# Резонанс

Владимир Васильев

Откуда берутся сумасшедшие ученые? Ну очевидно же, что из слишком увлеченных наукой студентов. Вот и Дмитрий… кажется немного перебарщивает. Хотя оправдание у него конечно же есть. Здесь же, в «Заслоне», такая наука! И хочется успеть всё!Но, к счастью, жизнь отвешивает парню хорошего такого… пинка животворящего. Сможет ли он справиться с неожиданными приключениями? Потеряет или выиграет? А может сумеет привести невероятную науку и остальную свою жизнь в равновесие? Или даже создать резонанс?Близкое будущее, приключения, капелька юмора. Просто фантастика! И даже немножечко научная.

– И чтобы через полчаса ноги твоей здесь не было! – суровым голосом приказала Елена Андреевна, но всё-таки не удержалась и улыбнулась краешками губ.

Я угрюмо кивнул и встал со стула. Вышел в просторный холл модульного здания и ворча принялся убирать рабочий халат в шкафчик.

– Что-то вы строго со студентом, – через неплотно прикрытую дверь в комнату отдыха, где после обеда постепенно собирались ученые, донеслась до меня насмешливая реплика Александра.

А ведь он всего-то лет на семь старше меня, но вот… Уже старший научный сотрудник. И выгнать его никто не может. Даже в голову никому не придет. Не то что меня… простого лаборанта.

– А как с ним еще можно? – я даже представил как развела руками моя руководительница. – Послал же бог практиканта! Ну вот ты мне скажи, Саша, должен же ученый какие-то ещё интересы в жизни иметь, кроме науки?

– Конечно! – охотно подтвердил тот. – И семья должна быть, и увлечения. А иначе получится какой-то гоблин от науки. У нас же в «Заслоне», специально для таких трудоголиков, прямо на территории и спортзалы есть, и… всё что надо для культуры и отдыха.

– А Дмитрий, – обличительно заявила Елена Андреевна, – кроме нашего проекта ничего вокруг видеть не хочет! Я тут табели посмотрела и ужаснулась. За два месяца практики он только на два дня отлучался с полигона.

– Ну если бы я, в бытность студентом, да в такую компанию попал… – не согласился Александр. – Может тоже сутками сидел бы, боялся эпохальные открытия пропустить. Тут же не только производство, но и наука, опережающая время. Фундаментальная!

– И ты туда же… Никуда от вас открытия не денутся… А кстати! Дмитрий же ещё и отличную идею подкинул, – резко сменила гнев на милость руководительница. – Покрывать образцы графеновой пылью. Из омега-графена. Того, который нашей разработки.

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Александр.

– А ты его самого спроси. Он ещё не ушел, думаю.


Через несколько секунд старший товарищ выглянул в дверь, улыбнулся, а вместо вопроса только приподнял бровь.

– У нас же основная проблема с тем, что разные вещества требуют разных частот резонанса, но чистое вещество совсем не обязательно, даже микроскопического содержания достаточно, чтобы активировать весь образец, – тут же сел на любимого конька я, возвращаясь в комнату отдыха и даже в тайне понадеявшись, что больше не выгонят. – Поэтому правильнее всего на углерод настраиваться. Он и в пластике есть, и во взрывчатке, даже в любой стали присутствует, пусть и в очень малом количестве. А нам же в первую очередь активная защита от снарядов и ракет требуется.

– Строго говоря, – возразил ученый. – Железо тоже хоть немного в любом снаряде есть. Хоть в электронике. Но твою мысль я понял. Хотя всё это уже обсуждалось. Да и сейчас мы как раз с углеродом и работаем.

– Ну наш студент на Нобелевку ещё не наизобретал, – улыбнулась Елена Андреевна. – Он пока предложил как нам упростить эксперименты. Покрывать образцы омега-графеном и именно на него настраиваться. Благодаря этому мы можем достигнуть двух целей. Резко увеличить массу образцов при той же мощности, потому что этот омега-графен очень хорошо резонирует с нашим полем. А еще это позволит нам не опасаться захватить окружающие объекты, что упрощает фокусировку.

– На этапе отработки технологии, а особенно для исследования нового пространства, это действительно может здорово помочь… – задумчиво протянул Николай.

– У нас есть немного этого чудо-порошка, так что оценочный эксперимент уже сегодня проведем, – поделилась планами моя руководительница. – А в понедельник начнем основную серию экспериментов. И Дмитрий, как автор идеи, назначен в рабочую группу.


Я радостно кивнул, а Елена Андреевна язвительно добавила:

– Но сегодня только пятница. И тебя, Дмитрий, никто за язык не тянул. Сам мне вчера рассказывал, что твои сокурсники на выходные в Карелию собрались. Вот и езжай с ними. Как раз успеешь на маршрутке до Питера, а там встретишь товарищей, и на поезд. Они тебя, наверное, и в лицо-то не узнают… Трудоголика.

– Потусишь! – рассмеялся Александр. – С ребятами, а особенно с девчонками. А то действительно, одичаешь тут с нами, стариками.

– Не со стариками, а со взрослыми людьми! – веско поправила его Елена Андреевна, пряча улыбку. – И да! Насчет девчонок. Чтобы с какой-нибудь познакомился! В понедельник отчитаешься. А лучше предъявишь.

– У нас секретный объект, – пробурчал я, разворачиваясь к двери. – У ворот, что ли оставлять?

– Фото и видеоотчет предоставишь! – уже откровенно расхохотался Александр.


Я как пробка вылетел за дверь, надеясь что не краснею от таких шуток, ведь взрослый уже, но… у нас народ еще тот! Любого засмущают. Затем кинулся к шкафчику за сумкой и замер, упершись взглядом в черный бумажный пакет на столике.

– Черт! – пробормотал я себе под нос. – Сам же предложил идею с графеном, а про поручение забыл. Вот же балда!

А поручение было не сказать, что особо важное, но не из тех, которые хочется откладывать. Отнести этот чудо порошок, который и разработали, и научились получать в нормальных количествах только в лабораториях «Заслона», техникам в ангар на том конце полигона. Можно, конечно, и в понедельник… Но… Тогда сейчас надо запирать в сейф, потому что если Елена Андреевна узнает, что я оставил этот пакетик, стоимостью как спортивный автомобиль, просто так на столике, то мало мне не покажется.

Я глянул на часы и прикинул, что до маршрутки еще двадцать две минуты. Отсюда до ворот и дальше до остановки семь минут. До дальнего ангара десять минут, обратно столько же. Но это если по дорожке вдоль внешней охраняемой ограды. А если срезать вдоль забора, ограничивающего рабочее поле, да бегом, то как раз успею.

Подхватил пакет, выскочил из домика и ринулся в кусты, быстро найдя еле заметную тропинку. Вообще-то здесь ходить во время экспериментов запрещено, но это так… Третья степень перестраховки. Тут птиц и мышей всяких уйма, и ни с кем ничего за всё лето не случилось.


На бегу я правда подумал, что может зря просто в сейф пакет не убрал, и что однокурсники, которые каждый раз приглашают на тусовки, но давно уже не видели меня вживую, и в этот раз даже не удивятся, если я опоздаю и в итоге никуда не поеду. Репутация, однако.

Но я успею! Только прибавил скорости и решил выгадать еще несколько секунд, срезав путь там, где тропа по широкой дуге огибала старый сарай для хранения сельхозинвентаря, сохранившийся еще со времен, когда здесь был военный полигон и солдаты косили траву по-старинке.


Неожиданно я почувствовал, что нога наступила на что-то твердое, и вроде как даже острое, а затем это «что-то» провернулось и из высокой травы резко поднялась темная от времени деревянная палка и залепила мне в лоб! Точнее залепила бы, но я не только успел подставить руки с зажатым в них пакетом, но и мысль уловить:

«Лаборанта на простые грабли не возьмешь!»

А в следующее мгновение прочная упаковочная бумага лопнула и я оказался в облаке мельчайшей черной пыли. Глаза закрыть успел, а вот вдох полностью не задержал, за что и поплатился.

Богатырский чих еще поднимался откуда-то изнутри, я сделал неосознанный шаг в сторону и на ощупь машинально ухватился за какое-то деревце, чтобы не упасть. Ещё услышал как загудели резонаторы установки, которая как раз готовилась произвести очередной, как мы его называли, «выстрел».

Все-таки не удержался и чихнул. Нет… не так… ЧИХНУЛ! Мне показалось, что с деревьев листву должно было сдуть от такой мощи… Это не говоря уже о том, что мне уши неплохо так заложило. А ещё я все-таки рухнул на траву, вырвав это несчастное деревце из земли.


Приоткрыл глаза и огляделся. Почему-то в первую секунду обратил внимание, что листва не облетела, а наоборот, ее стало даже больше. Но это с боков. Впереди же расстилался пологий спуск в овраг, в котором как раз очень энергично шевелились ветки кустов, буйно разросшихся на дне. Буквально ходуном ходили.

Я посмотрел на деревце в моих руках, оказавшееся вилами, которые кто-то очень давно воткнул в землю. Да уж… Грабли… Вилы… Сельхозприключение какое-то.

А тут и уши отпустило, и я расслышал тонкий визг, который как раз затихал, видимо из-за того, что визгун израсходовал воздух в легких.


Я быстро оглянулся и не заметил ни сарая, ни забора рабочей части полигона. Вдобавок и какие-то сумерки вокруг. И это не от облака графена. Просто последние лучи солнца уже скользили вдоль самой земли, красиво подсвечивая редкие облака.

– Чёрт! – потряс головой я. – Я что? От чиха сознание потеряли и до вечера провалялся? Но нет… Вон, бесценная пыль еще оседает. Да и сарай с забором я сдуть не мог. Тогда что? Что случилось?


Кусты ниже по склону опять зашевелились, и из них хищно пригнувшись к земле вышла девушка в брюках, длиннополой куртке и с беретом на голове. В одной руке она сжимала направленную на меня длинную палку, а в другой обыкновенный такой топор.

А она ещё и что-то говорила на незнакомом мне языке, попутно как-то очень натурально перехватывая свое орудие труда дровосека.

– Не понимаю! И опусти оружие! – первым делом крикнул я.

Наши дальнейшие возгласы слились в один:

– Ты кто? – выкрикнула незнакомка уже по-русски, замахиваясь топором.

– Чёрт! – в который раз выругался я, машинально приподнимаю руку с вилами.

Но похоже меня не так поняли, потому что девушка взвизгнула и спиной ринулась в кусты, запнулась и закончила отступление кувырком через спину. Только ноги в смешных ботинках мелькнули.


– Эй! Стой! – крикнул я, понимая, что надо исправлять ситуацию. – Я не чёрт!

– А кто? – опасливо спросили кусты.

– Дима, – не нашел ничего лучше как представиться я.

И опять меня правильно не поняли, а может шорох веток помешал слышимости.

– Демон! Чур меня! – закричала девушка, и зашуршала кустами, отступая, причем кажется, не только не встав на ноги, но даже не перевернувшись со спины на живот.

– Нет! Я человек! – поправился я. – Зовут меня Дмитрий.

– А почему ты весь чёрный? И с вилами. Точно не чёрт или не демон? – уже издалека донесся вопрос.


Я осмотрел себя и только тяжело вздохнул. Ну да… графен, будь он неладен.

– Просто грязный, – проворчал я, отбросил вилы и покаянно развел руками.

– А что так? Мыться не любишь? – спросили кусты уже немного поближе, а затем хихикнули.

– Графеном… Э-э-э… сажей меня обсыпало.

– Зачем?

– Случайно, – опять вздохнул я. – И это… Где я?

– Ты здесь.

– Хороший ответ, – усмехнулся я.

– Как и вопрос, – хмыкнула девушка, опасливо выглядывая из кустов. – Но ладно. Ты в трех милях от Ладоны.

– Чего?

– Город такой, Ладона. На берегу озера.

– А море где? – решил уж до конца сориентироваться я.

– Море? Миль тридцать на запад, – задумчиво протянула аборигенка, а затем язвительно добавила. – Это где солнце садится.

– Ну дела… – почесал я затылок, стряхнув облачко графена с волос.


– А ты где рассчитывал быть?

– Около Ладожского озера. Недалеко от Петербурга.

– О-о-о! – протянула девушка, полностью выбираясь из кустов. – Так ты из другого мира? Вот это фокус!

– Другого мира? – настороженно уточнил я, внимательно оглядывая окрестности.

Но ничего такого необычного, кроме отсутствия сарая и забора, не заметил. Да и кусты с деревьями росли совсем по другому. И овраг этот, которого я не помню… Я внимательно посмотрел на девушку и только сейчас вдруг осознал, что она говорит по-русски с хорошо заметным акцентом.


– А ты кто? – наконец вышел из раздумий я.

– Я? – встрепенулась собеседница, которая очень внимательно рассматривала меня, кажется под слоем графена пытаясь оценить мою внешность. – Я Бурезар. Студент.

– Студент? – я удивленно посмотрел на девушку… парня.

Нет, может это конечно и парень такой… Немного женственный, но мало ли какая у них тут мода. Голос тонковат, но может еще подросток. Но что-то куртка на груди как-то подозрительно топорщится. Да и вся фигура. А еще и движения… характерные такие.

Я потряс головой и всё-таки заявил:

– Ты девушка!

– Чёрт! – печально опустила плечи та. – Разглядел все-таки? Эх…

– А что такого? – не понял я.

– А то! – разозлилась девушка. – Я студент! В Университете только мужчины учиться могут. Вот я и учился… училась. Но похоже всё. Я подозревала, что как подросла, уже не замаскируюсь. Но обидно же.


Пока она говорила, я внимательно рассмотрел костюм студентки. Очень интересный и какой-то… старинный. Длиннополая тонкая куртка… Или приталенный кафтан, если я правильно запомнил название такой одежды по фильмам, из довольно простой синей ткани. Полы спереди что сверху, что снизу подогнуты в стороны и видно бордовую ткань подкладки. На рукавах также далеко подвернутые манжеты. На груди в глубоком вырезе видна белая рубашка с волнистой нашитой тканью. Кажется это называется жабо.

Брюки почти обычные, серые, в меру узкие. В вот ботинки какие-то совсем примитивные, хоть и кожаные. Все изрядно заношенное. На голове, из-под залихватски заломленного на затылок берета с пестрым пером, падают светлые волосы до плеч, сейчас изрядно спутанные и с застрявшими в них травинками и листиками.


– А как тебя всё-таки зовут, – прервал наступившую тишину я.

– Светозара, – вздохнула девушка, а затем твердо добавила. – Но называть меня надо строго Бурезаром! Потому что я не хочу на кухню. Женщинам у нас одна дорога, а я науку люблю. А сейчас уже и поздно признаваться… Если разоблачат, то всё.

– Совсем всё? – насторожился я.

– Ну как… Могут к позорному столбу поставить. Могут в тюрьму. Но уж как минимум в монастырь отправят. Как настроение у судьи будет.

– Я тебя точно не выдам! – твердо заявил я, поражённый богатством выбора.

– А что толку? – печально махнула рукой Светозара. – На меня и так уже косо посматривают, так что рано или поздно разоблачат. Спасибо, что хоть ты мне глаза раскрыл, в минуту разоблачив, а то я все очевидному верить не хотела.


– А почему ты уверена, что я из другого мира? – спросил о самом главном я. – Причём так спокойно это сказала.

– Потому что ты не один такой. Мой прапрапрадед сюда из-под Петербурга перенесся.