Анна Дубинская
Счастье на память

Глава 1 «58 дней моей жизни»

Счастье на память

Серия "Сердце бунтаря"

Сегодня я встаю рано от отчаянного ощущения, что упускаю из своих рук что-то очень важное. Это чувство, как зажатая пружина засело в самой груди в районе солнечного сплетения и мешало свободно дышать. Две недели назад меня выписали из больницы с диагнозом амнезия. Последнее, что помню, это как я прокричала: «Кошки тоже летают» и с этим визгом плюхнулась с тарзанки в воду. А дальше пустота, белый лист, вакуум, черная дыра…

Как я до такого докатилась, спросите вы? Сейчас расскажу, но начну по порядку.

Меня зовут Майя Клубничная, мне восемнадцать лет. В июне я окончила школу, успешно сдала экзамены и поступила в наш Государственный институт на юридический факультет. Мой папа Виктор Борисович десять лет назад основал собственную юридическую компанию, и это стало смыслом всей его жизни. По его мнению, это дело должно было стать и моим смыслом. Я пока этого не ощутила, а вот папа безумно рад, что я пойду по его стопам.

Совсем недавно мы перебрались из старенького дома, точнее части дома в собственный кирпичный просторный новый дом. Родители всегда мечтали о своем доме без соседей и вот эта пора наступила. Благодаря папе, конечно. Ведь в последнее время дела у компании пошли в гору, и мы можем себе позволить даже два дома.

У меня нет парня. В школе я встречалась с Лешкой Суповым. Но наши отношения долго не продлились. Его резкая попытка с романтики телепортироваться в постель, меня обескуражила. Может быть, даже не потому, что все как-то быстро произошло, а потому что не хотела сближения с ним. Сама не знаю. Я послала его на все четыре стороны и стала свободна.

Недавно, в один летний прекрасный день я по своей глупости попала под колеса одному мотоциклисту. Мне чудом удалось выжить. Бог подарил мне второй шанс на жизнь. Все твердили, что у меня сильный ангел-хранитель, раз я выжила и ничего себе не повредила. Да, это так. Я безумно благодарна всевышнему за это. Но не все коту масленица!

После аварии я пролежала в больнице неделю, а потом меня выписали, не выявив никаких нарушений и травм. НО!

Я потеряла память! Да, да, это и есть та самая ложка дегтя в моей истории.

Тот парень, который сбил меня, сразу вызвал скорую помощь. В больнице, когда врач спросил мое имя, я не смогла ответить, я просто забыла, как меня зовут. Меня охватила паника. Я боялась, что врач покрутит у виска и подумает, что я сошла с ума. Но вопреки моему страху все прошло нормально. Меня спокойно выслушали, проводили в палату и позвонили моим родителям. Когда приехали мама с папой, я сразу узнала их, а также вспомнила, кто я такая и где живу. С воспоминаниями у меня сильно заболела голова, и это было неописуемое ощущение. Меня оставили в стационаре на обследование. Позже выяснилось, что я не могу вспомнить, как вообще оказалась на улице, а также не помню почти два месяца своей жизни до аварии.

Из-за сильного ушиба головы у меня случилась амнезия. Врач говорит, что мой случай один на миллион, и, скорее всего, я уже никогда не вспомню отрезок жизни, который забыла. И это убивает меня, не дает расслабиться, не дает свободно жить.

Я не помню свое лето. Что делала? С кем общалась? Куда ходила, как просыпалась, как засыпала? НИ ЧЕ ГО. Последнее четкое воспоминание, это как мы всей семьей отмечали день рождения моего младшего брата Стаса. Мы ездили в аквапарк и купались там весь день. А дальше ничего, словно злой хитрец вырвал пятьдесят восемь страниц моей жизни и бесследно их сжег. Пятьдесят восемь, именно столько дней я не помню. С восьмого июня по пятое августа.

По рассказам родителей все лето я провела как обычно со своими лучшими подругами. И девчонки подтверждают это. Но почему так странно на душе, почему не могу смириться с потерей? Скитаюсь по улицам в догадках. Не могу спокойно спать. Ищу тревожно ответы…

Что же я делала? Неужели за лето не произошло ничего интересного? Мне безумно хочется вспомнить эти потерянные дни. Просто не представляете как! Но не могу. Я просто забыла к черту все свои каникулы.

***

До учебы осталось всего ничего. Я в полном порядке, хоть и продолжаю пить лекарства. Мама говорит, что пропить курс нужно обязательно. Каждый день с утра мама интересуется, вспомнила я что-нибудь или нет. Я грустно отвечаю, что нет. И мама, слегка махнув рукой, говорит: – Не переживай, тебе уже все рассказали, чего там вспоминать еще?

И правда, мои представления о лете, как бы это сказать, «синтетические», ненастоящие. Не мои как будто. Все рассказы про меня я воспринимаю, как рассказы про другого человека. Хотя в реальности есть много подтверждений. Например, у меня есть новая сумочка, которую по рассказам подруг мы купили этим летом. И у меня есть загар, который я получила, загорая на пляже. В соц. сетях есть опубликованные посты, в телефоне есть свежие фотографии. Но я не помню, когда я их делала, и какое у меня было настроение. Что я говорила? О чем думала? ПУСТОТА…

Самое страшное, что я почему-то переживала, что могла кого-то обидеть. Но расспросив всех родных и близких, выяснила, что все было хорошо. Обычное простое лето. Вот и все. Вспоминать нечего.

Позавтракав, я собираюсь гулять. Беру свой любимый скейтборд и уезжаю из дома. С тех пор как меня выписали из больницы, я стала сама не своя. Мне почему-то все чаще хочется побыть одной и уйти в свои мысли. По этой причине я отказываю Витке и Сашке встретиться и прошвырнуться по магазинам. Я безумно люблю своих девчонок. С ними я знакома со школьной скамьи. Но снова отказываю им. Ну не тянет меня гулять совсем! Хочу одиночества и покоя. Честно, я еще надеюсь, что произойдет чудо, и я все вспомню. На природе, когда я одна, и мне не мешают вечно жужжащие подруги, мне легче сконцентрироваться и подумать.

Сегодня хочу прокатиться по центральному парку и посмотреть на фонтан. Этим летом его отреставрировали, и он стал еще красивее. К тому же в парке всегда тихо, спокойно, нет машин и тем более мотоциклистов. Ужасно вспоминать о том, что произошло.

Зелень парка удивляет своей пестротой. Воздух свежий и теплый. Здесь много отдыхающих. Есть просто влюбленные парочки, а есть и пенсионеры, которые тоже не хотят сидеть дома, а выбирают погреться на солнышке в последние летние деньки. Настроение мое улучшается, и я присаживаюсь на скамейку. Смотрю на фонтан. Он расположен прямо по центру. Переливаясь каплями воды, журчит неспешно и лениво. Так красиво, что дух захватывает. Можно было смотреть вечно. Но меня вдруг отвлекает молодая пара.

– Извините, вы можете нас сфотографировать? – чрезмерно улыбаясь, спрашивает рыжеволосая девушка.

– Да, конечно, без проблем!

Я встаю со скамейки и подхожу к молодой паре. Мужчина со смешными усами протягивает мне профессиональный фотоаппарат.

– Ух ты, профессиональный! – замечаю я, взяв его в руки. У него приятный тяжеловатый корпус.

– Да, профессиональный! – хвастаясь, отвечает мужчина.

– Круто! Куда нажимать? – верчу его в руках.

– Я уже все настроил, вам нужно лишь нажать эту кнопку.

– Окей! – прицеливаюсь пальцем, и тут меня охватывает мутное чувство дежавю.

Знаете, бывает так, как будто ты это уже делал. Но ты точно уверен, что не делал этого. Всегда удивлялась такому ощущению, как и сейчас стою в ступоре.

– Только захватите, пожалуйста, весь фонтан, чтобы его было видно! Даже если мы мелко получимся, – звенит голос девушки, и я отмираю.

Крепко сжав в руках фотоаппарат, отхожу на небольшое расстояние от них. Мужчина обнимает девушку. И я уверенно щелкаю их несколько раз.

– Спасибо большое, – благодарит девушка.

– Пожалуйста!

Я отдаю им фотоаппарат и снова сажусь на прежнее место. Несколько мгновений наблюдаю за ними. Они такие счастливые. Радуюсь за них. Хоть у кого-то все в жизни хорошо.

У меня тоже неплохо. Самое главное – все есть. Подруги верные. Родители, слава богу, живы здоровы. Но почему-то счастья я не ощущаю.

Я гипнотизирую фонтан еще очень долго, а потом решаю размяться и прокатиться по городу.

Глава 2 "Незнакомец"

Я, не спеша, проезжаю несколько кварталов, ощущая спокойствие и пустоту. Хочу сойти вниз к реке и посидеть там. Обычно я сворачиваю на Ленинградском проспекте, но сегодня вдруг решаю проехать другим путем, по кольцевой дороге, в объезд. Этот путь длиннее почти в два раза, и не знаю, каким чудом меня потянуло ехать новой дорогой. В этом районе я еще не все улицы знаю и здесь могу легко заблудиться. Но меня это не страшит, наоборот, подначивает любопытство, и я еду вперед.

Через несколько километров выезжаю к большому стадиону. Можно сказать, это огромная спортивная площадка. Здесь просторно и тихо. Слева располагаются две секции для игры в баскетбол. Далее зона волейбола. Справа имеются снаряды для физических упражнений и несколько стоящих в ряд столов для пинг-понга.

Из отдыхающих почти никого нет: только компания детей на велосипедах и какой-то мужчина в инвалидной коляске. Дорога идеально гладкая. Мне здесь нравится. Я меняю свое направление и уверенно заезжаю на стадион.

Радуясь такой невероятной находке, мчусь по асфальту. Он сверкает у меня под ногами стальным серебром. Чувствую запах лета и адреналина. Я быстро набираю скорость. Поднимаю доску сильным толчком ног и подпрыгиваю вместе с ней. Лечу почти метр вперёд и с характерным стуком приземляюсь. Получилось. Меня это радует.

На доске я с десяти лет. Я овладела многими классными трюками за это время. Сейчас, когда стала взрослее, они как-то сами по себе отошли на дальний план. Но вот ездить я до сих пор люблю, несмотря на то, что подруги советуют вырасти из детской забавы, пока не могу обойтись без доски.

Я перекручиваюсь с доской вокруг своей оси и делаю еще несколько легких трюков. Просто так для настроения. Проезжаю компанию подростков и вдруг ощущаю на себе чей-то очень пристальный взгляд. Я притормаживаю. Резко поворачиваю голову, ищу глазами того, кто смотрит.

И чуть ли не падаю с доски, когда понимаю, кто именно так смотрит. С меня не сводит глаз колясочник. Я ошиблась, назвав его мужчиной. Он совсем молодой парень, мой ровесник.

От сильного удивления я останавливаюсь и тоже смотрю на него. Одет он совсем просто, но почему-то сразу приковывает к себе взгляд. Дымчато-серого цвета футболка подчеркивает широкие плечи и ровный загар. За спортивными шортами угадываются узкие бедра. Русые волосы слегка завиваются и придают ему совсем мальчишеский вид. Издалека его глаза кажутся почти черными, и по неизвестной причине пронзают меня будто насквозь. Он смотрит пристально и настороженно.

От его взгляда меня охватывает странный порыв неловкости. Почему он так смотрит?

Я поправляю бейсболку на голове и снова встаю на доску. Еду прямиком к нему. А что еще остаётся делать? Не стоять же истуканом? Возможно, я смущаю его не меньше, чем он меня.

Проезжаю в паре метров от парня. Мне кажется, он хочет что-то сказать. Вижу краем глаза, как он вслед за мной поворачивает голову. Вот чудак.

Интересно, что с ним случилось? Мне его жалко. Парень молодой симпатичный, а вынужден сидеть в инвалидном кресле. Как хорошо, что у меня есть руки и ноги, я цела и навредила. Порой мы, забываем про это и не ценим свободу передвижения.

Медленно толкаю доску вперёд и так проезжаю несколько кругов. Потом останавливаюсь, чтобы попить воды.

Парень еще не ушел с площадки, но больше не смотрит на меня. Он играет в баскетбол, точнее, просто бросает мяч в кольцо. Не всегда попадает в цель, но, в общем, получается довольно неплохо. Молодец! Дух захватывает, когда смотрю на таких людей. Несмотря на свой недуг, занимается спортом и старается быть как все здоровые люди.

Несколько минут наблюдаю за ним. До тех пока он, словно почувствовав, оборачивается и замечает мой взгляд. Я снова смущаюсь и отворачиваюсь.

Убираю воду в рюкзак. И зачем-то достаю телефон, проверяю время. Просто чтобы показать ему собственное безразличие.

Глубоко вздыхаю и чувствую, что он больше не смотрит на меня. Отлично!

Мне здесь нравится и хочется остаться потренироваться в выполнении трюков. Я осматриваю стадион и просто волшебство, нахожу маленькую площадку как будто специально оборудованную для скейтеров. С радостью еду туда в надежде отвлечься и как следует покататься.

По пути смотрю вновь на парня. Плечи напряжены, в руках крепко зажат баскетбольный мяч. Лицо сосредоточенно. Бросок и…

Он не попадает в кольцо. Он с досадой опускает руки, видно, что он злится. Мяч прыгает в сторону и катится прямо к моим ногам. Я резко торможу ногой и спрыгиваю с доски. Мяч преграждает мне путь. И мне ничего не остаётся сделать, как поднять его с земли.

Легко подхватываю мяч и кручу его в руках. В юности мой папа играл в баскетбол. А когда я была ещё ребенком, мы часто играли с ним в нашем дворе. Поэтому кое-какие приемы я знаю. И сноровка, надеюсь, осталась.

Незнакомец замечает, как я верчу его мяч, и сильно удивляется этому. Он даже белеет, словно сильно напуган. Нервным движением дёргает за колеса и медленно направляется ко мне.

Я, набравшись смелости, тоже иду ему навстречу. Я же ничего плохого не сделала? Почему он такой злой, не пойму?

И вот через несколько секунд мы встречаемся и оба замираем. Смотрим друг на друга. Я сверху вниз на него. А он снизу на меня исподлобья.

По коже пробегают мурашки от его темно-зелёных глаз. Он медленно изучает каждую чёрточку моего лица. Слишком лично и внимательно рассматривает меня. Странный, удивительный и красивый… Он мне нравится, но пугает своим жёстким недоброжелательным взором.

Я улыбаюсь в надежде, что он тоже улыбнется мне. Ничего не происходит. Тогда я начинаю говорить:

– Мяч надо бросать выше. И немного левее встать. Здесь мешает солнце, оно слепит тебя, и ты снова не попадаешь в цель…

Он молчит. Ну все! Это уже невежливо!

– Эм, как бы я с тобой сейчас говорила. Привет! – взволнованно закусываю нижнюю губу.

Он молчит, просто смотрит на меня и все.

– Ты что глухой? Не пойму? Читать по губам-то умеешь, наверное. Смотри. Мяч надо кидать чуть выше, – начинаю изображать бросок и при этом широко открываю рот, чтобы он меня понял.

Он молчит. Его губы трогает улыбка, но через миг он, будто пересиливая себя, снова хмурится.

– Але парень, ты понимаешь, о чем я?

И себе под нос добавляю тихо.

– Правда, что ли, глухой.

– Я не глухой, – вдруг произносит он.

Звенящее напряжение в басовитом голосе парня заставляет меня вздрогнуть. Я отступаю на шаг. Но мяч продолжаю крепко сжимать в руках. Нахожу его глаза и натыкаюсь на испытующий взгляд.

– А почему молчишь? – осторожно спрашиваю у него.

– Отдай мяч и едь, куда ехала, – тихо, совсем не грубо говорит он. Но меня это сильно цепляет. Что этот парень о себе возомнил?

– Что? Ну и ладно. Держи, Майкл Джордан.

Я бросаю в него мяч, почему-то сильно разозлившись. Индюк блин. Почему нельзя быть вежливым?

Мяч попадает ему прямо в грудь, и он не успевает его словить. От удара он резко вздыхает. А я готова провалиться в другую вселенную. Я краснею, чувствую, как щеки пылают от стыда. Мне становится жаль его. Он в коляске, а я поступила как… боже. Ещё и наговорила ему всякой чепухи про глухоту. Ударила его. Ужас.

Я медленно поднимаю мяч и подхожу совсем близко к нему. Заглядываю в его глаза и выдавливаю полуулыбку.

– Прости, что так получилось. Я не в духе сегодня. Прости, что побеспокоила. Я не хотела сделать тебе больно. Не хотела, – протягиваю к нему руки.

Он молча берет мяч и, потеряв ко мне всякий интерес, разворачивает коляску.

Я виновато смотрю на него, поджав губы. Хочу ещё что-то сказать, ведь понимаю, что обидела его. Вижу его недовольный профиль лица, но слова застревают в горле.

Неожиданно лучи солнца падают на него, и я не самовольно замечаю отблеск на его шее.

Кулон! У него на шее висит кулон! Раньше я его не видела, а вот сейчас хорошо отчётливо могу его разглядеть.

Украшение серебряное в виде овала с потемневшими от времени краями. По центру маленькое сердечко из черного турмалина. И этот кулон… Этот кулон безумно похож на мой. Точнее сказать, он один в один как мой кулон. Я более чем уверена…

Моя бабушка подарила его на день рождения как семейную реликвию. И разразись сейчас гром, если я ошибаюсь…

Но как?

Парень отворачивается и, нервно крутя колесами, уезжает от меня.

– Стой, стой, подожди. Откуда у тебя мой кулон? Откуда он у тебя? Говори!

Я подлетаю к нему и слегка касаюсь плеча. Незнакомец, чье имя мне ещё не известно, резко тормозит и чуть ли не наезжает мне на ногу.

– Какой еще кулон? – сухо отвечает парень и совсем не смотрит на меня.

Но зато он делает другое. Он прячет кулон под ворот футболки. Теперь сомнений быть не может. Он принадлежит мне!

– Этот! У тебя на шее! – показываю пальцем на него. Кулон, который ты только что спрятал! Это мое!

– С чего бы это твое? Если это мое. Он висит у меня на шее, а не у тебя, – насмешливо дерзко отвечает незнакомец.

Он хватается за колеса и пытается меня объехать как бесполезную преграду.

– Это мой кулончик, правда! Я тебе клянусь. Откуда он у тебя, откуда? – закрываю глаза на его грубость. Хотя очень хочется ответить в его манере.

– Бабушка подарила, – бросает он, даже не взглянув на меня.

– Врешь! Не может быть! Это мне его бабушка подарила! Он мой! – догоняю коляску и вновь встаю прямо напротив него.

– Знаешь что, девочка? – поднимает на меня цепкий взгляд, – Иди, куда шла. Я не собираюсь тебе что-то объяснять. Ты первая подошла ко мне, оскорбила меня, ударила мячом. А теперь ещё и кулон хочешь забрать. Не слишком ли на себя берешь?

– Ты хочешь сказать, что я ужасная? Что я плохая? Я же извинилась перед тобой! А вот ты настоящий хам!

– Молодец, возьми конфетку с полки. А теперь дай проехать. Мне пора домой.

– Нет, стой! Я тебя просто так не отпускала!

– Ты? Меня не отпускала? – смеётся парень.

А я стою в недоумении. Открываю рот точно безмолвная рыба.

– Нет точно! Хватит! Мне надо ехать. Извини… – более мягко произносит он.

– Это точно твой кулон?

– Мой!

– Тогда зачем ты его спрятал, раз так уверен? Дай посмотреть его, пожалуйста. Он очень похож на мою подвеску. Что тебе жалко, что ли?

– Тебе показалось, просто похож. А спрятал? Захотелось так.

– Ты считаешь меня сумасшедшей? Я не слепая, я его видела, видела! Он как рамочка. Внутри можно хранить фотографию.

– Может быть в твоей и можно что-то там хранить… Но эта безделушка моя! И точка. По-хорошему прошу, дай проехать.

– Я подам в полицию. Ясно!

– За что? – все-таки объезжает меня и медленно катит вперёд.

Я иду за ним, нервно покусывая губы. Мне очень важно знать мой ли он. Чувствую, что для меня это очень важно. Ведь он мой. Откуда он у него?

– Я никого не трогал, не дебоширил. В отличие от тебя, – продолжает насмешливо он.

– Что-о-о? На что ты намекаешь? А ну, сейчас же отдай мне кулон, – встречаю его взгляд, и тут же смелость испаряется, как облачко в знойный день лета.

– Пожалуйста, дай посмотреть… – шепотом прошу.

– Знаю я таких. А сейчас кто-нибудь подойдёт, скажет, что мяч его, а другой такой же пассажир заявит, что и кресло не мое. И что я всем все отдать должен? Нет! Это мое! Сказал же! Чего прицепилась?

– Да что же ты за человек такой? – сердито бурчу.

– Тебе лучше не знать меня. И опасаться. Ясно? И лучше бы вообще не разговаривать. Так что…

– А почему? Ты что вампир, что ли? Укусишь меня? И выпьешь кровь?

– Девушка, отойдите. Я вас не знаю, вы меня не знаете. Это ошибка. Кулон мой. И если у вас был такой же, то это не мои проблемы. Ясно?

– Ясно! Ну ты… Я все равно докажу, что он мой!

Я останавливаюсь. А он едет вперёд. Я с досадой смотрю на его спину. И что это было? Откуда он взялся? Почему у него мой кулон? Поверить не могу… Может у меня и правда галлюцинации?

Я возвращаюсь к своему скейту и какое-то время наблюдаю за парнем. Он уезжает со стадиона, так и не взглянув на меня.

И что теперь делать? Я не знаю даже его имени. Так! Без паники. Во-первых, необходимо проверить свой кулон дома. Может это действительно ошибка, и я зря наехала на парня. Во-вторых, если не найду подвеску у себя в шкатулочке, то нужно вернуться завтра сюда и попробовать снова завязать с ним разговор. Решено!

***

Богдан

Я аккуратно открываю замок на цепочке, и снимаю кулон. «В нем можно хранить фотографию» – звенят в ушах ее слова. Верчу в руках овальную рамочку. И наконец, подцепив пальцем защёлку внизу, открываю ее как книжку. В ней на самом деле хранится фотография. Девушка оказалась права!

Изнутри на меня смотрят двое безумно влюбленных. Майя целует меня в щеку, а я слишком довольный улыбаюсь в камеру. Тогда мы были самые-самые счастливые на свете…

Майкл Джордан – известный баскетболист.

Глава 3 "На повестке дня – Сочи"

58 дней назад…

Вернёмся к событиям, произошедшим в начале лета

Майя

– Айка, ты сейчас упадешь! – кричит Вита издалека.

– Сплюнь! – резко торможу ногой и останавливаюсь.

Резво спрыгиваю с доски и иду к подруге пешком, гадая, что же на этот раз она затеяла.

– Тьфу, тьфу. Нет серьезно. Это нечто! Что я придумала, что я придумала! Ты будешь в шоке! – широко улыбается и пританцовывает.

– Что еще? Супер мега ультра предложение? Действует только этим летом! – я обнимаю в приветствии подругу. И она делает то же самое.

– Привет!

– Привет! Айк, ну да, что-то типа того. Я вчера думала, где отмечать свой день рождения. Всю голову сломала и наконец, придумала!

Мы идём к нашей любимой лавочке и плюхаемся на раскалённые солнцем деревянные дощечки. Вита вручает мне мороженое Эскимо, которое любезно купила по моей просьбе.

– Спасибо большое. Хм, и где же? В «Паче»? Где гламурных людей больше десяти на один квадратный метр? – снимаю обёртку с любимого лакомства.

– Нет, на этот раз не угадала. Мне вчера стукнуло в голову. Это улёт!

– Ну! – откусываю мороженое, которое уже довольно подтаяло.

Шоколад поднимает настроение и дарит долгожданную прохладу в этот знойный день. С удовольствием откусываю ещё раз.

– Мы едем в Сочи! Ура! Кто молодец? Я молодец!

Вита машет мороженым туда-сюда перед моим носом. А я начинаю смеяться.

– В Сочи? Почему именно Сочи? – сквозь смех интересуюсь.

– Честно, не знаю, – пожимает плечами. – Первое, что пришло на ум. В общем, план такой. Я, ты и Сашка поедем отдыхать на море втроём. Без родителей. Да и вообще просто одни. Круто? Там и отметим мою днюху! Деньги мне мамка обещала наскрести. У Сашки тоже найдутся.

– Ну ты и выдумщица. Мега круто! Кукуруза, Чурчхела, семечки, и, конечно, классные загорелые парни… Здорово! – усмехаюсь.

– Ну почему сразу семечки? А коктейли, а море, а пляж? Про парней ты сама сказала, – загибает пальцы Витка, перечисляя преимущества такого отдыха. – Будет весело. Ну, как тебе моя идея?

– Да я не это имела в виду. Конечно, нам будет весело, – погрустнев, вздыхаю, – Ты же знаешь, что папа ни за что в жизни не отпустит меня одну куда-то ехать. Вот в чем дело.

– Почему ты так думаешь? Ты ещё не спрашивала? – хмурится Вита, огорченная моим пессимистическим настроем.

– Да знаю я его. Знаю. Он слишком за меня беспокоится. Так что твой мега-план, увы, неосуществим!

Я болтаю ногами под лавочкой и ловлю себя на мысли, что идея Виты мне нравится. Вот бы ещё разрешили поехать…

– Да ну! Не верю. Тебе уже восемнадцать. Ты имеешь права ходить куда хочешь. У тебя какие-то родители странные.

– Скажи это моему папе. Он приведет тебе тысячу аргументов против. Он всегда во всем прав… Если он решил, значит, так и будет. А родителей не выбирают.

Витка нервно жуёт мороженое. В карих глазах появляется недовольство. Она перекидывает темные волосы на другое плечо и грустно вздыхает.

– Да знаю я, Айк. Нужно что-то придумать. Для начала можно просто спросить. А? Можешь? Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, Маечка, спроси. Ещё две недели впереди. А? – Вита складывает руки в молитвенном жесте.

– Спрошу! Почему бы и нет. Прямо сегодня и спрошу вечером. Когда он придет после работы. Быть может, он сегодня будет в настроении.

– Есть! Отлично! Спасибочки!

– Не расстраивайся раньше времени! Дай пять! – улыбаюсь ей, чтобы немного приободрить.

– Лови!

Мы звонко хлопаем друг друга по рукам

– Спроси, а я буду держать пальцы крестиком весь вечер.

– Спрошу! Обещаю.

***

Тем же вечером я настроилась на серьезный разговор с папой. Долго подбирала слова да и переживала дико. А когда пошла помогать маме с ужином, не выдержала и все ей рассказала.

– Ну как? Как думаешь мам, отпустит? – с надеждой спрашиваю у нее, нарезая для салата сыр «Фета» ровными квадратиками.

Мама тем временем обмакивает куриную грудку в панировочных сухарях и выкладывает ее на большую сковороду. Курица шипит. По кухне начинают витать ароматы еды. Мама прикрывает ее крышкой и поворачивается ко мне.

– Ой, Майя, Майя, даже не знаю. Я тоже боюсь тебя отпускать. Хотя… я в твои годы всю Россию объездила на соревнованиях. И ничего со мной плохого не случилось. Ездили одни, без родителей. Да и какие могут быть взрослые? Нужно приучать вас к самостоятельности. В наше время все было как-то проще. Сейчас и аферистов много и преступников.

– Да это понятно, мам. Они всегда были, есть и будут. Ну что теперь не ездить никуда? Мы в этом году, как я поняла, не планируем никуда ехать. Так вот может я с подругами поеду на море. А?

– Посмотрим, что скажет Витя, – скептически отвечает мама и уходит проверять моего брата Стаса.

– Последи за грудкой, – через секунду снова появляется на кухне.

– Окей.

Папа приезжает спустя целый час после разговора с мамой. Я жду, пока он поест и станет чуть добрее и направляюсь к нему. Он сидит внизу в гостиной и смотрит политические новости.

Я тихонько сажусь рядом и все выкладываю начистоту. Говорю, что меня пригласили на день рождения и что я безумно хочу поехать с девчонками.

Папа вздыхает, думает пару секунд.

– Сначала я хочу знать, ты подала документы? Все хорошо? Когда зачисление? – он строго смотрит на меня.

Его интересовало только мое образование.

– Да, конечно, подала. Теперь нужно ждать результатов. Они будут только через месяц. Так что.

– Вот когда поступишь, тогда и поговорим, – сухо отрезает он.

– Но день рождения через две недели, пап! Нужно заранее купить билеты и все распланировать.

– Майя, даже не знаю, что сказать. Я подумаю. Наверное, все же откажу. Ты ещё маленькая.

– Но!

– Майя, не перечь отцу! Я еще не ответил отказом. Сказал, что подумаю, хорошо?

Я понимаю, что разговор окончен, так как папа вновь переключает свое внимание на экран телевизора.

– Хорошо, – говорю ему и встаю с дивана.

Повесив нос, иду к себе в комнату. Но скучать мне не приходится. Стас, мелкий шкодник устроил засаду у меня в комнате.

– Бу! – кричит он громко, изображая зверя, как только открываю дверь.

– А-а-а, – от испуга подпрыгиваю на месте. – Ты чего? Я чуть не поседела за секунду!

– Напугал, напугал, ха-ха-ха, – смеётся Стас, хватаясь за живот.

Он валится на мою кровать и дико хохочет на всю комнату.

У моего брата – светло-русые волосы, серые глаза и веснушки на носу. А ещё такой заразительный смех, что стоять с кислым выражением лица просто невозможно. Он очень любит меня донимать и частый гость в моей комнате. Сейчас он на ночь глядя решил со мной поиграть.

– Ничего смешного! – прикрикиваю на брата. – Стас, вот тебе уже семь лет, скоро в школу пойдешь, а ведешь себя как ребенок!

– Я не ребенок! Я уже большой! Напугал я тебя, напугал! Напугал! – продолжает дразнить меня, при этом катаясь по большой кровати.

– Ах ты негодник, я сейчас тебя защекочу, – запрыгиваю к нему и начинаю трепать его по светлой голове. Парень извивается и хохочет, дёргает меня за волосы, щипает за бока.

– Ааа, щекотно! Щекотко, Айка, с ума сошла! – вопит он на весь дом.

– Я тебе сейчас покажу! Что за словечки такие? А? Я сейчас тебе задам! – продолжаю его щекотать.

Он уворачивается от меня и, отдернув в сторону пушистый плед, хватает подушку.

Он стукает меня ей, я, не растерявшись, хватаю вторую и шутя стукаю его.

У нас начинается настоящая битва подушками. Стас бьёт меня по плечу и я специально поддаваясь, падаю на спину. Он залезает верхом на меня и смеётся.

– Я победил, снова победил! – кричит звонко.

– Нет! Ещё нет! Сейчас в меня вселится Берген! Уууу… – зловещее угрожаю ему.

Однажды мы смотрели мультик про троллей Цветана и Розочку. Нам очень понравилось. После этого я целый день изображала Бергена, а Стас был троллем. И, конечно, как и в мультике, Берген хотел съесть тролля. С тех пор это стала самая любимая наша игра. Стас боялся меня, но играл всегда с удовольствием.

– Нет! Только не Берген! Айка, нет!

– Нет здесь Айки, здесь только Берген. Сейчас я тебя слопаю! Держись мелкий тролль!

Я вскакиваю и перекручиваю его ноги. Валю его на кровать и начинаю щекотать.

– Мама, помоги мама-а-а. Айка снова Бергеном стала. Мама. Ой, ай, не надо, не надо. Щекотно ведь.

Стас кричит на весь дом. Он весь красный как рак и, я, сжалившись, слегка отпускаю его. Он вырывается и выбегает из комнаты. Я бегу следом. Азарт завладел мной, и я продолжаю игру.

Мы бежим как угорелые вниз. Скачем из комнаты в комнату. Стасу удается вовремя увильнуть. Так мы обегаем почти весь дом. Пока Стас, видимо, уставший, бежит в сторону кухни. Хотя прекрасно знает – там «Красная зона». В кухне играть запрещено. А тем более, когда там находится мама.

Стас вбегает в кухню. Меня уже не остановить. Я лечу за ним.

– Мама-а-а, меня сейчас Берген слопает. И ни косточки не оставит!

– Не оставлю, не оставлю, – смеюсь я.

– Так, Майя! Что за игры? – повышает голос мама. – Стас, Майя?

– Он первый начал!

– Нет, ты, злой несчастный Берген! Ты первая начала!

– Майя, Стас, прекратите немедленно!

У мамы в руках большая стеклянная тарелка. И я округляю глаза, когда Стас мчится прямо на маму. Раз… И…

Мама роняет тарелку. Грохот стекла заглушает даже вопль брата. Все замирают. Осколки разлетаются по всему полу. Все! Занавес!

– Ой! – испуганно говорит Стас и вдруг вся веселость улетучивается, будто ее и не было.

– Упс, – произношу я, глядя на покрасневшую от злости маму.

– Майя, в чем дело вообще? Вы что? Летнее обострение? А ну, живо все здесь убрать! Майя, это к тебе относится, – сверкнув молнией голубых глаз, приказывает она. – Стас, пойдем проверять малышкину школу. Устроили шарам тарам! Это же надо!

Я смотрю на грустного Стаса, которого чуть ли не за шкирку уводит мама. А потом, глубоко вздохнув, принимаюсь за уборку.

Ну ничего, зато поиграли. Улыбаюсь я.

***

Перед самым сном папа зовёт меня к себе. Скрестив пальцы прямо как Витка иду к нему в кабинет.

– Майя, вот я сегодня что говорил тебе? Что ты маленькая. Вот это и подтвердилось. Как со Стасом беситесь, что тарелки летают по кухне. И после этого ты мне будешь доказывать, что выросла? – начинает папа свою мораль.

– Ну пап, мы же играли. Наоборот, вы должны меня похвалить, что я играю с братом, уделяю ему время. Не каждая сестра так поступает. А, тарелка. Да, жалко, пап. Ну что теперь поделать? Стекло на счастье бьётся.

– М-да, на счастье, – тарабанит он пальцами по столу. – К слову, о счастье. Я подумал и решил, что отпущу тебя на море. Скажи сколько нужно денег, и мы с мамой дадим на расходы. Я в этом году сильно перегружен, и семьёй если и поедем, то только осенью. Так что… Думаю, ничего не случится. Мама права, пора тебя к ответственности приучать. Для будущего юриста важно расширение кругозора и обязательность. А ещё умение принимать решения! Так что эта поездка станет полезной!

От изумления я просто не нахожу что ответить. Я тут тарелки бью, а меня на море! Одну?

– Ну, не смотри на меня так. Отпускаю, не шучу, – словно прочитав мои мысли, говорит папа, усмехнувшись по-доброму.

Всё-таки иногда он бывает в хорошем настроении.

– Ура-а-а! – я подбегаю к папе и как обезьянка вешаюсь к нему на шею, целую его в щеку.

– Папочка, ты самый добрый в мире. Спасибо, спасибо, спасибо!

– Будь умницей!

– Спасибо. Пошла девчонок обрадую. Ой, как Вита будет счастлива! Спокойной ночи!

– Спокойной ночи! И следи за результатами в институте.

– Хорошо, – бросаю через плечо и выхожу из кабинета.

Глава 4 "Прощай, Айфон"

Живём мы в самом центре города. Рядом есть все, что необходимо для жизни: торговый центр «Глобус», где мы часто зависаем с девчонками; Филармония, куда иногда выбираются мои родители послушать живую классическую музыку; и гордость нашего района – красивый парк с настоящим прудом и большим величавым фонтаном.

Вот туда-то я и спешу с утра пораньше. С Сашей и Витой в этом парке у нас имеется «свое» место. Около большого старого памятника Ленину мы провели почти все школьные годы и сейчас продолжаем там встречаться.

Я беру свой скейт и выхожу во двор. Около тёмно-синей «Ауди» замечаю своего папу. Он, как всегда, одет в деловой костюм и черные строгие туфли. И как ему не жарко в такую духоту? Хотя положение обязывает, все-таки генеральный директор. Он разговаривает по телефону и не видит меня.

Я решаю пожелать ему хорошего дня и, быстро запрыгнув на деку, еду к нему.

Папа оборачивается и хмурится. Я прыгаю вверх прямо на его глазах. Доска несколько секунд вращается в воздухе, а затем громко хлопает по тротуару. Я довольно улыбнувшись, подъезжаю ближе к автомобилю отца. Он внезапным движением поднимает руку ладонью ко мне, показывая, что ему не до моих обнимашек.

Времени у меня совершенно нет. Поэтому я просто пожимаю плечами. Одними губами, но чтобы он понял, говорю «Пока». Папа задумчиво кивает.

Я качусь вперёд, но не успеваю далеко уехать. Так как через пару метров слышу его голос.

– Майя, ты что-то хотела? – окликает папа.

– Да, нет. Я гулять, пока пап, – одним движением ноги разворачиваю доску.

– Майя, будь осторожней. Летишь порой, не видишь. Галина Константиновна говорит, что ты часто пролетаешь и не здороваешься. Как нехорошо!

Тетя Галя, это двоюродная сестра папы и по совместительству главный бухгалтер в нашей компании. Живут они в соседнем доме. И, конечно, немудрено, что мы часто пересекаемся.

– Мне пора! Обещаю, буду внимательнее, – улыбаюсь и махаю ему рукой.

Выезжаю из двора с хорошим настроением и с полной готовностью встретить новый день.

***

Плюс тридцать. Сегодня очень жарко.

Даже на аллее в парке не чувствуется прохлады. Деревьев здесь предостаточно, но и они не спасают от летнего солнца. Зной пробирается даже сквозь тень и украдкой пощипывает за оголённые части тела.

Я очень спешу к девчонкам и поэтому резво лечу на скейте, ловко огибая все преграды. Колеса крутятся быстро-быстро. Я такая умка, нашла вчера у папы в инструментах пузыречек с маслом и, вообразив себя крутым мастером, смазала хорошенечко все колеса.

Вчера, когда каталась, заметила скрип, и мне показалось, что скейт стал менее шустрым. А скорость я любила.

В парке, как уже говорила, есть настоящий пруд. В нем плавают утки. А ещё, чтобы людям попасть на другой конец парка нужно было, либо огибать его, либо перейти по деревянному мосту.

Памятник находится как раз на той стороне пруда. И чтобы не терять время даром, решаю поехать по мостику. Так я гораздо быстрее попаду к девчонкам, и мы, наконец, приступим к планированию нашей поездки.

Не терпится обсудить наряды, которые нужно взять с собой, а также составить культурную программу. Пляж и семечки – это всегда здорово, но новые знания необходимы. Без них будет скучно.

Я ловко отталкиваюсь правой ногой от асфальта и веду скейт прямо на мост. Еду быстро, торопясь, почти не смотрю по сторонам. Только мельком замечаю парня, стоящего прямо посередине моста.

Он облокотился о парапет, и что-то ищет в телефоне.

Проезжая мимо него, я по глупости теряю равновесие. Какой-то мелкий камень попал прямо под колесо. Доску круто ведёт в сторону. Я стараюсь удержаться, и мне почти это удается. Но в последний момент у меня сводит щиколотку, и от резкой невыносимой боли я лечу прямо на парня.

С реакцией у него все отлично. Потому как он хватает меня за плечи и практически спасает жизнь. Не уверена, что я могла разбиться, плюхнувшись в воду. Плавать я умею. А высота совсем маленькая. Так что максимум стала бы похожа на лягушку. Да и день тогда был бы испорчен.

Моя кепка съехала набок. Волосы растрепались. Но я боялась пошевелиться и поправить причёску. От шока у меня даже прошла нога, только слегка тянуло мышцу.

– Черт возьми! Жива? – кричит парень.

Хотя опасность миновала, он продолжает крепко держать меня за плечи, будто боится, что я упаду. Шумно дышит через нос, совсем как наш чайник, когда закипает. Ухххх. Кажется, я здорово встряла…

У него почти черные волосы и узкие глаза, по внешности немного похож на корейца. На его коже вдруг выступают неравномерно красные пятна. Видимо, реакция на сильное потрясение. Где-то однажды читала, что такое бывает, если сильно переживаешь.

– Жива, спасибо, – трусливо бормочу, разглядывая его лицо.

– Спасибо? Ты говоришь спасибо? Ты хоть понимаешь во что ты только что влипла?

Он отпускает меня, и я неуверенно отхожу на шаг. Понимаю. Ещё как понимаю. Его смарт улетел в пруд к уткам. Божечки, что теперь будет…

– Да, понимаю, – киваю, выдавив улыбку. Эх, вот бы обладать волшебной магией и перенестись на несколько минут назад. Тогда я бы слезла со скейта и как все люди перешла мост пешком.

– Я из-за тебя свой «Айфон» в пруд уронил! Идиотизм… Знаешь, сколько он стоит, знаешь? – возмущённо кричит он.

«Айфон»?! Мне не показалось? Он сказал, что уронил «Айфон»? Спасайте меня семеро. Нет! Мне нужна целая армия… Может просто сбежать от него? Схватить доску под мышку и драпануть? Нет. Не могу я так. Я порядочный человек.

– Эм. Знаю! Прости. Я же не специально… – тихо произношу и сама вдруг краснею.

Щеки пылают от стыда вперемешку с сильным страхом. Голова наливается свинцом, а в глазах появляется мелкая рябь. Даже представить не могу, сколько он стоит… Вернее сказать, стоил…

– Сто тысяч. Черт. Сто штук! Сто штук! Уууууу… Ха… Новенький «Айфончик» за сто штук. Он был новый, понимаешь?

– Да, – могу вымолвить лишь две страдальческие буквы.

В голове неожиданно проносятся картинки, что же теперь будет. Первое – он утопит меня прямо здесь в красивом парке! Второе – заставит надеть акваланг и рыскать по дну в поисках дорогого гаджета! И третье – может быть, просто отпустит? М-да, Майка, мечтать не вредно… Кто же такое прощает в наше-то время?

– И что теперь делать? А? – словно прочитав мои мысли, спрашивает парень – Кореец. Пока временно буду называть его так.

– Улыбнуться и сказать «Айфону прощай, – произношу абсолютную чушь. Настолько сильно перепугана, что в голову ничего более умного не приходит.

– Ты что совсем? – подозрительно смотрит на меня.

– Прости, я не хотела, правда… – начинаю бормотать невнятно, – Да, я виновата. Господи что теперь делать. А может его ещё можно спасти? Я слышала они очень крепкие и надёжные.

– Как? Как ты его там найдешь? И тем более вода, вода – это смерть для телефона! – грозно выносит вердикт. И что-то мне подсказывает, что слово "смерть" относится ко мне в недалёком будущем. Если, конечно, не решим что делать.

Парень треплет свои волосы, явно обдумывая дальнейший план расправы со мной.

Потом подходит к краю и грустно смотрит в воду. И я сама тоже подхожу ближе и заглядываю в пруд. Вода гладкая, в ней отражается солнышко и ветки деревьев. Телефона, конечно, не видать, да и все – умер он, Кореец прав.

– Ну… не знаю. И что теперь будет? Чего теперь делать-то? – набравшись храбрости, спрашиваю у него.

Становится так жаль всех нас: и телефон, и его бедного несчастного, и меня…

– Значит так, спортсменка. Сто тысяч, так и быть, я не стану требовать! Просто потому, что ты девчонка. Был бы пацан, разговор был бы совершенно другим… Но хотя бы половину вернуть ты обязана! Согласна? Вещь дорогая, сама понимаешь, наверное. С виду неглупая. Срок – неделя!

– Я неглупая! – восклицаю недовольно. – И… Ты прав… Я сама наломала дров. Мне и отвечать. По рукам! Но где мне взять такие деньги? Тем более за неделю?

– Мне наплевать! Где хочешь ищи! – чуть ли не задыхаясь возмущается он, – Смотреть надо, куда едешь! Гонщица блин! Тебе что мало места было? Капец! Это просто треш…

Его грубость начинает злить меня. Да, я виновата. Но это уже слишком. А впрочем, зачем я его терплю?

– Подожди, подожди! Не паникуй ты так! Я же сказала, отдам деньги. Согласна. Придется что-то делать. Я испортила вещь, значит, буду расплачиваться. Придется где-то деньги искать. Но… постой. Как ты докажешь, что у тебя был именно «Айфон", а не старенький «Самсунг». Я телефон в руках не держала.

Парень дернулся, скривил лицо, словно ощутил физическую боль. По его отчаянному красному лицу стало все ясно. Он не врёт. И зачем я это ляпнула? Господи.

– Никак, – выдыхает рвано. – Тебе придется поверить на слово. Ну. Дома ещё есть документы и чеки, наверное, должны быть…

Он отворачивается и начинает что-то судорожно искать по карманам. Наконец достает пачку сигарет и без церемоний прикуривает одну сигарету.

– Твою мать. Сто штук. Сто штук. Что я папке скажу. Он мне голову оторвёт…

– Значит так. Я порядочный человек. Я найду деньги. Правда… – заверяю его. – Только по времени не обещаю.

– Найдешь, конечно, найдешь. Куда ты денешься? – пыхтит парень, краснея ещё больше.

– Хорошо, меня ждут подруги. Давай запиши мой номер телефона и договоримся встретиться через неделю.

– А как я узнаю, что номер реальный? – тяжело смотрит на меня.

– Никак! Придется поверить на слово, – возвращаю ему его же слова.

Он выдыхает клубок серого дыма и едко усмехается.

– А ты хитрая! – прищуривает один глаз и шумно выдыхает через нос.

– Как и ты! Так что, по рукам? – предлагаю.

– Все равно выхода нет. Давай. Но если обманешь…

– Не обману! – заверяю его, боясь даже представить, что он мне может сделать.

На бандита он не похож, но бог его знает, кто он такой? Может сын мафиози местного. Да уж, Майка, начитаешься детективов, а потом в каждом человеке бандита видишь. Ну а мало ли?

– Ладно, спортсменка, как хоть тебя звать-то?

– Майя, – осторожно отвечаю ему. – А тебя?

– Сева, Сергей.

– Хорошо, Сергей, давай я номер тебе запишу, и на этом разойдёмся.

Я снимаю с плеч свой рюкзачок, достаю из него маленький блокнотик и карандаш для бровей. Молодой человек хмурится.

– Извини, ручки нет. Только так, – быстро пишу свой номер и отдаю листок парню. Кореец читает номер вслух.

– Все верно? Правильно прочитал? – с сомнением спрашивает.

– Да.

– Ну тогда ок, до встречи через неделю. Кстати, где увидимся?

– Предлагаю в парке. Только не на мосту. Как тебе?

– Идёт! Я наберу. Последние цифры две тройки. Я всегда на связи.

На этом мы и расходимся. Я понурая иду уже пешком. Поверить не могу, что я попала на деньги. В прямом смысле этого слова. И где теперь их брать? Где?

***

Подруги сидят на памятнике и разговаривают. Увидев меня, они почти одновременно вскакивают и идут ко мне навстречу.

– Что с тобой? Ты где была?

– Девчонки, не поверите. Я налетела на парня на мосту у пруда.

– Красивый? – мечтательно закатывает глаза Сашка.

– Обычный, да дело не в этом вовсе. Он из-за меня «Айфон» уронил в воду! Представьте, «Айфон»? Ууу…. Поверить не могу, что я такая тяпа-растяпа. Выкину этот скейт, или сожгу! Вот честно!

– Уж ты ж ёжики лисицы! И что теперь? Как он тебя отпустил? Только не говори, что он заставляет купить новый? – взволнованно восклицает Вита.

– Ну. Ты угадала, не надо быть гадалкой. Он сказал вернуть деньги хотя бы половину. Но загвоздка в том, что «Айфон», сами понимаете, дорогой. По его подсчётам я должна пятьдесят тысяч. Это невероятно.

– Господи, что ж за день-то такой. То я шлепку порвала, то у тебя теперь жесть какая-то.

– Витка, не смеши. Мне плакать охота.

– Айка, чего? Не плачь. Не плачь.

– Да я не плачу. Ну почти…

– Не боись, лягуха, болото будет наше! – обещает Саша.

– Саш, в тему! Лучше бы я лягухой стала, чем так…

– М-да, печалька, – грустнеет Вита.

Девчонки жалеют меня, а потом мы стараемся отвлечься и долго болтаем о предстоящей поездке.

Дека – так называют скейтборд.

Сева – это прозвище Сергея, а не производное от имени.

Глава 5 "Без шансов"

Вечером дома я хожу словно тигр в клетке. Не нахожу себе места. Сегодня вместе с девчонками пришли к коллективному решению моей проблемы – надо все рассказать родителям. Так как мама у нас в семье мало что решает, говорить нужно отцу. И этого я боюсь до дрожи в коленях. Как представлю его сердитое, покрасневшее от злости лицо, так сердце замирает.

Восемь вечера. Я все ещё молчу. Мы ужинаем всей семьёй. Потом я играю со Стасом в настольную игру «Морской бой». Он выигрывает меня целых два раза подряд. Это и понятно. Ведь все мои мысли полностью о том несчастном пареньке с Беда-«Айфошей» и о том, что нужно все рассказать папе. А время идёт…

Девять тридцать. Вот уже и спать пора, а я до сих пор не набралась смелости подойти к отцу. Заходила пару раз к родителям в комнату, но так и не осмелилась. Боже, что делать? Как сказать? Тысячу раз мне приходила мысль, что можно все просто проигнорить. Телефон сменить, а парня обмануть. Город большой, затеряться можно легко, да так, что и не встретимся больше…

Но я не могу так поступить. Просто меня воспитали порядочной. Я не смогу его обмануть по своим моральным принципам. Это противоречит мне. Уж если я сказала, что верну деньги – то верну.

Десять вечера. Час настал. И все решилось само собой. Папа просто зашёл ко мне в комнату сам.

– Майя, ну что как дела? Знаешь, я тебе принес пару книг. Помнишь, обещал. Здесь очень интересные судебные дела разбираются. Тебе полезно будет почитать, – папа кладет на стол два серых невзрачных талмуда «Полезной информации».

– Ага, спасибо пап, почитаю на досуге.

– Отлично. Моя дочь, – с гордостью произносит он и, развернувшись, на пятках хочет выйти из комнаты.

– Стой, пап…

– Что?

– Пап, мне нужно признаться… Я боюсь. Ты меня убьешь…

– Господи, что за разговоры? Что произошло?

– В общем, сегодня…

И я рассказываю ему все, что со мной стряслось.

По мере моего рассказа лицо папы меняет цвет раза три. Сначала он белеет как мел, потом краснеет как вареная креветка, а потом и вовсе становится серым. Нет, правда. Он такой хмурый, что с ним легко мог посоревноваться парень Кореец, он же Сергей, он же Сева.

Моя смелость испаряется со скоростью света, и к концу рассказа я почти теряю голос. Перехожу на шепот.

– Вот такие дела, – лепечу тихо.

– Ясно. Будем решать, – неожиданно по-деловому говорит папа.

Потом все же шумно вздыхает, потерев переносицу.

– Майя, ну я же говорил, что ты совсем ещё ребенок… И боюсь, теперь твоя поездка отменяется. И это не обсуждается.

– Но, пап…

– Никаких но! Дело не в том, что ты не повзрослела. Просто теперь та сумма, которую мы хотели выделить, пойдет бедолаге на возмещение материального ущерба. Но есть и плюсы из этой ситуации. Не стоит так убиваться из-за какой-то сомнительной поездки. Зато ты спокойно сможешь подготовиться к учебе.

– Но я… – пытаюсь возразить ему.

– Майя, достаточно слов. Я постараюсь найти деньги до конца недели. А ты отдашь их молодому человеку, чтобы не было проблем. Думаю, с этим ты справишься?

– Справлюсь… Конечно…

Папа разворачивается и выходит из комнаты. На пороге вновь останавливается и смотрит на меня.

– Ничего. Не переживай. Ну и наворотила ты дел… Решим. Спокойной ночи! И да, хвалю, что все рассказала. Этот поступок по-настоящему взрослый.

Папа выходит из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Вот и поговорили. Произошло то, чего я так боялась…

Сижу несколько минут в ступоре, а потом набираю Витке, чтобы разделить с ней свое горе.

Глава 6 "Спорим"

Богдан

Что может сделать тебя счастливым? «Новая тачка» – заявит мажор. «Вон та девочка с большими буферами» – помечтает прыщавый подросток. «Получить знания» – скажет ботан. Я же отвечу – «Ни первое, ни второе, ни третье». А ещё добавлю с едкой грустью, что вы все трое идиоты, потому что не цените то, что у вас уже есть. У вас есть здоровье. Ха! Банально правда? А вы что подумали?

Как ни крути, а все мы ломаемся, люди хрупкие, например, по сравнению с тем же автомобилем, который несётся с высокой скоростью. Бац! И ты труп, ну или инвалид… Мы хрупкие. И починить нас не всегда удается.

Год назад судьба съела меня заживо. Переживала, проглотила и выплюнула. Оставила в живых, но забрала самое ценное, что есть у человека – способность ходить.

Прошлым летом меня переехал автомобиль. Страшно? Не бойтесь так. Я остался жив. Увы, теперь езжу в инвалидном кресле, учусь дистанционно, да и вообще имею все «Плюшки» такого положения. Плюшки, конечно, негативные.

А все начиналось довольно весело. Я отдыхал с моими друзьями Ванькой и Дамиром на вечеринке. И ничего не подозревал. Наслаждался приятной компанией симпатичной девушки и отдыхал. Но кто-то подтасовал карты так, что мне пришлось уйти. Мою сестру Киру сильно обидели в глупой игре по типу бутылочки. Она в слезах убежала из дома. А я был обязан за ней приглядывать, да и люблю ее. Родная сестра всё-таки. Мне стало ее жаль, и я пошел ее успокаивать.

Стояла ночь. Мы поругались с ней и накричали друг на друга. Я пытался увести ее в дом, но сестра наотрез отказывалась вернуться, туда, где всё ещё находился ее обидчик. К слову, это был мой лучший друг Дамир. Он был сволочью… Был, сейчас он сильно изменился. Но сейчас не об этом. Так вот, мы ругались с ней прямо на дороге. А потом случилось страшное. Меня сбила машина. Это событие перевернуло многие жизни, не только мою… Родители были в шоке, сестра постоянно плакала, а я просто умирал на глазах от безысходности.

Потом началось длительное лечение. Больницы, центры реабилитации, санатории, снова больницы.

Врачи уверяли, что если я буду сильно стараться, то смогу встать на ноги. Чего я сильно желал и делал все, что в моих силах. Эта надежда заставляла каждое утро открывать глаза и ехать заниматься.

Благодаря поддержке друзей и семьи смог преодолеть тяжелую депрессию. И сейчас чувствую себя вполне обычно. И, конечно, мечтаю поскорее встать на ноги и… побежать? Нет, хотя бы просто пойти. Сделать эти несчастные пару шагов своими ногами, тех шагов, которых я никогда не ценил.

Все налаживалось. Но вот с девчонками у меня была настоящая беда. Не любили они инвалидов, боялись меня как атомной войны. Убегали, не хотели лишний раз встречаться взглядами. Да и вообще если смотрели, то в глазах было столько печали, что я убегал сам. Просто не мог смотреть на них сквозь фильтр жалости к себе.

Сегодня в очередной раз убедился в этом. Пока я не встану на ноги, не видать мне нормальных отношений с девушкой.

– Дерьмовая была идея, притащиться сюда, – отпиваю «Пепси» из горлышка стеклянной бутылки.

Сева взял кий и прицелился. Резко ударил по шару. Тот, чуть подскочив, покатился по столу, зацепил по пути два шара и утонул в лунке. Друг довольно почесал голову и задумался.

– Нормально все, Дан, забей! – махнул рукой. – Лизка – тупая курица, не бери в голову. Это же надо такое ляпнуть. Дура!

– Я не из-за Лизки. Она ведь права – я грёбаный калека. И мне лучше сидеть дома. Ее право. Просто зря я вообще сюда сунулся. Тусовочная жизнь давно в прошлом, пора уже это признать. Но как говорится, день рождения только раз в году. Спасибо за приглашение, – едким сарказмом бросаю я и, крутанув колесами, еду ближе к столу бильярда.

Мы оторвались от коллектива, чтобы немного поболтать и поиграть. Вся тусовка сейчас гуляла на улице и отмечала Серёгин день рождения. С Севой, то есть с Сергеем, мы познакомились около полугода назад в центре реабилитации. У него тоже были проблемы с ногами. Только не такие серьезные, как у меня. Сейчас парень бегает и ходит как ни в чем не бывало. Чтобы не скиснуть от тоски, мы стали дружить и общаться. Парень он был неплохой. Хитрый как лис, и прошаренный как барыга на рынке, но в целом нормальный человек.

– Знаешь, брат дело не в коляске! Ты как Дракула, тебе ещё когтей не хватает и рогов. А девчонки это не любят. Они любят позитив и смех. И… смазливое лицо.

– Ну да, ну да, – насмешливо отвечаю. – Куда же мне до тебя пикапера первого ранга? Черный пояс уже заслужил?

– Дан, я уверен, будь ты помягче, сразу бы нашел кого-нибудь, – хмурится Сева. – Бери пример с меня, я весёлый, ко мне девчонки сами липнут.

– Ха. Уж ты-то в этом знаток. Меня девчонки в последнее время все больше разочаровывают. Ведутся, как выяснилось, на здоровых парней, а не на таких, как я – беспомощных и никчёмных…

Сева прищуривает глаза, отчего они становятся ещё уже. Цокает языком, качает головой недовольно. Снова прицеливается и бьет по шару. Тот скачет мимо лунки.

– Черт, Дан, твой пессимизм мне всю фортуну распугал! Твой ход. Дан, девчонки ведутся на бабло! И больше ни на что. Так что… Уверен, предложи любой девушке приличную сумму, она хоть с бомжом пойдет гулять.

– За что же, Сева, ты так девушек не любишь? – я беру свой кий и медленно еду вокруг стола, примечая, куда бы ударить посильнее.

– Я? Я люблю девушек, ты что? Просто говорю голые факты! В наше время ничто так не привлекает, как шуршащие бабки в кошельке.

Я, усмехнувшись, смотрю на него.

– А что? – пожимает плечами.

– Не все такие стервы, как Лизка, есть и хорошие. Просто боятся они меня почему-то. Даже обидно, черт подери!

– Дан, я тебе говорю, нужна девчонка? Я могу устроить. Хочешь, сосватаю кого-нибудь, – Сева облокачивается руками на стол и следит за мной.

– Иди на хрен, а! Без твоих советов обойдусь, Листерман фигов.

Он смеётся.

– Как хочешь. А то у меня девчонок море. Любую выбирай. Блондинку, брюнетку, худую, толстую. Короче, на любой вкус и цвет.

Я резко бью по шару, но тот летит с такой силой, что выскакивает со стола и катится по полу.

– Эй, полегче. Не кипятись, дружище. Все будет нормально. Давай перерыв. Пиво греется, – кивает Сева на маленький столик в углу.

– Давай.

Мы размещаемая за столом. Я лениво отпиваю из жестяной банки, а Сева достает мобильник. Копается немного, а потом протягивает мне телефон.

С экрана на меня смотрит милая кудрявая девушка.

– Как тебе? М? Зовут Алёна. Симпатичная девочка.

– Нормальная такая, – соглашаюсь.

– А эта? Вероничка, кстати, у нее сестра ещё есть. Помладше.

Сева показывает другую девушку. Я смотрю на фотографию, и меня пробирает смех. Причем злой смех. Ну зачем он так издевается?

– Угомонись, Сев. Мне никто не нужен. Сам как-нибудь, ок?

Но Севе объяснять бесполезно. Уж если в голову ударило, то все, его не остановить.

– На, полистай сам. Выбирай любую.

Сева небрежно бросает телефон на стол, и мне вдруг попадается на глаза фотография красивой девушки.

– А это кто? – беру телефон в руки.

Сева пододвигается ко мне и щелкает пальцем по экрану. Всматривается в лицо девушки.

– А, это? Майя, та девчонка, которая утопила мой подарок. Симпатичная, да? Смотри, здесь ещё есть фотки.

Сева немного листает ее альбом. А потом даёт мне.

Я внимательно смотрю на фото. Все внутренности скручивает от потрясения. Кто она?

Девочка стройная, спортивная, почти на всех фотографиях со скейтом. Жадно листаю снимок за снимком, буквально захлебываясь слюной. До чего красива…

Вот в белых шортиках и тонкой хлопковой футболке. Милая… Я бы отдал несколько дней жизни, только бы увидеть, что она прячет под маечкой.

Вот она в коротком платье и черных тяжёлых сапогах. Дерзкая… Я бы с нежностью расстегнул все пуговички этого платья, а потом снял его.

Вот она на пляже в купальнике. На золотом шёлке ее кожи горят капли моря. Желанная… Я бы слизал каждую каплю с ее мучительно манящего тела.

Я теряю дар речи. Сердце бьется как шальное. Во рту все пересыхает. Такой девчонки я ещё не видел. Красивая, статная, породистая, сразу видно, холеная. Малышка до невыносимого сексуальная.

– А вот крупным планом, – продолжает Сева. Но слышу я его сквозь пелену дурмана, так как просто взгляд не могу отвести от Майи.

Майя… Какое интересное имя.

Ее волосы светлые и слегка отливают рыжим. Взгляд уверенный и глубокий. Она словно смотрит прямо в душу, заглядывает в самое нутро. Но самое удивительное, что поражает меня – улыбка. Такая широкая и позитивная. Она, как солнышко или сама весна. И имя такое весеннее. Мая…

– Ты что, за ней наблюдаешь? Палишь ее, – интересуюсь ревностно.

– Да нет, конечно. Маньяк я, что ли. Нашел, чтобы не соскочила. Я ей звонил сегодня, но а она трубку не взяла. Вот и пришлось искать. Имя редкое такое, быстро нашел. Надо написать ей. Неделя-то уже подходит к концу. А чё? Понравилась?

Сергей толкнул меня в бок и засмеялся.

– Красивая, очень…

А чего таить? Да я свихнулся за одну секунду, и при этом даже ее не зная.

– Да, не спорю. Красивая. Но такая же, как все. Продажная наверняка. Все они бабы одинаковые, – Сева подхватил соленый сухарик из тарелки и громко начал хрустеть.

– Нет! Держу пари, она не такая. Она не поведется на деньги.

– Почему? Ты что Ванга? Откуда тебе знать? – подкалывает он.

– Уверен, она хорошая девчонка. По ней видно. Она ну… хорошая она короче. Вот и все. Не могу объяснить.

– Да они все хорошенькие. Но бабки, бабки, бабки.

– Может это у тебя на уме одни бабки? Так по себе не судят.

– Обижаешь, друг. И я докажу, что прав. Она такая, как все. И, секунду. Что ты там говорил про пари.

Сева нервно отпивает из банки. Глаза горят интересом.

– А хочешь спор? – вспыхивает друг.

– Хочу. О чем?

– Смотри, дело такое. Я предлагаю ей за деньги сходить со мной на три, нет, на пять свиданий.

– Она не согласится, идиот. На кой черт ей твои деньги и свидания? Не мели чушь.

– Ради денег согласится. Вот увидишь. И усложним задачу. Пусть это буду не я, а ты. Согласится с тобой пойти на свидание? Как думаешь?

– Неа, не согласится. Зачем я ей нужен – инвалид.

– А я говорю, согласится. Согласится, если я прощу ей долг.

Я бросаю короткий взгляд на приятеля. Всегда в нем присутствует необъяснимый азарт на авантюры и даже в какой-то мере безрассудство.

– Ставлю свою «Ямаху», что ни за какие бабки она не согласится. Просто не такая она и все, – иду ва-банк. Ставлю все, что есть из ценных личных вещей.

– Да ладно? – присвистывает Сева. – Свой легендарный мотик? Ты так уверен?

– Ес!

– А я сомневаюсь, – отрицательно мотает головой. – Ну так что? Спорим? Или кишка тонка?

– А спорим! Давай!

Почему я так уверен, да потому что пробовал десятки раз познакомится с девчонкой и пригласить ее на свидание. Девяносто процентов просто молча уходят, пять процентов отказываются, и ещё пять процентов неведомым чудом соглашаются, но на свидание так и не приходят. Вот такие вот дела. А за деньги, возможно, кто-нибудь бы и повелся, но не она. Уверен на миллион процентов.

– Ну что байк на кону? – весело подстрекает Сева.

– Давай, на любой машине ездить надо, а то заржавеет. Все равно мне пока не светит. А так с приятной девчонкой на свидания схожу. Вспомню как это. Но… Прямо жаль даже тебя обламывать. Не пойдет она. Победа моя, верняк.

– Дан, ты же меня знаешь. Не будь таким занудой. Игра есть игра. Чувак, тема такая. Я предлагаю ей деньги взамен на пять свиданий с тобой. И если она соглашается – байк мой? Если нет, то я отдам свой ноут, ну или ещё что-нибудь. Замётано?

– Добро! – ни на секунду не задумавшись соглашаюсь на пари. – Зачем тебе это, Сев? Вот честно.

– На кону твоя «Ямаха», а тебе зачем?

– Она мне понравилась. А ещё – скучно. Хочется игры и адреналина, а в кресле ничего не сделаешь. Может, хоть так поймаю кайф моральный, когда выиграю у тебя, – смеюсь я.

– Значит так! Сейчас я ей напишу и договорюсь на завтра о встрече. Только про спор между нами ничего не скажу. А там буду импровизировать. Сам подкатишь к ней.

– Окей, я в деле! – заявляю уверенно, и мы жмём друг другу руки в знак договоренности.

Глава 7 "Акапулько"

Майя

На встречу с Сергеем я иду пешком, не хочу снова угодить в неприятную историю.

Парень стоит около входа в парк аттракционов для детей. Заметив меня, он улыбается. Наверное, рад видеть меня, а конкретнее, свои денежки.

– Привет! – поднимает руку в приветствии.

– Привет, – изображаю улыбку и смотрю на него.

– Принесла? – он приподнимает солнечные очки.

Подавляю смешок. Как агенты ФБР, ей-богу.

– Да, принесла, – я тянусь к сумочке, чтобы достать конверт с деньгами.

Сегодня с утра папа отсчитал мне купюры и, посмотрев сердитым взглядом, снова прочитал лекцию о том, какая я растяпа. Поэтому сейчас мне не терпелось покончить с этой историей и вручить Сергею конверт.

– Стой, – внезапно останавливает Сергей, – у меня к тебе есть деловое предложение!

– Какое еще предложение?

– Интересное… Ты можешь не отдавать мне бабки.

– В смысле? – хмурюсь я, подозревая какой-то подвох в его словах.

– Все просто. Я предлагаю тебе что-то вроде сделки. Долго объяснять. Все что тебе надо сделать, это просто выполнить мое лёгкое задание. У меня есть один друг… И в общем, он страдает от одиночества. Я хочу, чтобы ты сходила с ним на несколько свиданий.

– Это еще зачем? – вспыхиваю вдруг румянцем от волнения.

– Зачем, зачем? – пожимает плечами, – Надо. А я тебе долг прощу. Только он ничего не знает, ты просто случайно как бы с ним познакомишься и все. А там сходишь на несколько свиданий. Всего-то делов. Его зовут Богдан. Он нормальный парень, можешь вообще не загоняться.

– Что? Совсем с ума сошел? Я что, продажная девчонка? – упираю руки в бока.

– Почему сразу продажная? Я же тебе не спать с ним предлагаю. А просто встреча. Дружеская. Сходишь, погуляешь, пообщаешься, – отваливает весомые аргументы.

– Странное предложение, – задумчиво бормочу, не понимая, зачем это надо самому Сергею.

– Только он ничего не знает, это просто моя, так сказать, благодарность ему. Он мне помог, и вот теперь я решил помочь ему. И ещё есть один момент, который ты должна знать. Богдан, он… как бы это сказать, – инвалид. Он недавно в аварию попал и теперь временно – выделяет последнее слово, – не может ходить. Короче, согласна или нет? – нетерпеливо топает ногой.

Инвалид? Так вот в чем дело?

– А если я ему не понравлюсь?

– Понравишься.

– А если он влюбится, а мне потом ему сердце разбивать?

– А если влюбишься ты!

– Что-о?

– Согласна? Не переживай. Он хороший парень. Может, он вообще тебе понравится. И на кону пятьдесят кусков. Ты могла бы потратить их на шейпинг, например.

– Или на шопинг, шугаринг и море с девчонками? Да? – весело спрашиваю.

– А ты догадливая, молодец. Понимаешь, к чему я клоню? – расплывается в улыбке наглец.

Я медлю, наслаждаясь своим триумфом. Ну и кадр, конечно! Это же надо такое мне предложить. Нет, я была бы рада, если бы он просто простил мне долг. Тогда бы я отдала деньги папе и поехала с подругами в Сочи справлять день рождения. Но такое? Это сверх хамства!

– В общем так, выдумщик креативщик. Забирай свои так называемые куски и забудь мой номер телефона, – я вынимаю пухленький конверт и протягиваю ему.

Он не берет деньги. Стоит пораженный моим отказом. И, нахмурившись, потирает подбородок.

– Слушай, ты обязана подумать. Даю тебе время переспать с этой мыслью.

– Возьми деньги! – цежу через зубы и тычу в него конвертом.

– Нет! Ты что отказываешься от денег? Совсем спятила? – отходит от меня на несколько шагов.

– Нет, это, по-моему, у тебя кукушка съехала. Неделю назад ты чуть ли не плакал из-за телефона. А сейчас предлагаешь мне какую-то чепуху? Я не понимаю. У тебя все дома? Или как? Сам разбирайся со своим страдальцем! Другую поищи дурочку!

– Просто подумай, ладно? – он поднимает руки в примирительном жесте.

Ясно все. С ним надо быть хитрее. Я подхожу к скамейке и кладу на нее конверт. Мимо проходят люди и с интересом наблюдают за нами. Кто-то косится на белый сверток.

– Нет! Забери их немедленно. И не беси меня, – ругательство вырывается само по себе.

Но он то ли глупый, то ли очень упертый. Он отходит все дальше, оставив конверт без присмотра. Я делаю то же самое. Разворачиваюсь и медленно отхожу от скамейки.

Но вдруг Сергей громко кричит.

– Возьми деньги, конверт на скамейке!

Я резко оборачиваюсь, и сердце подпрыгивает в груди.

Какая-то шайка подростков подходит чуть ближе к скамейке. Я не будь глупой, подскакиваю и забираю конверт. Мальчишки уныло крутят носами, и, поняв, что ничего больше интересного не произойдет, идут дальше. Черт возьми. Это ведь большие деньги. Деньги моего отца. Я что совсем? Раз не хочет брать, ну и пусть катится к черту. Придурок.

Я ловко убираю конверт в сумку и плотно застегиваю молнию.

Смотрю на Сергея. Он останавливается и довольно кивает.

– Майя, подумай, у тебя есть время. Я уезжаю на неделю из города. Сегодня Богдан будет в Брагино на стадионе. Он всегда там занимается после шести. Так что…. Выбор за тобой, детка.

– Какая я тебе детка? – возмущённо, – идиот, – шепотом, чтобы он не услышал.

– Все! Акапулько! На связи!

Не успеваю и рот открыть, как парень прыгает в припаркованную прямо у входа в парк иномарку и резко срывается с места.

И что это за фортель сейчас был? Вот тебе и Акапулько! Что это за фраза такая вообще?

Спокойствие, только без паники. Деньги у меня, ну что ж, подумаю в кавычках. Сам же потом прибежит за деньгами, чудаковатый тип. Так что ещё посмотрим кто кого.

Глава 8 "Доставай Ямаху"

Богдан

– Ему нужно лечение! В больнице есть тренажёры. Без них все затянется на годы. Мне пора выходить на работу, – нервозно говорит мама.

– Катя, я понимаю, мы сейчас не можем многое позволить. Но ты должна присматривать за ним, – отвечает отец.

– Я хочу снова положить Богдана на реабилитацию. Ему это необходимо. И не говори мне ничего. Он взрослый парень, и все уже делает самостоятельно, без моей помощи. Он окреп. Я не могу больше с ним находиться. Только из-за любви к нему я не могу больше сидеть дома. Он мужчина, понимаешь. Мужчина, а я за ним хожу как за ребенком. У него так совсем гордость скоро исчезнет! Лучше я буду зарабатывать ему на лечение. Проку будет больше.

– Катя, я устал спорить, – вздыхает отец. – Если ты решила, то… Поступай как знаешь… Может, ты и права…

Я снова свидетель родительских пререканий. Они говорят тихо, но слух у меня всегда был отменный. Я слышу каждое слово. Они спорят из-за меня в который раз…

Да, сейчас в нашей семье дела обстоят не так гладко, как хотелось бы, и в этом есть моя вина. Раньше мы жили хорошо. В роскоши и брильянтах не купались, но и не бедствовали. ДТП перевернуло все в нашей семье верх ногами и финансовую сторону в том числе. Мама уволилась с работы, чтобы ухаживать за мной, а отец тянул всю семью на своем горбу. Между прочим, семью из четверых взрослых людей. Моя сестра Кира училась ещё в институте и не могла полноценно работать. Хоть и подрабатывала иногда оператором в офисе, все равно получаса конечно гроши. Помогала родителям таким образом.

Нам помогали и бабушка с дедом. Но денег на полноценное лечение все равно не хватало. Если я хотел встать на ноги, мне требовалось каждые три месяца проходить лечение в реабилитационном центре. Бесплатных мест было очень мало. И их отдавали более тяжёлым больным. Тем, кто только что перенес травму.

Самый первый раз и я проходил лечение бесплатно. Но все равно большинство лекарств, надо сказать очень дорогостоящих, нам пришлось покупать на собственные средства.

Полгода назад мне помог мой лучший друг Дамир. Дело в том, что его отец Павел Александрович – владелец собственного медицинского центра. Он, имея связи и деньги, устроил меня в лучший Московский реабилитационный центр для таких больных, как я.

В больнице я лечился целых три недели. После этого врачи заметили положительную динамику, чего ранее не наблюдалось.

Сейчас родители снова хотят отправить меня в Москву уже на собственные средства. Но денег нет. Поэтому мама с папой часто ссорятся и пытаются найти компромисс по этому поводу.

Я снова прислушиваюсь. Родители всё ещё общаются, но мне не удается уловить смысл разговора. Меня отвлекает мелодия собственного телефона.

Я подъезжаю к письменному столу и беру телефон. Звонит Сева.

Сегодня он должен был встретиться с Майей и сделать ей свое бредовое предложение. Уверен, что она послала его на все четыре буквы, но все же с нетерпением поднимаю трубку. Хочется знать, как прошла их встреча.

– Хай, Листерман! – шуткой приветствую его.

– Какой на хрен Листерман? – возмущается он.

– А все. Теперь это твое новое погоняло будет. Ладно, это шутка.

– Ещё посмотрим, кто будет смеяться.

– Так. Внимательно слушаю, – напрягаюсь внутреннее.

– Я только что встречался с твоей Майей. И знаешь что? Она сказала, что подумает. Вот так. Доставай «Ямаху» из гаража и смывай пыль. Скоро она станет моей.

– В смысле? Она согласилась пойти со мной на свидание? – от шока чуть ли не роняю телефон на пол.

– Пока нет, не совсем. Я сказал ей, что ты сегодня будешь заниматься на стадионе. И если она согласится, то думаю, придет сама, а если нет – значит не придет. В общем, спор пока висит неразрешённым, – с явной досадой говорит он.

– Так деньги-то она вернула, не пойму?

– Нет. Забрала себе. Вот так.

– Не может быть. Врешь!

– Не вру. Но я же не сказал, что она согласилась. Мы договорились, что она подумает. Выбор за ней. Придет на стадион и согласится с тобой пойти, значит, может деньги оставить себе. Если не придет – то деньги я заберу.

– Ты как всегда замутил мутку.

– Все честно, не подкопаешься. Ладно, мне пора собираться. Уезжаю на футбол. Меня не будет неделю. А потом я приеду и решим. Если её не будет, значит, ты победил.

– Ладно. Давай болей за наших. Удачи!

– Давай, приеду – пересечемся. Наберу.

– Покеда!

Я кладу трубку, бросаю телефон на стол. Грустно усмехнувшись, открываю ноутбук. М-да, девочка Весна… разочаровала ты меня. А ведь крышу снесло, хотя и не знаю её совсем.

В закрепе ее страничка. Сегодня всю ночь изучал ее фотографии. Исследовал каждый миллиметр ее кожи и запомнил все оттенки: зимой она дымчато алебастровая, весной приобретает миндальный оттенок, летом золотистая, как горячий песок. Ещё я отметил, что у нее маленький размер ноги, наверное, тридцать пятый. Ещё то, что в одежде предпочитает розовые и светлые пастельные тона. Но больше всего меня волновала совсем крохотная, едва заметная родинка на левой щеке, чуть выше дразнящих коралловых губ.

М, А, Я – Мая, как месяц май. Такая же свежая и манящая. Про себя уже сто раз повторил ее имя, но мечтаю произнести вслух и обратиться к ней.

Кнопка с сообщениями горела и призывала нажать на себя и написать хоть пару слов девчонке. Но… Я не мог.

Раньше может быть, когда я был балагуром и весельчаком, я, не задумываясь, написал ей и признался. Но сейчас? Не могу. Все потому, что знаю – я и она на разных полюсах. Уверенность стёрлась, мама права. Заключенный в коляске я словно пленник своего страха. Я боюсь отказа, боюсь, что на меня посмотрят как на больного. Я хочу быть простым парнем, а не доходягой, которого стоит жалеть.

Я не остаюсь на ужин и еду на свой любимый стадион. Он находится совсем рядом с домом, поэтому отлично мне подходит. К тому же вечером на нем совсем никого нет, и я могу вдоволь потренироваться.

Занимаюсь я каждый день. Делаю физические упражнения до ломоты в спине. А вечером еду тренироваться на стадионе просто для себя, как хобби я открыл баскетбол. Мне нравилось забрасывать мяч и попадать в цель. Хотелось прыгнуть за мячом вслед.

Глава 9 "Девочка – Весна"

Сегодняшняя тренировка как-то сразу не задалась. В голове то и дело крутится ее образ никак не сочетающийся со словами Севы. Да, девчонки все больше меня расстраивают, но насчёт Майи, моей Весны я был непоколебимо уверен.

Я напрягаю мышцы рук, прицеливаюсь к кольцу, делаю рывок и бросаю мяч. К моей досаде, я промахиваюсь.

– Неплохо. Бросай немного выше в следующий раз, чтобы уж наверняка попасть в кольцо.

Девичий приятный голос застаёт меня врасплох. Я резко кручу колесами коляски и оборачиваюсь. Едва не падаю. Не может быть. Мне снится сон…

На поле стоит девушка со скейтом в руках. На ней короткие джинсовые шорты и хлопковый белый топ. Девичья грудь вызывающе выступает вперёд, и я глотаю густой ком в горле. Слава богу, в лифчике иначе я бы снял с себя футболку и заставил ее прикрыть свои прелести. Зачем же так со мной? На голове у нее бейсболка по мне так слишком мужская для нее. Яркое солнце не даёт рассмотреть ее лицо. Я вижу лишь поразительную улыбку. Красивую улыбку. Я знаю кто она. Узнал бы из миллиона. Теперь мне посчастливилось услышать ее голос…

Майя! Весна… И она пришла… Черт. Не успеваю разобраться, рад ли что она согласилась на сделку с Севой и пришла? Или наоборот дико зол на нее. Сердце бешено стучит в ребра и заставляет сказать хоть слово.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю у нее так, будто знаком с ней тысячу зим. И я отчасти прав, я-то с ней уже заочно знаком. Влюбленный сталкер.

Она несколько секунд изучает меня. Смотрит внимательно, а я чувствую себя придурком инвалидом.

– Катаюсь, – наконец отвечает она. – А что, эта частная территория? Только твой стадион?

Майя ловким движением ставит доску на асфальт и запрыгивает на нее. Тонкой ножкой отталкивается от земли и встаёт на скейт. Проезжает по дорожке прямо перед моим носом.

Я буквально утопаю в ее аромате свежести и цитрусов. Жадно впиваю взгляд в ее загорелые тонкие лодыжки, скольжу по изящным бедрам и сжимаю кулаки. Черт бы все это подрал! Откуда она взялась? Я придушу Севу со своим драным спором. Но я ведь сам предложил, сам? Кретина кусок. Я был уверен, уверен в ней, а сейчас уверенность рассыпалась как пыль…

Выходит, она согласилась, раз пришла и первая завязала разговор. Получается, оказалась «продажной», как и говорил Сева?

Хочется сейчас же все ей рассказать и спросить, почему она так поступила, но желание познакомиться с ней гораздо сильнее. К тому же, раз она так поступила, я имею полное право ей подыграть и взять свои свидания.

Ну что же, поиграем, девочка?

Я, забыв про мяч и всю игру, медленно еду к ней. По нашему уговору я должен познакомиться с ней, а она соответственно сыграть свою роль. Но она не должна знать про спор.

Майя стоит и осматривается по сторонам. Она явно пришла сюда неслучайно и явно знала, что я тоже буду сегодня здесь. Это заметно по слишком заинтересованным взглядам в мою сторону.

Подъезжаю к ней довольно близко. Думаю, почти надеюсь, сейчас уйдет, скажет что-то отвлеченное, запрыгнет на свою доску и поедет своей дорогой, оставляя после себя лишь запретный девичий аромат. Но нет! Она стоит и смотрит на меня. Вроде бы что-то хочет сказать, но молчит.

Я продолжаю изучать ее, так как мне сегодня крупно повезло видеть ее не на фото, а вживую. Смотрю на длинные стройные ноги. Она в белых носочках и белых кроссовках. Почему-то этот белый невинный цвет возбуждает меня сильнее обычных атрибутов сексуальности – глубокого декольте или короткой юбки. На правой руке у нее несколько браслетов, они шуршат, когда она поднимает руку и снимает бейсболку. По плечам рассыпаются русо-медовые волосы. Она достает из рюкзака резинку и делает небрежный высокий хвост, открыв нежную шею. Снова надевает кепку, только уже козырьком немного в сторону.

– Нет. Это не мой стадион. Просто здесь обычно никого нет в это время. Я здесь тренируюсь, люблю покидать мяч, – говорю ей, стараясь не выдать, как безумно нервничаю рядом с ней.

– Это круто! Можно и мне покататься? Ехала домой и случайно забрела сюда. Тут хорошо. Мне нравится.

Ну-ну, случайно. Врёт и все же виновато краснеет.

– Конечно, можно, катайся на здоровье. Здесь много места. Вон там хорошая дорога, – показываю пальцем на часть стадиона, где дорога, словно гладь озера.

– Спасибо, меня зовут Майя, кстати! Можно просто Айка. Так меня зовут все друзья и брат, – на губах играет озорная улыбка. И мне становится легче рядом с ней. Словно она заряжает позитивной энергией.

– Майя, как весна… – бормочу, сверля жадным взглядом ее плоский живот.

– Что, прости?

– Я говорю имя у тебя красивое. Весеннее. Майя, как май.

Ее щеки заливаются румянцем, и она отворачивается.

– Спасибо за комплимент. А тебя как зовут? – она прислоняет одну руку ко лбу, отгораживая слепящее солнце, и смотрит вдаль.

– Богдан. Очень приятно познакомиться.

– Ммм, Богдан. В переводе Богом данный. Да?

Я молчу. Богом или не богом, а дан явно не в награду, а в испытание. Она поворачивается ко мне и прикусывает нерешительно губу. Находит мои глаза, и я больше не могу оторваться. Ведь все тепло этого мира сосредоточенно в светло-карих радужках. Искреннее тепло. У нее доброе сердце, я это чувствую.

– Мне нравится. Будем дружить? – она подходит совсем близко и касается своей голой коленкой моей ноги. Я вижу это, но не чувствую, к сожалению. Она протягивает маленькую ладошку и я, принимая правила игры, пожимаю ее.

Но! Мне не хочется с ней дружить ни за что на свете. Только не с ней. С ней нужно ходить на свидания, дарить ей подарки, целовать до беспамятства, но не дружить. Какая к черту дружба?

– Давай попробуем, – отвечаю и слышу скрип собственной души.

– Замечательно, что будем делать, м? Раз уж мы теперь знакомы?

– Я, вообще-то, хотел покидать мяч. Но ты можешь присоединиться, если умеешь.

– Я согласна. Я буду играть с тобой. Я немного умею, смотри.

Она спрыгивает с доски и идёт за мячом. Я не могу оторвать взгляда от тонкой талии и хрупких плеч. Она поднимает мяч с земли, демонстрируя упругие ягодицы. Крышу сметает вихрем вожделения. Да что со мной? Словно Виагру выпил целую пачку. Я не могу ни о чем думать, кроме как, схватить ее и проверить упругость ее бедер. Черт.

Мозг совсем поплыл. Давно секса не было. Мне уже сложно сохранять целибат. Я так свихнусь.

– Смотри, Богдан! – кричит Мая. – Разбег, раз, два и бросок.

Девчонка хоть и небольшого роста, но забрасывает мяч точно в кольцо. Отряхивает руки и победно улыбается.

– Браво, а ты профи! – дрожащим голосом говорю ей.

Не думать, не думать, не думать о ее бедрах…

Глава 10 "Знакомство"

Майя

Я долго искала площадку, на которой, как говорил Сергей, должен был заниматься одинокий страдалец. Стадион спрятался внутри дворов, и мне пришлось поспрашивать прохожих, чтобы его найти.

А теперь главный вопрос. Зачем я туда поехала, спросите вы? А ответ прост – дикое любопытство, которое терзало меня весь день до самого вечера. Даже подруги тараторки не могли отвлечь меня от мыслей о таинственном парне, которого так зло наказала судьба. Я очень редко видела людей в инвалидных креслах. У нас в городе такие особенные люди (мне легче их называть так, чем калеками) прятались по домам. Очень редко можно было встретить человека в инвалидном кресле на оживленных проспектах.

Я нашла его быстро. Он играл в баскетбол. И клянусь, первое впечатление было не жалость вопреки моим ожиданиям, но гордость. Я с изумлением смотрела на него, скрываясь за раскидистым кустарником молодой сирени. Поражалась его настойчивости и силе. Завороженно глядела на мышцы рук. Отметила широкую спину и при этом слишком хмурое лицо.

Не знаю, зачем вышла на стадион. Ведь изначально план был просто проехать мимо и взглянуть одним глазком на него. Но потом я не смогла удержаться. Он промахнулся три раза подряд, и у меня зачесались руки. Захотелось показать ему, как надо правильно бросать. Да и честно захотелось познакомиться с ним. Не ради сделки и денег, предложенных его другом, а просто потому, что душой тянуло к нему. Мне не объяснить это чувство. Притяжение на подсознательном уровне. Захотелось узнать его историю. Почему он стал таким? Что с ним произошло? А еще меня сразила его настойчивость и нежелание сдаваться. Это было очевидно. С какой силой и упорством он занимался? Парень не готов мириться со своим положением, он хотел бороться.

В моей семье тоже был один инвалид – моя пробабушка по папиной линии. Уже, будучи в пенсионном возрасте она неудачно упала с сарая в деревне и потеряла способность ходить. В итоге почти пять лет моя бабушка Аля и мой папа, как единственный мужчина в семье, ухаживали за ней. Я уже появилась на свет, и папа разрывался между двумя семьями. Я не помню тех времён. Только из рассказов мамы знаю, как им всем было тяжело. На последнем году жизни у пробабушки начались проблемы с мозгом, и она перестала что-либо понимать, стала совсем как ребенок. Вот такая история. В какой-то мере мне знакомы эти переживания, связанные с травмой.

Гори все синим пламенем! Я рискнула выйти из своего убежища. Немного нервничая, встала на доску и тихо подъехала к нему. А потом мы разговорились, и я показала свой коронный бросок.

***

– Браво! А ты профи! – Богдан смотрит на меня, но не улыбается. Наоборот выглядит уж слишком серьезным.

Парень подъезжает ближе. Я смущаюсь его цепкого взгляда, но не отвожу глаза. Мне нравится в них смотреть.

– Спасибо, – отвечаю улыбкой. – У меня раньше папа играл в баскетбол, и вот, сейчас ты видишь результат!

Поднимаю мяч с земли и ловко кручу его на одном пальце.

– Ты тоже станешь баскетболисткой? – поднимает, шутя, одну бровь.

– Нет, – смеюсь. – Я стану юристом. За меня все решил отец. Я уже подала документы.

Я подхожу ближе к Богдану. Общаться с ним так легко и хорошо, что ноги сами движутся в его направлении. Он хмурый, немного насупленный, но все же он мне нравится. Интересный парень.

– Мой бросок. Играем на счёт. Кто больше закинет. Идёт? – предлагает Богдан.

– Кто проиграет – покупает мороженое! – нагло заявляю, перекидывая ему мяч.

– Согласен, – наконец, улыбается он. – Какое ты предпочитаешь?

– Я люблю сливочное с грецкими орехами, но можно и Эскимо.

– Отлично, – он так пронзительно смотрит, словно готов меня слопать вместо мороженого. Или мне просто чудится? Не пойму.

Богдан едет в другой угол поля, а я медленно иду за ним. Он останавливается, прицеливается и бросает мяч. Попадает точно в кольцо.

– Один-один, – я хлопаю в ладоши. – Давно я не играла. Спасибо, что не отказал.

– Майя, по тебе не скажешь, что ты рада решению отца. Ты ведь не хочешь быть юристом. Угадал? – он поднимает мяч с травы и глядит на меня.

– Честно, я не знаю, – поджимаю губы. – Я не ощущаю, что это мое будущее призвание. Скорее, просто навязано папой. Но документы я уже подала в наш институт на юридический. Так что дороги назад нет, – с тенью грусти произношу.

– Всегда есть выбор. Ты можешь стать кем хочешь. Почему отец выбирает за тебя?

Богдан вертит мяч в руках и не сводит с меня глаз. В них я замечаю осуждение. И чувствую, что он прав. Родители могут нас направлять и наставлять, но полностью определить профессию все же должны дать право самому ребенку.

– Не знаю. Наверное, потому что он всегда и во всем прав. Точнее, так считает. И он владеет собственной юридической компанией.

– Хм, и правда, бывает так в семьях. Но я всегда удивлялся тому, как родители навязывают свои мечты детям. Зачем? Живи своей жизнью – вот мой девиз.

В голосе Богдана уверенность и даже вызов.

– Иногда у нас нет выбора, – смею не согласиться с ним. – Мой ход.

Богдан усмехается, словно вспомнив что-то в своей жизни. Задумчиво прикусывает губу и на секунду переводит взгляд на свободное большое поле. Я понимаю, что задела его за живое. Но ведь он сам начал эту тему разговора?

– Выбор есть всегда. Держи, – бросает мне мяч. – Даже если ты думаешь, что уже все потеряно, выход можно найти.

Я ловлю мяч и, не сказав ни слова, совершаю прыжок и бросок. Промахиваюсь. Мяч отскакивает от баскетбольного щита и падает на траву.

– Мой ход! – кричит Богдан.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.