Мукимжонова Хосиятой
Моя чужая война

                  Посвящается тому, кто не перестает                               верить в торжество справедливости и                               победу добра над злом.

                        В ловушке.

Взрыв. Тонна пыли поднялась в воздух. Пещера оказалась забаррикадирована огромными валунами, которые обрушились во время взрыва. Шум битвы затих, и теперь можно было слышать, как откуда-то из недр горы Редингрейт течет ручей воды, прославленный своими целебными свойствами.

Но двадцатипятилетней Мэриэнн Смит сейчас никакой ручей не поможет. Она оказалась в ловушке с раненной рукой, без патронов и лицом к лицу со своим врагом.

Даймонд Блэк тяжело дыша, смотрел на самого близкого друга его врага- главы повстанцев Итана Лэнгфорда. Дорога была перекрыта. Для него это не было бы проблемой, не окажись он взаперти именно с той, кого он предпочитал и не знать.

–Хватит пялиться, Блэк! Стреляй, и покончим с этим! Наконец-то, ты сможешь избавиться от малолетней выскочки!

Девушка произносила эти слова словно выплевывая. Ее одолевала дикая ярость за то, что в каждом своем выступлении этот сын генерал-маршала говорил, что она малолетняя выскочка, которая не понимает во что ввязалась. Это очень выводило ее из себя особенно, потому что Блэк был всего на 2года старше нее, и они учились в одной академии. И хотя они никогда не были приятелями, война окончательно развела их в разные стороны

–А почему ты не стреляешь или тебе слабо? Неужели в вашем сообществе повстанцев на убийство наложено табу? – ехидно спросил молодой мужчина.

Он смотрел на нее словно впервые. Отчасти, потому что это был единственный раз, когда он мог смотреть на нее, не опасаясь быть замеченным. В свете фонаря, который лежал на земле неподалеку, он мог отчетливо ее разглядеть. Она стояла, прислонившись спиной к обвалу, который преграждал их путь на свободу. Вид у нее был сосредоточенный, но усталый. Сама того не замечая она дюйм за дюймом сползала на землю. Смуглая кожа лица казалось бледной при свете фонаря. Тонкие брови хмурились, а побелевшие губы были плотно сжаты. Блэк признавал, что красота этой шатенки была довольно посредственной, но это не мешало ему чувствовать к ней тягу.

Она молчала и изучала своими карими глазами молодого мужчину, что был напротив. Это был тот самый сын генерал-маршала который постоянно воевал с ней и обливал грязью, называя "посредственной, глупой бездарностью, которая лезет на рожон". Однако вместе с этим она прекрасно понимала, что перед ней человек, обычный человек.

Девушка рассматривала его бледную кожу, темные волосы, которые взлохматились вовремя битвы. С удивлением заметила, что он несколько дней не брился, и теперь его острый подбородок подчеркивала щетина. Прямой нос очень выгодно смотрелся с профиля. Тяготы войны не испортили его, и для своих двадцати-семи лет он выглядел очень даже хорошо.

Широкоплечий Блэк стоял напротив нее в глубине пещеры в двух шагах от дальней стены. Даже со своим ростом в 193 см он казался маленьким за счет высокого потолка пещеры. Не говоря уже о Мэри, в которой было всего 175см. Мериэнн не знала, что от него ждать и надеялась лишь на скорую смерть без пыток. Свою раненную кисть она прятала под пальто, словно грея руку. Как истинный воин она больше всего боялась, чтобы ее жалели.

Решив, что дальше молчать бесполезно, она призналась:

–У меня кончились патроны. Если бы были, то поверь, ты бы не стоял напротив меня.

Голос у нее был спокойным. Минутная вспышка ярости уже прошла. Конечно, она знала, что даже будь у нее патроны, она бы не убила его, но ранить и сидеть в безопасности могла.

–Ты вышла в бой без запасных патронов, Смит? Мне казалось ты уже опытный боец- с удивлением заметил ее противник.

Мужчина медленно сел на землю прислонившись головой к стене позади. При этом он не переставал смотреть на нее во все глаза, стараясь запомнить каждую черту лица.

–Так ты считаешь меня опытным бойцом? – не меньше удивилась она, стараясь забыть о ноющей боли в руке.

Даймонд ничего не ответил, он лишь смотрел на нее, погружаясь в свое горе. Он помнил, как впервые встретил ее в Академии такую умную и добрую. Но уже тогда они были разными. Он сын генерал-маршала королевства Ратомир. Она дочь обычного кузнеца, который чудом находил деньги для ее обучения.

Пока он наблюдал за ней, придумывая сверхсложный план знакомства, она стала лучшей подругой наследного принца Итана Лэнгфорда. Это оказалось вторым кирпичом в стене между ними. Не теряя надежды, Блэк решил познакомиться с ней и заодно наладить отношения с Итаном. Но малолетний выскочка послал его куда подальше, обвинив в лицемерии. Это был третий кирпич их стены раздора. Причиной четвертого кирпича была казнь родителей Лэнгфорда и приход к власти генерал-маршала. Пятый кирпич, который окончательно их разделил, было вступление Мэриэнн бойцом в повстанческий отряд.

Блэк тихо и с завистью наблюдал за ее дружбой с принцем и ее взрослением. Он всегда надеялся, что когда-нибудь она все же обратит на него свое внимание. Но каждый раз, когда она это делала, они ругались и причиной этого был либо Лэнгфорд, либо политика страны в целом. Позже став одной из лидеров повстанцев Мэриэнн убила всю его надежду.

Теперь он понимал, что отец никогда не позволит ему жениться на одной из врагов. Злой и раздосадованный он в каждом своем обращении к народу называл ее "безрассудной выскочкой". Естественно он понимал, что только увеличивает стену между ними, но больше всего на свете он хотел, чтобы она сложила оружие и вернулась домой.

Он не надеялся, что уйдя из гущи битвы, она заметит его, нет. Он лишь хотел, чтобы она была в безопасности подальше от всего этого. Но она никогда не слушала его, упрямо выпятив подбородок, она осталась со своим другом. И вот сейчас она сидела перед ним, словно издеваясь и напоминая о том, что это никогда не будет возможно.

–Хватит глазеть, Блэк! Если ты придумываешь изощренный способ убить меня, то скорее шевели своими извилинами! Я не желаю быть твоей пленницей – снова подала она раздраженный голос.

–Ты не моя пленница, если ты не заметила, я тоже тут заперт. И это ваша территория, Смит. Это ваша пещера и динамит взорвала ты сама. Хотя и не понятно почему.

Его густая черная бровь изогнулась, как бы призывая к ответу. Но Мэриэнн проигнорировала этот жест:

–Я не знала, что ты так долго собираешься с силами, чтобы убить, Блэк.

–Я не собираюсь тебя убивать.

–Думаешь, я в это поверю? Поверю что человек, который устроил нападение на наш лагерь, решит не убивать меня, своего врага? А как же политика строгого наказания?

Слова "твой враг" оставили горькое послевкусие в его голове. И он сквозь зубы ответил:

–Ты мне не враг.

–Разве? Знаешь, я бы поверила тебе, если бы не слышала как еще вчера ты пугал народ тем, что такие напыщенные сорвиголовы как я кончат жизнь в страшных муках – язвительно отозвалась девушка, чувствуя, как запястье пульсирует от боли.

–И я не отказываюсь от своих слов. Ты слишком храбра для этой войны. Твоя отвага граничит с безрассудством. Ты стремглав бежишь к смерти, даже не задумываясь. И посмотри, к чему это привело. Ты оказалась в ловушке вместе с вражеским бойцом. Будь на моем месте другой, тебя бы сейчас пытали, как самого близкого человека принца-изгнанника. Но я не собираюсь этого делать, потому что это не твоя война.

–Но я воин, я сражаюсь…

–И все же ты мне не враг – нетерпеливо перебил он ее.

Снова наступило молчание. Мэриэнн раздумывала над его словами. Невольно она вспоминала, что когда она уходила из дома, отец также просил остаться ее, говоря, что это "чужая война". Но она не послушалась и решила добиться справедливости. Решила помочь другу.

Она до сих пор помнила отчаяние Итана, когда короля и королеву Лэнгфорд убили, и захватили власть. Молодой наследник долго собирал сопротивление, и она не могла не пойти с ним. Верная подруга детства стала преданным бойцом и соратником.

Слова Блэка, что это не ее война рассмешили ее, потому что она всю душу вложила в эту революцию. Ведь она покинула отчий дом ради борьбы. И если это не ее война, то, по сути, она оставалась ни с чем.

–Мечтаешь о том, когда же тебя спасет наш золотой принц? – привлек ее внимание голос неприятеля.

–А ты что боишься?

–Кого мне бояться? Лэнгфорда что ли? Смотри, чтобы твой принц не пришел к гибели своей.

–Не беспокойся он скоро придет и, когда ты умрешь, я скажу всем, что это были твои последние слова.

И хотя внешне Мэриэнн старалась держаться так, будто за ней действительно скоро придут в душе она прекрасно знала, что этого не случится. Она сама установила первое правило их повстанческого кодекса, которое гласило, что ни за кем кроме короля нельзя возвращаться на поле боя. Если тот, кто отстал, сможет, то он сам должен догнать своих соратников. Если же нет, согласно уставу нельзя рисковать жизнями других ради жизни одного бойца. Не смотря на то, что она была самым приближенным бойцом, она осознавала, что за ней никто не вернется.

Прошло немного времени. Взглянув на свои наручные часы, Мэриэнн понимает, что за стенами пещеры уже смеркается. Боль становится все невыносимей. В попытке отвлечь себя она встает и направляется к ручейку. Даймонд все это время сидит, не шевелясь, только наблюдает за ней. Его бездействие создает иллюзию одиночества и Мэриэнн совсем забывает о его присутствии.

Она стоит в глубине пещеры и смотрит, как течет вода в ручье. Девушка находится напротив прохода в еще одну пещерную комнату, выход из которой также заблокирован.

Блэк, которому надоело сидеть, решает выпить воды. Привыкший к постоянной маскировке он бесшумно подходит к ней сзади. И когда решается заговорить до смерти пугает ее.

Подскочив от его голоса, Мэриэнн молниеносным движением хватает его за глотку в попытке задушить.

–Отпусти, дура! Это я! – хрипит он.

–Боже мой, Блэк! Зачем ты так подкрался, а? – отпускает она его тяжело дышать.

Но он перехватывает ее руку и тянет на себе пытаясь рассмотреть.

–Что это у тебя? – он чувствует, что его шея стала влажной от чего-то, и он точно знает, что это не вода, потому что все это время девушка ни разу не вытащила рук из пальто.

–Отпусти! – словно поменявшись ролями, просит она.

–Тебя ранили? – с ужасом спрашивает он и вспоминает, что перед тем как она вспорхнула в пещеру, и произошел взрыв, он слышал выстрел.

–Да, это пустяки – краснеет девушка, не зная, что и сказать.

Воспользовавшись охватившей его злобой, она вырывает у него руку.

–Так вот почему ты забежала обратно после того как запустила бомбу? Тебя ранили – скорее не ей, а себе объяснял он.

–Да уж я хотела убить тебя, а получилось и себя – стараясь шутить, ответила она.

–Прекрати паясничать! Ты ранена! Почему ты молчала, Смит? Нужно же ее обработать!

–Во-первых, это не твоя забота, а во-вторых, если ты не заметил, я в пещере.

–Смит, открой глаза! У меня с собой мой рюкзак. Там есть спирт, вата, бинт, нитки с иголкой, скальпель и заживляющая мазь.

Говоря это, он уже открывал свой рюкзак и доставал все что нужно

–Ты все это тащишь с собой? – удивились девушка.

–Да. Я воин и я не раз попадал в такие ловушки. Мне спокойней, когда я знаю, что смогу спасти себя и выжить.

Мэриэнн невольно восхищается его опытностью и практичностью. Но все, же не понимает его поступков.

–Ты ведь не думаешь, что я позволю тебе лечить меня?

–А ты что боишься, что я тебя убью? Ты ведь полчаса назад об этом меня и просила. Что изменилось?

–Нет, дело не в этом. Просто мы враги и ты не можешь просто взя…

–Я тебе не враг. И это не твоя война. Я не могу сидеть и смотреть, как ты умираешь от потери крови или инфекции. Тем более нам неизвестно когда нас спасут.

"Или спасут ли вообще» – подумала девушка. Она четко знала план. Пока все бились, она должна была ждать, когда в пещеру приведут вражеский отряд. После их прихода она должна была обрушить вал и сбежать. Но из-за подстерегавших ее вражеских воинов она получила ранение и еле оказалась в пещере, прежде чем все обрушилось. Она знала, что Итан не вернется, потому что она надеялась, что он помнит – их цель превыше всего и уж тем более превыше жизни одного бойца.

Пока Мэриэнн стояла в задумчивости, Блэк схватил ее за раненную руку и снова потащил к ручейку.

–Отпусти. Мне не нужна твоя помощь, Блэк!

–Прекрати упрямиться! Прекрати вести себя, так как я тебя описываю! Мы взрослые люди. Мы в ловушке. Ты ранена, черт возьми! И если ты не можешь принять помощь от меня, то взгляни на это как я. Я помогаю просто по-человечески. Я человек и хочу сделать добро.

Он долго всматривался своими зелеными глазами в ее карие, позволяя ей решить самой. Хотя и думал, что если она и дальше будет противиться, то ему придется оглушить ее чем-нибудь и вытащить пулю.

Мэриэнн смотрит в его глаза и понимает что он прав. Они оба, прежде всего люди. И сейчас они в пещере вдали от ужасов войны и долга перед Отечеством. Видя в зеленом омуте глаз искренне сопереживание она, наконец, сдается. Даже если он убьет ее, то это лучше голодной смерти в забаррикадированной пещере.

Девушка протягивает руку под струйку воды и шепчет:

–Порой мы забываем, что в первую очередь мы люди.

                        Испытание.

Мэриэнн сидит на земле пещеры, протягивая раненую руку Даймонду, который также устроился рядом. Между ними находится экстренная аптечка и фонарь. На голове молодого парня был такой же фонарик, который он прикрепил для лучшего освещения раны.

Мэриэнн мирно сидела, ожидая начала их своеобразной операции. Во рту у нее было полотенце, которое служило неким кляпом.

Резко кивнув головой, будто уговорив самого себя, Блэк берет в руки вату намоченную спиртом и начинает обрабатывать рану. При первом же прикосновении Мэриэнн дергается, но потом, молча, терпит жжение и боль.

Даймонду эту дается хуже, чем ей. Он мысленно проклинает себя за то, что не взял с собой немного морфия. Второй раз в жизни он вытаскивает пулю из раны. Учитывая то, что первый раз он лечил самого себя, он решает, что этот раз намного хуже.

Мысль о том, что он причиняет боль этой девушке, сводит его с ума. Ему кажется это испытание на прочность его силы воли. И он не уверен, пройдет ли его или провалится с треском.

Закончив обработку, он берет заранее обработанный скальпель. С ужасом он замечает, как дрожит его рука. Чтобы унять нервы он делает глоток спирта. Жидкость обжигает горло, и он поднимает глаза на Мэриэнн, которая не сводит с него глаз. Поняв, что он ждет ее одобрения, она слегка кивает, и Блэк стиснув зубы, продолжает.

Как только он начинает вытаскивать пулю, он жалеет, что вообще начал все это. Измученное лицо девушки и ее полные слез глаза совсем не придают ему сил. Свободной рукой он снова пьёт глоток спирта и старается быстрее вытащить пулю. Выпитый алкоголь не помогает ему успокоиться, но, по крайней мере, руки у него перестают дрожать. Трезво оценивая ситуацию, он понимает, что в любом случае должен докончить операцию.

Бросив взгляд на лицо Мэриэнн, он с удивлением отмечает, что она хоть и плачет, но не кричит. Это наводит его на мысль, что женщины, как бы их не называли слабым полом, намного выносливей и терпеливей мужчин. Сама же Мэриэнн крепко стиснув полотенце во рту, старается изо всех сил отвлечься от скальпеля, пытающегося вынуть пулю из ее запястья.

Не зная, чем себя отвлечь она начинает всматриваться в лицо своего горе-целителя. К своему удивлению она обнаруживает на нем гримасу боли. Глаза мужчины горят решительностью, но в тоже время нельзя не заметить их страдание и боль. Увидев это, она невольно думает о том, что он страдает, будто сам ранен и это в нем копаются скальпелем.

Неожиданно боль притупляет все остальное и Мэриэнн вскрикивает. Но кляп, заглушив крик, превращает его в протяжное мычание. Даймонд со всей злостью выбрасывает пулю и снова делает глоток спирта. Теперь даже это не помогает и он минуту сидит весь, содрогаясь словно в судорогах.

Все его силы уходят на то, чтобы утихомирить бушующий в груди ураган. Мучения Смит слишком сильное для него испытание. Он отчаянно хочет прижать ее к себе, взять на себя ее боль, хоть как-то облегчить ее страдания. Но, увы, он не может. Он не смеет выдавать себя.

Успокоив свое тяжелое дыхание, он снова берется за дело и начинает заново обрабатывать рану. За работой он с удивлением отмечает, что, несмотря на холод пещеры руки у девушки теплые. А кожа на них такая мягкая, что ему не верится, что она опытный воин, который все четыре сезона в году проводит на поле битвы.

Обработав рану, он поднимает на нее глаза:

–Ты точно не выпьешь? – спрашивает он снова.

Хотя она ранее она говорила, что не пьет и от крепкого напитка смешанного болевым шоком может потерять сознание. Конечно, он не хочет, чтобы она отключилась, но и желания причинять ей боль, у него нет.

В ответ она отрицательно качает головой и он, тяжело вздохнув, начинает зашивать рану.

Каждый раз, когда просовывает иглу, она дергается, и он мысленно проклинает себя. Впервые в жизни ему становится противна эта война. Впервые он злится на отца, который устроил переворот и стал причиной гражданской войны. Злясь на весь мир, он продолжает зашивать ранку, стараясь не причинять лишнего дискомфорта.

Мэриэнн не сводит с него пристальных глаз. Она столько раз от боли зажмуривает глаза и, открыв их, видит его измученное лицо, что ей кажется, этот образ навсегда запечатается в ее памяти. Она чувствует, как дрожит от боли. Она чувствует, как холодный металл иглы обжигает раненую кожу. Но все это уходит на второй план при мысли о том, что теперь она уже не сможет называть его врагом.

Зашив рану, мужчина вытаскивает кляп изо рта девушки и приступает к перевязке. Облегченно вздохнув, она позволяет ему докончить работу. Спустя пять минут операция, наконец, подходит к концу.

Даже не убрав вещи, Блэк отходит к своему месту у стены. Тяжело вздыхая, он снимает с головы фонарь и бросает его. По пещере раздается звон стекла. И она становится менее освещенной, потеряв один из источников света.

Даймонд старается унять дрожь в теле, все больше и больше ненавидя себя за участие в этой ужасной войне, которая уносит жизни тысяч людей. Смертельная усталость берет над ним вверх, и он прикрывает глаза стараясь отдалиться от всего.

Осознание того, что он заперт в пещере с Мэриэнн радует его. Он знает, что никто за ним не придет, потому что во время перестрелки никто не заметил, куда он ушел. Измотанный он думает о том, что для него было бы прекрасно умереть сейчас в этой пещере, находясь рядом с Мэриэнн. Когда он ей не враг, а просто человек, который также заперт как и она. Не в силах справиться со своими чувствами он надеется все же умереть до того как придут повстанцы и спасут Мэриэнн. Эти мысли греют его душу и он постепенно начинает успокаиваться.

–Спасибо – наконец, девушка привлекает его внимание к себе.

Он резко открывает глаза. И видит, что она теперь сидит у стены напротив него в двух шагах от обвала. Прислонившись к стене спиной, она второй рукой придерживает свою перебинтованную руку и с тревогой смотрит на него.

Даймонд не отвечает, прекрасно понимая, что ответь он сейчас, то голос дрогнет, а она и так видит достаточно, чтобы заподозрить его. Спустя некоторое время брюнет поднимается и начинает убирать свои медицинские инструменты. Под пристальным взглядом девушки он моет в струе ручья все, что запачкано кровью и, завернув в полотенце, которое служило кляпом, убирает в рюкзак. Затем он достает оттуда мешочек с хлебом, который разрезан на восемь равных ломтиков. Взяв оттуда два ломтика, он подходит к Мэриэнн, протягивает ей один и говорит:

–Съешь, тебе нужны силы.

–Ты не обязан да…

–Ты потеряла много крови. Возьми же – устало перебивает Блэк.

–Но это твои запасы. Я не стану их есть.

–Я не для того тебя лечил, чтобы ты умерла голодной смертью. Прекращай уже, Мэри, мы в одной лодке прими это.

Только к концу фразы он понимает, что впервые обратился к ней по имени. Воспользовавшись ее шоком, он всовывает в ее руку кусок хлеба и идет прочь.

–Спасибо – снова благодарит она.

–Это конечно не твой любимый говяжий стейк, но все-таки лучше, чем пустой желудок.

–Откуда ты знаешь, что я люблю стейк? – в очередной раз удивилась девушка.

–Мы вместе учились Академии и провели под одной крышей целых 10лет. Я просто внимательный, Смит.

–Понятно.

Так они оба погрузились в свои мысли и стали медленно, растягивая, есть свои порции хлеба. Тишину нарушил Блэк:

–У тебя ПТСР?

–Что? – не расслышала Мэриэнн.

–Посттравматическое стрессовое расстройство – закатив глаза, повторил он.

–С чего ты взял? – насторожилась она.

–Ты напала на меня в пещере, где кроме нас никого нет – пожал он плечами.

–Ах, да. Есть немного – смутилась она.

–Тебе ведь не беспокоят кошмары?

–Кошмары? Нет. А что?

–Просто не хочу, чтобы ты мешала мне спать. Если ты не заметила, мы в помещении с прекрасной акустикой- шепотом говорил он, демонстрируя отличную слышимость.

–А тебя? – заинтересовано спросила она, проигнорировав его насмешливый тон.

–Скажем так, уже нет – честно ответил он.

А в голове вспыхнул образ ее окровавленного трупа. Мурашки забегали по его коже. Он до сих пор детально помнил тот свой кошмар. В начале гражданской войны. Ему всегда снилось, как Мэриэнн ловят фанатики его отца и убивают самыми мерзкими способами. С годами этот страх не покинул его. Но с улучшением воинских навыков девушки кошмар исчез, что не могло не радовать его.

Блэк видел, что она изучает его своим пытливым взглядом и перевел разговор в другое русло:

–Что ты делала в этой пещере?

Об этом он думал еще внизу, когда во время перестрелки увидел, как она стреляет из пещеры. Его мысль о снайперской вышке разогнала сама девушка своим признанием об отсутствии патронов, отсутствие самого автомата и присутствие динамита.

–Мы хотели перекрыть перевал через гору. Как ты видишь, ту сторону мы уже подорвали. И мне пришло в голову, чтобы было бы неплохо при обвале второй стороны завести вас сюда в ловушку – объяснила она.

–Я не знал, что в тебе есть садистские наклонности – действительно такая ловушка пугала его. Ведь одно дело убить врага при битве, а второе уморить голодом.

–Скажем так, я позаимствовала политику нашего достопочтенного генерал-маршала и кончилось тем, что сама оказалась здесь заперта- ехидно ответила ему девушка.

–То есть это твое наказание. Но как ты собиралась нас сюда загнать?

–Я не знала, какой отряд прибудет и кто будет предводителем. Но я договорилась со своими, что они будут загонять вас сюда. Ведь вы не знали о закрытии перевала с той стороны.

–А получилось, ты загнала лишь одного человека, да еще и с собой – подытожил мужчина.

–Это не плохой улов, знаешь ли. У меня в пленниках сын генерал-маршала. Не это ли победа?

Ее слова больно цапнули по сердцу, напоминая о старых обидах.

–Я всего лишь воин и нет разницы кто мой отец, Смит – хмуря брови, ответил он.

–Но, надо признать, ты хороший воин. Мы не рассчитывали, что нападете вы. Твой отряд разбил нас в пух и прах. Поэтому я выскочила на помощь к ребятам. У меня был всего этот пистолет, так как предполагалось, что я буду отсиживаться до вашего прихода. Потом я должна была всего лишь выскочить наружу и взорвать все. Но вы загнали нас в угол, и мне пришлось показаться, чтобы помочь остальным. Пули я быстро истратила. Когда ты пришел, я уже была на мели. Я думала, хоть тебя поймаю, но в меня выстрелили.

–И чтобы не умереть, ты забежала обратно в пещеру, которой хотела завалить перевал.

–Да уж. Если б у меня были пули, я бы отстрелялась. Правда я потом схватила два яблока, которые валялись на земле. Боже, яблоко! У меня же сохранилось одно!

С сияющим от восторга лицом, девушка вытащила из кармана зеленое яблоко. Она быстро побежала к ручью и, вымыв его, кинула своему спутнику.

–Кажется, у нас будет десерт – впервые после того как очутилась в пещере улыбнулась она.

–У тебя не осталось пуль, и ты решила поесть – качая головой, он достал из рюкзака перочинный ножик и разрезал пополам.

–Нет, конечно. Я использовала его как оружие. И кстати у твоего друга Гамильтона будет от него фингал.

–Ты кинула яблоком в Айзека?

–На войне все средства хороши – пожала девушка плечами и, откусив свою половинку яблока, снова уселась на свое место

Блэк усмехнулся ее поведению и тоже приступил к поеданию своей части фрукта.

–У нас есть еще 6кусков хлеба, хватит на три дня. Воды у нас также много. И вообще думаю, скоро прискачет твой любимый и спасет тебя.

Блэк старался говорить непринужденно. Хотя внутри него горел огонь. Он многие годы завидовал их дружбе, а с возрастом стал подозревать, что между ними есть что-то большее.

–Любимый? – удивленно переспросила девушка.

–Твой благородный принц – закатив глаза, пояснил он.

–Итан? Ты говоришь об Итане? Блэк, да он же мой лучший друг! Неужели ты думаешь, что мы пара?

–Разве это не так?

–Ты ведь знаешь нас достаточно долго, чтобы знать, что это не так. Мы с Итаном хорошие приятели и дорожим нашей дружбой. Еще со времен Академии мы создали свой круг. Я всегда воспринимала его как брата и не сомневаюсь в его искренней дружбе со мной.

–То есть ты говоришь, что вы всего лишь друзья?

– Именно.

Уверенность в ее тоне развеяла все его сомнения, и он облегченно вздохнул.

Не враги.

Время было уже за полночь. Ноябрьская стужа давала о себе знать. Даже в пальто ему было холодно. Особенно, когда он сидел на земле пещеры. Краем глаза он посматривал на девушку и думал о том, что ей, наверное, совсем холодно в ее легком плаще. Но предложить свое пальто не решался, чтобы она совсем не взбесилась от его заботы и внимания. Кроме того он и так был сегодня слишком любезен. Если предложит свою одежду, то она точно раскусит его.

Мэриэнн думала о том, что ей предстоит умереть в пещере непонятно вместе с кем. В том, что никто не спасет их она и не сомневалась. А на счет Блэка она не знала, что и думать. С одной стороны он не убил ее, вылечил и поделился своим хлебом. Но с другой стороны это до сих пор был сын генерал-маршала, чей отец убил родителей ее лучшего друга, лидер вражеской армии, который при любом удобном случае унижал и оскорблял ее. Наконец, чтобы внести ясность она решила спросить напрямик:

–Почему ты не сопротивляешься? Неужели ты не видишь, что люди погибают из-за этой борьбы?

–Заметь, войну устроили вы. Генерал-маршал, устроив переворот, планировал мирную жизнь для народа и в том, что погибают люди, виноваты вы. А точнее твой друг принц, который не может смириться с новым положением.

–Не надо обвинять Итана! Он не виноват! Твой отец убил его родителей! И это не мы, а он является левым. Признай, ваше правительство не принесло пользы! Ваши законы противоречат друг другу!

–Это переходный период! Так бывает во время гражданских войн. Мы спасли страну! Король Эббот не интересовался страной! Как и королева Августа, которой было наплевать на народ. Люди гибли от голода! Казна была заполнена золотом, но он не вооружал армию. Бедняки не могли учиться. Или ты забыла, как в Академии на весь курс были всего пара учебников? Из-за их пренебрежения нашу казну ограбили и увезли все наше золото в пятнадцати полных вагонах! Вот какие были король и королева, которые вы считаете святыми!

–Но Итан не такой!

–Уже поздно. Власть в руках народа и генерал-маршал будет до последнего защищать свободу своих граждан, даже ценой жизни сотни солдат.

–И ты согласен с этим? Ты считаешь это правильным?

Мэриэнн не отрывая глаз, смотрела на него. Она знала о беспечности покойных короля и королевы. Но также она знала своего друга Итана и никогда не сомневалась в его справедливом правлении страной. Она всей душой ненавидела генерал-маршала и его сторонников. Но сейчас видя отношение Блэка, она задавалась вопросом, как этот человек мог терпеть деспотизм новой власти.

–Мой отец генерал-маршал страны. Его жестокий нрав известен даже за пределами Ратомира. И ты должна понимать, что я не могу восставать против него.

Девушка ждала, что он продолжит. Но он снова умолк и казалось, был далеко отсюда.

–Ты не можешь восстать, потому что он твой отец?– привлекла она его внимание.

Мужчина несколько мгновений не сводил с нее глаз, а затем пещеру окутал его голос:

–Он просто другой понимаешь? Он всегда был таким строгим и временами жестоким. Мне даже в детстве не разрешали читать сказки о доблестных принцах и прекрасных принцессах. Любое упоминание о королевском звании строго наказывалось. Я вырос в странной атмосфере. Мой отец служил у короля, но ненавидел его. И я его не понимал. Но его не заботило понимание. Ему было нужно послушание. И мы перестали стараться понять, а просто стали выполнять без обсуждений и раздумий, которые также были запрещены. Впрочем, как и все присущее нормальному человеку.

Мэриэнн не сводила с него карих глаз. Ей казалось, что она впервые видит его. Она поняла, что всё это время она ненавидела человека, которого, по сути, и не знала. Не знала его мотивов и взглядов на жизнь, но позволяла себе осуждать его. Ей всегда казалось, что он капризный сын богатых родителей, который привык быть в центре внимания. И только, сейчас она поняла, как ошибалась в своих предположениях. Он всего лишь был мальчиком, желавшим заслужить похвалу отца.

–Ты боишься не оправдать его ожидания – озвучила она свои мысли.

Зеленые глаза снова встретились с карими. И он медленно заговорил:

– Я не боюсь, нет. Но я не один. У меня есть сестра и мать, которых кроме меня никто не защитит. Ты наверное знаешь, что мой отец бросил в темницу своих родителей, которые противились казни королевской четы. Народ прозвал его за это Справедливым. Мол он не пощадил даже своих родителей-консерваторов. И неужели ты думаешь, что этот человек может пощадить меня?

Мэриэнн не сводила с него глаз и думала о несправедливости жизни. Ее глаза закрывались, когда в голове промелькнула последняя мысль о том, что это война также чужда для Блэка как и ей.

Заметив, что она заснула, парень снял с себя свое пальто и накинул на нее. Сев на свое место он долго любовался ею. Он знал, что если бы его отец увидел их сейчас то, не задумываясь, убил бы обоих. Он знал, что генерал-маршал не прощает предательства. Но утешал себя мыслью, что возможно он умрет в этой пещере и последняя кого он увидит, будет Смит.

Через несколько часов молодые люди проснулись от шума взрыва. Открыв глаза, Мэриэнн увидела, что Блэк вскочив на ноги, стоял с пистолетом в руках, а вчерашний обвал был взорван. Ослепленная дневным светом и клубами пыли, которые поднял взрыв, она также быстро вскочила на ноги и заметила, что на земле лежит пальто Блэка, которым как она догадалась, он укрыл ее ночью.

–Мэри! – услышали она голос Итана и ужаснулась всем сердцем.

Схватив лежащее на земле пальто, она тут же встала напротив Блэка и бросила ему его верхнюю одежду. Она не до конца осознавала свои действия, но не дрогнула и осталась на месте, заслоняя собой Блэка, чем очень его удивила.

Через секунду пыль улеглась и силуэт, который за ним виднелся, забежал в пещеру. Это был высокий юноша с черными кудрявыми волосами и большими карими глазами. Пухлые губы были сжаты в тонкую полоску, а густые брови вскочили вверх, словно стараясь быть ближе к низкому лбу.

–Мэри – облегченно вздохнул принц.....

На его красивом лице начала расплываться улыбка. Но она исчезла, как только парень увидел, что за ней стоит его заклятый враг- Даймонд Блэк.

–Ты! – взревел он и попытался накинуться на него, но девушка преградила ему путь.

–Итан! Итан не надо! Успокойся! Он ничего не сделал – просила она, стараясь удержать его.

Блэк стоял, не шелохнувшись, и наблюдал за их борьбой. Конечно, он знает, что она защищает его только из чувства благодарности, но все равно это ему очень льстит.

–Ты! Если ты хоть пальцем ее тронул! Отпусти меня, Мэри! Я убью этого ублюдка! Мерзкий паршивец! Предатель и сын предателя! – кричал он, стараясь пройти мимо подруги. Но это было не просто, ведь она была его лучшим бойцом и знала почти всего его ходы наперед.

Даймонд рассмеялся его словам. Его очень забавляла эта ситуация, в отличие от Мэриэнн которую пугала мысль о том, что ее лучший друг может убить человека, который спас ей жизнь.

–Итан, все не так как ты думаешь! Итан!

–Отпусти его, малявка! Посмотрим, на что способен золотой принц, который знает, что его драгоценная подруга провела ночь взаперти с его заклятым врагом!

Эти слова еще больше разозли освободителя. Парень, ругаясь и проклиная врага, пытался добраться до него при этом, не причинив боль подруге. Но это было, сложно учитывая, что Мэри крепко схватила его и не давала пройти.

–Черт тебя возьми, Даймонд! Заткнись! – закричала девушка.

Она с ужасом отметила, что впервые обратилась к нему по имени. Но когда поняла, что Блэк перестал смеяться, а Итан прекратив попытки пройти, смотрел на нее во все глаза, она решила, что это ее шанс.

–Он спас мне жизнь! – сразу выкрикнула она, глядя в лицо друга.

Итан теперь уже окончательно сбитый с толку ошеломленно смотрел на нее. Впрочем, как и Блэк, который не предполагал такого поворота событий. Хотя от такой честной и самоотверженной девушки как Мэриэнн он и не ждал другого.

Убедившись, что ее слушают, Мэри подняла свою руку. Теперь Итан заметил, что она перевязана.

–Меня ранили, поэтому я, забежав обратно, оказалась в ловушке. У меня не было патронов, и он мог меня убить. Но не сделал этого. А наоборот вытащил пулю и зашил рану. Итан, он поделился со мной куском своего хлеба.

Ее друг слушал с недоверием. Но отрицать не мог. Перевязка доказывала правдивость ее слов. Хотя он не доверял этому предателю к его огромному удивлению и облегчению тот спас его подругу и соратницу.

–Зачем ты ей помог? Ты же ненавидишь ее? Это что хитроумный такой план? – снова направил он пистолет на противника.

Блэк стоял, не шевелясь, и смотрел в полные слез глаза Мэриээн.

–Итан, опусти пистолет – прошептала она.

–Я не ненавижу ее. Тебя да. Ее нет. Если хочешь разобраться, пусть она выйдет.

Даймонд говорил, не отрывая глаз от девушки, и с болью в груди заметил, что при последних его слова она испуганно зажала рот своей здоровой рукой, а из глаз потекли слезы.

–Мэри, выйди! – скомандовал король-изгнанник.

Его раздражало пренебрежение Блэка. Но еще больше его бесило, то, что тот не отрывает глаз от его подруги.

–Итан, он спас мне жизнь. Ты обещал убить любого, кто обидит меня! Так отпусти же его! Он спас меня! – просила Мэриэнн и снова заслонила его собой.

Итан не понимал, почему она так себя ведет. Ведь будь на его месте генерал-маршал, он бы не дал ей и слова сказать.

–Смит, уйди! Уходи, сейчас же! Это не твоя война! – заговорил Блэк и попытался пройти мимо нее.

Но девушка схватила его за локти и теперь они оказались лицом к лицу. Итан не мог стрелять, потому что подозревал, что Мэри тут же бросится под пулю. В то же время он и не понимал, зачем ей это.

–Мэри, отойди! – крикнул он, опуская оружие.

Но она даже не обратила внимания и слушала только Блэка.

–Уходи! Слышишь?! Уходи! Тебе здесь не место! Тебя убьют! Ты мне не враг и не вставай на моем пути! Это не твоя битва!

–Так же как и не твоя! – с жаром ответила Мэриэнн.

Даймонд пристально смотрел в ее глаза и видел в них искреннее желание защитить. Он знал этот взгляд. Так он сам смотрел на свою сестру и мать. И как бы ему не был приятен этот взгляд, он не мог воспринимать его иначе как жест благодарности.

–Беги отсюда! – он чуть отталкивает ее от себя и выходит навстречу врагу.

Но Мэри тут, же бросается к Итану.

–Итан прошу те…

–Уходи отсюда! – кричит тот и отворачивается от Блэка.

Пленники пещеры неуверенно смотрят на него, не совсем понимая, к кому именно он обращается.

–Уходи, Блэк! Я не собираюсь убивать того, кто спас моего друга! Уходи!

Мэриэнн облегченно вздыхает и бросает Блэку его рюкзак и фонарь, который до сих пор включен, хотя при естественном освещении в нем нет нужды.

Мужчина с ловкостью ловит рюкзак и надевает на себя пальто. Он не спешит уйти, потому что не может оторвать глаза от карих глаз девушки, которые смотрели на него с тревогой и грустью.

–Я боялся, что ты умерла. Я видел, как за секунду до взрыва ты юркнула обратно, и боялся, что ты осталась под завалами – говорит Итан, поднимая на нее глаза и стараясь привлечь к себе ее внимание, что ему удается:

–И ты пришел, нарушив первый закон устава, зная, что я могла и не выжить.

–Поэтому я и пришел один. Я не мог рисковать жизнью других, но и оставить тебя не мог. Даже если бы ты была мертва, я бы похоронил тебя достойным образом- с жаром отвечает он.

Даймонд приближается к выходу из пещеры, чувствуя на себе взгляд Мэри, но сам уже не смотрит на нее, боясь, что в таком случае он наговорит лишнего. Когда он почти выходит Итан окликает его:

–Спасибо, что спас ее, Блэк. Я должен тебе жизнь.

–Береги ее и не бросай ее в пекло. В следующий раз ты можешь ее не вернуть, Лэнгфорд.

Бросив последний взгляд на девушку, Даймонд уходит, мысленно твердя себе оставить события пещеры в ней же и забыть обо всем. Мэриэнн также пытается игнорировать кошек, которые скребут на душе и идет к ручейку, чтобы умыться и охладить свой пыл.

Итан устало опускается на землю. Он думает о том, что произошло в пещере за время обвала. Он знает, что поступил, глупо отпустив сына и лучшего военачальника своего заклятого врага. Но он видел взгляды Мэриэнн и Блэка, когда они разговаривали. Взгляды полные отчаянного желания защитить и уберечь.

Эта сцена напомнила ему о родителях, которые также не отрывали глаз друг от друга в день казни. Так смотрят люди, которые стараются привязать друг друга к жизни. Он не знал, почему его лучшая подруга и заклятый враг обменивались подобными взглядами. И только мог надеяться, что это усталость заставляет его остро реагировать на события и видеть того чего нет.

                        Возвращение.

В полночь Даймонд был в главной штаб-квартире. Чтобы избежать вопросов о том, где он был, он направился не в свою казарму, а в штаб генерал-маршала. Всю обратную дорогу он думал о том, что Лэнгфорд его так просто отпустил. Он знал, что не защити его Мэриэнн, тот бы никогда не пощадил его. Но все равно не мог понять его логики. Ведь если бы он сам поймал лучшего военачальника врага, то не задумываясь, убил бы, конечно, если это не Мэриэнн.

Также он думал о том, что если бы не Лэнгфорд, а кто-то из его соратников нашел их, то непременно убил девушку. И даже его слова не смогли бы защитить Смит от членов правящей партии. Да и к тому же если бы их обнаружил его отец, он бы убил обоих. Ведь новое правительство не терпит "жалости, колебания и предательства".

Прибыв в головной штаб, он узнал, что из его части сообщили о поражении повстанцев и исчезновении командира. Первым делом он заглянул к отцу, хотя и знал, что тот не особо волнуется, но должность обязывала отчитаться перед начальством.

–Генерал-маршал, можно к вам? – заглянул он в кабинет отца.

Генерал-маршал, главный министр и его сын сидели напротив плазменного экрана, на котором было цифровое изображение карты страны.

–Войди – даже не обернувшись, ответил ему отец.

Это был высокий, плечистый мужчина. Когда-то черные волосы уже несколько лет как поседели, и его украшала белоснежная шевелюра. Такие же поседевшие брови, хмурясь, изучали карту. Огромные пальцы рук крепко сжимали в руках папку с документами.

Когда Даймонд вошел в помещение Виктор и Мэтью Макадам вскочили на ноги.

–Даймонд, дружище ты здесь!

Высокий худощавый парень с русыми волосами и серыми глазами был точной копией своего отца, который стоял рядом с ним. Единственное их различие было в том, что отец отрастил себе пышные усы, а пиджак скрывал ставший как барабан живот.

Виктор радостно вовлек друга в медвежьи объятия. Со вчерашнего дня он не мог найти себе места. Мысль о том, что его лучший друг, боевой товарищ, да и к тому же командир попал в плен, пробуждала в нем отчаяние.

–Я в порядке – хриплым голосом отозвался Блэк младший.

Ночь в пещере в одной только рубашке давала о себе знать, и он чувствовал легкую боль в горле. Но простуда была самой последней в списке его проблем.

Не успел он отступить от друга, как оказался в объятиях его отца.

–Сынок, как же ты нас напугал!

Министр не лукавил, он и вправду очень испугался за парня. «Молодые не должны умирать» всегда твердил он. Даймонд с Виктором сверстники и лучшие друзья, поэтому Мэтью относился к молодому командиру также как и к своим детям. Как искусный политик он всегда восхищался, как и боевым, так и дипломатическим умениями Блэка младшего.

Кивнув им молодой мужчина, наконец, оказался напротив отца, который все также пристально изучал карту.

–Генерал-маршал, ваш командир прибыл для отчета.

Медленно отложив документы в сторону, мужчина обратил взор своих зеленых глаз на сына. Наблюдатель мог бы сказать, что они донельзя похожи друг на друга. И будь Блэк старший более любящим отцом, он бы видел в сыне свою молодость. Но его мысли были слишком заняты другими делами и таким вещам он никогда не предавал значения.

–Я весь во внимании – сказал он, поднимаясь с места.

Его холодность не была ни для кого новостью. Но все-таки каждый из тех, кто был в кабинете, почувствовал неловкость, словно находился в аудиенции у робота, а не человека.

–Вчера мы напали на повстанцев, которые прятались у горного перевала. Через 86 минут сражения мы заставили их отступить, причем с минимальными потерями. Во время сражения я заметил, что нас стараются загнать в туннель перевала. Войти я туда не смог потому что, отступая, они обвалили проход. Для разведки я решил остаться. Проследив за повстанцами, я понял, что они закрыли путь через перевал. Когда стало понятно, что в лагерь к ним мне не подойти я решил немного отдохнуть после сражения. Утром я вышел в путь, чтобы лично доложить вам обо всем.

Даймонд говорил уверенно и не отрывал глаз от генерал-маршала. Алиби он придумал себе по дороге в штаб. Он был уверен, что ни Лэнгфорд, ни Смит не будут распространяться на счет его заключения в пещере. И уж тем более они скроют от всех, что отпустили его. Основываясь на своей давней привычке, после битвы преследовать врага и праздновать победу он решил, что его рассказ будет более чем правдоподобным.

–Хорошая работа. А теперь можешь идти к себе – сказал генерал-маршал, одобрительно похлопав сына по плечу.

Кивнув в знак прощания, молодой человек вышел. Он был безгранично рад, что наконец-то может снять с себя всю грязную одежду, искупаться и хорошенько поесть.

Ужинал он у себя в комнате, не желая лишних разговоров и расспросов. Перед сном он решил, привести в порядок свой рюкзак. Инструменты, которыми он пользовался для операции Мэриэнн, он отправил в стерилизацию, а полотенце выбросил в мусор. Уж больно оно напоминало ему о вымученных глазах девушки.

Утром Даймонд, сидя в окружении своих товарищей Виктора и Айзека рассказывал о событиях последних дней.

–Мне казалось, ты проскочил в пещеру – не унимался Айзек.

Это был рыжий парень с карими глазами и россыпью веснушек. На правом глазе парня светился синяк, а широкие плечи, ссутулившись, создавали некую ширму. Когда Блэк не вернулся с битвы, он здорово испугался за жизнь командира. И ночью получив сообщение о появление друга в штабе, сразу же пустился в путь.

–Айзек, тебе показалось. Наверное, в момент получения этого фингала тебе мерещилось не весь что – отмахнулся Даймонд, вспоминая о том, что Смит уверяла, будто оставила синяк на лице его друга.

–Черт! Ты же не знаешь! Эта выскочка Смит появилась из ниоткуда и пальнула в меня яблоком! Сначала я подумал, что это камень, но это, оказывается, было, здоровенное, зеленое яблоко.

Трое друзей расхохотались и Айзек сквозь смех продолжил:

–Кстати яблоко оказалось очень вкусным.

–Так ты его еще и съел? – удивился Виктор.

–Да! Я хотел кинуть его обратно в нее. Но тут произошел взрыв, а эти мерзавцы отступали и мы тоже стали возвращаться. Яблоко осталось у меня в руках, а потом по пути я и съел его. Уж очень хотелось кушать – пожал рыжий плечами и троица снова покатилась от смеха.

–А где ты был, а? Вчера я так и не смог узнать. Но теперь ты не отвертишься – устремил Виктор свои серые глаза на друга.

–Ты же знаешь, я люблю отпраздновать легкую победу.

–Почему ты не позвал меня с собой? – притворно насупил рыжие брови Айзек.

–Тебе девушка яблоком фингал поставила! Прости брат, но ты не заслужил веселья – попытался Блэк перевести тему.

–Что ни говори, когда ты пришел я сразу понял, что у тебя была бурная ночь. Слишком усталым ты выглядел – продолжил Виктор и Даймонд решил поддержать его:

–Ты даже не представляешь насколько.

Всю ночь Даймонд видел кошмары, будто он снова в пещере с Мэриэнн. И их находит не Лэнгфорд, а его отец. Проснувшись в поту, он был миллион раз благодарен, что их нашел именно Золотой принц, который жаждет всех спасти. Он искренне хотел забыть все, что произошло в пещере. Но в голове упрямо возникал ее образ и ее отчаянное желание защитить его вопреки войне, здравому смыслу и своему лучшему другу. И как бы Даймонд не пытался отогнать все мысли о ней прочь он не мог отрицать, что именно там, в пещере прошли его самые ужасные и счастливые часы жизни.

                        Реабилитация.

После возвращения с пещеры в лагерь, Мэриээн Смит неделю провела в постели. Ее возвращение широко праздновалось среди повстанцев, и каждый заходил пожелать ей скорейшего выздоровления. Вместе с Итаном она поддерживала историю о случайном заключении в свою же ловушку, деликатно пропустив момент, что находилась там не одна. Договорившись, они твердили, что это Итан вытащил ей пулю и оказал первую помощь. Так никто не узнал о том, что король Итан пощадил сына предателя генерал-маршала.

После недельного постельного режима Мэриэнн решила взять себя в руки. Но это оказалось не просто. Раненая рука болезненно ныла даже от легкого прикосновения к чему-то. О стрельбе не могло быть и речи.

Как лучший снайпер среди повстанцев она конечно и раньше практиковала стрельбу левой рукой. Но последние события сильно расшатали ее нервную систему и руки беспрерывно дрожали. Врачи, которых привозил для нее Итан, разводили руками, говоря, что боевую психическую травму лечит только время.

Более взрослые соратники утверждали, что ей нужна практика. Чем и занялась девушка. На протяжении целого месяца она день и ночь тренировалась, злоупотребляя обезбаливающими отварами. Стараясь как можно скорее оправиться, она обильно мазала рану заживляющей мазью.

Уже через месяц боль в руках перестала ее беспокоить, и она смогла безболезненно брать в руки оружие. Но радости это ей не принесло. Дрожь в руках не позволяла ей сосредоточиться, и она была далека от прежнего своего лидерства в стрельбе.

Итан не брал ее на задания. Но она не винила его. Потому что прекрасно знала, что солдат с БПТ станет в битве только обузой.

Они так и не поговорили о том, что было в пещере. Единственный раз, когда Мэри попыталась объясниться, произошел на следующий день после их возвращения в лагерь. Как только она сказала, что не могла позволить ему убить Блэка, тот перебил ее словами "я понимаю".

Девушка, в отличие от него, сама не понимала, что ее на это подтолкнуло, и уж тем более не понимала спокойного смирения друга. Хотя и утешала себя тем, что Итан всегда был милосердным и старался не проливать кровь.

Временами она ловила на себе его задумчивый взгляд. Но он всегда отворачивался и делал вид, будто и не смотрел на нее. Это очень радовало ее. Она чувствовала его заботу и была благодарна за то, что он дает ей самой разобраться в себе.

По ночам она невольно задумывалась о том, что Итан как-то странно впечатлен событиями в пещере. И хотя он не говорил об этом, но старался держать Мэри подальше от зоны боевых действий, с пониманием относясь к ее состоянию.

Мэриэнн потратила два месяца, чтобы вернуть свою прежнюю форму. С зарей она выходила на охоту в лес. Там сидя в засаде на оленей она снова научилась терпению и выдержке. Свежий воздух стал на нее успокаивающе действовать и дрожь в ее руках, наконец, исчезла.

С охотой на оленей и разную дичь снова развилось ее умение метко и безошибочно стрелять. Не ограничивая себя, Мэри меняла свое оружие в зависимости от настроения и своей добычи.

Случай в пещере, когда она оказалась абсолютно безоружной перед лицом врага доказал ей, что нельзя надеяться лишь на огнестрельное оружие. А воспоминания о том, что Блэк держит все при себе, заставляло задуматься. Всё чаще и чаще она прокручивала эпизод, когда тот разрезал их яблоко. Это навело ее на мысль о том, что будет отлично, если она начнет держать при себе несколько маленьких кинжалов, которые легко бы могла засунуть в ножны и спрятать в сапоги.

Поэтому она стала учиться метать кинжалы, чтобы в случае чего иметь возможность избежать повторения событий у горы Редингрейт. Так спустя три месяца она снова без промахов стреляла из пистолета, ружья, арбалета и даже метала маленькие кинжалы, которые теперь стали ее фирменным приемом.

Вот опять она возвращалась с охоты, подстрелив двух зайцев и глухаря. Дичь она оставила лесничему, которого встретила по дороге, а зайцев несла в лагерь, предвкушая аппетитную заячью тушенку. Девушка была уже у лагеря, когда кто-то окликнул ее.

Обернувшись, она увидела двух молодых мужчин. Один был невероятно крупным со светлыми русыми волосами и раскрасневшимся лицом. Нос картошкой то и дело шмыгал, напоминая о простуде его обладателя. Темно-карие глаза человека-шкафа искрились от радости. Рядом с ним был невысокий брюнет достаточно плотного телосложения. Его черные глаза выражали недовольство, и даже легкое разочарование.

–Перси, Джеймс, что вы тут делаете? – обратилась к ним она, с улыбкой глядя на них.

Эти двое друзей всегда напоминали ей шкаф и тумбочку.

–Мэри, это же не зайцы да? – спросил Джеймс, с грустью глядя в сетчатый мешок в котором лежала заячья туша.

–Да, это заяц. А что?

–Ты проиграл! Я же говорил тебе, что она поймает зайца, а не глухаря. Теперь ты мне должен ящик гранатового сока – смеясь, толкнул своего маленького друга великан.

–Мы играли спор, и я проиграл- пояснил тот и удрученно поплелся в лагерь.

–Ну, если для тебя это так важно, то могу тебя обрадовать, ты не проиграл – постаралась она его успокоить, также продолжив путь, на ходу передавая протянутой руке Перси мешок с добычей.

–Как это? – удивился тот.

–А так, что я подстрелила одного глухаря и двух зайцев. Но отдала дичь лесничему, потому что вчера мы уже ели суп из мяса глухаря.

–Значит, я был прав! – воскликнул брюнет.

–Но ты все равно должен! – возразил ему друг.

–Нет уж, это ты мне должен. Я оказался прав.

–Ха, кто бы говорил. Зайцев то она поймала два, значит, победил я.

–Мы не говорили о чис..

– Сделаем так! Вы принесете ящик с виноградным соком на ужин, и мы все его выпьем. Все-таки охотились не вы, а я – перебила Мэри их бессмысленный спор.

В лагере их встретил один из рядовых бойцов с приказом немедленно зайти к королю Итану.

–Вы нас звали, ваше величество? – зайдя в пункт сбора, спросила Мэри.

Несмотря на то, что у Итана было множество соратников и последователей Мэри была единственной среди них, которая называла изгнанного из своего же королевства короля «вашим Величеством». Конечно, остальные тоже называли его королем, но при этом не обращались к нему должным образом.

Сам Итан не обращал на это внимания и считал, что не заслужил еще такого. Но всё-таки ему было очень приятно, когда Мэри так к нему обращалась. Наверное, дело было еще и в том, что она это делала абсолютно искренне. Каждый раз, когда она это говорила, Итан невольно задумывался о том, что она его самый преданный соратник и друг.

Мэри, не знала можно ли ей войти, потому что до сих пор Итан держал ее подальше от активной деятельности. Не прийти она не могла, так как уже считала себя вполне здоровой, тем более приказ передали и ей. Но, несмотря на это, ей было неловко находиться здесь. Потому что именно она была автором последней операции, которая кончилась грандиозным провалом.

–Проходите – кивнул изгнанный король.

–Надеюсь ничего серьёзного? – с беспокойством спросил Перси, которого пугали то, что в последнее время участились зверские нападения на повстанцев со стороны нового правительства.

–Все отлично, даже более чем – с облегчением услышали все ответ.

–Мэри, ты поправилась, и я хочу чтобы ты участвовала в предстоящей операции – пояснил Итан, развеяв все сомнения подруги относительно необходимости ее присутствия.

–Что-то крупное? – с интересом спросила девушка.

Хотя она и не участвовала в последних вылазках, она знала, что после неудачи в перевале они притаились и не устраивали крупных налетов.

–Можно сказать и так. Думаю, это тебе понравится- с этими словами Итан передал подруге планшет с чертежом и подробным планом операции.

Перси и Джеймс сидели с ухмылками на лице. Зная характер своей академической подруги, они догадывались, что после ознакомления с планом она будет воодушевлена даже больше чем они. Ведь ребята уже больше двух месяцев готовились к этой операции и надеялись на положительный результат.

Пока Мэриэнн внимательно изучала полученные материалы, король решил сообщить своим соратникам последние новости:

–Наемники согласились. Сегодня в головной штаб прибыли оружие и продукты. После выступления генерал-маршал решил вернуться не штаб-квартиру, а в казарму сына. Это наш шанс вернуть власть.

                  Юбилей независимости.

Тридцатое февраля. Прошло пять лет со дня независимости страны. За эти годы жизнь граждан изменилась коренным образом. Эти изменения нельзя было назвать полностью хорошими, так же и нельзя назвать только плохими.

Генерал-маршал Адольф Блэк сидел за большим столом на сцене оперного театра, который раньше был зимним дворцом королевской династии. Зал был полон людей, которые пришли, чтобы услышать речь главы нового правительства в честь такого большого события как пятилетний юбилей обретения свободы.

За столом кроме генерал-маршала был его сын и главный министр. Рядом находилась трибуна. Напротив нее уже стояла камера для прямой трансляции выступления. В первом ряду среди зрителей расположились непосредственно сами чиновники нового правительства.

Жирный как свинья мужчина с голубыми глазами как бусинки и огромной лысиной на голове раздражал своим сопением всех вокруг. Это был Сэм Фэтсо глава отдела со связью с зарубежными странами. Вот уже тридцать лет он занимал эту должность. Работал со времен отца короля Эбботта, но предал своего короля за, то, что тот, по его мнению, платил ему недостаточную сумму денег. Жадный Фэтсо после свержения ненавистного ему короля на свою огромную зарплату стал так объедаться, что теперь его нельзя было отличить от большой дойной коровы.

Справа от Фэтсо сидела супружеская чета Монтгомери. Это были самые древние и самые богатые представители дворянства Ратомира. Народ души в них не чаял, и их поддержка была очень ценна новому правительству.

Эдмунд Монтгомери высокий, в меру упитанный мужчина 45 лет. У блондина были светло-карие глаза и тонкий подборок, который выгодно смотрелся на фоне такого же тонкого и прямого носа. Его жена Олимпиа Монтгомери была очень похожа на него. Такая же светловолосая, светлоглазая с прямым, острым носом и маленьким подбородком. Свет называл их самой идеальной парой и не обманывал. Они и вправду прекрасно сочетались друг с другом. В их глазах можно было увидеть, что двадцатилетний брак не уменьшил силу их любви.

Чета Монтгомери оказалась вне милости у покойного короля Эбботта. Их имущество было конфисковано в пользу королевства. Когда началась революция, они перешли к левым с условием вернуть все, что у них отняли. Они понимали, что деньги им не отдадут, но, по крайней мере, их дома снова были в их распоряжении. Временами их мучила совесть. Но они быстро заглушали ее порывы прогулкой по многочисленным особнякам и виллам.

Слева от Фэтсо расположились Айзек Гамильтон и Виктор Макадам самые верные молодые военачальники нового правительства. Да, и к тому же верные наперсники сына генерал-маршала Даймонда Блэка.

Замыкал ряд столичный губернатор Фолли. Это был достаточно щуплый мужчина с бледными, сероватыми волосами. На самом деле ему было всего тридцать лет, но выглядел он даже старее Фэтсо. Его черные глаза постоянно метались из стороны в сторону, будто он готов в любой момент кинуться вон. Мужчина и в сидячем положении так умудрялся вертеться на сидении, что казалось, у него внутри ползают не просто черви, а огромные змеи. Хотя надо признать все уже привыкли к этому. Ведь и стоя на собраниях, он содрогался всем телом будто у него ломка.

Фолли был из обычной крестьянской семьи. Когда он служил в армии, случился государственный переворот. По природе глупый и трусливый человек он не дал сигнал о нападении, когда стоял в карауле в своей казарме. Генерал-маршал оценил его поступок как храбрость и верность ему, и поэтому после казни нынешнего губернатора посадил на должность Фолли. Глава правительства прекрасно знал, что дал власть человеку не способному ею правильно распоряжаться. Но это ему и было нужно. Он собирал вокруг себя марионеток, чтобы они выполняли приказ, не задумываясь о последствиях.

После того как гимн независимости смолк народ поднял одобрительный шум, и Адольф Блэк поднявшись с места, встал за трибуну. Дождавшись абсолютной тишины, мужчина заговорил, даже и не взглянув на заранее подготовленную помощником речь:

–Граждане свободной страны, поздравляю вас с пятилетним юбилеем! Я долгое время шел к этому. И я смог не просто отвоевать свободу, но и удостоился чести возглавлять правительство в пятилетний юбилей. Мне хотелось бы, чтобы каждый из жителей страны был горд этим праздником. Но, увы, среди нас есть бунтовщики и предатели! Я призываю тебя, мнимый король Итан, сдаться властям и тогда ты, и твои соратники будут казнены более гуманным образом! Пять лет продолжается это битва, и помяните мое слово, она будет продолжаться хоть пять столетий, но мы не откажемся от демократии. Мы выбрали свой путь и никакие жертвы, угрозы и войны, не заставят нас отступиться от него. До последнего вздоха, до последнего солдата, до последнего жителя страны мы будем сражаться за свободу! Никто! Ни один из наших жителей не боится войны. Не боится смерти! Ибо нет ничего выше свободы государственной! Все мы понимаем, что это война. И тут либо ты, либо тебя. Поэтому нужно быть бдительными! Предатель может скрываться в личине друга, и мы не должны позволять себя обмануть! Монархия изжила себя! И пока я буду жив, я не позволю ей снова взять власть в свои руки! И даже после смерти мое дело продолжит мой сын, командир Даймонд Блэк!

Генерал-маршал говорил с жаром, все более и более размахивая руками. Сторонники его фанатичной антимонархии склонные к насилию одобрительно кивали, выкрикивали лозунги типа «Свобода, прежде всего», «Смерть лже-королю», «Да здравствует освободитель Адольф Блэк!» «Демократия да, король нет!» «Смерть врагам демократии».

Но остальная масса людей сидела напуганная такими словами. Жители пришли к празднованию и не ожидали услышать призыв к борьбе. Напуганные они сидели, потупив взгляд в страхе, что если кто-нибудь из чиновников заметит их колебания, то сразу убьет.

Даже близкий круг вождя не был впечатлен его речью. Фэтсо сидел, широко разинув рот. Его глаза бусинки стали огромными как монеты. Как многолетний чиновник с огромным опытом работы с народом он прекрасно понимал, что эти слова никто не примет с открытой душой.

Чета Монтгомери крепко взявшись за руки, ожидали самого худшего. В страхе за свою жизнь они были готовы броситься наутек, лишь бы не попасть под разгоряченную руку народа. Эти люди понимали, что народ, который с легкостью отказался от тысячелетнего правящего дома, также легко откажется от нового правительства.

А вот Фолли сидел более чем довольный. При генерал-маршале он хорошо обустроен и знал, если повстанцы победят его тут же снимут с должности, а то и убьют. И эта мысль каждый раз служила ему мотивацией слушать речи своего покровителя с неподдельным воодушевлением.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.