина, Орденом Красной Звезды, медалью "За Отвагу", Орденом Отечественной войны I степени.

85-я стрелковая дивизия генерал-майора Бондовского

Александр Васильевич Бондовский – ветеран Первой мировой войны, которую окончил в должности командира полуроты и в чине прапорщика. С радостью принял Октябрьскую революцию и в июле 1918 года вступил в Красную Армию. В Гражданскую войну командовал ротой. Далее Александр Васильевич окончил курсы усовершенствования комсостава «Выстрел», занимал различные должности, в августе 1939 года стал командиром 85-й ордена Ленина (награждена за особые заслуги в помощи при строительстве Челябинского тракторного завода) стрелковой дивизией. Соединение дислоцировалось на Южном Урале, но в июне 1940 года дивизия была передана в состав Западного Особого военного округа.

На 22 июня 1941года в 85-я стрелковая дивизия состояла из: трех стрелковых (59-й, 103-й, 141-й), легкого артиллерийского (167-й), гаубичного (223-й) полков, истребительно-противотанкового (137-й) и зенитного артиллерийского (346-й) дивизионов. Соединение входило в состав 3-й армии генерал-лейтенанта Кузнецова. Дивизия была хорошо укомплектована и считалась одной из лучших в Западном Особом военном округе.

Соединение генерала Бондовского участвует в Великой Отечественной войне с первых же часов. Дивизия вступила в бой с гитлеровцами западнее Гродно. 59-й стрелковый полк держал оборону на юго-западной окраине города. Важно, что один батальон был занят на строительстве укрепрайона и был отрезан от основных сил. После ожесточенных боев полк в ночь на 23 июня 1941 года отошел на рубеж реки Свислочь. Сюда же отошел и 103-й стрелковый полк. 141-й стрелковый полк находился в лагерях западнее Гродно (примерно три километра от города). Наши воины подверглись мощному артиллерийскому и авиационному налетам, выдержав первый натиск вражеской пехоты, в последующем также отступили.

346-й зенитно-артиллерийский дивизион израсходовал все снаряды в первые часы войны, и укрылся в лесу. 223-й гаубичный полк размещался в лесопарке Румлево уже в 4:15 22 июня 1941 года попал под сильный авиационный удар и понес большие потери. Все утро огнем поддерживали 103-й стрелковый полк, ведший ожесточенные бои. Далее подверглись еще одной мощной бомбежке и по приказу комдива отошли на рубеж реки Свислочь.

В ночь на 24 июня 1941 года был получен приказ генерал-лейтенанта Кузнецова о контрнаступлении на Гродно. Приказ был убийственным для дивизии Бондовского. Наши колоны в течение 9 часов несли огромные потери от действий авиации, была уничтожена практически вся артиллерия. Однако дивизии удалось выбить немцев с нескольких высот и к вечеру 24 июня отбросить противника на 4-5 километров.

25 июня 1941 года соединение генерала Бондовского ворвалось на окраину Гродно, но в течение дня были вынуждены отойти в направлении Новогрудок. Дивизия понесла очень большие потери, выполняя приказ командарма. В последующем местные жители 3 недели хоронили воинов в братских могилах. Поселок Вишневец построен непосредственно в месте захоронений.

26 июня 1941 года остатки дивизии (фактически стрелковый батальон) отходят и оказываются в печально известном Белостокском котле. Под командованием полковника Скоробогаткина 15 июля выйдут из окружения в полосе 172-й стрелковой дивизии генерал-майора Романова. Генерала Бондовского уже со своими бойцами не будет. Официально дивизия расформирована в сентябре 1941 года. При прорыве дивизия разделилась на две группы. Группа полковника Скоробогаткина успешно вышла из окружения в полосе 172-ой стрелковой дивизии в районе Могилева. Группе командира дивизии Бондовского повезло гораздо меньше.

21 июля 1941 года генерал Бондовский с группой командиров попал в плен при попытке выхода из окружения у деревни Миляково. В плену Александр Васильевич провел всего 4 дня. При переходе в колоне ему удалось совершить побег в районе деревни Дубинка. После этого Бондовский почти два месяца в одиночестве шел к своим по немецким тылам. Линию фронта генерал смог перейти только 16 сентября 1941 года.

К сожалению, 21 октября 1941 года генерал Бондовский вновь попадает в плен у деревни Колымея. В этот раз удалось сбежать в первую же ночь, убив двух охранников. Вновь два месяца скитаний по тылам противника. Линию фронта Александр Васильевич перешел 24 декабря 1941 года. Следующие полгода генерал-майор Бондовский проходил проверку в особом отделе НКВД, уж очень фантастически смотрелась возможность дважды сбежать от гитлеровцев.

Далее Александр Васильевич работал преподавателем на курсах «Выстрел». Многократно писал рапорта с просьбой отправить его на фронт. В ноябре 1943 года наконец-то удалось добиться своего. Бондовского назначили заместителем командира 121-го стрелкового корпуса, а затем командиром 324-й СД в этом же соединении. Александр Васильевич со своей дивизией участвовал в Гомельско-Речицкой и Рогачево-Жлобинской наступательных операциях.

23 февраля 1944 года генерал с группой офицеров штаба попал под артиллерийский обстрел. Бондовский получил тяжелое ранение, из-за которого ему ампутировали ногу. После излечения в госпитале, Александр Васильевич вернулся к преподавательской работе. В отставку по состоянию здоровья генерал Бондовский ушел в 1947 году. За время службы Александр Васильевич награжден: орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, тремя орденами Красной Звезды, именным оружием, медалями СССР. Скончался генерал Бондовский в городе Иваново в 1970 году. Похоронен там же с воинскими почестями.

Александр Васильевич – один из шести советских генералов, которым удалось сбежать из немецкого плена. Что примечательно Бондовскому удалось это сделать дважды. Судьба генерала Бондовского в принципе сложилась хорошо, в отличие, от других пятерых генералов. Например, генерал Гольцев был расстрелян, Алексеев, и Сысоев до 1946 года находились под следствием, генерал Цирульников был осужден к 12 годам лишения свободы, генерал Огурцов погиб, смертью Героя, воюя в партизанском отряде.

14-я стрелковая дивизия генерал-майора Журбы

Александр Афанасьевич Журба в Первой мировой войне участия фактически не принимал, успел окончить школу прапорщиков и в тот же месяц был уволен. Случилось это в начале октября 1917 года. Журба добровольно вступил в Красную Гвардию сразу же после революции. В Гражданскую воевал на различных должностях, максимальная из которых – командир батальона. Далее продолжил службу в РККА, окончил курсы «Выстрел». Александр Афанасьевич долгие годы занимал преподавательские должности, но в конце 1937 года назначен командиром 147-го стрелкового полка. Журба принимал участие в Советско-финской войне, после которой назначен командиром 14-й стрелковой дивизии Ленинградского военного округа. В июне 1940 году Александр Афанасьевич стал генерал-майором. В этой должности Журба встретил Великую Отечественную войну.

На 22 июня 1941 года 14-я стрелковая дивизия дислоцировалась на самом северном участке советской границы с Финляндией и занимала участок фронта в 300 км вдоль побережья Кольского полуострова (рельеф местности позволял). Соединение входило в 14-ю армию генерал-лейтенанта Фролова. Дивизия включала в себя: три стрелковых (95-й, 135-й, 325-й), артиллерийский (143-й), гаубичный (241-й) полки.

Боевую тревогу генерал-майор Журба объявил в 2:20 22 июня 1941 года. Два стрелковых полка и разведывательный батальон дивизии были выдвинуты непосредственно на границу с Финляндией. Одновременно с этим Александр Афанасьевич назначен начальником Приморского участка обороны Северного флота (с сохранением должности командира 14-й СД). Масштабных боевых действий на этом участке не происходило фактически неделю.

29 июня 1941 года после мощной артиллерийской подготовки при поддержке 120 бомбардировщиков в наступление перешел горнострелковый корпус Вермахта «Норвегия» (в составе было много германских и австрийских альпинистов). Главный удар обрушился на 95-й стрелковый полк, который после кровопролитного боя был вынужден отойти. Отход по скалам, без дорог, через тундровые болота – маневр чрезвычайно сложный. В таких условиях отступали отдельными группами.

Для выяснения обстановки в 95-й стрелковый полк отправился лично командир дивизии. Генерал Журба был ранен в бою, с группой бойцов вырвался из окружения. Однако радость была недолгой, через короткое время наткнулись на подразделение горных стрелков совершавших обходной маневр. В этом бою Александр Афанасьевич погиб смертью храбрых. Враг был остановлен на рубеже реки Западная Лица совместно частями 14-й СД, 23-го укрепрайона при поддержке кораблей Северного флота.

Через две недели 135-й стрелковый полк (позднее преобразован в 254-ую отдельную морскую стрелковую бригаду) отбросил противника и прочно захватил позиции, которые немцам не удалось уже захватить до самого конца войны. Генерал мог спокойно сидеть в штабе, но решил выяснить обстановку лично. Александру Афанасьевичу удалось вывести людей из окружения, жаль, что не получилось сделать это вторично. Так или иначе, бойцы 14-й стрелковой дивизии отомстили за своих товарищей, в том числе и за своего отважного командира.

172-я стрелковая дивизия генерал-майора Романова

Михаил Тимофеевич – ветеран Первой мировой войны, которую закончил в чине поручика. Добровольно вступил в Красную Армию в 1918 году, в Гражданскую войну командовал пехотным полком. Далее продолжил службу в РККА, окончил курсы усовершенствования командного состава при Академии Генштаба. В марте 1941 года генерал-майор Романов назначен командиром 172-й стрелковой дивизии.

Соединение дислоцировалось в Тульской области. Дивизия включала в себя: три стрелковых (388-й полковника Кутепова, 514-й подполковника Бонича, 747-й подполковника Щеглова), гаубичный артиллерийский (493-й полковника Живолупа), легкий артиллерийский (340-й полковника Мазалова) полка, отдельный истребительно-противотанковый (174-й) и зенитный артиллерийский (341-й) дивизионы, части обеспечения. Соединение с 26 июня 1941 года перебрасывалось в район Могилева. В период с 28 июня по 3 июля 1941 года соединение сосредоточилось в районе Могилева и занималось организацией оборонительных сооружений. Время было использовано с пользой, оборону организовали здорово, в том числе и противотанковую.

Первый бой дивизия генерала Романова приняла 8 июля 1941 года, в тот день после авиационной бомбардировки, в стык между 388-м и 514-м стрелковыми полками пошли в атаку части 46-го моторизованного корпуса Вермахта. Потеряв более 40 танков, гитлеровцы прекратили атаку. Немцы вышли севернее Шклова и в районе Быхова, с целью окружения Могилева. 12 июля 1941 года группа Мантейфеля попыталась прорваться к Могилеву вдоль Бобруйского шоссе. Однако после 14-ти часового боя в районе Буйничи атака гитлеровцев была отбита с большими потерями для них. Оборону здесь держал 388-й стрелковый полк полковника Кутепова. На поле боя осталось 39 немецких танков и бронемашин, что и засвидетельствовали военные корреспонденты во главе с Константином Симоновым. О полковнике Кутепове мы поговорим отдельно чуть ниже. В итоге гитлеровцы отказались от захвата Могилева с запада.

Южнее города Днепр форсировали части 4-ой танковой и 10-ой моторизованной дивизий Вермахта. Сюда же на плацдарм была переброшена и 3-я ТД. 14 июля 1941 года гитлеровцы, силами 3-й танковой и 10-й моторизованной дивизий, атаковали с Быховского плацдарма. Однако доблестные защитники Могилева отбили и эту попытку захвата города. Более того с наступлением темноты отряд из 747-го стрелкового полка под командованием майора Златоустовского (начальник штаба полка) атаковали противника и отбросили его на 3-4 километра.

Вместе с тем 16 июля 1941 года немцы захватили Чаусы, тем самым отрезав 61-й стрелковый корпус (генерал Бакунин), в который входила дивизия Романова, от основных соединений Западного фронта. 18 июля 1941 года к Могилеву подошли 7-я и 23-я пехотные дивизии Вермахта. Начиная с 20 июля 1941 года, 7-я пехотная дивизия Вермахта атаковала нашу 172-ю стрелковую дивизию с северо-запада, 23-я пехотная дивизия с юго-запада, также к Могилеву подходила 15-я и 78-я пехотные дивизии. Бойцы генерала Романова доблестно отразили и этот удар превосходящих сил противника.

24 июля 1941 года командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Фон Бок записал в своем дневнике:

«Могилев, который сейчас подвергается атакам трех дивизий и сильному артиллерийскому обстрелу, находится на грани коллапса, но, тем не менее, все еще продолжает огрызаться. Все-таки русские невероятно упрямы!».

25 июля 1941 года гитлеровцы оттеснили 172-ю стрелковую дивизию к окраинам города и отрезали ее от главных сил 61-го стрелкового корпуса (находились в окружении северо-восточнее Могилева). В течение целых трех недель дивизия генерала Романова обороняли Могилев от сильно превосходящих сил противника. В районе города были скованы значительные силы Вермахта. В эти дни соединение испытывало сильную нехватку боеприпасов. Снабжать окруженную дивизию было сложно. Однако ночью 24 июля 1941 года в расположение было сброшено 247 мешков с боеприпасами. Сведений о том, получен ли груз в целости не сохранилось.

Связи с командованием у генерала Романова не было, и в ночь на 27 июля 1941 года Михаил Тимофеевич принял самостоятельное решение о прорыве из окружения. Иного выхода с учетом острой нехватки боеприпасов просто не было. Прорыв начали в полночь. При выходе из окружения генерал Романов получил тяжелое ранение. Некоторое время его укрывал в своем доме колхозник Асмоловский. Многие из Вас видели фильм Озерова «Битва за Москву». Произведение монументальное и нужное, но и в нем есть несколько исторических неточностей. В частности, говорится, что генерал Романов стал командиром партизанского отряда и после был повешен гитлеровцами. Это не так.

На самом деле, Михаила Тимофеевича обнаружили в доме неравнодушного колхозника. Кстати, Асмоловский был за укрывательство повешен. Генерала Романова отправили в Луполовский концлагерь, откуда он попытался сбежать. Далее отправили в известный концлагерь для командного состава РККА Хаммельбург. И здесь после повторной попытки побега Михаил Тимофеевич был расстрелян 3 декабря 1941 года.

Полковник Кутепов

Полковник Кутепов является прототипом Серпилина из хорошо известного произведения Константина Симонова «Живые и мертвые». Семен Федорович – ветеран Первой мировой войны, которую закончил в чине подпоручика (кстати, окончил Александровское военное училище). В Красную Армию Кутепов добровольно вступил еще в конце 1917 года. В Гражданскую командовал ротой, был ранен. Далее продолжил службу в РККА, с отличием окончил Военную академию имени Фрунзе, в совершенстве владел немецким языком. К 1941 году Семен Федорович командует 338-м стрелковым полком.

172-я стрелковая дивизия (в которую входил 338-й стрелковый полк) к началу Великой Отечественной войны дислоцировалась в Тульской области. В период с 28 июня по 3 июля 1941 года соединение прибывало эшелонами в район Могилева. В первый бой полк полковника Кутепова вступил 8 июля 1941 года. Те несколько дней, которые были в распоряжении у 172-й дивизии и 338-го стрелкового полка в частности, было использовано с большой пользой.

Было абсолютно верно предсказано направление главного удара противника, а именно шоссе Бобруйск – Могилев. Кроме того была создана обширная сеть траншей полного профиля, вырыт противотанковый ров, выставлены минные поля. В районе Буйничи на самом опасном участке держал оборону 338-й стрелковый полк усиленный 340-м артиллерийским полком.

8 июля 1941 года немцы после мощного артиллерийского и авиационного налета ударили в стык между 338-м и 514-м стрелковыми полками. Гитлеровцы в итоге потеряли более 40 танков и были вынуждены отказаться от атаки. 12 июля 1941 года группа Мантейфеля попыталась прорваться к Могилеву вдоль Бобруйского шоссе. Однако после 14-ти часового боя в районе Буйничи атака гитлеровцев была отбита с большими потерями для них. На поле боя осталось 39 гитлеровских танков. Именно освещать этот бой, и прибыл Константин Симонов.  20 июля 1941 года в газете «Известия» об этом бое был напечатан очерк военного корреспондента  «Горячий день».

Немецкие танки попали на минное поле, где были прицельно уничтожены нашей артиллерией. Кроме того было уничтожено до батальона моторизованного полка. Вот как о полковнике Кутепове вспоминает сам Константин Симонов:

«Кутепов сказал: вот говорят танки, танки. А мы их бьем. Да! И будем бить. Это точно. Если пехота решила не уходить и закопалась, то никакие танки с ней ничего не смогут сделать…В те дни я ничего не мог писать, пока не коснулся точки опоры – встретил часть, которая не отступала, а дралась. Тут я впервые увидел, что фашистов действительно бьют. Я увидел – есть люди, которые остановят врага…В моей памяти Кутепов – человек, который, останься он жив там, под Могилевом, был бы способен потом на очень многое».

Целых три недели советские воины геройски обороняли Могилев от превосходящих сил противника. Большую часть времени 172-я дивизия дралась в окружении, следовательно, боеприпасы были на исходе. Конечно, сбрасывались боеприпасы и продовольствие с самолетов, но специальных контейнеров в Красной Армии не было. Во-первых, это была капля в море, во-вторых, не все мешки с патронами нашли, да и большинство из них пришли в негодность. Добавлю конкретно о Кутепове. 24 июля 1941 года в штаб генерала Романова прибыли парламентеры с предложением почетной капитуляции. Естественно им было отказано. В ночь на 27 июля 1941 года была предпринята попытка выхода из окружения

Достоверно о судьбе полковника Кутепова, можно сказать только одно – из окружения он не вышел. Были свидетели того, что Кутепов был сражен пулей ночью 27 июля 1941 года, но вот выжил он или нет непонятно. Существует версия, что раненый Кутепов попал в плен, из которого сбежал. Далее командовал партизанским отрядом и погиб только в январе 1942 года. К сожалению, из партизанского отряда до конца войны дожил только один человек, который и показал, что командовал им Семен Федорович Кутепов.

Так или иначе, полковник Кутепов свой вклад в общую Победу внес. На три недели противник был скован боями в районе Могилева. Кроме того не забывайте о моральном духе, который подняла статья Симонова. Кутепов и его бойцы показали, что можно бить и бить успешно немецкие танковые дивизии. За бои за Могилев Семен Федорович награжден орденом Красного Знамени (посмертно). В честь Кутепова названа одна из улиц в Могилеве.

51-я стрелковая дивизия генерал-майора Цирульникова

Петр Гаврилович Цирульников не воевал в Первую мировую в силу своего возраста, добровольно вступил в Красную Армию в 1919 году. Воевал в Гражданскую, участвовал в советско-польской войне, участвовал в боевых действиях против финских войск. Далее продолжил службу в РККА. Окончил курсы комсостава РКАА «выстрел». В январе 1939 года Цирульников назначен командиром 51-й стрелковой дивизии, с которой участвует в Советско-финской войне. В июне 1940 года Петру Гавриловичу присвоено звание генерал-майор.

К 22 июня 1941 года 51-я стрелковая дивизия занимала участок обороны по восточному берегу Дуная от Измаила до Черного моря и входила в 14-й стрелковый корпус генерала Егорова. В соединение входили: три стрелковые (23-й, 287-й, 348-й), артиллерийский (218-й) полки, истребительно-противотанковый (277-й) и зенитный артиллерийский (165-й) дивизионы.

Первый бой с врагом дивизия приняла 24 июня 1941 года, когда успешно отбросили немецкий речной десант. 24-26 июня 1941 года 23-й стрелковый полк совместно с 79-й погранотрядом успешно форсировали Дунай и захватили плацдарм на территории Румынии. Это был один из случаев, когда наши войска перешли госграницу в начале войны (такой же пример был с 125-й стрелковой дивизией генерал-майора Богайчука на Северо-Западном фронте и с 8-ым стрелковым корпусом генерала Снегова). Отмечу, что бои на этом плацдарме продолжались вплоть до 19 июля 1941 года.

6 июля 1941 года была создана Приморская группа войск с целью обороны Одессы. Костяк войск составляли 25-я Чапаевская, 51-я, 150-я стрелковые дивизии. На 12 июля 1941 года в соединении Цирульникова было 14 711 человек, 131 артиллерийское орудие, 138 минометов, 166 станковых и 20 зенитных пулемета, 307 автомобилей, 90 трактора, 2 391 лошадь. 17 июля 1941 года немцы перешли в массированное наступление и овладели четырьмя населенными пунктами в полосе обороны 51-й стрелковой дивизии. Исправить положение, генералу Цирульникову было не суждено, дело в том, что дивизию передали в 9-ю армию генерала Харитонова.

3 августа 1941 года 51-я СД совместно с 30-й дивизией перешли в наступление, которое развивалось успешно. Однако 6 августа из-за отхода соседнего 48-го стрелкового корпуса было приказано начать отступление во избежание окружения. Отошли на рубеж Одесса-Котовск. К тому моменту на Южном фронте сложилась очень тяжелая обстановка и возникла реальная угроза расчленения войск фронта и прижатия к Черному морю. В ночь на 10 августа 1941 года 51-я стрелковая дивизия по приказу командующего Южного фронта заняла оборону на линии Кутузовка – Березовка и прикрывала Николаевское направление.

11 августа 1941 года под ударами сильно превосходящих сил противника 51-я и 30-я стрелковые дивизии были вынуждены начать отход к Бугскому лиману. При этом продолжалось наступление немцев и венгров на Николаев. Армия генерала Харитонова была под реальной угрозой окружения, которое собственно и случилось 13 августа 1941 года в районе Николаева.

15-20 августа 51-я стрелковая дивизия, как и другие войска 9-й армии пытались выйти из окружения. 18 августа основными силами в районе Елизаветовки удалось прорваться к Днепру. Генерал Цирульников приказал основным силам переправляться через Днепр. Сам же остался с отрядом добровольцев дожидаться выхода из окружения своих бойцов. Ждали вплоть до 20 августа 1941 года, после чего переправились к основным силам. Отмечу, что за эти двое суток к Цирульникову вышло примерно 350 бойцов. На 22 августа 1941 года в дивизии было 5 862 человека, сохранили 37 орудий и 280 автомашин.

Дивизия воевала хорошо, удалось переправиться через государственную границу, позже успешно выйти из окружения. Несмотря на тяжелые бои, потери были не катастрофичными.

До 25 августа 1941 года 51-я стрелковая дивизия восстанавливала свою боеспособность, после чего заняла оборону по левому берегу Днепра на участке Алешки – Рыбальче. Где сдерживали противника вплоть до 30 августа. За эти 5 дней потеряли 13 человек убитыми и 39 ранеными.

31 августа 1941 года сосредоточились в районе села Большие Копани (сейчас Херсонская область). 2 сентября 1941 года вступили в бой против немецких частей, захвативших плацдарм в районе Каховки. Плацдарм удалось сократить, но немцев отбросить обратно за Днепр не смогли. С 8 по 15 сентября 1941 года отходили на юго-восток вместе с другими соединениями 9-й армии генерала Харитонова. На 15 сентября в дивизии генерал-майора Цирульникова оставалось 2 987 человек, 19 орудий, 16 минометов, 27 пулеметов. Фактически это был уже стрелковый полк.

16 сентября 1941 года 51-я СД атаковала противника наступающего на Мариуполь. 17 сентября были вынуждены отойти и занять оборону южнее Мелитополя (важно, что без 23-го стрелкового полка). 20 сентября были выведены в армейский резерв и готовились к контрнаступлению, подготовленному штабом генерала Харитонова. Начиная с 28 сентября 1941 года, 51-я стрелковая дивизия, усиленная резервами (в том числе танками) начала наступление в районе Беловский – Веселое. Особого успеха добиться не удалось, но смогли сковать боем значительные силы противника. 1 октября 1941 года перешли к обороне.

Пару слов о 23-м стрелковом полке, это тот самый который перешел государственную границу СССР 24 июня 1941 года и захватил плацдарм на территории Румынии. На тот момент командиром был подполковник Скляров. 1 октября 1941 года полк переформирован в 23-й полк НКВД и действовал как самостоятельная отдельная боевая единица в 9-й армии. Полк применялся на самых тяжелых и ответственных участках. В январе 1942 года на базе полка сформирована 23-я отдельная мотострелковая бригада фронтового подчинения, а в 51-й стрелковой дивизии сформирован 23-й стрелковый полк второго формирования. Небольшая, но думаю, важная ремарка.

2 октября 1941 года стратегическая обстановка на юге была близка к катастрофической. Немцы наступали мощной группировкой из танковых и моторизованных соединений из района Днепропетровска. Генерал Цирульников получил приказ начать немедленный отход и 4 октября 1941 года занять оборону по восточному берегу реки Молочная. Приказ был успешно выполнен. В ночь на 6 октября 1941 года дивизия была вынуждена отступить под напором превосходящих сил противника. От танков к тому моменту отбиваться было уже практически не чем. Прикрывались оставшейся артиллерией и стрелковым батальоном.

К 7 октября 1941 года 51-я стрелковая дивизия, как и вся 9-я и 18-я армии была в плотном кольце окружения. Главным противником соединения генерала Цирульникова на тот момент была моторизованная бригада СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер». Не имея связи со штабом армии и фронта, генерал-майор Цирульников принимает решение идти на прорыв. Пробивались в районе Алексеевки, Андреевки и Троицкого. В бою 8 октября 1941 года генерал Цирульников попал в плен.

10 октября 1941 года остатки 51-й стрелковой дивизии смогли пробиться из окружения. К своим вышли чуть более 300 человек. Личный состав был передан в 30-ю стрелковую дивизию. При перевозке военнопленных 21 октября 1941 года Петр Гаврилович успешно сбежал (как генералы Бондовский, Огурцов, Сысоев). 11 ноября генерал Цирульников в гражданской одежде перешел к своим на участке Юго-Западного фронта. В январе 1942 года отправлен в Москву.

18 февраля 1942 года Петр Гаврилович Цирульников был арестован и обвинен в добровольной сдаче в плен. Подозревался также бывший комдив 51-й СД в том, что был завербован немецкой разведкой и переброшен через линии фронта со шпионскими целями. Все обвинения Петр Гаврилович категорически отрицал. Из армии Цирульников был уволен только в январе 1944 года. 24 марта 1952 года был осужден Военной коллегией Верховного суда СССР к 12 годам лишения свободы. В августе того же года дело было пересмотрено и в отношении Цирульникова была применена амнистия. 4 сентября 1952 года Петр Гаврилович вышел на свободу. 10 лет человек пробыл в заключение без приговора суда.

28 августа 1953 года Цирульников был реабилитирован и восстановлен в звании и в Красной Армии. Окончил Военную академию имени Ворошилова, работал начальником кафедры Московского авиационного института. 9 января 1957 года Петр Гаврилович отправлен в отставку по болезни. Умер 28 января 1985 года, похоронен с воинскими почестями на Митинском кладбище в Москве. Тяжелейшая судьба была у Петра Гавриловича. Свидетельств добровольной сдачи в плен не было, одни предположения. Сказалось то, что Цирульников не был ранен. Держать человека 10 лет в заключении, основываясь лишь на подозрении в измене Родине, думаю, было не справедливо.

100-я стрелковая дивизия генерал-майора Руссиянова

Иван Никитич в РККА с ноября 1919 года, участвовал в гражданской войне. Далее продолжил службу в Красной Армии. Окончил школу комсостава, стрелково-тактические курсы усовершенствования комсостава «Выстрел», Академию Генерального штаба. В 1940 году генерал-майор Руссиянов назначен командиром 100-й стрелковой дивизии 2-го стрелкового корпуса (генерал-майор Ермаков) Западного Особого военного округа (командующий генерал армии Павлов).

На 22 июня 1941 года дивизия дислоцировалась в районе Минска. В состав соединения входили: три стрелковых (5-й, 331-й, 355-й) артиллерийский (34-й), гаубичный (46-й) полки, 81-й дивизион противотанковой обороны, минометный батальон (397-й), зенитный артиллерийский дивизион (183-й).

Первые три дня Великой Отечественной войны для дивизии генерала Руссиянова были спокойными, соединение пополнялось личным составом за счет мобилизованных из запаса. Вечером 25 июня 1941 года 100-я стрелковая дивизия была выдвинута севернее столицы советской Белоруссии для ликвидации прорыва 3-й танковой группы Вермахта (Герман Гот) на шоссе Минск – Борисов. К тому моменту вся артиллерия соединения была передана в 44-й стрелковый корпус, а некомплект в личном составе составлял до 3 тысяч человек (по штату военного времени).

Соединению была поставлена задача – занять прочную оборону в районе Вандолино-Боровцы-Ошмянцы. На марше дивизия подверглась массированному налету авиации, которая заметно потрепала тылы стрелковых полков. Из-за отсутствия артиллерии, Руссиянова снабдили большим запасом бутылок с зажигательной смесью. 26 июня 1941 года 100-я стрелковая дивизия успешно отражает атаки противника (и это без артиллерии). На следующий день 27 июня 1941 года Руссиянову вернули его артиллерию и дополнительно 151-й артполк. Однако дивизия под угрозой окружения была вынуждена отступить на рубеж реки Волма. 28 и 29 июня 1941 года соединение ведет упорные бои на указанном рубеже. В окружение попали основные силы 331-го стрелкового полка (два батальона), которым удалось прорваться лишь в середине июля 1941 года.

К этому моменту согласно донесению генерала Руссиянова дивизия уничтожила три пехотных батальона, роту парашютного десанта и до четырех мотоциклетных рот противника. Кроме того подбито 80 танков и 21 уничтожено. Уничтожено 19 противотанковых орудий. 30 июня 1941 года немцам удалось форсировать реку, а уже 1 июля 100-я стрелковая дивизия, отступив по приказу, занимает новый оборонительный рубеж, где удерживали позиции вплоть до 3 июля 1941 года. Соединение Руссиянова уже обошли с фланга, кроме того сопернику удалось прорвать фронт самой дивизии. На устранение прорыва были отданы большие силы. После боя за переправу у Березино, Руссиянов со своими бойцами был вынужден совершить 40-км марш на север для переправы на участке 161-ой СД (полковник Михайлов) и вернулся к Березино уже с восточного берега. Здесь вновь вели тяжелые бои до 6 июля 1941 года.

В ночь на 7 июля 1941 года Руссиянов получил приказ на отступление. Отходить приходилось с тяжелыми боями, и к 9 июля соединение было расчленено, 85-й и 355-й стрелковые полки попали в окружение. Прорваться к своим они смогли 13 июля 1941 года в районе Монастырщины. Дивизия была выведена в резерв фронта для отдыха и пополнения. Соединение Руссиянова воевало результативно, при этом потери в личном составе были относительно небольшими (в реалиях июня 1941 года, конечно). Удалось вывести более 5,5 тысяч личного состава, весь автотранспорт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.